- Лалуш, Ты же знаешь... Никак не могла. У Ульбрихта...
- Ох, оставь. Не хочу ничего слышать...
- Вот и хорошо. Это не обсуждается. Расскажи, лучше, о Розали. Она прилетела с тобой?
- Розали... Нет, конечно. Мы даже и поговорить как следует не смогли. Встретились в переходе. Я возвращалась с симпозиума
- Это тот межведомственный
- Угу... Там было так классно... А природа...
- Как же и мне хотелось бы... Но, что бы я там делала - не моя специальность
- Иви, не начинай. Всё, что я об этом думаю - ты знаешь
- Ты права. Не будем. Лучше расскажи о Розали...
- Ивэлин! Ты постоянно разговариваешь
- О, Ульбрихт, привет
- Здравствуйте, мисс Лала.
- Что же так официально? Будто это не я тебя с Ив познакомила...
- Вы ставите себе это в заслугу, мисс? Одна из немногих твоих "удач". Единственная. На мой взгляд.
- Всё, всё... Наш мистер Большая Шишка не в настроении. Договорим, Ивуш.
- Да, конечно. Спасибо, Лала.
- Сколько можно! Ты готова разговаривать с этой балаболкой целыми днями!
- Но...
- Я выкроил пару минут не для того, что бы выслушивать нравоучения от всяких вздорных старых дев!
- Но Лала не вздорная. Она...
- Все отлично знают, что ты привязана к своим, так называемым, подругам. Хотя - это не наш уровень, и пора бы... Но .... Оставим. Я хотел предупредить, что не смогу привести вечером детей.
- Но
- Почему необходимо перебивать
- ... Я, просто, хочу...
- Если дашь мне возможность закончить хоть одно предложение... о большем не прошу! Все вопросы отпадут сами собой.
- Внимательно тебя слушаю.
- Давно бы так. Сохранили бы и моё время, и мои нервы. Или, ты полагаешь, что я настолько "шишка", как выразилась наша знаменитость в узких кругах, что лишился человеческих чувств?
- Ульбрихт, ну, что ты. Как можно... Я отлично понимаю, что твоя должность требует.... Много чего требует...
- Вот и хорошо, дорогая. Не будем об этом. У меня совещание. Да! Меня пригласили на Заседание!
- О, дорогой, наконец то! Ты так мечтал. Я так надеялась. Так рада.
- Вот видишь. Когда мы спокойно разговариваем, своей семьёй - всё становится на свои места. Так вот. Совет проводится по Средне - Галактическому... поэтому
- Поняла, дорогой. Конечно, я заберу мальчишек.
- О, дорогая. Я так тебя ценю. Знаю - у тебя были планы.
- Ничего страшного. Мы - одна семья. Твои дела важнее.
- О, Иви, моя Иви. Ты уверена, что сможешь перенести свою встречу... И ... мальчишки... Я им обещал.
- Спасибо, что ты помнишь. Но не волнуйся, дорогой. Маэстро пойдёт мне навстречу. От того, что я начну не сегодня... уже ничего не изменится.
- А Бэрил и Фрэнк...
- Они разумные мальчики. Поймут, что это очень-пре- очень важно для папы. И будут тобой гордиться.
- Ивэлин, - ты мой самый крупный... что там - грандиозный выигрыш! Что бы я без тебя делал, малыш.
- Дорогой, не преувеличивай, пожалуйста. Ты...
- Нет, нет! Не начинай меня хвалить... Пора бежать. И да - точного регламента мероприятия нет. Так что ... ложись спать. Все вопросы и рассказы - завтра.
ИВИ. Она коснулась мизинцем свободной руки яркого "камушка" в мочке уха. Эти серёжки - гвоздики, одна из которых была индивидуальным переговорником, ей подарил Ульбрихт. Почти сразу же после случайного знакомства в компании "всех подбирающей" - такое у этой оторвы было прозвище - Лалы, они начали встречаться. И, когда никому неизвестный, скромный, чудом попавший из провинциального Гефеста на учёбу в Академию Всеобщего Согласия и Единства, парень на свои скромные средства купил эти простенькие серёжки - для неё! Единственная дочка - ни в чём никогда не нуждавшаяся девочка из семьи Старой Аристократии - почувствовала себя на десятом небе! Как можно было, не влюбится в такого! Но сегодня... но сегодня ей было обидно. Необоснованно обидно. После разговора с супругом она чувствовала себя... Было как-то "непропорционально" - она специально подбирала такие странные определения, что бы отвлечься - досадно! Мда... Но ужин, в любом случае, никто не отменял. Конечно, она планировала. Они так давно не ужинали вместе, всей семьёй. И ещё - ей так хотелось, до боли хотелось начать заниматься, вспомнить, восстановиться. Мальчишки уже большие. И Маэстро, забыв обиду... нет, конечно, он не мог забыть, как он это называл - предательство своей лучшей, талантливейшей ученицы. Но, простив её, согласился начать занятия. Но... Продвижение Ульбрихта по службе - важнее. А Маэстро... Она уговорит любимого многоуважаемого учителя. Он поймёт. Ив уложила в контейнеры нарезанные салаты и заготовки для Бёф бургиньона любимого блюда Ульбрихта. Парень с Гефеста быстро перенял гастрономические привычки той части общества - приоткрыть дверь, в которую ему помогла женитьба на скромнейшей во всей разношёрстной компании, девушке. Мальчишкам, конечно, рановато такое мясо. Да и дорого. Ну да ладно. Потом, на ходу что-то соображу. Ив окинула себя критическим взглядом. Её внешний вид должен понравиться Маэстро. В своём, достаточно солидном возрасте он остаётся любителем, знатоком и почитателем "прекрасного" будь то... Сколько всяких "рассказов" рассказывали и "сплетен" сплетничали.... Именно эта тавтология как нельзя лучше отражала её отношение к этой "накипи". Воспитание не позволяло Ивэлин использовать определения из богатого "словарного багажа" близкой подружки. Но - и это работает! - даже то, как она выглядит, повлияет на то, как воспримет Маэстро её просьбу. И так... Она отвела взгляд от зеркала. Включила большой экран общего переговорника :
- Добрый вечер, дорогой Маэстро.
ЛАЛА. Вот урод! И подружка! Это же надо быть такой доверчивой... курицей! Нет, на дурочку Ив совсем не тянет. Уже столько лет они дружат. Может быть, она сама, как назвал её этот... и вспоминать козлину не хочется, немного не догоняет, не понимает ничего в семейной жизни... И, вообще, это она во всём виновата! Лала, вздохнув, разжала кулачок, в котором сжимала кулон - слёзку личного переговорника. Но кто же знал тогда, десять лет назад во что выльется спонтанная - одна из неисчисляемого количества собирающихся у неё, сбежавших от семей молодых людей, вечеринка!? Среди всей этой разномастной - и по внешнему виду и по социальному статусу - толпы, Ивэлин была одной из немногих "местных". И не просто - местных! Девчонка была, и как с уважением отметила для себя Лала, вовсю скрывала - из какой-то важной семьи Старых Аристократов. И попала эта скромняшка в "гульбу до утра" совершенно случайно. Она Лала - хозяйка неожиданно свалившейся на неё, приправленных свободой от родителей и вообще старших, апартаментов, буквально затащила к себе, "на минутку", встреченную в фойе Амфитеатра Искусств, и чем-то понравившуюся, девушку. Ну, и конечно! Этот тихушник Ульбрихт! И дома, в Университете на их родном Гефесте, и здесь, на Конкордии - планете, на которой располагалось Руководство Межпланетного Союза Согласия и Единства - умевший всего добиваться, оставаясь в тени своих более талантливых, родовитых, да что там - красивых ровесников, он сразу сообразил, что такая чистая, умненькая представительница местной элиты ему и нужна! У неопытной, искренней, если не сказать наивной, Ивэлин не было шансов! А она - Лала! Подруга называется! Знала же, знала этого Ульбрихта. И всё, что говорили, и что не говорили о нём - знала! Но о чём она сама тогда думала?! Какой ветер, какой сквозняк, если не ураган, сметающий всё на пути торнадо был тогда в её собственной умненькой до гениальности голове! Да и послушалась бы её влюблённая - первая любовь, не пучок морковки - девушка... В огромном, на полстены зеркале отражалась упакованная в дорогущий эксклюзивный леди - босс костюм, хрупкая блондинка. Лала скривилась. Будь её воля - не хочется доставлять неприятности и убытки "принимающей стороне", тем более, что это одно из Управлений Руководства МСС иЕ - разбила бы это "волшебное" стекло! Просила, сколько раз просила... Но, как обычно в её случае - предоставили люкс! У неё в доме - да, в её доме - нет зеркал! Она не может, не в состоянии видеть себя всё такую же молодую, внешне не изменившуюся за эти почти десять лет! Надо же было додуматься - Первое проверочное испытание - на себе самой! Вот и расхлёбывай! Живи без зеркал, если корёжит от собственного отражения! Но домой, к себе, в свой собственный Дом, построенный для неё Академией Всеобщего Согласия и Единства наградой именно за эту, пропади она пропадом, её разработку - Прорыв, она поехать не может! Не хочет. Там прекрасно расположился и чувствует себя полным хозяином её последний бой-френд Айк. В отличие от Ульбрихта - она не знает, кто "лучше" - настоящий, ярко выраженный, не скрывающий этого - альфонс. Но, когда она умела разбираться в мужчинах! Мужчины... Лала налила в тяжёлый - из настоящего хрусталя и, несомненно, ручной работы - стакан воду из такого же хрустально - прозрачного (обратите внимание на экологическую чистоту нашего отеля) кувшина. Хороший ход. Её, "аборигенку" из технократичного, загаженного отходами производств, Гефеста, на Конкордии прежде всего поразила и покорила Чистота. Во всех смыслах - воздух, вода... природа. Конечно, с определённого времени, положение её родителей, её семьи позволяло им пользоваться импортируемыми с аграрных планет - спутников продуктами. Но общая - Лала не могла на всех известных ей языках Планет Согласия и Содружества подобрать верного слова, определения - чистота/свежесть/естественность была только здесь на этой, как называли её родившиеся здесь счастливчики, Благословенной Богами Планете. Мужчины... да что это за наказание! Вот разберусь, как работают их мозги, получу за это ещё одну премию! Хотя восхищённые современники могут и отдубасить.... Это у меня что-то с мозгами.... Слово "мужчины" потянуло за собой ещё одно имя. Имя их третьей подружки юности - Розали!
РОЗАЛИ. Салон межпланетной Каравеллы был на диво комфортабелен. Лёгкой улыбкой и наклоном головы поздоровавшись с немногочисленными, уже занявшими свои кресла, попутчиками - она не опоздала, нет, была последней - Розали подошла к своему месту. Она никогда не пользовалась перевозчиками этой компании - слишком, невообразимо дорого. Но... в первый и последний раз. Хотя...Если вспоминать по-настоящему, первый раз... О, каким внутри, то есть, технически как выглядел, из чего состоял тот космоперевозчик - она не помнит. То, что осталось в памяти, въелось в мозги, плоть, до сих пор пульсирует где-то в тончайших капиллярах - ужас! Страх нового, неизвестного, замешанный, скреплённый чувством долга, пониманием того, что зависит и от неё. Её выдержки, умения адаптироваться, мозгов, наконец. А в этот - последний раз - О, она была уверена, что никогда больше не покинет Нюйву. И захотела позволить себе подобную роскошь. Конечно, та работа, та часть огромного Проекта, которую доверили ей, в осуществлении последних этапов которой ей придётся принимать участие, важна- недооценить её значение для родной планеты невозможно. Но как жаль, как душевно больно, что не будет возможности "напрямую" общаться с подругами. Хотя и так после окончания Академии судьба развела их и они не очень- то и общались. Но, одно дело - когда ты не делаешь что-то потому, что... много причин. Но знаешь, что в любую минуту можешь это сделать. И совсем по-другому - когда от тебя что-то не зависит. Эта случайная встреча в одном из переходов Центра Хокинга.... Так её взволновала.... Сколько всего... А она- то надеялась, сознательно сведя до минимума все и всяческие контакты с бывшими друзьями юности, что расставание будет "легче". Но вот - увидела Лалу. Совсем, совершенно неизменившуюся свою неожиданную Гуру-проводника в новой непонятной жизни на чужой пугающей, и в то же время притягивающей планете, на которой почти всё вызывало отторжение и .... ужас. Ужас на внутреннем животном, составляющем твою суть уровне. Возможно, скорее всего - если бы не Лала, а потом, и задружившаяся с ними Иви, Розали, как и десятки её подруг-родственниц - однолеток, не удержалась бы, сбежала, вернулась домой на Нюйву. Воспоминания... И сердце вновь застучало, понеслось галопом. Как тогда. В те дни. Они с Лалой только и успели, шагая в движущихся потоках на неожиданно параллельных участках безостановочного тротуара, только и узнать друг друга, обменяться радостью восторженных улыбок узнавания и предвкушения - обещанного друг другу на ходу - " До созвона". Возможно, несомненно, Лала расскажет об их неожиданной встрече Иви, и они... или вместе, или каждая по отдельности захотят, будут связываться с ней. А вот она... Она - нет! Не хочет, не может позволить себе эту роскошь общения. То, что впереди - потребует все, все без исключения силы! Розали повернула в ажурной розетке кольца перламутрово-розовую жемчужину, блокируя определённые настройки личного переговорника. Тонкая ниточка-связь - она до последнего не обрывала её - Розали представила, как она "втянулась" в жемчужинку - исчезла. Всё правильно. Она не может позволить себе "лишние" эмоции. В салоне Каравеллы для привилегированных пассажиров звучала музыка. Casta Diva гениального Венченцо Беллини. О, она научилась любить прекрасное, чужое прекрасное! Любимая ария Ивэлин.
ИВИ. Она проснулась рано. Ну, как рано.... С рождением мальчишек слово "рано" само понятие "раннее утро" перестало существовать. Да и спать, если уж удавалось урвать несколько часов, она стала очень чутко. Но... Ульбрихта рядом с ней в их супружеской кровати не было. И, судя по тому, что постель на его половине была нетронута... Возвращался ли муж домой вчера? После того, в последнее время обычно-рутинного, но, почему-то в этот раз оставившего неприятное послевкусие разговора, Иви, прежде всего, связалась с Маэстро. Наставник был не то что бы обижен или удивлён. Казалось, он ждал именно такой - с отказом от встречи - её просьбы. "Было бы странно - ответил он - если бы ты смогла прийти. Я не надеялся, что у тебя хватит ...." - он замялся, подбирая слова, но так и не нашёл - "скажем, смелости возобновить занятия. Мне очень жаль Ивэлин. Но это - твоя жизнь. Твои решения. Боги не прощают пренебрежения к своим дарам". Вот это услышать было уж совсем обидно. Даже родители не вмешивались в её "взрослую жизнь". Так называлось всё, что происходило с Иви в годы после того умопомрачительно счастливого дня, в который Ульбрихт предложил ей стать его законной женой. В Кланах, в Родах старой аристократии, подобных её Клану Дрозда - "птенец", покинувший "гнездо" считался самостоятельным. И, уйдя к Ульбрихту, она.... Ульбрихт?! Что могло с ним случиться? Случилось что-то? Вдруг... От этой мысли замерло сердце. Ни на общем семейном переговорнике, ни на её личном - никаких сообщений!!! Значит ли это, что с ним всё в порядке? Она заглянула по дороге в детскую - мальчишки сладко спали в своих кроватках. В этот раз они были стилизированы под скафандры горняков сурового Гефеста. Именно этим - историями о приключениях искателей сокровищ с родной планеты их отца - удалось Иви занять мальчишек после того, как она забрала их из Развивающего Центра. Конечно, они расстроились, что за ними приехал не Ульбрихт. Мальчишки. Им нужен отец. Но ей удалось отвлечь и увлечь их волшебной, во всех смыслах, познавательно - развивающей и ещё какой-то там, игрой. Этот шедевр, созданный на основе собственных прорывных разработок, привезла и подарила мальчишкам Лала из последнего посещения "Сети Производств Гефеста". Конечно, Иви не позволила бы себе купить такую дорогущую - всего лишь - игру, игрушку. Да и у Лалы взяла её под "большим нажимом" - угрозой перестать дружить. Вот и пригодилось! К закрытой двери кабинета Ульбрихта Иви скользила, опережая воспоминания. Беспокойство - она не хотела думать о "дурном" - тянуло её за собой. Муж спал. Полураздетый. Раскинувшись на кабинетном диване. Первым порывом было - поправить под запрокинутой головой кожаный валик - подлокотник, поднять оброненные, свисающие до пола руку и ногу. Довольно узкий, с покатым кожаным сидением диван - часть шикарного кабинетного VIP гарнитура - не предназначался для сна. Но, подобрав с тонкого ковра небрежно брошенный пиджак и повесив его на спинку входящего в состав гарнитура, полукресла, Иви почему-то присела на низкую деревянную подставку для портфелей и дипломатов (кейсов). И такой предмет входил в эксклюзивный набор мебели для кабинета фирмы "Конкордия офис". Ульбрихт годами мечтал о возможности не только купить стандартный набор, но и заказать мебель в этой фирме. Купить... Средств на это хватило бы у многих. А вот заказать... Только Имя и Положение родителей Ивэлин - и то после непростых переговоров, ведь он был всего лишь зятем - позволили Ульбрихту получить желаемое. И вот... она сидит напротив этого молодого сильного тела. Именно так - "тело" - Иви подумала о муже. Его лицо, весь он - вот, протяни руку - и дотронешься. Но ... Ни дотрагиваться, ни будить не хочется. Беспокойство? Да и оно было какое-то странное. При полной уверенности, что Ульбрихт жив и здоров, беспокойство - оно - исчезло, трансформировавшись в тупое усталое безразличие. Это любимое, знакомое до малейшей морщинки, лицо, сильные руки - на этой, свисающей до пола, массивное кольцо-печатка, заменившее скромный ободок обручального, подчёркивает мощь крупной, "рабочей", как сам начал говорить о себе Ульбрихт, руки. В последнее время - "быть из низов" среди высокопоставленных Управленцев стало модно и муж вовсю эксплуатировал своё происхождение. Что-то в ней на миг вспыхнуло, колыхнулось. Эти руки, пальцы... То, что они умели, то, что делали, что она испытывала... Это было так давно... Да, давно... Она и не вспоминала. И не стоило... начинать... вспоминать. Нет! - Иви прислушалась к себе. - Кроме этого слабого всплеска-воспоминания - никаких чувств! Даже... О, Великие Боги! Даже негативных?! Ничего... Хорошо одетый крупный молодой мужчина спит на обтянутом дорогущей натуральной кожей офисном диване! В комнате её дома! Надо ли ей его будить? Если - да, то - как? О чём говорить? Вообще - как вести себя с этим... с ним...? Её воспитание, её вбитые, буквально встроенные в неё принципы и правила поведения, манеры, речь... Всё не совпадало, не резонировало с тем, что она чувствовала - впервые не чувствовала - к этому мужчине. Разве так бывает? Почему.... Вдруг... Вчера. Да ещё вечером этих чувств - их отсутствия - не было. Вроде бы... Ей необходимо время. Разобраться... с ... собой. Хорошо - все спят. Иви потянулась привстать. И Ульбрихт проснулся... Вернее - раскрыл глаза, увидел ещё сидящую, перед ним Ивэлин, чему-то - это было в его глазах - удивился, и проснулся.
- О, это ты. Который час?
Окна этой комнаты - кабинета выходили на север. И сейчас здесь было сумрачно. Ульбрихт - одна из привычек, отголосков жизни на Гефесте - не любил солнце, страдал от естественного освещения. Иви молча кивнула на массивные напольные часы. Для эксклюзивной мебели "Конкордия Офис" такая же знаменитая, с безупречной репутацией, но с ещё более солидной историей фирма - "Хронос" -изготавливала эти, показывающие не только местное, но и "Всеобщее время", часы. Если бы мог - Ульбрихт молился бы на этот, из ценнейших пород дерева, короб с тускло-платиновым циферблатом, серебряным маятником и увесистыми гирями на стилизированных цепях за кварцевым стеклом. Сейчас на циферблате, показывающем время Конкордии, кованные стрелки, образуя тупой угол, вот-вот должны были запустить механизм "боя".
- Семь часов утра! Да ты издеваешься!!!
Ульбрихт сел, опираясь одной рукой на валик подголовника, а второй - обхватив голову. Иви промолчала. Муж, поморщившись, глубоко вздохнул - ответа он не ожидал - и, всё также не отводя от её лица мутно расфокусированного взгляда, продолжил:
- Я проторчал на этом совещании со снобами из ваших до ...
Он покрутил рукой перед лицом. Что должен был означать этот жест, к чему или кому относился - Иви додумывать не хотелось
- Потом - банкет...
Ульбрихт, перестав кривиться, более осмысленно посмотрел на жену. По идее, Ив должна была разволноваться - "достаточно ли вкусная, подходящая для него была еда, и - поздним вечером! Кто наедается на ночь!" Но она промолчала.
- И во рту... Сколько раз можно говорить, что в кабинете должна быть вода! Ив - ты хозяйка! О чём ты думаешь
По мужчине было видно, что не притворяется, чувствует себя он отвратительно. Ещё бы! Сначала напивался где-то неизвестно чем, сейчас - разбудили. Посочувствовала про себя мужу Иви. Но сказать ничего не успела
- Да что с тобой происходит! Ив! Принеси попить. Не видишь - мне плохо.
- Извини.
Поднялась. У неё был огромный опыт взаимодействия с истериками и всплесками неспровоцированной агрессии, которые, нет-нет, да и случались с сыновьями.
- Мне надо заняться завтраком. Дети скоро встанут.
Аккуратно прикрыв за собой дверь и, замерев на мгновенье, Иви, почему-то подумала - не проще и спокойнее было бы жить, как Лала? Одна. Сама себе хозяйка.
ЛАЛА. О, как же она... нет, не устала. С чего бы ей уставать? Перелёт с Гефеса в VIP отсеке Каравеллы - ничего более приятно - комфортабельного и не вообразить. А воображение у неё, как выяснилось, изумительное. И получает она за него все, какие только взбредут в голову, "плюшки" даже от Руководства МССиЕ. Жаль только, что её фантазии не о "плюшках". Именно за эту врождённую - такому не научить - способность "видеть", понимать и совмещать несовместимое - то, что другим недоступно и получает Лала и личный отсек в Каравелле лучшего Межпланетного Перевозчика, и закреплённый за сеньоритой профессором, люкс во всех отелях на любой из планет МССиЕ. Лала вздохнула. И о чём это она. Просто необходимо отдохнуть. Тупо отдохнуть. Не физически...Душевно?. Что такого было, произошло во время её командировки - посещений лабораторий и производств на Гефесте, работающих на основе её теоретических исследований и - Лалу коробило от навешиваемых на них ярлыков - открытий. Если вспоминать - ничего. Всё, как обычно. Но - что же? Встреча, почти мимолётная, на движущейся полосе Космопорта с Розали? Или этот разговор с Ив, прерванный беспардонным оскорбительным вторжением в него Ульбрихта... А завтра... Завтра ответственейшее совещание. И пора научиться... Научиться не реагировать боги знают на что... Она просто волнуется? Вот ещё! Всё - душ, чай - или в обратном порядке: чай, душ - и спать! Спать. Утро всегда мудренее. И утро - потому Лала и любила, предпочитала жить одна - оказалось прекрасным! Никто её не будил, не мешал выспаться - спать, как говорили в её детстве, "от пуза". Она, подпрыгнув, заскользила в ванную комнату. Эта вся роскошь... Она положена самому молодому профессору по статусу. Но ей достаточно контрастного душа и - да, совершенно простого, плебейского - завтрака. Хотя здесь, в этом, кто его знает, сколько-звёздочном отеле, получить кусок хлеба с маслом и чашку "спитого" чая - огромная проблема. Вышколенная обслуга отеля, не только не выказав удивления, недоумения, но и - что главное в их подготовке - не подумав удивиться, составить своё мнение о заказе-причуде постояльца - доставили самый, самый простой сэндвич из слабо поджаренного дешёвого хлеба и чашку с плохо заваренным, почти бесцветным чаем. Получив заказанное, Лала на волне ностальгии подумала о том, что это уже потом, очень потом, когда, прыгнувший благодаря своим мозгам из одной почти низшей категории "Наёмный рабочий" в "Средние управленцы", отец смог поднять благосостояние их семьи. И она, на тот момент единственная дочь (больше детей родители не могли себе позволить) попала, пройдя жёсткий отбор, на Конкордию в АВСЕ,и многое, очень многое - тот же "завтрак Гефеста" - начало видеться и пониматься очень, совсем по-другому. Сначала, хоть и в "хоромах", и с экологически чистыми воздухом, водой и продуктами, она - да и большинство её, собранных по всем "медвежьим углам" Гефеста, товарищей - продолжали жить и вести себя по неписаным законам своей суровой, во всех отношениях, планеты. Попавшие в группу через положение и деньги своих родителей детки ни чем не отличались от так презираемого на родине плебса. Но постепенно, эта, казалось бы, гомогенная, если судить по поведению, масса начала расслаиваться, распадаться. К чести Лалы и ещё очень немногих ребят, вырвавшихся вместе с ней с Гефеста, они смогли, сумели удержаться на достойном уровне поведения и учёбы. Как ни странно, в этой группе, среди них оказался совершенно "никакой" Ульбрихт - сын одного из приближённых к Руководству Управления Техногенной планеты, незначительных чиновников. "Боги вели тебя. Сберегли для нас" - как-то в разговоре, когда они с отцом и двойняшками - мелкими сестричками Лалы, родившимися уже в благополучный период семьи - навещали старшую дочь на Конкордии, сказала ей мама. Низкую успеваемость - что возьмёшь с детей рабочих кварталов - им бы простили. А вот безобразное недостойное поведение - это - нет! Никогда. Планета аристократов духа: поэтов, художников, композиторов и артистов, взрастившая философов и юристов, выработавшая принципы и законы гуманизма, и создавшая Общество на основе этого фундамента не приняла бы таких граждан. И, почти половина прибывших с Гефеста молодых людей, не принявших этот - в их убогом мышлении - "мусор" и не выдержавших искус свободы, отправились обратно - домой. Что уж, как с кем там стало... о них Лала тогда, не задумывалась, не вспоминала. Самой бы разобраться. И, конечно, ей тогда повезло! Бесконечно! Невообразимо повезло! Да, она может собой гордиться. Но, особо и зазнаваться нечего. Чего бы стоили и её титаническая работоспособность и толкающие продвигаться вперёд амбиции, не будь у неё этой врождённой - нигде и никто этому не учат - способности "видеть" то, что не рассмотреть ни под одним увеличением - вкус, цвет и запах; интуитивно понимать и "совмещать" то, что кажется несовместным, находить связи и закономерности в том, о чём другим и не придёт в голову подумать "в этом ключе". В детстве, в юности, поняв, что отличается, выделяется этим от других - сверстников, соучеников - и испугавшись этого, Лала пыталась, и довольно успешно, скрывать свои "особенности", не выделяться. Возможно, в конце концов, ей и удалось бы "притушить" своё особое восприятие мира, если бы не Иви. Не встреча с этой удивительной девушкой. Талантливой и скромной, тихой и твёрдой... Настоящей, без подделки и потуг кого - либо восхитить своим статусом. Настоящей Аристократкой. И вот теперь то, что Лала сохранила, не убила в себе, поможет решить проблему их общей подруги Розали. В этом уверены мастистые учёные - недаром её пригласили на встречу. И она ... она так надеется! Лала отошла от огромного панорамного окна. Из него открывался захватывающий дух вид на столичный мегаполис. Многие из этих зданий, проспектов, парков созданы уже в её бытность на Конкордии. А некоторые - ух, ты - даже с учётом её разработок. Прям, зауважала себя. Отвлекая от воспоминаний, на груди завибрировал хрустальный кулон личного переговорника. Не озаботившись проверить "определитель вызовов", Лала открыла канал.
Она не желала ни слушать своего, так называемого, бой-френда, погружаясь в патоку его обаяния, ни начинать сейчас - именно сейчас, в начале трудного рабочего дня - пошлые "разборки".
- Лалочка, тебя, конечно, дорогая! Ты упорхнула. Не предупредила. Я весь извёлся. Ни одного словечка. Хорошо, есть новостные передачи.
- И что?
О, как бы его не слышать! Ничего, совершенно ничего, кроме как побыстрее избавиться от этого мурлыкающего голоса, не хотелось
- Как? Ты не понимаешь?! Только что в Главных новостях МССиЕ сообщили о Новом Проекте и важном Совете! И ты, моя радость, моя гордость будешь участвовать!
- И что? Тебя это как касается?
Жаль, что она не заблокировала Айку доступ к прямой линии связи.
- Как же... не касается! Я рад, что смог - сразу же - какое счастье - Связаться с моей малышкой!
О, Боги! За что это ей! Для того что бы выслушивать бред готового унижаться перед ней смазливого избалованного бездельника, отпрыска когда-то славного рода элиты Конкордии, она прошла свой непростой путь взросления и выживания!? Фоном собственным мыслям звучал голос Айка. Пока не выговорится - не заставишь замолкнуть. Но у неё почти не осталось времени до начала Совета. Никому не интересно - существует определённый протокол и правила этикета - что несвоевременные излияния её очередного неудачного "эксперимента" - с числами и фактами у неё получается лучше - помешали ей вовремя одеться, привести себя в порядок. Опаздывать из-за Айка она совершенно не намерена. Выбирая костюм, туфли, решая, что функциональнее - сумка или портфель, что бы полностью отвлечься от "белого шума" - бесконечных фраз Айка, - именно так - "белый шум", не погружаясь в смысл, она воспринимала его голос, "Как же мне повезло" - поиздевалась над самой собой Лала. Наконец, в непрерывном потоке тошнотворно правильной академической речи Айка возникла пауза.
- Дорогой, прости. Мне необходимо бежать. А ты, будь добр, освободи мой дом. Прямо сегодня. Можешь сейчас.
Лала не собиралась тратить нервы, время и мозги на этого .... неважно... Её ресурсы нужны для важного дела. Она должна приложить все силы, всё, что у неё есть, что бы помочь Розали, её Сёстрам.
РОЗАЛИ. Каравелла, ведомая твёрдой рукой опытного шкипера, плавно вплыла в посадочный ангар. В отличие от других планет Международного Союза Согласия и Единства, Космопорт на Нюйве - последней из примкнувшей к МССиЕ, - создавался по индивидуальному проекту, учитывающему как особенности планеты и её социума, так и современные веяния архитектуры и стандарты проектирования космопортов. И по этой же причине пилотирование на около планетной орбите и приземление, пока ещё, осуществлялось лишь в Ручном режиме. Несомненно, все эти манипуляции с не меньшим, если с небольшим, успехом - как на других Межпланетных Линиях - могли осуществляться роботизированными командами... Но... Через какой-то промежуток времени так и будет. Но пока ещё на относительно новой - вернее, последней из существующих - межпланетной трассе, участок пилотирования: старт и приземление осуществляется по старинке - вручную. Это добавляло и экзотики, и романтики в само путешествие на новую - не так давно присоединившуюся к остальным в рамках МССиЕ - планету. Розали не в первый раз возвращалась "домой" и достаточно спокойно, даже с некоторой пересыщеностью - вроде: что в этом такого? - наблюдала за взволнованной реакцией своих попутчиков. Опытные путешественники, солидные функционеры - только подобная публика, была она уверена, могла себе позволить путешествие на Каравелле этого класса, или им его оплатили - вели себя, как скауты, отправившиеся на первую групповую экскурсию. Конечно, в отличие от перелёта в обычном космоперевозчике, в бутафорских иллюминаторах которого "транслируют" отснятые заранее изображения определённых участков космоса, на Каравеллах данного класса существуют настоящие - изготовленные по специальной технологии -иллюминаторы. Они закрываются лишь на моменты вхождения космоперевозчика в плотные слои атмосферы планеты. И наблюдать за людьми, любующимися непередаваемо прекрасной картиной - сначала открытого космоса, а потом, и приближающейся в ареоле светящихся, струящихся один вдоль другого, над и под другим, непересекающихся слоёв воздуха, планеты - являлось ещё тем, увлекательнейшим занятием! И Розали в очередной раз - как и закаты, и рассветы это были особенные, неповторяющиеся по эмоциональной насыщенности моменты - позволила себе со стороны понаблюдать за попутчиками. Это "зрелище", если слово подходило к происходящему, отвлекло от нежелающих покидать сознание мыслей. И... всё бы хорошо... Но в какой-то момент она - сама Розали почувствовала и на себе чей- то взгляд. Для кого-то и она стала объектом наблюдения. В отличие от сидящих в своих космокреслах- трансформерах, способных в случае аварии превратиться в автономные скафандры, и любующихся из них за неописуемой красоты картинками, сменяющимися в иллюминаторах, наблюдающий за Розали человек стоял у своего кресла, опершись на него одной рукой. Это был мужчина. Скорее - с Гефеста. Решила, поспешно отведя от него свой взгляд, Розали. Стало как-то неприятно. Неловко, что ли - и от того, что кто-то "застал" её с интересом наблюдающей не за видами в иллюминаторе, а, как бы, "подглядывающей" за существами своего же вида, и от самого взгляда мужчины, нечитаемого выражения его глаз... Она уже почти десять лет, почти непрерывно, прожила на планетах со смешанным населением. Училась, работала, общалась со всеми - без исключения. Последнее - общение - "секретная миссия" её адаптации в социум МССиЕ - давалась сложнее всего. Как, говорится, там были другие реалии. И, "впитанные с молоком матери" на Нюйве представление о "правильном" несли непонимание, неприятие "мужчин", внешне немного похожих на некоторых жительниц родной планеты, но совершенно других, инородных существ - было труднопреодолимо. И, даже сейчас подобные бесконтактные контакты с представителями "чужаков" вызывали дискомфорт... Всё ещё, внутренний дискомфорт. Но, так всё же - что случилось именно в данный момент. Под взглядом... в нём, во взгляде этих холодных глаз проскользнуло узнавание? - обычного мужчины?! Полный логотип МССиЕ - небольшой значок где-то в районе левой ключицы на тёмно стальной форме Главного Управления ....Обычный ли... мужчина... Такой значок не прикалывают просто так. Это - или Знак поощрения, или принадлежности к Высшему классу Управленцев. Или - то и другое вместе. И "можно без хлеба" - чуть ли не вслух добавила Розали присказку из лексикона острой на язык Лалы. Почти "расшифровала" она статус одного из своих попутчиков. Почти - потому что все в этом рейсе на Нюйву функционеры - по негласному Табелю о рангах - Первой Линии. И тут... Шкипер оповестил об окончании полёта. Поблагодарил за выбор Космоперевозчика Каравелла, и попрощался, пожелав всяческих благ. Но Розали не могла сдвинуться с места. Её - сколько она себя помнит - странная болезнь - не болезнь в привычном понимании - невыясненной этиологии: пока не додумает, не вспомнит... физический ступор! Где же? Когда? Что связано с этим мужчиной?! Они встречались. Уже хорошо! Явно не на Нюйве... В старинных сказках, легендах, в невозможных для понимания - только поверить на слово - волшебных историях говорилось о людях, похожих и непохожих на жительниц Нюйвы. Как и некоторые из Рода Помощниц они были высокого роста, крепкого телосложения, с низкими грубыми голосами. Но у этих - других были бороды! Огромное количество волос на лице. Фу, такого ни у одной из семей Рода Помощниц не было. И вели они себя, эти другие, судя по тому, о чём рассказывалось, странно. Ездили на огромных "лошадях"! Что это может быть такое? Чудовища!? Явно - не Фоссы - единственные крупные животные планеты. Попробовал бы кто-то "оседлать" - слово - то какое! - быстрого ловкого хищника! И, вообще, эти "рыцари" - так их называли в страшных пугающих сказках - вели себя странно. Пели песни - серенады другим, называли их "дамами", дрались между собой.... И, когда, после череды - возможно для кого-то и трагических, но для всего населения Нюйвы, судьбоносных событий, Розали, в составе Первой делегации молодых жительниц - её, к тому же, как дочь Жемчужинку Хранительницы Маджин, назначили Старшей - попала на Конкордию, первым мужчиной, так здесь назывались "рыцари" из оказавшимися почти правдивыми, легенд, с которым она встретилась, был именно он! Этот ... Идальго Роланд де Сильва - холодно, почти надменно (так ей послышалось, показалось тогда) представился Руководитель встречающих. Да, Идальго Роланд де Сильва! - так его зовут, вспомнила, пробежав мысленно по этой цепочке памяти, Розали. Стало ли ей легче... исчезло ли смутное волнение, какая-то тяжесть, непонятность в душе....? Нет. Но двигаться она теперь могла! Розали поспешила подхватить свой дизайнерский саквояж - общение с определёнными классами населения Конкордии и Гефеста (да она "добралась" и до Технологичной Планеты МССиЕ), занимаемая Представительская должность - как принято говорить - положение обязывает; и одной из первых покинула комфортабельную Каравеллу. Дом - так на Всеобщем начали называть свои Раковины, создания Изначальной архитектуры ПервоМатери Маджин, жительницы Нюйвы - встретил Розали нежными переливами воздушной арфы, еле уловимым ароматом водяной лилии и... чуть сумрачным покоем. За время её отсутствия, как и обещала её мама -Маджин, в раковине наследницы поддерживали порядок. Да и как могло быть иначе: запустение, плохое экологическое состояние одной из раковин-домов "ожерелья", образующих семейный "куст колонии" могло привести к большим бедам - порче, "заражению" и остальных раковин семьи. Сейчас, в современной, стремящейся соответствовать "духу" МССиЕ , Нюйме, и новые дома - в туристических зонах в целях поддержания "экзотики" их называют "раковинами", и отели для приезжих возводятся по Общепланетарным Стандартам. Постройки не связывают в пределах одной семьи особой биоэнергетической связью, что в разы упрощает и удешевляет их эксплуатацию. Многие коренные жительницы Нюйвы, преимущественно из Родов Обслуживания, стремясь "порвать допотопные устои", "идти в ногу со временем", модернизировали свои дома-Раковины. Но в Родах Силы не желали отказываться от славного Прошлого, своих Корней, Истории, воплощённой в Родовых Раковинах. Розали - младшая Жемчужинка Маджин Хранительницы -сохранила своё Родовое жильё. Новое, современное начинается не с перестройки дома, считала она, а с перестройки себя - внутренней. Ах, было необыкновенно прекрасно вернуться домой! Вновь очутиться в нежно гладких на ощупь, перламутрово -розовых стенах. Сбросила на ходу унифицированную одежду МССиЕ. С первой же минуты пребывания на Конкордии, неофициальной, но всеми признанной за таковую, Ведущей планете Содружества, тогда ещё молоденькая девушка, Розали, руководствуясь инструкциями Мудрой Маджин, заставила себя влесть в эти странные, поначалу, неудобные, пугающие одежды. Конечно, как и остальные члены их небольшой - скорее, экспериментальной, чем рассчитанной на долгий срок пребывания в "новом мире" - делегации, она привыкла к незнакомым предметам туалета. Многое оказалось и удобнее и функциональнее, чем привычная, веками не изменяющаяся одежда родины. Но... всё-таки... Розали переступила через небрежно сброшенные тряпки - не было у неё пиетета даже к эксклюзивной одежде - и прошла в не имеющую крышу, Комнату для омовений. Кажущуюся экзотикой, непривычная для других жителей МССиЕ, в любой сезон года открытая небесам - для Розали она, символизировала возвращение на Родину. Могло показаться странным, что: ни чуть отличный состав атмосферы планеты -улавливали этот "запах" только коренные дочери Нюйвы - ни особый облик поверхности планеты - её своеобразная морфология, ни "исходная", не изменявшаяся веками, архитектура и, даже - она, конечно, простит свою любимую младшую жемчужинку - встреча с Маджин Матерью Учения, а именно это скромное помещение вызывало щемящие, эти необъяснимые, всеобъемлющие чувства Возвращения, Родины. Осторожно на кончиках пальцев ступая по обкатанным многовековой водой крупной ало розовой базальтовой гальке, Розали вошла в повторяющий форму раскрытой раковины, заполненный водой осадков, бассейн. Напряжение последних нескольких лет, в течение которых она ни разу не посетила родную Нюйву, как будто растворилось в неравномерно, слоями прогретой под открытым небом, воде. Она почувствовала себя малышкой - самой младшей, только начинающей свой рост- заполнение жемчужинкой. И то - тогдашнее - неожиданное, внезапное чувство - понимание, что Мир гораздо больше, многообразнее, и что её мама - Маджин, мать не только её, её старших сестричек - она - Мать Учения, вобравшая в себя Воплощения ПервоМатери. И это - она - их уютно-тёплая, занимающая всё пространство своей раковины - самая, самая Главная! Она решает и управляет, от её слова зависит то, как будут жить, чем заниматься сёстры не только их Родового Куста, но и все - все! Жительницы их прекрасной земли. И это, интуитивно пришедшее к ней понимание и определило дальнейший путь, родившейся, когда совсем этого и не ожидали - число здоровых жизнеспособных яйцеклеток Маджин, как полагали, было исчерпано - любимой жемчужинки Ожерелья Маджин - Розали. Не закрывая глаз, девушка последний раз погрузилась с головой в "сладкую" - потому, что она часть её родины, воду. Она повзрослела и поняла, что не должна была в своё время обижаться на маму Маджин. Не обижаться надо было, а восхищаться мужеством, спокойным, чистым разумом этой женщины. Конечно, когда приходит понимание, что развитие родного мира, родной планеты под угрозой! Даже страшно, невозможно подумать, как, что она бы делала, окажись на месте Руководителя. Когда кто-то из членов Секретариата - приближённых, доверенных мудрейших Дам совета из Родов Мудрейших Дам приносит обработанные, собранные за десятилетия наблюдений статистические данные: уменьшение населения - за счёт понижения рождаемости, повышение среднего возраста и смертности от болезней, изменение климата, окружающей среды, растительного и животного мира. А они, женщины разных Родов, населяющие Нюйву, почти ни в чём не изменились за эти десятилетия, а, может быть, и столетия. Наблюдения и запись фактов, безликих цифр - чисел началось вестись только с началом Управления Планетой матерью Розали - Признанной Хранительницей Маджин. При её предшественницах ничего подобного не было. Увидеть, сопоставить, - это, само по себе, был Подвиг. А потом - задуматься, понять причины, первопричину того, что мир вокруг менялся, а Вид - их вид, генетически оставался вчерашним! А вот - попытаться разобраться, как "исправить" ущерб помог случай. Это, со сто процентной вероятностью, произошло не в первый раз. Все эти "сказания", весь, так называемый эпос не могли возникнуть на пустом месте. Но в этот - в последний - он стал последним - "безымянным" - раз!!! О, Розали помнит и как прибежали к Маджин Хранительнице Нюйвы Дежурные из Рода Охранников, и как собрался Секретариат - Совет из Старших Рода Мудрых Дам! Ей, как и другим жемчужинкам, конечно, ничего не рассказывали... Но, кое-что - ах это было так "неправильно" - она подслушала, кое-что - многое, сопоставив факты, поняла потом, когда попала на учёбу в Академию всеобщего согласия и единства на Конкордии. И там - первые пять лет! Эти первые пять лет! Целые пять лет - Розали, единственной из первых, отправленных вместе с ней, на Конкордию девушек с целью лично ознакомиться с тем, что это такое Межпланетный Союз Согласия и Единства, не разрешалось вернуться на Нюйву! Даже на краткие, положенные всем учащимся на Коркордии, каникулы. И дело было не в любви или не любви Признанной Хранительницы Маджин к своей Дарованной Богами последней жемчужинке Розали, ни в экономии средств. Никто из участниц первой делегации, возвращавшихся на каникулы домой, в эти первые пять лет, не смог преодолеть тоску по родной планете - родному, отличному от остального мира, дому. Не зря "ломала" свою младшенькую, Признанная Хранительница Маджин, взваливала на неё непосильную ношу. Но, теперь она, Розали могла признать - их общими с матерью Маджин усилиями Нюйма получила серьёзного, прекрасно образованного, ориентирующегося в "тонкостях" МССиЕ, специалиста. Такого, кто необходим Планете на этом этапе развития. Слишком хорошо я думаю о себе. Слишком высоко себя ставлю! Посмотрим, что и как скажет мне Мать Учения Маджин. Выбравшись из бассейна и раздвинув невесомые двери - ширмы, Розали вошла в помещение, заполненное лёгкими подставками с национальной одеждой. Она будет говорить с Руководителем Планеты. Обсуждать перспективы развития, судьбу народа. Понимая важность и значимость предстоящего, Розали - она посчитала необходимым выразить своё уважение и к Матери, и к теме их разговора - ко всему, что она любила, чем дорожила - решив одеть национальный костюм.
ИВИ. В доме, в её, в их доме было тихо. Конечно, когда, отправляясь на службу, Ульбрихт "прихватывал" с собой накормленных мальчишек, с тем, чтобы забросить сорванцов в Развивающий Центр - в доме наступала тишина. Но... Ульбрихт не та уж и часто - всегда находились отговорки - возил сыновей куда-либо, в тот же Центр... Да и тишина - Иви, в стремлении как можно быстрее и качественнее справиться с домашними делами, обычно, не замечала её, - сегодня была какая-то не такая. Это не была бодрая тишина, пропитанная желанием хозяйки заняться бытовыми делами... Эта, сегодняшняя, тишина была... настороженная ... нервная. Так, по крайней мере, чувствовала Иви свой дом. Оставив Ульбрихта досыпать - или, что раздражённый мужчина собирался делать - она разбудила мальчишек, уговорила их позавтракать. И, как ей показалось, ловко, отвлекая разговорами о предстоящей поездке на Выставку каких-то особых старинных оружий - и кого только может заинтересовать подобная экспозиция - не дала разразиться скандалу. Мальчишки ждали! Желали обещанного отца! Но... чего можно ожидать от не выспавшегося, непонятно на что или кого обиженного, даже озлобленного, мужчины! Иви, подумала, что лучше не выяснять, не напоминать Ульбрихту об его обещании, а ...в который раз вызвать огонь на себя и... и более ни менее благополучно отвести сыновей в Центр. Её, знавший лучшие времена, автокар своими, не поддающимися предвиденью остановками и, приводящими в ужас других участников оживлённого утреннего трафика, прыжками отвлёк и развлёк мальчишек. Ещё бы! Такого классного, когда-то яркого "жучка", как автокар их мамочки! Не было ни у кого! Дети из самых неожиданных вещей умеют делать самые восхитительные вещи. Умеют превратить в предмет гордости и, даже - зазнайства. Может быть, это и хорошо. Она то, честно, уже побаивалась своего старенького, в пятнах нескольких "косметических" покрасок, авто. Купленный на её первый самостоятельный доход - Денежную премию за почётное Третье Место на Конкурсе молодых исполнителей Конкордии - он нуждался в замене. Но брать деньги у родителей, у Семьи Иви считала не этичным. Она - замужняя женщина. У неё прекрасный, занимающий хорошую должность, муж. Нет, с подобными проблемами - тем более, что совсем недавно для Ульбрихта они приобрели автокар представительского класса, значит, средства в семье есть - они должны справляться сами. С лёгкой душой оставив сыновей на попечение молоденького Наставника - Вожатого-консультанта - им обоим - редкость! - нравился этот парень с Гефеста, и вот от кого этот интерес к старинному оружию - поняла она; Иви отправилась домой. Обычно, эти несколько условно "свободных" часов она тратила на посещение Торговых центров. Конечно, всё от булавок до... свежего мяса, выращиваемого на Сельхоз Спутнике особой породы телят - можно заказать прямо из дома - онлайн. Но... стоит это... Нет, прав Ульбрихт! Раз уж она сидит дома и ничего не делает, и живут они только на его зарплату - целесообразно делать покупки для дома в Специализированный Центрах Общественного Потребления. Ассортимент, кроме изысков, конечно, тот же. А цены - демократичные. Ни Ивэлин, ни Ульбрихт не были поклонниками, адептами изысканной "высокой" кухни. Семья Ульбрихта на Гефесте, его родной планете, не входила в число семей местной Аристократии - Потомственных Акционеров, сосредоточивших в своих руках не только экономическое, но и политическое управление Планетой. И о нормальных, экологически чистых продуктах - не то, что бы деликатесах - молодой человек узнал только "вытянув счастливый билет" на обучение в Академии всеобщего согласия и единства, основанный ещё на заре самой Конкордии. А уж о высокой кухне и слыхом не слыхивал, пока не побывал на приёмах в доме - Палаццо своей молодой жены - единственной дочери Высокородного Идальго из одного из древнейших Родов Конкордии. Сама же Ивэлин - его жена - оказалась на редкость скромной и сговорчивой девочкой, безоглядно влюблённой в своего первого мужчину, во всём доверявшей и потакающей своему амбициозному мужу. Да и не любила она эти кулинарные "изыски". В семьях настоящей Старой Аристократии, старинных Родах ценились простота и искренность. Такой - добросердечной, доверчивой до наивности, вскормлённая на высоких идеалах, и выросла Иви в своём оранжерейном окружении. Да.... Так вот... Почему-то именно сегодня, когда она решила не ехать по Центрам Общественного Потребления в поисках "лучших скидок" и "акций", а прямо вернуться домой, и вспомнились ей эти неважные? мелкие? незначительные? Бытовые подробности её семейной жизни. Вроде бы... и вспомнить больше нечего. Но, возвращалась она не ради этих воспоминаний. В тишине пустого дома ей хотелось - что-то толкало изнутри, не давало покоя - подумать о том, что случилось сегодня утром. Восстановить свой не несостоявшийся разговор с Ульбрихтом. Понять, почему в этот раз - а таких, с позволения сказать, разговоров, когда он уходил от прямых ответов, или, незаметно, вроде бы, менял тему - было много. В последнее время - много. Но какое-то противное чувство, что-то в атмосфере дома мешало сосредоточиться. Ульбрихт! Вот его портфель VIP чиновника, брошенный у входной двери. И - конечно! На самом видном месте - крышке портфеля огромный логотип МССиЕ. Иви он - графическое исполнение - категорически не нравился. Громоздкий, перегруженный входящими в него эмблемами Планет Соучредителей. Эмблемы каждой планеты - изображения "тотемного" животного, и самого союза - Лента Мёбиуса - были прекрасны. Но вместе... Что ж, это её мнение. А вот Ульбрихт! С того дня, нет, с той минуты, когда его официально приняли в штат Главной Квартиры МССиЕ, пусть каким-то "двадцатым клерком", он использовал любую возможность - любую подходящую - то есть разрешённую по Уставу поверхность, что бы припечатать логотип МССие! Как же он этим гордился! Кичился тем, что и у него теперь есть Герб! Ну не Герб, но... всё же... И, конечно, конечно, Ульбрихт не мог понять - сколько раз говорил об этом Иви, когда случайно узнал - почему она не пользуется Гербом своего Рода?! И её родители, там, где это возможно стараются "не светиться". Понять, что у Родовой Аристократии считается неприличным, недопустимым - моветон, как говорит Бабушка Эвилин, подчёркивать своё происхождение - это выше его "провинциального" воспитания и мышления. В чём-то права была Баба Эв... Бабушка... Сообразуясь с Древним Обычаем поименовывать детей через поколение, лишь переставив местами буквы в имени - и получила она своё имя Ивэлин. Всего какой-то портфель... а сколько воспоминаний... Иви понимала - Ульбрихт бросил его, когда вернулся поздно, усталый и, наверное - как это вредно для здоровья - пьяный. Даже немного выпивший. Крупный мужчина он не умел "пить". Она была уверена, что Ульбрихт заберёт портфель с собой на службу. Но портфель - к нему никто не прикасался - здесь. И... да, какие-то звуки. Кто-то в ванной? Только в ванне - даже в их супружеской спальне этого нет - герметично закрывающиеся двери. Когда родился их первенец Берил, Ульбрихт настоял на том, что бы они сменили стандартные двери ванной комнаты в их новом доме. Он любил "побаловаться" в ванне. Для него, парня с окраин промышленного мегаполиса секс в шикарном джакузи был верхом мечтаний, сексуальных фантазий, признаком личного высокого статуса. Насмотрелся тех фильмов для взрослых - не сразу, но решила Иви, когда через несколько лет брака Ульбрихт предложил посмотреть эту пошлость вместе. В этом Иви отказала мужу. А вот с дверью - сдалась. "Мы не можем позволить себе обслугу. - Объяснял Ульбрихт - А малец будет всюду ползать, совать свой нос. Нечего на дармовщину смотреть "картинки"." Таков был его уровень, особенности его чувства юмора на начало их совместной жизни. И она... - Иви даже головой покрутила - не понимая, как могла быть такой... Наивной... доверчивой. Вообще - одним словом - тетёхой! Принимала его таким, думала, была уверена, что с ней, на примере её семьи, с её бережными "подсказками" - он изменится, приобретёт внутренний и внешний лоск. Уж её-то с малых лет воспитывали, наставляли, прививали вкус, хорошие манеры. Неужели она не поможет своему любимому Железному Дровосеку! Именно таким мужественным, прошедшим школу жизни и был для неё этот простой парень с Гефеста, непонятно почему, за что выбравший её, "никакую" сеньориту! Но, время шло. Вот уже - очень быстро, почти без перерыва - "этот жеребец тебя не жалеет" - припечатала скорая на язык Лала - родился второй дорогой мальчишечка Фрэнки. Как она могла жить без них! Иви зашла в комнату мальчишек, сложила игрушки, заправила постели - то, что не успела в утренней спешке. Скоро надо будет менять кроватки. Растут парни. И... Всё так же прислушиваясь, то ли к себе, то ли к дому, толи к чуть доносящемуся из-за двери ванной, шуму падающей воды, прошла на кухню. Единственное, пожалуй, помещение в доме, которое Иви отстояла! И то, не вмешайся отец... Обсуждение планировки и дизайна их с Ульбрихтом первого дома происходило у неё в семье. Так принято - Род должен знать в каком "гнезде" будет его продолжение. А Ульбрихт, стремясь показать своё "соответствие" уважаемым Родственникам, подчеркнуть "вовлечённость" в дела Рода - считал, что если родители дают деньги, то политкорректно и обсуждать дом - его проектирование и постройку с ними. Да, папа стал на её сторону. - "Уважаемый Ерно!" Нам, жителям Конкордии плохо давались диалекты Гефестског. И такое зубодробильное сочетание звуков, как в имени Ульбрихт, никак не удавалось отцу. И, хотя разговор вёлся на Всеобщем, сеньор Патрицио обратился к зятю на СтароКонкордском - Ерно - зять. - " Не будем вмешиваться в дела прекрасных сеньор. Им определено не так много ...гм-гм... пространства. Думаю, наш Дроздёнок справится. И наши сеньоры и сеньориты - многочисленные тётушки и приживалки, которым моя сердобольна мать не могла отказать в крове, с энтузиазмом закивали разномастными шляпками, капорами, вычурными башнями причёсок - с радостью помогут". Так кухня, её обустройство остались "за Ивэлин"! И она приложила столько сил, фантазии, вложила столько любви, создавая эту, ставшую чуть ли не сердцем дома, кухню-столовую. Воспоминания чудесны, но... Ив невольно поёжилась. По светло отшлифованной цвета кофе из цикория с молоком поверхности мраморной плиты для сервировки и наполнения столовых приборов перед тем, как переместить их на расположенный в центре кухни овальный обеденный стол, из опрокинутой кофейной чашки растекалась мерзкая лужа! Тёмной жижей был заляпан и край тонкого, ручной работы яркого ковра. О! Чуть повернувшись, Иви увидела и тут же подхватила боком стоящую, почти лежащую на всё ещё горячей варочной поверхности, турку. Ульбрихт так и не научился варить кофе! Хорошо, хоть престал кичиться тем, что они такого не пили! А ведь он - да, "кичился" - сбегав мысленно в начало их отношений и, "вернувшись", утвердилась в понимании Иви. Нда... И это самое "безобидное". Значит - он встал, увидел, что она с детьми ушла, попытался сварить себе кофе... Не получилось. Отказался от этой идеи, рассердившись на Иви, за то, что некому сварить кофе, и пошёл в ванну. Вода - она... Она так хорошо знала, изучила своего мужа - могла почти с точностью "предсказать"... Но додумать, представить что и как делал Ульбрихт, Иви не успела. Щёлкнул замок ванной комнаты, и, придерживая полы, надетого на голое тело банного халата, и оставляя следы мокрых ног на дорогущем паркете, в кухню вошёл Ульбрихт.
- Ты?! Что ты тут делаешь?
- Я. Ты ожидал встретить в моём доме кого-то другого?! И, где, по-твоему, я должна была быть?
- Ну... По магазинам. С Лалой. Ты же всегда с этой...
ЛАЛА. Она улыбнулась самой себе, своему, чуть проступающему на фоне безмятежно голубого неба Конкордии, фантомному отражению. Жизнь, которая никогда никого ничему не учит - сделала для неё, бойкой девчонки с Гефеста - исключение. Да, нельзя получить всё сразу "большой ложкой", как говорили её малолетние приятели, надеясь на случай. Пусть у неё нет детей, как у Иви - в придачу к которым идёт некто - муж Ульбрихт, такого ей и даром не нужно. Но дети - они у неё, конечно, когда-нибудь будут. И, пусть её никогда не достичь положения в обществе Розали... Привилегии рождения - с ними не поспоришь! Но, занимать подобное Место - увольте! Даже, если приплатите! "Мерси боку" - как говорит бабушка Ивэлин, Гранд Сеньора Эв. Да, она никогда - слышите вы все и пресловутый "случай" тоже - никогда ни на кого не надеялась! Использовала в хорошем смысле, не упускала из рук всё, что могло и помогало ей двигаться вперёд, развиваться, удовлетворять свою неуёмную жажду знаний, жажду нового. Нет, не будет она сожалеть о длинном списке своих несостоявшихся партнёров. Где-то ходит, бродит, мечтает о такой, как она и, даже не подозревает, что вот оно это чудо рядом - Человек. Лала приосанилась, топнула обутой в наимоднейшую наиудобнейшую туфельку, ножкой. Мужчина созданный только, специально - для неё! Все сомнения, панические мысли - что поделаешь, она, как и много лет назад, боялась, трепетала перед взрослыми: учёными мужьями - профессурой, академиками - всё прочь! Прочь, Прочь! Как будто прогоняешь глупых, назойливых птиц! Она - умна, красива, и удачлива! И не будет ничего бояться. Если - нет - она сможет помочь, разобраться, приложит все свои "таланты", и они все вместе решат эту колоссальную проблему, помогут Розали, их с Иви дорогой подружке. "Лимузин Вас ждёт, мадемуазель". - Голос на Фаларе -- создатели Общего языка умудрились в искусственной конструкции учесть фонетические особенности и предпочтения граждан планет МССиЕ - сгенерированный так, что не понять мужской он или женский. Но, именно такой, что бы вызвать доверие, подчёркивающий статус "гостей", голос гостиничного офиса поставил жирную точку в самотренинге Лалы. Подхватив сумку-портфель - последняя экспериментальная модель - она, шагнув прямо из салона номера в кабинку скоростного лифта, за несколько мгновений очутилась на подземной парковке. Откинула, поднимая тонированную дверь автокара. И, только устроившись на неожиданно небольшом сидении, Лала подумала - всполошилась - вспомнила - Она не заказывала авто! Совещание, в котором молодая профессор была приглашена принять участие, должно было происходить в одном из так называемых "рабочих" - понимай, строго охраняемых - помещений Отделения Управления по Связям Главного Совета МССиЕ. Не такая помпезная, как здания Планетарных Отделений, увенчанные символикой Планет - Учредителей, но довольно известная своим архаическим силуэтом высотка располагалась на одной Авеню с Отелем, в шаговой доступности. И Лала собиралась пойти на совещание пешком. Подышать, не смотря на обилие транспорта, прекрасным воздухом Столицы, поглазеть на витрины шикарных бутиков, занимающих цокольные "пешеходные" этажи офисных зданий. Если честно - дать себе ещё немного времени "настроиться на нужную волну". И то, что она оказалась внутри неизвестного автокара не было - не могло быть - случайностью! Миг паники и бессильного недоумения сменился повышенной концентрацией. Не смотря на темноту - в самом салоне было темно, и через тонированные стенки свет в авто не проникал. Но! Лала "умела видеть" температуру! И впереди за перегородкой - она проверила, что перегородка существует, ощупав плотный материал руками - находился живой человек! Это уже было... не хорошо, но что-то. Очутись Лала в средстве передвижения с автопилотом - недоработка злоумышленника, шанса установить контакт, что-то узнать не было бы вовсе. А так... Прежде, чем привлечь внимание человека за пультом управления, прикинула - что это может быть? Технический руководитель Совещания послал за ней? Возможно. Но, маловероятно. Она не впервые принимает участие в подобных мероприятиях. Никто, никогда даже не поинтересовался, не предложил - нужна ли ей "служебная подвозка". Но, мало ли.... Оставим один процент на это "новшество". Что ещё? Кого могла заинтересовать её персона? Вариантов, практически, не было. Да, она участница "закрытого" Совещания. Но и тема и имена её участников не являются, и никогда не являлись какой-то "тайной". Да и существуют ли "тайны" в обществе, Эмблемой которого выбрана Лента Мёбиуса! "Не смешите мои пёрышки!" Любимая поговорка Гранд Сеньоры Эвилин. Ну, а то, что работа Комиссии - у неё нет официального, для широкой публики - населения планет МССиЕ названия - не афишируется, связано с деликатностью заявленной темы обсуждения. И похищать её, одну из участников совещания - скорее технического консультанта, а не "академика" с правом голоса - есть ли в этом смысл?...Простите меня, боги - я резона не вижу. Лала "зашла в тупик". Как бы ни так! Выкуп?! Похищение с целью наживы? Преступный мир, преступные организации - этакие Абвературы, как в псевдо исторических романах, боевиках, устаревших ещё во времена молодости её родителей, пресловутых "компьютерных играх" - на Планетах МССиЕ нет. Давно нет. Условия жизни, образование, вернее, воспитание. Совместно выработанная ещё на заре объединения Планет в МССиЕ методика. Каждому Гражданиу Межпланетного Союза с момента рождения "объясняют" важность и преимущества его места в мире. Вся "структура" МССиЕ не оставляет места для возникновения чего-либо подобного Абвературе. Не на Конкордии. Возможно, на Гефесте? Её родная Планета удалена от Центра. Её бывшие товарищи, те, с кем она провела детство в индустриальном пригороде? Конечно, они знают о том, чего добилась их Лала. Даже гордятся ею, их общим прошлым. В последнее посещение - она, ведь только - сутки - вернулась с Гефеста - она встречалась с некоторыми из них, слышала разговоры, видела лица... Нет, нет среди них таких "отбитых" личностей. Мстить? Грабить? Легче было бы сделать это там - на месте. Но, серьёзно - за что ей мстить? А уж, грабить - нонсенс! Всем, чем она владеет - её мозги. От них - все преференции. И да - они "Личностные". Даже родителям, младшим сестричкам Лала не может "передать" ничего из того, чем имеет возможность пользоваться! Кому, зачем? Она нужна! Возможно - её с кем-то перепутали... Совершенно дикое предположение в Системе, где каждый Гражданин "оцифрован" и вписан в свою Ячейку Общей Индификационной Матрицы. Всё это - дольше пересказывать - мозг Лалы проанализировал за несколько мгновений. Возможно, что-то занимательное? Новая игра? Но... совершенно не ко времени. Решила она, наконец, и... постучала в перегородку. Сидящий впереди человек, будто ждал её реакции - сразу включил голосовую связь.
- Здравствуйте. Я - Лала. Кто вы?
На курсе "Коммуникации" - дисциплина входила в Начальный - Подготовительный Курс Академии Всеобщего Согласия и Единства - учили именно так начинать разговор с незнакомцами.
- Да, неужели?
Искажённый - умышленно искажённый - Лала была знакома с подобной технологией - голос сочился издёвкой
- Сама Лала? О, какое счастье!
- Послушайте, если не хотите представляться - не беда.
Лала сдерживалась, подбирала самые "приличные" слова
- Но, меня ждут. И
- Почему меня должно это интересовать?
Не дал завершить фразу голос. Чем больше, дольше он будет говорить, тем.... О, она придумает, как "вскрыть" этот нехитрый, в общем, приём. Если Первый, то есть настоящий голос, преобразовав, изменили... То... "изменённый" можно.... Можно попробовать преобразовать в "начальный" - "родной"!
- У меня свои дела. И свой интерес
- Но они могут совпасть - наши интересы. Вы не думаете так?
Пусть говорит, объясняет. Для чего у меня мозги! Чем дольше, больше слов, интонаций, манера говорить, строить предложения....
- О, у меня - уйма вопросов и предложений! Уверен, мы сможем договориться. Если ты будешь умненькой, девочка
Вот оно! Лала чуть не вскрикнула, не подпрыгнула! Бинго! Конечно, Это Айк! Её тупой самовлюблённый, качок Айк! Её последний бой-френд альфонс! Но, зачем?! Почему!? Как додумался? Как решился! По - любому - куча неприятностей. Ладно. У него - его проблемы. А ей... Время! Совсем немного - почти не осталось - времени до начала Совещания. Очень важного. Да что там - судьбоносного. И она, кажется - очень надеется на это - знает, как ... не решить - подступиться к решению проблемы. Помочь Розали. Её сёстрам!
РОЗАЛИ. В овальном - дань традициям - зале, вокруг высокого стола - уступка стандартам МССиЕ - все полу-кресла были заняты. Только два, расположенные visavi, места пустовали. Розали, стараясь не привлекать чрезмерного внимания, скользнула на одно из свободных кресел. Из-под полуопущенных ресниц быстро, но внимательно огляделась и оценила обстановку. Всё - начиная от светло жемчужного цвета стен, и длиноворстного от стены до стены, ковра, и освещение - местные на высоких ножках светильники, и традиционные для принимающей Совещание Планеты, но собранные по этикету МССиЕ, "комплименты" - розетки из мелких, но высочайшего качества, жемчужин - было более, чем достойно. Подтверждало и высокий статус собравшихся, и подчёркнуто любезное отношение к ним хозяев. Да, и ещё одна немаловажная, но несущая огромную "нагрузку", деталь. Почти "в последнюю минуту" на стены зала - это оказалось непросто из-за кривизны поверхности - нанесли логотип МССиЕ - меняющей в зависимости от освещения и угла зрения - Лкнту Мёбиуса со Вписанной в него в прыжке, будто застывшей в полёте над моментом перекрута (узел перехода), Фоссой, Эмблемой Нюйвы. Подобную же символику - логотипы меньших размеров разместили ещё на множестве, относящихся к Совещанию, предметах, вплоть до постельного белья в гостиничных номерах для Участников. Возможно, слишком "навязчиво"... Но это Впервые Планета принимает делегацию столь Высокого уровня! Мы ещё научимся. И... как бы ни сложилось, с каким бы результатом и не закончилось это Совещание - они, как принимающая сторона, останутся на высоте! Розали....Странное чувство - она гордиться?! Вот уж не замечала за собой такого патриотизма! Нет всё слишком серьёзно и ей не удастся спрятаться за самоиронией! Рассмотреть участников Совещания она не успела, хотя знала имена каждого из приглашённых. Чистые высокие звуки - национальная мелодия могла показаться странной непривычному уху - заставили собравшихся подняться. Мудрые Дамы - Секретариат сопровождали лёгко ступающую, будто объёмное тело скользило над ковром, тучную женщину.
- Приветствуйте Признанную Хранительницу, Возрождающееся Воплощение ПервоМатери, Мать Учения Маджин!
На фоне звенящих хрусталём нот Гимна Планеты возвестил титулы низкий, контральтовый голос. Подхваченная общим настроением, склонила голову и Розали.
- Можно садиться.
Присутствующие, впервые оказавшиеся на планете Граждане МССиЕ, с интересом оглядывались по сторонам. Все они были опытными, не первый год, занимающими свои "кресла" специалистами. И их, конечно, готовили - проводили лекции и семинары - к посещению Нюйвы, последней примкнувшей к Межпланетному Союзу Планеты. Но такого впечатления от первого Появления Правительницы Планеты ... то, что произошло с каждым из них, то, что каждый из них - своё - почувствовал... Невозможно было предвидеть. И да, за то время, что все они стояли - возможно, минуту - зачарованные незнакомыми, чуднЫми звуками - Признанная Хранительница Маджин успела занять своё место. Маджин, её мать прекрасно выглядела. Розали с радостью отметила и блеск, переливающихся всеми оттенками синевы, глаз, и матовый перламутр лица.
- Уважаемые гости
Голос ясный, и обволакивающе бархатный, неожиданный для женщины её комплекции заполнил всё помещение
- Мы, я от имени всех жительниц Нюйвы рады приветствовать вас на нашей Планете. Чистой душой и открытыми ладонями.
Это была старинная, почти ритуальная формула приветствия. Намёк, подсказка - уважаемые гости должны понять иносказание.
- Мы стремимся к миру и сотрудничеству. Девизу МССиЕ - Единство без конца - находит отклик в наших сердцах. И с надеждой смотрим в наше общее будущее. Позвольте мне поблагодарить всех прибывших и пожелать Высокому Собранию плодотворной работы. Доверяю ведение Совещания моему Представителю - Розали.
Вслед за голосом Маджин, а он словно был осязаем - головы всех присутствующих повернулись, и глаза обратились к, поднявшейся в благодарственном и, одновременно, приветственном поклоне, Розали. И, пока она поднималась в перекрещении взглядов - недоверчивых и недовольных - таких было меньше, любопытных, испытующих, внимательно изучающих - Восседавшая в своём кресле Признанная Хранительница Маджин, бесшумно отъехав из-за стола назад, "растворилась" в оптической иллюзии бесконечной, как Эмблема Союза, сплошной стены. Наступил момент, ситуация, участвовать в которой Розали не хотела - не ёё это - но, к которому её готовили почти с детства. Ну, а с момента начала её учёбы в Академии Всеобщего Согласия и Единства - Академия ВСЕ, на Конкордии, не оставалось сомнений, что Розали готовят на "роль руководителя". Что ж...
- Уважаемы участники Совещания. Вы - для нас не гости. Жители МССиЕ - одна семья. И наш Дом - ваш Дом.
Мама будет мной довольна, подумала Розали, "закрутив" это приветствие.
- Как ты оцениваешь...
Розали не удивил ни сам вопрос, ни его формулировка. Мама Маджин всегда интересовалась личным мнением исполнителей. Вот и сегодня, выслушав подробный рассказ, скорее - доклад дочери жемчужинки она не преминула задать сакраментальный вопрос. И Розали, вероятно, впервые в жизни, хотелось быть откровенно правдивой. И, именно с мамой Маджин. Что бы и ни говорили, как бы и ни оценивали, ни наделяли ярлыками их общество, их систему управления досужие посторонние наблюдатели, не отдать должное уму и проницательности Управляющей Планетой Матери Учения Маджин, они, при всём желании принизить, отрицать эти качества у нынешней Правительницы, не могли. Эта, сегодняшняя Маджин - мать Розали, по праву занимала своё место в ряду предшественниц. И вопрос был задан не просто так, не из любопытства. До этого Розали подробно рассказала о работе всех трёх групп, на которые, по-специфике, разделились участники Совещания. Как у местных, так и у прибывших, в рамках Проекта МССиЕ уважаемых специалистов, мнения о том, как решать Проблему, не совпадали. И, не обязательно это были представители "разных школ". Розали была приятно удивлена, когда в процессе дискуссий выяснилось, что разногласия во мнениях не делили учёных на "своих" и "гостей". Зачастую, мнение, точка зрения представителя, скажем, местных совпадала с подобным видением проблемы представителя гостей, и отличалась от мнения "своего" коллеги. Но, единственное, в чём все были солидарны - ситуация на Нюйве - критическая. Её необходимо менять. И менять кардинально. Не откладывая. Обо всём этом Розали уже рассказала.
- Я думаю, что ты не просто так выбрала для меня эту специальность - Социология.
- Ты права. Но я тогда не знала, что существует и социальная биология. Эта специальность, сейчас... Она была бы, как говорит молодёжь, совсем в точку! Ведь то, что у нас существовало - наш способ самовоспроизведения - по-простому - размножение без полового партнёрства ...
- Это не только о воспроизводстве себе подобных
Не сдержалась, подхватили, продолжила Розали
-Это - модель общества, его структура, его самовосприятие. И нам придётся - приходится это - основу общества менять. Восстановление полового воспроизводства потребует не только биологической коррекции, но и восстановления, возрождения утраченных символов, образов, смыслов...
- Ты правильно говоришь. Верно всё понимаешь. Это будет не просто. Что там - мучительно трудно, драматично! Но я знаю, верю - иначе, зачем и начинать, что нам это по плечу! Мы справимся. Их вечерняя встреча - Маджин отдавала предпочтение общению (слово "любила" ни в каком контексте не вязалось с личностью руководительницы Нюйвы) с дочерью - затянулась. Над открытым всем ветрам внутренним двориком, поднялась светоотражающая дымка. Их окружили мягкие тени от затухающих мягко жемчужных стен. Всё было, как когда то в дни детства Розали, в дни детства самой Маджин - во все дни от Начала. Так, как никогда больше не будет. Не сможет быть. Если они хотят чтобы их Мир, вообще, сохранился, не погиб, или - что ещё ужаснее - не зашёл в эволюционный тупик, не стал резервацией - планетой - аттракционом для остальных жителей МССиЕ.
- Капелька,
Её детским, их с мамой "тайным" именем, обратилась к Розали, нарушив затянувшееся молчание, Маджин
- То, что ты рассказала, что мне докладывают, что я смогла увидеть на совещании не даёт повода для негатива. Да, будет непросто. Но решение верное. Мы успели - во время спохватились, и движемся в правильном направлении. Но, что-то тебя встревожило, что-то в тебе меня беспокоит.
Розали "автоматически" пожала плечами. Жест невозможный для женщины из Рода Силы, из Семьи Признанной Хранительницы Нювы, подхваченный ею почти сразу же по прибытию на Конкордию. Прислушаться к себе - её что-то волновало... скорее - вызывало внутреннее, труднообъяснимое, беспокойство. Ей, Розали было некомфортно в присутствии этого мужчины. И Маджин - на то она и мать, даже не присутствуя на их встрече, что-то почувствовала.
- Право... Не знаю
Скрывать Розали не собиралась. Да и не было ничего, что заслуживало бы умолчания. Но и говорить, рассказывать - было не о чём.
- Кто-то из вновь прибывших, из делегации
Со всеми "местными" Розали, так или иначе, была знакома, встречалась; с некоторыми и ни раз. И сейчас, спрашивая, Маджин была матерью, заботящейся не только о своей любимой дочери - Она была Мать Учения, Воплощение ПервоМатери Маджин, обязанная заботиться обо всех дочерях Нюйвы. От душевного состояния, спокойствия, той, на которую возложена ответственность твёрдо руководить наиважнейшей в истории, в жизни Планеты, перестройкой зависит слишком многое.
- Многих, почти всех наших гостей я увидела впервые.
Подбросила Маджин признание - приглашение к откровенности.
- Да, Эмиссар
- Представитель Специальной Службы при Главном Управлении
- Идальго Роланд де Сильва
- И что в нём необычного. Ты же общалась с мужчинами. И на Конкордии, и на Гефесте...
- Ничего такого, особенного. Мы летели вместе на Каравелле. Я не знала - меня не предупредили о том, что Руководство Союза посылает Специального Эмиссара
- Конечно, наша проблема важна для всего МССиЕ. И то, что прибыл Специальный представитель, лишь подчёркивает то внимание, которое мы заслуживаем. До Роланд де Сильва - серьёзный и ответственный управленец. Занимал важные посты в системе МССиЕ... Проявил себя... Зарекомендовал... и так далее
Маджин, чуть прикрыв глаза, скороговоркой словно читала, пролистывала пункты "справки".
- О, так у нас есть досьё на этого Идальго?!
- Не у нас - у меня, дорогая. Но почему личность этого сеньора вызывает у тебя такую - Хранительница - в этой ситуации Розали даже для себя не могла назвать Маджин мамой - замолчала, подыскивая слово
- реакцию....
Надо было что-то отвечать. Не что-то! Здесь требуется конкретная открытость. Но, сама Розали не могла, пока?, себя понять, разобраться в своих чувствах.
ИВИ Она смотрела на молодого холёно подтянутого мужчину, слышала хорошо поставленный баритон - при первой возможности Ульбрихт начал брать уроки "постановки голоса и риторики", совершенно, жизненно необходимые ему для поддержания реноме важного чиновника и "зятя сами знаете, кого", и .... Не узнавала. В этом халате - Иви не так давно сама обновляла-покупала ему новый "гардероб" - из дверей этой ванной комнаты, в этом доме должен был выйти её муж! А вышел - посторонний мужчина. Незнакомец.
- Эй, Ив
Он помахал у неё перед лицом ладонью.
- Ты меня слышишь? Не молчи
- Ах, да. Доброе утро. Завтрак. Вы, ты
Быстро, он не заметил оговорки, поправилась она
- Будешь завтракать?
Вопрос, конечно, идиотский.
- Ты странная сегодня.
Ульбрихт - ему не хотелось ввязываться в разговор, отзвуки его вчерашнего "банкета" всё ещё стучали в голове незатухающими молоточками, всё-таки не удержался. Иви, на самом деле, как-то странно - необычно смотрела на него. Рассматривала, как будто видела впервые.
- Думаю, ты ошибаешься. Всё как всегда.
Не задумываясь, за столько-то лет многое было доведено до автоматизма, Иви достала контейнер с продуктами, кухонную утварь, посуду. Она легко двигалась вдоль кухонной столешницы из цельного, холодно-натурального камня, чувствуя на спине... взгляд. На неё смотрел мужчина. Шея, плечи, спина, ягодицы, ноги... Она, оказывается, не забыла как это... Когда тебя разглядывают так! Но, на фоне полной отстранённости, подумалось - всё было так хорошо, в смысле - привычно, выверено в их занятиях сексом. Да и сексом они занимались.... Почти.... Машинально? По привычке? Обязанности Острый нож соскользнул, задел, поранив до крови пальцы на правой руке. Хорошо, она, как и все носители Крови Рода Дрозда, амбидекстор. Иви быстро - в доме, где растут двое шкодливых мальчишки - один из них, точно, унаследовал Родовой дар, всё под рукой - достала из аптечки пластырь. Вот и всё. Поставить тарелки на поднос и завтрак готов. А этот липкий взгляд... К чему бы это... Она переставила поднос на обеденный стол.
- Приятного аппетита.
Меня так выдрессировали - Иви рассердилась на себя - что, даже собственному убийце или вору буду говорить - здравствуйте, пожалуйста, спасибо.
- Вижу, ты улыбаешься. И пацанов нет дома
Поднялся из-за стола.
Он совсем её не понимает, не знает Ульбрихт - муж
- Так ты не будешь завтракать? Тогда, для чего...
- Буду. Но начну с тебя. Сегодня у меня аппетит...
Ну уж, нет. Иви сняла со своего плеча по-хозяйски уверенную горячую руку
- Извини. Но у меня нет... этого, как ты сказал, аппетита. Много дел. Не хочешь есть - ты не ребёнок - уговаривать не буду.
И, не сказав больше ни слова, Иви вышла из кухни. Это было некультурно - так молча уйти. Но, что сказать этому благополучному незнакомому чужому мужчине - она не знала. И, растерянная от этого свалившегося на неё открытия - она ничего! не чувствует к этому мужчине!, Иви - ей некуда было деваться, некуда спрятаться в собственном доме: салон, комната мальчиков, кабинет Ульбрихта, их общая с мужем спальня, кухня, в которой он сейчас - вышла на улицу. Только оказавшись в, заваленной игрушками, важными палками и камнями, кабине своего "жучка", Иви, как будто, отмерла. И куда это она, интересно, собралась. И почему. Так - на второй вопрос ответ ясен - оставаться в одном помещении с Ульбрихтом она не в состоянии. Тот коктейль из чувств, который она испытала... только что? Нет, необходимо время, что бы она смогла, что бы она заставила себя спокойно общаться, разговаривать с ним. Это ясно. А вот, что делать, как быть со всем этим ... дерьмом! Привет от подружки Лалы! Бабуля Эвилин - закройте уши! Она сама себя загнала во всё это. Ей и расхлёбывать. Но дети...Мальчики. Как с ними... Иви прикоснулась было к переговорнику - связаться с Лалаой. Поговорить, выговорится, рассказать всё подруге. Но - нет! И не потому, что стыдно - сколько раз подруга пыталась "открыть ей глаза", предостеречь. Хорошо, хоть хватило ума не обидеться, сохранить дружбу. И, потом - она и так знает, что Лала на её стороне. Поддержит всегда и во всём. Да и что тут можно "со стороны", при всей любви, понимании и сострадании, посоветовать... как помочь. И к родителям... Да и им она, пока, ничего не станет говорить. Только расстраивать... Сама во всё это влезла - самой и выкарабкиваться. А родители... семья... Конечно, не обрадуются. А ведь они говорили, намекали. Бабуля Эвилин та даже открытым текстом говорила всё, что думала - и о будущем зяте, вслед за сыном упорно называя Ульбрихта на СтароКонкордском Ерно, и о различиях их культурной среды, воспитания, моральных принципов. Хм, какая влюблённая дурочка слушает, прислушивается к отжившим свой век, ничего не понимающим в любви, родственникам! Но и их эта "новость" не обрадует. Но, поддержат, помогут... Отъезжающий с парковки соседнего дома автомобиль отвлёк Иви от размышлений, вернул из потока невесёлых мыслей. ?Вернул в действительность - на тенистую улицу престижного пригорода, где её "жучок" мешал правильному движению соседских машин.? Да, конечно, ей надо подумать... много о чём... И, лучше - не в кабине, припаркованного у дома авто.
Море... Её любимое на диком пляже место. Когда в последний раз она была здесь...Бросив на высоком голом берегу машину - в это время дня и в это время года - кто мог позволить себе приехать сюда - по узкой, пробитой прибойной волной расселенье Иви спустилась к крошечной каменной бухте. У неё рушилась, вернее, уже разрушилась семья, ради мира и спокойствия которой она отказалась и от профессии, и от карьеры. Брак, в который она вложила столько любви, душевных сил... А она... Она ничего не чувствует! Пустота. Гулкая пустота в душе. Ни обиды, ни отчаяния. Никаких эмоций!? И думает она не о том - "Ах, какая она несчастная! Какая позорная ситуация! Как стыдно. Что, кто и как скажет, как на неё посмотрят". ?Развод, а она, несомненно, разведётся с Ульбрихтом - не такое уж "экзотическое" событие? Количество разводов, их процент среди семейных пар постоянно растёт. Даже на более консервативном Гефесте - в отличие от интеллектуальной Конкордии, здесь преобладают "простые технари" и это, да, сказывается на нравах - развод уже не считается чем-то позорным. И на одиноких женщин - мужчины на обеих планетах никогда от этого не страдали - уже не показывают пальцами. И эта сторона её - их с мальчишками жизни на ближайшие годы её не волновала, вернее - не пугала. Думала Иви - это она считала главной проблемой и главной трудностью - о том, как они будут существовать... физически, что ли. На какие средства она будет растить, поднимать сыновей. Вот в этом и была её главная глупость - она не работала! Можно сказать - ни дня! Конечно, их семья, семья её родителей, тётушек, дядьёв, многочисленных кузенов и кузин, принадлежавших к тем, кого называли Старой Аристократией, не бедствовали. Вопросы - на что "жить": покупать продукты, оплачивать жильё - возникли у Иви только после того, как она вышла замуж. Когда она сознательно - ей удалось тогда убедить и Ульбрихта, отказаться от помощи материальной зависимости от родителей. Как же, она теперь замужняя, самостоятельная женщина, и у них самостоятельная семья. И муж - мужчина должен обеспечивать, отвечать за семью. Всё, как положено. Как отец - Дон Патрицио. Родители, они никогда "не закрывали перед ней дверь" - согласились. Пусть девочка наиграется. И вот, она, кажется, "наигралась". Интересно - почему она задумалась об этом впервые - ни разу ни у кого из молодожёнов не возникла мысль о помощи со стороны родителей Ульбрихта! Всегда "имелась ввиду" семья Иви... Но, нет! Возвращаться в Палацо, надеяться на помощь, признать себя проигравшей, побеждённой - её брак, её любовь не были игрой! - она ни за что не будет. Достаточно! В какой момент она позволила комку-то, - да, по сути, Ульбрихт не виноват, это она ему позволила - своим безволием, безразличием к собственному таланту, к себе, как личности - такое к себе отношение. На фундаменте её принижения и нивелирования её личности - возвыситься - пусть только в собственных глазах - самому. То, что она делала, сделала с собой - это... Это преступление. Преступление против личности. Но, и это главное - никогда не поздно понять, не побояться честно для себя понять! И уйти от этого. Не исправить - исправлять здесь нечего. С таким человеком, как Ульбрихт... она не верит в такое... Необходимо перестроить свою жизнь. Она хочет и может быть счастлива. Хочет, что бы дети - её мальчики будущие мужчины - не только любили её, маму, пока маленькие, но, и когда вырастут, повзрослеют уважали её - женщину, личность. Сидеть у моря - этой вечной свободной стихии можно бесконечно. Вдыхать наполненный силой, воздух, слушать неустанное движение воды... и... вспоминать, мечтать, думать, учиться упорству, спокойному мужеству. Иви поднялась с облизанного, отшлифованного столетиями прибоя валуна. Солнце стояло в зените. Прямо у неё над головой. Никаких теней, полутонов. Ясный, чёткий день. Хороший Знак.
ЛАДА. - Послушай, я так и не поняла для чего
- Что для чего?
- Хорошо, с какой целью мы тут сидим и теряем время.
Мужчина - что-то пошло не по его "сценарию" - был обескуражен и замолчал, перестраиваясь. Конечно, он - её теперешний временный бой-френд, как и его предшественники, знал совершенно другую Лалу. Известную, богатенькую, ни разу не проверившую его личные траты. А он, ведь не стеснялся... и на себя и на финтес и прочих "инструкторшей". И ни ему, ни его предшественникам не пришло в голову поинтересоваться - что же такого сделала, делает эта "сладкая малышка", что с ней так носятся. Они видели куклу, которой хватало нескольких ласковых - не всегда искренних, слов, и качественного секса. А вот, прячущуюся от боли очередного разочаровании, за этими масками настоящую Лалу - Айк, как и многие, не знал, не стремился узнать - так было проще и легче жить. И сейчас, не услышав просьб, ругательств, не почувствовав страха и растерянности - на этих эмоциях "малышки" строился весь "гениальный" план - он растерялся.
- Никто не заставляет тебя, его терять.
- Так выпусти! Меня ждут.
- Вот! Это твоё всегда - меня, мне!
- А ты бы хотел - всегда - ты? Тебе?
- Было бы неплохо.
- Не могу не согласиться. Как говорят - своя рубашка ближе к телу.
Выросший на благополучной Конкордии, Айк мог не знать поговорок плебейского Гефеста. Но, следует отдать должное его мозгам - этот красавчик-прилипала был из "хорошей семьи" - понял смысл выражения.
- Поэтому, ты заплатишь мне.
- Вот ещё! За что?
- За то... что я тебя отпущу.
- Что значит - отпустишь?
- Выпущу из кара.
- Нет
- Как - нет!? Что значит - нет?
- Нет - это значит - нет! Я не согласна.
- Ты же говорила, что спешишь, опаздываешь.
- Да, говорила. И, именно поэтому - нет.
Айк, как говорится, припух. Куда уж ему! Где альфонс, а где - логика некорректных задач. Уже совершенно успокаиваясь, подумала Лала. Но ждать пока Айк хотя бы спросит - в чём дело, что имеет виду эта неадекватная фифа, не стала.
- Потому, что я спешу. И ты отвезёшь меня.
- Я? Отвезу...?!
- Конечно. А ты как думал, дорогой. Пешком я уже не успею. Заставлять важных сеньоров ждать меня одну - не комильфо. Ты хоть знаешь, кто, какие "величины" там будут.
Айк совершенно растерялся - вот это разворот.
- А я знаю. Так что, дорогой, поторопись.
Когда утром эта маленькая дрянь совершенно недвусмысленно велела ему "освободить жилплощадь" - он разозлился. Позвонил, напихал комплиментов - а она так! Жалко, невозможно было ни с того, ни с сего терять такую "удобную ляльку". Тут тебе и кров, и стол...и полная вольница. С её стороны это было... нечестно! Айк чувствовал себя обиженным и... незаслуженно... это ...Раз так - её необходимо было "наказать". Урвать, напоследок, хотя бы приличную сумму. "Похищение и выкуп" - самый лёгкий, простой вариант.
- И да, я узнала тебя, милашка Айк. И с какой целью ты устроил это представление, уверена, что знаю. Если не хочешь серьёзных неприятностей - поторопись.
В одно из, снабжённых спецоборудованием, помещений для заседаний в Отделении Управления по Связям Главного Совета МССиЕ Лала вошла почти... последней. Понадобилось время - несколько драгоценных минут, что бы Айк "догнал" - понял и осознал в какую "историю" загнал сам себя. Гораздо меньше времени заняла поездка. Автокар рванул с места на предельной скорости - из подземной парковки отеля по пустой от транспорта авеню, до входа в Правительственное здание. Ещё минута - в подобных ситуациях в ней просыпался отщёлкивающий мгновения определитель времени - и Лала, беспрепятственно преодолев индификационные сенсоры, в рассчитанной строго на одну персону - ограничения Службы Безопасности - кабине внутреннего лифта, оказалась на нужном этаже. Находилось ли помещение под заурядным номером NN, на подземных ярусах, или на самой вершине многоэтажного "раритета" - определить было невозможно. Но, это и не важно. Лала никогда не задумывалась о подобных вещах. У Безопасников, как и у всех специалистов - своя Зона ответственности. Сеголня... Айк, его идиотская выходка - могли её серьёзно подвести. И пусть за то время, что вёз её, он пытался объяснить, что ни в коем случае не хотел её обидеть, что это она сама виновата, отвергнув, выбросив его из своей жизни. И как! Даже не в личной беседе - глаза в глаза, а по связи! И он хотел лишь... какое это имело значение! Лала могла опоздать! Испортить своё имя! Заработанный с таким трудом авторитет обязательного надёжного партнёра - учёного мог рухнуть из-за выходки одного придурка! Хотя придурок в этой ситуации - она! Пора думать, с кем спишь, кого впускаешь в свой дом! На миг притормозив перед ничем не примечательной дверью, Лала сделала для себя чёткий вывод - точка в отношениях, бессомненный конец, разборки с Айком - потом. Сейчас - то, ради чего она здесь - проблема Нюйвы. Проект под названием " Водная лилия". Собравшиеся за круглым столом люди обернулись к вошедшей, ответили на приветствие Лалы. Некоторых она знала - встречала, имела честь участвовать в различных и межведомственных и строго тематических комиссиях и коллоквиумах, как на Гефесте, так и здесь на Конкордии. Обсуждались, или решались и технические, и чисто академические проблемы. В некоторые проекты Лалу приглашали, как консультанта. Так что - да - так или иначе, со многими и многие между собой были знакомы, им приходилось сотрудничать. Но сейчас за столом присутствовали и другие - и их было большинство - люди, незнакомые ей. И они, так же, как и группа, к которой себя причислила Лала, были между собой знакомы. Все присутствующие - явно специалисты "не с улицы" - смотрели друг на друга с заинтересованным интересом. Что ж, протокол на подобного рода Совещаниях соблюдался неукоснительно - прежде всего - представление участников. Лала внимательно вслушивалась в голос, интонации представителя Управления по Интеграции - как организаторы, они назначили своего Председателя, стараясь по этим "маркерам" определить положение каждого учёного во внутренней иерархии нового направления - проекта. Уже то, что бывшее небольшим подразделение в рамках Главного Управления МССиЕ специально адаптировали под проект, связанный с Нюйвой, указывало на важность "Водяной лилии" для всего Межпланетного Союза. И, пока остальные, знакомые ей "технари" - о чём думали все эти учёные с Мировыми Именами - Лала не знала - заинтересованно и доброжелательно приветствовали друг друга, она ждала "представления" незнакомых ей участников. Женщины - одна с Гефеста, одна с Конкордии - оказались, "обременёнными" степенями и регалиями Социальными работниками. Понятно, логично - проблема Нюйвы слишком "много грана" - невозможно представить что, какие проблемы не будут затронуты! Ещё трое - солидного вида корпулентные дамы с Гефеста и две хрупкого телосложения - истинные "дочери" Конкордии - генетики. Но самыми, можно сказать неожиданными для Лалы, как и для её коллег "негуманитариев", отметила она, оказались специальности остальных учёных. Цивилизационный аналитик, эволюционный биолог, генетик - репродуктолог, филогенетик, социальные биологи!!! Впрочем, задач такой важности, такой проблемы, затрагивающей все, без исключения нюансы жизни социума планеты и каждого её жителя - в случае Нюйвы, жительницы - перед Межпланетным сообществом никогда не стояло! И - "вишенка на торте" - подчёркнуто официально, он чем-то напоминал Лале "конферансье" - была такая специальность в старых ретро-фильмах, которые так любила Бабушка Эв Гранд Сеньора Эвилин - одетый мужчина! Он оказался известным популярным певцом и композитором! Это - к Иви! Её епархия! Композитор! Певец! Он-то зачем?! Какое отношение может иметь человек подобной творческой профессии к партеногенезу!? Проблеме, которую должны решать учёные?! Мужчина - артист?! Там, где должны работать генетики, биологи, учёные по развитию цивилизаций! Пришло на ум - из "уличного фольклора" Гефеста - какие глупости ей лезут в голову.... "И зачем козе баян!" Даже она - её участие, её роль в этом научном консорциуме, объединяющем дисциплины, которые обычно не пересекаются, - для неё под большим вопросом. Ах, да - добрались и до неё - "Молодое дарование, необычный тип мышления, способность "видеть" сущности и связи между ними под нестандартным углом, в собственной причинно следственной интерпретации. Связующее звено проекта". Вот как её представили "высокому собранию".
- Здравствуйте. Рада
Смущённо улыбнулась она уважаемым мэтрам. Председатель постучал карандашом по стоящему перед ним, как и перед каждым из присутствующих, стакану из настоящего хрусталя. Дал всем время осознать не просто состав участников Проекта, но и разнообразие их профессий - а значит, и различие знаний, квалификаций, личного опыта, и самое главное - интеллектуального потенциала.
- Начнём, сеньориты и сеньоры.
РОЗАЛИ. - Я понимаю, что сложно. Самое сложное, что должен преодолеть человек - честность и ответственность перед самим собой. В рассеянном, расплывающимся свете звёзд, струившемся к ним через нежно окутывающую дымку, звучал голос Маджин. Не Маджин - Признанной Хранительницы Нюйвы, ни Матери Учения Маджин, возрождающей Воплощения ПервоМатери, а Маджин - её заботливой матери. Так же в её далёком, но таком близком детстве, отставив в сторону все обязанности и проблемы, находила мать время для малышки Капельки. Время для вопросов, разговоров, волшебных сказок. Какие же это были сказки! И, хоть, такого - такого быть не могло... Потому, что... Где это видано, что бы люди были не такими, как все, кого она знает?! Высокими, мускулистыми, с грубыми голосами... Хотя... В Родах Обслуживания - у Помощниц были именно такие: крепкие и выносливые люди, а у Охранников все владели оружием. Но, что бы с бородами и усами, и скакали на совершенно диковинных животных - лошадях?! И сражались за других людей, называя их "принцессами", "дамами", "любимыми", пели им песни, посвящали стихи и подвиги.... Ох, какие это были волшебные истории! Как хотелось очутиться "внутри", быть одной из них! Всё равно - кем! Сердечко замирало в сладком предвкушении счастливого конца! Но, вот, когда на самом деле - не в сказках, не в чудом сохранившихся обгоревших фрагментах старинных рукописей, заточенных в спецхранах самой Маджин, - на Нюйве появились эти сказочные персонажи - люди из приданий и легенд - мужчины, тут-то всё и оказалось.... не так красиво и сказочно.
- Но это в том случае, когда у него, у этого человека хватает мужества быть тем, кто способен взять ответственность за себя, свои мысли, решения, поступки.
Продолжила Маджин, увлекая- извлекая Розали из фрагментов не вовремя всплывшей памяти.
- Я понимаю, о чём ты говоришь. Но мне трудно определить своё состояние. Описать его. Внутри что-то, что не поддаётся чётким формулировкам.
Постаралась объяснить необъяснимое, Розали.
- Мне больно. Я не могу тебе помочь. И не потому, что не хочу. Статистика, данные, цифры - всё, что у Мудрых Дам моего Секретариата. И всё это есть у меня. Но мы - люди моего поколения - мы не чувствуем, не понимаем того, что происходит. Это - непонятная, пугающая действительность, подкреплённая современной, революционной для нас, теорией.
Маджин была предельно откровенна. Только с дочерью - только с младшей дочерью, своей жемчужинкой - надеждой, она могла это себе позволить.
- Нет, пожалуйста, не вини себя.
Розали хотела, обязана была быть объективной.
- Вспомни - ведь это именно ты адекватно оценила ситуацию, приняла революционное решение. Это ты первой в рамках МССиЕ заключила соглашение " .... О предоставлении Образования". И наши молодые гражданки попали в Академию ВСЕ, лучшее учебное заведение Конкордии - всего МССиЕ. И я с благодарностью вспоминаю свои студенческие годы.
- Мне приятно. Нет ничего более... сладкого, чем похвала дочери. Но любой адекватный руководитель, понимающий и принимающий ответственность перед своим народом, поступил бы так же. Образование - движитель общества.
Они обе и мать, и дочь замолчали, погружаясь в недалёкое общее пошлое. Возможно, по фактам: голым данным, датам, отчётам - оно, это прошлое и было общим. Но каждая, именно по той причине, на которую ссылалась Маджин - разность поколений, разность опыта - воспринимали, понимали его по-разному. Когда-то, когда Нюймой управляла предшественница нынешней Признанной Хранительницы Маджин - её мать - Имя, как и Должность, статус передавалось по прямому наследованию от Матери к Дочери Правящей Семьи Рода Силы - планету уже посещали "пришельцы". Огромные, окутанные огнём и паром металлические "предметы", за приближением которых с тревогой следили Астрономы Семьи Учёных из Рода Силы, приземлялись в глухих местах отдалённых Провинций. Чем-то похожие - размеры, очертания тел, способы передвижения - на жительниц Нюйвы, пришельцы пытались установить с ними контакт. Но, тогдашняя Правительница Маджин, поддерживаемая Секретариатом, состоящим из представительниц Совета Мудрых Дам из Рода Силы под страхом смерти запретила любые сношения с "пришельцами". Они, тогдашние Хозяйки Нюйвы чего-то боялись. Чего? Стало ясно, когда нынешняя Признанная Хранительница решила, решилась - сама пошла на контакт с "пришельцами". И подтолкнуло её к этому не праздное любопытство, не желание запомниться, выделиться, остаться "особенной" в ряду Маджин Хранительниц Нюйвы. Совершенно банальные, можно сказать, бытовые проблемы заставили Маджин задуматься, подтолкнули к столь неординарному шагу. Население её Планеты неуклонно уменьшалось. Честная статистика беспристрастно указывала на это. Эти отрицательные изменения накапливались медленно. Так же медленно, почти незаметно, как менялся и климат планеты, появлялись новые мутации болезнетворных паразитов, значит, и болезни. А жительницы Нюйвы не менялись. Их гены не претерпевали изменений. Каждая жительница планеты была почти точной копией матери. У жительниц Нюйвы не было перемешивания генов! То есть - каждая несла все генетические мутации матери - вот откуда "стабильность" "специализации" Родов и Семей в их составе. И, наряду с этим и все её слабые "места", все дефекты. С каждым поколением эти "ошибки" накапливались, потому, что их нечем было "разбавлять". И с каждым поколением ситуация ухудшалась. Недалёк тот день - осмеливались задумываться самые "прогрессивные" из Семьи Учёных Рода Силы, когда достоинства могут перерасти в недостатки. Ведь отрицательный "мутационный груз" не давал возможности создавать и "генетическое оружие" против болезней и изменений среды, и развивать способности, таланты каждой Семьи, каждого Рода. Они все - жительницы Нюйвы были генетически однообразными. Как монокультура. А любая монокультура - уязвима.
- Я думаю, я уверена
Сказала - она должна была это сказать - Розали, признать заслугу Маджин своей матери
- Ты совершила подвиг. Тебе понадобилось всё мужество, ясность ума и гибкость мышления, которых не было, или они боялись - у предыдущих Хранительниц, что бы увидеть проблему, понять её и, самое "страшное", сопряжённое с риском быть непонятой, преданной обеими сторонами - пойти на контакт с пришельцами, просить, договориться о сотрудничестве, о помощи.
- Ты говоришь от чистого сердца. Твои слова продиктованы любовью и уважением ко мне - твоей матери
Без ложной скромности согласилась Маджин
- Но, не забывай о моём Секретариате - Мудрые Дамы Рода Силы из Семьи Учёных. Это у них в аналитическом отделе кому-то пришло в голову сравнить статистику рождаемости и болезней, составить Графики. А кто-то сопоставил их с данными изменения температурного и водного баланса Планеты. Кто-то проанализировал, рассмотрел всю "картину". Кто-то рассказал мне. И наши партнёры - те, кого принято было называть "пришельцы"! Нам повезло с командиром Первого Корабля
- Но он же не был Первым, посетившим Нюйву!
- Посетившим - да, не был
- Но те, предшествующие экспедиции
- Что нам, жительницам Нюйвы до них! Долетели, убедились, что расчёты их учёных верны. В заданных координатах вселенной существует обитаемая планета. Произвели замеры геофизических показателей: размер, масса, атмосфера, температура, вода... Не приложили даже минимальных усилий для установления контактов с местными "аборигенами". Так они называли наших праматерей в своих отчётах.
- Мне кажется, ты не совсем.... Объективна
Не могла не отметить - ни в коем случае - не возразить! Розали. При всей своей "демократичности" и любви к дочери, Маджин, как истинная единовластная правительница, не любила, когда ей "возражали".
- Насколько известно, Существовал Указ, запрещающий общение с "пришельцами".
- Указ, указом
Не признать известный, документально подтверждённый факт - невозможно, продолжила Маджин
- Но и с их стороны не было никаких поползновений установить постоянный Контакт с нами. И тот, приземлившийся на Нюйву Космоперевозчик "Звезда" и его Командор, проявили лучшие качества Гуманистического Сообщества. Он и его команда не просто обратили внимание на то, что среди населения планеты нет мужчин. Даже понятия такого - "мужчины" не существует.
- Если чего-то нет - то и потребности в его обозначении не возникает.
Не смогла промолчать Розали.
- С этим не поспоришь. И, да, именно они - Капитан и команда его звездолёта, пошедшие на уверенный контакт с нами - оказались последним, решающим звеном, катализатором, повлиявшим на принятие определённых решений, приведущих, я, верю, к необходимым нам положительным переменам. Поэтому все мы считаем Первым Космоход Звезда. И имя его Капитана Командора дона Хосе Игнатио навсегда вписано в Историю планеты Нюйва. В Историю нашей цивилизации.