Иногда бывает так паршиво, подумал Хэнк, что любая мелочь кажется величественной, как симфония Бетховена.
Хэнк взял банку с жареными бобами, взял вилку и стал есть.
Один боб соскочил с вилки, упал на землю и пророс.
Рос-рос. Вырос до самых небес.
Хэнк нацепил на нос солнечные очки, натянул на ноги казаки, и полез на небеса.
Лез долго.
Долез до облака. Стал по нему гулять.
Вдруг видит - горящая машина. А рядом медведь стоит, раздумывает.
- Даже не думай, дружище, - сказал ему Хэнк. - Даже не думай, мать твою.
Медведь кивнул, соглашаясь.
Хэнк полез дальше. По дороге увидел бар, зашел. Заказал виски.
Когда допивал второй стакан, вошла Дама с косой.
Вошла уверенной походкой, оглядела зал. Села у стойки, на один табурет от Хэнка.
- Позволите угостить вас? - спросил Хэнк.
Она смерила его взглядом горящих зеленых глаз, усмехнулась. Улыбка у нее была хищная:
- Валяйте.
- Что вы пьете?
- То же, что и вы.
- Еще два виски, друг, - сказал Хэнк бармену.
От нее прямо веяло какой-то вольной силой и пряностью. Львица, вышедшая на охоту в саванну. Хэнк пересел на разделявший их табурет.
- Как вас звать? - спросил Хэнк. - Меня Джек.
- Я Джилл, - соврала в ответ Дама с косой.
- Чем занимаетесь, Джилл?
Бармен принес виски. Дама с косой сделала хороший глоток и обожгла Хэнка зеленым огнем.
- Я ведьма, - сказала она. - Двенадцать лет в бизнесе.
- А я торговец постмодернизмом, - сказал Хэнк. - приехал за партией оммажей для революции.
- Я серьезно.
- Я тоже. Вы превращаете людей в жаб?
- Не всегда, - она отпила из стакана. - А как там у вас с вашими оммажами?
- Да не особо. Сейчас вот вызревает нечто эдакое, небывалое. Все началось с того, что я решил позавтракать и уронил на землю боб. И вот уже из него стало что-то такое прорастать, что-то значительное. Некая конструкция, я бы сказал.
- Любопытно. Она мягка ли?
А девчонка не промах, подумал Хэнк. Он отпил из стакана.
- Полезли со мной на небеса? - смутно намекнул он.
Дама с косой кивнула:
- ОК.
- Ты не пожалеешь, детка, что согласилась.
Хэнк расплатился, вышел из бара, взял мешок, посадил в него Даму с косой, мешок взял в зубы и полез дальше.
Лез-лез. Устал. Выронил мешок.
Тот вниз полетел, зацепился за ветку.
- Да, - говорит Хэнк. - Это не Аугустусбург. И даже не Фалькенлуст.
Пополз вниз, к ветке, мешок раскрыл.
Дама с косой лежит внутри, ощерила зубы, вытаращила глаза.
- Чего смеешься? - спрашивает Хэнк. - Чего зубы оскалила?
Смотрит, а она мертвая.
Стало ему грустно. Заплакал. Двое их на бобовом дереве, проросшем до небес - Хэнк и Дама с косой. Покойница. Некому по ней поплакать, кроме Хэнка.
Тут подходит медведь. Тот самый:
- Ты мне помог, и я тебе помогу, Хэнк.
- Да чем тут поможешь?
- Нужна песня. На Гаити они используют песни. А еще костяную флейту, череп, пыль с перекрестка и кровь черного петуха.
Хэнк пошарил по карманам:
- Есть все, кроме песен.
Медведь кивнул:
- Ты знаешь, что надо делать.
Он собрался уходить. Хэнк сказал:
- Для медведя ты неплохо разбираешься в таких штуках.
- Я не медведь, - сказал медведь. - Я Легендарный Серый Игнат, переодетый медведем.
Медведь ушел.
Хэнк взял в мешок трех беленьких курочек и полез дальше - искать песен.
Вдруг видит - медведь. На первый взгляд, какой-то другой.
- Медведь, спой песню, чтоб оживить Даму с косой. Хорошая была баба. А я тебе дам две беленьких курочки.
- Добро пожаловать сюда, - заревел Медведь. - Колесо белки начинается. Закрепите левые пояса, не забудьте не думать слишком много - и ваша поездка будет невероятно приятной! Незабота - самый легкий путь, но обеспечив проход ко второму самолету, вы должны закончить уровень один. Их губы мертвой улыбки включает их телевидение, в то время как городские могильные камни очищают небеса!
Хэнк присмотрелся, а это опять Легендарный Серый Игнат, переодетый медведем!
Посмеялись. Разошлись каждый в свою сторону.
Хэнк лезет к небесам. Видит - волк. Предложил ему сделку.
- Мы уезжаем вместе, - запел волк. - Но, тем не менее, это является прощальным, и возможно мы возвратимся, к земле, кто может сказать? Я предполагаю, что нет никого, чтобы обвинить, что мы покидаем землю вещами, что когда-либо будут то же самое снова?
- Извини, волк, - говорит Хэнк. - Но как-то не мое, видимо.
Лезет дальше, а там песец.
- Песец, мне нужна песня для дамы с косой, а у меня есть две беленькие курочки.
- Сладкие мечты, - запел песец. - Сделаны из этого, и кто я, чтобы не согласиться? Путешествуйте по миру, и эти семь морей - общий поиск чего-то. Некоторые из них хотят использовать вас, некоторые из них хотят привыкнуть вами... Сладкие мечты сделаны из этого и кто я, чтобы не согласиться?
- Ну, что-то, как-то, - говорит Хэнк. - Как-то не зацепило.
Лезет дальше, а там енот.
Предложил сделку еноту. Тот согласился:
- Я устал от того, чтобы быть, чем вы хотите, чтобы я был чувство. Так - неверный и потерянный под поверхностью. Не знайте то, что вы ожидаете меня. Подвергнутый давлению бытия на вашем месте... Пойманный в откате, только пойманном в откате! Каждый шаг, который я делаю, является другой ошибкой вас... Пойманной в откате, только пойманном в откате!
- Я с вами тут гребанусь совсем, - говорит Хэнк.
Полез дальше - а там рыжая Лиса.
- Привет, - говорит она. - Меня зовут Джилл. А ты случаем не Джек?
- Нет, - возразил Хэнк. - Два раза эта штука не срабатывает.
Он предложил лисе парочку беленьких курочек.
- Как можете вы видеть в мои глаза, как в открытые двери? - запела Лиса. - Ведение вниз вас, в мое ядро, где я стал настолько оцепенелым. Без души мой дух спать где-нибудь в холод - пока вы не находите это там и ведете это назад домой!
Славно поет, подумал Хэнк.
Заказал трек еще разок, а потом и в третий раз, а потом в четвертый.
Смотрит, уже курочек на оплату не хватает.
- Четвертую, - говорит Лисе. - Я дома забыл. Пошли ко мне?
Лиса кивает.
Поползли по бобовому дереву вниз.
Дома Хэнк взял мешок, положил туда пару зомби, а сверху курочками заложил и Лисе дал.
Лиса взяла мешок и побежала прочь.
Бежит и думает вслух:
- Куда это я собственно бегу? - подумал вслух Хэнк. - И почему это вдруг, я - лиса?
Остановился Хэнк возле пня, говорит себе под нос:
- Сяду на пенек, съем белую курочку.
Съел и побежал вперед.
Еще один пенек. Сел, съел еще одну курочку. А за ней и четвертую, и пятую, и шестую.
На седьмой открывает мешок - а оттуда зомби.
Хэнк от них бегом.
Спрятался за горящей машиной, отдышался. Спрашивает:
-Ушки, ушки! Что вы делали?
- Мы слушали да слушали, чтобы зомби лисоньку не скушали.
- Глазки, глазки! Что вы делали?
- Мы смотрели да смотрели, чтоб зомби лисоньку не съели.
- А ты, хвостище, что делал?
- Я по пням, по кустам, по колодам зацеплял, чтоб зомби лисоньку поймали да распотрошили.
- Вот ты какой! Так вот же нате, зомби, ешьте мой хвост!
И высунул хвост из-за горящей машины...
Вокруг нас везде ловушки, подумал Хэнк, никому от них не скрыться. Главное, понять, попался ты или нет? Если ты в ловушке и не понял этого - тебе крышка.