У Сони пропал брат.
Объездила все больницы, обзвонила все морги, - Саньки нигде не было.
Зашла в "Оплот".
Ей сказали:
- Мы этим не занимаемся, у нас война.
* * * * * * * * *
Он нашёлся через три дня.
То, что от него осталось, - осколками разворотило лицо, грудь, живот.
Опознала его по джинсам, - она сама дарила их Саньке на семнадцатилетие.
В заднем кармане лежал паспорт.
Разлепила слипшиеся от крови страницы, с фотографии улыбался брат, - он всегда улыбался.
Тусклым ссохшимся голосом Соня подтвердила:
- Да, это он.
* * * * * * * * *
Хоронили Саньку в закрытом гробу.
... а, поди, сейчас найди гроб, - хлопоты, суета...
Боль навалилась позже.
Невыносимая, ноющая, будто гнилой зуб, боль... и пустота.
На девять дней собрались в кафе.
Соня с мужем, убитые горем родители, соседи.
Не чокаясь, выпили водки.
В тишине
- в гнетущей, физически давящей тишине -
ели борщ.
У Сони зазвонил телефон.
На экране высветились какие-то цифры, номер не из адресной книжки, - Соня отбила звонок.
Но мобильный ожил снова.
Склонившись к столу, она произнесла в трубку сдавленным шёпотом:
- Алё. Кто здесь?
И вдруг услышала брата, Санька сказал ей:
- Привет.
Ледяная игла ужаса ткнула девушке в солнечное сплетение, она оцепенела.
Не дождавшись ответа, трубка заговорила:
- Слушай, я пришёл домой, а тут никого. Ты не могла бы подвезти ключи.
Соня грохнулась в обморок.
* * * * * * * * *
... остановили на блок-посту... слово за слово... забрали всё: вещи, паспорт, мобилу.... потом рыл окопы... оголодал страшно, - Санька уплетал поминальные пирожки и тарахтел без умолку.
Соня смотрела на брата молча.
* * * * * * * * *
О чём эта история? - о войне, о жизни, о смерти? - я не знаю.
Чему она учит? - никогда не теряй надежду? чему-то ещё?
Ничему.
История ничему не учит.