Еще во времена Александра Невского раздоры князей были одной из причин политичнской слабости государства. Это если об истории. А по-человечески, пока мы не увидим у политика человеческую душу, он для нас будет закрыт и потерян как человек, и ангела в его душе мы вряд ли спасем, не говоря уже о возможном сотрудничестве. А наградив ярлыком злодея , погубим и его, и себя. Так будем же мастерами дзен, может и жизнь станет интересней. А если уже и с войнами покончим, то Бог с ними , принципами. О Чингиз-хане, бане и душе.
С мечом ли, без меча ли
Учителей встречали,
За благо мы считали
Урок их непростой.
Пока мечом махали,
Мы умными вдруг стали,
Я дзен-буддизм осилила,
Но мне порой домой.
Когда домой вернулись,
Душою встрепенулись,
Но ночью мы проснулись
От злого стука в дверь.
Ворвались басурмане
Потребовали дани-
Не утаила ль что-то
От хана наша Тверь.
И почему мы с вами
Свободу выбирали.
К нам ключик подбирали,
Но так и не нашли.
Кого-то запугали,
Кого-то подкупали-
Мы не пошли в Иуды,
Тем паче в холуи.
Огнем вы нас сжигали,
Рабами нас считали.
Но так и не дознались,
Не поняли души.
Умом тут не подскажешь,
Словами не докажешь.
То, что порою сердцу
Откроется в тиши.
За стол их усадили
И чарку им налили-
Про службу подневольную
Послушать злую быль.
Прокляли Чингиз-хана,
Отпетого тирана,
И стали в русской баньке
Смывать степную пыль.
Сидели мы на полке,
Пошли о смыслах толки,
Ведь есть и у татарина
На самом дне душа.
Мы волюшку прославили,
Коварство обесславили,
Душе от службы рабской
Нет толку не шиша.
Он паманил монетой,
Злодей я стал отпетый,
Зачем скажи нужна мне
Такая бастурма.
И девушки не любят,
Себя скорей погубят,
Чем мне они поверят,
Как мимо жизнь прошла.
И гости даже дани
Не взяли после бани
От одного страдаем
И одного мы ждем.
Тут о семье невольно
Подумал воин вольный,
Мы лучше с хлебом-солью
К вам свататься придем.
А мы поднимем чарку,
О Родине споем,
Ведь мы живую душу
С тобой всегда поймем.
Мы мир бы заключили,
Войне б была хана,
Когда бы божью искорку
Признали тирана.