-Он не еврей. Но ему тоже иногда по ночам хочется безмолвно плакать и рыдать у высокой, невидимой стены своих грехов. Плакал он, глядя на свою тень, которая тоже безмолвно рыдала, прося у Бога прощения за свои старые грехи, укутываясь в старый плащ, опустив голову и тряся плечами, то удлиняясь, то укорачиваясь при свете керосиновой лампы, на холодной стене хижины.