Та весна у меня не задалась.
Я сидел без заказов, без денег, просрочил аренду, секретарша уволилась. Детективное агентство "Карпов и Некарпов" дышало на ладан. Моя Блондинка ушла, забрав с собой кота по кличке Духовный и все мои хеви-металлические пластинки.
Я сидел у себя в кабинете, на подоконнике. Отопление отключили, поэтому на мне было мышьяковое пальто и шляпа-трилби. В руке у меня был стакан, рядом стояли пакет муската и пепельница.
Внизу под окнами проходили усталые незнакомцы. Их зонты лоснились от дождя, а шляпы промокли насквозь. Иногда проходили тени в черных балахонах, с косами на плечах. Я кидал в них окурки, но промахивался.
Городом заправляли дождь и туман, в моде было все черно-белое: коктейль Уайт Рашен, шахматные чулки и фильмы Ингмара Бергмана.
И точно так же - черно-белым - выглядел незнакомец, которого я обнаружил в своем кресле, вернувшись из туалета.
Черная пара, белоснежные манжеты и гамаши, черные перчатки и галстук-бабочка, на лице - полумаска черного кота с белыми усиками и острыми ушками.
Я запустил руку в карман пальто. Там у меня лежал Бернаделли шестидесятой модели под патрон 7,65 миллиметров.
Незнакомец предостерегающе поднял руку в перчатке:
- В оружии нет нужды, уверяю вас.
- Хренли ты делаешь в моем кресле, приятель?
- Вы Карпов?
- Карпов в отъезде.
- Вы Некарпов?
- Точно.
- И странная же у вас фамилия...
- Это я еще не слышал вашей...
- Зовите меня Коперниным.
- Хренли ты делаешь в моем кресле, Копернин?
- У меня есть для вас заказ.
Это меняло дело! Настроение у меня сразу улучшилось. Я поправил шляпу, уселся на подоконник, начислил себе в стакан муската:
- Чем я могу помочь, дружище?
- Вы должны найти для меня Сверхидею.
- Что?
- Да, сэр, - кивнул Копернин. - Разворошите нарратив. Прочешите метатекстовые слои. Найдите Сверхидею, ухватите за хвост Смысл, приведите этого сукиного сына ко мне!
- Сколько заплатите?
- Деньги не имеют значения. Вы только достаньте мне, что я прошу. В накладе не останетесь.
- Почему на вас маска кота?
- Вы любите греблю? - ответил Копернин вопросом на вопрос.
В приемной зазвонил телефон.
- Секундочку, - я взял пакет муската, вышел в приемную.
- Хуг! - раздалось на другом конце провода.
Это было кодовое слово. Звонил Карпов. Мой напарник:
- К тебе еще не заходил странный тип в смокинге, в маске кота?
- Сидит в моем кресле.
- Не доверяй ему. Он любит греблю.
- Ясно. Где тебя носит, черт тебя подери?
- Извини, чувак, но я на Карибах. Я решил уволиться. Можешь убрать мою фамилию из названия. Можешь забрать свою долю.
- Какую еще долю, предателя кусок? Мы на мели... Ты не посмеешь меня кинуть!
- Уже кинул. Я сейчас тут отрываюсь под пальмами, жаль тебя тут нет... Мулаточки, укелеле и Пина Колада... Господи, как отлично! Знаешь, даже хорошо, что тебя тут нет... Я завязал, чувак. Пришлю тебе открытку.
Я повесил трубку. Вернулся в кабинет.
Мое кресло пустовало. Я сел в него и отпил муската прямо из пакета.
Выдвинул ящик стола. Внутри лежали моток красных ниток, пробитый билетик на фильм "Синий Бархат", выдранная страница с фрагментом рассказа "Каштанка", скверная репродукция Макса Эрнста, обертка от жвачки со вкусом корицы и фото певицы Анны Варни Кантодеа.
Я разложил эти предметы на столе. Отпил еще муската.
Затем я встал и подошел к пробковой доске на стене. Прицепил к ней кнопками билетик, страницу, репродукцию, обертку и фото. Между ними натянул красные нитки. Вернулся в кресло. Закурил, любуясь на результат своей работы.
Что-то забрезжило, черт побери!
Мне было знакомо это чувство. Это не спутаешь ни с чем.
В конце чернильной беспросветности наконец-то замаячил гребаный свет. Я вышел на след...