Стабильность - признак мастерства. Оля и Вика дружили двадцать лет, аккурат с того самого дня, когда их трехлетние отпрыски не поделили пластмассовое ведро на детской горке. Отпрыски давно выросли, разъехались и завели собственные гаджеты, а женская дружба осталась. Обе были барышнями душевными, но, как говорится, с нюансами. Оля трудилась начальником отдела, имела кое-какое образование в виде диплома Венского университета и свое чувство прекрасного. "Руки вверх" был явно не ее формат. В квартире царил строгий лофт: голый кирпич, благородный серый бетон и лампы Эдисона.
Вика же вышла из глубоких недр нашего народа. Подружка так же была помешана на чистоте и заботе о детях, но в жизни она ценила вещи немного другого плана. В быту ей нужно было, чтобы было "богато". Поэтому неудивительно, что "целью номер один" после свадьбы для Виктории была норковая шуба. А вот за многолетнюю любовь к группе "Иванушки Интернешнл" критиковать женщину не буду, ведь сам иногда песню "Тучи" под сто грамм телевизору подпеваю.
Каждый день рождения Оли превращался в акт высокого дипломатического искусства. Вика от чистого сердца и не жалея денег перла в дом подруги лютый, бесскомпромиссный "колхоз". Лофтовый интерьер Ольги уже пережил нашествие китайского торшера с золотой бахромой, покрывала с тигром и огромной картины, где в лучах заката скакали яростные львы. Венцом всего стал двухметровый медведь - аккурат на половину кухни. Главное, что вещь душевная и эффектная! - сияла Вика. Подруга бледнела, благодарила, целовала в обе щеки, а после её ухода прятала обычно сокровища в чулан. Но он, к сожалению, не бездонный...
Проблема обострялась в те дни, когда Вика приходила в гости. За час до её визита в Олиной квартире начиналась спецоперация "Показуха". Из чулана с матами извлекались львы, водружался торшер, на кожаный диван натягивалось тигровое покрывало.Олин муж, Витя, в эти моменты неизменно усаживался на табурет, открывал баночку пива и комментировал.
:- Чистая комедия. Прямо как в кино, когда губернатор в глухую деревню едет, и перед ним асфальт поверх луж кладут. Смотри, Оля, торшер криво поставила, Вика заметит - расстреляет через повешение, - хохотал Виктор.
Ольга давно привыкла к этим нюансам и на мужа не обижалась: 'В ЗАГСе мама ведь говорила мне, что он 'дефектный'. А я не верила - дурак ведь очки носить не может. Выходит, виновата сама'.
Но однажды и это отлаженная годами система дала сбой.
Воскресенье началась как обычно. Муж дефилировал по квартире в застиранных семейных трусах исторического масштаба и страшно бесил Олю своими повадками. Этот человек обладал уникальным талантом загаживать свежевымытый умывальник по десять раз на дню. Терпение жены лопнуло, и она сама, проявив чудеса дипломатии, вытолкала благоверного на рыбалку - лишь бы освободить пространство для генеральной уборки. Избавившись от раздражителя, Оля развила бешеную скорость. Квартира была вылизана до блеска за рекордный час.
И вот оно, долгожданное, звенящее одиночество! Намазав лицо зеленой глиной, и закинув ноги на журнальный столик, Оля блаженствовала. В одной руке - холодный бокал лимонного пива, в другой - телефон. На маркетплейсе как раз шла распродажа: Оля лениво выбирала себе шелковую ночнушку, а мужу - приличные спортивные боксеры взамен его "семейников".
И тут в эту идиллию бесцеремонно ворвался звонок в дверь. В глазок Оля увидела сияющую Вику с очередным подарком и бутылкой шампанского. Но есть нюанс. Чулан закрыт. Торшер не вытащен. Медведь томится в неволе. "Штирлиц никогда ещё не был так близок к провалу". Настоящий цейтнот.
Открыть дверь в таком виде для Оли было равносильно тому, как выйти абсолютно голой к курьеру с продуктами. Нет, лучше уж к курьеру, чем сейчас к Вике. Мозг не успел обдумать все варианты и выдал первый, что пришел в голову. Оля прильнула к замочной скважине и застонала самым жалобным голосом, на какой была способна:
- Викуль... Ой, мамочки... Не могу открыть! Живот прихватило, сил нет. Мне нужно отлежаться немного... Или домой, дорогая, позже пересечемся! - приврала наша героиня.
На том конце двери повисла зловещая тишина. Оля облегченно выдохнула, смыла зеленую глину и пошла на кухню пить чай. Телефон благоразумно включила в режим "без звука", иначе ведь подруга сейчас своими расспросами не даст ей нормально полежать. "Через час освобожусь и сама ей наберу".
План был надежным, как швейцарские часы. Но Оля не учла одного: гиперактивности своей подруги. Вика честно пыталась дозвониться. Раз. Два. Пять. В паникующей голове Вики сложилась страшная картинка: подруга стонала, затихла и теперь не берет трубку. Потеряла сознание. Друзей в беде не бросают.
Через сорок минут подъезд содрогнулся: завыл бензогенератор, и в ригели дорогого итальянского замка мертвой хваткой вцепилась болгарка. Вспыхнули веселые снопы искр. МЧС знает, что делать. Оля застыла посреди коридора в глубоком ступоре. Реальность происходящего просто не укладывалась в голове. Мозг наотрез отказывался обрабатывать этот абсурд и выдавать хоть какие-то команды телу. Оля просто смотрела на содрогающуюся стальную дверь, перевела взгляд на бокал недопитого пива и заторможенно подумала: "Точно уж, лучше бы я голой к курьеру вышла...".
P.S. На следующий день рождения Ольгу ждал огромный парадный портрет, где она была изображена в образе императрицы. Нелегко быть чуланом в этой квартире...