Все, что мы напридумывали себе тогда, было всего лишь отчаянной попыткой понять самих себя, обрести нечто ценное внутри, чтобы затем безжалостно и глупо раздавить это ценное, потому что оказались не в силах понять и принять себя такими. Потому что это ценное легло на плечи неподъемной массой страхов, запретов, снобизма, непонимания. Мы увидели себя другими, с головой окунувшись в самые темные уголки души, вытаскивая на божий свет все то черное и гадкое, что, оказывается, всегда жило внутри нас, и ждало своего часа. Расплата за трусость стала горькой, сломала нас изнутри.