ГЛАВА...ОЧЕРЕДНАЯ. НО - ВНЕ ОЧЕРЕДИ! А ЧТО? У МЕНЯ ВСЕГДА ТАК!
Прошла почти целая неделя. Я уж успела и новые эскизы нарисовать, и с белошвейкой встретиться, и деньги за работу в спецкоманде у капитана получить, и с домоуправительницей все-все, кажется, вопросы обсудили. И всё это время думала, мечтала, надеялась, что, может быть, в столице разберутся и без меня? Найдут, в конце концов, настоящую принцессу, а меня оставят в покое.
На службу я практически не ходила: работы не было, и капитан не настаивал. Так, шлындала по магазинам, в собственное удовольствие и со скуки.
Правда, запомнилась одна встреча... капитан назвал её беседой, но я-то понимаю, что то была очная ставка - спасибо, Алекс мне рассказал кое-что о своей работе. Как раз с тем самым хмырём-магом, гм, буду звать его хмыремагом. На самый худой конец, хмырягом или даже хмырягой, вот. Хмырь-яга, ага. Хм...
Вызвал меня капитан - и не сказал, по какому поводу. Типа сюрприз будет. Я захожу - а у него тот хмырь сидит. Тот самый, что в замке с тем карликом был. И которого я - может быть его, а может быть и не его - ласточкой до дома отправила.
Я чуть прямо не зашипела, как кошка, и чуть в морду ему не вцепилась, но потом резко успокоилась и удивилась: это же он, получается, выжил? А кто тогда червяком ползал? Может, у него двойник какой имеется? Или я плохо визжу? В следующий раз надо получше визжать.
- Что скажете? - спрашивает капитан.
- Кто кому? - уточняю. - Если я, то хочется узнать, почему меня похитили и приковали к стене?
- К стене? - удивился капитан. И повернулся к хмырю: - Это правда?
- Понимаете, - тот пустился в объяснения, - когда я пришёл к Альделу, тот объяснил мне, что сумел раздобыть демона и собирается использовать его в своих изысканиях. А поскольку я считался и, надеюсь, считаюсь до сих пор, в определённых кругах, крупным специалистом именно по демонам, он и пригласил меня для консультации... Сам же я ни сном ни духом не мог предположить, что эта девушка - ваш человек.
- То есть Альдел обманул вас?
- Не могу сказать, что он это сделал специально... Ведь он не говорил, что лично поймал демона, да и вряд ли он на такое способен. У каждого, знаете ли, своя специализации и свои пристрастии...
- Тогда, может быть, его обманули?
- М-м-м... понимаете, первоначально я так и подумал. Потому что эта, гм, девушка, не выказывала никаких, знаете ли, демонических признаков, в то время как...
И тут капитан жестом останавливает разговор хмыря - как кнопку нажал, и спрашивает меня:
- Леди Дана, признайтесь, вы - демоница?
Я чуть не прыснула: так я леди или демоница? Но постаралась удержать себя в руках... в руках... Придумала!
- Скажите, - обратилась я к хмырю со всей возможной для себя вежливостью, - а существуют ли какие-либо признаки, позволяющие чётко определить, кто перед вами: человек или демон?
- Ну-у, одним из характерных признаков огненного демона является повышенная температура тела, вплоть до возможности воспламенения отдельных предметов, за которые он возьмётся. Также возможны огненные плевки...
- Тогда - вот! - я протянула обоим свои руки. - Беритесь и проверяйте!
Капитан взял меня за руку сразу, а хмырь ещё некоторое время раздумывал, опасался. Но, поглядев на капитана, тоже прикоснулся к моей ладошке. Тьфу! Как будто милостыню я выпрашиваю. Надо было как бы для поцелуя подать. И чего я постоянно сразу ошибаюсь?
Лучше бы я ему в морду плюнула - надеюсь, почувствовав, что у меня слюна холодная, он пришёл бы в себя? От холода-то? Или замёрз бы напрочь.
Но я побоялась, что плевок и в самом деле получится огненным: внутри у меня всё кипело.
После этого он встал, поклонился - мне и капитану по отдельности - извинился - опять-таки персонально - и ушёл.
А капитан посмотрел на меня таким же странным взглядом, как и в тот раз, перед приёмом на работу, и сказал:
- А может, вы всё-таки демоница, Дана? Уж очень странные вещи вокруг вас творятся...
- Так это, наверное, потому... - "товарищ капитан", захотелось сказать мне, - что я прибыла из параллельного мира.
- А у вас что, там все такие? - заинтересовался капитан.
- За всех я не знаю (тут мне захотелось сказать "я вам не скажу за всю Одессу...", но удержалась, иначе пришлось бы объяснять капитану, что такое Одесса, а это уж ну прям-таки невозможно!), но, думаю, при переходе оттуда сюда я могла сильно измениться и приобрести неожиданные свойства... Неожиданные даже для меня самой.
- Может быть, может быть... - протянул капитан.
- Так он что, из-за этого и приходил? - решила уточнить я. - Что я - это не я, а демонша?
Капитан кивнул, а я фыркнула.
- Он - учёный, - примирительно заметил капитан, - а они все такие... - И сделал неопределённый жест возле виска.
Не знаю, почему я не сказала капитану, что видела этого хмыря и раньше? И что именно (скорее всего) он перенёс меня сюда? Может, потому что надеюсь, что ему как-то удастся вернуть меня домой? Но для этого желательно встретиться с ним наедине, без свидетелей. Уж там-то я с ним разберусь!
- Сегодня будем ловить бандитов? - поинтересовалась я.
Капитан молча покрутил головой и махнул рукой: иди, мол.
И я пошла домой - надеяться, что про меня забыли и что я никуда не поеду.
Но отвертеться не удалось: однажды утром - хорошо ещё, не под вечер, а то бы ночь не спала - прискакал нарочный - ну вот как нарочно, в самое неудобное время, я как раз в туалет собиралась заскочить - и сообщил, что завтра с утра отъезжаем. Нет, спасибо, что заранее предупредили, но у меня и так уже всё на дорогу увязано.
А на следующее утро - поехали. На этот раз к воротам моего дома - прощай, мой уютненький домик, не знаю, когда я тебя снова увижу! - подали приличную карету, из неё вышли три девушки. Одна отрекомендовалась как моя фрейлина, две другие - как охранницы. И действительно, на них глядя, о Шварценеггере забываешь. Или наоборот, вспоминаешь.
Но карета просторная, все разместились. Я - по ходу, у окошка, фрейлина, Гиэла, напротив. Амазонки - Витальда и Сермина - рядом с нами. Ножи, мечи да арбалеты они к стенкам кареты пристегнули - очень удобно, всегда под рукой и не мешают. Профессионалки... не в том смысле, разумеется. На меня поглядывают с некоторым высокомерием. Но, думаю, если бы не мундир мой, они бы на меня вообще не смотрели.
А я вот не буду на них вовсе обращать внимания! Главное - доехать. А ничего так, мягенько идёт каретка, не трясёт. А за ворота города выехали - ещё мягче пошла. Ну конечно, в городе же булыжник, а тут - земля.
И не одни мы едем: я в окошко выглянула - натуральный караван возков с тюками, экипажей да ландов таких же, на каком я уже ездила. И вокруг конники с пиками да саблями гарцуют, у многих луки к сёдлам приторочены. Серьёзная охрана, что и говорить. Но это же всё не для меня одной?
Ехали мы, ехали, я всё в окошко смотрела да Гиэлу спрашивала, мимо чего сейчас проезжаем. Надо же мне хоть чуть-чуть с миром познакомиться, куда я попала. О, она столько историй знает! И про Орочье болото, и про Драконью гору, и про Гоблинскую пустошь. Рассказала и про Разбойничий лес, в который мы вот-вот должны были въехать...
Ну, думаю, сейчас начнётся! И точно: слышу, впереди шум какой-то, крики, бряцанье оружия. Неужели нападение? А наша-то карета чуть ли не первой едет - это чтобы пыли поменьше глотать, так Гиэла меня просветила.
- Странно, - это уже Витальда пробормотала сквозь зубы. Они с Серминой сразу мечи и арбалеты расхватали, а кинжалы чуть не в зубах держат, оттого и дикция плохая. - Странно, почему это разбойники не в лесу засаду устроили, а прямо на опушке?
Выскочили они из кареты, ну и я за ними следом. Гиэла верещала там что-то, но разве меня удержишь. Я ведь любопытная вусмерть! Амазонки мои покосились на меня, но ничего не сказали. Только попытались плечами своими широкими меня прикрыть. Даже зубы от кинжалов высвободили, чтобы, значит, и зубами сражаться. А кинжалы к поясам привесили.
Смотрю, а впереди непонятки какие-то творятся: заросшие с ног до головы мужики... грязью, разумеется, а на голове волосами сплошняком - лиц не видно. И где там среди них самый главный, что в меня должен влюбиться? Да ну нафиг такую любовь!
Так вот, эти заросшие мужики, без оружия, стоят на коленях и в грудь себя кулаками бьют. Это что, засада мазохистов? А командир нашего патруля, то бишь начальник охраны, стоит рядом и репу чешет. И морда у него недоумённая-недоумённая.
Что такое? О! Надо пойти на разбойников поближе посмотреть. Амазонки хоть покосились, но ничего, пошли следом. За оружие только крепче уцепились. Соображают. Я и говорю: профи.
Подхожу поближе... что такое? Однако знакомое слово слышится. Не глюки ли у меня?
Стоя на коленях, разбойник бил себя в грудь и кричал, правда, сорванным до хрипа голосом:
- Ваша светлость! Помогите! Арестуйте нас, только заберите отсюда!
Ого! Это же надо, до какой степени их допекло! А разбойник продолжал разоряться:
- Не можем мы больше в лесу находиться и разбойничать!
Это что, аттракцион "Пробуждение совести" работает?
- Замучили нас эти звери, управы никакой на них найти не можем! Я с самого детства в этом лесу, все дорожки и тропинки знаю, со всеми волками и медведями дружу, можно сказать. И мы никогда друг друга не трогаем. Но эти краумпумпели совсем озверели! И откуда они только взялись? Дней десять как появились, а уже столько дел натворили!
Оп-па! А вот и снова знакомое слово прозвучало.
- И ладно бы просто съели кого-нибудь, понятно, не без того. А то ведь они совсем непотребное вытворяют!
- Так, помолчи! - бросил ему начальник патруля, то бишь командир охраны. И обратился к своим взводным, десятникам, сержантам - ну, кто у него там в подчинении: - Что будем делать, господа? Судя по показаниям этого типа, - он указал на разбойника, - в лесу развелись ужасные звери, краумпумпели. Они не дают ни прохода ни проезда ни пешему ни конному. Частью людей сжирают, частью... - тут он заметил меня и замялся: - Не могу повторить при женщине... Придётся ехать вокруг леса, а это минимум четыре дня пути, а то и вся неделя, если дождик брызнет.
И тут я решила вмешаться:
- Спокойно, офицер! У меня на родине, - я решила немного блефануть... Не блевануть, а блефануть: уточняю для слабослышащих и дойчеговорящих! Особенно для последних, а то им что "печь", что "бечь", что "бездна", что... нет, этого я повторять не буду: стесняюсь. В данный момент, то есть. Лучше потом, как-нибудь, когда мне под горячую руку попадётесь.- У меня на родине краумпумпели - это вроде как домашние животные, вроде кошечек.
- Ничего себе кошечки! - всхлипнул разбойник. - Сивагу, братана моего, в клочья разодрали!
- Тигры тоже кошки, но мясо любят, - холодно заметила я. И зря: судя по выпученным глазам, он и про тигров ничего не слышал, не то что про краумпумпелей. Но вот интересно: что они такое непотребное могут творить?
Но я-то сразу сообразила: ну не мог тот бывший вампир в стаю размножиться! Один, наверняка, гад, бесчинствует! То ли новое тело больше энергии требует, то ли у него от превращения аппетит усилился... впрочем, это одно и то же.
Я вроде как почувствовала себя обязанной помочь начальнику охраны, то бишь командиру патруля: это же я сама вампира краумпумпелем сделала. А может, вампиров в краумпумпелей превращать вообще нельзя? Откуда я знаю? Я и того и другого вообще живьём тогда первый раз увидела. И пока что в последний же.
- Что вы, леди! - начальник патруля решил преградить мне дорогу. Но я только взглянула на него своими холодными синими (когда я сильно злюсь, они у меня синеют, от злости) глазами и процедила:
- Между прочим, графиня!
Я уж не стала себя принцессой величать. Да и он, вероятно, об этом не знает ничего, иначе "вашим высочеством" поименовал бы.
Зато амазонки мои за спиной сразу заголосили:
- Принцесса! Принцесса! Мы вас не пустим! Мы обязаны довести вас в целости и сохранности!
Но я на них только:
- Цыц!
Они и заткнулись сразу. Вот так! А то взяли моду: свысока на меня смотреть. Я вам дам! Или Ван Дамм?
Повернулась - и пошла в сторону леса. А чего бояться? Сейчас день, вампир наверняка где-нибудь в чаще затаился, в тенёчке под кусточком. Это одно. А второе - если я его один раз в краумпумпеля превратила, то и второй могу во что-нибудь перекинуть, с меня станется.
Ну, далеко я заходить не стала - так, под сень деревьев, чтобы солнышко в глаза не светило. Тоже интересно: солнышко - не светило. Да как раз светило и есть! Но это шутка, сами понимаете.
Встала я под развесистым кусточком - амазонки шагах в десяти остановились и арбалеты чуть ли не в спину мне направили.
- Без команды не стрелять! - приказала я "командирским" голосом. Это меня тоже Алекс немножко потренировал, на всякий случай. Даже, помню, процитировал - из Устава ещё, кажется, Петра Первого: "Командирский голос не предназначен для ведения диспутов. Его задача - доведение до подчинённых распоряжений начальства максимально доступным для оных способом".
- Но как же, принцесса?! - заныли они.
- А вот так! - отрубила я, и, сложив ладони рупором, принялась звать: - Краумпумпель! Ко мне! Быстро! Бегом!
Судя по шуму сзади, кто-то из амазонок точно в обморок обвалился. А может, и обе. Но я пока оборачиваться не стала, потому что заметила, как в кустах напротив что-то зашевелилось. Я подождала немножко - и вот он, момент истины: выползает из кустов краумпумпель, собственной персоной.
Но близко подходить боится, и стоит, кажется, боком - это чтобы удрать побыстрее, в случае чего. Опасается, значит. Ну, а может, и не боком: я пока не так хорошо знаю анатомию краумпумпелей, чтобы определить, чем именно он ко мне стоит.
- Чего тебе? - спрашивает. Недовольно так, сумрачно. Как бы нехотя.
- Ты чего это безобразничаешь? - интересуюсь.
- Да жрать-то хочется...
- Я тебя не за жрать спрашиваю, а за... непотребства твои всяческие. - А сама думаю: вот я как раз и узнаю, что это у него за непотребства.
А он покосился вроде - ну, показалось мне так, без привычки общения с краумпумпелями - и отвечает, теперь уже жалобно почти:
- Да-а, я же здесь один...
- Ну и что? - не поняла я. Он вроде как замялся:
- Ну, в общем...
- Говори, не тяни кота за хвост! - не выдержала я. И его будто прорвало:
- Да-а, все животные парные, а я один! Мне... особь женского пола нужна! - выпалил он.
Ох, ты! Вот и ещё одна проблема образовалась. Думай, Даночка, думай, да побыстрее. А что же тут придумать-то можно? Где я ему самку, то есть особу женского полу, достану? Разве... разве сотворить из кого? Из кого же?
Оглянулась я на амазонок своих... Нет, не упали они в обморок, только подальше отошли. Это командир патруля, то бишь начальник охраны, и его заместитель грохнулись, едва краумпумпеля увидели. А амазонки их откачивают, то есть уже откачали и снова за арбалеты схватились.
О! Придумала! На арбалет посмотрела - и придумала.
- Слушай, - обращаюсь я к бывшему вампиру а ныне к краумпумпелю, - а знаешь ли ты... впрочем, откуда же тебе об этом знать? Словом, я перед тобой извиняюсь - за то, что сразу не сказала. Но ты и сам виноват, потому что не спросил меня, а удрал сразу! В общем, краумпумпели могут путешествовать между мирами... - боже мой, что я несу! Но это вполне может быть правдой. - Если сильно захотеть, разумеется. И значит, ты вполне можешь отправиться туда, в тот мир, где и живут краумпумпели и где много-много ихних... ваших самок...
Я даже покраснела немножко, когда выговаривала это слово. Хотя с чего бы? Ну да ладно, всё равно в полумраке леса не видно.
А краумпумпель подпрыгнул прямо, зарычал, и чуть не завопил, но придушенно как-то, видно, ему желание горло перехватило - я даже руки вперёд вытянула, чтобы его успокоить.
- Хочу, хочу, очень хочу!
И - бац! - исчез. Только вспышка какая-то огненная сверкнула - и нет его.
Ну, тут я поворачиваюсь к моим амазонкам... и гляжу, что начальник патруля опять отрубился. Да что же он у них такой нежный? А как же он драться с разбойниками собирался?
- Берите его и тащите назад! - командую. И рукой такой жест делаю, от себя. Мол, брысь!
Закинули мои амазонки арбалеты за спины, подхватили командира патруля, то есть начальника охраны, под белы рученьки и повлекли над травой аки ангелы небесные спасённого грешника. А глаза у них круглые-круглые, и большие, и на меня всё время оглядываются. Круглые - это от темноты, наверное, чтобы лучше видеть.
Вышли мы из леса - начальник патруля, то есть командир охраны, сразу в себя пришёл, как на солнышко вынесли, и амазонок моих за бока ухватил, будто, значит, это он им идти помогает - а там уже весь караван почти что на ушах стоит: шум, споры, пересуды. Но нас увидали - смолкли. А потом что-то вроде "ура" стали кричать.
А амазонки мои, я смотрю, меня так сразу уважать стали - меры нет! И дверцу кареты распахивают, и подножку из-под кареты вытаскивают...
- Передайте начальнику охраны, - говорю я им, - ну, или командиру патруля - никак не запомню, как правильнее, - что ехать пора. А то и так подзадержались мы...
Влезла я в карету, амазонки следом запрыгнули - глядь, а Гиэлла, фрейлина моя, в отключке валяется. Ну, надавали ей по морде... то есть похлопали по щекам, привели в чувство.
- Принцесса! - ахнула она, когда пришла в себя. - Я как узнала, что вы прямо в пасть к зверям пошли, так испереживалась вся, что не выдержала и потеряла сознание...
А по-моему, так она просто уснула, негодяйка. Ну да ладно, хоть выспалась, может быть.
Поехали дальше. Я откинулась на спинку сиденья и тоже вроде как задремала. Это ведь тоже стресс, а как же! Мало ли, что у того бывшего вампира на уме было? Вдруг захотел бы мне отомстить... Нет, всё же отчаянная я девчонка!
И тут я снова подумала о краумпумпеле - ну, а о ком же ещё? Весь на слуху и на памяти. Ведь если он действительно отправился в тот мир, где много-много краумпумпелих... ну и краумпумпелей, соответственно, то вроде всё закономерно. Но вот если его потом замучает ностальгия, и он захочет вернуться сюда, на свою историческую родину. Да тем более не один, а со всей своей многочисленной семьёй - помнится, у вампиров всегда много детей, как в фильме "Ван Хельсинг" показывали. И если они все поселятся в здешних лесах... то в этом мире совсем не станет разбойников!
И ещё подумала: а почему только в этом мире? Может, надо экспортировать краумпумпелей туда, где нужно избавиться от разбойников?
Потом я и сама приснула, или крепко задремала, потому что шушуканья амазонок и фрейлины Гиэллы слышались явно сквозь сон:
- Принцесса только позвала его - а он уже бежит!
- И подходить боится: хвост поджал и стоит в сторонке.
- А принцесса ему прямо так и приказывает: вон, говорит, из моего леса!
- А потом протянула руки - и чудовище испепелила!
- Да вы что! Да ну! Не может быть! - только и успевала вставлять между фразами амазонок Гиэлла.
"Враньё всё, - хотела сказать я. - Нету у него никакого хвоста... или есть? И я его не испепеляла... или испепелила? Ну, тогда не будет никакой стаи краумпумпелей, но будет много разбойников..."
А потом мне уже точно приснился главный разбойник. Он стоял в лесу, у развесистого дуба, под горячим душем, почему-то весь в одежде и лохматый, а краумпумпель тёр ему большой мочалкой спину...