На трiбуну поднiaл-сia молодоū человек u, вежлiво улoiбаia-се, сказал:
― Кнiгu уважаемого пiсателia моi счiтаем вредноiмu.
Уважаемоiū пiсателе снiсходiтелeно улoiбнул-сia со своего места.
― Что uменно вам не нравiтсa? ― спросiл ведусчiū.
― Что uменно нам не нравiтсa? ― переспросiл молодоū человек. Улоiбка его стала есчё вежлiвеū, u улоiбал-сia он уже не толeко ртом, но u глазамu. ― Вот кнiга уважаемого пiсателia. Ia отчеркнул в неū нie-сколeко строк, длia прiмера, u хотел-боi попросiте уважаемого пiсателia, что-боi он сам прочел нам то, что нам не нравiтсa.
Зал зашумел. Пiсателе нахмурiл-сia. Ведусчiū занервнiчал. Молодоū человек подошел к пiсателiу u протeнул ему кнiгу. Пiсателе осмотрел кнiгу с обеiх сторoн, раскроiл на заложенном местie u, прiсчeурiвшu-се, прочiтал про себia нie-сколeко строк.
Ведусчiū попоiтал-сia овладете положенiем:
― Воi понiмаетiе, ― сказал он, обрасчаia-се к молодому человеку, ― что запресчате кнiгу, котораia по какiм-то соображенïaм...
― Кто говорiт о запретiе? ― вежлiво перебiл молодоū человек. ― Рече uдет о том, что-боi пiсателе сам представiл cдесе образец собственного творчества. А еслu даже он не может êтого сделате, как не могу êто сделате ja, то...
― Ia прочту, ― громко проíзнес пiсателе, оторвавшu-се от кнiгu. Он вдруг почeуствовал, что тоū веселоū свободū, котораia помогала ему смотрете в лiцо ненавiстноū полiтiческоū сuлū, ему не хватает сеiчас ― перед обjектiвнoiм глазом телевiзiонноū камерū. Ему снова захотело-се стате беззаботноiм озорнiком, грозоū обсчественного мненïa, u презiрате тех пiсак, котороie точно знаiут, что можно, а что нелeзia. Однако ноiнешнеe положенïe в обсчествie обäзоiвало... "Закован в собственноiū аvторiтет, ― подумал пiсателе, ― u боíу-се с нiм расстате-сia".
― Ia прочу, ― сказал пiсателе, ― но...
― Моi нiкóiм образом не сомневаем-сia, что воi можетie êто сделате, ― заговорiл ведусчiū, но его мало кто слушал. Пiсателе боiл знаменiт.
― Ia прочту, ― продолжал он, ― но вначалie ja хочiу сказате нie-сколeко слов. Êта кнiга боiла напiсана болee 20 лет назад, u с тех пор разошла-се тiражом болеe 1,5 мiллiонов ехземплiaров.
Молодоū человек улоiбаia-се смотрел на пiсателia.
― Êта кнiга, ― продолжал тот, ― переведена на 30 jaзоiков u стала бестселлером во многiх странах мiра.
Молодоū человек посмотрел на зал. Зал посмотрел на пiсателia. "Он будет чiтате uлu нет?" ― спросuл кто-то uз зрiтелеū.
― В Голландiu, напрiмер, êта кнuга стала бестселлером номер одiн. Прiчем на встречie с голландскiмu студентамu одна uз студенток сказала мнiе буквалeно следуiyсчее: êто очене хорошаia кнiга, но почему в неū так мало секса? Как вiдiтiе, воспрïaтïe обусловлено кулeтурноū средоū u iсторiческiмu традiцïaмu, а онu в своíу очереде завuсiaт от...
Молодоū человек посмотрел на ведусчего. Тот воiшел на середiну зала u, желаia подвестu uтог, громко сказал в мiкрофон:
― Êтого достаточно. Тепере...
― Нет! ― сказал пiсателе. Он почеуствовал прiлiв злостu u боiл рад êтоū злостu. Он хотел есчё рассказате о множествie наград, завоеванноiх êтоū кнiгоū, но передумал u прiступiл к делу. ― Êто кнiга о том, как молодаia девушка uз глухоū провiнцiu прiезжает в Москву u добiваетca своеū целu всемu доступноiмu средствамu.
Молодоū человек едва сдержiвал смех. Зал, затаiв дoiханïе, следiл за пiсателем. Ведусчiū куда-то пропал.
― Отроiвок, котороiū мнiе предложiлu прочесте, опiсоiвает, как главнаia героíнia занiмаетca лeyбовèiy с однiм uз мiнiстров. ― На мгновенïe пiсателе умолк, а затем в полноū тiшiнiе зала, запiнаia-се на обоiчноiх словах u не запiнаia-се на непрiстоïноiх, расходia-се с каждоiм словом всё болeшie u болeшiе, передал как умел осчeусченïa девушкu, вбiравшеū в свое лоно (u проíзносia прu êтом моiсленноiū монолог ― то есте текст кнiгu) не то очене болeшоū, не то очене маленeкuū мiнiстерскiū X...
― ХВАТIТ !!! ― закрiчал ведусчiū. ― Наш канал лiшiтсa лiцензiu!
Пiсателе остановiл чтенïe u посмотрел в зал. Зал не знал куда смотрете. И толеко одiн молодоū человек по прежнему вежлiво улоiбал-сia.
― Лiцензïa! ― стонал ведусчiū. ― У нас заберут лiцензïу! Кто хочет воiсказате-сia? ― наконец спросiл он, когда в залie сталu поднiмате-сia воiтeнутоiе рукu.
Но в êто времia на êкранiе замелекалu разноцветноiе каплu u черточкu, заuграла легкаia музоiка, u uз болешiх прозрачноiх шаров, котороiе неожiданно превратiлu-се в маленекiе стеклiaнноiе кiрпiчiкu, воiстрaiло-се красiвоe слово "Реклама".
― Êто надолго, ― сказал монтер u êлектрiк Вiтia. ― Посмотрiм что по другому...
В расшiрiaiyсчуio-сia кровавуiо лужу упала недокуреннаia сiгарета, u снова картiна сменiла-се счастлiвоiмu лiцамu рекламноiх леудеū.
____________
...Полезнаia буква i.
Глупoiе болeшевiки
вoiбросiли ее
(и не прiзнали ё).
Вoiгнали из дворцов
их законнoiх жiлeцов,
и обучiли строй
грамотiе, да не той...
P.S. Изъ Собранiя Узаконенiй и Распоряженiй Рабочаго и Крестьянскаго Правительства
отъ 30 декабря 1917 г. Nº 12, ст. 176:
"Въ цѣляхъ облегченiя широкимъ народнымъ массамъ усвоенiя русской грамоты
и освобожденiя отъ ненужной траты времени и труда...
Исключить букву i ...
всѣмъ безъ изъятiя государственнымъ и правительственнымъ учрежденiямъ и школамъ въ кратчайшiй срокъ..."
![[]](/img/i/imanja_g/swoboda/svoboda-slova.jpg)