Хаген Альварсон
О бедной сoбачке замолвите слово...

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Впечатления от фильма "Волкодав"


  О бедной собачке замолвите слово...
  Рецензия на кинофильм "Волкодав" (2007, "Централпартнершип", реж. Н. Лебедев).
 
 
  Сразу хочу предупредить, что я очень зол на создателей сего киношедевра. Многих наверняка этот текст оскорбит. Но терпеть, как о столь дорогие мне мифы цинично вытирают сапоги, извините, не могу. Один говорил: "Рун не должен резать тот, кто в них не смыслит". И, думается мне, не слишком-то он ошибся...
 
  Трудно спорить, что картина о воине из рода Серых псов - едва ли не самая ожидаемая премьера 2006-2007. По многим причинам. Как-никак экранизация отечественной фантастики, более того - национальной эпопеи, да и просто раскрученный за годы съемок проект. По разным причинам премьера откладывалась, разогревая зрительский аппетит, и вот под конец 2006 года компания "Централпартнершип" сделала новогодний подарок поклонникам цикла книг о Волкодаве и просто всем любителям боевой хвэнтези со спецефектами.
  Надо сказать, что "Волкодав" - это как раз тот случай, когда фильм снят, что называется, "по мотивам" книги. То есть сюжетная линия героя выдержана в соответствии с романом почти до конца, но зато картина изобилует расхождениями с первоисточником во многих других аспектах. И если бы только это касалось сюжета... Однако не стоит попрекать режиссера: Николай Лебедев неоднократно заявлял в интервью, что не собирается снимать кино дословно по книге, исходя из многих причин. Вот, например, его слова из интервью изданию "Афиша": "...Меня не занимает вопрос: похож фильм на оригинал или не похож? Мне важно, чтобы мой "Волкодав" жил своей жизнью. Чтобы его смотрели даже те, кто ничего не знает о существовании книги..." (N25 (56), стр. 39). То есть не стоит воспринимать фильм как экранизацию романа. А вот что сказала собственно Мария Семенова в интервью "Газете": "Моя книга послужила для них стартовой площадкой, на которой они полностью предаются собственному творчеству. И дальше уже вопрос, хорошо у них получится или плохо. Надеюсь, что хорошо." (15.09.2005 GZT.ru
  Материал опубликован в "Газете" N175 от 16.09.2005г.) Так что нет трагедии в том, что фильм не во всем соответствует книге, что бы там не вопили обиженные поклонники.
  Однако нельзя вовсе сбрасывать эти расхождения со счетов при оценке картины. Потому что многие из них совсем не так безобидны, как может показаться. Конечно, было бы бессмысленно указывать на все несоответствия, но мимо некоторых пройти просто нельзя. Потому что эти несоответствия, иначе говоря - нововведения создателей фильма, и создают атмосферу восприятия картины, а точнее - задают её. То есть нас интересуют не расхождения между фильмом и оригиналом как таковые, а только те, которые являются корректорами восприятия.
  В общих чертах расхождения между книгой и фильмом таковы: во-первых, книга, безусловно, языческая по духу, по философии, с явным мифическим мировосприятием героев, правда, несколько подпорченная морализаторством; фильм - православный, даже не христианский, а именно православный (хотя и носит формальные признаки язычества). Во-вторых, книга повествует, прежде всего, о людях, с их психологией, переживаниями, чувствами, которые кажутся нам понятными и близкими - и не важно, что они живут в "темном и мрачном" псевдосредневековье, а мы - в "светлую и чистую" эпоху прогресса, Интернета и атомной энергии. Фильм же - о могущественных артефактах, ужасных проклятиях, близком конце света и чудесном спасении супергероем Васей Пупкиным - одним словом, как сказал кто-то на СИ, "фэнтезятина". Такое вот забавное смещение акцентов.
  Казалось бы, ну и что? Какая разница? Вон в Голливуде эту "фэнтезятину" гонят по шаблону "Драконов и Подземелий" уже надцать лет подряд, и ничего, все смотрят и радуются... А мы, собственно, чем хуже? Даешь "славянку"! Знай наших! Вообще же о проблеме "нашего ответа" поговорим чуть позже, а пока уясним, почему же эти расхождения так опасны.
  Все бы ничего, но обратите внимание, как в СМИ позиционируются фильм и образ главного героя. Показательный пример: "Картина, основанная на славянской мифологии, должна подарить нам образ нового национального положительного героя, настоящего супермена", - Юнна Чупринина, "Итоги", интервью с режиссером. www.Itogi.ru / Архив / N. 6 / ИСКУССТВО /.
  По поводу "славянской мифологии" скажем чуть позднее, пока же обратим внимание вот на что: мифический герой как пример для подражания. Это похвально; более того, это как раз та инициация, которой ждет-недождется т.н. "русский мир". Но! Если говорить о мифическом герое, то необходимо помнить, что миф не оперирует морально-этическими понятиями, так что мифический герой не может быть положительным либо отрицательным. Он есть таков, каков он есть, а плохим или хорошим его делает "общественное мнение". Здесь же мы видим изначальную установку на то, что "национальный супермен" должен быть "хорошим", т.е. соответствовать определенному набору качеств. Причем, обратите внимание, супермен "национальный", то есть такой, которому захотят подражать детишки всех этносов, населяющих "русский мир". В том же материале Николай Лебедев говорит:
  "...меня заинтересовала сама история: она предоставляла возможность создания нового эпоса, нового образа национального героя, умеющего отличать добро от зла." И дальше позвольте фрагмент интервью: /
 
  - Разве у супермена обязательно должна быть национальность?

- У Волкодава есть. Автор романа Мария Семенова по профессии славист, она писала свою книгу, опираясь на национальную мифологию. Мы, конечно, не стремились превратить зрелище в фольклорный хоровод, но на обрядовые традиции древних славян опирались.

- Этак вы и национальную идею сформулируете.

- Мне кажется, она очень проста - это возвращение собственного достоинства. Если "Волкодав" будет интересен аудитории, значит, зрители возвращаются к своей истории и к своим корням.

- Вы верите в воспитательную силу искусства?

- Я верю, что хороший фильм может склонить человека к лучшему. А насмотревшись "Бригады" (фильм талантливый, но, мягко говоря, двусмысленный), наши провинциальные мальчики сколачивают свои банды по образу и подобию. Как-то режиссер Юрий Мороз, рассказав, что в школе сидел за одной партой с будущим уголовником, задался риторическим вопросом, почему нынешний кинематограф говорит только о нем, о бандите, а не обо мне. Вообще, если рассматривать наше кино откуда-нибудь из космоса, можно подумать, что в стране живут одни уголовники.
 
  Для меня не существует дилеммы, кто лучше - уроды или люди. Честно говоря, я даже думать об уродах не желаю. И готов снимать кино о ком угодно - наших современниках, военном поколении, древних славянах, - но только о людях.
 
  А вот еще перл на ту же тему:
  "Так что пора так называемых детективов, в стиле "Каменской" и "Марша Турецкого", а так же фильмы о "братве" занимают вторые позиции. Первые позиции в рейтинге популярности должны занимать фильмы, способные сохранять остроту сюжета и накал страстей, которые как нельзя кстати способны раскрыть индивидуализм исконно-русской души, те ее оттенки и красочность, которые во все времена отличали русского человека от всех остальных. Возможно, эта особенность состоит в том, что душа эта способна впитывать все, что ей по праву передано самой природой и генами от других народностей. Именно перекрестью религий и смешению культур мы обязаны своей Великой Русской Литературе". - Мария Кирилова, "Отечественное "фэнтези" - жанр востребованный?", "ЗВУКОВОЕ КИНО: рецензия к фильму "Волкодав".
  Претензия, сами видите, непомерна. Вроде как мы настолько мудрые, будто знаем, что есть Добро и Зло. Ну да, оно куда как сподручно рассусоливать о морально-этических категориях, "яблок" обожравшись... Далее: Добро и Зло это в принципе не мифические понятия, а, если уж на то пошло, церковные. И Волкодав-язычник при такой трактовке образа не может быть мифическим героем, это не Вольга Всеславич, даже не Илья Муромец, персонификация Перуна, это такой лубочно-голливудский, Абсолютно Хороший Герой. Ненастоящий человек, человек, каких не бывает, с заранее заложенным набором психологических реакций. "Робот-робот-робот..." Таков ли Волкодав в книге? Думается, отнюдь нет.
  Далее. Они там, оказывается, отталкивались от "национальной мифологии". Сразу вопрос: от чьей мифологии? От русской? А от какой именно русской: от новогородо-псковской или от владимиро-суздальской? От веннской или вендской? А может, реконструировали Единый Праславянский Миф? Семенова, помниться, пыталась проделать нечто подобное в своей книге "Бой со змеем". Как будто бы создатели фильма и авторы этих хвалебных од не знают, что нет никакой славянской мифологии в чистом виде, в отличие от, скажем, греческих, кельтских, скандинавских, индийских мифов. Не было у славян ни "Эдды", ни "Махабхараты", ни Элиаса Лённрота, хотя потуги объединить славянские мифологические сюжеты предпринимались в 19 веке. Ну а в то, что так называемая "Книга Велеса" может быть источником сведений о славянской мифологии, верят разве что такие "деятели", как Алексашка Асов. Вот демонология славянская есть, и притом такая, что все ельфы-пильфы могут повеситься от зависти. Мифология же славян - понятие недостаточно определенное, чтобы о чем-то говорить уверенно. Да и потом, что такое "русская национальная мифология"? Как будто бы есть русская нация... Ну, есть и есть, и будет есть, и слава Аллаху...
  И еще обратите внимание, как они вдруг возненавидели "бандитское" кино. Значит, Саша Белый уже вроде как не пример для подрастающего поколения. А что ж вы всем этим "бригадам" и "бумерам" еще совсем недавно разливались в дифирамбах? Ну да, извините, забыл: про бандитов можно было снимать и говорить в контексте ельцинской России, нищей, больной и пьяной. Саша Белый, еще вчера народный любимец, сегодня уезжает в безвестность на стареньком БМВ, выполнив идеологический долг по очернению девяностых, а на смену ему выходит такой крутой русский мужик со странным именем Волкодав. Новая эпоха, новые герои...
  Из того же материала Марии Кириловой:
  "Свои декорации для Галирада Людмила характеризует так:  "Этот город должен быть деревянный, живой и немножко фантастичный, но не сказочный".
  Странно: почему не сказочный? Почему авторы фильма делают такой упор именно на фэнтезийности, а не на сказочности, не на легенде, не на предании, в конце концов? Уж не потому ли что сказка недостаточно "веристична", якобы в отличие от фэнтези? Или снимать сказку - стыдно, а "фэнтезятину" - наоборот, модно? Или дело в том, что именно в сказке сохранилось мифическое мироощущение, которого так бояться православные самодержавные клирики "Святой церкви Флуда и Флейма"? Непонятно...
  Оттуда же:
  "Суждено ли Волкодаву стать героем для наших мальчишек? Возьмет ли его подрастающее поколение как пример для подражания? Ведь сейчас нет героев- комсомольцев, грудью прикрывающих дуло пулемета, нет элементарного Бэтмэна а-ля Russia. И так ли безобидны эти игры с превращениями "туда-обратно", из человека в животное и наоборот, и способна ли "волшебная сила искусства" удовлетворить аппетиты самой изощренной аудитории?
Великая Битва еще впереди, и когда произойдет это Сретение двух великих сил - Добра и Зла, торжество победы бросит к ногам героев золото слитками, а людская любовь найдет свое воплощение в преданьях и новых романах.
  Кто станет Хранителем тотема своего племени? На чьи плечи возложена эта задача?
Но я точно уверена, что нельзя продвинуться вперед, растоптав свое прошлое."
  То есть, короче говоря, выдуманные венны - наши прямые предки, наше дело правое, мы - добро, а все остальные - зло. Так, что ли? Непонятно, что понимается под Добром и Злом. Если евангельские определения - тогда не надо разглагольствовать про "наших предков" и "свое прошлое", потому что ни венны, ни их исторические прототипы венды не писали Евангелие и вряд ли разделяли его принципы. По поводу же тотемизма в фильме и книге скажем позже.
  Вот еще новость: группа "Алиса", с некоторых пор известная своей "православностью", сняла клип на фильм "Волкодав" - "На пороге неба". Ну кто бы сомневался...
  Стало быть, аудиториальная ниша фильма - т.н. подрастающее поколение, формирующееся личностно и мировоззренчески. Весьма психологически уязвимая аудитория. Та аудитория, которая воспринимает книгу, фильм, даже игру, не дистанционируясь от персонажа. Образ героя, его психология оказывает влияние на психику реципиента, особенно же остро это ощущается детьми и подростками. Если же образ является носителем и выразителем определенной идеологии, эта идеология принимается на личном культурном уровне. В данном случае нас интересуют образы, конечно же, Волкодава, далее - Тилорна, кнесинки Елени (хотя её, кажется, на протяжении фильма, ни разу не называют по имени), разбойника Жадобы, матери Кендарат, бога Грозы, Мораны, богини смерти.
  В фильме явственно присутствуют три магистральные духовные линии: Церковь Богов-Близнецов, секта поклонников Мораны и собственно "исконная" вера веннов и сольвеннов. Конечно, различия между ними касаются скорее внешних, формальных аспектов, нежели философского базиса или духовных ориентиров. Да и акценты в фильме сделаны не на теософские вопросы, а на приключения героев, это вам не "Дюна". Однако наличие вполне определенных культурных аллюзий, заархивированных на уровне антуража и видеоряда, задаёт тон восприятию фильма и дальнейших ассоциаций у зрителей. Иначе говоря, навязывается игра в своих и чужих по религиозному признаку, которая из экранного действа может перейти в реальную жизнь, с воплями о защите православной веры и гонениями на несчастных представителей околовсяческих меньшинств (и добро бы только, хе-хе, сексуальных...)
  Хотя на первый взгляд, конечно же, речь совсем не о том. Есть Волкодав, который помогает бежать из заточения пленной девушке и слепому старцу, попутно убивая кровного врага и поджигая его замок - это по книге. А потом начинается фэнтезятина: оказывается, в стольном граде Галираде была древняя дощечка-цера, и вот ежели её приложить к идолищу поганому, то выйдет из заточения Морана-Смерть, и будет всем торба. Злодей Людоед енту самую церу злобно похитил, а Волкодав, сам того не ведая, поспособствовал её возвращению в Галирад. И далее конфликт закручивается не столько между Волкодавом-изгоем и Галирадом - сообществом нормальных благополучных людей, сколько между древними богами, а точнее их... хм... предстоятелями, что ли? То есть между исконными богами Галирада (Волкодав и ко) и Мораной-Смертью (Людоед, Жадоба и пр.) На фоне этого противостояния почти незаметна тема церкви Богов-Близнецов - она эпизодична; с неё и начнем.
  Церковь Богов-Близнецов в фильме представляет собою, видимо, сборный образ нетрадиционных религиозных течений околопротестантского толка (иначе говоря, западных псевдохристианских сект), наводнивших за минувшие 15 лет постсоветское пространство. Это не более чем моё скромное предположение, основанное на сравнении речей упитанного проповедника Близнецов и тех умильных спичей, которые провозглашают пасторы всех этих "Дверей в небо", "Огней Пробуждения" и т.д. Например, жрец говорит: "Ваши боги уже не могут защитить вас!" - ну прямо как некоторые особо ярые проповедники Слова Божьего со своими наездами на православие - вот вы, мол, православные, святым поклоняетесь, как идолам, свечки ставите, прямо как жертвы приносите, да и католики не лучше, язычники вы поганые, одним словом! Ну ничё, мы вас щас наставим на путь истинной веры... Еще три-четыре года назад можно было услышать подобные вещи из уст зарвавшихся пасторов. Это они сейчас немного образумились... Или вот: "Оглянитесь вокруг!" - в том смысле что поглядите, люди добрые, как всё фигово. Цитирую буклетик одной из сект-"церквей" (называть не буду, чтобы не приарить) - "Ну и времечко!" Не правда ли, знакомо? Цены, которые часто называют "ну очень смешными", напоминают попытку обидеть. Так и есть: смешные, но в какую сторону... Новости по "ящику все более напоминают фронтовые сводки и передачи о глобальных катаклизмах. Так что же, всё так безнадёжно? Ничего подобного, надежда есть!" Ну и финальный аккорд о том, что спасение - только в нашей, близнецовской (протестантской, "христианской" и пр.), вере. Добротная карикатура на неопротестантов, хотя по книге церковь Близнецов напоминала скорее христианскую религию до схизмы. Кстати, в книге упоминался проповедник, которого приютил род Серых псов, а позже зверски зарубили сегваны, а в фильме вместо него мелькнул нос какого-то волхва, пытавшегося наговором остановить захватчиков и зарубленного не менее зверски...
  И, опять же, мотив иноверцев, сбивающих людей с веры предков.
  Что же это за вера предков такая?
  В книге это вполне традиционное язычество, без особых изысков в виде гротескных храмов, грозных идолов, кровавых жертв и прочей ерунды. Народная вера, причем у каждого своя, учитывая обилие этнических групп, проживающих в Галираде. Эта вера не напоказ, она - в повседневных делах и заботах, в привычках и суевериях, в мыслях и поступках; она - часть личного культурного уровня людей, естественная и неотъемлемая. Эта вера - в книгах Эвриха и в любовном порыве кнесинки Елени, в радости стариков-вельхов, увидевшихся стараниями Волкодава после многолетней разлуки, в скорби Эртан по любимому, павшему в битве у Трех Холмов, и в торжественной Песни Смерти, которую воет Волкодав в пылающем замке и во хмелю битвы... Это - язычество, это - миф. Это хребет личности, который можно вырвать только с мясом, сломать только с самой жизнью. Так ли в фильме?
  Ряд особенностей антуража и диалогов позволяет сделать вывод, что та вера, которую выдают за "веру предков", "свои корни", на самом деле - замаскированное православие. Помните финальные кадры? Золотое сияние в облаках - ну разве не срисовано с традиционной церковной живописи, разве не отдаёт это сусальным золотом? Языческое небо не надо подкрашивать с помощью дорогостоящих программ, оно источает золото само по себе, надо просто уметь снимать. Создатели фильма "Клятва" (2006, реж. Чень Кайге) шесть часов ждали в поле с аппаратурой, пока подует настоящий ветер, чтобы снять где-то 20 минут, из которых на экран попало в лучшем случае пять, потому что не хотели работать с искусственным ветром. Ведь сняли же настоящие горы, пусть и в другой стране, и настоящий закат, красный, тревожный, живой - так зачем понадобилась эта нелепая позолота?..
  Вообще же нарисованный свет, льющийся с неба на главных героев - сквозной образ фильма. Чего хотели добиться таким эффектом? Ощущения богоизбранности героев? Благословения богов на них? Избранность героев проявляется не в том, льётся ли на них божественное сияние, но откуда же авторам кинофэнтези об этом знать? Сказок же не читают...
  Ещё непонятно, откуда они выдрали образ "избы-молельни" в Галираде, куда случайно забредает Волкодав. Тёмное помещение, освещенное множеством лучин, в котором совершенно разные люди совершают приношения и моления своим предкам. И жрица, а-ля сестра-монахиня, говорит Волкодаву: "Положи в огонь веточку, родимый, и твоим предкам станет теплее". Какой он ей, на фиг, родимый, непонятно - то ли она из рода Серых псов, что вряд ли, то ли "все люди братья", что уж совсем смешно в контексте языческого родового общества - там не говорят "родимый" каждому встречному, а вдруг это злой дух, что принял облик твоего родича? Было ли это капище Матери-Земли, или первопредка (первопредков), или единого жизнедающего божества, каким, видимо был Род, или хтонического божества - хранителя пращуров, или, может, какой-нибудь храм Всеобщих Предков? Непонятно. Конечно, культ предков был у славян наиболее почитаемым и не изжил себя ни во времена христианизации, ни за 70 лет наукообразного атеизма. Иное дело, что каждый род поминал предков и просил их о защите у себя дома, в особом, "красном", углу, в своеобразном домашнем капище, обычай же ставить свечку предкам в общественном месте (церкви) появился уже после христианизации и социализации всех аспектов духовной жизни. Если у язычников обряд взывания к предкам в особо торжественных случаях проводил предводитель рода - отец или мать - то у христиан эта прерогатива отошла к священникам. Так что никакое это не капище, а просто церковь. Впрочем, если вам что-либо известно о традиции совместного поклонения предкам людям разных родов у древних славян, сообщите, извинюсь...
  А образ бога грозы - это вообще кинокомедия. В финале, когда Морана-Смерть таки вырвалась из многовекового заточения, Волкодав говорит слова такие:
  " - Господь мой, Повелитель Грозы! Ради добрых людей!"
  И пафосно так говорит, с чуйством... И бьет с неба молния, и Волкодавушка чудесным своим мечем от души фигачит злую Морану по ейной хтонической заднице, чтоб, значит, не смела добрых людей обижать, сукина дочка... Вот что меня насторожило, так это "Господь мой". Ну какой же он ему господь? Нанимался Волкодав к нему, что ли, или в рабство попал, или, быть может, и раньше считал Повелителя Грозы своим заступником? Если да, то откуда это видно? Возможно, Повелитель Грозы (мне лично милее Перкунас) это такое общевоинское божество - но, опять-таки, почему он "господь"? Почему не "князь мой", не "вождь мой"? Почему, в конце концов, не "Отец мой"? Ведь именно этими словами обращались древние славяне к старшему, к тому, кому вверяли свою жизнь! Обращение же "Господь", "господин" пришло уже во времена христианские. Почему Волкодав использует церковную формулу почтения "Господь"? Уж не потому ли, что речь идет отнюдь не о языческом боге, а о православном?
  Ещё настораживает вмешательство богов как deus ex machina, когда кнесинка приносит жертву своей кровью на старом кромлехе, и говорит: "Древние боги, помогите, защитите, совершите чудо!" Момент пафосный и торжественный, но дурацкий: во-первых, что это за жертва, две капельки крови какой-то истеричной ревнивой соплюхи (почему Елень в фильме соплюха, а в книге - действительно кнесинка, поговорим чуть позже), во-вторых, что это за боги, которые выполняют за героя всю работу? Типа камни засияли, и злой туман уполз. Детский сад какой-то. Ни в одной сказке вы не найдете такого идиотизма. Больше напоминает греческие комедии. Никаким "русским духом" тут и не пахнет. Зато вполне в духе церковной пропаганды о том, как святые изгоняют нечистую силу. Так-то вот...
  Еще два образа, мимо которых нельзя пройти, это Тилорн и Мать Кендарат.
  По книге Мать Кендарат была странствующей жрицей, проповедовавшей, что "миром правит любовь". А чтобы никто не усомнился, что так оно и есть, Великая богиня наделила своих жриц умением кан-киро - это такое военное искусство, отдаленный аналог наших восточных единоборств, азам которого Кендарат обучила Волкодава. Так что по книге это вполне живой, осязаемый человек, такая на вид сухонькая женщинка на ослике, хотя и показана ретроспективно. В фильме же это такое видение, которое время от времени появляется и с умным видом произносит трогательные слова типа "миром правит любовь". Образ героини Натальи Варлей по антуражу напоминает традиционные христианские образы: монахиня, святая. Да и в качестве видения обычно появляются святые и богоматерь. И ни дай боже размахивать руками и ногами, расшвыривая злостных средневековых хулиганов... Нет, тут Кендарат рассыпает некий подозрительный волшебный порошочек, которым она излечила раны Волкодава, когда он разбился о скалы в Самоцветных горах. Впрочем, в книге ничего не сказано о том, как выглядят и во что одеваются жрицы Великой богини. А мысль о том, что миром правит любовь, была оформлена отнюдь не в православном мире: Гёте, помниться, эту фразу любил...
  Но вот над кем поиздевались жестоко, так это Тилорн. Начать с того, что внешне это старик. По книге, Волкодав действительно сначала принял его за старика, но потом оказалось, что Тилорн далеко ещё не стар - просто заточение в подземелье не очень хорошо сказывается на здоровье. Мало того - это заросший старик в какой-то длиннополой хламиде, и этот образ поддерживается на протяжении всего фильма. По книге это был ученый, наделенный, правда, экстрасенсорными способностями - здесь же он становится каким-то чудотворцем. Волхв, чародей, славянский Гендальф, в конце концов? Ах, если бы хотя бы "наш ответ" Гендальфу... Но авторы фильма, видимо, решили если уж стебаться, то на полную. Знаете, как выглядел Григорий Распутин? Вот-вот. Не маг, не волшебник - святой богомолец, во всяком случае, по антуражу и внешности. Разве что без креста. Но и это учли: когда Эвриха подрезали на улице и понесли штопать к старику, тот попросил развести огонь пожарче, и начал водить руками над раной. Всё бы ничего, да только в конце этой сцены их избушку показывают снаружи, и что мы видим? Золотое сияние сквозь окно, и черный крест ставней на фоне этого сияния. Секунд пять, не меньше. Правильный такой крест, с длинной нижней перекладиной. И церковные завывания в качестве аудиоряда. Знаете, как такие штуки врезаются в подсознание? Вот вам и НЛП... Вот вам и запрещенный технологии влияния... А вы говорите - Птица, Птица...
  Чему же противостоит это славное-православное язычество или языческое православие? Позиционируемое как доброе, в соответствии с логикой морально-этического церковного дуализма, это так называемое сусальное язычество противостоит язычеству настоящему, исконному, древнему, тёмному, типа злому, всячески очерняемому и подавляемому на христианском - или псевдохристианском - пространстве. Речь идет о секте поклонников Мораны-Смерти. В такой вот хтонический жупел создатели блокбастера превратили язычество, каким оно предстоит в мифах и сказаниях. Боги, какое счастье, что у славян не было "Илиады"...
  Морана - божество временно обезвреженное, как, собственно, и язычество в его мировоззренческом аспекте. Она требует от своих поклонников жертвоприношений и хочет всех поработить. Тут, видимо, намёк на кровожадные обряды древних славян и не только, а также на рабовладение как элемент хозяйственной системы до крещения. Рабство в северной Европе, а также традиции ритуального убийства в языческой культуре - это долгий и интересный, но отдельный разговор. Здесь же важно, что "доброе" язычество "Господа моего" знаменует свободу, а "злое" язычество Мораны - рабство. Стоит обратить внимание на то, что "добрый" бог грозы - "он", а главная злюка Морана - "она", то есть патриархальный миф противопоставляется матриархальному с идеей примата первого. Вполне соответствует традиции христианского патернализма с его сожжениями колдуний (у католиков) и словом "ведьма" в качестве оскорбления (у православных). Это понятно в книгах Клайва Льюиса про Нарнию, но не в "Волкодаве". В то же время сама Мария Семёнова не раз обращала внимание на то, что именно женщина как хранительница очага и сказаний ближе к язычеству, к мифу, нежели мужчина. Впрочем, образ злой богини придумала сама Семёнова, так что это и на её совести.
  Вообще же лично меня Семёновская трактовка мифологического образа богини Смерти, каким он предстаёт в "Волкодаве" и "Бое со змеем", удивляет весьма и весьма. Начать с того, что это жена какого-то Чернобога, в которого якобы верили северные славяне, и зовут её Морана. Хотя ещё большой вопрос, а не выдумали ли Чернобога германские католики, захватившие Пруссию и ассимилировавшие балтийских славян. Морана-Смерть - безусловное зло, как и Чернобог. Но Морану действительно знали (хотя мне привычнее украинское Мара); этот образ известен так же по сказке о Марье Моревне, воинственной королевне, и её тёрок с бессмертным Кощеем. Вероятно, Марии Семёновой просто был необходим образ злого божества, источника всяческих бед и напастей. Зачем? Либо в подражание всё той же христианской дуальной системе, либо для построения бинарной оппозиции, известной по всем мифам. Так, Жизнь противопоставляется Смерти. Думается, что для древних язычников это было бы довольно странное противопоставление. Хотя бы потому, что смерти как состояния они не знали, смерть отнюдь не мыслилась как зло, как бы парадоксально это ни было. Смерть - как персонаж - была медиатором между полюсами бытия. В этом смысле воплощением смерти (и рождения) как процесса является образ птицы - аист, который приносит ребенка, крылатая валькирья, забирающая павшего в Вальхаллу, ворон, на чьих крыльях покойник спускается в страну мёртвых, предки, что возвращаются весной в облике птиц - и это верхушка айсберга.
  Далее - почему все-таки богиня смерти, а не бог? Да по той причине, что если рождение это приход, то смерть - это уход. Человека приводит в мир женщина, и после смерти так же принимает женщина; человек приходит из Нави, то есть из неведомой, неизвестной области мира, которая, видимо, позиционировалась в Подземном мире, и туда же уходит. То есть, Мать-Земля рождает все живое (и человека, как часть всего живого), и Земля же принимает человека после гибели. Мара в этом смысле скорее проводник, нежели источник гибели. Злорадной теткой с косой её сделали уже христианчики. А ещё, по некоторым сведениям, Мара была старшей сестрой двух других богинь - Макош и Живы. Они покровительствовали временам года, временам суток и порам возраста человека: зима, сумерки, ночь, старость, смерть, а также, видимо, воинская отвага как прерогатива Мары; весна, утро, юность, - это младшенькая Жива; ну а средняя Макош - лето-осень, день, зрелость, достаток. Это вечный круговорот, который, видимо, был одним из основных мотивов славянской мифологии. А вот запирали в горах как раз мужское божество - Кощея - и он же, вероятно, был основным носителем эсхатологических мотивов. Славянский сказки дают достаточно материала, чтобы ассоциировать конец света с сознательным либо нечаянным вмешательством мужского начала, хотя говорить о славянской эсхатологии очень тяжело вот так, без примеров в виде классического эпоса...
  Но мы несколько отвлеклись...
  Образ Жадобы поверг меня в гомерический хохот. Был себе нормальный разбойник. А здесь мы видим могущественного жреца Мораны в костюме группы "Lordi". Это называется снимали "Конана", а сняли "Властелина Колец". Вот уж точно "наш ответ". Жадоба напоминает нечто среднее между назгулами и Сауроном, каким мы видим его в начале "Братства Кольца". Полностью закован в темные доспехи, по дизайну явно не восточноевропейские, от одного его удара все враги разлетаются, переворачиваются телеги, а когда он ревет, то птицы, оглохнув, падают наземь. Разве что без кольца. Да и конячка его явно по образу и подобию голливудских назгулоносцев. А это кровавое жертвоприношение, которым Жадоба начал операцию по похищению кнесинки, вообще напоминает репортажи НТВ о том, как в Чечне празднуют Курбан-байрам... Могли бы обыграть тему Кощея Бессмертного, намек на этот образ есть - шлем-череп на голове Жадобы, но, видимо, не хватило ни знания, ни умения...
  "Волкодав" позиционируется именно и принципиально как "наш ответ". Позвольте цитату:
 

Наш ответ на "Властелина колец" - кинопроект о Волкодаве


  0x01 graphic

 
 
  время публикации: 21 мая 2003 г., 10:06
последнее обновление: 21 мая 2003 г., 10:06
 
 

  NEWSru
 
  И ещё:
 

     No ЗАО "РЕДАКЦИЯ ГАЗЕТЫ "МОСКОВСКИЙ КОМСОМОЛЕЦ", 2006

 ГЛАВНАЯ 


 
 

 

  КУРЬЕР КУЛЬТУРЫ

Наш ответ "Властилину колец"


 
 
 
  И это заметно. Вот ещё две параллели с Джексоновским "шедевром": поселок Серых псов по подаче видеоряда и аудиоряда мало чем отличается от хоббитского Шира, а лестницы в замке Людоеда легко перепутать с изенгардскими. А вот ещё забавная параллель: удар молнии превратил меч Волкодава в подобие джедайской лучевой сабли, только раз в десять подлине. Ну да, не обычным же свинорезом злую Морану чекрыжить...
  Традиция "нашего ответа" - это вообще проблема современной массовой культуры на постсоветском пространстве. Начало этому было положено ещё в Союзе, а методика обезьянничания досталась в наследство. Примеров можно привести очень много. Но не хочется. А то и впрямь можно подумать, будто в России не могут сделать ничего своего, только гнать бесконечные "наши ответы". Почему Запад не ищет "наших ответов" на российскую продукцию? А туда же - наши корни, наши предки, наши традиции... "Андрей Рублёв" - ваши корни, и это в лучшем случае. Про худший случай сказал Николай Лебедев.
  И еще несколько общих дуростей.
  Гениальная фраза (в книге её не было), которую талдычит Лучезар кнесинке: "Кто властвует - тот обречен на одиночество". Что в переводе означает: "Не бабское дело властвовать". И вообще, власть бяка. Выкинь, а то запачкаешься... И не суйся туда... В этом смысле финал вполне однозначен: Волкодав+Елень=лубофф, и дальше либо Волкодав станет кнесом Галирада, либо они с Еленью уедут далеко-далеко. В любом случае, бабе трона не видать, и это есть хорошо.
  Елень жалует Волкодаву флягу и плащ. Ну, флягу это ещё понятно. Куда ж русскому мужику без верной чекушки? Но вот плащ... "Жалую тебе шубу с царского плеча!". Не уверен, но, кажется, обычай жаловать шубу с плеча - монгольский, если не тюркский. Во всяком случае, до 14 века о нем нет никаких упоминаний на Руси. Если есть - сообщите, просветите варвара. А до тех пор снимайте кино про "своих предков", "с раскосыми и жадными глазами".
  Волкодав говорит кнесинке: "Ты можешь мне доверять". А потом сам набивается к ней в телохранители. То есть мужик решил всё взять в свои руки. Это элемент патриархальной мифологии, тогда как в книге мифология вполне матриархальна.
  Кнесинка в фильме выглядит ревнивой капризной дурой. Это не та гордая несчастная княжна, что в книге. Её любовные порывы выглядят как сопливые прихоти. Если в Галираде она более-менее правдоподобна, но отнюдь не в пути. Это, впрочем, моё сугубо субъективное видение этого образа. Хотелось большего.
  В картине игнорируются культурные особенности этносов, населяющих Галирад. Непонятно, отличаются ли те же сольвенны от сегванов или вельхов. Более того - этнонимы отсутствуют в диалогах. Один язык, одна вера, одна нация. Костюмчики только разные, да оружие чуть не такое. Какие уж тут "наши предки"... А тема вельхов (кельтов) вообще не затронута. Так что непонятно, кто такая Эртан - из харизматичной воительницы сделали чисто проходной персонаж.
  Эпизод в поселении харюков направлен на высмеивание и очернение матриархата. Обратите внимание на образ Матери рода Лесной Ягоды. Жирная злобствующая нелепая бабища с мясницким тесаком, самоуправная и беззаконная. Харюки (лапландцы?) и у Семёновой довольно комичны, но они хотя бы подчинились обычаю, так что не пришлось устраивать цирк со спасением на воде и избиением глупых харюков.
  Далее. Волкодав в фильме такой благородный и добрый, что дал Людоеду поединок. В книге, если помните, он просто проткнул его копьем. И в этом поступке проявляется не только психология этого героя, но и собственно язычество, миф. Поединок можно дать равному, воину, человеку. Людоед - не вполне человек, не зря же людоед... Волкодав помнит, как Людоед уничтожил весь его род, его мир, а его самого по странной прихоти обрёк на рабство. И Волкодав жил мечтой о мести, огорчая этим матушку Кендарат. Нет, он не станет играться в благородство, он просто ударит, один раз, насмерть, вложив в этот удар всю свою боль, всю свою жизнь, потому что род его мёртв и жить больше незачем. Ибо родство у веннов считается по матери, а что стало с матерью Волкодава - нет нужды напоминать...
  В фильме так же игнорируется тема тотемизма - едва ли не ведущая в книге. Позвольте выдержку из вышеприведенного материала Марии Кириловой:
 
  "Славянская культура - ее верования, традиции и обычаи наших предков, - праматерь незримого самобытного героя. Своеобразные превращения Волкодава делают его покровителем своего племени. Он становится носителем главнейшего тотема - Образа Серого Пса."
  "По преданью, волк был создан дьяволом, чтобы кусать бога. И получается, что два героя - Волк и Волкодав противопоставляются друг другу - один как носитель светлого начала, охранителя человека от всяческих злых напастей, а другой как губитель стада, жестокий слуга не только земных тиранов, но и пособник потусторонних сил."
 
  По поводу того, кем был создан волк, и какого бога он должен был кусать (учитывая, что с маленькой буквы), а также о взаимозаменяемости образов волка и пса и неоднозначности их трактовки в мифах, особенно славянских, можно говорить много и интересно, но - отдельно. Но вот звериная сущность Волкодава в картине совершенно незаметна. Кажется, что упоминание рода Серого пса - просто так, исключительно ради антуража. И ещё эта дурость от героини Натальи Варлей: "Вставай, Волкодав, иначе кому продолжать род Серых псов?". Как же Волкодав может продолжить род, если родство у веннов по матери? В том-то и трагедия этого персонажа, что он - последний в роду. Его дети по вере веннов будут принадлежать к роду его жены, а не к Серым псам. Создатели картины не могли этого не знать.
  Впрочем, если Николаю Лебедеву пришлось двадцать раз переписывать сценарий...
  Приятных моментов в "Волкодаве" разве что три: Нелетучий Мыш, эпизод с проводами кнесинки и - особенно - бой Волкодава с Волком-надсмотрщиком в Самоцветных горах и его последующее освобождение из рабства в горных недрах, выход их мрака рудников на ветер, свет и скалы. Ради этого можно многое простить, думается мне...
  Фильм Н. Лебедева "Волкодав" претендует на выражение мифа и внедрение в массовое сознание нового культурного героя. Но тот ли это герой, который может стать выразителем мифа? Не станет ли воин из рода Серого пса при такой подаче очередной агиткой а-ля "Брат-2"? И не внедрит ли в массовое сознание вместо мифического мироощущения отвращения к мифу? Надеюсь, что нет. Но очень настораживает подмена мифических образов и символов образами религиозными и - хуже того - шаблонными, в совокупности с размахом пиар-кампании картины. Я не против православия, но давайте же называть вещи своими именами. Эзопов язык штука хорошая, но правда предков дороже.
  Виноваты ли актёры? Отнюдь нет. Актёры старались, как никогда не стараются голливудские кривляки, актёры сделали всё, что могли. Но - сегодня актеры делают то, что требует режиссер. Сегодня массовое кино куда более "режиссерское", чем, допустим, еще 20 лет назад. Виноват ли режиссер? Не думаю. Николай Лебедев не такой человек, чтобы халтурить, и те, кто знают его прошлые работы, это подтвердят. К команде "Волкодава" претензий нет. Претензии к ассистентам, чьи имена не указываются в титрах.
  Остается надеяться, что пророчество о продолжении картины - не более чем слухи. А то ведь в противном случае придется взывать к Перкунасу: "Господь мой, Повелитель грозы! Не ради себя, ради добрых людей прошу! Обрушь молнии и громы на грешников, не дай свершиться злодеянию!" А то и будить заколдованную Морану...
 
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"