Аннотация: Всем, кто испытывает нехватку ресурсов времени для жизни, всем современным людям посвящается...
Спринтер
Обхватив ладонью металлическую трубу, я вылетаю из подъезда и несусь по осенней грязи. Лямка небольшого рюкзака съезжает с плеча, и я поправляю ее.
Вчера ночью со слипающимися глазами спешил делать уроки. Да какое там вчера! Для меня граница вчера-сегодня давно перестала существовать. Ложусь с три, просыпаюсь в шесть, еще на уроках иногда удается подремать. Но разве это нормальный сон?
Я бегу, в желудке трясется кружка чая и полбутерброда. Лучше бы не ел, удалось бы сократить опоздание на минуты три.
Добежав до остановки, падаю на сырую от дождя скамейку. Не важно. Я вытягиваю ноги и глубоко дышу. Только сейчас слышу бешеный ритм собственного сердца. Старается, разгоняет по организму адреналин.
Подходит автобус, и я запрыгиваю в раскрывшиеся створки. Здесь скамейки оказываются намного удобнее. Я расплачиваюсь за проезд и расслабляюсь, закрыв глаза. Чтобы не уснуть, я решил вслушиваться в разговоры людей, гул мотора, шипение раскрывающихся дверей и вообще во все то, что издает звуки... Но вся эта полифония утреннего автобуса оказывается монотонной, слишком монотонной...
Я, конечно же, проспал нужную остановку. Слава богу, успел выскочить на ближайшей к ней, у администрации.
Я протираю глаза, чтобы не уснуть по дороге и вновь мчусь, теперь еще быстрее. Каблуки выбивают сухие звуки из асфальта, которые потом эхом разносятся по кварталу. Потом я бегу по грязи, по камням, затем снова по асфальту и вот в поле видимости попадает здание моей школы, гордо возвышающееся над всеми неучами. Подбегая к ступенькам, я чувствую усталость, но все равно выжимаю из себя последние резервы. На двери дежурный. О нет! Подбегаю поближе, присматриваюсь. Все же мне повезло: это моя знакомая Аня; стоит с целью не пускать в школу опоздавших. Мы учились с ней до десятого класса. Поверх рукава ее белой блузки угрожающая красная повязка. Завидев меня, Аня не улыбается, как я ожидал, а строго смотрит на мою запыхавшуюся фигуру. Разбавляя глубокими вздохами, я говорю:
- Привет... Аня... пусти, пожалуйста... опаздываю.
- Нет, Семенов, жди перемены, не положено, - сварливо откликается она.
- Ну Ань, мы же друзья! У нас контрольная какая-то по лит-ре. Не приду - меня училка найдет и повесит без выяснения причины... Аня, будь человеком. Пожалуйста!
- Ладно, Миша, слушай. У меня сегодня день рождения. Придешь ко мне - пущу.
- Ты шантажистка! - говорю я.
Мне не хочется идти к ней на днюху, потому что Аня якшается со всякими эмо, готами и сатанистами. Всяка они притащатся к ней сегодня. Да еще у меня тренька по баскетболу, не хочется пропускать. Но делать нечего, я соглашаюсь.
Она убирает руку с двери, пропуская меня, и говорит: "В три". "Хорошо, - отзываюсь я, вновь переходя на бег. - С днем рождения, кстати".
---
Я опасливо открываю дверь класса и просовываю голову внутрь. Одноклассники отрываются от своих работ и начинают гудеть, кто-то тихо смеется. Учитель, Виолетта Николаевна, тоже устремила на меня взгляд, покрытый стеклами очков. Дальше она, как ни в чем не бывало, отводит глаза и продолжает заниматься своими делами. Стало быть, меня пока не впускают. Появилась возможность отдышаться, пригладить растрепанные волосы.
- А у нас, между прочим, сочинение, Семенов, - говорит Виолетта Николаевна, глядя в раскрытую книжку. - Ну проходи, раз пришел.
Я захожу в класс и сажусь за свою последнюю парту.
- Тема на доске. Пиши, - продолжает учитель. - На перемене будешь дописывать.
Я вынимаю из рюкзака ручку, достаю тетрадь, выдираю из ее середины двойной листок и гляжу на доску. Сочинение. Тема - "Загадки осени". У меня нет времени уточнять у кого-либо тему. Я быстро собираю все свои соображения об осени в кучу и пытаюсь выстроить из этого текст. "Люблю светлыми сентябрьскими вечерами неспешно созерцать яркое и прекрасное увядание природы". Я часто ошибаюсь в буквах, зачеркиваю, иногда в спешке зачеркиваю правильное написание. "Но это увядание вовсе не грустное, а спокойное и мудрое". Я задумываюсь. А это хорошая, точная мысль. Но стоило мне помедлить, как взвизгнул душераздирающий стервозный звонок. Одноклассники вмиг соскакивают с мест; некоторые задерживаются, но не более чем на минуту. Когда-то звонок значил для меня спасение, но не сейчас. Я гоню мысли, как пастух стадо овец с полосы шоссе, и за десять минут накатываю страницу.
В коридор выхожу весь потный и утомленный. Ко мне сразу подкатывает одноклассник Игорь - длинный компьютерщик в затемненных очках. Видимо, он ждал здесь меня, пока я допишу сочинение.
- Здорово, Миха, - флегматично бросает он. - Установил Фри Хэнд?
- Да у меня вчера не то, что установить - включить комп не было времени!
- Семенов! - окликает меня кто-то. Я оборачиваюсь. Одноклассник Артем. - Физ-ра в малом зале.
- Понял, - говорю. Возвращаюсь к Игорю: - Если получится - установлю сегодня.
- Ну смотри, а то мне она уже завтра нужна. Она ж не моя. С меня Комаров ее уже неделю трясет. Ну ладно, я в столовую. Принеси завтра обязательно.
Я не успеваю подумать, смогу ли я установить эту программу, как он отходит. Я стою посреди коридора. Вокруг меня ходят занятые и не очень занятые люди, а я забыл, куда торопился.
Вспомнил, физ-ра! Так, форма в портфеле, можно идти. Я разворачиваюсь, тащусь по коридору. Вдруг в толпе вижу моего приятеля - Саню Белоусова. Мы обмениваемся рукопожатиями, он спрашивает:
- Бладрейн не виснет?
- Я дальше главного меню не проходил.
- А что так? - удивляется он.
- Время будет - поиграю.
- Понятно. Ты вчера на концерте "Пургена" был? А то я че-то тебя не видел.
- Саня, какой концерт?!
- А зря не ходил. Было уматно, панки зажигали на полную.
Я отхожу. Приятель кричит вслед:
- И притащи завтра ВОВ. Позарез надо.
- Постараюсь, - кричу я ему.
Только я поворачиваю голову, как вижу Нину Михайловну, завуча, курирующего старшие классы. И она смотрит прямо на меня. Я хотел развернуться и пойти в другую сторону, но было уже поздно.
- Семенов, иди-ка сюда.
И звенит звонок на урок. Но делать нечего, я подхожу к завучу.
- Миша, ты почему уроки пропускаешь? Мне уже учителя жалуются.
- Извините...
- Нет, причем здесь "извините"?! Как будто мне это надо! Одиннадцатый класс. Все бегают туда-сюда, а ты один у нас никуда не торопишься, тебе ничего не надо.
- Извините, мне нужно идти на урок.
-Ах вот как, тогда тебе, значит, не надо было на урок, а сейчас вот надо! Семенов, тебе экзамены сдавать, а ты еще на биологии не разу не был.
- Почему? Был несколько раз.
- А в журнале другое написано. Учитель тебе, наверное, по привычке "энки" ставит.
- Нина Михайловна, я на урок опаздываю.
- Ничего, скажешь, что я задержала. Так почему ты биологию пропускаешь? Плохое отношение с учителем? Или ты просто думаешь: "А, не важный урок. Можно не ходить"?
Голос завуча громко звенит в опустевшем коридоре.
- Да нет, все нормально.
- А почему ты на этой неделе пропустил контрольную по истории и тест по английскому? Татьяна Федоровна говорит, что больше не будет идти тебе на уступки. А дежурство, которое у вас было неделю назад. Почему твой напарник один убирал пост? Он говорил, что ты обещал завтра убрать пост за него, а сам уходил куда-то и на следующий день делал то же самое...
Я думал, вопросы будут сыпаться бесконечно, но она все-таки отпустила меня. Спустившись на первый этаж, я гляжу на мобильнике время и узнаю, что четверть урока уже ушли в прошлое. Мне не очень хочется идти на оставшиеся тридцать минут физкультуры, тем более что я неожиданно услышал более мощный зов желудка, которому оказалось мало полбутерброда с утра. Я прихожу в почти пустую столовую и покупаю там две посахаренные булочки с чаем. Кто ж занимается физическим трудом на пустой желудок?
На перемене меня ловит физрук. Он как всегда расхаживает по школе в нелепом спортивном костюме.
- Семенов, ты чего это на уроки мои не ходишь?
- Да я это... Меня завуч сегодня задержала.
- Прямо на весь урок? Ладно, я просто хотел тебе напомнить, что ты единственный из всего класса не сдал нормативы по бегу. Ты бы пришел, я бы тебя отправил на стадион. Когда будешь сдавать полторы тысячи метров?
- Ну... Сдам, потом.
---
В общем, школьный день закончился, а мои дела вовсе нет. Домой я вваливаюсь весь измотанный и сразу зашвыриваю портфель куда подальше. Включаю чайник. Вспоминаю, что надо сделать. Установить Варкрафт. Нет, Фри Хэнд. Вернуть Бладрейн. Нет, все-таки Варкрафт.
Черт! День рождения! Мож все-таки не идти? Нет, я обещал прийти, значит надо отправляться. Ведь я стараюсь выполнять все обещания. Гляжу время - без десяти три. Блин, опаздываю! Как я раньше не подумал - у Ани сегодня пять уроков, а у меня аж семь.
Очень хотелось есть. Ладно, думаю, поем там.
Надо идти, хоть и не хочется. Хоть Аня мне и не очень нравилась, но я обещал. То есть нравилась, но это было давно. Это уже прошлое.
В животе бурлит, все-таки надо что-то съесть. Рывком открываю холодильник и спринтерским взглядом осматриваю его содержимое. Ничего. Нет, не то что совсем ничего, но не огурцы же соленые есть! Я отрываю от хлеба кусок и засовываю его в рот. Гадость-то какая! Никогда не ел хлеб без ничего. Выплевываю его в мусорку.
Сначала хотел идти в том, что на мне было в школе, но потом решил все же заменить пропитавшуюся потом футболку на другую.
Я еще раз смотрю на часы, выскакиваю из дверей и бегу, бегу, бегу... Нет, думаю, туда я не опоздаю ни за что.
Подбегая к родной остановке, я вспоминаю про подарок и сразу сворачиваю к киоску. Я очень быстро, но внимательно вожу взглядом по прилавку в поисках чего-нибудь поприличней. Вижу маленького глиняного ангелочка с детским лицом, в белых одеждах и с нимбом, приделанным к макушке тонкой палочкой. На спине сложены лебединые крылья, а в руках он держит расписное алое сердечко с надписью "I Love You". Эта симпатичная и милая фигурка сразу привлекла мое внимание, и больше я ничего не искал. Да, это то, что надо, хоть фраза и была большим преувеличением.
А между тем моих денег как раз(!) хватает на подарок. Эта мысль меня немного обрадовала, и я, взбодренный, запрыгиваю в уже готовый умчаться автобус.
Уф, передышка. Я разваливаюсь на широкой скамейке в хвосте "Икаруса".
Когда ко мне подходит женщина с черной кожаной сумкой и торчащим оттуда рулоном билетов, меня почему-то обдает холодом. Я хлопаю себя по карманам и вдруг понимаю, в чем заключался испуг...
Я добровольно вылезаю на следующей остановке. Как же я мог забыть оставить денег на автобус?! Ну ладно, смотрю на часы мобильника - опаздываю, а до дома именинницы еще около четырех кварталов. Придется срезать дорогу, иначе торт съедят без меня, а Аня обидится и никогда больше не пустит меня во время урока.
Я несусь поперек дорожек, лавируя между ворчащих бабок и молодых пар. "Куда летишь, мать твою!" - вскрикнула женщина, когда моя пятка нечаянно влетела в одну из ее сумок. Под моими широкими подошвами одна за другой взрываются брызгами осенние лужи. Я виляю по переулкам, ловко перелезаю через забор. Перед красноглазым светофором у меня есть секунды отдышаться, но потом ноги вновь несут меня к дому Ани, который уже виднеется в щели между универмагом и поликлиникой.
---
По ступенькам я уже иду, а не бегу. За дверью слышен шум и хохот. Я давлю на кнопку звонка, а когда за дверью слышатся приближающиеся шаги, поправляю на себе куртку и судорожно заглаживаю волосы назад.
- Привет, Миша, - распахнув дверь, говорит Аня. Она сияет счастьем.
- Привет.
- Опаздываешь.
Она вешает мою куртку на крючок, а когда поворачивается, ее уже ждет глиняный ангелочек в моей ладони. Я протягиваю Ане скульптурку и слежу за реакцией.
- Как мило, - с улыбкой на лице молвит она и принимается вертеть сувенир. Приглядывается. - Так этот ангел... девочка!
Я ничего не понимаю. Спрашиваю:
- А как определила?
- Губы накрашены, - отвечает она и поворачивает ангела лицом ко мне.
Действительно. Девочка-ангел держит в руках сердечко с любовным признанием, стыдливо поворачивает голову полубоком и, кажется, краснеет лицом... Теперь до меня доходит: видимо данная вещь предназначалась кому-то из мужской части земного населения.
Я в ужасе, хотя скрываю это. Что-то теплое подливает к лицу, и я краснею, прямо как девочка-ангел в моей ладони. Какой я дурак! В спешке я не разглядел эти мелочи.
- ...Ну и что такого, - говорю я немножко несмело. - Какая разница кто поздравляет?
- Да все нормально, проходи.
И я прохожу в комнату с доносящимся оттуда шумом. Как я и предполагал: полная комната эмо-готичных сатанинских панков. Аня представляет меня и усаживает на диван меж двух длинноволосых парней с цепями на шеях и шипами на запястьях. К дивану придвинут широкий стол на полкомнаты. Присутствующие реагируют на меня сдержано, точнее даже сказать - вовсе не реагируют.
Желудок урчит при виде еды, и буквально через минуту я с аппетитом кусаю чисто символический торт, потом ем апельсины и яблоки; мне предлагают какую-то стряпню, и я исключительно из вежливости пробую несколько штук этого печеньеподобного вещества.
В компании незнакомых ребят я чувствую себя неловко, и в мыслях хочется побыстрее отсюда убраться.
Далее идут горячительные напитки. На столе появляется бутылка вина. Я отказываюсь, но мне все же наливают немного. Мой желудок, не привыкший к алкоголю, отнюдь не гостеприимно это принимает.
Потом наступает то, что называется "пати". Взвизгнула музыка, все вокруг оживились. Я же никак не реагирую на басистые звуки, только сижу на диване и, кажется, засыпаю. Свет в комнате гаснет, то ли по-настоящему, то ли только в глазах. Изображение теряет резкость, сознание словно погружается во мглу...
Диван недалеко от меня прогибается; я приоткрываю глаз и вижу гота. Тот интересуется:
- Эй, друг, ты какую музыку слушаешь?
- Техно... - в полузабытье бормочу я.
- Это что за дерьмо?
Гот заставляет меня проснуться.
- Электронная музыка. - У меня заплетается язык.
- Это какая? Кантри что ли?
Я в недоумении.
- ...Ну, и кантри тоже слушаю...
Загруженный гот отлипает. Вываливаюсь из реальности вновь...
---
... В сон врывается знакомая мелодия. Кажется, из мобильника. Она звучит долго и надоедает, как вновь садящаяся на руку муха. Мелодия сопровождается жужжанием, и мой карман почему-то трясется. "Да возьмет здесь кто-нибудь трубку или нет?!" - хочется крикнуть. Но вдруг я понимаю, что это трезвонит мой телефон. Я вскакиваю с дивана и на шатающихся ногах выныриваю из шумящей комнаты. На дисплее имя - "Света".
О черт! Меня как будто кувалдой огрели. Неужели я забыл что-то важное?
- Миша, ты где? - вырывается из мобильника. - Ты обещал, что сходим сегодня куда-нибудь! Я уже полчаса тебя ищу, два раза звонила на телефон, стучалась в дверь! Ты что опять забыл что ли?!
- Света, я уже иду, жди меня! Только жди, ладно?!
Она бросает трубку. Как я мог забыть про нее?! В голове не укладывается.
В комнате, в толпе пассивно танцующих людей я отыскал именинницу.
- Аня, мне пора идти.
- Подожди, мы еще не играли в "Монополию".
- Да, - говорит какой-то парень. Кажется, это тот же гот, пристававший с вопросами. Хотя, они все на одно лицо. - Она обожает "Монополию".
- Но Аня, я опаздываю!
- Ну хотя бы пару ходов, Миша. Иначе я обижусь.
- Ладно, только побыстрее... А "Монополия" - это что?
- Это настольная игра, тебе понравится.
Мы принимаемся играть в "Монополию". Я нервничаю, смотря на картонное игровое поле, и молю всех, кого возможно, чтобы ходы в этой игре были быстрые и короткие. К этому времени я уже отошел ото сна, но ужасно трещала башка. "А ничего, нормальная игра", - думаю я.
Через две минуты я уже несусь по подъезду, застегивая куртку. Ступеньки мелькают в глазах с сумасшедшей скоростью, каждый пролет я преодолеваю за три шага. В кармане звенят 7 рублей, которые дала мне Аня на автобус; я бегу на остановку. Когда рука толкает подъездную дверь, улица встречает меня синеватой тьмой (сколько я там пробыл?).
Преодолев поворот, я вижу автобус на остановке, двери которого закрываются за последним человеком. Я бегу к автобусу как сумасшедший, но ноги не слушаются, разъезжаются в стороны.
Уехал, даже не взглянув назад; я стою в облаке выхлопов. Тьфу! У меня нет времени ждать следующий автобус и я бегу... Но, не пробежав и ста метров, я переламываюсь пополам. Судорога бьет в желудок и меня выворачивает прямо на асфальт. Во рту остается противный вкус рвоты, но я продолжаю бежать. Я бегу, потому что должен...
Пробегая мимо больших многоэтажек, серых людей, которые, кажется, ни днем, ни ночью не сходят с городских дорожек, я все никак не могу избавиться от чувства, преследующего меня везде. Чувства, что жизнь куда-то убегает, дразнит меня, велит догонять ее. И мне приходится бежать, а если остановлюсь - непременно кого-нибудь обижу или же получу нагоняй.
И я вывел для себя одну забавную формулу:
За двумя зайцами погонишься - копыта отбросишь; погонишься за одним - другого зайца никогда в жизни больше не найдешь.