Не всегда слово "последний" и "свежий" являются синонимами. Нет разницы скажешь ты "свежие новости" или "последние известия", но последнюю рыбу на прилавке ты никак свежей не назовешь.
Последние, свежие мысли, воспоминания перемешиваются вместе со старыми в неповторимый винегрет.
О, вот ее первый поцелуй, вот ее выпускной, ее свадьба...
Хм, на вкус как рыба, наверное в тот день подавали судака.
Вот уже ее развод. Она беременна.
И вот она рожает. Господи, какая психологическая смиренность... Она кричит и стонет в муках, а внутри она спокойнее удава.
Вот она первый раз видит своего сына. В первый раз обращается к нему по имени, которое только что дала.
Тут в первый раз она видит его шаги. Здесь первый раз застает за курением. В этот момент она впервые видит его в объятиях чужой женщины.
Впервые. Всё впервые. Первый раз всегда последний, потому что второго первого раза уже не будет.
И снова свадьба. Теперь уже ее сына. Она уже знает о своей болезни, но еще не говорила ему.
В этот миг она пытается сдержать крик в больной груди, чтобы не разбудить сына с юной невестой, которые спят за стенкой. Она что есть силы сжимает подушку. Она пытается отвлечься какими-нибудь посторонними мыслями, кроме как мыслями о боли, которая бушует внутри ее.
Ее последняя мысль... Самая интересная часть.
Она представляет из себя неразборчивую связку слов:
Трапеза окончена. Я встаю и иду к холодильнику. Поворачивая замок, подкатываю тележку, погружаю на нее тушу. Качу ко второму столу-на первом потом приберусь.
Перекатываю тело на стол, тележку ногой отпихиваю в сторону. Беру бритву. Брею. после этого провожу рукой по лысой части. Неприятный звук. Беру дрель. Сверлю. Точнее выпиливаю. Выпилил.
Получившийся аккуратный овал откладываю в сторону. Беру вилку, втыкаю во второе блюдо ментального ужина и только теперь уже смотрю на лицо.
Мужчина. 40 лет. Неинтересный сегодня вечер. Ничего нового не предвидится, но все же.
Наматываю первую "извилину", стараясь не порвать. Кладу вилку в рот и начинаю всасывать на манер спагетти. Шоу началось.
Рождение... Опаньки... Мама умерла. Вот незадача.
Детский Дом. Бьют. Школа. Бьют. Старшие классы-первая любовь.
Армия. Мотострелковые войска. По возвращении домой-измена любимой.
Продление службы. Прапорщик. Лейтенант. Капитан.
Так-с, здесь интереснее. Знакомится в кинотеатре с девушкой. Вспыхивает любовь. Завязывани отношений. Склонение к сожительству. Свадьба.
Резкий скачок вперед(такое случается) - машина врезается в стену. Он-за рулем.
Отмотка назад. Он находит записку на холодильнике. Читает:"Больше не могу". И ничего больше. Ни прости, ни прощай, только одна фраза, написанная ровным почерком, абсолютно хладнокровного содержания, как, например, "ушла за хлебом" или что-то вроде того.
Далее он расспрашивает ее подругу. Та сообщает ему, что она улетела в Штаты с каким-то матерым бизнесменом. Бизнесмен-его армейский товарищ. У товарища есть брат. Решение приходит само собой.
Скачок вперед. Машина вновь врезается в стену.
Отмотка. Он смотрит вниз из разбитого окна на 16 этаже. Тело брата армейского товарища привлекает к себе народ, распластавшись в луже крови под домом.
Вызывают ментов. Спускается. Выходит на улицу, быстро уходит от дома. Слышит крик:"Вот он!", оборачивается, видит ментов, бегущих за ним. Быстро добегает до машины. Погоня по узеньким улочкам.
Заезжает в тупик. Впереди стена. Из бобика сзади вещает громкоговоритель:"Выходите из машины с поднятыми руками! Повторяю..."
Он включает пятую скорость, отпускает сцепление, жмет на газ. Бах!
Еще один заход. Задний. Стоп. Пятая. Сцепление отпустил, на газ нажал. Бах!
И еще разок. Задний. Стоп. Пятая. Сцепление. Газ. Бах!
Он вылетает вперед и бьется головой от стенку. Последняя мысль:"Вовсе не страшно...". Темнота.
Ужин закончен.
Каждый вечер я подкрепляюсь чужими мыслями, чужой памятью. Мне это нравится. Это так интересно. Особенно полезны младенцы. Казалось бы, мыслей у них меньше, чем у всех, зато там есть неисчерпаемый источник мудрости.
Я мог прочувствовать все, что испытывали они. Это просто незабываемо.
Благодаря ужинам я узнаю много нового:я избавился от стереотипов, от расистских наклонностей, осознал, что не все мужчины-озабоченные самцы, а женщины-романтики, ну и по мелочам-как устроены всякие приборы и тд.
Сейчас я не знаю, что по выходу из морга мне на голову упадет кирпич и проломит мне череп, и тогда все чужие воспоминания, чужие чувства, чужие жизни впитаются в серую гладь асфальта, которому они совершенно не нужны. Асфальт и земля вообще не любят людей. Люди на них плюют.