НОВОГОДНЯЯ ИСТОРИЯ. ВТОРАЯ КНИЖКА ПРО КРОЛОВ,
ПЛЮХОВ, ПРО БАРРА И
ПОВЕЛИТЕЛЯ.
УРЧАНИЕ В ЖИВОТЕ - ПРИЗНАК ЗДОРОВЬЯ. / Главный девиз маленьких кролов./ ГЛАВА ПЕРВАЯ. ПРОПАЖА. Конечно же, самый праздничный праздник - это Новый год. Ёлочка, хлопушки, шарики и огромный мешок с подарками. Старенький календарь похудел, а, новый, пузатый, лежит себе и пыхтит на полочке. И у каждого крола, и у каждого плюха всё было готово для встречи сказочного красноносого деда - Деда Мороза. По всем подсчётам выходило, что он, этот дед, должен скоро появиться. А потому и кролы, и плюхи с нетерпением ждали. И, как сказал плюх Пузырь, известный математик: "Если не сегодня, то завтра уж точно". Крол Пупс лично выбирал красавицу-ёлочку. Ёлочек в лесу было много, и он долго ходил вокруг каждой. Ходил кругами, притрагивался к иголкам, задирал веточки и придирчиво осматривал макушку. Все кролы выбором Пупса остались довольны. Зелёную красавицу пристроили-поставили на пяточке возле его дома и решили, что нарядят её завтра с самого, самого утра. А заодно и смастерят пухлого снеговика с ярким морковным носом. Но Пупсу не терпелось. У него так и почесывались ручки и .... И Пупс украсил ёлочку рулончиком "серебряного дождя". Это самый рулончик ему вручила подружка Нюша. Пупс аккуратно расправил тоненькие полоски "дождя" и потом ещё долго любовался своей работой. Любовался, пока холодный ветерок не залез к нему в рукавички. - Спи, ёла, спи,красавица, - сказал Пупс и помахав ручкой отправился на боковую.
Утром весёлое солнце осветило землю кролов. Над уютными, тёплыми домиками ещё стояла сонная тишина. Малыш Пупс проснулся, потянулся и опустил свои ножки на пол. -Бр-р! - пол был холодный. Пупс взял зелёный шерстяной носочек с симпатичной тёмной полоской и одел на левую ногу. Правого тёплого носочка не было. - И где он ходит? - пробурчал Пупс и скосил глазёнки. Прямо на него смотрели две голые пятки. Розовые, чистые пятки Лопоухого. Они торчали из-под тёплого одеяла и, совсем даже, не мёрзли. И эти самые пяточки так и манили Пупса, прямо-таки притягивали, как два мощных магнита. Пупс протопал к печке, нащупал уголёк и.... И начал рисовать на чистых пятках Лопоухого крестики, кружочки и магические закорючки. Лопоухий смешно перебирал ножками, словно велосипедист, отчего Пупс задорно посмеивался в кулачок. Для полного комплекта Пупс хотел нарисовать Лопоухому усы, но помешал стук. Сильный стук в дверь. - БУХ! БУХ! БУХ! - Чуть не оглоушили, - сказал Пупс. Дверь приоткрылась и появилось лицо тётушки Два Лука. Лицо, почему-то, было какое-то не очень радостное. И, совсем даже, не радостное. - Слышь, Пупс,- выпалила тётушка, - у вас вон таки следы валеночные к забору тянутся. Ну. Пупс выронил уголёк и пулей выскочил на улицу. К забору, и вправду, тянулись ВОТ ТАКУЩИЕ! следы, а красавица-ёлочка на месте отсутствовала. Пупс развёл ручками и спросил у тётушки: - А где ёла наша новогодняя? ДЗИНЬ! Тотчас распахнулось окно, и высунулся заспанный Лопоухий. Он протёркулачками глаза и спросил: - И где же наша ёла?! Вместо ответа Пупс запыхтел паровозом и закричал: - Караул! Ёлу украли! - Держи вора! - подхватил Лопоухий и вывалился из окошка. Только сверкнули пяточки с магическими закорючками. Пупс бросился обратно в домик с такой скоростью, что тётушка Два Лука завихрилась, как юла. Она бухнулась в сугроб, перевела дух и сказала: - Ух! Аж карманчики вывернулись. И ещё спросила сама у себя: - А кто ёлу-то украл? Я и не заметила.
ГЛАВА ВТОРАЯ. НА ПОМОЩЬ. Новость разнеслась в минуту. И встревоженные кролы потянулись из своих домиков к домику Пупса. Первым добрался крол Утюжок. Он думал, что беда случилась с Лопоухим, который так и торчал из сугроба кверху ножками. А потому вначале Утюжок долго разглядывал загадочно-разрисованные пятки, выглядывающие из этого самого сугроба. И лишь по прибытию Рыжего, они дружно дёрнули Лопоухого за ножки, и все втроём бухнулись на тропинку. А Пупс уже крутил ручку старенького, допотопного телефона и кричал в трубку: - Пузырь! Пузырь! Ёлу украли! Полный караул! На том конце провода плюх Пузырь выкатил заспанные глазёнки и смешно кивал головой. Пупс кричал так громко, что в трубке у плюхов только булькало, рокотало и бурчало. Наконец, раздались гудки, и проснувшийся Пузырь сказал: - Ничего не понял. У кролов ёлу какую-то утащили. - А что такое эта самая "ёла"? - удивлённо спросила румяная Пышка. - Незнакомы нам эти слова. - Слова такие нам неизвестны, - согласился Пузырь. - Это они ёлку новогоднюю праздничную так называют. Ёла - она ёлка и есть, - объяснила симпатичная Нюша. - Ёлка у них - залюбуешься! Вся такая пушистая! Наверное, её и украли. От такой новости плюхи открыли рты и молчали целую минуту. Наконец, плюх Апельсин взволнованно выпалил: - Нужно помочь кролам найти ёлку. Какой же праздник без ёлки пахучей? И сам же и ответил: - Никакого праздника. - А не найдут, где возьмут? - подхватила Нюша. - Где, где? - махнул ручонкой Апельсин. - Пилой "вжик-вжик" под корешок. Этих ёлок целый лес. - Какой такой "вжик-вжик"? - возмутился Пузырь. - Все ёлки на учёт. Их и так осталось.... Но, подумав, исправился: - Совсем ничего не осталось. Пузырь возмущался не зря. Он был ответственным за новогодние ёлки. Самым настоящим. Как лесничий. - Им новая не нужна, - сказала Нюша. - У них пропавшая была самая-самая! - Будем искать, - решил Пузырь. Конечно, Пузырь был известный любитель детективов. И ещё математик, и физик, и даже немножко агроном. Знание детективных рассказов могло пригодиться в поисках. Жаль, не было лупы. Зато у кролов имелась "бинокля". - Я вот что думаю, - важно сказал Пузырь. Плюхи уважительно замолчали и навострили уши. Пузырь хлопнул себя по пузику и заявил: - Лупы, как у детектива, у меня нет. Зато я прочитал целых три книжки про сыщиков. И, думаю, что смогу отыскать на месте похищения какие-нибудь следы-зацепочки. - И улики, - со знанием дела умно добавил Апельсин. - И улики, - подхватил Пузырь. Девочка Нюша сложила руки на чистом передничке и скромно сказала: - И я пойду. Пупс без меня простудится. А у меня для него шарфик есть. Конечно, она ведь была подружкой маленького Пупса и не хотела бросать его в беде. - Хе-хе, - хихикнул в кулачок плюх Разиня, но больше ничего не сказал. Пузырь почесал в затылке и кивнул: - Ты и булочки вкусные стряпаешь и карамельки с тянучками делать умеешь. Умелые, кулинарные руки никому ещё не мешали. На том и порешили. Тогда дружная команда ленивых плюхов зашевелилась, забегала, засуетилась. И, вскоре, был собран рюкзачок. А у крылечка стояла добрая лошадка, запряжённая в сани. Плюхи натянули тёплые рукавички и высыпали на улицу проводить своих героев. - Ура! - крикнул Пузырь, забавно взмахнул ручонками и завалился на бочок. - Эх, пошла, родимая! И добрая лошадка помчала Пузыря и Нюшу через "граничную полосу" прямо к деревушке кролов.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ. ТАРАРАМ И ТОПОТУНЧИКИ ЛОПОУХОГО. Добрая лошадка быстро домчала сани к домику Пупса. И когда разрумянившиеся плюхи ввалились-вкатились в дом - О! - там стоял такой тарарам! Матушка и сестричка Клюква готовили вкусные бутерброды. Лопоухий колотил по боксёрскому мешку и таскал тяжёлую гантель. Это было видно по тому, как у него выкатывался живот. И при этом он натужено пыхтел. Нюша посмотрела на физкультурные упражнения Лопоухого и заботливо спросила: - А ты чего с гантелей по дому носишься? От натуги аж посинел весь. Того и гляди выпустишь силёнки. Пшик! - и "столббрякнешься". - Нужно мускулы сильными сделать, - твердил Лопоухий. - Чтоб как буцкнуть нехорошего, и он к стеночке отлетел. Вот такие мускулы нужны. Крепкие, мускулистые. Главный крол Яков руководил сборами и уже в десятый раз спрашивал: - И кто ёлку мог утащить? - Кто? Кто? - кипятился Пупс. - Это барры проклятущие утащили нашу красавицу. Лопоухий стукнул по мешку и мудро заметил: - Они рыщут повсюду, как землекопы геологические и тащат в свою усадьбу всё, что плохо лежит. Да, барры - это такие человечки, что могут и ёлку утащить, и даже целый домик, если понадобиться. Пупс больше всех переживал пропажу. Ему так хотелось весёлого праздника и себе, и друзьям, и, главное, Нюше. Он кружил по комнате и всё твердил: - Ух, барры хитрющие! Вон и следы в ихнюю сторону тянутся. - Да уж, барры - народ никудышный. Это всем известно, - вставил Утюжок. На что Рыжий пожал плечами, кашлянул и сообщил: - И даже сам Повелитель - дракон Коричневый их ругал нехорошими словами. - Во! - горячился Пупс. А я чего говорю. Это барры. Они и есть. - Видать тоже праздника захотелось, - вздохнула Нюша. - Так попросили бы, - шмыгнул носом Пузырь. А главный крол Яков всё что-то бурчал себе под нос, чесал за ухом и, наконец, сказал: - Чего там думать. По следам идти нужно. - По валеночным следам. Которые от валенок похитителя остались, - уточнил детектив Пузырь. - А по валеночным следам идти надо в валенках, - добавил Пупс. - До их усадьбы много километров шагать. - Да ещё ёлка тяжёлая, - вставил Лопоухий. - Совсем даже не лёгкая, - согласились все дружно. А Пупс махнул кулачком: - Эх, лишь бы они не сгрызли её, как бобры. У них малыш есть, так тот всё грызёт. Как бобёр. Малыш, а зубы-ы! Вот такие! Здоровенные! А острю-ю-ючие! - Пупс взялся за голову. - Закачаешься! - Но главное валенки, - мудро изрёк Яков. - Правильно, сказала матушка. - А Нюша и шарфик тёплый припасла. Началась суета. Кролы сновали из угла в угол, открывали сундучки, что-то искали на полочке и за печкой. Маленький Пупс бегал по комнате с валеночками под мышкой. Лопоухий же почему-то носился в одних носочках. И хоть носочки были шерстяные, его ножки замёрзли-и-и! - ужас! - до самых ледышек. Он хотел забраться-пристроиться под тёплое одеяло. Лопоухий не выдержал: - И где мои топотунчики? Топотунчики - это у него была обувь такая. Тёплая и очень удобная. - Они с ботиками на крылечке песенки поют, - ответила матушка. И, вправду, с улицы доносилось нестройное, но громкое пение. - Нашли время концерты давать, - рассудила матушка. - Вот я их веничком. Но, видимо, топотунчики с ботиками услышали её слова. И когда она, вооружившись веником, вышла на крыльцо, то.... Никого! Пение доносилось уже с чердака. Так топотунчики подвели Лопоухого. Он не мог идти на поиски ёлки в одних носочках. К дальнему и опасному пути были готовы Пупс, Нюша и Пузырь. Выпив по стаканчику горячего сладкого чая, все шумной компанией вывалились на улицу. Потрескивал лёгкий морозец. Под валеночками поскрипывал белый снежок. - Чего уж, прощаться не будем, - пробубнил Пупс и направился к калитке. Пупс был настроен решительно. За ним припустила Нюша. А Пузырь лишь вздохнул и заверил: - Не подведём. Ёлку вернём. И поспешил за друзьями. Кролы стояли, смотрели им вслед. Сестричка Клюква махала платочком. А матушка украдкой смахнула со щеки бо-о-оль-шущую слезу. Лопоухого видно не было. Лишь с чердака доносилась какая-то непонятная возня, сопение и пыхтение. Это Лопоухий пытался поймать свои топотунчики. А Пупс, Пузырь и Нюша топали себе и топали. И даже не топали, а пробирались-продирались между сугробистых сугробов, идя прямо по валеночным следам похитителя.
ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ. КОЛОБОК С КОЛЮЧКАМИ. Они, эти следы, весьма интересно петляли. То поворачивали на ровном месте или, наоборот, шли через сугроб напрямик. - Чего это с ним? - бурчал Пузырь, стараясь распутать след. - След какой-то винтиком. - Это его ёла заносит, - уверенно ответил Пупс, - то на месте крутит, то в сторону тянет. Он вздохнул и продолжил: - Тяжела для него ёла-то. Не отгрыз бы половину ствола для лёгкости. - И к нашему огорчению, - подхватила Нюша. Половина ёлы, вот тебе раз, какой уж тут праздник. Полный вздор и суетливая суета. Никакого праздника. И все апельсинчики и свечки, и полнёхонькие бутылочки с напитками - всё ни к чему. Половина ёлы, как половина праздника. Одной ногой в Новом году, а пяточка другой ноги зацепилась за старый год. Такие невесёлые мысли. Но малыш Пупс и его друзья верили, что злосчастный и острозубый барр не будет грызть ёлку. Она ему целая нужна. - Он тоже не хочет половину праздника, - заверил Пупс и прибавил ходу. Толстячок Пузырь тяжело пыхтел. Он запарился в тёплом тулупе, и пот катил с него крупными каплями. А Нюша, наоборот, легко пробиралась следом за Пупсом. Шли они долго. И по всем подсчётам выходило, что вот-вот догонят наглого воришку. И, вправду, впереди, среди сугробов, уже мелькал какой-то колобок с колючками. И этот колобок с колючками двигался очень странно. Его тянуло то влево, то вправо, то заваливало на спину. - Вот он, барр злосчастный, - обрадовался Пупс. - Сейчас схватим нехорошего, - потирая ручки, выпалил Пузырь. Но.... Но справа глухой стеной стоял лес, а слева простирались владения самого Повелителя. Владения были обнесены высоченным каменным забором. А в центре красовались крепкие дубовые ворота. И хитрющий барр заметил погоню. Тогда он лихо подскочил к главным воротам и забарабанил по ним кулачком. - Грабят! - вопил он. - Впустите бедного! Крик был слышен на всю округу. А, может, и ещё дальше. Ворота приоткрылись, и воришка с ёлкой на плече вкатился в них. Настоящий колобок с колючками. - Пропал, - выпалил Пузырь и с досады хлопнул себя по животу. - И ёлку не бросил, - кивнула Нюша. - А мы ему засаду устроим, - решил Пупс. На том и порешили. Пузырь пристроился на краю леса. Нюша натянув поглубже рукавички, притаилась в маленьком сугробе напротив дубовых ворот. А Пупс махнул кулачком и сказал: - Достучусь. И решительным шагом направился к дубовым крепким воротам.
ГЛАВА ПЯТАЯ. ПОВЕЛИТЕЛЬ, ХИТРЮЩИЙ БАРР И ЁЛКА С ТАБЛИЧКОЙ. - БУМ! БУМ! БУМ! - Пупс стучал. Пупс колотил в дубовые ворота так, что у стражников загудело в головах и мелко затряслись коленки. Они впустили маленького настырного крола и доставили его к Повелителю. Повелитель Зла, он же дракон Коричневый, сидел на каменном троне, свесив голову на бок, и лукаво улыбался. На стенах потрескивали факелы. Факелы потрескивали весело, а значит, настроение у Повелителя было отличное. У него всегда было отличное настроение. Ну, или почти всегда. Все знали, что Коричневый хоть и Повелитель Зла, но вовсе не такой уж и злой. Конечно, побаивались его, но всегда шли за советом, а кто и за помощью. И только его подручные - многочисленные монстрики и бесенята - шалили уж очень. То утащат лопату у кого-нибудь, то колесо открутят где-нибудь. Притащат к себе колесо, а потом целый день думают, куда его приспособить. Главной хозяюшкой в замке числилась старенькая сморщенная жаба Жи-Жи. Она служила у Повелителя многие годы и помнила ещё, когда он был совсем не дракон, а лишь проказник-шалун дракоша. С той поры минуло лет триста, а может и больше. Но старая Жи-Жи так и звала Повелителя - Дракоша. А сейчас Коричневый лукаво улыбался. Он парил задние лапы в медном тазике, над которым поднимались густые клубы пара. Увидев малыша крола, дракон задорно засмеялся, как от щекотки и воскликнул: - Эй, отважный маленький крол, сунь свои пяточки в тазик. Хорошо-о-о! Припарочка, прямо, праздничная. И весело подмигнув старенькой жабе, добавил: - Это моя старушка Жи-Жи постаралась. Пупс завистливо посмотрел на медный тазик, затем на свои валеночки. Конечно же, он не прочь был попарить свои ножки, но.... - Теперь уж в другой раз, - сказал он. -О-о-о! - протянул Повелитель. - В другой раз и припарочка другая будет. Он напустил на себя серьёзности и спросил: - С чем пожаловал, Пупс? - У тебя где-то барр запрятался! - горячо выпалил Пупс. - Затаился, нехороший. - Ну и? - скривился дракон. - Так барры ёлу утащили! - Куды?! - Куды-куды? Туды и утащили, куды ножками тропинку протоптали. А тропинка прямо к замку твоему. И в сердцах добавил: - У! Злые, нехорошие! - А мне чего, - вяло откликнулся дракон, - мне ничего. У меня и столик накрыт и ёлка пахучая. --- Тебе хорошо, они к тебе не полезут. Замок каменный вона какущий, - вздохнул Пупс. Коричневый выпучил глаза и выдал: - Пусть попробуют. Припалю ихние пятки в две секунды. Головёшки только останутся. Он заливисто захихикал: - Головёшки вместо пяточек! И предложил Пупсу: - Может попробуем? Пупс возмущённо вспылил: - Зачем мне их головёшки?! Пусть ёлу вернут! На эти слова дракон Коричневый почесал лапой подбородок и задумался. Он крутил головой и моргал левым глазом. - Барры, барры, - наконец проворчал он. - Они у меня чуть табличку с ворот не утащили, а ты говоришь "ёла-шмола". - А зачем им табличка твоя? - удивился Пупс. - Так бронзовая она, тяжёлая, - пояснил Повелитель. - Вот они её за верёвочку и - БУЛТЫХ! - вместо якоря к яхте-развалюшке приспособить хотели. - А ты чего, Повелитель? - Шлёпнул их легонько. Они без парусов летели-и-и! Вспомнив, как летели барры, дракон снова развеселился. Он тут же мудро заметил: - Раньше, в ранешние времена карлы шкодили. Карлов не стало, теперь барры заворачивают, дела творят разные не очень хорошие. - А куда карлы-то делись? - спросил пытливый Пупс. - А кто их знает, - пожал плечами дракон. - Это мы драконы по тысячу лет живём. И уже совсем подобрев, предложил отважному кролу: - Хочешь, я подарю тебе серебряный браслет? Приколдованный. Или амулет. Выбирай. На это щедрое предложение Пупс не ответил, а лишь всё так же пытливо спросил: - А почему это тебя Коричневым зовут? Сам-то ты горчичного цвета. - Это меня так мама назвала, - ласково ответил дракон. - Она у меня хорошая. Он, наконец, вынул свои лапы из медного тазика и прошлёпал к камину оставляя на полу боль-шущие лужи. Погрев свои лапы, Дракоша подкинул пару поленьев в огонь и похвастался: - Ха! Видишь, отважный сыщик, у меня и камин тепленький с огоньком пляшущим, - хохотнул Повелитель. - А у тебя в домике, наверное, печурка из бочки железной сделана. - Не-е, - ответил Пупс со всей серьёзностью. - Печурка у меня самая, самая кирпичная. Большущая. Тепла на всю семью хватает. Тем временем поленья разгорелись вовсю, и резко пахнуло жаром. Тотчас почему-то зашевелилась тяжёлая, широкая портьера. Зашевелилась, зашумела и... чихнула! -БУХ! - из-за портьеры вывалился барр. Страшненький, сам мелюзга, пыхтит. Ёлку держит, а ёлка больше его самого в три раза. Валенки - ВОТ ТАКУЩИЕ! На руках рукавицы. - Взопрел, как пингвин на пляже, - выпалил он. И уже сердито добавил: - Не отдам ёлу. Чё хотите, делайте, разбойники-грабители. Малышей обижаете, да?! - Ты зачем ёлу украл? - насупился Пупс, наступая на несчастного воришку. - А она ничейная стояла, - скривил рожицу барр. - Таблички на ней не было, а теперь есть. И он показал на макушку ёлки. Там к веточке была привязана за верёвочку табличка. Маленькая. А на неё: "ЭТА ЁЛА БАРРОВ. РУКАМИ НЕ ТРОГАТЬ". - Что теперь скажите, несчастные? - распалился барр. Пупс сжал кулачки. - Праздник у нас украсть решил? - и двинулся на мелюзгу. Барр попятился. - Ну-ну-ну. Боксоваться не будем. И - НЫРК! - в кармашек, и.... В его кулачке появилась рогаточка. Он угрожающе натянул резинку. - Как пальну! - припугнул он. Повелитель клацнул зубами, и .... Барр свалился рядом с ёлкой. Только валенки и торчат. - Столббрякнулся, - махнул рукой Пупс. - Доигрался в разбойников, несчастный. А несчастный не шевелился.
ГЛАВА ШЕСТАЯ. ЗАКОЧЕНЕВШИЕ ПЛЮХИ И ШОКОЛАДКА. Барр не шевелился. - Он не столббрякнулся, - заверил Повелитель. - Он притаился. И громко икнул. Барр вздрогнул и открыл глазёнки. Его левая рука начала искать ёлку. Убедившись, что ель рядом, барр очухался окончательно и лихо вскочил на ножки. - Да у вас тут целый заговор, - возмутился барр. ЗАГОВОР, ЗАГОВОР ПРОТИВ БАРРА-МАЛЫША. Дракон от такого стихотворения сморщился, а Пупс покачал головой и сказал: - Пальчики чешутся, как-будто в них зудики вселились. Так и хочется ему по носу щёлкнуть. На эти слова маленький, но хитрый барр предложил Пупсу: - Ты ель мне оставь. А сам сходи, да выруби ещё одну. - У меня талончика специального нет. А плюха Пузыря не допросишься. У него всё по учёту. - Жадный такой? - прищурился барр. - А ты сам попробуй, - предложил Пупс. - Тогда увидишь. - Значит, точно жаднюга. - Он говорит, что хозяйственный. Барр погладил ствол ёлки и сообщил: - А у нас в усадьбе ёлки вообще не растут. Одни деревья заморские. Сад огроменных размеров. Вот одно дерево нарядили и стражников приставили. А хочется ель настоящую, пахучую. - А Пузырь с Нюшей прикоченели, - вспомнил Пупс о друзьях. На что Повелитель усмехнулся и хлопнул лапами. В тот же миг распахнулась дубовая дверь, и жутко-смешные монстрики внесли примороженных друзей Пупса и уложили их у камина пяточками к огню. - Оттают - заверил Повелитель. - Будут, как новенькие. - Вот, ёлки-шмолки, чудеса-а-а, - протянул барр. Он подошёл, посмотрел на Нюшу, зачем-то нажал ей на кончик носа и похвалился: - У меня тоже есть подружка. Краси-и-и-вая! Глазёнки от красоты аж сами выскакивают. И гордо добавил: - Я ей подарочек приготовил. Хе-хе! Вот такусий! Прикоченевшие-примороженные начали шевелиться. От валенок шёл лёгкий пар, а с носа Пузыря бухнулась маленькая такая сосуля. - Ох! - сказал Пузырь, пощупал нос и, открыв глаза, осмотрелся. - Мамоньки мои, где это я? - не унимался он. - А пальчики не шевелятся. Отпадут, наверное. - Глупый плюх, - махнул лапой Повелитель. - Эх, сейчас он его приколдует, - прошептал маленький барр Пупсу. - И останешься ты без ели пушистой. Услышав про ель, Пузырь окончательно оттаял. Нюша, увидев Пупса и ёлку, обрадовалась и достала откуда-то большущую вкусную шоколадку в красивой новогодней обвёртке. Все дружно засопели, зашумели, втягивая носами и носиками шоколадный аромат. - Хорошо бы животики горячим чаем погреть, - буркнул промёрзший Пузырь. - И непременно с долькой шоколада, - выпалил малыш барр. - И чтоб долька была немаленькой, а порядочного размера. А ещё можно бы выпечкой домашней подкрепиться. - Это мы мигом организуем, - заверил Повелитель и подмигнул старенькой жабе Жи-жи. И вскоре, все дружной компанией сидели за большим кухонным столом, пили горячий чай вприкуску с шоколадкой. А ещё на столе были пышные домашние булочки, которые закончились в один миг. Такие вот вкусные булочки.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ. РАЗДАЧА ПОДАРКОВ И ВЕСЁЛОЕ НАСТРОЕНИЕ. После дружного чаепития гости поглаживали свои пузики, а хозяин, дракон Коричневый, показывал забавные фокусы. Обдуривал он их! Мамоньки мои! Самые знаменитые факиры и чародеи - ХА! - по сравнению с Повелителем были просто никудышные неумехи. Напоследок дракон хлопком запустил гирлянду, которая переливалась, мигала и снова переливалась тысячью ярких огоньков. И совсем под занавес, прямо из ниоткуда, из воздуха, появилось симпатичное апельсиновое деревце, увешанное оранжевыми плодами. - Подарочки! - весело воскликнул Повелитель и.... И в тот же миг все апельсинчики лежала упакованные в праздничные яркие пакетики. - Хорошо-о-о! - протянул Пузырь. - Давно оранжевых не пробовал. - А мне ель нужна, - требовательно сказал маленький барр. - Я без ели не уйду. Сейчас валеночки к полу клеем приклею, и буду стоять пока не столббрякнусь. И он выудил из кармашка, и вправду, целый большущий тюбик. На нём было написано: "КЛЕЙ. КРЕПКИЙ, НЕОТРЫВУЧИЙ". - Запасливый, малец, - заметил Повелитель. - Придётся опять фокусы делать. Он вздохнул и.... И симпатичное апельсиновое деревце превратилось в самую настоящую, в пушистую, пахучую, зелёную, новогоднюю ёлку. - О-па! - маленький барр открыл рот от изумления. И Пупс, и Нюша, и Пузырь тоже застыли, словно приколдованные. Вот тебе, ёла-шмола, и фокусы. Барр начал кружить вокруг ёлки придирчиво пощипывая её и нюхая иголочки. Наконец, он угомонился и восхищённо выпалил: - Настоящая! - У нас всё настоящее, - заверил дракон Коричневый. - У Повелителя без обмана. Мы существа серьёзные. - Хорошо бы ещё дома оказаться, - пробубнил Пузырь. - А то из-за некоторых теперь топать через сугробы сугробистые. - А я вам снегокат дам с моторчиком. ВЖИК! - и дома, - пообещал дракон. - Ну и Повелитель! Щедрый, как самый добряк, - всплеснула руками Нюша. - А ты ко мне после праздника приходи, - ответил дракон, хитро улыбаясь, - я могу и нашкодить. На эти слова Нюша улыбнулась и протянула Повелителю тёплый вязаный шарфик. - А это подарок для тебя. Чтоб, значит, горлышко не застудить. У тебя шея вон, какая длинная. Беречь надо. Дракон выпучил глаза, взял шарфик и.... И не находил слов. Тогда малыш барр сунул ему тюбик с клеем и буркнул: - Вот. В хозяйстве пригодится. Или приклеить кого. Давно уже никто не делал Повелителю таких подарков. Повелитель был доволен. Очень доволен. Он весело смеялся, как мальчишка, стучал хвостом по полу и хлопал лапами. И всё было хорошо. Все были довольны. И малыш барр получил ёлку. Свою, не украденную. А значит, праздник у всех будет добрым и весёлым.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ. САМЫЙ ПРАЗДНИЧНЫЙ ПРАЗДНИК. Маленький барр был счастлив. Он отправился с ёлкой в усадьбу праздновать свой праздник и поздравлять красавицу-подружку. А снегокат с моторчиком вмиг домчал Пупса, Нюшу и Пузыря до деревушки кролов. Счастья было-о! Полные карманчики. Ещё бы! Ёлу вернули, и подарочков с оранжевыми сочными привезли. Ни каждый день такая удача выпадает. Ёлу нарядили, и стол праздничный накрыли. Всё было готово к встрече Нового года - самого праздничного Праздника. И вот, когда все аппетитно-вкуснющие блюда стояли на столе, а огонёк длинной витой свечки весело плясал, вдруг обнаружилось.... Мамоньки мои..! Обнаружилось, что напиточек, фирменный новогодний напиток, на столе-то и отсутствует. Нет его! Вот! Что тут началось! Пупс схватил со стола свечку и юркнул в кухню. Он, словно призрак, бродил по кухне и гремел чашками, ища заветную бутылочку с новогодним напитком. На помощь ему пришла матушка, которая зажгла свет. - Ты забыл, где выключатель? - спросила она у Пупса. - Со свечкой интересней, - ответил крол, - приключенчески. Лопоухий, который был в своих топотунчиках, выскочил за дверь, только его и видели. Не было его долго. Целых десять, или даже двенадцать минут. Он появился весь заснеженный, с инеем на волосах и.... И с бутылочкой в руках. Бутылочка была хорошего, здоровского размера. Но Пупсу она почему-то казалась очень уж небольшой. Он почесал лобик и спросил примороженного Лопоухого: - Это за такой маленькой бутылочкой ты ходил в такую даль?! - Здесь целая литра! - выпалил Лопоухий и водрузил бутылочку с новогодним напитком в самую середину праздничного стола. - Ну, - сказал главный крол Яков, - теперь уже всё готово. И посмотрел на настенные часы - БУМ! БАМ! - начали отбивать ходики. - РАЗ! ДВА! - хором считали кролы удары часов. И двенадцатый удар возвестил о наступлении Нового, самого Нового года! И тут раздался стук в дверь, и в домик ввалился толстенный, красноносый, бородатый дед в красной шубе и с большущим мешком за плечами. - Дед красноносый, краснощёкий! - крикнул Пупс. - Я же говорил, что Дед Мороз придёт вовремя, - хвалился плюх Пузырь. Началась раздача подарков! И чего тут только не было?! Ха! И футбольный мяч, и лупа для сыщика, и фотографический аппарат, и бантики для девчонок, и целая стопка ярких книжек, и самопишущая ручка. И ещё много-много всяких необходимых и невероятных вещей и вещиц. Дед Мороз вспотел, раздавая подарки. Он уселся на стульчик, вытер лоб и крикнул: -Начинай веселье! - и дёрнул верёвочку хлопушки. Разноцветное конфетти осыпало кролов и плюхов. - Ну, держись! - выдохнул Пупс поджигая бенгальский огонь. А кто-то запустил в небо красивую, яркую праздничную ракету.
И кролы, и плюхи веселились всю ночь напролёт. Они ели вкуснятину, плясали возле ёлки и, конечно же, катались с горочки. Какой же праздник без снежной горки?! Навеселились, накувыркались, умаялись. -Хоро-о-ший праздник, - радостно сказал красноносый дед, - удался на славу. Теперь и поспать можно. И первым завалился дрыхнуть на бочок. А уже под самое утро непослушные топотунчики опять сбежали от Лопоухого. Они уселись на крылечке вместе с толстокожим оранжевым апельсином и дружно затянули известную новогоднюю песню.
ГЛАВА ПОСЛЕДНЯЯ. Утром выпал снег. Кролы похватали широкие деревянные лопаты, и весёлой гурьбой выкатились на улицу. Они очищали дорожки и крылечко от снега, пыхтели, сопели и... урчали. Да, да, урчало в животе у Пупса. Он не успел позавтракать. - Во, рокочет, как самолёт, - заметил Лопоухий. Его тут же со смехом посадили в сугроб. Пупс в сугроб нырнул сам. А следом, побросав лопаты, в сугроб уселась вся дружная, весёлая компания!
ВОТ И ВСЁ!
Но приключения не заканчиваются. Они продолжаются. И дальше ты узнаешь, как плюх Пузырь стал.... А кем он стал? Читай дальше. И ты узнаешь, что приключилось с Пузырём и, что из этого вышло.