Леонид имел право считать себя человеком неглупым и практичным. Районный центр, где он обосновался в частном доме, не был совсем захудалым. Недавно их городишко перешагнул от средневековья в эпоху цивилизации. Инженерные сети дошли и до его улицы Садовой, психанули местные власти так, что даже оптоволокно провели к каждому дому. Но головокружения от "успехов" наш герой не испытывал, Леонид твердо знал: прогресс - штука капризная.
Каждый год в мае в его жизни наступал священный ритуал - обслуживание газового котла. Современный настенный агрегат с кучей датчиков и мигающих лампочек Леонид недолюбливал за излишнюю интеллигентность. С привычной кувалдой в руках к нему подходить было бесполезно. Но эту импортную технику он уважал за комфорт. Печи в их краях давно признали пережитком древности и безжалостно разбирали на кирпичи, но у Лёни в этом вопросе логика была иная. Его личный "бронепоезд" неизменно стоял на запасном пути.
Рядом с импортным газовым чудом в котельной гордо высился резервный твердотопливный котел. Настоящий, суровый, сваренный из толстостенной стали. За последние двадцать пять лет его ни разу не растапливали, хотя лес был через две улицы. Но Леонид только хмыкал, поглядывая на запылившуюся топку.
Пока что все газовые войны на геополитической арене его отечеством были выиграны. Поэтому голубое топливо шло исправно и по бюджетным ценам. Давление в трубе радовало стабильностью, а автоматика тихо мурлыкала, обеспечивая тепло без лишней пыли и копоти. Но резервный котел Леонид не убирал, историю мужчина уважал: всегда выигрывать не получится. Глядя в окно на колышущиеся зеленые верхушки деревьев, он испытывал глубокое, почти осязаемое чувство безопасности:
- Даже третью мировую переживем, точно не замерзнем.
Конечно, скептики и соседи вроде полудурка Мишки только крутили пальцем у виска:
- Палыч, двадцать пять лет котел без дела стоит, только место в пристройке занимает! Выброси ты этот хлам, расширь котельную, как раз самогонный аппарат поместится.
На такие выпады Леонид лишь снисходительно улыбался. Эти люди не понимали главного: стратегический резерв ценен сам по себе, даже если он никогда не выстрелит. Но порой, выходя на крыльцо и глядя в бескрайнее ночное небо над райцентром, Лёня ловил себя на странной, щемящей тоске. Куда мы идем?
Век двадцать первый на дворе, технологии шагнули так, что фантастам прошлого и не снилось. Раньше ведь из каждого утюга в стране звенело: "И на Марсе будут яблони цвести!". Но приплыли...На Западе вон частный космос на подъеме, SpaceX ставит рекорды, искусственный интеллект внедряют уже даже в туалете, а мы деградировали до стадии "Лишь бы не было войны". Так и живем, или доживаем...
В назначенный день у ворот заурчал старенький, но вычищенный до блеска фургончик. Из него неторопливо выбрался Николай - человек в райцентре легендарный и, без преувеличения, штучный.
Мужчине было слегка за шестьдесят, на нем красовалась фирменная спецодежда и часы "Командирские". В прежней жизни Николай крепко поддавал, но в какой-то момент железно завязал с этой пагубной привычкой. Всю нерастраченную энергию он пустил в профессию. Пока контора Горгаза лениво отправляла по адресам своих слесарей "для галочки", Николай за свой счет, по личной инициативе, мотался в Германию на заводы-изготовители. Он возвращался оттуда с ламинированными сертификатами и фанатичным блеском в глазах.
Профилактику котла он проводил строго по техническому регламенту. Из фургона извлекался целый мини-завод: профессиональные компрессоры, шланги, портативная система химической прокачки и калиброванные манометры. Другие за те же деньги обычно просто снимали кожух, сиротливо сдували пыль и ставили печать - весь процесс занимал минут пятнадцать. Николай же только бланки заказов и отчетность для клиента заполнял не менее получаса. Обслуживание же занимало минимум половину дня.
Коля не просто понимал отопительную технику - он жил с ней как один организм. Год назад он буквально заставил Леонида переделать всю обвязку в котельной и поменять трубы на больший диаметр.
- Пойми ты, Лёня! - горячился тогда Николай. - Маленькое сечение просто душит котел! Ты создаешь избыточное давление в системе. Это же как закупорка сосудов у человека! Сердце-мотор качает со всей дури, а в артериях узко - бляшки! В итоге инфаркт у техники.
Мероприятие это было излишним для обывательского глаза и недешевым. Но Леонид послушал специалиста и сделал всё точно по его указке, хотя и сомневался в этом капиталовложении. Себя он тогда утешал словами из песни: "Жираф большой - ему видней".
Разбирая гидравлический узел, Николай без умолку рассказывал о своей единственной внучке. Он в ней души не чаял и теперь с нетерпением ждал, когда сын с невесткой приедут на лето в гости.
- Я для неё, Лёня, целый год городок во дворе строил, - с гордостью говорил мастер, аккуратно очищая медную трубку специальной щеткой. - Своими руками! Два кубометра леса, металлический профиль сто на сто. Весь комплекс поднял: горка, качели, летний домик с настоящей верандой. Даже водосточную систему смонтировал и мебель прикупил. Это тебе не шалаш из детства. Приедет "кровиночка" - ахнет!
Закончив промывку, Николай удовлетворенно осмотрел внутренности лениного аппарата:
- Твой аппарат, который уже двадцать пять лет пашет - это же одна из лучших моделей в истории. Глянь сюда: внутри сплошная медь и латунь, никакого тебе дешевого пластика. Несмотря на свой возраст, он у тебя еще побегает. Новые современные котлы о таких сроках эксплуатации даже мечтать не могут.
Николай заговорщически понизил голос:
- Кстати, про эти котлы. Был я тут на вызове в одном доме. У хозяина в дальнем углу гаража точно такой же немец лежит. В заводской упаковке! Он в конце девяностых сдуру сразу два одинаковых купил про запас, да и забыл про него. Я ему сейчас другую модель установил, а этот старый приметил. Давай я попробую сторговать его для тебя? Думаю, за треть цены отдаст.
У Леонида аж дух перехватило. Получить в свое распоряжение точно такого же неубиваемого "немца" про запас - это было пределом мечтаний.
Уже на прощание Николай облокотился на забор и снова превратился в строгого наставника:
- И помни главное, Леонид: не насилуйте вы котел! Воду на контуре ГВС выставляй на минимальный огонь. Вам этой температуры с лихвой хватит. А то ведь как наши люди привыкли? Выкрутят регулятор на максимум, котел шпарит, теплообменник докрасна нагревается, вода - кипяток! А потом они в кране начинают горячую воду с холодной смешивать. Зачем?!
Николай сердито махнул рукой:
- И воду горячую никогда не выключайте, когда зубы чистите, или руки намыливаете! За три минуты по десять раз кран дергают: включил-выключил. Идиоты! Думают, они три литра воды экономят, а сами в это время всю электронику гробят. Ведь каждый раз автоматика дает команду на розжиг, срабатывает реле, теплообменник испытывает резкий температурный шок, а датчик протока изнашивается в разы быстрее. Ну, что я тебе рассказываю... В общем, следи за женой, Лёня. Эти барышни в технических вопросах безмозглые. Глаз да глаз нужен!
Через два месяца Николай позвонил и обрадовал Леонида. Голос в трубке был торжествующим:
- Всё, Лёня, котел твой! Уговорил я клиента. Вопрос решен. Звони ему, скидывай аванс, а агрегат я сам у него из гаража заберу - как раз буду в том районе через несколько дней.
Редкая удача. Когда в назначенный день фургончик Николая завернул к воротам, Лёня лично помог выгрузить тяжелую коробку. Четверть века она простояла в сухом гараже, сохранив внутри оригинального, монолитного "немца". Капсула времени.
Леонид так искренне благодарил мастера, что готов был обнять его. Расплатившись, он радушно улыбнулся и спросил:
- Ну, а как дела домашние, Коля? Внучка-то приехала? Как ей твой городок, качели? Зашел подарок?
Николай, только что гордо улыбавшийся, мгновенно поник. Лицо его стало хмурым, взгляд погас. Он тяжело привалился к борту фургона и махнул рукой:
- Приехали эти... со столицы, - глухо заговорил Николай, и в его голосе закипела глубокая обида. - И началось, Лёня. С первого же дня. Воду в ванной включат-выключат, снова включат, снова выключат... Издевательство над техникой! Я им раз сказал, два сказал нормально, по-человечески. А они мне в ответ: "Папа, Оля еще ребенок, она маленькая, не понимает". Представляешь? Да в цирке медведей на велосипеде кататься учат! Главное захотеть. А тут - родная внучка, неужели нельзя объяснить, чтобы просто кран не закрывала и котел не убивала? Они мне: "Она так в квартире привыкла". Я ночью спать не мог, Лёня. Лежу в темноте и слышу, как в ванной этот треск идет, как они технику насилуют. Сердце кровью обливалось. Утром встали - и всё по новой. Оля к крану подходит и даже не думает его в покое оставлять. Я к сыну, к Андрею: "Призови жену и дочь к порядку! Вы что творите с системой?" А они на меня волком смотрят. Невестка губы надула, а сын говорит: "Отец, ты невыносим стал со своими котлами. Мы сейчас соберем вещи и уедем, если это не прекратится". Представляешь, Лёня? Сын! Мой родной сын мне такое заявляет. Как будто это и не я его делал...
Мастер замолчал, а Леня не нашел подходящих слов для утешения. Сглотнув подступивший к горлу комок, Николай, закончил свой рассказ.