Аннотация: Живность Петербурга. Голуби, Чайки-Убийцы и Серые Вороны Петербурга))))) Чему Петербуржцам неплохо было бы поучиться у своей живности, понаблюдав за преродой конкуренцией хе-хе...
Голуби, Чайки-Убийцы и Серые Вороны Петербурга
Есть в Петербурге такая особая живность, за которой можно наблюдать бесконечно. Не только по музеям же ходить, не только по Невскому бродить и не только смотреть, как гранитные львы мокнут под дождём с выражением вечной усталости на морде. Петербург - это ещё и белки, воробьи, голуби, утки, вороны и, конечно, Чайки.
Я люблю смотреть на эту городскую природу. У неё свой театр, свои войны, свои союзы, свои предательства, свои мелкие бытовые трагедии и свои большие геополитические конфликты на уровне двора, пруда и мусорного контейнера))))))))
Вот голуби.
В Петербурге их много. Их кормят жители. Везде висят кормушки. Даже у меня на балконе птицы получают свою долю социального обеспечения. Голуби в этом городе живут как цветочки. Ходят парами. Голубь с голубкой - романтика, семейные прогулки, тихие разговоры на птичьем языке, совместный осмотр асфальта на предмет хлебной крошки. Такой почти городской брак без ипотеки, алиментов и раздела имущества.
Голубь вообще существо безобидное. Он не хищник, не рейдер, не захватчик. Он не строит сложных многоходовых схем. Он просто ходит, воркует, клюёт и верит в лучшее. Поэтому голубь - идеальная жертва большого города. Голубь мира епить его так))))))
Проблема голубя не в том, что он слабый. Проблема голубя в том, что у него нет коллективизации. Нет боевого союза. Нет товарищеской взаимовыручки. Нет профсоюза голубиной обороны. Каждый голубь существует сам по себе, максимум - с голубкой рядом. Романтика есть, а военной организации нет.
И вот на фоне этой беззащитной голубиной цивилизации появляются они - Петербургские чайки.
Не те милые чайки с открыток, которые кричат над морем и красиво смотрятся на закате. Нет. Речь о здоровенных городских Чайках с мощными клювами, холодными глазами и такой у ненкоторых правда красной каёмочкой на клюве, будто природа специально поставила отметку: "Осторожно. Хищник. Может работать по живой цели".
Эти товарищи смотрят на голубей не эстетически, а гастрономически. Они не любуются городом. Они оценивают белок, воробьёв, голубей, а иногда, кажется, даже кошек и котят с точки зрения пищевой перспективы.
Я видел ролик: котёнок-подросток, пушистый дурачок, решил поинтересоваться, что это за массивная, жирная и вкусная Чайка села на балкон. А Чайка не просто села. Она как будто специально приземлилась в проём застеклённого балкона и своим видом сказала: "Ну что, малыш, поймай меня, если сможешь".
Котёнок, естественно, поверил в честную игру. Прыгнул. А это оказалась не игра, а операция. Чайка его подхватила и попыталась унести. Слава Богу, не рассчитала вес, а люди, которые снимали, успели вмешаться и отбить пушистого идиота у пернатого спецназа. Потому что если бы вынесла - там многоэтажка, высота, асфальт. Сначала сбросила бы, потом спустилась бы и устроила себе обед.
Вот они какие, эти чайки. Умные. Сообразительные. Знают иностранные языки, включая кошачий. Понимают поведение дичи. Умеют провоцировать. Умеют ждать. Умеют ударить в момент слабости.
Один случай особенно запомнился.
Шли мы с женой ( самого меня тогда не отпустила, что бы я типа не уехал выпилится)))))) а то на кого троих детей типа оставлю и её, в общем проходили через Малоохтинский парк. Я тогда направлялся в Красногвардейский военкомат, вставал на учёт. В парке есть пруд. Смотрим - голубь в воде барахтается. Плавает, если это вообще можно назвать плаванием. Я смотрю на него и думаю: "Как же ты, глупыш, туда попал? Ты же не утка. Ты даже не робот класса Буратино))))))".
Сейчас кто-то скажет: "Врёте вы Александр , робот класса Буратино, нырять не может". Да, не может)))) А ныряет. В этом и трагедия......
Мы взяли палку, вытащили голубя. Он сидит мокрый, жалкий, растерянный. Мы пошли дальше. Через некоторое время возвращаемся уже после Военкомата - а у голубю уже чайка голову расколотила и доедает. Мы подходим, пытаемся её отогнать. А она, осторожная при каждом приятном клюве посматривала по сторонам и увидела меня с палкой из далека, вместо того чтобы просто улететь, как буд-то извдеваясь хватает голубя и сбрасывает его обратно в пруд.
Вот это уже не просто питание. Это характер. Так сказать упоротый путь к победе. Поскольку голубь не сразу тонет так она там его и доела, судя по всему.
И по сути она как будто сказала нам : "Не ваше дело. Это мой пруд. Моя добыча. Моя технология охоты".
Я остановился, посмотрел и понял, как этот голубь оказался в воде. Там рядом площадка, где жители кормят голубей. Голуби толпятся, ходят, клюют, радуются жизни. А вместе с ними ходят эти чайки с холодными глазами. И смотрят. Не просто смотрят - анализируют.
Голубь взлетает над прудом. Чайка бьёт его в полёте. Голубь падает в воду. В воде он беспомощен. Он не Буратино, не утка, не подводная лодка. Там его уже можно добивать мощным клювом в голову. Всё. Дело сделано. Петербургская природа показала маленький фильм ужасов без спецэффектов.
Там, где я живу, чайки иногда не заморачиваются даже сбросом жертвы в воду. Просто атакуют воробьёв. Воробей маленький, юркий, быстрый, но не всегда может пропетлять. У чайки размах, вес, клюв и холодная деловая хватка. Воробей - это искра жизни. Чайка - это отдел взыскания.
Но есть в Петербурге и другая сила.
Серые вороны.
Вот к кому у меня уважение.
Вороны - это не голуби. Вороны понимают коллектив. Вороны понимают район. Вороны понимают, что если сегодня чайка спокойно ест голубя у тебя под носом, завтра она сожрёт их детей, или её дети сожрут? Вообщем эти маньяки убийцы уже будут безраздельно хозяйничать в твоём дворе. Поэтому вороны действуют не романтично, а практически.
Две, три, четыре вороны могут начать прессовать чайку так, что та сразу вспоминает о небе, осторожности, так сказать осторожно убежаль, в целях личной безопасности. Они заходят с разных сторон, каркают, пикируют, не дают спокойно сидеть, не дают спокойно есть, не дают почувствовать себя королём района.
И вот это удивительно. Голубей кормят люди, но защищают их часто не люди, а вороны.
Ворона не ангел. Не надо идеализировать. Она сама хитрая, наглая, умная, иногда совершенно разбойничья. В том же парке серые защитники в кавычках могут гонять уток. Видимо, утки для них конкуренты. Выведут утят, сожрут всё в пруду, начнут считать территорию своей. Поэтому вороны и с утками выясняют отношения. У них там свой местный парламент, свои фракции, свои территориальные споры))))))
Но против чаек вороны выглядят именно как районная самооборона.
И вот смотришь на это всё и понимаешь: городская природа честнее городской политики. Там сразу видно, кто голубь, кто чайка, кто ворона, кто просто воробей, который пытается выжить между всеми этими крылатыми структурами.
Голуби живут красиво, но беззащитно. Чайки живут нагло и хищно. Вороны живут коллективно и умно.
И тут невольно вспоминаешь самих Петербуржцев.
Я, конечно, к Петербургу отношусь с теплом. У меня бабушка была из Санкт-Петербурга. Но она такой бесхребетной не была. Курила сигареты и папиросы через мундштук, могла на праздник или на выходной опрокинуть чекушку, прожила до девяноста лет и, уверен, если бы увидела такую чайку, то та бы ещё долго рассказывала своим птенцам страшные истории о женщине с мундштуком.
Старый Петербуржжжгский характер был другой. В нём было достоинство. Была внутренняя жёсткость. Была способность не растворяться, не культурно мямлить, не делать вид, что "так и должно быть". Человек мог быть интеллигентным, но это не означало, что он был безащитным. Интеллигентность - это не отсутствие позвоночника.
А сегодня многие Петербуржцы стали похожи на голубей.
Вроде бы милые. Вроде бы культурные. Вроде бы тихие. Ходят парочками, кормят птиц, рассуждают о погоде, терпят неудобства, жалуются на кухне, но в момент реальной угрозы часто оказываются разобщёнными. Каждый сам по себе. Каждый надеется, что его лично не тронут. Каждый думает, что если не высовываться, то чайка пролетит мимо.
Но чайка не пролетит мимо они ужем живут тут. Чайка как раз и выбирает тех, кто не высовывается.
Причём речь не только о птицах и не о какой-то одной группе людей. Городской хищник может быть любым: хамоватый чиновник, наглый управляющий, криминальный тип, продавец тухлой шаурмы в подвале, диаспора, дворовая шпана, агрессивный сосед, мошенник, рейдер, беспредельщик в форме или без формы. У хищника нет единой национальности. У хищника есть поведение. Причём нашиу уважаемые Ценные Иностранные Специалисты это влёт выкупили.
Если он видит, что перед ним голуби, он начинает вести себя как чайка.
Если видит, что перед ним вороны, он становится осторожнее.
Вот и вся городская социология.
Петербургу не нужно превращаться в стаю озлобленных птиц. Не нужно ненавидеть всех чужих, всех громких, всех непохожих. Это тупик. Город всегда был сложным, смешанным, торговым, имперским. Но Петербургу точно нужно перестать быть беззащитной голубятней.
Потому что голубей жалко.
И петербуржцев жалко, когда они ведут себя так же.
Быть вороной - не значит быть злым. Это значит быть наблюдательным. Это значит помнить своих. Это значит не проходить мимо, когда в твоём дворе, доме, районе или городе кого-то клюют в голову. Это значит объединяться хотя бы по трое, если прилетела большая наглая чайка. Это значит не ждать, что кто-то сверху прилетит и спасёт. Сверху чаще всего прилетает именно чайка.
Ворона не устраивает философский диспут с хищником. Она видит угрозу и действует. Зовёт своих. Пикирует. Каркает. Мешает. Не даёт спокойно жрать.
Вот этому Петербургу и надо учиться у своих местных животных.
У голубей можно учиться любви. У воробьёв - живучести. У уток - семейной дисциплине. У чаек - уму, но не морали. А у серых ворон - коллективной защите своего пространства.
Потому что если город будет жить только голубиной романтикой, то однажды выяснится, что голубков с голубками почти не осталось. Их сначала вытеснили, потом напугали, потом по одному сбили над прудом, а потом очень умная чайка с красной отметиной на клюве села на фонарь и стала смотреть на город как на меню.
Петербург не должен быть меню.
Петербург должен быть городом людей с позвоночником.
Не злых. Не истеричных. Не беспорядочных.
А внимательных, солидарных и своих.
Как серые вороны, которые, при всех своих недостатках, прекрасно понимают главное: если в районе появился хищник, одиночка проиграет, а стая - нет.В итоге многие петербуржцы сегодня действительно похожи на голубков. Добрые, тихие, культурные, терпеливые. Но иногда эта терпеливость уже переходит не в интеллигентность, а в какую-то городскую беспомощность.
Я бы на их месте взял пример не с голубей, а с серых ворон.
Сразу оговорюсь: я совершенно нормально отношусь к людям любой национальности, если они живут по закону, уважают город, соседей и элементарные правила общежития. Вопрос ведь не в происхождении человека, а в поведении. Хищник в городе определяется не паспортом и не фамилией, а тем, как он действует.
Но в Петербурге, как и в любом большом городе, есть разные группы, землячества, диаспоры, очень сильная Азейрбаджанская диаспора, полукриминальные компании Таджиков очень агрессивных людей, которые очень быстро чувствуют слабость окружающих. Причём те же Армяне хотя и громки часто, но меньше конкретно в причененнии "добра", чем те же Азербаджанцы которые более конкретны в этом. Если видят перед собой разобщённых "голубков", то начинают вести себя как те самые чайки с холодными глазами. Можно пройтись и по другим нашим уже товаришам и всем национальностям здесь. Сравнить тех же узбечек с уточками которые приехали и очень много здесь нарожали и сели на социалку. Но это нужно какую-то социологию проводить, что бы быть объективными. Потому, что например из Таджикистана женщин мало приезжает, Грузины вобще семьями пересилились, но почему-то к ним гораздо меньше вопросов возникает, чем например к Таджикам и Азербаджанцам.... Может их просто не так видно в Питере, чёрт его знает...В общем статья не об этом.....
Вспоминается история на Суворовском. Несколько лет назад мужчина сделал замечание работнику подвальной шавермы из-за антисанитарии. Казалось бы, обычная бытовая ситуация: человек увидел нарушение, сказал об этом. Но вместо нормальной реакции получил ножом. Вообщем Царство Небесное мужику. Опг диаспора после порешала вопрос дали 8 лет вышел через 4 года.
И таких историй в городе хватает. Где-то это бытовая агрессия, где-то хамство, где-то давление через землячество, где-то ощущение, что отдельные люди уже считают район своим личным владением, особенно когда эти ребята прализают в мелкие чиновники районного, регионального маштаба да же. При этом обычные жители часто предпочитают молчать, отходить в сторону, не связываться, не вмешиваться. Каждый думает: "Лишь бы меня не тронули".
Но именно так голуби и проигрывают чайкам.
Вообще, здесь даже эзопов язык не нужен. Достаточно посмотреть на мир животных. Голуби живут поодиночке и становятся добычей. Чайки охотятся нагло и расчётливо. А Вороны держатся вместе, нападают группой и не дают хищнику спокойно хозяйничать на своей территории.
Вот и Петербуржцам пора перестать быть голубками.
Не надо становиться злыми, дикими или агрессивными. Не надо ненавидеть чужих и искать врагов в каждом прохожем. Но нужно перестать быть разобщёнными и беззащитными. Нужно научиться держаться вместе, защищать свой двор, свой дом, свой район, свой город и друг друга.
В этом смысле пример надо брать именно с местных Серых Петербуржских Ворон. Они прекрасно понимают: если хищник появился в районе, одиночка проиграет, а стая - нет. ТЕМ более если эта стая будет, загонять этих дикарей в правовое поле.
Потому что если Петербург и дальше будет жить только голубиной кротостью, то однажды окажется, что голубков с голубками здесь почти не осталось. А потом лети так эдак через 50 не останется совсем.