1. Вам никогда не приходилось чувствовать
Опустошение?
Пустоту,
набухающую словно спелый плод,
в самом центре груди,
пустоту,
из той точки, где сплетаются рёбра,
расползающуюся невесомой чернотой
по каждой клеточке вашего тела,
пустоту,
от которой сжавшееся в комок сердце
боится биться,
пустоту,
от которой руки и ноги немеют
и покалывает кончики пальцев,
пустоту,
от которой лёгкие каменеют в страхе,
становясь темницей воздуха и слов,
пустоту,
от которой глаза отказываются видеть,
и слёзы замерзают когда меркнет мир вокруг,
пустоту,
коконом опутывающую мысли и чувства?
Любовь,
что нам так тяжело нести
на согбенных спинах
сквозь безумные сексуальные дни и ночи
Большого Города,
радость,
что так мимолётна, как утренний туман,
как солнечный зайчик в разбитом окне,
как отблеск улыбки в её грустных глазах,
надежда,
что бежит впереди,
так недосягаемо близко,
свобода,
что превратилась лишь
в странное глупое слово,
всё теперь -
пустота
забытого старого чёрного дома,
поэта, забывшего слова.
Где нам найти силы?
Кому молиться нам,
или кого бояться?
2. Забытая кукла
постаревшего наследника Тутти -
в тёмном углу,
за летописью паутины.
Я ощутил животное отвращение
как только последнее слово
слетело с пера
и я отложил ручку.
Слабый огонёк вдохновения погас,
как только ручка на столе
и резкие гудки в трубке
потянули меня назад
в реальность бессонной ночи.
Поэзия, гремевшая в груди,
разбилась вдребезги
о белизну бумаги. Губы
так хотели поцелуя
и затвердевшие соски
стонали от желания,
но постаревший наследник
бросил свою куклу,
и в пустоте забытья,
в пустоте дворцовых комнат,
среди мух, погибших в паутине времени,
она - это мёртвый поэт,
она - это я,
кукла с проломленным черепом.
Немного Любви - вот и всё,
что нам нужно обоим.
3. Я проснулся сегодня позже обычного.
Вышел на улицу в сильной спешке.
Было холодно и город прятался в тумане,
непривычно густом для весеннего утра.
Затянутое тучами небо
лишь кое-где пробивалось радостной голубизной.
Я закурил и пошёл к метро,
уставившись себе под ноги.
Внезапно поднялся сильный ветер,
забрался под пальто, взметнул волосы к небу,
потянул за них, потом сильнее,
плавно оторвав голову от тела.
Она недоумённо взлетела ввысь,
глядя на тело, прошедшее пару шагов
и замершее в нерешительности с сигаретой в руке.
Камикадзэ подхватил мою голову и понёс к югу.
Она пролетала мимо окон девятых,
десятых этажей, и всё выше, и выше.
Вскакивая из-за столов, забыв про остывающий кофе,
люди бросались к окнам
да так и стояли, встретившись взглядом
с моей головой. Редкие прохожие
задирали головы и показывали на неё пальцами,
а машины врезались друг в друга.
Потом пошёл дождь. Отвесные струи крупных капель
Неслись к земле. Волосы мгновенно намокли,
вода заливала уши и рот, заполняла глазницы.
С каждой каплей голова тяжелела.
Коснувшись земли, она разлетелась
миллионами брызг.
Дождь прекратился. Ветер затих.
Улица мгновенно опустела.
4. Тёмные волнистые волосы растрёпаны,
голова покоится в ладонях согнутых рук.
Перед ней на столике чашка кофе
с пышной молочной пенкой
и щепоткой корицы.
Она долго ищет зажигалку, которая
лежит прямо рядом с чашкой.
Подхожу к ней, даю прикурить
И возвращаюсь за свой столик.
Кроме нас двоих в кафе никого нет.
Что она делает здесь
в восемь часов холодного утра?
Зашла сюда перед работой?
Или - по пути домой от любовника?
Долго вглядывается в цифры
принесённого сонной официанткой счёта.
В её глазах -
та пустота,
что порой нам кажется страстью.
5. Она мягка и наивна.
Неловка немного, смущена.
Она стремится нравиться и подражать.
Её ясный, будто просящий о чём-то взгляд,
робкая, осторожная улыбка,
её маленькая ивлажная ручка,
вцепившаяся в мою руку,
хрупкость, зыбкость всего её существа -
напоминают скульптуру,
каждое прикосновение демиурга к которой
столь легко и мимолётно,
что сравнимо лишь с воздушным поцелуем.
Но придёт время,
её мраморные глаза намокнут слезами,
и она шагнёт вниз с пьедестала.
Куда? Вслед за своим создателем -
в пустоту.
6. Кукла наследника Тутти - это на самом деле кукла мсье Окса, оказавшаяся внутри полой, пустой; её эротическая внутренность, непристойность её содержания, символизирующая конец детства - не более чем миф, это - в действительности лишь пустота.
Если встретишь отца и мать - убей отца и мать. Встретишь патриарха - убей патриарха. Встретишь Будду - убей Будду. Говори о глупце, когда спосили о мудреце, о жизни - вместо смерти, о функциях вещи - вместо неё самой.
Любой предмет, любой знак - уничтожается своей противоположностью. Обратиться к противоположному термину в момент, когда исходный термин задан - значит уничтожить все определения, разрушить саму идею письма.
Пустота знака - это пустота Дзен, вакуум нашего существования. Мы живём в аквариуме без воды, мы живём в пустоте. Все наши чувства, страсти, устремления - ничто.