Есть у меня хороший приятель, Сомов, с которым как минимум дважды случались пугающие происшествия.
Сомов - человек практически не пьющий. На всех посиделках он обычно наливает себе вискарика на самое донышко, или небольшую рюмку водки, или треть бокала самого лёгкого вина, и ему этого один раз налитого хватает на весь банкет.
Но однажды обстоятельства заставили Сомова выпить больше, чем ему хотелось. У нашего общего с ним друга родился долгожданный сын, ну и сами понимаете - за ручки, за ножки... и отказаться вроде как нельзя, неудобно. В общем, тогда я впервые увидел своего приятеля пьяненьким. Основательно пьяненьким.
Нет, держался он неплохо и вёл себя как всегда очень интеллигентно, но с его координацией случился лёгкий бэмц. И обычно не курящий Сомов, выйдя на балкон покурить, с того балкона кувырнулся. С пятого этажа типовой "хрущёвки".
Хотите верьте, хотите нет, но отделался он ушибом бедра, недельной хромотой и парой ссадин. Диагноз - ушиб бедра и осаднения - полный и точный. В компании было четверо врачей, и мы таки изо всех сил упирающегося Сомова погрузили в такси и свозили в больничку на обследование. За что он на нас сильно ворчал тогда и ворчит всякий раз, когда вспоминает эту историю. Дескать, что такого. Ну вышел человек из дома прогуляться и подышать свежим воздухом не через дверь, а через балкон, и что? Может, ему так ближе и удобнее было. И вовсе незачем выдергивать того, кто ни на что не жалуется, с дружеской вечеринки, прямо, можно сказать, из-за стола. А он вот даже хозяйкин торт не успел попробовать.
По-моему, из-за торта Сомов сердится больше всего. Во-первых, сладкое - это не спиртное, сладкое Сомов очень любит. А во-вторых, Олин "Наполеон", он действительно восхитительный. Я тоже никогда, нигде и ни у кого вкуснее не пробовал.
В другой раз Сомов заглянул к своему коллеге по каким-то их общим рабочим делам. А коллега, как оказалось, ушёл в магазин. Жена его попросила купить картошки, репчатого лука и чего-нибудь вкусненького к чаю. А сама жена в это время мыла окна. Абсолютно трезвый на этот раз (собственно, как обычно) Сомов полез ей помогать - и да, вывалился из окна, поскользнувшись на мокром подоконнике.
Коллега жил на первом этаже. Но это не сильно помогло. Бедолага Сомов сломал ногу и около четырёх месяцев скакал в гипсе на костылях.
Судьба.
Ну и алкоголь.
И время года. С балкона Сомов сыпался зимой, в снежок и в покрытые тем снежком кустики; а из окна первого этажа выпадал ранней осенью, на идущую вдоль дома абсолютно голую асфальтовую дорожку.