Лендер Дэвид
Троянский конь

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Школа кожевенного мастерства: сумки, ремни своими руками Юридические услуги. Круглосуточно
 Ваша оценка:
  
  Содержание
  Авторских прав
  Содержание
  Об авторе
  Пролог
  Книга 1
  Глава 1
  Глава 2
  Глава 3
  Глава 4
  Глава 5
  Глава 6
  Глава 7
  Глава 8
  Книга 2
  Глава 9
  Глава 10
  Глава 11
  Глава 12
  Глава 13
  Глава 14
  Глава 15
  Глава 16
  Книга 3
  Глава 17
  Глава 18
  Глава 19
  Глава 20
  Глава 21
  Глава 22
  Книга 4
  Глава 23
  Глава 24
  Глава 25
  Глава 26
  Глава 27
  Глава 28
  Глава 29
  Книга 5
  Глава 30
  Глава 31
  Глава 32
  Глава 33
  Глава 34
  Глава 35
  Глава 36
  Глава 37
  Глава 38
  Глава 39
  Глава 40
  Глава 41
  Глава 42
  Глава 43
  Глава 44
  Глава 45
  Глава 46
  Глава 47
  Глава 48
  Глава 49
  Глава 50
  Глава 51
  Глава 52
  Глава 53
  Соусница
  Булл-стрит
  Вакцинная Нация
  Троянский конь
  
  OceanofPDF.com
  Этот роман был первоначально опубликован в несколько иной форме издательством Brindle Publishing в феврале 2011 года.
  
  Авторское право (C) 2011 Дэвид Т. Лендер
  
  Все права защищены. Никакая часть этой книги не может быть использована, воспроизведена или передана в любой форме или любыми средствами, электронными или механическими, включая фотокопирование, запись или с помощью любой системы хранения или поиска информации, без письменного разрешения издателя, за исключением случаев, разрешенных законом, или в случае кратких цитат, содержащихся в критических статьях и обзорах. За информацией обращайтесь по адресу dlender@davidlender.net.
  Авторское право на фотографию для обложки (C) 2005 Герман Дж . Лендер
  
  Опубликовано Thomas & Mercer
  Почтовый ящик 400818
  Лас-Вегас, Невада 89140
  
  ISBN-13: 9781612182285
  ISBN-10: 1612182283
  
  OceanofPDF.com
  Троянский конь
  Триллер от
  Дэвид Лендер
  
  
  
  
  OceanofPDF.com
  Содержание
  Авторские права
  Посвящение
  Также Дэвидом Лендером
  Об авторе
  Благодарность
  Пролог
  Книга 1
  Глава 1
  Глава 2
  Глава 3
  Глава 4
  Глава 5
  Глава 6
  Глава 7
  Глава 8
  Книга 2
  Глава 9
  Глава 10
  Глава 11
  Глава 12
  Глава 13
  Глава 14
  Глава 15
  Глава 16
  Книга 3
  Глава 17
  Глава 18
  Глава 19
  Глава 20
  Глава 21
  Глава 22
  Книга 4
  Глава 23
  Глава 24
  Глава 25
  Глава 26
  Глава 27
  Глава 28
  Глава 29
  Книга 5
  Глава 30
  Глава 31
  Глава 32
  Глава 33
  Глава 34
  Глава 35
  Глава 36
  Глава 37
  Глава 38
  Глава 39
  Глава 40
  Глава 41
  Глава 42
  Глава 43
  Глава 44
  Глава 45
  Глава 46
  Глава 47
  Глава 48
  Глава 49
  Глава 50
  Глава 51
  Глава 52
  Глава 53
  Отрывок из "Соусника"
  Отрывок из " Булл-стрит"
  Выдержка из " Нации вакцин "
  
  OceanofPDF.com
  Посвящается Грейс Смит
  
  OceanofPDF.com
  ТАКЖЕ ДЭВИДОМ ЛЕНДЕРОМ
  
  
  
  Соусница
  "Соусный паровозик" - это история начинающего инвестиционного банкира, который помогает стареющему председателю правления попытаться спасти свою компанию от банкротства, противостоя безжалостным акулам Уолл-стрит, которые хотят прибрать ее к рукам.
  
  Булл-стрит
  "Булл-стрит" - это история наивного молодого жителя Уолл-стрит, который дает пресыщенному миллиардеру шанс на спасение, поскольку они объединяются, чтобы уничтожить группу инсайдерской торговли, прежде чем окажутся в тюрьме или умрут.
  
  Вакцинная Нация
  “Нация вакцин” - это история отмеченного наградами режиссера-документалиста, которому вручают доказательства "разоблачителя" о программе вакцинации в США, а затем он спешит разоблачить их, прежде чем генеральный директор фармацевтической компании с манией величия убьет ее.
  
  OceanofPDF.com
  ОБ АВТОРЕ
  
  Дэвид Лендер - автор бестселлеров и триллеров, основанных на его более чем 25-летней карьере инвестиционного банкира с Уолл-стрит. Он опирается на знания инсайдера из своей карьеры в сфере слияний и поглощений с Merrill Lynch, Rothschild и Bank of America для описания международной обстановки, одержимых личностей и реальных финансовых интриг в своих романах. Его персонажи варьируются от корпоративных воротил, похожих на Дэвида Балдаччи, до неудачников в стиле Элмора Леонарда и мошенников. Его сюжеты раскрывают эгоизм и безжалостность, которые мотивируют игроков в мире бизнеса, а также внутреннюю работу самых могущественных наших финансовых институтов и корпораций.
  
  OceanofPDF.com
  БЛАГОДАРНОСТЬ
  
  Во-первых, спасибо Сидни Грусону, моему дорогому другу времен Ротшильдов, ныне ушедшему. Он разослал ранний вариант этого романа нескольким друзьям, в том числе Нику Гейджу. Ник отправил это известному литературному агенту, которого он знал, Джони Эванс, в тогдашнее агентство Уильяма Морриса в Нью-Йорке, чья реакция была (я перефразирую): “Неплохо для того, кто не знает, что он делает”, затем предложил познакомить меня с некоторыми редакторами, которые могли бы меня научить. Она так и сделала. Так что спасибо Нику, Джони и, самое главное, Ричарду Мареку, редактору, с которым я проработал над этой рукописью более 18 месяцев, и который научил меня писать триллеры.
  Спасибо Майклу Хауге из Scenary Mastery, не только за то, что лично научил меня представлять мои истории, но и за ваш совет по подбору ключевых элементов моей истории с точки зрения Голливуда.
  Далее, спасибо тем, кто переписывал и печатал: Джули Уидмер, Маделин Сансевер и Марси Херкнер. И тем, кто читал, поддерживал и комментировал: Грейс Смит, Мишель Янг, Ник Гейдж, Джефф Зельцер, Айра Шварц, Пенни Пейдж, Марк Лендер, Пол Лендер, мама и папа.
  И Джорджу Филхауэру, который профессионально оформил оригинальную обложку. У меня в кабинете в моем доме на выходные в Милфорде есть подушка с вышитой фразой: “Старые друзья - лучшие друзья”. Верно.
  Спасибо издательству Amazon Publishing.
  И, наконец, папе за его многочисленные подарки, в том числе за его фотографический глаз и все эти слайды, негативы, распечатки и JPEG, включая тот, что на этой обложке, “Человек в белом”.
  
  OceanofPDF.com
  ПРОЛОГ
  
  
  
  ДЖУЛЫ, ТВЕНТИ ГУШАМИ , АИДТИ. РИЯД, Саудовская Аравия. Омар нажал на кнопку, которая активировала светящийся циферблат его часов, сложив ладони рупором, чтобы его не заметили. Сегодня хороший день, чтобы умереть, мысленно он процитировал кредо наемника. 01:58. Остальные начнут прибывать с минуты на минуту. Он достал очки ночного видения американского производства и встал в тени через улицу от внешней стены по периметру территории Королевского дворца. Он почувствовал холод саудовской ночи. Он был благодарен за тепло, которое обеспечивал его немецкий кевларовый жилет и форма британской армии под халатом, традиционной саудовской одеждой, которую он носил для маскировки. Тем не менее, его российские армейские ботинки были до смешного очевидны; маскировка никого не собиралась вводить в заблуждение.
  Он осмотрел улицу, откуда, как он знал, к нему должны были присоединиться остальные. По-прежнему никого. Во рту пересохло. Он потрогал "Узи", пристегнутый к ремню на левом бедре, и автоматический кольт 45-го калибра в кобуре на правом бедре. Затем, за кольтом, "Беретта" 22-го калибра с глушителем, выходящим через отверстие в кобуре. Омар был единственным из команды из двенадцати человек, у кого была "Беретта". Он должен был стать стрелком.
  Двое мужчин направились к нему, укрытые тенями на фоне стены. Он сделал им знак, и они ответили жестом. Пришло время. Остальные девять казались миражом в пустыне. Каждый был вооружен Uzis и автоматическими пистолетами Colt 45-го калибра; у двоих были американские гранатометы M-203. Все были одеты в эклектичную униформу и экипированы так, чтобы не поддаваться националистической идентификации, если их убьют или возьмут в плен. Они молча ждали, прислонившись к стене, прислушиваясь, не проедет ли патрульный джип. Он проковылял мимо, неся двух вооруженных до зубов охранников.
  Омар поднял руку: сигнал “Вперед”. Он почувствовал, как участился его пульс, а также знакомые бабочки и затрудненное дыхание, которые предшествуют любой миссии, независимо от того, насколько хорошо она спланирована. Отряд из двенадцати человек пересек улицу и подошел к белой оштукатуренной стене дворца по периметру. Четверо встали лицом к стене и прислонились к ней плечом к плечу. Остальные выполнили серию акробатических маневров и материализовались в человеческую пирамиду. Человек, стоявший наверху, молча прикрепил к верхней части стены три прорезиненных абордажных крюка с прикрепленными к ним веревками. Омар преодолел вершину и спустился по другой стороне менее чем за пятнадцать секунд.
  Пока остальные следовали за ним, Омар снял халат. Его сердце бешено колотилось. Он вытащил из сумки пять кубиков пластиковой взрывчатки С-4 и прикрепил их к стене в форме буквы “Х”, чувствуя, что ладони у него стали липкими. Он вытер их о халат и снова сосредоточился на своей работе. Он вставил электрический детонатор в каждый кирпич С-4 и подключил их к центральному радиоприемнику, который он вставил в центральный блок ”X". К тому времени, как он закончил, остальные члены команды очистили стену и сняли свои халаты. Они сложили свои мантии в мешочки на молнии, пристегнутые сзади к поясу.
  Омар прищурился на стену дворца, освещенную прожекторами, в пятидесяти метрах от него. В этом помещении не было окон первого этажа. Его глаза привыкли к свету, и он стал искать охранников, которых, как он надеялся, там не было. Он сосредоточился на окне второго этажа на стыке восточной и северной стен. Будь там, подумал он. Просто будь там.
  
  
  
  Саша не проснулась в два часа ночи, как намеревалась: она вообще не спала. Она посмотрела направо, на принца Ибрагима, освещенного светом от дисплея цифровых часов. Его тело двигалось вверх-вниз в такт дыханию. Ранее Саша угостила его некоторыми продолжительными удовольствиями, пытаясь убедить, что он не проснется в неподходящий момент. Она вдохнула острый аромат вечерних энергий, ощутила гладкий шелк простыней на своей обнаженной груди: ощущения, которые при других обстоятельствах заставили бы ее упиваться своей сексуальностью. Теперь она чувствовала только трепет дурного предчувствия в животе. Она подумала о деле, с которым нужно покончить.
  В этот час в Королевском дворце царила гробовая тишина. Саша прислушивалась в холле к шагам охранника, совершающего обход. Мгновение спустя он прошел мимо. Обновленное чувство ответственности разлилось по ее конечностям успокаивающим потоком. Пора, сказала она себе и соскользнула, дюйм за дюймом, с простыней на прохладный мраморный пол.
  Яссар никогда не простит меня. Она глубоко вздохнула, затем почувствовала возбуждение от холодной отстраненности, которую давала ей цель. Она стояла обнаженная, расправив плечи и откинув голову назад, наблюдая за принцем Ибрагимом, мужчиной, которому она служила наложницей в течение трех лет. Но ты не заслуживаешь того, чтобы увидеть, как это произойдет.
  Пятясь от кровати, Саша медленно двинулась к шкафу. Принц пошевелился во сне, вдохнул и задержал дыхание. Саша застыла на месте. Она почувствовала, как ее желудок напрягся, и затаила дыхание. Холодный мрамор под ее ногами превратился в леденящий холод, тишина - в гнетущую пустоту. Это не должно подвести. Принц возобновил свое ритмичное дыхание, и она с облегчением выдохнула.
  Еще один осторожный шаг привел ее к шкафу. Она потянулась к нему за своей черной абайей, мусульманской одеждой, которую носила во дворце. Она съежилась от шороха грубой ткани, когда надевала его. Принц не пошевелился. Она подняла свой сверток с пола шкафа, пересекла комнату и выскользнула за дверь.
  У окна в коридоре она сняла прозрачную пластиковую подложку с одной стороны клейкой полоски размером 2 × 5 сантиметров. Едкий запах цианоакрилата ударил ей в ноздри. Она просунула полоску между стальной оконной рамой и стальным молдингом вокруг нее, как раз там, где находился чувствительный к давлению микропереключатель сигнализации.
  Она достала из своего свертка электромагнит и воткнула его в розетку, разматывая шнур и возвращаясь к оконной раме. Она приложила магнит к углу оконной рамы за микропереключателем сигнализации и нажала на электромагнит.
  Сила магнита отбросила молдинг к оконной раме. Она досчитала до тридцати, пока клей не расплавился, микропереключатель замкнулся, затем выключила магнит. Она повернула задвижку на окне, сделала глубокий вдох, закрыла глаза, толкнула. Окно открылось. Сигнализации не было.
  Лицо человека, которого она знала только как командира отделения, появилось в поле ее зрения со своего насеста на вершине своей команды, образовавшей пирамиду на стене внизу. Она отступила от окна. В одно мгновение он оказался внутри, подняв палец, чтобы она замолчала, а затем повернулся и прикрепил один из крючьев к оконной раме. Не надо на меня шикать, подумала она, просто убедись, что знаешь, что делаешь. В течение шестидесяти секунд остальные одиннадцать членов отряда прокрались внутрь. Веревка была натянута и брошена на пол, а окно закрыто на задвижку.
  
  
  
  Черноволосая девушка прислонилась к стене, упершись ладонями в мрамор. Омар посмотрел в ее черные как смоль глаза, увидел ее неистовый дух. Это было близко, подумал он. Она чуть не упустила это. Поздно. Он почувствовал ее возбуждение по вздымающейся груди, но в остальном она, казалось, полностью владела собой. Она вызывающе вздернула подбородок. Он снова посмотрел в эти проницательные черные глаза. Черная сталь, подумал он и почувствовал мимолетное единение с ней. Она указала глазами в сторону покоев принца Ибрагима. Он кивнул.
  
  
  
  Саша стояла, прижавшись спиной к стене, и наблюдала, как руководитель группы подает сигналы руками и головой своим людям. Он приказал группе стоять на страже, затем повел большинство из них по лабиринту коридоров, опоясывавших внешний периметр дворца, к покоям принца Ибрагима. Она смотрела, как руководитель группы скрылся из виду за первым поворотом коридора. По какой-то причине Сашу охватило предчувствие, что что-то не так. Она оттолкнулась от стены и потрусила к покоям принца.
  Один из членов команды, которые разделились парами на огневой позиции, схватил ее за запястье, когда она проходила мимо. Волна адреналина захлестнула ее. Она стиснула зубы и бросила свирепый взгляд на мужчину. В его расширенных глазах читался страх. Она отдернула руку и продолжила. Теперь она осознавала возбуждение от угрозы жизни и спокойную целеустремленность, которые двигали ею.
  Он никогда не простит меня, снова пронеслось в ее сознании. Это высасывало из нее силы, но она продолжала. Она дошла до следующего поворота, последнего перед палатой Ибрагима, и увидела руководителя группы в десяти футах от двери. В этот момент из-за следующего поворота коридора выбежали трое саудовских охранников. Она почувствовала, как горячая кровь прилила к ее лицу, а из груди вырвался приступ гнева. Она увидела, как двое членов отделения в трех метрах от командира вскинули головы, как лошади при виде огня, затем склонились над своим оружием.
  Из ’Узи" двух членов отделения с глушителями просвистели выстрелы. Трое саудовских охранников были отброшены назад в брызгах крови под свист пуль, рикошетивших от мраморных стен. Их тела с глухим стуком упали на пол. Еще двое саудовских охранников материализовались в тот же момент, держа М-16 на прицеле от пояса. Очереди из их ружей высекли из стволов огненные звезды и расплющили двух членов отделения. Командир отряда замер в смертельной нерешительности в пяти футах от двери принца. Мгновением позже две очереди из оружия саудовских охранников отбросили его назад, к стене.
  Саша заставила себя спрятать панику внутри себя. Затем она осознала учащенное собственное дыхание и мгновенное ощущение, что ей следует спрятаться за мучительным воплем. Вместо этого она вытянула руку и указала на охранников. Они опустили стволы своих автоматов и кивнули ей в знак признания. Она прижалась спиной к мраморной стене, ее ноги были в нескольких дюймах от лужи крови, которая сочилась из тела руководителя группы.
  “ Еще! ” крикнула она по-арабски и двумя пальцами указала назад по коридору, на окно, которое она открыла. Мужчины снова кивнули, склонились над своим оружием и потрусили к повороту коридора. Она покосилась на двух охранников, когда они проходили мимо, увидела панику на их лицах и подавила собственное желание убежать. Она сползла по стене, заметив "Беретту" с глушителем, торчащую из кобуры руководителя группы.
  Это не должно провалиться, снова сказала она себе. Она сдернула "Беретту" с пояса руководителя группы и повернула глушитель против часовой стрелки, чтобы убедиться, что он закреплен на месте. Затем она обеими руками отвела пистолет на расстояние вытянутой руки и выпустила одну пулю в спину первого охранника. Она увидела испуганный взгляд второго, когда он обернулся. Она нацелила пистолет ему в грудь и выпустила еще две пули.
  Трое убиты, осталось пять патронов. Она подбежала к двум упавшим мужчинам с пистолетом в вытянутой руке. Второй лежащий не пошевелился, в отличие от первого. Она всадила еще одну пулю ему в затылок. Она развернулась и бросилась к покоям принца Ибрагима, судорожно глотая воздух, когда протиснулась в дверь. Свечение цифровых часов очертило силуэт принца, который выпрямился в постели, глядя прямо на нее. Она приставила пистолет к его груди. - Свинья! - сказала она по-арабски.
  - Саша, я не понимаю, - пробормотал принц, запинаясь.
  “ Тогда ты этого не заслуживаешь, ” сказала она и нажала на курок. Он откинулся на подушки. На его белой ночной рубашке прямо над сердцем расплылся красный круг. Саша шагнул вперед, опустил "Беретту" и выпустил еще одну пулю в череп принца сразу за правым ухом. Затем она выронила пистолет.
  Ее мозг подсказывал ей, что делать дальше — бежать к окну в конце коридора, бросить веревку и сбежать, — но ее тело и близко не было таким спокойным, как голос в голове. Ее дыхание стало прерывистым, желудок скрутило от запаха крови, растекшейся по полу, когда она проходила мимо тел к первому повороту коридора. Она бросила взгляд через плечо. Других охранников по-прежнему нет. Слава богу. Она услышала треск помех из портативной рации на поясе командира отделения и слова: “Мы взорваны! У нас есть потери, и мы прекращаем операцию! Подготовить транспорт! Минута первая!” Через несколько секунд она услышала откуда-то выстрелы и крики. Прозвучал сигнал тревоги, и в коридоре вспыхнул свет. Когда она дошла до поворота в коридор, один из членов отделения, должно быть, привел в действие С-4, потому что желто-белый отблеск вспыхнул так же ярко, как солнце. Ударная волна со свистом прокатилась по коридору и швырнула ее спиной на пол.
  Саша вскочила на ноги и побежала по коридору. У окна она увидела шестерых членов отряда, которые по очереди выпрыгивали и спускались по веревке. К тому времени, как она добралась до окна, все они уже спустились по веревке. Она перепрыгнула через верх, не глядя вниз. Спускаясь по веревке, она прислушивалась, не доносится ли шум трех BMW 535, которые, как она знала, должны были быть у команды, ожидающей их побега. Они были ее единственной надеждой. Но она их не слышала. Она могла слышать только стук своего сердца в ушах и звон от резких выстрелов из пушек и этого зловещего выстрела С-4. Она знала, что снова начинает думать, а не просто действовать, руководствуясь инстинктом, адреналином и страстью к тому, во что она верила, и она поняла, что может выжить, и что даже после катастрофического вмешательства саудовской гвардии и ее секундной импровизации план не пошел так уж наперекосяк.
  Саша побежал к дыре в стене по периметру. В десяти метрах от него она услышала отрывистые выстрелы из "Узи" двух членов отряда смерти, стоявших по обе стороны от дыры. Она увидела еще двоих мужчин, бегущих перед ней, и теперь они были в кратере глубиной в десять футов на том месте, где раньше была стена. Она могла видеть один из черных BMW на другой стороне. Она услышала, как пули просвистели над ее головой. Пыль от взрыва, повисшая в воздухе, отдавала плесенью в горле. Она почувствовала под ногами обломки стены и, потеряв равновесие, нырнула в кратер. Она приземлилась на живот и с хрипом попыталась вдохнуть, но воздух не поступал в ее легкие.
  Саша все еще слышал резкий ответ этих узи, а затем даже они замолчали. Ее глаза снова были широко открыты, и она не могла дышать, но ноги начали работать, и она упала на кого-то или что-то, она не могла сказать, на что именно, а затем двое мужчин потащили ее за обе подмышки на другую сторону кратера, и она увидела перед собой открытую дверцу BMW, услышала рев двигателя и почувствовала, что ее швыряют головой вперед внутрь. Она ударилась лицом об пол и почувствовала, как на нее сверху упало еще одно тело, а затем машина тронулась с места. Вскоре движение стало быстрым, и она поняла, что не только жива, но и собирается выбраться оттуда. И в то же мгновение вспышка боли пронзила ее мозг: Но куда мне теперь идти?
  
  
  
  Треск автоматического оружия разбудил принца Ясара. Он потянулся к телефону, но звонить было некому, поэтому он положил трубку обратно на рычаг. В течение следующих пяти минут он попеременно сидел и ждал, когда кто-нибудь придет, затем встал и сделал несколько неуверенных шагов к двери в свои внешние апартаменты, что было для него нехарактерно. Должен ли он распахнуть дверь в коридор и разобраться самому? Затем чопорный сержант резко постучал и вошел в комнату. Принц Ясар заметил каменное лицо сержанта. Он ожидал плохих новостей и почувствовал, как тяжесть этих новостей притягивает его подбородок к полу. Он потер лоб. Потный.
  - Принц Яссар, сэр, - бесстрастно произнес сержант, вытаращив глаза. - Ваш сын, принц Ибрагим, был убит.
  Яссар почувствовал, как слова лопнули в его груди, как пустотелый патрон. Он закрыл глаза, уже зная, что это правда. Она пыталась предупредить меня. Его вздох перешел в стон.
  Яссар огляделся по сторонам, словно ища способ сбежать. Он обреченно опустил голову, затем свирепо посмотрел на сержанта. Зачем ты рассказываешь мне то, что я и так знаю? То, что я уже вообразил в своих худших страхах? Он почувствовал, что ему хочется ударить маленького человечка.
  “ Других жертв среди гражданского населения не было, - продолжил сержант, по-прежнему без всякого выражения в голосе и на лице. Только этот пустой взгляд. И размеренный тон. “Но пятеро охранников были убиты в коридоре всего в нескольких метрах от палаты принца Ибрагима, а трое провокаторов”, — Яссар с растущим гневом отметил нелепо неправильно произнесенное французское слово, — “были убиты в коридоре. Этот и еще двадцать три солдата погибли во дворе, большинство от взрыва. Все остальные на месте и в безопасности, за исключением одной из наложниц принца.
  Яссар открыл глаза. Они казались черными омутами влажной агонии. И ярости. Он понял, что силы покинули его конечности, и теперь попытался пошевелить руками, желая ударить этого напыщенного человека. Но все, что он сделал, это жест солдату, чтобы тот продолжал. “Это Саша. Она ушла, ” сказал сержант, - и мы нашли на окне отключенный микропереключатель, который использовался для отключения сигнализации, а также электромагнит и крюк с веревкой. Похоже, что отряду смерти помогли получить доступ во дворец.
  Яссар попытался встать и все равно не смог. Его ноги задрожали, и он положил руки на колени, чтобы успокоить их, наклонился вперед, затем откинулся на кровать.
  “Мы нашли пистолет на кровати. Мы обнаружили следы в крови, ведущие в спальню, а затем обратно”, - продолжил невыносимый дурак. - И мы не нашли Сашу.
  Яссар почувствовал эти слова, как поворот ножа в уже смертельной ране. Он снова закрыл глаза. Саша? Как Саша мог так поступить? Он почувствовал, как исказилось его лицо. Он поднял голову и посмотрел на человека, этого человека, который мог сказать такие вещи, чувствуя конфликт своего гнева с тем, что, как он знал в глубине души, было правдой. Саша, к которой он взял под свое покровительство, относился как к дочери и которая почитала его как отца. Саша, которая прислушалась к его потребности в ней, чтобы она одновременно заботилась о его любимом, но своенравном сыне и держала его в узде. Этого не может быть. Но его плечи поникли.
  Сержант продолжал бесстрастно бубнить, как будто просматривал контрольный список. “Периметр дворца теперь защищен, и, как полагают, внутри не осталось посторонних. За исключением троих убитых, остальные члены группы убийц, похоже, сбежали.
  Как может этот механик, этот простой чиновник осквернять память моего сына своей болтовней? Ясар почувствовал, как к нему возвращаются силы, а гнев нарастает. Он вздохнул, затем поднялся с кровати, казалось, принимая на себя вес своего мертвого сына. Ему хотелось размозжить этому человеку голову, как дыню, за то, что у него хватило наглости донести такое сообщение с такой методичной сдержанностью. Сержант протянул руку и положил ее на плечо Яссара. Гнев вскипел в Яссаре от этого прикосновения. Он развернулся, вся сила, которая покинула его за последние четверть часа, сосредоточилась в одном кулаке, которым он ударил сержанта в лицо. Рев вырвался из его груди, единственное слово: “Нет!” А затем с тем же яростным усилием он остановил удар всего в нескольких дюймах от лица мужчины. Он опустил голову, чтобы мужчина не мог видеть слез, которые, как он знал, ему не остановить. Он слепо потянулся вперед, разжал кулак и положил руку на плечо мужчины. Он сжал ее и подтолкнул сержанта к двери. “Уходи. Пожалуйста, уходи”, - прошептал он. Он услышал, как сержант вышел и закрыл дверь.
  Яссар вернулся в комнату. Затем в нем поднялось темное чувство, которого он никогда раньше не испытывал за все годы своей приверженности вере в своем стремлении к пути Аллаха: новорожденная ненависть. Я отомщу за этот поступок. Я выясню, кто это сделал, и выслежу их. И Сашу. Я найду ее и уничтожу.
  
  OceanofPDF.com
  КНИГА 1
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 1
  
  
  
  ДжейУЛЫ 2, ткниЕГОВУХО.ФУ Йорк Сити. Дэниел Янгблад знал, когда ему лгали. Он вынюхивал неправду, полуправду, даже восьмую часть правды, как ищейка. Не силой воли или дрессировкой, а инстинктом. И запахи этой лжи, варьирующиеся от слегка кисловатого до вопиюще гнилостного, жгли Дэниела изнутри, как язвы. Это было не потому, что “нужно быть одним, чтобы знать другого”. На самом деле Дэниел гордился тем фактом, что мог посмотреть кому-то в глаза и сказать что-то трудное или избежать произнесения чего-то трудного, не солгав.
  На протяжении всей своей карьеры Дэниел переживал неприятные моменты из-за того, что не лгал, но сейчас, в свои 45 лет, он смирился с этим. И если что-то и делало его неподходящим для выбранной профессии, так это честность Дэниела, потому что последние двадцать лет он был инвестиционным банкиром. Он всегда думал, что единственным утешением в этом было то, что Бог уберег его от того, чтобы стать юристом.
  Он оглядел свой кабинет. Это был знакомый, уютный мир. Старинные персидские ковры. Натертое вручную красное дерево 19 века. Два потертых, но удивительно удобных мягких кресла для гостей. Компьютерные клавиши во внешнем коридоре издавали приглушенное тиканье, приглушенное ковром в коридоре, который заглушал телефоны и голоса, превращая их в благоговейный шепот.
  Его взгляд переместился на ту сторону стола, где всегда стояла фотография Энджи. Он почувствовал укол вины, наверное, из—за того, что удалил его — но прошло два года, достаточно, даже его психиатр так сказал, - а затем нахлынул стыд, потому что это заставило его вспомнить об их роковой поездке в Перу.
  Помощница Дэниела, Синди, вызвала его по внутренней связи. — Роберт Коварик из Goldman Sachs, я имею в виду “Коварик и Ко”. Спина Дэниела напряглась, и он выпрямился.
  Думал, что избавился от тебя вчера.
  “Мои комплименты”, - сказал Коварик. “Всегда приятно работать на другой стороне сделки с настоящим профессионалом. Всегда знал, что ты вытащишь кролика из шляпы.
  Желудок Дэниела всколыхнулся, словно блендер переключили на “измельчение”. “ Спасибо, Боб, ” сказал Дэниел. “Так в чем дело?”
  Коварик усмехнулся. Это был низкий, вкрадчивый смешок, который Дэниел хорошо знал. Он слышал это в течение 10 лет, когда Дэниел и Коварик бок о бок продвигались по карьерной лестнице в нефтегазовой группе Goldman Sachs. Он не слышал этого, поскольку Коварик работал за кулисами, чтобы убрать Дэниела с пути партнера по нефтегазовой отрасли в течение следующих трех лет, после чего Дэниел ушел из Goldman, чтобы основать свою конкурирующую нефтегазовую практику в международной инвестиционно-банковской фирме Ladoix Sayre & Cie Banque. Коварик недавно основал свой собственный инвестиционный банк-бутик Kovarik & Co. На улицах ходили слухи, что его выгнали из Goldman за излишне резких движений. Коварик сказал: “Нет, нет, я просто позвонил, чтобы поздравить тебя”.
  Лживый сукин сын, чего ты хочешь? Дэниел две недели отсиживался в конференц-зале, ведя смертельные переговоры с Ковариком и его клиентом. Он ждал.
  Коварик добавил: “Просто поздравительный жест. Ты был великолепен”.
  Пауза. “Спасибо”.
  Тишина.
  “Да, хорошо”, - сказал Коварик. Он колебался.
  Давай. Желудочная деятельность Дэниела утихла до обычного морского шквала. Коварик прочистил горло. Дэниел все еще пытался понять, что все это значит; у Коварика всегда был свой угол зрения, скрытый под его фальшивым бостонским обаянием брамина. Например, то, как он разыгрывал старого приятеля по Гарварду, когда клеился к Энджи, к тому времени невесте Дэниела, и в то же время пытался заполучить Дэниела в партнеры в Goldman. Полагаю, тебе нужен пинок под зад. - Ты что-то оставил на столе в конференц-зале?
  Коварик рассмеялся. “Нет, на самом деле я звоню, чтобы узнать, можем ли мы договориться по одному делу”.
  Поехали. - Конечно, в чем дело?
  - Ты знаешь Уолта Дина из “Хьюстон Ойл энд Газ”?
  “Конечно. Один из закрытых клиентов Коварика, тот, кто всегда притворялся, что флиртует с другими инвестиционными банкирами, когда заключал сделку, запрашивая котировки, чтобы Коварик был честен в отношении комиссионных.
  “У него хорошая сделка по выкупу — около миллиарда долларов, что хорошо для гонорара примерно в шесть миллионов долларов. Мои юристы говорят, что у меня по этому поводу конфликт интересов. Я хотел спросить, не могу ли я подбросить это в твою сторону.
  Остерегайтесь чехов, приносящих подарки. Коварик никогда раньше этого не делал; он скорее выбросит часть бизнеса на ветер, чем отправит его Даниэлю. В животе у него заурчало. “ Это очень любезно с твоей стороны, Боб. В чем дело?
  “Встреча с Уолтом запланирована в Хьюстоне на следующей неделе, в…Понедельник”.
  Кратковременная пауза Коварика заставила предательский желудок Дэниела еще раз сжаться. Что ты задумал? Потом до него дошло: саудовцы. Принц Яссар пробудет в городе один день на следующей неделе, проводя собеседование с инвестиционными банкирами для своей программы приобретения. Он хочет посмотреть, буду ли я тоже претендовать на назначение в Саудовскую Аравию.
  “Спасибо, Боб, это действительно любезно с твоей стороны”, - сказал он, соображая на ходу. Хочу ли я, чтобы он знал, что я участвую в охоте? И, конечно, если я клюну на это, его конфликт дематериализуется.
  - С удовольствием. Не могу придумать, кого бы я порекомендовал. На самом деле, вы блестяще справились со сделкой с ”Дорчестером".
  “Еще раз спасибо, Боб”. Хватит нести чушь. “Что ж, спасибо за предложение, но на следующей неделе я в городе, выступаю за саудовцев”. Дэниел подождал реакции Коварика.
  Долгая пауза. - А, ну что ж, удачи, - выдавил он.
  - Еще раз спасибо за предложение.
  “Хорошо”, - сказал Коварик. “Что ж, до следующей сделки”.
  “ До свидания, Боб. ” Коварик повесил трубку почти до того, как Дэниел закончил фразу. Это должно было бы его немного взволновать. Затем Дэниел понял, что, вероятно, все, чего он добился, — это испортил выходные Четвертого июля двум или трем младшим сотрудникам Коварика - теперь Коварик будет изо всех сил давить на них, чтобы побороться с Дэниелом. Ты - то, что не так с Уолл-стрит, Коварик. “Ты - то, что не так с этим миром”, - сказал он вслух.
  Мгновение спустя зазвонил телефон, и Синди позвонила ему снова. “Майкл Смитс”.
  “Поздравляю со сделкой с Dorchester”, - сказал Майкл. Майкл Смитс был лучшим другом Дэниела, одним из партнеров Дэниела в Ladoix. Один из немногих партнеров в Ladoix, с которыми он регулярно общался. “Я увидел объявление в журнале этим утром. Первая страница, но ниже загиба. Ты оступаешься. Он усмехнулся. “Не думал, что мы когда-нибудь увидим тебя снова”.
  Спасибо. Я тоже начал думать, что меня больше никто никогда не увидит. Меня заживо проглотил конференц-зал в Jones Day. Две недели едкого мяса, бутербродов и китайской еды на вынос. Он заметил небольшое брюшко, которое начало выпирать над линией пояса, и вздохнул. У него даже не было времени потренироваться.
  “ Итак, сделка закрыта. Гонорар четыре или пять миллионов?
  - Шесть миллионов двести пятьдесят две тысячи триста девяносто шесть долларов.
  “ Для твоей премии это должно было стать героическим завершением финансового года. Как ты на этом заработал?
  “ Еще не получил. Я увижу ядовитую крысу в одиннадцать часов. В животе у Дэниела заурчало при упоминании о предстоящих переговорах о премиях. Жан-Клод Дьедонне, старший партнер Ladoix, зять третьего поколения французской семьи-основателя, всегда производил такое впечатление.
  Они оба замолчали.
  “Я слышу, как крутятся колеса”, - сказал Майкл. “И не слишком быстро. Может быть, пришло время отправиться на пляж”.
  “ Может быть. Но я хочу выйти на повышение.
  “Этого должно быть достаточно для всплеска”.
  “ Я не знаю... Голос Дэниела затих. Он почти видел, как Майкл морщит лицо с выражением “О, да ладно, Дэниел”.
  “Да ладно тебе, Дэниел, здесь нет книги правил. Никто не подойдет к тебе и не скажет: "О'кей, мистер Янгблад, с двигателями покончено. Отойди, старина.” Майкл опустил тему. “В любом случае, у тебя был достойный год. Я полагаю, у вас не возникнет особых проблем с нашим enfant terrible в вашем бонусном обзоре ”.
  “ Из твоих уст в уши Бога. Ты знаешь Дьедонне.
  Майкл рассмеялся. - Что ж, удачи, - сказал он и повесил трубку.
  Дэниел начал готовиться к переговорам с Дьедонне о премировании. Он встал, разгладил лацканы и посмотрел на свои черные итальянские мокасины: безупречно начищенные. Его костюм европейского покроя был свежевыглажен, а на брюках виднелись аккуратные складки. Иск был не слишком диким, но в Goldman Sachs ему бы это никогда не сошло с рук. На нем была сшитая на заказ рубашка в английскую полоску с белым воротничком и манжетами. Его сине-зеленый галстук от Hermès был достаточно ярким для предстоящих переговоров, но не слишком ярким, чтобы отвлекать.
  Он посмотрел на свое отражение в стекле перед гравюрой на стене своего офиса и выпрямился во весь свой рост 6 футов4 дюйма. Я готов, насколько это вообще возможно.
  Его отражение с сомнением посмотрело на него. Он увидел, что сегодня у него ничего не получилось: остекленевшие глаза, отсутствие румянца на щеках, отсутствие энергии. Он перегорел, и это помешало бы ему сегодня утром. Сделка с "Дорчестером" закрылась исключительно потому, что он этого добился. Но сделка истощила его, как обратный экзорцизм. Он знал почему: он больше не был молодым человеком в бизнесе молодого человека. Сокрушительное озарение.
  Он вернулся к своему столу и снова сел. Cromwell Group/ Dorchester Refining —6,3 млн. Закрыто 1 июля, подумал он, “И чуть не убил меня”, - сказал он вслух. Он записал это в блокноте. Он продолжил, записывая сделки и гонорары в хронологическом порядке, обратном датам закрытия его сделок за этот год. Через мгновение у него было в общей сложности семь сделок на 11,3 миллиона долларов. Неплохо. Это был не тот год, чтобы чувствовать себя буйным, но респектабельный.
  Он хотел, чтобы его последний год был ошеломляющим успехом, огромным бонусом. Одиннадцать целых три десятых миллиона. Не очень, но и не плохо. Но достаточно?
  Мысли Дэниела рассеялись. Он поставил свою машину в гараж под Рокфеллер-плаза, 30, где находились офисы Ладуа, чтобы сегодня днем, на день раньше, отправиться в свой дом на выходные в Милфорде, штат Пенсильвания, на выходные Четвертого июля. Он попытался, но не смог вспомнить тему ежегодной вечеринки Гэри и Джонатана по случаю Четвертого июля, которую они устраивали в этом году. В прошлом году это был Вечер Теннесси Уильямса, что неудивительно для двух ведущих-геев.
  Он вспоминал этот вечер как особенно болезненный, потому что многие из его знакомых впервые увидели его без Анджелы, и двое из них действительно спросили его, где Энджи. “О, я думаю, ты не слышала”, - вспомнил он, как сказал это, и боль сжала его сердце, а чувство вины, которое сдавило его мозг, снова подкралось к нему. Перед его глазами возникла фигура — Синди, стоящая в дверях, наморщив лоб.
  “ Все в порядке? - Спросил Дэниел.
  “О, о, да, я имею в виду...”
  “Опять Джефф?” Сын-подросток плюс родитель-одиночка равняются ранней смерти Синди.
  “ Боюсь, что так. Ты не возражаешь, если я уйду немного пораньше? На этот раз драка на уроке физкультуры. Наложены швы.
  “ Сейчас лучше идти. Я сам могу прикрыть свой телефон.
  - Ты уверен? - спросил я
  “ Да. Начинай. Одними губами она пробормотала Спасибо и ушла.
  Дэниел проверил рынки на своем настольном мониторе. Торги в предпраздничные выходные перед четвертым июля были вялыми. Новостной тикер Dow Jones показал, что ничего особенного не произошло. Скучный день, если не считать нефтяных рынков. Вау. Нефть упала до 30,93 доллара за баррель. Это, должно быть, наносит ущерб нефтяной экономике. Может быть, именно поэтому саудовцы ищут внешних финансовых консультантов. Он позволил себе задуматься о гонорарах, которые могло бы принести его потенциальное представительство интересов саудовской Аравии. Я мог бы сколотить состояние на этих сделках.
  У Дэниела зазвонил телефон: “Мистер Дьедонне готов принять вас”.
  Начало шоу. И этот сукин сын пришел на двадцать минут раньше. У него скрутило живот.
  
  
  
  2 июля этого года. Эр-Рияд, Саудовская Аравия. Принц Яссар оторвал взгляд от утренней молитвы и увидел видение, от которого у него напряглась спина. За его окном виднелась мешанина традиционных невысоких зданий, сгрудившихся в приглушенных коричневых, загорелых и оранжевых пятнах восхода солнца, обрамленных современными небоскребами. Не это вызвало у него дрожь беспокойства. Что поразило его, так это то, чего он не мог разглядеть на горизонте, горизонте, который вскоре будет закрыт волнами жары под солнцем в 100-градусный день. Я снова должен признать неудачу. Он расслабил мышцы и снова опустился на корточки. Земляной аромат шерсти молитвенного коврика успокоил его.
  Он погрузился в минуту тишины, продлевая мгновения до того, как дневные заботы вторглись в его сознание. Он снова поднял голову и посмотрел на просторы пустыни, которые были королевством Аль-Мамлака аль-Арабия как Судия: Саудовская Аравия. Неприятное зрелище для созерцания. Гигантское поле песка — суровая, по большей части необитаемая пустыня, расположенная на вершине непостижимо больших нефтяных месторождений. Вопросы приходили к Яссару против его воли, как и каждое утро: сколько времени пройдет, прежде чем непостижимое станет постижимым, а нефтяные залежи истощатся; сколько времени пройдет, прежде чем доходы от продажи нефти, составляющие три четверти государственного бюджета, прекратятся? Когда у нас заканчивается нефть, у нас заканчивается нефть.
  Ясару хотелось бы поразмыслить над ними как обычному гражданину Саудовской Аравии, а не как министру финансов и экономики, самому влиятельному из двенадцати членов Совета министров, в основном членов королевской семьи, назначенных его двоюродным братом, королем и премьер-министром Абадом. Хотел бы я не нести эту ответственность. Эта мысль вернула его к собственным словам, сказанным его коллегам-министрам и королю Абаду почти два десятилетия назад. Его слова после десятилетий безудержного расходования их режимом невообразимых нефтяных прибылей, когда они начали испытывать дефицит государственного бюджета: “Мы должны адаптироваться к жизни в нормальной экономике”.
  Ясар почувствовал, как напрягся его лоб, даже в такое раннее время. Он боялся предстоящей встречи с королем и Советом министров. “На карту поставлена не только наша гордость, но, в конечном счете, и наше выживание. Я разработаю план диверсификации нашей экономики за счет нефтяных доходов”, - услышал он свои слова, обращенные к ним десятилетия назад. Слова выковывались у него в голове.
  Он отвернулся от окна, выпрямил спину и посмотрел на край стола, на фотографию своего сына, принца Ибрагима. Ибрагим был старшим из его двенадцати детей, сыном Нибмар, первой, все еще любимой и наиболее любящей из его четырех жен. Знакомая деревянная рамка на фотографии была испачкана маслом с рук Яссара, уголки закруглились от его прикосновений. Ему было бы за сорок, достаточно много, чтобы быть заместителем министра. Яссар вспомнил, какие надежды он возлагал на Ибрагима, а через него - на саудовский народ. Получивший образование в Гарварде, сочетающий культурное, религиозное и образовательное наследие Саудовской Аравии и западные обычаи их главного союзника, американцев. Сейчас Ибрагим был бы прекрасным молодым человеком. Мысли Яссара сразу же обратились к его старым противникам, экстремистским мусульманским фундаменталистам-шиитам, которых обвиняют в убийстве его сына. Это вызвало в воображении образ шейха бен Абдура, человека, которого он считал ответственным за смерть Ибрагима, духовного и повседневного лидера аль-Муджари, их террористической организации. Вы несете такую же ответственность за то, где мы находимся, как и за политику нашего правительства. Яссар знал, что вдобавок к бюджетному дефициту и рецессии фундаменталистские проповеди шейха теперь захватили эмоции беспокойного саудовского народа. Шейх бин Абдур, мужчина... Мысли Яссара прервались, поскольку его воспоминания были связаны борьбой в его душе: исламские ценности против мести; шариат— исламский закон — против ненависти к крови; самоконтроль против одержимости.
  Теперь он подумал о Саше, молодой наложнице, которую он привез Ибрагиму из Швейцарии за три года до своей смерти. Саша покорила Ибрагима своей неистовой гордостью и энергичными бедрами. Саша, последний человек, видевший своего сына живым.
  Пора собираться. Он повернулся и направился к своему столу, готовясь к целому дню подготовки к встрече. Он снова пролистал свои потертые папки из манильской бумаги с загнутыми углами, на верхней из которых стояло имя “Дж. Дэниел Кристиан Янгблад III, ” Досье на отдельных лиц и учреждения, которые могли фигурировать в планах Яссара по спасению. Спасение саудовского народа от ухудшающейся экономической ситуации. Искупление Яссара от его невыполненного десятилетиями обещания решить их проблемы.
  
  
  
  2 июля этого года. Бурайда, Саудовская Аравия. В коммерческом районе Бурайды, в 200 километрах к северу от Эр-Рияда, мужчина был уверен, что все знают, что он нелокальный, несмотря на его темно-арабский цвет лица и черты лица. Он был высоким и мускулистым и не пытался скрыть свою походку прямой походкой военного. Он пересек переулок по направлению к главной улице, засунув руки в карманы зеленой ветровки. На нем были длинные коричневые брюки и тяжелые черные ботинки. Пыль, поднятая десятками других ног, висела в тихом утреннем воздухе и забивалась ему в ноздри и горло. Солнце с безоблачного неба жгло ему голову. Проклятая пустыня. Мужчина хотел сплюнуть, чтобы прочистить горло от пыли, но знал, что Мутавваин, религиозная полиция, единственный закон в этой исламской фундаменталистской северной провинции, отнеслась к этому неодобрительно. Его глаза метались из стороны в сторону, но не от страха, а из-за многолетней подготовки в качестве наемника, которая теперь стала инстинктивной составляющей его военной экипировки.
  Он завернул за угол мясной лавки и вышел на главную улицу. Под крики лавочников, рекламирующих свои товары, он прошел мимо арабских мужчин, одетых в халаты и головные уборы, которые группами сидели на улице перед магазинами, беседуя, делясь мисками с едой или медитируя. Запах специй смешивался с ароматом готовящегося мяса в дыму и пыли, которые висели в душном воздухе. Мужчина прошел еще пятьдесят футов мимо группы тощих арабских подростков и остановился перед первым зданием после мечети. Он огляделся и увидел, что мутавваиин не видно. Он постучал.
  Мужчина-араб в традиционной одежде открыл дверь, затем отошел в сторону, пропуская мужчину внутрь. Он указал на дверь в заднюю комнату, и мужчина вошел в нее. Шейх бин Абдур сидел в полутемном углу. Мужчина почувствовал запах специй в дыхании и на коже пятерых других мужчин в комнате. Он знал, что они будут молчать, но ему придется выслушать часовую речь бин Абдура. Этот человек напомнил себе о премии, которую он назначил аль-Муджари, потому что очень немногие другие стали бы иметь с ними дело. Риск / награда стоили того, если все, что ему нужно было делать в дополнение к своим обычным услугам, - это терпеть, когда им потчевал этот деспот.
  Это заработок. И неплохой.
  Одеяние Бин Абдура образовывало столик у него на коленях, на котором он держал стопку бумаг. На нем был традиционный головной убор. Его борода была тронута сединой и не подстрижена по консервативной исламской моде. Лицо у него было грубое, а смуглая арабская кожа загорелая, морщинистая и грубая; глаза светились энергией и умом. Он жестом пригласил мужчину, назвавшегося Хабибом, сесть. Он сел в углу.
  Шейх снял свой Коран со специальной подставки перед собой, завернул его в ткань и указал на человека, впустившего Хабиба. Мужчина подошел, забрал книгу у шейха и поставил ее на полку высоко в углу комнаты. Шейх закрыл глаза в созерцании на целых две минуты, замедляя дыхание, чтобы расслабиться, почти медитируя. Черт. Шейх, казалось, готовился к длинной речи. Он был не только повседневным лидером террористической организации "Аль-Муджари", но и ее духовным главой. Аль-Муджари, доминирующая террористическая сила в мусульманском мире теперь, когда аль-Каида больше не является фактором.
  Шейх выдохнул и посмотрел на Хабиба. “Приветствую”.
  - Спасибо, шейх ибн Абдур. И тебе приветствую.
  “Нет Бога, кроме Аллаха!” - сказал шейх.
  - Ла илаха илаллах! - повторили остальные.
  “Это исторические времена”, - сказал шейх бен Абдур. “Со времен первого халифа Абу Бакра, преемника самого пророка Мухаммеда, братья-мусульмане-шииты и сунниты не были едины в нашей духовности или нашем образе жизни”.
  Слушатели шейха ибн Абдура в ожидании подались вперед.
  “Со времен первой династии мы, шииты, утверждали, что суннитский ислам вообще не является истинным исламом, а творением распущенных и мирских халифов первого поколения”, - начал шейх. “Шиитский ислам - это истинный путь, основанный на практиках Пророка Мухаммеда и его первоначальных четырех каплифов-преемников”.
  Он понимающе наклонил голову в сторону своих коллег, которые ответили на его жест. Хабиб сидел молча, неподвижно.
  “С тех пор, как король Абдель Айзиз аль-Асад более полувека назад возглавил суннитское религиозное братство из местных племен в завоевании и создал нашу нынешнюю монархию в Саудовской Аравии, преемственность семьи аль-Асад полагалась на поддержку и одобрение нашего религиозного руководства. Мы — священнослужители, религиозные лидеры верующих мусульман - выступаем в качестве защитников мусульманских принципов, на которых было основано наше королевство, и руководствуемся Кораном и шариатом, нашим мусульманским законом. И именно при нашей поддержке короли аль-Асада приняли титул имама, законодателя”.
  Один Миссисипи, два Миссисипи, три Миссисипи...Хабиб погрузился в свои мысли, пока шейх продолжал. Тощие ребятишки перед мечетью напомнили ему его самого, когда он рос в южной части Чикаго. Суровый район, сплошь черные и арабы. Его каждый день пинали, пока его брат Мухаммед не помог ему набрать вес: протеиновые коктейли три раза в день и утяжелители четыре раза в неделю. Тогда он думал, что убраться оттуда ко всем чертям - это лучшее, что он когда-либо делал. Но после того, как оперативники из Лэнгли превратили его в бездушный инструмент, который никогда больше не сможет вернуться домой, он понял, что никогда не должен был отказываться от места, которое можно назвать домом. И теперь…Он переориентировался, когда стало казаться, что шейх сдает. Глядя на шейха сейчас, Хабиб должен был признать, что старик действительно обладал внешностью, которая могла побуждать людей к экстраординарным подвигам. Его глаза блестели с такой интенсивностью, которую Хабиб редко видел у убийц и фанатиков, с которыми Хабиб сталкивался в своей профессии.
  “А теперь аль-Асады предали законы ислама. Они позволили неверным западным войскам заселить наш священный Аравийский полуостров, место расположения двух святынь ислама. Мы объявляем это правительство незаконным. Мы объявляем их неверными. Как неверные, они, как и западные неверные, должны быть изгнаны или уничтожены!”
  Пятьдесят шесть бутылок пива на стене, пятьдесят шесть бутылок пива, снимите одну и передайте по кругу...
  Через несколько минут шейх ибн Абдур сделал паузу; Хабиб подумал, что он наконец закончил. Но затем шейх снова встрепенулся, на этот раз его глаза горели так, что даже Хабибу стало не по себе. “И поскольку они не уйдут, они будут уничтожены в нашей священной исламской войне. Мы свергнем этот неверный саудовский режим и восстановим великий мусульманский халифат, который когда-то объединил Ближний Восток, Северную Африку и исламскую Европу в соответствии с шариатом, нашим священным исламским законом. И мы пойдем дальше!”
  Хабиб видел, как последователи шейха покачивались, слушая его.
  “В нашем джихаде мы нанесем удар и уничтожим врагов ислама по всему миру. Мы распространим Халифат на неверные Соединенные Штаты, Великобританию, на все христианские нации. Мы покажем, в частности, американским неверным, которые вторглись на нашу исламскую землю, что убийство Усамы бен Ладена одиннадцатого сентября было всего лишь пробой. Теперь зарождается настоящий джихад!”
  Хабиб увидел капли слюны в уголках рта шейха.
  “Наши собственные верующие и наши наемные воины, такие как наш друг Хабиб, который присоединяется к нам сегодня, нанесут удар по нефтяным объектам неверных стран, в основном американцев, и неверного правительства Саудовской Аравии. Мы нанесем удар по нефтяным объектам правительства Саудовской Аравии, чтобы подорвать способность королевской семьи сохранять свою незаконную власть над нашим народом. Несмотря на это, мы должны продолжать наши усилия по просвещению нашего народа, призывать его к протестам, подрывать и свергать этих неверных членов королевской семьи ”. Бин Абдур потряс кулаками, обращаясь к небесам. “Мы должны изгнать иностранцев, которым королевская семья дает работу в нашей Саудовской Аравии! Мы должны изгнать американцев, которые вызвали войны брата против брата в арабских исламских странах! Мы должны продолжать наказывать их вооруженные силы, которые являются пятном на нашей священной земле Саудовской Аравии! Мы клянемся окончательно уничтожить американцев, которые являются пятном на исламском мире! Нет бога, кроме Аллаха!”
  “Ла илаха илаллах!” - повторили последователи шейха.
  Шейх замолчал. Урок закончился. Меньше чем через двадцать минут, подумал Хабиб, это было не так уж невыносимо.
  Еще через минуту свита шейха встала и вышла, закрыв за собой дверь. Хабиб подождал, пока бин Абдур очнется от своей медитации. Наконец священнослужитель открыл глаза.
  -Вы знаете о наших усилиях в Соединенных Штатах?
  “Я слышал”, - сказал Хабиб.
  “ Хорошо. У тебя хорошие связи. Как обычно, Хабиб, или как там твое настоящее имя. Глаза шейха блеснули. - Возможно, тебе пора раскрыть свою истинную личность.
  В твоих мечтах, старина. Вы бы приказали своим людям перерезать мне горло и подвесить меня за ноги, пока я не истеку кровью, как халяльная овца, если бы знали, что я родился в Америке и прошел подготовку в ЦРУ.
  - Думаю, что нет, шейх.
  Шейх колебался, улыбаясь. Он продолжил: “Я заплачу вам за то, чтобы вы завербовали еще несколько, скажем так, ”преданных делу людей" в Соединенных Штатах".
  “ Я понимаю. Продолжай.
  - И мы хотели бы, чтобы наша личность хранилась в секрете.
  -Конечно.
  “ Хорошо. Мне нужно, чтобы вы наняли профессионалов, которые смогут предоставить нам доступ к нашим планам.
  Хабиб кивнул.
  “Наши планы подорвать американскую добычу нефти”.
  - Тебе нужно, чтобы я и с этим разобрался?
  “ Нет. Это специалист другого рода. Компьютеры. Я привлеку вас к координации их работы с привлеченными вами профессионалами, но позже. Вы можете нам помочь? Он протянул Хабибу бумагу, которую держал на коленях. “Это организации, к которым нам нужен доступ”.
  “ Да. Хабиб не поднял глаз от газеты.
  “ Я хочу знать детали после того, как вы все обдумаете. Сегодня я хочу договориться о вашем участии и знать, что могу рассчитывать на ваши результаты ”.
  “Всегда”, - сказал Хабиб.
  - И я знаю, где тебя найти, если ты не доставишь товар.
  Мужчины с минуту сидели молча. Наконец шейх заговорил снова. “Я не хочу быть трудным. Я просто хочу подчеркнуть, что хотел бы продолжить наши отношения на основе сохранения уровня конфиденциальности и удовлетворенности результатами, который существовал в прошлом ”.
  -Совершенноверно.
  “Тогда, я надеюсь, вы поймете, что эти новые усилия не должны быть связаны с аль-Муджари, пока мы не захотим взять на себя ответственность за них. Понятно?”
  -Понятно.
  - Хорошо, тогда я организую первоначальный банковский перевод на ваш банковский счет в размере ста тысяч долларов.
  “Мы еще не договорились о моей компенсации”, - сказал Хабиб. “То, о чем вы просите, сложно. И опасно”. Шейх никак не отреагировал. “Организовать работу будет непросто. Безопасность никогда не была такой строгой. Это требует планирования. Тонкости ”.
  “ За это я тебе и плачу. Шейх ибн Абдур пристально посмотрел Хабибу в глаза. - Ты хочешь сказать, что не справляешься с этой задачей?
  “Тебе лучше знать, что это не так”, - прорычал Хабиб. Он вспомнил слухи о нефтяных миллиардах, которые финансировали террористическую деятельность аль-Муджари. Сколько это стоит? Два миллиона? Десять? “Один миллион авансом против десяти миллионов по завершении”.
  Шейх моргнул, словно не веря своим глазам. - Пятьсот тысяч против завершения двух миллионов.
  “Это потребует, чтобы я нанял очень специализированных специалистов”.
  - Семьсот пятьдесят тысяч против трех миллионов.
  “Это потребует значительных поездок, расходов и координации действий с людьми, которым мы должны начать доверять”.
  “Один миллион аванса против трех миллионов успеха”.
  “Я думаю, возможно, вам следует найти другого поставщика. На этом уровне я должен с уважением отказаться”.
  “Один миллион аванса против семи миллионов успеха. Это окончательно”.
  Он предлагает три миллиона, затем повышает до семи. Отличный ход. Должно быть, я действительно нужен ему для этого. Хабиб положил руки на колени и подался вперед, словно собираясь встать. Он увидел, как при этом расширились глаза шейха.
  “Я принимаю”, - сказал шейх. “Один миллион аванса против десяти миллионов успеха”.
  Хабиб снова откинулся на спинку стула. “ Благодарю вас, шейх ибн Абдур. Я благодарен вам за то, что вы увидели все в надлежащем свете. Я тебя не разочарую”.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 2
  
  
  
  ДжейУЛЫ 2, ткниЕГОВУХО. РИЯД, Саудовская Аравия. Через час после окончания утренней молитвы Яссар с характерно прямой осанкой вышел из своих личных покоев в приемную своих апартаментов. Асад аль-Ануд, глава тайной полиции Саудовской Аравии, уже сидел в ожидании перед простым письменным столом, уютно устроившимся в прохладном мраморе огромной комнаты. На столе лежала стопка потрепанных папок из манильской бумаги, идентичных тем, что были у Яссара. Двое мужчин вознесли хвалу Аллаху.
  “Мы начинаем”, - сказал Яссар. “Окончательные кандидаты в консультанты по инвестиционно-банковским вопросам в нефтегазовой отрасли. Наши коллеги по ОПЕК будут полагаться на меня во время собеседований при окончательном выборе”. Он положил свои папки на стол и открыл первую: “Дж. Дэниел Кристиан Янгблад III”. Яссар задумчиво поднял бровь. В этой он был уверен. “Одна из лучших. Высший приоритет ”. Яссар посмотрел на Асада, который не отрывал взгляда от своей папки. Что подумал Асад?
  “Умный, опытный, уверенный в себе и быстро реагирующий под давлением — мощное сочетание”, - сказал Асад. “Коллеги считают его великим инвестиционным банкиром. Креативный специалист по заключению сделок. Хорош в решении сложных финансовых проблем, структурировании сделок слияния и поглощения и финансировании сделок. Превосходный стратег и переговорщик. Мотиватор своих сотрудников. Руководитель группы”.
  Яссар был рад, что Асад разделяет его точку зрения. Тем не менее, Яссар размышлял: “Наемный убийца, как и все его сверстники”. Он посмотрел на Асада, который теперь нахмурил брови. Яссар почувствовал предвкушение. Агенты Асада что-нибудь придумали? “Что это?”
  “Личная жизнь. Недавно овдовел, затем череда нестабильных отношений с женщинами”.
  “ Что-то, что можно было бы умело использовать. Яссар почувствовал недоброе предчувствие. Он помолчал, вздохнул. - Что-нибудь еще?
  Асад поднял глаза. “Мы наблюдаем за ним некоторое время. Другая область, вызывающая серьезную озабоченность, - это его приверженность делу. Недавно он подумывал о том, чтобы уйти из своего бизнеса”.
  Яссар пожал плечами. Кто не слышал? Он почувствовал усталость в конечностях. Они перешли к следующему файлу.
  Два часа спустя Яссар отодвинул стул от стола, протер глаза и просмотрел свой маршрут. “Визиты в Нью-Йорк, Лондон, Париж и Токио для собеседований и окончательного выбора”. Он посмотрел на Ассада. “Меня не будет десять дней. А тебя?”
  “Наши агенты на месте, и я привел наши разведывательные сети в полную боевую готовность. Нам нужно только ...”
  Звук удара кулаком в дверь прервал его.
  “ Министр! Коммандер! - раздался голос из коридора. Дверь распахнулась, и в комнату ворвался охранник с испариной на лице, затем вытянулся по стойке смирно. “Студенческий протест перерос в насилие. Тысяча из них прижала два наших подразделения к ступеням Министерства труда. Наши люди вооружены только боевыми патронами, а студенты швыряются камнями. Мы боимся, что наши люди будут вынуждены открыть огонь!”
  Асад посмотрел на Яссара, затем снова на охранника. “У наших людей нет резиновых пуль для сдерживания толпы?” Потребовал ответа Асад.
  “Нет”.
  Ясар сказал: “Мы должны остановить их, пока не произошел инцидент, который вызовет последствия!” В его памяти промелькнули мертвые студенты перед зданием Министерства труда, фотографии на первой странице "Нью-Йорк Таймс" с окровавленными ступенями и убегающими прохожими. Ассад вышел из комнаты, Яссар последовал за ним.
  Ассад услышал его и обернулся с тревогой на лице, подняв руку, словно пытаясь остановить Яссара. - Министр, это слишком опасно.
  -Я иду.
  Бин Абдур, подумал Яссар. Он почувствовал, как кровь прилила к лицу.
  
  
  
  2 июля этого года. Нью-Йорк. Пассажиры первого класса рейса Air France 244 в аэропорт Кеннеди подпрыгивали при выходе из самолета, и Лидия следила за тем, чтобы не сбавлять темп в коридоре. Она знала, что очереди на паспортный контроль в аэропорту Кеннеди всегда были длинными, а ожидание нужных вещей отупляло больше, чем прическа в "Изольде" на Вандомской площади. Приближаясь к контрольно-пропускному пункту, она надела солнцезащитные очки. Завернув за угол, она увидела около тридцати человек в очереди “Граждан США”. Другой рейс, должно быть, прибыл незадолго до ее рейса. Строка “Иностранные граждане” была пустой.
  Она нырнула под оцепление и подошла к первому агенту в зоне “Иностранные граждане”.
  - Паспорт, - сказал мужчина с мертвыми глазами.
  - Добрый день, - сказала Лидия, улыбаясь.
  Мужчина посмотрел на нее, потом на паспорт, потом снова на нее. Он помолчал.
  Она сняла солнцезащитные очки, затем шарф от Hermès и встряхнула своими черными волосами, позволив им упасть по всей длине до середины спины.
  “Это я”, - сказала она, снова улыбаясь помятому мужчине и склонив голову набок. Она встретилась с ним взглядом и удержала его. Он посмотрел вниз.
  “ Причина вашего визита, мисс Фошер? - спросил он.
  “ Бизнес. Я модный фотограф. Фотосессия в Нью-Йорке, а потом, возможно, осмотр достопримечательностей.
  - Как долго вы здесь пробудете?
  - Две недели.
  Он продолжал смотреть на ее паспорт, как будто это могло сказать ему, говорит ли она правду, или чем там еще занимаются эти глупые мужчины.
  - Приятного пребывания, - сказал он, поставил штамп и вернул ей паспорт, не глядя на нее.
  Зарегистрировавшись в отеле "Сент-Реджис" и сдав свои сумки, она спустилась к Рокфеллеровскому центру, остановившись перед катком. Она посмотрела на Рокфеллер Плаза, 30. Это было тревожное чувство, которое у нее возникло. Если бы у нее сейчас были свинцовые ноги, как бы она чувствовала себя через недели или месяцы?
  Она приказала себе расслабиться, затем направилась вокруг катка ко входу на Рокфеллер Плаза, 30. Она глубоко вздохнула. Она только хотела бы не чувствовать себя такой опустошенной.
  Следующим ее ощущением было чувство собственной недостойности, затем чувство вины, и ей пришлось напомнить себе, что она благодарна за предоставленную возможность. Возможность, какое бы название ей ни дали на английском, ни одно из них не отражало ее суть: отпущение грехов, искупление, redemption. Это было то, над чем она постарается поработать в течение этой жизни. Она вознесла короткую молитву своему индуистскому богу Ганеше.
  
  
  
  2 июля этого года. Эр-Рияд, Саудовская Аравия. Ясар стоял перед зданием Министерства труда, сжимая и разжимая челюсти в ожидании. Человек Асада преувеличил: протестующих студентов было не тысяча, возможно, всего 600. Но было достаточно плохо слышать, как они рычат, кричат — он даже чувствовал запах их пота, — видеть, как они пробиваются к полиции. Два отряда людей Асада, в лучшем случае 50 человек, в первом ряду делают все возможное со своими защитными щитами, чтобы удержать студентов подальше от ступенек Министерства труда. Остальные выстроились в шеренгу позади и выше них на ступеньках, держа винтовки наготове. Он видел их страх в капельках влаги под масками бунтовщиков.
  Наконец микрофон был готов. Яссар увидел, как Асад сделал ему знак. Ясар вышел из-за группы королевских гвардейцев, окружавших его, и направился к микрофонной стойке. Быстро, сказал он себе. Насмешки начались, когда студенты увидели его, затем переросли в крещендо, в рев, подобный взлетающему реактивному самолету. Яссар прищурился от солнца, почувствовал запах пыли, кружащейся на площади, затем увидел летящий в его сторону камень, но слишком поздно. Он услышал глухой удар, когда пуля попала ему в лоб, почувствовал слабость в коленях. Перед его боковым зрением заплясали темные силуэты, а затем он услышал резкие хлопки, похожие на хлопки петард. Только рухнув на ступеньки, он понял, что это были выстрелы из полицейских винтовок.
  Когда королевские стражники подняли его на ноги, он увидел бегущих студентов, кричащих в панике. И теперь он увидел по меньшей мере дюжину студентов, лежащих на земле, некоторые корчились, большинство нет, а под ними в лужах сочилась кровь.
  Да пребудет с ними Аллах. И с нами.
  Затем он сжал кулак. Бин Абдур, с тобой нужно что-то делать.
  
  
  
  2 июля этого года. Нью-Йорк. Дэниел почувствовал жар послеполуденного солнца на полированной латуни вращающихся дверей, прежде чем оно обдало его, когда он ступил на стену влажного июльского Нью-Йорка возле Рокфеллер Плаза, 30. Воздух уже имел привкус ила, который прилипал к его коже, когда он вернулся домой в конце августа. Он посмотрел в обе стороны и выбрал маршрут для “круга”, окружности Рокфеллеровского центра. Это всегда поднимало настроение Дэниела, когда он был подавлен, заряжало его энергией, когда он уставал, и еще больше воодушевляло, когда он был счастлив. Это было для него напоминанием о том, что Нью-Йорк был центром власти, торговли, денег, искусства, центром всего, что до сих пор что-то значило для него.
  Вау. Он вздернул подбородок и снова зажег сигару, размышляя о последних получасе. Он почти уволился и отказался от переговоров о премировании с Дьедонне. Вместо этого все закончилось сделкой, которая могла принести ему больше бонусов в течение следующих нескольких лет, чем он заработал за всю свою карьеру. Дэниел начал с того, что вторгся в личное пространство Дьедонне, выудив из хьюмидора одну из своих хороших кубинских закусок — Кохибу Эсплендидо — чтобы присоединиться к Дьедонне и покурить, соблюдая обычай Ладуа Сейра игнорировать законы о запрете курения в Нью-Йорке. Дьедонне с улыбкой ублажил Даниэля, а затем подколол его, настаивая на том, что гонорар "Дорчестера" в размере 6,3 миллиона долларов будет доходом в следующем финансовом году, поскольку он закрылся через день после окончания финансового года "Ладуа" 30 июня. Он присудил Дэниелу премию в размере 650 тысяч долларов, основанную на его других 5 миллионах гонорарного дохода за финансовый год. Дэниел изо всех сил пытался взять себя в руки — он был зол на себя, а не на Дьедонне, за то, что не предвидел этого, — изобразил искреннее возмущение и парировал, сообщив Дьедонне, что гонорар уже выплачен банковским переводом, напомнив Дьедонне, что он был всей франшизой фирмы в сфере нефти и газа, а затем подколол его не очень завуалированной угрозой передать свой бизнес через улицу Ротшильдам, если Дьедонне не выплатит ему соответствующий бонус — 20% — от гонорара Dorchester. Дьедонне выпустил в него сигарный дым и предложил 1 миллион, когда тот подпишет контракт с саудовцами. Дэниел сказал себе, А, рычаги воздействия на переговоры, и сказал Дьедонне, что это чушь собачья. Он предлагал Дэниелу меньше того, что тот уже заслужил в "Дорчестере", за подписание контракта на новый бизнес, который принесет фирме сотни миллионов гонораров в течение следующих нескольких лет, исходя из масштабных целей саудовцев по приобретению. Дьедонне сказал, что хорошо, он также добавит 10% от всех саудовских гонораров, если Дэниел подпишет контракт с саудовцами хотя бы на два года и останется здесь, чтобы заключать сделки. Дэниел тогда искренне разозлился и сказал Дьедонне, что он чертовски хорошо знает, что 20% - это стандарт, и для достижения этого ему нужно 30%, поскольку жизнь слишком коротка, чтобы бороться с каждой сделкой, с каждым клиентом, каждый год. Дьедонне рассмеялся, выпустил еще больше дыма и сказал, что вряд ли сможет уложиться в 30%. Дэниел встал, чтобы уйти, свирепо посмотрел на Дьедонне и сказал: “Ты можешь делать все, что захочешь”, - и направился к двери, намереваясь продолжить путь, когда дойдет до нее.
  “Хорошо”, - сказал Дьедонне, когда Дэниел прошел половину комнаты. “Двадцать пять процентов. Миллион при подписании контракта, минимум на два года. Мы договорились?”
  “Если это будет в письменной форме”, - сказал Дэниел, поворачиваясь и глядя Дьедонне в глаза.
  Дэниел затянулся сигарой, повернулся и снова посмотрел на величественный семидесятиэтажный шедевр в стиле ар-деко 30 Rock. Миллион, когда я зарегистрирую Yassar, и кто знает, сколько? Двадцать пять процентов комиссионных от миллиардов сделок. Удивительные.
  И вот она снова появляется в тех отрывистых фотографических изображениях, которые нападают на него именно тогда, когда он чувствует, что находится в безопасности от них. Анджела Элизабет Теодор в роли двадцатичетырехлетней красавицы с длинной талией, ее волосы подняты наверх, как у императрицы, над белой-пребелой шеей, переходящей в плечи, нависающие над платьем, притворяющимся, что заслуживают того совершенства, которым оно обладает; Дэниел наклоняется к Чипу Барнаби, чтобы спросить, кто это потустороннее создание. Затем Буквальд “Тедди” Теодор, отец Энджи, быстро говорящий магнат фаст-фуда, сын сына настоящего нью-йоркского магната недвижимости, энергично пожимает Дэниелу руку, сияет при виде своего будущего зятя, приветствуя его в Большом столичном Теодорес (“он вице-президент Goldman Sachs, где должность вице-президента все еще действительно что-то значит”). Затем Энджи обхватила щеки Дэниела ладонями, ее карие глаза...
  “Прекрати”, - сказал Дэниел вслух. Азиатская девушка резко развернулась, оторвавшись от фотографии своего отца на фоне катка, в ее глазах был испуг. Дэниел почувствовал, что краснеет, и быстро отошел на несколько шагов.
  Он уставился на неподвижные американские флаги на фасаде "Сакс" на другой стороне Пятой авеню, на другом конце Рокфеллеровского центра, и смахнул капли пота с бровей. Год или два с этим парнем Яссаром, и я ухожу отсюда. Может быть, все-таки Конгресс. Или преподавать? Писать? Он прокручивал это в уме, перекатывая сигару между пальцами. Ответа не получил. Он вспомнил о сделке с Дорчестером. Черт. В этом-то и заключалась проблема - охота без острых ощущений погони.
  “С тебя хватит”, - вспомнились ему слова Майкла. “Почему бы тебе не отправиться на пляж?” Это было верно, ему не нужны были деньги, так почему же он все еще этим занимался?
  Он остановился перед топиарием у входа в сады Канала в центре Рокфеллеровского центра. Он оглянулся на Скалу 30, затем снова повернул в сторону Пятой авеню и Сакс. Он напомнил себе, что любит это место, и теперь пытался вернуть себе ощущение дома и равновесия, которое вызывали в его воображении элитные розничные магазины на Пятой авеню — Tiffany, Van Cleef and Arpels, Versace, Gucci, Bergdorf Goodman, протянувшиеся на четверть мили от самых эксклюзивных торговых площадей в мире. Он ощупью ощупал надежное присутствие сливок мирового делового сообщества, штаб-квартиры которых находились в двадцати минутах езды на такси в любом направлении — TimeWarner, Sony, Bank of America, American Express. Он вздохнул и медленно побрел в сторону Пятой авеню.
  Этот парень, Яссар. Он, конечно, снова пустит соки. Он мог бы даже помочь Дэниелу доказать свою точку зрения: на Уолл-стрит все еще можно честно зарабатывать деньги, никого не обманывая, и получать прибыль. Тогда он мог бы навсегда забыть о том, что имеет дело с такими подонками, как Дьедонне. И с такими парнями, как этот лживый ублюдок Коварик.
  Он почувствовал запах хот-догов в затхлом дуновении ветерка, затем запах духов двух женщин, стоявших перед ним. И вот она снова: Энджи в Перу, за руку заманивающая Дэниела в хижину шамана, на поиски которой у них ушло три дня пешего похода в горы; затем Энджи, приложившаяся губами к деревянной чаше с шаманским галлюциногенным зельем; затем Энджи на влажном земляном полу хижины после тридцати шести часов путешествия, из которого Дэниел вернулся, но она так и не вернулась, сипящая от спинального менингита.
  Он отогнал этот образ, тяжело выдохнул. Он поднес сигару ко рту, понял, что она погасла. Он выбросил ее в мусорную корзину. Так что же мне со всем этим делать? Он позволил вопросу осмыслиться, и ответ пришел сам: “Кто-нибудь”. С кем-нибудь, с кем можно всем этим поделиться.
  Еще один снимок Энджи, озорно улыбающейся, а затем бегущей в его шкаф и сминающей ряды свеженакрахмаленных рубашек, когда он особенно разозлил ее. Ее улыбка смягчается. Теперь он видит ее без всякого выражения на больничной койке, с темными кругами под закрытыми глазами, с лицом, покрытым бисеринками пота из-за лихорадки, которая то нарастает, то утихает, то поглощает ее. Затем еще один, лица доктора Арбаутнота и его ординатора по инфекционным заболеваниям в больнице Нью-Йоркского университета, качающих головами после того, как Дэниел рассказывает им о шаманском зелье. Эти образы вытесняют мысль о том, что кто-то другой займет место Энджи в его жизни. Но это действительно то, что мне нужно. Он останавливается, ожидая нового нападения. Затем, как и ожидалось, накатывает жгучая волна вины.
  Дэниел повернулся лицом к статуе Прометея, держащего пламя над катком, и несколько минут стоял молча. Искра огня? Да, может быть, это то, что мне нужно.
  “ Мне нужно нечто большее, - сказал он вслух. Мне нужен принц Яссар. И год или два, чтобы заключить для него сделки на несколько сотен миллиардов. И двадцать пять процентов гонораров в качестве моей доли, может быть, от двадцати до тридцати миллионов для себя. Мгновение он наслаждался этим, осознав, что это еще не все. Это и хорошая женщина. Кто-то, кто сделает это стоящим.
  Его желудок был спокоен.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 3
  
  
  
  2 июля этого года. Эр-Рияд, Саудовская Аравия. Шейх бен Абдур понимал, что человек, привыкший к американским стандартам, счел бы шампуни, лосьоны для рук и миниатюрное мыло, найденные в корзинках в ванных комнатах, обычными удовольствиями; и все же отель "Рияд Хилтон" казался ему роскошным. Его помощники арендовали пентхаус как для того, чтобы ему было комфортно, так и для обеспечения круглосуточной охраны, которую они считали необходимой. Отношения с Саудовской тайной полицией становились все более напряженными.
  Он все еще приходил в себя после поспешного перелета из Бурайды. После молитвы шейх бен Абдур вошел в гостиную, с неодобрением отметив, что Анри Ледус, этот отвратительный маленький человечек, уже прибыл вместе с Хабибом. Ледус был пузатым, вечно потным мужчиной, который нервно оглядывал любую комнату. Его волосы были сальными, и он всегда носил растрепанный костюм, который, казалось, достался ему по наследству от старшего брата. От него пахло вином. Хуже того, из его пор исходил запах свинины. Но Ледус разбиралась в компьютерах, и поэтому ее приходилось терпеть. Пока.
  “Привет, Анри, рад тебя видеть”, - сказал шейх ибн Абдур, не протягивая руки.
  “ Ваше превосходительство. Ледус встала и поклонилась. - Рада снова быть вам полезной.
  Шейху ибн Абдуру нужен был кто-то с опытом Ледус, кто помог бы ему в предстоящей встрече с молодым человеком, известным ему только как Али. Помощники шейха заранее подготовили Ледуша, настояв, чтобы он допросил молодого человека таким образом, чтобы раскрыть опыт Али или разоблачить его как мошенника. Считалось, что он взломал все крупные компьютерные сети в США, России и Китае, даже взломал один из мейнфреймов ЦРУ в его штаб-квартире в Лэнгли, штат Вирджиния. Он был самым умным, быстрым и незаметным компьютерным хакером, которого смогла найти организация шейха бен Абдура.
  Шейх и Хабиб обменялись кивками. Хабиб оценил характер молодого человека.
  Шейх ибн Абдур сел, уставившись на дверь, через которую, как он знал, должен был войти Али. Он был не в состоянии вести светскую беседу с таким куском гниющей плоти, как Анри Ледус.
  Было 16:28 вечера, к счастью, Али прибыл на две минуты раньше, его впустил один из помощников шейха.
  “ Я Али. ” Он поклонился. “ Рад познакомиться с вами. Я надеюсь, вы шейх Мохаммед Муктада бен Абдур.
  Тяжесть, которую шейх ощущал в своей груди, ослабла. На Али была повседневная западная одежда: рубашка поло, брюки цвета хаки и те странные американские кроссовки, но он был свежевымытым и красивым на вид. И, судя по его поведению, он с уважением относился к положению шейха и исламским обычаям.
  “ Подойдите поближе и сядьте, пожалуйста. Шейх бин Абдур указал на стул слева от себя. Анри Ледуш беспокойно заерзал. Шейх смерил его взглядом. Али сел на предложенное ему место. “ Я так понимаю, вы саудовец. И шиит?
  - Да, шейх ибн Абдур.
  “ Это хорошо. Пойдем, разделим с тобой трапезу. Двое помощников шейха передвинули столик для обслуживания номеров между двумя мужчинами и поставили перед ними тарелки с различными фруктами, хлебом, сладкими пирожными и зерновыми специями. Шейх ибн Абдур раскрыл ладони и предложил блюдо Али, проникнувшись духом подлинного братства мусульман. Али поклонился и с жадностью принялся за еду. Наконец шейх бен Абдур сказал: “Я заинтересован в привлечении ваших услуг для выполнения деликатного проекта”.
  “ Да, шейх ибн Абдур. По-прежнему почтительный молодой мусульманин.
  - Я хотел бы кое-что понять о ваших возможностях, помимо того, что мы уже смогли выяснить самостоятельно, и выяснить, соответствуют ли эти возможности нашим потребностям.
  - Ты можешь спрашивать все, что пожелаешь.
  “ Очень хорошо. Буду откровенен. Нас интересует ваша способность проникать в компьютерные сети различных промышленных объектов.
  “ Я готов описать свои навыки в этом отношении, шейх ибн Абдур. Али нетерпеливо подался вперед. “Я к вашим услугам”.
  Шейх повернулся к Ледус. Если бы однажды ему не понадобились услуги такого неверного, который ест свинину, как он. Он съежился и кивнул Ледус, чтобы она начинала задавать вопросы.
  “Пожалуйста, приведите нам несколько примеров вашего опыта компьютерного проникновения за предыдущие несколько лет”, - попросила Ледус. - Ваш “взлом”, как мы, профессионалы, это называем, - он бросил смешливый взгляд на шейха.
  “Как мы, профессионалы, это называем", на самом деле. Ледуш, ты считаешь меня невежественным дураком? Продолжай.
  Ледус повернулся на стуле, заметив угрожающий взгляд шейха.
  Али ответил с энтузиазмом. “Абсолютно. Я один из немногих, кто проник в сеть Telstat армии США. Теперь я ”владею" тремя именами учетных записей и паролями на самых засекреченных компьютерах в сети и десятком других в различных других, менее важных системах ".
  Это было то, что он хотел услышать. Теперь, если бы Ледус могла оценить уровень искушенности молодого человека. Он отвел взгляд, боясь, что его взгляд парализует этого жирного идиота.
  “ Как вы скрываете свою деятельность? - Спросила Ледус.
  “У меня налажена телефонная связь с помощью Computel, американского онлайн-сервиса, обеспечивающего доступ к компьютерным сетям по всему миру. Я получаю доступ ко всем ним по модему с коммутируемым доступом через различные компьютеры либо на Саудовском полуострове, либо в Европе, в основном в университетах, которые редко контролируют свои учетные записи. Они работают значительно медленнее, чем линии T-1 через Интернет, но ни одна из моих ссылок пока не была обнаружена ”.
  “Это стационарные сети или спутниковые?” Спросила Ледус.
  “Computel использует либо спутники, либо подводную волоконную оптику. Они соединяются с телефонными линиями США, Европы и Азии, через которые я взламываю различные компьютерные системы ”.
  - А как насчет Интернета? - спросила Ледус.
  Али улыбнулся. “Этот доступ доступен даже менее искушенным хакерам. Таким образом я могу взломать тысячи промышленных компьютерных сетей. Многие транснациональные корпорации имеют брандмауэры компьютерной безопасности только третьего или четвертого поколения. Большинство из них неадекватны перед лицом человека с уровнем сложности проектировщика аппаратной архитектуры и разработчика программного обеспечения, такого как я ”. Он позволил себе выглядеть менее скромным. “И даже корпорации, которые разбираются в безопасности, еще не осознали способность хакеров вторгаться в их системы с помощью таких простых средств, как электронная почта, автоматическая передача данных и запрограммированные точки доступа для накопления входных данных”.
  Шейх посмотрел на Ледус, ожидая объяснения последних слов Али, но увидел отсутствующее выражение на лице Ледус и снова повернулся к молодому человеку. Он кивнул Али, чтобы тот продолжал.
  “Я даже сохранил копии на жестком диске всех моих сеансов онлайн-взлома и могу привести примеры любого из взломов конкретных сетей, которые я только что привел. Я также могу предоставить вам рекомендации довольных клиентов, начиная от корпоративных заказчиков и заканчивая иностранными правительствами, по крайней мере, в той степени, в какой я могу их раскрыть. - Молодой человек сделал паузу, по-видимому, закончив на данный момент.
  “А теперь, - спросила Ледус, “ переходя к сути вопроса, как насчет саботажа? Каков ваш опыт?” Шейху показалось, что Ледуш выглядел так, словно надеялся, что Али съежится и убежит из комнаты. Он улыбнулся. Из своих расследований он знал, что молодой человек опытен. Не какой-нибудь подмастерье вроде Ледуш. Ледус продолжила: “Какой бы вы предпочли подход к выполнению диверсионного задания? Будьте конкретны и помните, что мы хотели бы остаться незамеченными. По крайней мере, - и Ледус посмотрела на шейха с мелодраматическим наигранным видом, - в краткосрочной перспективе.
  Невыносимый, напыщенный дурак!
  Али выпрямился в своем кресле. “Логические бомбы — компьютерные программы, которые саботируют другие компьютерные системы в заранее определенное время, — заложенные в программах ”троянских коней", которые проникают в главный компьютер, остаются незамеченными, а затем разгружают свой груз".
  “Это самое впечатляющее зачитывание верительных грамот”, - сказал шейх, бросив в ответ свирепый взгляд на Ледуша, уставшего от своей сценической игры. “Есть ли что-нибудь еще, что вы хотели бы добавить?”
  - Нет, шейх ибн Абдур.
  Заговорил шейх. “Али, мы впечатлены. Я впечатлен”. Али поклонился. “Мы заинтересованы в том, чтобы нанять тебя. В качестве формального подтверждения мистер Анри Ледус оценит репрезентативную выборку ваших предыдущих сессий, после чего мы обсудим условия и конкретные цели вашего участия. Присутствующий здесь мистер Хабиб будет выступать в качестве нашего советника на этих переговорах. Шейх сделал паузу, словно желая получить благодарность Али за свой великодушный жест. Али ответил взмахом руки, польстившим шейху своей покорностью. “Сейчас мы хотели бы обсудить с вами ваше первое задание. Знакомы ли вы со средствами доступа к какой-либо компьютерной сети, связанной с нефтяной компанией Saudi Aramco?”
  - Я такой и есть.
  “ Очень хорошо. Мы особенно заинтересованы в вашей способности добиться успеха там, где мы ранее потерпели неудачу, — он критически посмотрел на Ледуш, - на главном нефтеперерабатывающем предприятии в Дахране. Это будет пробный запуск, перед началом нашего реального бизнеса. Мы хотим реализовать определенные меры, которые, скажем так, замедлили бы переработку нефти компанией в различные побочные продукты. Это было бы сделано не для того, чтобы нанести вред саудовскому народу, а для того, чтобы послужить предупреждением об уязвимости Саудовской Аравии перед внешними силами. Мы предпримем другие шаги, чтобы представить этот акт как дело рук западных неверных, в частности американцев. Поэтому мы хотим, чтобы вы были умны, и мы хотим, чтобы вы не оставляли очевидных следов, которые указывали бы в каком-либо направлении. Мы позаботимся об остальном. Вы понимаете?”
  “ Конечно. Как один из верующих, я все прекрасно понимаю.
  - Хорошо, мистер Ледус даст вам конкретные инструкции.
  
  
  
  Господи Иисусе, подумал Хабиб, наблюдая за этими двумя. Как две капли воды похожи в сумасшедшем доме.
  Хабиб увидел, что шейх посмотрел на него так, словно спрашивал: “Ну, и что ты об этом думаешь?”
  Я думаю, вы, люди, пугающие. Вы, ваш маленький уродец, достигший половой зрелости, ваши религиозные фанатики, все вы. Страшнее, чем я в свой худший день.
  
  
  
  2 июля этого года. Milford, Pennsylvania. Дэниел остановился на светофоре — единственном светофоре — в Милфорде и почувствовал, как боль снова подкрадывается к горлу. Было легче избежать этого, когда рядом с ним был кто-то на пассажирском сиденье, с кем можно было поговорить, повеселиться, поспорить, заняться любовью. За время, прошедшее после смерти Анджелы, на этом сиденье побывало пять теплых тел.
  Он припарковался перед своим домом. Теперь, когда Анджела умерла, он казался огромным — дощатый дом греческого возрождения площадью пять тысяч квадратных футов на окраине города. Пустой. На крыльце он услышал, как зазвонил его телефон, нащупал ключ, затем, догадавшись, кто звонит, посмотрел через улицу и помахал рукой. Сэмми открыл кухонное окно и помахал в ответ.
  “ Посуду моет последний трезвый, ” крикнул Сэмми, жестом приглашая Дэниела подойти. Дэниел кивнул и ушел в свой дом.
  Сэмми и Микки были такими же жителями Нью-Йорка, которые купили беспорядочный викторианский особняк через дорогу через год после того, как Дэниел и Анджела переехали сюда. Микки всю неделю работал по 18 часов в день в своем собственном компьютерном консалтинговом бизнесе, поэтому они могли позволить Микки работать по 18 часов в день все выходные, восстанавливая дом Милфордов, потому что, как сказал Сэмми, он не мог присесть больше чем на пять минут. Сэмми управлял бутиком одежды в Гринвич-Виллидж и, по словам Микки, отвечал за грипинг по выходным.
  На закате дня Сэмми, Микки и Дэниел выпили: Дэниел - красного вина, Сэмми и Микки - мартини с водкой. Периодически Микки исчезал, занятый какой-нибудь странностью в саду, оставляя Сэмми ругать Дэниела с присущей ему дерзостью.
  “...уж не думаешь ли ты об этой шлюхе, Ребекке?” Глаза Сэмми блеснули из-под кустистых каштановых бровей. У него было больше волос, чем Дэниел мог себе представить на трех людях.
  -Что? -спросиля
  - Я сказал, ты же не думаешь об этой шлюхе, Ребекке, правда?
  - Конечно, нет, что заставляет тебя так говорить?
  “ Потому что теперь у тебя такой же косой взгляд, как и в тот день, когда ты встретил ее. После того, как ты решил, что влюблен в нее — мы с Микки решили, что ты испытываешь к ней вожделение, — пока ты не расстался с ней шесть месяцев спустя.
  Дэниел нахмурился. “Хотел бы я, чтобы это длилось шесть месяцев. Это включалось и выключалось полтора года. Между ними были Сандра и Кимберли — во второй раз для Кимберли — ”.
  “ Ах, да, Кимберли. Милая леди. Жаль, что она была такой скучной.
  Дэниел рассмеялся. Он не знал, что бы он делал без Сэмми и Микки. В течение нескольких недель после того, как он вернулся из Перу с Анджелой, они сидели рядом с ним во время его бдения, наблюдая, как она попеременно сгорала, набиралась сил, ускользала и, наконец, умирала от лихорадки, которая не ослабевала. После ее смерти они ходили за покупками для него, сидели с ним и, при необходимости, следили за тем, чтобы он ел в течение тех недель, когда был недееспособен от горя.
  Прошло не меньше месяца, прежде чем Дэниел смог заговорить о своей вине. Да, он сказал им, что это была идея Энджи совершить поход в горы Перу. Но это была идея Дэниела встретиться с шаманом, чтобы исследовать мистическую Другую сторону третьего мира. Позже Дэниел часами сидел у них дома, болтая без умолку после того, как всю неделю устраивал хорошее шоу на работе. И Сэмми с Микки обнимали его за плечи, когда Дэниел без предупреждения разражался рыданиями.
  Итак, Дэниел был связан с Микки и Сэмми не только дружбой, но теперь и тем, что они прекрасно понимали его боль и его вину. Они обожали Энджи, так же, как все обожали Энджи, и Дэниелу не потребовалось много времени, чтобы понять, что ему было бы легче, если бы они ругали его за небрежность, из-за которой он забрал ее у них, у всех.
  Сэмми сказал Дэниелу: “Ты заблудился. Ты больше ни во что не веришь. Это дерьмо о том, что ты не стал партнером в Goldman, просто сделало тебя озлобленным и холодным ”.
  Дэниел посмотрел на стакан Сэмми. Тот был полон, но он не мог вспомнить, сколько выпил перед этим. Он мог быть достаточно раздражающим, когда был трезв. Но дайте ему немного мартини… “Я вернулся после этого”, - сказал Дэниел. Он поерзал на стуле и вздернул подбородок, как обвиняемый, доказывающий свою невиновность на перекрестном допросе.
  “Да, может быть, но держу пари, это не сделало тебя лучшим инвестиционным банкиром. Просто сделало тебя более решительным. И твердым”.
  “ Может быть. Но моя карьера вернулась в прежнее русло. И у меня есть по крайней мере одно потенциальное задание для правительства Саудовской Аравии, которое могло бы заставить меня каждое утро вставать с постели ”.
  “Ну, может быть, ты и смирился с историей с Голдманом, но ты не смирился с Энджи. Твоя личная жизнь по-прежнему в беспорядке”.
  “У меня все кончено с Энджи”.
  “Чушьсобачья”.
  Никто больше не разговаривает со мной в таком тоне. Где бы я был без Сэмми?
  “После смерти Энджи ты свернулась калачиком и натянула одеяло на голову. Ты больше не рискуешь”.
  “Откуда это исходит?”
  “Посмотри на себя. Раньше ты гонял на Aston Martins с этим мудаком Ковариком на той дурацкой летней трассе, которую придумали богатые парни. Раньше занимался такой сумасшедшей ерундой, как прыжки с тарзанки”.
  - Я перестал нести подобную чушь после того, как встретил Энджи.
  “ Чушь собачья. Поездка в Перу с Энджи? Вы вдвоем взобрались на двухсотфутовую отвесную стену за два дня до того, как отправились к шаману. Ты больше не занимаешься подобными вещами”.
  Через мгновение Дэниел спросил: “К чему это ведет?”
  - Куда ты направляешься? Раньше ты был любителем риска, крутым инвестиционным банкиром, жившим на грани, но с тех пор, как умерла Энджи, ты ни разу по-настоящему не рисковал ”.
  “Сэмми...”
  “ Не называй меня "Сэмми". У тебя было полдюжины подружек...
  -Пять.
  — Ладно, пять — и никогда никого не подпускай к себе после Энджи. Ты боишься, что тебе снова причинят боль. Пора, ” сказал Сэмми. “Пора тебе снова рискнуть. Доверься кому-нибудь. Заведи отношения. Верни свою жизнь в прежнее русло”.
  
  
  
  3 июля этого года. Нью-Йорк. Хабиб терпеть не мог носить костюм и галстук, но если такова была цена за то, чтобы не изнывать от жары в проклятой саудовской пустыне, то это была хорошая сделка. Несмотря на 96 градусов и 84% влажности, Нью-Йорк сам по себе был враждебной средой, особенно после его ночного перелета.
  Он вошел во вращающиеся двери дома 299 по Парк-авеню и почувствовал успокаивающее дуновение кондиционера. Хабиб положил на стол охраны нью-йоркские водительские права на чужую фамилию. “Я еду в ”Коварик и Ко"", - сказал Хабиб.
  Наверху, в офисах Kovarik & Co., все было обставлено так, словно они работали дольше Ротшильдов. В вестибюле пахло старой кожей. Хабиб прошел по персидскому ковру — тебризскому, которому должно было быть не менее 300 лет, — мимо кожаных клубных кресел и английских деревянных кресел 19 века к 20-летней секретарше. Она представилась Трейси из-под портрета чьего-то дедушки, написанного маслом, затем проводила мистера Карима Капура в конференц-зал, где он должен был ожидать основателя Kovarik & Co.
  В течение 15 минут, пока Коварик заставлял его ждать, Хабиб перебирал в уме, почему Коварик был бы идеальным кандидатом: человек оставляет свою работу ведущего партнера Goldman Sachs в нефтегазовой отрасли и открывает собственный инвестиционный банк; он оставляет, скажем, 80% своих клиентов, потому что они на самом деле клиенты Goldman; новые офисы, которые он содержал в течение шести месяцев во время ремонта, вероятно, обходятся ему в 120 долларов за квадратный фут, скажем, 100 000 долларов в месяц в дополнение к примерно 3 миллионам долларов, которые он, должно быть, потратил на ремонт; и только открывая свою новую фирму, он понимает, что, если только он не полный идиот, он проиграет, представляя Ясара и ОПЕК в их глобальной программе поглощений, потому что Ясар никогда не наймет какую-то безымянную начинающую фирму.
  Хабиб почувствовал трепет предвкушения.
  Прибыл Коварик, щеголь в шелковом нагрудном платке и галстуке в тон, с накрахмаленным воротничком рубашки и расстегнутой пуговицей на рукаве пиджака, так что вы знали, что это костюм на заказ. Он прихрамывал, как будто из-за какой-то старой травмы, и от него сильно пахло одеколоном. “Боб Коварик. Извините, что заставил вас ждать”, - сказал он, не выглядя ни в малейшей степени сожалеющим. Затем он продолжил о том, что он выпускник Гарварда, сотрудник Goldman и крупный специалист по нефти и газу. Через 10 минут Хабиб решил, что это сложнее, чем слушать шейха, поэтому он долго смотрел на часы, затем положил руки на край стола, чтобы отодвинуть свой стул, как будто был готов встать и уйти.
  “Позвольте мне рассказать вам, почему я здесь, за несколько минут до того, как мне придется уйти”, - сказал Хабиб.
  Коварик выглядел пораженным, затем покровительственно улыбнулся Хабибу и положил сцепленные руки на стол. “Ладно, стреляй”.
  - По телефону я сказал вам, что являюсь независимым подрядчиком для клиента, который хочет сохранить анонимность.
  Коварик кивнул.
  “Мне нужно нанять кого-нибудь с вашим опытом для конфиденциального проекта. В свою очередь, вы были бы независимым подрядчиком моего клиента, личность которого вам была бы неизвестна”.
  “Какова природа бизнеса вашего клиента?”
  - Этого тебе тоже знать не обязательно, только то, что ему нужен твой опыт в нефтегазовом бизнесе.
  Коварик снова кивнул. — Могу я спросить о характере вашего бизнеса - что вы за независимый подрядчик?
  “Я делаю все, что требуется от меня моим клиентам, включая работу, подобную этой. Часто она связана с проблемами безопасности”.
  Он увидел, как Коварик посмотрел на руки Хабиба: правая была в шрамах от ножевых ранений, кончик мизинца оторван; плоть на тыльной стороне левой кисти бугристая и безволосая от ожогов напалмом, доходивших до плеча. Коварик улыбнулся и спросил: “Можно ли с уверенностью сказать, что ты наемник?”
  - Если бы я сказал “да”, вы бы отказались от этого задания?
  - Зависит от того, сколько за это заплатят.
  - И о чем вас просит мой клиент?
  “В определенных границах”.
  Когда Хабиб ответил не сразу, Коварик откинулся на спинку стула и улыбнулся шире, затем понизил голос до заговорщического тона. “Инвестиционных банкиров иногда называют наемниками. Мы продаем наши услуги за определенную плату, как наемные убийцы для достижения конкретных целей клиента, сохраняя при этом полную конфиденциальность. Мы не малодушны.
  Хабиб посмотрел в глаза Коварику, оценивая мужчину, по-прежнему не отвечая. Коварик спокойно посмотрел в ответ, не уклоняясь от пристального взгляда Хабиба. Он подойдет.
  - Хорошо, - сказал Хабиб. Тогда вот что мы планируем сделать...
  - Ты уверен, что хочешь мне это сказать?
  - Вы не сможете предоставить нам необходимую информацию, если не будете знать, что мы собираемся делать.
  Коварик кивнул. Теперь Хабиб подумал, что Коварик, возможно, теряет самообладание; он увидел, как тот заерзал на стуле и сжал челюсти.
  Ну, вот и все. “Наш клиент хочет замедлить поток нефти по всему миру для достижения своих политических целей. Его тактика будет заключаться в запуске определенных событий в компьютерном программном обеспечении, которое управляет операционными системами на всех уровнях отрасли — бурении, переработке, трубопроводах и всех других аспектах производства и дистрибуции ”.
  - Как он это сделает? - спросил я.
  “ Компьютерный ремонт. Для этого мы привлекли экспертов.
  - Так при чем здесь я?
  “Нам нужна информация, которой вы располагаете, и доступ к людям, которых вы знаете”.
  “Хорошо”. Коварик, казалось, прокручивал это в уме. “Что конкретно тебе нужно?”
  “Нам нужно, чтобы вы выявили и предоставили нам доступ к поставщикам программного обеспечения, которые поставляют "мозги" для компьютерных операционных систем нефтегазовой отрасли. Нам нужна информация, организованная по трем уровням: во-первых, инвестиционные банкиры, которые консультируют поставщиков программного обеспечения; во-вторых, сами поставщики программного обеспечения, организованные по типу операционных систем, на которых работает их программное обеспечение; и в-третьих, компании нефтегазовой отрасли, которые являются клиентами каждого поставщика программного обеспечения. Ты понимаешь?
  - Да, это предельно ясно.
  Хабиб сделал паузу, снова ожидая реакции Коварика.
  Наконец Коварик сказал: “Нам нужно решить вопрос о моей компенсации”.
  Хабиб подавил улыбку. - Полагаю, гонорар, который мы обсуждали по телефону, приемлем?
  “ Отправная точка. Поскольку у вас мало времени, я перейду к делу. Мне понадобится аванс в размере ста тысяч долларов в месяц. Я зачту сумму авансового платежа в счет комиссии за транзакцию — мы называем это комиссией за "успех", — которая выплачивается при успешном завершении проекта. Комиссия за транзакцию в размере двух миллионов, которую вы предложили, невелика, учитывая сложность и критичность того, что вы хотите, чтобы я сделал. Я бы согласился на четыре миллиона долларов ”.
  Хабибу не хотелось возиться с этим человеком весь день. Кроме того, это были не его деньги. Он кивнул.
  “Есть только еще одна проблема”, - сказал Коварик.
  - Что это? - спросил я.
  “Как мы определяем ”успех"?"
  - О, по этому поводу не будет никаких вопросов.
  
  
  
  “Что ж, это точно попало мне в руки”, - сказал Коварик вслух после ухода Хабиба. Добавьте этот аванс к трем уже подписанным клиентам, и он покроет расходы Kovarik & Co. за первый год. Любые другие гонорары, включая 4 миллиона от их общего клиента, кем бы, черт возьми, он ни был, были бы прибылью.
  Но то, что замышляли эти ребята, было пугающим. В середине дискуссии с этим парнем, Капуром, или как там его настоящее имя, у него был момент, когда он начал задаваться вопросом, был ли он арабом, афганцем, пакистанцем? Мог ли его клиент быть каким-нибудь чокнутым фундаменталистом или террористом? Он ни за что не пошел бы туда. Он позаботился бы о том, чтобы все будущие встречи с Капуром были личными, только печатные копии документов, без электронного документооборота. Он настаивал, чтобы организация, которую он укажет в письме о помолвке, была чистой. И никаких банковских переводов; только чеки из банков США. Он не хотел, чтобы к нему прилипло какое-нибудь дерьмо из всего этого.
  И то, как парень заверил его, что определение успеха не было проблемой, что ж, ему не нужно было быть специалистом по ракетостроению, чтобы сложить два и два. Как только его новый клиент сотворит свое волшебство, дела в нефтегазовом бизнесе либо замедлятся, либо перестанут работать, либо, что более вероятно, просто взорвутся. Это напомнило Коварику о той буровой установке, которая взорвалась и затонула в Персидском заливе много лет назад. Скважина месяцами извергала нефть, испортив рыбную ловлю, пляжи, болота. Какой грандиозный счет за очистку, какое состояние заработали на этом некоторые из его клиентов. И Коварик тоже получил большой бизнес, финансируя этих клиентов, объединив пару из них. Представьте это в масштабе в 50, может быть, в 100 раз большем. Финансирование нового оборудования и установок: буровых установок, нефтеперерабатывающих заводов, морских платформ, трубопроводов. Банкротства, перестройки, слияния. Каждый банкир в нефтегазовом бизнесе вымогал бы у него комиссионные в течение десятилетия.
  Да, это точно попало мне в руки. И знал Капур об этом или нет, он просил всего пару недель работы; собрать воедино исчерпывающий обзор всех банкиров нефтегазовой отрасли, всех их заказчиков программных систем и всех их клиентов. Треть из них он мог проделать сам, остальное - с помощью своих Аналитиков, отрабатывающих полночные часы.
  Он начал обдумывать это. Дэниел Янгблад, конечно, возглавлял список с наибольшим количеством клиентов. От одной мысли о нем пульс Коварика участился, челюсть напряглась. Боже, как же он ненавидел этого парня. И как сильно он наслаждался началом лета, ломая Дэниелу яйца из-за сделки с "Дорчестером". Он довел своего клиента до исступления: да, нет, может быть; да, нет, может быть. Взад и вперед, затягивая сделку на недели только для того, чтобы измотать Дэниела, свести его с ума. Ему даже удалось растянуть закрытие до конца финансового года фирмы Дэниела. Он держал пари, что это дало этому сукину сыну забавные переговоры о премиях в конце года со своим генеральным директором.
  Он не заключал сделок напротив Дэниела уже 18 месяцев, так что это было особенно весело. Не так весело, как саботировать выбор Дэниела партнером в Goldman — у глупого, святоши, вкрадчивого мистера Славного парня, игрока команды, было слишком большое эго, чтобы даже подумать, что Коварик может трахаться с ним за кулисами. Черт возьми, они были приятелями, верно? Приятели, вернувшиеся в среднюю школу, приятели, вместе начинавшие в Goldman. Да, приятелям нравится, когда Дэниел украл у него Энджи.
  Энджи, его девушка, лучшая любовница, которая у него когда-либо была, и ее отец богат как Крез; черт, он был бы великолепен. Встречался с ней за год до бизнес-школы, потом два года работал в Гарварде над отношениями на расстоянии, а потом она исчезла на Западном побережье. К тому времени, как она возвращается, и он, и Дэниел уже вице-президенты Goldman, ей достаточно одного взгляда на него, и все. Дэниел переворачивает ее сознание; она вся его.
  До этого момента Энджи знала только, что Коварик жил в Бикон-Хилл до того, как переехал в Нью-Йорк. Никогда не знала, что он вырос в Южном Бостоне, избавился от своего низкопробного акцента южанина, пока не встретила Дэниела. Должно быть, это он сказал ей. Ну, теперь неважно. Дэниел уехал и позволил ей заболеть и умереть в той безумной поездке в Перу; теперь он все равно никогда не вернет ее обратно.
  Господи, как же он ненавидел этого сукина сына. И, может быть, теперь, когда имя Дэниела стоит во главе списка, он расскажет этим психам, кто знал? Возможно, дерьмо, которое Коварик не хотел, чтобы прилипло к нему, прилипнет и к Дэниелу. Возможно, если он сможет все сделать правильно.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 4
  
  
  
  ДжейУЛЫ 4, ТЕМУВУХО. М.ИЛФОРД, Пенсильвания. Дом Гэри и Джонатана, место проведения вечеринки Четвертого июля, находился на перешейке Соукилл-Крик, не более чем в миле от дома Дэниела на выходные, но, казалось, находился в другом созвездии.
  “ Привет, моряк, ” сказал Сэмми, когда Дэниел вошел. Темой того года были Гилберт и Салливан. Наряд Сэмми провозглашал его командующим военно-морским флотом королевы: оборки на рубашке, бархатный камзол, украшенный медными пуговицами, шляпа с пером. “ Без костюма, да? Он хмуро посмотрел на Дэниела.
  - Ты полируешь ручки большой передней двери или отпугиваешь пассажиров?
  “ Ты веселый. Бар на другой стороне главной палубы, я сытный. Сэмми вышел поприветствовать кого-то еще.
  Дэниел не был готов к этому зрелищу. Большая часть толпы — по меньшей мере 150 человек в возрасте от 20 до 60 лет — была облачена в полные регалии Гилберта и Салливана, колышущиеся и полные жизни в главном зале с двадцатифутовым потолком. Из стереосистемы доносились песни с HMS Pinafore. Группа в углу исполняла припев с "Микадо", в комплекте с блинным макияжем, подведенными карандашом бровями и нанесенными по трафарету рубиновыми губами. Он не мог различить, какие из них были женщинами, одетыми как мужчины, а какие мужчинами, одетыми как женщины. Слева от него другой адмирал беседовал со стройной темноволосой женщиной в штатском, то ли новичком на ежегодной вечеринке, то ли бездельником вроде Дэниела.
  Вся левая стена была занята столами, ломящимися от еды. Дэниел прошел мимо них к бару, неся две бутылки респектабельного бургундского. В баре он передал бокал с вином обслуживавшему его Пирату из Пензанса, одному из его хозяев.
  Джонатан откупорил одну, налил Дэниелу стакан и убрал бутылки под стойку. Дэниел снова отвернулся и уставился в пол.
  Его взгляд вернулся к девушкам Микадо, затем к женщине в штатском. На ней было ярко-красное шелковое платье и прямые волосы, черные как смоль. Она была невысокой, примерно пять футов четыре дюйма, и мощной. Не огнепроводной - мощной, больше похожей на танцовщицу, спортивной. На самом деле, она двигалась так, как двигаются танцовщицы, смесь утонченности и энергии. Даже просто встать, как она сделала сейчас, когда их взгляды встретились, резкое сочетание роскоши в покое с мускульным взрывом, словно в пируэте. Дэниел улыбнулся. Она улыбнулась в ответ. Ему было любопытно, кто она такая. Он выяснит это позже.
  Дэниел обошел дом. Не раз его взгляд останавливался на черноволосой женщине в красном шелковом платье. “Вы двое смотрели друг на друга весь вечер”, - сказал Сэмми Дэниелу, появляясь из ниоткуда. “Иди туда и поговори с ней”.
  Дэниел направился к бару за еще одним бокалом вина.
  Дошло до этого. Теперь мои друзья-геи рассказывают мне, как знакомиться с женщинами. Когда он остановился у бара, его взгляд снова упал на красное платье. Он присмотрелся к женщине повнимательнее. Она была миниатюрной, с полной, приподнятой грудью, не похожей ни на одну из тех, что он когда-либо видел на сцене Нью-Йорк Сити Балет. Она снова двигалась с той же томной грацией, за которой последовал еще один кошачий прилив энергии. Он услышал ее раскованный смех, тот самый, который его ухо улавливало не раз за вечер, доносившийся с другого конца комнаты. Она была очень стройной, очень спортивной, и от нее было очень трудно оторвать взгляд.
  Дэниел налил вина себе и бокал ей, решив воспользоваться этим, чтобы завязать разговор. Когда он поднял глаза, то увидел, что она стоит рядом с ним и ухмыляется.
  - Бокал хорошего бургундского я различаю за пятьдесят шагов, - сказала она, беря предложенный им бокал.
  Великолепная улыбка. Великолепные глаза. “Привет, я Дэниел Янгблад”.
  “ Лидия, ” сказала она. “ Лидия Фошер. Она пригубила вино. “ Мммм. Хорошо. Спасибо. ” Она говорила с ритмичным, певучим акцентом, который он не мог определить. Возможно, в этой мелодичной интонации чувствовался оттенок британского акцента. Ее слова были четкими и разборчивыми, как будто ее формально учили английскому.
  “Вы иностранка?” спросил он. “Европейка?”
  “Ишь ты”.
  Дэниел наклонился вперед. - О?
  “ Из Европы, Азии, со всех сторон. Я вырос в постоянном движении. Но в основном в Европе. Так что я европеец”.
  “ Понятно, ” выдавил он. Она рассмеялась. Ее черные волосы развевались, словно в насмешку, но черные глаза излучали тепло. Уверенный в себе. Она улыбнулась. В ее улыбке было что-то необычное, что привлекло его. Думаю, мне это понравится. “Так у тебя есть где-нибудь поблизости или ты просто в гостях?”
  “ В гостях. Я в стране всего на несколько недель.
  -Вотпуске?
  “ Нет. Работа. Я была здесь на съемках, а теперь проваляюсь несколько дней с девчонками Микадо вон там, - она кивнула головой. “Модели. Я модный фотограф”.
  “Ах”. Это объясняет его сдержанный характер.
  “ Я вижу, ты тоже без костюма, ” сказала она. - В гостях?
  “ Нет. Я живу на выходные в городе.
  - Вы из Нью-Йорка? - спросил я.
  - Как ты догадался? - спросил я.
  “ Профессиональный вид. И школа-интернат.
  - И то, и другое верно.
  “ А, ” сказала она, просияв, как будто узнала какой-то важный секрет. “Я вижу тебя с этими замшевыми заплатками на локтях твоего твидового пиджака, когда ты одна в своей берлоге”. Они стояли в стороне от толпы, и теперь Дэниел мог видеть ее ноги более отчетливо. Ноги танцовщицы. Они были стройными, длинными и мускулистыми. Их кожа была кремовой.
  Некоторое время они гуляли вместе, Дэниел представлял ее то тут, то там. Они вернулись к бару, и он налил им обоим еще по бокалу вина. Его мысли рассеялись, и он остановился, на мгновение забыв о вечеринке.
  - О, что все это значит? - спросил я.
  Он растерянно посмотрел на нее. - Простите?
  - Ты вдруг стал очень серьезным, как будто только что вспомнил, что оставил чайник на огне.
  - Нет, просто непереваренный кусок недели вторгся в мои выходные.
  - Пращи и стрелы?
  - Цитируешь Шекспира или рассказываешь о моем прошлом?
  “Лакомиться”.
  “В последнее время меня достаточно потчевали, большое вам спасибо. Ем это на обед всю неделю. Сегодня у меня выходной”.
  Она поджала губы. - Я закончу, - сказала она вполголоса.
  “Я кусаюсь, ты начинаешь первым”, - сказал Дэниел.
  Она сделала большой глоток вина и посмотрела на него так, словно пыталась решить, считает ли она эту игру хорошей идеей. “Прерогатива леди, ты первая”.
  Дэниел пожал плечами. “Давай посмотрим, отец - известный юрист. Прямолинейный. Воскресная школа. Звездный игрок Малой лиги с мечтами о величии бейсбола, разбитый введением кривого мяча в младших классах средней школы. Не смог попасть в него ”.
  - Это и есть трагическая часть?
  “В каждой жизни должно пролиться немного дождя”.
  “ Морось. Если это не станет еще интереснее, я вернусь к этим Адмиралам. Ее улыбка говорила об обратном.
  Чоут, Йельский университет, затем два года работал финансовым аналитиком в группе слияний и поглощений Goldman Sachs. Гарвардская школа бизнеса, затем вернулся в Goldman на десять лет в качестве типичного командного игрока в типично ориентированной на команду фирме с Уолл-стрит. Затем перешел в разряд партнеров ”.
  Она пристально смотрела ему в глаза, когда он произносил это, изучала его лицо. В ее глазах было обжигающее присутствие. Ему показалось, что она пытается прочитать его мысли — нет, это было не так - почувствовать его эмоции. Взгляд его смягчился, и он стал более доступным. Он был заинтригован и хотел, чтобы она это знала.
  Он повернулся к ней, как бы говоря: “Твой ход”.
  “Ладно. Осиротел, вообще не знал своих родителей. Воспитывалась больше гувернанткой, чем моим законным опекуном, Софи, которая усыновила меня, как мне кажется, не только ради забавы. Одна из этих парижских светских львиц, вы знаете. Она понимающе посмотрела на него, как будто он уже понял. “ Вращался в лучших кругах, но никогда по-настоящему не имел дома. Европа, в основном Франция. Париж. Прованс, маленькое местечко недалеко от Авиньона. Французская Ривьера. Несколько сезонов в Северной Италии. Восток. Софи была очень богата. Я думаю, что я был игрушкой, которую она всегда хотела, но которой у нее не было. Раньше таскал меня с собой на вечеринки.
  Дэниел кивнул. Возможно, это объясняет его акцент. Английский выучил на Континенте. И ее непринужденность; она была воспитана в уверенности, что может все, даже до того, как осознала, что красива. Возможно, она всегда была красивой. Осторожна. Это сводит их с ума.
  Он спросил: “Ты ходила в частную школу? Колледж?”
  “Наставники и многое другое в жизни застряло у меня в горле в слишком юном возрасте, чтобы переварить все это должным образом”.
  “Читать как ”мужчины"?"
  “ Много. Но не так, как ты думаешь. Выросла среди богатых прихлебателей. Старше, искушеннее. Она посмотрела на него опытным взглядом. “Я научилась заботиться о себе. Твоя очередь”, - сказала она.
  “Во второй раз перешел на должность партнера в Goldman через два года”.
  -Это жульничество.
  “Нет, это не праща, за которой следует стрела”.
  Она остановилась и уперла руку в бедро. “ Предположим, мы начнем все сначала. Меньше похоже на соревнование.
  “ Хорошо, ” сказал он. “ Начну первым. Я вырос в Аппер-Монклере. Это на севере Нью-Джерси. Это состояние...”
  “Я знаю”. Она закатила глаза. “Прямо отсюда, через океан Делавэр”. Она улыбнулась. “Разносчик газет? Собака? Братья и сестры?”
  - Да, да, два брата, и я самый старший.
  - Никогда бы не подумал.
  - Что ты хочешь этим сказать?
  “ Только то, глупый человек, что очевидно, что ты чей-то старший брат. Они пошли дальше. Дэниел попытался определить ее возраст. Сначала он подумал, что ей чуть за тридцать. Теперь он заметил в уголках ее глаз маленькие гусиные лапки. Мудрость. Ему понравилось, что она не нанесла на лицо ни тонального крема, ни косметики, чтобы скрыть их. Она начала говорить одним из своих текучих порывов, размахивая руками, чуть не расплескивая вино в порыве энтузиазма и изгибая свободную руку, чтобы подчеркнуть слова. “У меня есть места в Париже и Лондоне, поскольку большая часть моей работы находится в Европе. Хотя в последнее время я проводил гораздо больше съемок в Нью-Йорке и на Карибах, так что я тоже подумываю о том, чтобы снять квартиру в Нью-Йорке ”.
  Он подождал, скажет ли она что-нибудь о настоящем мужчине в своей жизни. Они дошли до входной двери и вышли. Воздух снаружи был влажным и на удивление прохладным. Пахло лесом. Судья в черной мантии и белом парике, моряк и несколько пиратов расположились в белых плетеных креслах на крыльце. Дэниел и Лидия спустились по ступенькам и пересекли подъездную дорожку, пока стрекот сверчков не стал громче голосов с крыльца. Он все еще ждал, не упомянет ли она какого-нибудь мужчину. Он подождал еще немного. Она остановилась, стояла молча, улыбаясь.
  “ Где ты здесь остановилась? - спросил он.
  “ Небольшой отель типа "постель и завтрак" за городом. Одна из девушек взяла напрокат машину. Боже, - она округлила свои большие черные глаза, - модели не умеют водить. Они возвращаются завтра. Я подумал, что мне стоит получше познакомиться с этим районом, особенно если я смогу снять квартиру в Нью-Йорке ”.
  Есть вакансия? - Возможно, я смогу тебе помочь.
  Они подошли к одному из входов в сады Джонатана. Когда они пересекли его, трава была прохладной и влажной. Он увидел лунный свет на коже ее плеч. Выглядит даже более кремово, чем ее ноги.
  Они сели рядом друг с другом на скамейку. “Я полагаю, в глубине души, рассматривая квартиру в Нью-Йорке, я пытаюсь хоть раз немного укорениться”, - сказала она, как будто обдумывала ход своих предыдущих мыслей. “Только оглядываясь назад, я понимаю, что в основном рос в условиях пустого существования”. Дэниел молчал. “Не пойми меня неправильно. Было потрясающе побывать в стольких местах, увидеть так много и вырасти среди действительно интересных людей. Художники, политики, настоящие члены королевской семьи. И иметь практически все, что я хотел — Софи была богатой, но некоторые из ее окружения были сверхбогатыми. Но годы спустя я узнал, что другие росли в тепле и близости, которые я хотел бы иметь. Это были вещи, которые мне потребовалось много времени, чтобы понять, что они возможны ”. Она посмотрела на него в ожидании ответа из-под своих волос, затем откинула их в сторону томным взмахом головы, чтобы видеть его глаза. “Понимаешь, что я имею в виду?”
  “ Я вырос не таким. Звучит одиноко.
  “ Нет. Бездушный. Но сейчас это не имеет значения. Она выпрямилась. “Но после этого вы могли бы подумать, что я выбрала профессию с чуть большей эмоциональностью или глубиной. Мода не переполнена глубиной; иногда я чувствую себя тем, кем, по-моему, являюсь. Чей-то нанятый инструмент на день”.
  “ Расскажи мне об этом. Вот что я чувствую в последнее время. То, где я сейчас работаю, - это царство независимых подрядчиков, которые едят то, что убивают. Да, я понимаю, что ты имеешь в виду. Когда это уже неинтересно, тебе действительно нужно серьезно подумать о том, чтобы уйти ”.
  - Ты меня удивляешь.
  “ О? Почему?
  - Я не ожидал, что ты окажешься такой.
  -Какие,например?
  Она помолчала. “ Открытая. Теплая.
  - А каким ты ожидал меня увидеть? - спросил я.
  Она поерзала на стуле, как будто выдала какой-то секрет. - Ну, издалека ты выглядел как чопорный тип с задранным носом и двумя бутылками вина в руках.
  Он рассмеялся. Луна выглянула из-за облака, и он увидел, как ее губы приоткрылись, а глаза изучающе посмотрели на него. Через мгновение она спросила: “Так что же сейчас ищет такой мужчина, как ты, Дэниел”.
  “ Наверное, пытаюсь что-то вернуть. Один из моих друзей говорит, что пытаюсь найти что—то — или кого-то - во что снова можно верить.
  -Опять?
  “ Энджи. Моя жена скончалась два года назад.
  “ Мне жаль. У меня тоже были свои потери. Я знаю, каково это. Но у меня есть духовные убеждения, и они помогают после потери, особенно такой, как ваша ”.
  Дэниел не счел нужным отвечать.
  В моей религии мы верим, что души продолжают возвращаться, пока не сделают все правильно. Некоторые, кто даже не знает, что они на пути, попадают туда благодаря тому, как они живут. Некоторые из тех, кто невероятно старается, похоже, не могут сделать это должным образом и возвращаются к этому сотни раз. Так что, возможно, ты больше не встретишься с Энджи, по крайней мере, до последнего путешествия, но, возможно, ты встретишься ”.
  Дэниел подумал об Энджи, удивляясь, почему он не представляет ее в своем воображении, ругающей его, дразнящей, заставляющей смеяться. “Если это так, возможно, Энджи понадобится еще несколько поворотов. У нее был довольно вспыльчивый характер. Но она была захватывающей, когда злилась ”.
  Лидия склонила голову набок, подбадривая его взглядом.
  “Но даже когда я злился на Энджи, я никогда не забывал, какой кайф было находиться рядом с ней. Я сразу же смог быть честным с ней. Просто быть самим собой и чувствовать, что так и должно было быть. Она была тем, кто дал мне понять, что то, что мы вместе и делимся тем, во что стоит верить ”.
  Лидия запустила руку в волосы, откинула их назад и склонила голову к плечу. - Продолжай.
  Дэниел сказал: “Но ты должна жить дальше, не так ли? Ты не можешь встретить кого-то и решить, что у тебя это будет. Это просто должно произойти. Ты не можешь искать это”.
  - Ты что-нибудь искал?
  “Трудно сказать”. Дэниел поджал губы. “Но в одном я уверен: я не нашел ничего подобного тому, что было у меня с Энджи. Может быть, потому, что я действительно не хочу отказываться от того, что у нас было с Энджи”.
  “Почему ты вообще хочешь отдать свою душу в объятия кого-то другого?” - спросила она.
  Дэниелу было приятно это слышать. - Откуда ты так много обо всем этом знаешь?
  “ Наверное, можно сказать, что у меня тоже были тяжелые испытания. Но ты не захочешь обо всем этом слышать.
  Он сел. - Да, я хотел бы услышать об этом.
  Она молчала, уставившись словно на что-то вдалеке.
  Он открыл рот, чтобы заговорить снова, подбодрить ее, затем остановился. Она была где-то в другом месте. На ее лице отразилась боль.
  Ну же, не отталкивай меня.
  Она резко встала. - Извините, мне нужно идти.
  “Я сказал что-то не так?”
  “Нет”, - сказала она. “Вовсе нет, мне просто нужно идти. Я буду рядом все выходные. Увидимся снова. Спокойной ночи, Дэниел, мне действительно было приятно познакомиться с тобой. - Она произнесла это с решительностью, которая велела ему не следовать за ней, когда она уходила.
  Какая-то дама. Красивая, знающая мир, но духовная. И вдруг непостижимая.
  
  
  
  5 июля этого года. Milford, Pennsylvania. С тех пор как умерла Анджела, по выходным Дэниел, просыпаясь, сразу же вскакивал с постели. Это позволяло избежать дремоты в том полусонном состоянии между сновидениями и сознанием, в котором он всегда поворачивался к Энджи и убеждался, что все так, как и должно быть. После ее смерти он повернется лицом к жгучей реальности, что ее там нет и никогда больше не будет.
  Итак, на следующее утро после вечеринки Дэниел вскочил с кровати и бросился в душ. Он все еще вытирался полотенцем, когда раздался звонок в дверь. Он проигнорировал звонок, но через минуту телефон зазвонил снова, потом еще. Черт. Возможно, на Эдварда, парня, который выносил его мусор и выполнял за него работу разнорабочего, оказывалось давление, чтобы он снова показал несколько рекрутов для Свидетелей Иеговы. Он надел халат и спустился вниз, решив ради Эдварда вести себя по-христиански. Он открыл дверь.
  “ Доброе утро! - Позвала Лидия. В руке она держала коричневый бумажный пакет. - Я принесла рогалики, сливочный сыр и лосось.
  Дэниел быстро оправился от удивления. “Девушка из Европы, приносящая подарки”, - сказал он. Он заметил, что хлопчатобумажный свитер подчеркивает ее грудь. Туфли-лодочки без носков, прямые и блестящие волосы, белозубая улыбка. Великолепная улыбка. И эти большие черные глаза.
  Улыбаясь, она показала ему мудрость, которую он заметил прошлой ночью в уголках ее глаз. Он восхитился твердым изгибом ее скул. Он придвинулся ближе, пока не почувствовал запах ее волос. Он заметил, что сегодня она не пользовалась своими духами.
  “ Так ты собираешься оставить девушку стоять здесь все утро или впустишь меня, чтобы я приготовил нам поздний завтрак? Дэниел рассмеялся, открыл дверь и отступил, пропуская ее внутрь. Его взгляд вернулся к осязаемой округлости под ее свитером. “Где здесь кухня?” - весело спросила она, проходя мимо него, затем обернулась, словно спохватившись. “Это нормально? Надеюсь, я ничему не мешаю.
  “ Вовсе нет. Добро пожаловать в мой дом. Кухня через столовую, вон там. Он указал, улыбаясь, желая, чтобы она знала, что он рад ее приходу. Он увидел, как она окинула взглядом обшитые дубовыми панелями стены столовой, замедлила шаг и провела пальцем по стойке "Шератон" для завтрака. Она сияла, особенно при дневном свете. Ее груди выглядели больше, чем он запомнил прошлой ночью, даже в обтягивающем шелковом платье, которое было на ней.
  Она оглянулась на него через плечо и улыбнулась. “ Здесь пахнет антиквариатом и деньгами. В стиле Гэтсби, но сдержанно”.
  Оказавшись на кухне, Лидия спросила: “Итак, что у нас на повестке дня?” Она открыла свою сумку и выложила рогалики на тарелку, которую нашла во втором шкафу, который открыла.
  “ Твой ход, ” сказал он, вспоминая ее дерзость прошлой ночью, наслаждаясь ею. Она продолжила разгружать сумку. По-прежнему рогалики, теперь пластиковые баночки со сливочным сыром, лосось.
  “ Поздний завтрак, потом экскурсия. Она оглядела кухню. - Сначала здесь, потом в городе. Она улыбнулась и тряхнула волосами.
  После позднего завтрака под аккомпанемент Моцарта — Дэниел предположил, что в прошлой жизни она была инженером-электриком, потому что она придумала, как включить его аудиофильскую стереосистему, пока он одевался наверху, — и после того, как Дэниел добавил к предложениям Лидии икру и бургундское, она подскочила на своем стуле. Одно из тех внезапных спортивных движений, которые он видел прошлой ночью. Танцовщица.
  - Так что я приберусь, пока ты обдумываешь экскурсию.
  Дэниел настоял на том, чтобы помочь ей, несмотря на ее настойчивое желание помыть посуду самой. Через десять минут посудомоечная машина была загружена.
  “Сначала дом”, - сказала она. “Я была потрясена, когда вошла. Покажи мне больше. Выбей у меня из-под ног ноги”.
  Я думал, что обдумываю наш день, Дэниел рассмеялся про себя. Он пожал плечами и повел ее через дом.
  В винном погребе она рассмеялась: “После тяжелой недели слияния и поглощения мужчина поднимается сюда, чтобы пообщаться с несколькими тысячами бутылок вина”.
  Наверху, на чердаке, он показал ей свой кабинет с наклонным потолком, письменным столом семнадцатого века и кушеткой, на которой он мог вздремнуть, но никогда этого не делал.
  “А что это за комната?” - спросила она, глядя через коридор на комнату с закрытой дверью и надписью “ДЛЯ ЧАСТНЫХ ЛИЦ.
  “ Комната Энджи, хотя она никогда не проводила там много времени. На самом деле это была комната Элси, бывшей владелицы.
  Они вошли внутрь. Комната была заставлена столами, уставленными безделушками, кленовыми стульями с твердыми спинками и плетеными сиденьями, на полу стояли урны, подсвечники и горшки, ковры были свернуты.
  Лидия огляделась и отошла в другой конец комнаты, скрестив руки на груди. Она подняла нос кверху, словно принюхиваясь к запаху дождя, затем застенчиво улыбнулась Дэниелу, как будто застигнутая врасплох. “Кто была эта Элси?”
  “Элси Кэмден”, - сказал Дэниел. “Она была довольно колоритным персонажем. У каждого есть история о ней, например, когда в возрасте пятидесяти восьми лет и в разводе ее нашли на диване в доме Джонатана и Гэри с двадцатидевятилетним садовником утром после их вечеринки в честь Четвертого июля. Лидия улыбнулась одними глазами, выглядя довольной. “Это был кабинет Элси”.
  “ Это приятно. Должно быть, она была старой душой.
  -Что? -спросиля
  “Старая душа”, - сказала она. “Мудрый. Бывал здесь много раз”.
  Дэниел скептически посмотрел на нее, не уверенный, шутит ли она, затем убедился, что это не так.
  - Мне здесь нравится, - сказала Лидия, переходя в другой конец комнаты и теперь благоговейно переступая с ноги на ногу.
  Ее серьезность делала это нормальным, а не причудливым. Как прошлой ночью. Он снова расслабился и просто принял ее.
  
  
  
  Закончив осмотр дома, они отправились покорять город. “Лучший антиквариат находится в большом здании, которое мы называем Форест-Холл”, - сказал Дэниел. “Иногда мне нравится просто побродить и посмотреть на старинные вещи. Дерево, фарфор, латунь”.
  В Форест Холл Антиквариат они поднимались по обшарпанной лестнице. Внутри Лидия сосредоточилась, ее взгляд стал напряженным. Дэниел следовал в нескольких шагах позади нее. Теперь он наблюдал, как она целеустремленно идет, шаркая туфлями-лодочками по некрашеному сосновому полу, окидывая изучающим взглядом переднюю часть магазина.
  Она исчезла в дверном проеме слева от него. Он направился туда, уверенный, что она была там, судя по запаху ее волос, затем отвлекся на кучу газовых светильников. Он поднял глаза и увидел Лидию, стоящую в дверях и торжествующе улыбающуюся. Солнце коснулось ее лица, и оно засияло той же кремовой белизной, которую он видел при лунном свете в садах Джонатана. Он хотел обнять ее. Лидия подошла к нему, сжимая в левой руке потрепанную кожаную спортивную сумку. Она обхватила его правую руку своей и прижалась лицом к его лицу.
  “ Посмотри, что я нашла, ” сказала она. - Кое-что, что поможет сохранить твое прошлое. Так что вам не нужно выбрасывать его; просто уберите подальше, чтобы он не подкрадывался к вам так часто. Но ты все равно можешь заглянуть в него, когда захочешь ”.
  
  
  
  Дэниел откинулся на спинку дивана в своем кабинете, держа в руке третий бокал вина, любуясь переливающимися через хрусталь цветами, переливающимися под одну из арий Пуччини, которые Лидия выбрала для музыки после ужина. Она нашла отличный напиток в его погребе. "Шато Марго" 1982 года. И она знала, что его нужно сцеживать и дышать им в течение часа. С сыром explorateur. Он наблюдал, как она склонилась над картами. Они сидели лицом друг к другу на диване, их фишки были сложены кучкой между ними на неровной коже.
  Услышав, как часы на Пресвитерианской церкви в городе пробили 10:00 вечера, Дэниел подумал, что все идет не совсем так, как предполагалось. Ему не нравилось проигрывать, даже если они играли всего лишь на фишки. Она была азартным игроком, и казалось, что она то включала, то выключала свою непроницаемость, которая, теперь он не был уверен, была связана исключительно с ее желанием принять бесстрастное выражение лица. Красивые. Завораживающий. Но загадочный. “Мне следовало снова назвать семикарточный стад”.
  “ Кажется, не имеет большого значения, как ты это называешь, ” засмеялась Лидия. Банк в центре дивана был среднего размера, хотя и затмевал уменьшающийся запас чипсов Дэниела. Выигрыш Лидии был сложен у ее скрещенных ног.
  “Итак, это Яссар, саудовский принц”, - сказала она и перевернула одну карту рубашкой вверх. “Я беру одну”.
  -Один?
  “ Когда у тебя есть козыри, у тебя есть козыри. Итак, принц Яссар, он уже сказал тебе, чего от тебя хочет? Она наклонилась вперед, держа карты в одной руке.
  “Не все”. Дэниелу стало интересно, был ли один из учителей, которые были у нее в детстве, математиком. Или профессиональным игроком. Быстрый Эдди Фохерт. Кто она? Во-первых, она была сообразительной, и не только в картах. Если она сказала, что она модный фотограф, ладно, так оно и было. Но она не была каким-то артистичным типом, которому ему нужно было объяснять суть бизнеса. Она внимательно следила за его объяснениями о последних сделках, даже проявила реальный интерес к его потенциальному проекту в Саудовской Аравии. Он напомнил себе, что познакомился с ней всего сутки назад. Ее преображение во время игры только подчеркнуло это. “Пока он говорит, что хочет реализовать многолетнюю программу приобретения и ищет одного, может быть, двух ключевых консультантов”.
  - Надеюсь, ты лучше разбираешься в инвестиционном банкинге, чем в карточках.
  Это было нарушением кодекса. Использовала подкалывание в своих интересах. Через минуту он мог действительно начать злиться. Он не отрывал взгляда от своих карт, но боковым зрением видел, как она смотрит на него поверх своих карт. Он не ответил.
  “ Извини. Просто смотрю, как далеко я могу тебя подтолкнуть.
  - Значит, ты уже играл в эту игру раньше.
  “ Я всего лишь блефую, Дэниел, я не лгу. Теперь она, казалось, читала его мысли, а не только карты. Он понял, что увлекся размышлениями о ней. Смирись с этим. Наслаждайся ею. Он увидел, что она смотрит на него из-под волос, почти так же, как в саду Джонатана прошлой ночью, с ожиданием. Он почувствовал покалывание.
  Дэниел взял две карты. Ободренный двумя парами дам хай, он пошел на яремную вену и поставил оставшиеся фишки. Мгновение спустя все было кончено.
  “ Три короля, ” сказала Лидия, ставя кофейник себе на ноги. Дэниел подался бедрами вперед на диване и потянулся, чтобы обнять ее. Она отстранилась, посмеиваясь над ним. “Ты уничтожаешь мой выигрыш”, - сказала она.
  Он притянул ее к себе и поцеловал.
  
  
  
  6 июля этого года. Milford, Pennsylvania. “Почему бы тебе не потусоваться здесь денек, а потом встретиться со мной в Городе за ужином?” Сказал Дэниел. Лидия надела его халат и, поджав под себя ноги, развалилась рядом с Дэниелом на диване в гостиной. Его портфель и кожаная спортивная сумка, которую она ему купила, стояли на полу рядом с ним. Он был полностью одет.
  “Звучит восхитительно. Только у меня нет съемок до завтра. Ты не возражаешь, если я останусь здесь сегодня, а завтра вечером увидимся в городе?
  “Нет, желаю отлично провести время. Я только хотел бы остаться с тобой, но завтра у меня обед с принцем Яссаром, и я хочу сегодня быть в офисе, чтобы подготовиться. Как я уже говорил тебе, это может оказаться важным. Я в восторге от этого”.
  “ Я знаю. Она притянула его лицо к себе и поцеловала. - Ты близок к получению работы?
  - Я надеюсь закрыться к обеду.
  Дэниел снова поцеловал ее и встал, чтобы уйти, ему не терпелось отправиться в путь. Он взглянул на часы. Шесть тридцать. Я могу быть в офисе к восьми и поработать целый день. “Я позвоню тебе вечером. Если тебе станет одиноко, позвони мне в офис”. Она одними губами попрощалась, когда он закрыл входную дверь.
  
  
  
  Лидия сидела на диване Дэниела, потершись щекой о воротник его халата. Этот Дэниел был хорошим человеком с чистым сердцем, которому причинили боль, и это тронуло ее. И он уважал ее, даже, казалось, мог заботиться о ней. Она почувствовала, что ее сердце тянется к нему, и ей пришлось сдержаться. Она посмотрела на лестницу и направилась к комнате Элси на чердаке. Она хотела посмотреть, сможет ли снова почувствовать ту старую душу. Ее глаза увлажнились.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 5
  
  
  
  ДжейУЛЫ 5, ТЕМУВУХО. РИЯД, Саудовская Аравия. В 9:00 утра принц Ясар вошел в коридор кабинета короля Абада. Двое королевских стражников поклонились ему, когда он постучал в дверь. Он ждал ответа на свой стук рядом с молчаливыми мужчинами, гадая, представляли ли они когда-нибудь, что он иногда тешит себя мыслью поменяться с ними местами на денек. Позвольте им выполнять утомительные обязанности правительства в кабинете короля. Позвольте Яссару спокойно выполнять простую задачу - просто стоять по стойке "смирно" в течение двенадцатичасовой смены. Он услышал шепот из-за двери и открыл ее.
  “ Доброе утро, ” поздоровался король Абад, не отрывая взгляда от бумаг на своем столе. - Вы прибыли первыми.
  “ Доброе утро, Абад. Как дела?
  “Терпимо”.
  Яссару было знакомо это чувство. “Возможно, это лучшее, что может сделать правитель в наши времена. Даже особа королевской крови”.
  Король Абад поднял глаза. “ Да, Яссар. Возможно.
  Яссар сел в кресло рядом с королевским столом. Он поправил мантию и надел очки для чтения, затем достал пять фотокопий документов из одной из своих папок и протянул их королю. Яссар был рад, что остальные не пришли, благодарный за несколько минут семейного покоя. Двое мужчин с удовольствием работали бок о бок. В течение следующих десяти минут прибыл наследный принц Абдул, затем принц Насер, министр нефти, а затем принц Хашим, министр иностранных дел. Все они заняли места за столом для совещаний.
  Яссар заговорил почти до того, как они сели, стремясь поскорее покончить с неприятными предварениями. Еще одно признание в своей неспособности решить экономические проблемы страны. Его родственники и соратники-лидеры посмотрели на него.
  Он застонал про себя. “С сожалением я должен сообщить вам о наших постоянных неудачах”, - сказал Ясар, поочередно встречаясь взглядом с каждой парой глаз, не выказывая никаких попыток скрыться от ответственности, которую он чувствовал. “Если бы только мы были правы в 1973 году”. Остальные отвели глаза. Все, кроме короля Абада.
  - Это была не твоя вина, - мягко сказал Абад.
  “ Может быть, ” кивнул Яссар, но почувствовал укол боли в уголках глаз. “Тем не менее, если бы нефтяное эмбарго ОПЕК 1973 года, как его называют американцы, сработало, мы бы не были...”
  “В сегодняшней неразберихе”, как говорят американцы, - сказал принц Насер, министр нефти.
  “Да”, - продолжил Яссар. “Если мы, члены ОПЕК, на долю которых приходится почти сорок процентов мировых поставок нефти, не можем поддерживать высокие мировые цены на нефть как группа, как мы можем рассчитывать на поддержание наших отдельных экономик самостоятельно?”
  Никто не ответил.
  Он пожалел, что задал этот вопрос, который он так часто задавал себе, чувствуя, что из-за него создается впечатление, будто он оправдывается. “Итак, перейдем к моему отчету. Сначала несколько статистических данных”. Ясар опустил голову и заговорил по памяти, как будто, не сверяясь со своими записями, он мог избавить свои глаза от жжения стыда. Бесполезно. Факты отпечатались в его душе. “Мы закончим этот год с внутренним долгом более чем в 100 миллиардов долларов США. Даже сейчас менее двух третей нашего населения старше 15 лет умеют читать и писать. Более четверти - иностранцы-неграждане, приехавшие сюда только на заработки, но составляющие более половины рабочей силы частного сектора. И все же, несмотря на наши усилия помочь нашим молодым саудовцам конкурировать за рабочие места, которые снова сделают нас процветающими, иностранные рабочие, которые готовы даже переворачивать гамбургеры за все меньшую и меньшую цену, еще быстрее укрепляют свои позиции на рынке труда ”.
  “Как продвигается план саудизации?” Спросил Абад.
  Яссар пожал плечами, почувствовав новый гул в груди. “Все препятствия, которые мы создали для найма иностранцев — повышенные сборы за рабочую визу, отказ в выдаче разрешений на определенные работы, даже запреты на покупку автомобилей — оказали очень незначительное влияние”. Он сделал паузу и посмотрел на них сквозь отяжелевшие веки. “И это еще не самое худшее. Вы все знаете социальную ситуацию. Наши молодые саудовцы охвачены этим экстремистским религиозным рвением. Шейх бен Абдур решительно выступает со своими требованиями о высылке всех иностранных рабочих из Саудовской Аравии и возвращении всех рабочих мест гражданам Саудовской Аравии ”. Упрощенная идея обладает соблазнительной привлекательностью. Если бы мы могли набраться смелости и реализовать ее.
  Другие министры посмотрели на Яссара, ожидая продолжения. Но заговорил король. “Когда цены на нефть снова упадут до тридцати долларов за баррель, мы проиграем борьбу”.
  Яссар воспринял это как сигнал, почувствовав облегчение от того, что его бремя закончилось. Вперед, в будущее. Избавление, которое он задумал от этих застойных болезней. “Это подводит нас к нашему проекту — Project Deliverance — с нашими коллегами-членами ОПЕК. Пришло время его реализовать. У нас и других членов ОПЕК во многом одинаковый профиль — у нас огромные запасы нефти и газа, но все, что мы делаем, - это выкачиваем их из недр. Наши коллеги по отрасли перерабатывают их, отгружают и продают своим клиентам для дальнейшей переработки в конечные продукты, такие как химикаты и пластмассы, или продают их через розничные точки, такие как автозаправочные станции ”.
  Он увидел, как Абад кивнул в знак согласия. Ясар продолжил: “Сегодня это направление бизнеса приносит более половины прибыли, и процент растет. Мы оставляем деньги на столе, как говорят американцы. Деньги, которые нам нужны в наших экономиках. Нам нужно начать агрессивную программу поглощений, чтобы покупать переработчиков и маркетологов. Если мы будем контролировать поток нефти от устья скважины до конечного потребителя, мы сможем повысить цену и поддерживать ее на прежнем уровне — чего нам не удавалось постоянно делать за долгую историю ОПЕК. Наши экономисты подсчитали, что каждый доллар повышения цен на сырую нефть переводится в десять миллиардов долларов прибыли Саудовской Аравии в год ”. Яссар только сейчас поднял голову. “Я верю, что эта программа удвоит наш валовой внутренний продукт в течение пяти лет”.
  “Это устранит дефицит нашего правительства и заставит саудовцев работать”, - сказал Хашим.
  “Это укрепит наш контроль, подрывая аргументы религиозных экстремистов”, - добавил наследный принц Абдул.
  “Прежде всего, это позволит саудовскому народу снова чувствовать себя комфортно и гордиться собой”, - сказал Яссар. Теперь в его поведении снова появилась командирская нотка, придавшая ему энергии. “Перед каждым из вас копии основных экспонатов, которые я представлю нашим коллегам по ОПЕК, чтобы получить окончательное одобрение на реализацию проекта. Перед этим я проведу следующие десять дней в разъездах, проводя собеседования с финалистами для наших консультантов, чтобы выбрать специалистов по инвестиционно-банковским слияниям и поглощениям и юристов ”. Все его родственники кивнули. “Мы с Насером вылетаем в Вену на нашу встречу ОПЕК через две недели. После этого мы оставляем результаты в руках Аллаха”. Воистину.
  “Давайте просто надеяться, что еще не слишком поздно”. Король Абад встал и прошелся по комнате. “Шейх Мохаммед Муктада ибн Абдур”, - сказал он. Яссар почувствовал, как его пульс участился при упоминании шейха. “Наш старый противник. Теперь он снова восстает, после многих лет фактического изгнания среди своего собственного народа. Он не только разжигает социальные волнения, но и возглавляет призыв аль-Муджари к глобальному джихаду, священной войне против всех неисламских государств. Два террористических взрыва за последний год на базах наших американских союзников. И наша собственная тайная полиция, и американские разведывательные агентства практически подтвердили это ”. Принц Хашим, министр иностранных дел, поерзал в своем кресле. “Шейх ибн Абдур интерпретирует Коран так, чтобы описать королевскую семью как светскую и коррумпированную. Он говорит, что мы предаем законы ислама, позволяя неверным западным войскам находиться на нашей земле”.
  “Он клянется уничтожить американцев как пятно на исламском мире”, - вставил принц Хашим. “Он говорит, что они заставили нас сражаться с нашими собственными братьями-исламистами во время войны в Персидском заливе 91-го года, а затем заставили нас снова поддержать их в Ираке в 03-м. Он видит себя преемником Усамы бен Ладена”.
  Король Абад продолжил: “Эти нападения на американцев, как мы все знаем, происходят отчасти потому, что по исламским законам мусульманам запрещено убивать своих собратьев-мусульман. Но, возможно, пройдет совсем немного времени, когда экстремисты объявят наше правительство незаконным — и, следовательно, они могут напасть и на неверных ”.
  Насер и Хашим искоса посмотрели на Яссара. Яссар заметил их краем глаза, продолжая сидеть с серьезным видом, не выдавая никаких эмоций. Но он догадывался, что принц Насер и принц Хашим знали о внутренней борьбе, которую он испытал при упоминании бин Абдура. Он знал, что они видели, как это сказывалось на нем на протяжении многих лет, как беззаботность превращалась в страдание, как терпение часто разрушалось от гнева. Гнев, которого его вера научила его стыдиться, но за который он держался как за часть смысла своей жизни.
  “Американцы помогут нам. Они уже помогают нам”, - сказал принц Хашим.
  “И с помощью этой программы мы помогаем самим себе”, - сказал Яссар, и гнев придал ему сил. “Со временем у нас снова будет процветание, и призывы экстремистов будут звучать как пустые стенания в ушах граждан Саудовской Аравии, которые снова богаты, сыты и довольны своей культурой — и своим правительством”.
  Король Абад повернулся к ним, сцепив руки за спиной, как человек, измученный стрессом. “Американцы помогут нам”, - сказал Абад. “Потому что у них слишком многое поставлено на карту, чтобы допустить наше поражение. Они не могут рисковать очередным периодом нестабильности в нашем регионе или какими-либо сбоями на нефтяных рынках. И в ближайшие несколько лет, когда мы снова встанем на ноги, мы не позволим себе так сильно нуждаться в них. Вот почему мы и наши коллеги из ОПЕК должны добиться успеха в нашей программе”. Яссар внимательно наблюдал за своим королем, своим двоюродным братом. Он увидел усталость в его глазах и напряжение на лице.
  Король Абад продолжил. “Американцы не забыли длинную цепь событий, которые начались, и то, что случилось с ними после свержения иранского шаха. Мы сами не можем противопоставлять саудовского брата-мусульманина саудовскому брату-мусульманину, но американцы не связаны подобными религиозными дилеммами ”. Король Абад повернулся к Яссару. - Значит, все на месте?
  “Наши советники установлены”, - сказал Яссар. Биографический портрет этого Дэниела Кристиана Янгблада III, самого многообещающего, все еще не выходил у него из головы. “Я готов к окончательному выбору. Наши коллеги по ОПЕК готовы. И мы наблюдаем за бен Абдуром. Наши агенты на месте”.
  “Очень хорошо”. Абад обвел взглядом комнату. “Все за присоединение к нашей программе ОПЕК, как советует Яссар?” Остальные кивнули. “Хорошо. Мы выносим это на рассмотрение Совета министров в полном составе сегодня днем”.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 6
  
  
  
  ДжейУЛИ, ткниЕГОВУХО.ФУ ТыОРОЧИЙ город. Дик Джантцен был опытным промоутером-самоучкой. Его ложь была врожденной. “Угу”, - сказал Дэниел. Он разговаривал по телефону с Диком, председателем правления Intelligent Recovery Systems, Inc. Дик и его компания, разработавшие компьютерное программное обеспечение для управления методами вторичной и третичной добычи залежалой нефти из скважин, работающих на нефтеперерабатывающих заводах и контролирующих сложные буровые установки, были любимцами Уолл-стрит.
  Дик был одним из старейших клиентов Дэниела и одним из ключевых партнеров Дэниела, которого он увел из Goldman Sachs, когда переехал в Ладуа Сейр. И Дик начал уставать от Дэниела. Учитывая особую чувствительность желудка Дэниела, годы общения Дэниела с Диком, наконец, достигли такой степени, что Дэниел не мог игнорировать позыв к рвоте.
  “ Угу, - снова сказал он, закрывая глаза и призывая на помощь остатки спокойствия, чтобы подавить нарастающее желание. Прямо сейчас мне это было не нужно. Дэниел посмотрел на часы. Двенадцать двадцать. Через десять минут ко мне на обед придет принц Яссар.
  “Итак, я сказал ему, что его банкир услышит от вас о встрече для обсуждения деталей, структуры и всего такого”.
  “Угу”.
  “Ладно, хватит. Продолжай. Его банкир - какой-то парень по имени Дин Лоуэлл из Morgan Stanley”.
  Дэниел снова открыл глаза. “ Да, я знаю Дина. Я позвоню ему. Я немного подумаю о структуре взаимодействия и также отправлю вам письмо о гонораре ”. Дик не ответил. Почему этот должен отличаться? Мне приходилось гоняться за тобой из-за гонораров каждый раз, когда ты заключал со мной сделку за последние десять лет.
  “ Увидимся, ” сказал Дик. - Сходи за ними.
  Дэниел вздохнул. Я становлюсь слишком старым, чтобы слушать чушь этого парня. Он - то, что не так с моим миром. Дэниел посмотрел в сторону витрины и увидел кожаную спортивную сумку, которую ему купила Лидия. Затем на него снизошло спокойствие, когда он подумал о Лидии, гадая, начинают ли они что-то вместе. Слишком рано говорить. Но это зависит не от времени, а от того, как вы себя чувствуете.
  Он снова вспомнил о ленче, на подготовку к которому потратил все воскресенье. Он вернулся к своему обходу столовой часом ранее. Никакого вина. Никаких сигар. Все из уважения к мусульманским строгостям принца Яссара.
  Через несколько минут Синди позвонила ему по внутренней связи. “Принц Ясар здесь. Его проводили в столовую.
  “Спасибо”. Дэниел с нетерпением ждал этого. Он почувствовал, как участилось сердцебиение. Он улыбнулся этому ощущению. Я справляюсь с этим, и я снова готов к настоящему волнению, а гонораров достаточно, чтобы я с треском покинул это безумие. Скажите Дьедонне, куда он может засунуть свои финансовые годы.
  
  
  
  “ Принц Яссар. Рад вас видеть, - сказал Дэниел, входя в дверь мгновение спустя. Он с усилием подавил желание ворваться внутрь; ему не нужно было одеваться. И сегодня принц Яссар выглядел более доступным, чем он помнил. Добрые, почти печальные, да, именно печальные глаза. Он пересек комнату и пожал руку. Большие руки и крепкое пожатие, которые он помнил. Западный деловой костюм. В его глазах появилось напряжение. Он встретился взглядом с Яссаром, почувствовав, что тот понял его. “ Пожалуйста, немного томатного сока? Он повернулся к буфету. - Немного воды?
  “ Спасибо, воды. ” Яссар сел. Стол был накрыт к обеду с официальной пышностью, словно для дипломатической церемонии. Восемь серебряных монет на каждом сервизе, обозначающие закуску, рыбное основное блюдо, десерт и чай, были от Кристофля стерлинга. Тарелки были лиможского производства. Свет плясал на двух кусочках свинцового хрусталя для баккара, присутствовавших в каждой сервировке, а в центре стола из красного дерева стояли хрустальные кувшины для воды.
  Дэниел подозвал официанта.
  - Мистер Янгблад, - начал Яссар.
  “Дэниел”.
  “Дэниел. Мы провели комплексную проверку. У вас репутация эффективного инвестиционного банкира. Учитывая всемирное значение вашей Уолл-стрит, мы впечатлены”.
  “Спасибо”, - сказал Дэниел, разглядывая принца так же придирчиво, как принц разглядывал свое чистое серебро. Спокойный, как будто никуда не спешит; целеустремленный, как будто никогда не опаздывает. Дэниелу это нравилось. “Я очень стараюсь оставаться на связи со своим рынком, со своей специализацией. Я польщен тем, что мои клиенты дали положительные рекомендации. Я знаю, что ваша сеть контактов простирается далеко за пределы большинства ”.
  - Я бы хотел говорить прямо, - сказал Ясар.
  Ясар сегодня сразу приступит к делу. Он почувствовал прилив адреналина; его собирались проверить. Он сложил руки на столе и наклонился вперед.
  “Как я говорил вам на наших предыдущих встречах, я —мы из Саудовской Аравии, а также наши коллеги из ОПЕК заинтересованы в привлечении нескольких ключевых финансовых консультантов, которые могли бы помочь нам в наших усилиях по диверсификации наших экономик, чтобы они не зависели от внутренних доходов от энергетики”. Он сделал паузу. Дэниел кивнул, предлагая ему продолжать, но в свое время. Яссар продолжил: “Мы богатая нация, но у нас есть амбиции стать еще богаче. И мы хотим воспользоваться лучшими инвестиционными советами, доступными нам в мире. Именно здесь приходят такие люди, как вы ”.
  “Я здесь, чтобы выслушать. Надеюсь, я смогу ответить так, чтобы вы остались довольны”. Дэниел пытается проявить некоторое смирение.
  “Нам нужна консультация вас и других профессионалов, чтобы убедиться, что мы оптимизируем наши варианты инвестирования и получения прибыли. Я хотел бы услышать ваши мысли о том, какие возможности открываются сегодня в нефтегазовом бизнесе не только в США, но и во всем мире ”, - сказал Ясар.
  Он ведет меня прямо на мою подачу.
  “ Думаю, я могу быть вам очень полезен. Дэниел почувствовал, как у него затрепетало в животе, как это всегда бывало перед решающей возможностью. “Мы в Ladoix являемся одним из крупнейших участников слияний и поглощений на Уолл-стрит. Обычно мы входим в тройку-четверку лидеров по внутренним сделкам и в одну-две - по международным. В прошлом году мы заключили 225 сделок на общую сумму 462,5 миллиарда долларов, из них 144 сделки ...” Дэниел поспешил закончить свое стандартное предисловие, затем увидел, что теряет интерес принца Яссара. Прекрати. Он знает всю эту чушь, иначе его бы здесь не было.
  Яссар улыбнулся. “Я осторожный и методичный человек. Я серьезно отношусь к своим обязанностям перед моим народом и моим правительством. Я приехал в Нью-Йорк, чтобы взять интервью у трех известных инвестиционных банкиров, занимающихся слияниями нефтяных и газовых компаний. Мы возьмем интервью у других в Лондоне, Париже и Токио. Я знаю позицию вашей фирмы в этом секторе и то, что это ваши достижения как партнера, отвечающего за нефть и газ в Ladoix. Я выполнил свою домашнюю работу. Поэтому, пожалуйста, расскажи мне что-нибудь, чего я еще не знаю. ” Дэниел видел, как он изучает его этими полуприкрытыми, полными жизни глазами. “Скажите мне, куда вложить наши деньги, куда нам следует инвестировать по всему миру, если мы хотим диверсифицировать за счет внутренних запасов нефти в Саудовской Аравии или запасов ОПЕК, в зависимости от обстоятельств, и при этом оставаться в единственном бизнесе — нефтегазовом, — о котором мы действительно что-то знаем”.
  Дэниел поерзал на стуле. Не упусти это. Вспомни о своем исследовании. Он не терпит дураков и не выносит чушь собачью. “Хорошо”, - сказал он. “Тенденции в нефтегазовом бизнесе ничем не отличаются от тех, которые наблюдаются при слияниях и поглощениях во всех других крупных компаниях”.
  Принц Ясар непонимающе уставился на Дэниела. - Я не понимаю, о чем ты говоришь.
  - Не так уж много клиентов так говорят, - улыбнулся Дэниел.
  “Я заметил, что не многие инвестиционные банкиры говорят то же самое. На самом деле, мой опыт показывает, что большинство инвестиционных банкиров говорят даже больше, когда не знают, о чем говорят ”. Дэниел рассмеялся. Старик Яссар устал в боях, но у него было чувство юмора. Хорошо, а теперь перестань переоценивать эту встречу; просто позволь ей произойти. Дэниел откинулся на спинку сиденья, устраиваясь поудобнее, как будто собирался начать получать от этого удовольствие.
  
  
  
  Принц Яссар с удовольствием отметил реакцию Дэниела, увидев искру индивидуальности, которую Дэниел позволил проявить в образе презентации. Настоящий мужчина виден, пусть и мельком. Теперь, возможно, молодой человек не был бы таким натянутым под этой лощеной внешностью. Яссар попытался представить, каким собеседником был бы Дэниел за ужином, скажем, обсуждая политику. Был ли он честен? Даст ли он ему совет, который он не хотел слышать?
  “ Итак, вы говорили, ” продолжил принц Яссар, “ или не говорили. Пожалуйста, взгляни на вещи в перспективе”. Посмотрим, приведет ли это к тому, чего я хочу, подумал он.
  Яссар увидел, как Дэниел наклонился вперед, достаточно, чтобы увидеть рвение молодого человека, как американские бейсболисты, которых он видел вчера вечером по телевизору в отеле, те, кого называли инфилдерами, атакуют отбитые мячи, называемые граундерами. Он почувствовал непроизвольное желание улыбнуться, но ничего не смог с собой поделать. Его взгляд смягчился. Он увидел, как Дэниел отреагировал на это тонкое поощрение. Может быть, теперь он что-нибудь услышит.
  “Сегодня у нас есть стратегически ориентированный рынок слияний и поглощений, где сделки заключаются для объединения ресурсов или снижения операционных расходов. В основном в развивающихся, консолидирующихся отраслях с высокими издержками и небольшой способностью повышать цены ”. Дэниел сделал паузу, как будто увидел, что Яссар следует за ним. “В вашем случае цена на сырую нефть составляет 30,42 доллара за баррель, что значительно ниже, чем в последние годы, в сочетании с завышенными эксплуатационными расходами”.
  При слове “раздутый” Яссар вздернул подбородок. Это была правда. Выражение лица Дэниела не изменилось, продолжая смотреть в упор. Хорошо, подумал Яссар.
  Дэниел продолжил: “Итак, вы видите, как отрасли консолидируются в несколько последних крупных игроков, которые будут доминировать в своих областях. Они буквально сокращают миллиарды расходов объединенных компаний. И эти компании, которые объединяются, сейчас создают глобальных, а не национальных гигантов ”. Дэниел снова сделал паузу.
  “ Продолжай. ” Яссар критически оглядел Дэниела. Начнет ли он сейчас с напыщенности шумного инвестиционного банкира-всезнайки, которую он привык ожидать?
  “Таким образом, несмотря на то, что нефтегазовая отрасль в значительной степени консолидировалась, вы увидите еще больше. Посмотрите на свою собственную ситуацию и на ситуацию ваших коллег по ОПЕК. Даже вам нужно продолжать снижать расходы, чтобы выжить. А это означает слияния — стратегические слияния для создания эффекта масштаба и сокращения издержек ”.
  Принц Яссар пожал плечами. Он почти надеялся, что Дэниел предложит какое-нибудь блестящее, ошеломляющее решение. Если бы он солгал мне хотя бы минутку, подумал он, затем улыбнулся своей нелепости. Давайте посмотрим, как он ответит на вопрос, на который никто не может ответить, кроме Аллаха. “Что произойдет с ценами на нефть в ближайшие несколько лет? Это наконец стабилизируется? Яссар внимательно наблюдал за ним. Молодой человек на мгновение задумался, прежде чем ответить. Хорошо. Достаточно уверенный, чтобы не чувствовать, что ему нужно рявкнуть в ответ. Был бы он смелым? Или выбрал бы золотую середину? Стал бы он дискредитировать себя, сказав что-нибудь нелепое, как тот дурак Коварик, с которым он встретился сегодня утром?
  “Многое из этого основано на готовности ОПЕК придерживаться квот на добычу. Вы лучше меня знаете, что члены ОПЕК не раз оказывались неспособными противостоять перепроизводству. Вы постоянно снижаете друг друга в цене”.
  Пока эта свинья Винченцио в Венесуэле придерживается своих производственных квот, дела будут идти вполне сносно, подумал Яссар. Этот молодой человек увидел свои худшие опасения. Возможно, он слишком проницателен, слишком прямолинеен. “Если история может служить каким-то ориентиром, вы, возможно, правы. Возможно, мы увидим продолжение ценовой нестабильности. Но вернемся к тому, что вы бы посоветовали нам сделать ”.
  “Во-первых, давайте рассмотрим, на чем вам следует основываться. Единственный крупный экспорт вашей экономики и единственный крупный опыт - это нефть и газ. По оценкам, запасы в двести семьдесят миллиардов баррелей — крупнейшие среди всех стран мира, но исключительно внутренние. Итак, что могло бы вам помочь? Покупка запасов на шельфе? Быть полностью вертикально интегрированным от запасов до добычи, вплоть до переработки и сбыта?”
  Разве мы этого не знаем. Теперь мы кое-чего достигли. “У нас нет значительных активов в области переработки и сбыта. Возможно, увеличение наших интересов там дало бы нам больше торговых точек, через которые мы могли бы продавать наши запасы ”.
  “Интересно, что вы рассматриваете ”нижестоящую" сторону бизнеса — нефтеперерабатывающие заводы, трубопроводы, распределение природного газа, заправочные станции — в отличие от "вышестоящей" — разведки и добычи".
  Пожалуйста! “Я имею смутное представление о значении этих терминов”, - вмешался Яссар.
  “ Да, э-э, извините, ” пробормотал Дэниел. Его лицо покраснело.
  Затем Яссар улыбнулся, чтобы успокоить Дэниела и смягчить удар. Инвестиционный банкир, который умеет краснеть,подумал принц Яссар. Примечательно.
  
  
  
  О черт, я на самом деле покраснел, подумал Дэниел. О чем я думал? Описывая сегменты нефтегазового бизнеса крупнейшему игроку в мире.
  “Возвращаясь к моей первоначальной точке зрения”, - сказал Дэниел серьезным тоном, думая, что он внезапно взорвался, и стараясь не показывать этого. “Более половины прибыли приходится на нижестоящую часть бизнеса, поэтому вам нужно быть в ней, иначе в долгосрочной перспективе вы окажетесь в затруднительном положении. И это происходит в процессе консолидации. Если вы хотите войти в бизнес, то сейчас или никогда. В течение следующих нескольких лет вы увидите такую масштабную консолидацию в сфере переработки, что в мире останется всего три-четыре крупных игрока в сфере переработки и маркетинга. Если вас и ваших коллег по ОПЕК среди них не будет, вы лишитесь большей части прибыли ”.
  “Интересно”, - сказал Ясар нейтральным тоном. “С кем, по-вашему, можно объединить привлекательные компании?”
  Дэниел выпрямился. Он сосредоточился, зная, что если он оступится здесь, то может упустить свой шанс. Он напряг живот. Ладно. Покажите ему что-нибудь. “Frontier Oil кажется долгосрочным игроком. Они агрессивны и построили свой бизнес на сокращении расходов. Они небольшие, но вы могли бы построить их за счет большего количества приобретений. И, конечно, есть три или четыре независимых компании поменьше, такие как Gelco, Majestic и ...”
  “ Ты мне нравишься, Дэниел, и мне нравятся твои идеи. Я думаю, мы сможем вести дела вместе, - выпалил принц Яссар.
  Дэниел думал, что это только начало, но если Яссар уже продан, ему следует держать рот на замке и слушать. Все становилось хорошо, как раз тогда, когда казалось, что все становится плохо. Заткнись и закройся.
  “Я обдумываю все свои последние визиты и буду рассматривать свои варианты в течение следующей недели”, - продолжил Яссар. “Однако на данном этапе я попрошу вас изложить свои соображения по поводу взаимодействия правительства Саудовской Аравии и ОПЕК и представить их мне на рассмотрение”.
  “Абсолютно”, - ответил Дэниел. Черт. Думал, что готов взять на себя обязательства сегодня. Веди себя спокойно, не дави на него. “Это было бы для меня удовольствием, принц Ясар. Мне было бы очень приятно работать с тобой. Я пришлю кое-что по факсу в ваш офис к завтрашнему дню.
  “Пришлите мне электронное письмо, ” попросил принц Ясар. “ Мы давным-давно перестали жить в палатках”. Он улыбнулся.
  Дэниел понял, что все кончено. Пришло время изобразить клиентскую улыбку. Он не был уверен, где находится, и знал, что другого шанса не получит. Один из 10 000 питчей, 268 сделок и, может быть, а может и нет, 152 клиента.
  “Спасибо, что пришли”, - сказал Дэниел.
  Спасибо, что приняли меня. И спасибо за то, что были такими личными и искренними. Я вижу, вы поладите с моим двоюродным братом, министром нефти Саудовской Аравии, принцем Насером. Было приятно услышать, как кто-то говорит так спонтанно и с энтузиазмом, и позволить мне увидеть что-то в себе после стольких напыщенных дураков ”.
  Дэниел просиял при этих словах. Может быть, я все-таки поймал его.
  
  
  
  Мы сделали мудрый выбор,подумал принц Яссар, садясь в свой лимузин. Честный и прямолинейный, умный и способный. Несомненно, христианин, но ты разделяешь нашу этику. Нам нужно, чтобы ты был счастлив и работал в бизнесе достаточно долго, чтобы завершить нашу программу. Четыре-пять лет. Нам нужно это хорошенько обдумать.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 7
  
  
  
  ДжейУЛИ, ткниЕГОВУХО.ФУ ТыОРОЧИЙ город. “Ну, доктор Фохерт, что вы посоветуете?” Дэниел сел в кедровое кресло, положив голову Лидии на колени. Она вернулась из Милфорда с сумками на буксире — в том числе с достаточным количеством контейнеров странной формы и футляров с ее фотооборудованием, чтобы убедить Дэниела, что она была участницей бродячего цирка, — и по настоянию Дэниела стала его гостьей на две недели, пока не должна была вернуться в Европу. Они были на крыше его дома, на десятом этаже над Парк-авеню. Она погладила его по волосам. Огни Нью-Йорка сияли вокруг них на фоне ночного неба. На улице внизу сигналили и визжали такси. Горячий ветерок доносил запахи выхлопных газов и смолы.
  - Советую тебе быть немного застенчивой, не позволяй ему думать, что ты готова переползти через разбитые бутылки, чтобы заполучить его бизнес.
  Откуда она так много знает об этих вещах? Она только слышала его описание обеда с Яссаром, его неуверенность в том, как все прошло на самом деле, и она советовала ему вести себя так же хладнокровно, как он вел бы переговоры, где он прочитал докладную записку другой стороны. И она разбиралась в финансах, потому что была способна отреагировать на деловую сторону происходящего, а также на его описание нюансов межличностных отношений. Она, вероятно, была бы секретным оружием на переговорах. Кто знал, на что она способна, читая язык тела? Он повернул голову на сторону и посмотрел ей в лицо. “ Тебе легко говорить. Ты забываешь, что я поставил на эту помолвку двадцать или тридцать с лишним миллионов долларов. Более того: это мой билет на свободу ”.
  “ И я думаю, ты забываешь, что у тебя есть то, что привело тебя туда, где ты сейчас находишься. Она наклонилась и поцеловала его. “ Сталь, которая поможет тебе сохранить самообладание на нервных переговорах. И человек, которым я тебя знаю, тоже не боится показать свою душу. Свою человечность. Возможно, этому Яссару тоже нужно это увидеть. Отойди от этого на минуту. Вспомни, кто ты есть.
  Как он мог с этим спорить? Особенно с этими черными глазами, затягивающими его в глубины ее существа, обрамленными звездами, говорящими ему, что она не шутила, что верила в него. Он улыбнулся и кивнул ей. Она была хороша для него. Ему не нужно было проводить с ней шесть месяцев или год, чтобы понять это. Она вселяла в него уверенность. Избитому гладиатору напоминают использовать все его ресурсы: сердце, а также опыт и мастерство.
  Лидия посмотрела на него сверху вниз и улыбнулась. - Кроме того, ему нравится вести переговоры.
  Дэниелу стало интересно, о чем, черт возьми, она говорит, откуда ей вообще известно, что нравится Яссару, а что нет.
  - Просто у них так заведено, ты же знаешь.
  -Ты знаешь этого парня?
  “ Конечно, нет, но я знаю их — арабский—склад ума. Он танцует, давая понять, что с тобой стоит иметь дело. Дай ему еще немного времени. Ты когда-нибудь покупал ковер?”
  “Да, ну, если это доставит ему удовольствие, я, пожалуй, устрою ему адское времяпрепровождение”. У него и раньше были долгие танцы, он мог разыгрывать их столько, сколько требовалось. Возможно, она была права. Но что все это значило насчет "понимания арабского мышления"?
  Он посмотрел на горизонт Нью-Йорка, чувствуя, как его мысли блуждают. “Я не был здесь много лет. Раньше я часто приходил сюда и просто думал, мечтал. Это было давно, сразу после того, как я купил это место. Еще до Энджи, до того, как мы купили квартиру на юге, снесли стены и заняли целый этаж. До того времени эта квартира была моим главным достижением. Пентхаус с видом на север, на Парк-авеню. Это было после моего первого бонуса в пятьсот тысяч долларов в Goldman. В те дни я был другим ”.
  “Как же так: по-другому?”
  “Я мог делать все, что угодно. Я был неумолим. Сосредоточен на достижении того, чего я хотел быть, во всех сферах своей жизни. Я помню, как чувствовал, что трачу свою жизнь впустую, если просто смотрю в окно во время поездки на такси вместо того, чтобы читать Businessweek. Теперь я думаю, что понимаю некоторые вещи, которые говорил мой отец, например: ”Читать раздел об искусстве и досуге в New York Times так же важно, как читать Wall Street Journal "."
  “Накорми свою душу”.
  “ Совершенно верно. Городские огни подчеркивали кремовый оттенок кожи Лидии. Он сравнял свое дыхание с ее, наслаждаясь несколькими мгновениями этого, как будто они пели вместе.
  “Я бы не отказался от этого”, - сказал он. “Ты мне подходишь”.
  - Я рад, что ты так считаешь.
  “ И ты тоже кое-что понимаешь. По крайней мере, в моей жизни. Но ты знаешь, что это лишь малая ее часть.
  Лидия сказала: “Я знаю. Другая часть этого в том, что ты тоже хорош для меня. Даже за короткое время, прошедшее с тех пор, как я встретил вас, я начал жалеть, что не могу разговаривать с клиентом, не постоянно ‘продавая’ свою точку зрения. Боже, было бы здорово просто сказать арт-директору рекламного агентства на съемках, чтобы он на три часа отошел от меня и позволил мне делать свою работу, вместо того, чтобы "позиционировать" ее словами: "Ну, это абсолютно блестящая идея, которая мне бы никогда не пришла в голову, но что, если мы сначала попробуем вот так?’ Это не то, о чем я даже подозревал, пока не встретил тебя.
  “ Тогда я не уверен, что делаю тебе какие-то одолжения. Звучит так, будто я делаю твою жизнь невыносимой.
  “Au contraire, mon cheri.”
  Они посидели так в тишине несколько минут, Дэниел впитывал ее запах. “Хотя это забавно”, - сказал он. “Несколько недель назад я чувствовала себя великовозрастной балериной, как будто у меня этого больше не было. Теперь внезапно мои ноги снова стали пружинистыми”. И ты - важная часть этого.
  “Иногда нужно просто оставаться в игре достаточно долго, чтобы увидеть, что будет дальше”.
  Дэниел поднял на нее глаза. Он сказал: “Ты продолжаешь говорить, что твои удары были хуже моих. Чем больше ты говоришь, тем больше мне кажется, что ты можешь кое-чему меня научить”.
  Лидия не ответила.
  “Может быть, мы оба разберемся во всем вместе”, - сказал он.
  
  
  
  Дэниел сидел в кабинете рядом со своей главной спальней. Он склонился над своим столом, инкрустированным ореховым деревом, читая документы для встречи на следующее утро. Он мог видеть, как Лидия ходит взад-вперед по спальне, появляясь и исчезая из поля его зрения в тусклом свете, пока она складывала свою одежду и укладывала ее в сумки. Она пела про себя в тех же ритмичных тонах, в каких говорила, и теперь Дэниел понял, что музыкальная интонация и восьмые тона имели восточное влияние. Он отложил свои бумаги и наблюдал за ней, пока она входила в поле его зрения и исчезала из него, наслаждаясь ее пением.
  Неужели я действительно позволю ей просто уехать отсюда в вальсе и снова отправиться в Европу?
  Он наблюдал за ней еще с минуту, затем встал и прошел в спальню. Она, казалось, почувствовала его и повернулась, чтобы встретить его, когда он пересекал зал, откинув голову назад. Ее глаза были влажными. Он поцеловал ее, сначала нежно, потом крепко, почувствовав, что она обнимает его так же настойчиво, как и он ее.
  Затем он отступил назад, держа ее за руку, и сделал несколько шагов к кровати, где лежали раскрытые ее сумки. Не говоря ни слова, он взял ее одежду, одну за другой, и положил обратно в ящик. Она смотрела, уперев руку в бедро, пока он не закончил с большой сумкой, затем прижалась к его спине и остановила его.
  - Мне нужно упаковать хотя бы маленькую сумку. У меня две съемки в Париже, и я смогу вернуться к четвергу.
  - Я оставлю свет включенным.
  Она повернула его лицом к себе и посмотрела в глаза. - Скажи мне, что это значит.
  - Это значит, что я бы хотел, чтобы ты переехала ко мне, по крайней мере, если захочешь.
  “ Да. Она сказала это быстро и самоуверенно.
  Он взглянул на гору коробок из черного композита, отделанных сталью, с ее фотографическим оборудованием. Он рассмеялся про себя. - Ты берешь все это с собой?
  — Нет, если я останусь — жить-с тобой.
  Он посмотрел ей в глаза. - Я уберу для тебя шкаф, чтобы у тебя было немного личного пространства.
  “ Мммм. Она наклонилась вперед, обняла его, положила голову ему на плечо.
  - Тебе тоже нужно немного места в доме Милфордов?
  Она отстранилась и посмотрела ему в глаза, теперь взволнованная. - Комната Элси на чердаке?
  “ Твоя, ” сказал он. Все, что делает твою старую душу счастливой.
  Она поцеловала его.
  
  
  
  Июль текущего года. Эр-Рияд, Саудовская Аравия. Али, единственное имя, под которым шейх бен Абдур знал своего компьютерного хакера, уставился на монитор компьютера на своем столе. Он сидел прямо на своем месте, аккуратно одетый в рубашку-поло от Ralph Lauren, брюки цвета хаки и свои обычные кроссовки Nike. Сегодня вечером он был чисто выбрит, и от его волос слабо пахло мылом. Али принял душ после ужина, прежде чем совершить вечернюю молитву и сесть за компьютер.
  Из-за его компьютера торчал клубок плоских кабелей шириной в три дюйма, круглых кабелей шириной в полдюйма, оптических волокон, коммутационных панелей и проводов. Телефоны, модемы, компьютеры, серверы и накопители на жестких дисках заполнили комнату беспорядочным переплетением взаимосвязей. Он закончил печатать сообщение на своем экране:
  МЫ В ДЕЛЕ. КОНСУЛЬТАНТ БИН АБДУРА ЗАКОНЧИЛ СВОЙ ОБЗОР. МОИ СЕАНСЫ ВЗЛОМА ПРОИЗВЕЛИ НА НЕГО ВПЕЧАТЛЕНИЕ. ОН СООБЩИЛ МНЕ, ЧТО ВСЕ ЧИСТО, И БИН АБДУР ДАЛ МНЕ СВОЕ ПЕРВОЕ ЗАДАНИЕ. ОН ХОЧЕТ ВЗЛОМАТЬ КОМПЬЮТЕРНУЮ СЕТЬ SAUDI ARAMCO. ПЕРЕЙДИТЕ К НЕЙ. КАК ТОЛЬКО ВЫ ВОЙДЕТЕ, ОН ПОСОВЕТУЕТ ОТТУДА. ОН ПРЕДЛОЖИЛ 25 000 долларов ПРОТИВ УСПЕХА В 100 000 долларов. Я СКАЗАЛ ЕМУ, ЧТО ПОДУМАЮ Об ЭТОМ. СОГЛАСЕН?
  АЛИ
  Али загрузил письмо в программу шифрования. Программа шифрования выдала записку в виде набора зашифрованных букв и цифр, которые мог перевести только его корреспондент-хакер на другом конце провода, используя ту же программу:
  Ahr thc 2divv ghtyui ctypelmtnedht 74etrihgnv dhf h cnfjtiye qprotiyunv protmg nb njgot ahdot e dhfogutyr cbvngh 009wuetrbva fritien ejduyt djfnxbzms 79 77gi vnh gH e1 wyughdnvbv xnckflgotoe 689dnfngot sarwregdhf 335ghtow0 shdg gf tt x sndhfr a87 torpdlfkg JjfkgkgotownsNh 63 fkgjhytu sPro alsoptej34mcnv dmvko Dkfjri 2300t sgge toyiujh sjsfotp sjsapqpritn adjghto skfdjgyt T dhforowj XX orohgit 7sjflgotn sjfoenuvyt pwprotjs, mkho nb hgot7 akskfjg105 Ajkdfote lakdoroea jdkcnGjgpwpr qoworpfjsmncWI vnj dd357owhhs 0T4bcs8
  Он загрузил записку в отдельный файл, вышел, затем набрал номер Eastnet, базирующейся в Египте цифровой высокоскоростной компьютерной линии передачи данных общего оператора связи, и его звонок был перенаправлен на модем в арендованном помещении Eastnet в подвале розничного магазина в Саут-Сайде Детройта. На станции Eastnet было установлено 100 модемов с коммутируемым доступом. Это была одна из тысяч локальных линий связи Eastnet по всему миру.
  Его звонок поступил, затем вышел через один из модемов на один из пятидесяти модемов, соединяющих компьютерную систему Мичиганского университета со всем миром. Под именем пользователя “Линдберг" и паролем “Грейси”, которые он украл двумя днями ранее, он вошел в одну из десяти университетских Unix-систем, работающих на оборудовании IBM. Он нашел учетную запись профессора Грейс Линдберг под ожидаемым именем пользователя и просто предположил, что ее пароль будет вариантом имен ее самой, ее мужа или ее детей. Грейс Линдберг была профессором математики, которая была в отпуске на две недели и не заметила, что случилось с ее аккаунтом, пока не вернулась. Али перевел свой зашифрованный файл в учетную запись Грейси Линдберг, затем вышел из системы и закрыл свою ссылку через Eastnet, чтобы дождаться ответа.
  Как только он вышел из системы, ссылку отследить было невозможно.
  Через час он получил ответ. Алика, имя, под которым он знал своего коллегу-хакера с тех пор, как они начали вести совместный бизнес неделей ранее, прислала:
  УТРОИТЕ ЦЕНУ. 75 долларов ПРОТИВ 300 долларов. И СОГЛАШАЙТЕСЬ НА СДЕЛКУ. И СКАЖИТЕ ИМ, ЧТО ВСЕ, ЧЕГО ОНИ ОТ ВАС ХОТЯТ, КАК ТОЛЬКО ВЫ УБЕДИТЕ ИХ, ЧТО ВЫ В ДЕЛЕ, ОБОЙДЕТСЯ ИМ НАМНОГО ДОРОЖЕ. НАМНОГО, НАМНОГО ДОРОЖЕ. НАПОМНИТЕ ИМ, ЧТО ОНИ НАНИМАЮТ ЛУЧШИХ.
  АЛИКА
  Али улыбнулся, глядя на буквы, мигающие на его экране, и напечатал:
  БУДЕТ СДЕЛАНО, ПАРТНЕР.
  Алика напечатала в ответ:
  Я ПОСТАРАЮСЬ ВОЙТИ ЧЕРЕЗ ИНТЕРНЕТ, А НЕ ПЫТАТЬСЯ ПРОНИКНУТЬ НАПРЯМУЮ. Я ДАМ ВАМ ЗНАТЬ, КОГДА БУДУ НА МЕСТЕ Или ЕСЛИ У меня ВОЗНИКНУТ ПРОБЛЕМЫ С ВХОДОМ. ПРОВЕРЯЙ ПОЧТОВЫЙ ЯЩИК ГРЕЙСИ КАЖДЫЙ ДЕНЬ.
  Али сидел в своей идеальной позе, уставившись в компьютер. Ему было интересно, кто такая Алика и где она.
  
  
  
  “Ты действительно ничего не знаешь о Лидии”, - сказала Бренда Виолончель Дэниелу. Бренда была его другом, а также девушкой Майкла Смитса, его лучшего друга и партнера в Ladoix Sayre. Итак, вот и все. План, который мерцал под целеустремленным выражением лица Бренды. Дэниел даже услышал это в ее голосе, когда она позвонила, чтобы пригласить его на ужин, потому что Майкла не было в городе. Они сидели в зале clang-bang center ресторана Raoul в Сохо, в одной из кабинок, втиснутых в простой белый фарфор и столовое серебро бистро, расставленные на утилитарных стеллажах из нержавеющей стали. Официанты сновали взад-вперед по наполненному ароматами помещению рядом с кухней - в воздухе витали ароматы чеснока, жареных фриттес, стейков на гриле и буйабеса. Звон посуды, крики и шипение из кухни усиливались и затихали по мере того, как вращающиеся двери с жужжанием входили и выходили.
  “ Не ходи вокруг да около, Бренда, просто выкладывай. Дэниел подумал, что Майкл прямо сейчас тихо посмеивался бы, если бы был здесь, наслаждаясь тем фактом, что Бренда хоть ненадолго побыла с кем-то другим. Он бросил взгляд на столик с другой стороны, где они с Брендой обедали менее двух лет назад, в те ужасные месяцы после смерти Энджи, когда Дэниел прервался, наклонился вперед и почти буквально разрыдался в свой суп.
  “Ну, может быть, я и не такая гладкая, но я, по крайней мере, выкладываю это на стол”, - сказала Бренда. Она была настоящей блондинкой, гибкой красавицей из северной Италии. С поразительными голубыми глазами, которые могли либо соблазнить, либо ошпарить. - Я имею в виду, сколько ты ее знаешь, месяц?
  Сегодня определенно обжигающе. - Еще немного.
  “ Значит, ты даже не знаешь наверняка, откуда она. Она просто прилетела сюда с парашютом из...
  — ... поселился здесь, я полагаю... - перебил Дэниел, приглаживая волосы назад.
  “...ладно, прилетел сюда Бог знает откуда...”
  “...это была Европа”.
  “— ладно, значит, она прилетает сюда из Европы — не умничай. Я с тобой разговариваю. Мы с Майклом обеспокоены ”. Бренда посмотрела Дэниелу в глаза, выдержала его взгляд. - Тебе не кажется, что тебе следует просто притормозить?
  От Бренды было не спрятаться. И все же он отвел глаза, бросил взгляд на киоск напротив, на сцену ужина "чуть-не-в-супе". Он пытался думать о возвращении домой, ни к кому. Только не к Лидии. Ни к кому. Как после смерти Энджи. Сейчас он не мог этого представить, не мог этого чувствовать. Все, что осталось от той неизмеримой муки, которую он испытал после смерти Энджи, - это онемение. Была ли это анестезия бедер Лидии? Эмоциональный новокаин? Или он действительно был счастлив? Теперь он вспомнил, что Бренда сказала ‘мы": и Майкл, и Бренда. Были ли правы они или он? Или они просто беспокоились, как это делают хорошие друзья? Это был первый раз, когда он усомнился в своих чувствах к Лидии. До сих пор все было блаженно, страстно.
  Он задумчиво посмотрел на свой бокал с вином. Затем, казалось, надолго задержал взгляд на Бренде. Он заметил, что ее глаза затуманились. “Хорошо. Сообщение получено”.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 8
  
  
  
  ДжейУЛИ, ткниЕГОВУХО.ФУ ТыОРОЧИЙ город. Ни один сварливый разговор с клиентом — или коллегой — до сих пор не нарушил покой Дэниела в эту тихую летнюю пятницу. У него было время поразмыслить о главном неожиданном удовольствии этого лета - Лидии, которая превращала каждый день в полифоническое переживание. Но в конце концов он опустил взгляд на черновик письма о помолвке, лежавший у него на столе, и напряжение в затылке вернулось к нему снова. Яссар устраивает из этого священный крестовый поход. Казалось, что они уже несколько недель были в одном драфте от подписки. Это не помогло остальной части его бизнеса. Две сорванные сделки и одно уступленное задание конкуренту. Боб Коварик в своем новом бутике Kovarik & Co., из всех людей. Он выглянул в дверной проем, чтобы убедиться, что никто не видит, как его гложет тревога.
  Он еще раз внимательно изучил формулировку раздела “услуги” в письме о помолвке. Расслабься. Он позволил этому проникнуть себе под кожу. Со временем Яссар устанет; он мог пережить его. Он снова посмотрел на раздел “гонорары”, самый важный для Дэниела, тот, который привел к самым сложным переговорам. Комиссионные в размере 250 000 долларов в квартал, 1 миллион долларов при объявлении о любой сделке и 0,5 процента от стоимости любой сделки, не менее 5 миллионов долларов и не более 30 миллионов долларов за сделку.
  “ Хорошо, ” сказал он вслух. Он поднял голову, услышав голос Лидии в холле. Синди позвонила ему. “Лидия здесь”, - сказала она, когда Лидия вошла в его кабинет характерными широкими шагами.
  “Привет!”
  “ Привет, любимый, ” сказал он. Прежде чем он успел выйти из-за стола, чтобы встретить ее, она подбежала к нему и поцеловала в губы. “Что ж, это приятный сюрприз”.
  - Подумал, что стоит заглянуть к великому человеку на работу.
  Он отступил назад, чтобы полюбоваться ею. Потрясающе. На ней было голубое шелковое платье. Prada? Несмотря на августовскую погоду, на ее руках красовались синие перчатки до локтей, а на голове красовалась широкополая шляпа в стиле Одри Хепберн. В ее руке покачивались солнцезащитные очки размером с очки Джеки Онассис. - Сегодня ты прославляешься с каждым шагом.
  Она снова поцеловала его, на этот раз опрокинув на спинку стула и сбив шляпу. Она рассмеялась, потянувшись за ней. “Ты можешь придираться ко мне сколько хочешь. Но я в таком хорошем настроении, что тебе до меня не добраться”.
  - Так что же приводит тебя в такое хорошее настроение?
  “ Я так довольна собой, что переполнена до краев. Она взяла шляпу и села. - Я приготовил для тебя сюрприз.
  - Неудивительно, если ты мне это рассказываешь.
  Она посмотрела на него, ухмыляясь. Красивые.
  Она взглянула на его стол, затем на проект "Презентации Королевству Саудовской Аравии о некоторых возможностях приобретения компаний по всему миру в секторе переработки и маркетинга”, сделала краткое замечание по резюме целевых компаний, рассмотренных в презентации, затем длинное замечание по письму о сотрудничестве, над которым он работал. “Значит, Яссар все еще торгуется?”
  Читает вверх ногами. Навык, которым обладают только инвестиционные банкиры. У нее неправильная профессия. “Да, Яссар все еще торгуется”.
  “Хм. Последний цент за ковер, который он тебе продает”.
  “Нет, любимый, это я сейчас продаю ему ковер”.
  “ Не будь так уверена, дорогая. Возможно, он лучший продавец, чем ты думаешь.
  “Ладно, неважно”. Ей нравилось ставить его в тупик? Но, возможно, она была права. Возможно, Яссар вел танец. Дэниел пожал плечами и откинулся на спинку стула. - Ты что-то говорил о сюрпризе?
  - Я устраиваю вечеринку.
  -Ичто?
  - Вы приглашены.
  “ Отлично. Когда? Где?
  “ Завтра вечером, в твоем доме в Милфорде. Я пригласил полдюжины твоих друзей на твой день рождения, так что будь там.
  “ Ни за что бы не пропустил. Что-нибудь еще?
  “Ну, для меня это еще и своего рода краткосрочная прощальная вечеринка. Моя подруга слегла с пневмонией, поэтому я возвращаюсь в Европу на несколько недель. Она нахмурилась и склонила голову набок. - Извини, дорогая, но я вернусь, как только смогу.
  Дэниел не скрывал своего разочарования. “Я буду скучать по тебе”.
  Синди позвонила Дэниелу: “Уолтер Перселл и Стивен Пейс”.
  “ Хорошо. Он посмотрел на Лидию. - Это займет всего минуту.
  Двое младших коллег, участвовавших в презентации Дэниела Яссару, вошли и встали перед столом Дэниела. Он не пригласил их сесть, потому что не хотел тратить много времени на черновик на этой грубой стадии. Он просмотрел несколько избранных комментариев и вручил Перселлу его разметку черновика с таким видом, словно хотел напомнить ему, что он знает, что лучше не посылать ему что-то настолько плохо выполненное. Лидия устроилась на стуле в углу, просматривая — нет, углубляясь в сводки компании.
  “ Ты был немного властным, дорогой, - сказала она после того, как они ушли. “ Мне это нравится. Она протянула ему три резюме.
  ДА. "У нее не та профессия", - усмехнулся он про себя.
  Они поцеловались. Она стерла помаду с его губ, затем снова нанесла свою. “ Пока, дорогой. Как ты думаешь, во сколько ты отправишься за город сегодня вечером?
  - Я постараюсь уйти пораньше. К восьми, когда я доберусь туда.
  “ Отлично. Я возьму твой "Порше", хорошо? Она помахала рукой на выходе. Он с улыбкой вернулся к своей работе. Затем в памяти всплыли слова Бренды. “Притормози”.
  К 12:30 Дэниел решил отказаться от оставшейся части своего рабочего дня и позвонил Синди. - Я рано уезжаю в Милфорд.
  К двум часам дня он подъехал к своему дому. "Порше" стоял на подъездной дорожке, а входная дверь была не заперта. “ Привет, ” позвал он. Он быстро обошел первый этаж, но Лидию найти не смог. Где ты, любимая? “Лидия?”
  Он вернулся в кабинет и нашел на столе ее ноутбук, открытый и все еще подключенный к Сети. Он подошел к нему и безошибочно ощутил, как кто-то трет его затылок тонкой наждачной бумагой. То, что он увидел, было невозможно. Это был рабочий стол его собственного компьютера в офисе, значки документов по сделкам и программ располагались аккуратными рядами по обе стороны рабочего стола, а папка с документами на его жестком диске была открыта в центре. У него покалывало кожу головы. Что за черт? Ощущение было такое, как будто она взломала его компьютер.
  Он почувствовал, как участился его пульс, когда побежал наверх, чтобы проверить комнату на чердаке, которую он предоставил Лидии в качестве ее личного пространства, и вошел без стука. Ее там не было. Он уже уходил, когда увидел на полу стопку документов. Он наклонился, чтобы рассмотреть их.
  Немецкие, французские, швейцарские, израильские, американские и итальянские паспорта были выложены в ряд друг за другом, по бокам лежали стопки различных валют и еще одна стопка потрепанных манильских папок высотой в два дюйма. Он открыл французский паспорт. Имя было Лидия Даффр, и фотография принадлежала Лидии. И снова у него возникло ощущение, будто кто-то трет наждачной бумагой его затылок. Это было неправильно, абсолютно неправильно. Кто, черт возьми, такая Лидия Даффре, почему она...? Она от кого-то пряталась? Это были наркотики? Какая-то афера?
  Он открыл немецкий паспорт. Лидия Шиффер. На фотографии была угрюмая женщина без макияжа и с коротко остриженными черными волосами. Несомненно, Лидия. Теперь наждачная бумага была с крупным налетом, он слышал, как в ушах стучит его пульс, и ощущал вкус желчи в желудке. Он пролистал израильский паспорт, набрасываясь на него жадными пальцами. Лидия Голдман. Он захлопнул его и порылся в швейцарской, затем в американской, затем в итальянской версиях. Он угрюмо рассмеялся, почти застонал от отчаяния. Ни одного с надписью “Фошер”. Что, она приберегла это имя для меня?
  Он пролистал пачку евро, прикинув, что там было по меньшей мере 50 000 долларов США в эквиваленте. Ему не нужно было пересчитывать американские доллары, чтобы понять, что примерно 100 000 долларов лежат в четырех завернутых стопках 100-долларовых банкнот. Он начал пересчитывать английские фунты, когда услышал, что кто-то поднимается по лестнице.
  “ Дэниел? Лидия остановилась на лестнице, скрывшись из виду.
  “ Лидия, ” монотонно произнес он. Во рту у него пересохло. Лидия возобновила подъем. Он ждал ее, держа в руках паспорта и пачку швейцарских франков. “ Что все это значит? - спросил он.
  Когда она появилась в поле зрения, ее глаза были широко раскрыты, рот приоткрыт от тревоги. Он увидел, как она вдохнула, затем медленно выдохнула, затем в ее глазах появилась твердость. - Я могу объяснить.
  - Я бы на это надеялся. - Дэниел почувствовал, как вздымается его грудь, услышал дрожь в голосе.
  “ На твоем месте я бы не разговаривала со мной таким тоном. В конце концов, ты вошел в мою комнату без приглашения. Она вздернула подбородок. “Я не фантазировал о том, что ты говоришь мне, что эта комната - мое личное пространство. Ты отдал его мне, и теперь я хочу знать, зачем ты туда вошел.
  Дэниел стиснул зубы. Дешевая уловка на переговорах. Превратить оборонительную позицию в наступательную. Он почувствовал, что у него начинают дрожать руки. “Ты приносишь что-то подобное в мой дом, и все, что ты можешь сказать, это то, что я не должен "говорить с тобой в таком тоне”?" Он помахал перед ней паспортами и деньгами.
  “ Значит, сначала это была моя комната, а теперь твой дом? Она подошла к нему, подняв глаза.
  “Да, это мой дом, и я хотел бы знать, что, черт возьми, происходит. Включая то, что ты возишься с моим компьютером на работе!”
  “ Хочешь знать, что происходит? Я расскажу тебе, что происходит. Ты вторгаешься в мою личную жизнь!
  “Конфиденциальность заходит слишком далеко, черт возьми! Что все это значит? Какого черта ты делаешь? Дыхание Дэниела было прерывистым. Его пульс бешено колотился.
  Она попыталась схватить паспорта и валюту. Он швырнул их на пол.
  “ О, это конструктивно! ” огрызнулась она. Ее губы скривились в усмешке. “ Тебе не нужны объяснения! Ты просто хочешь разозлиться и пустить все в ход!”
  - Я ожидаю объяснений.
  “ Дело частного клиента. Она отступила в сторону и указала на дверь. - А теперь убирайся отсюда!
  “ Если кто-то и выберется отсюда, так это ты. Что теперь происходит?
  Лидия выбежала и сбежала вниз по лестнице.
  Дэниел на мгновение застыл посреди комнаты, глубоко дыша, напрягая мышцы челюсти, ожидая, когда его пульс придет в норму, и гадая, что только что произошло. Кто эта женщина?
  Мгновение спустя взрыв энергии подтолкнул его к лестнице. “ Черт бы тебя побрал! Он сбежал по ступенькам, перепрыгивая через две за раз, на второй этаж. Он услышал, как хлопнула кухонная дверь. “ Лидия! ” крикнул он. Он сбежал по лестнице на первый этаж и выскочил через кухонную дверь. Ворота были открыты, и он пробежал через них, чувствуя, как в ушах стучит пульс, стиснув зубы от злости. Добравшись до Брод-стрит, он увидел, как она на полном ходу поворачивает за угол на светофоре. К тому времени, как он добрался до перекрестка, он потерял ее. Он пробежал еще квартал, но все еще не мог ее увидеть. Он остановился, тяжело дыша, обливаясь потом, с колотящимся сердцем. Черт. Когда он в последний раз бежал спринт на 200 ярдов?
  Он стоял на тротуаре, переводя дыхание. Он пытался собраться с мыслями, решить, что делать. Он стоял, глядя рассеянным взглядом, размышляя. Что, черт возьми, происходит? С кем, черт возьми, я только что разговаривал? В животе у него все перевернулось.
  Дэниел потерял счет тому, как долго он так стоял, его мысли путались. Он решил, что вышвырнет ее вон, кем бы она ни была. Не нуждался в этом в своей жизни. Тогда он решил, что усадит ее, посмотрит ей в глаза и выяснит, что именно происходит. Но что это за женщина, которая носится с подобными вещами, выдавая себя за кого-то другого? Он натравил на нее детективов из Kroll & Co., которых использовал для проверки биографических данных потенциальных клиентов, чтобы они проследили ее путь до Европы.
  Но что она делала с его компьютером? То, что она стояла там, изображая праведное негодование, было верным признаком того, что ее история окажется ложью. А файлы, что это были за файлы? Возможно, это было мошенничеством. Она была достаточно сообразительна, чтобы провернуть одно из них. Вышвырни ее и проверь его банковские счета, быстро. Черт, это странно.
  Он завернул за угол, затем направился к своему дому. Он почувствовал запах дыма, затем увидел его в воздухе. Он услышал, как городская пожарная машина с ревущей сиреной и клаксоном подъехала по Брод-стрит к перекрестку. В следующий момент он увидел дым, выходящий из двери его кухни.
  Его пульс бешено стучал в висках, когда он подбежал к входной двери. Он вбежал в столовую, где увидел источник пожара. Лидия отодвинула обеденный стол в сторону и поставила металлическое мусорное ведро из кухни в центр ковра в столовой. На полу были разбросаны папки из манильской бумаги; из банки вырвалось яркое пламя.
  Он обвел взглядом комнату. Там! Он схватил со стойки для завтрака вазу с цветами и бесполезно выплеснул воду в мусорное ведро. Он услышал, как хлопнула кухонная дверь. Лидия! Он побежал на кухню, оглянувшись через плечо и увидев языки пламени, все еще танцующие в банке.
  Он хотел последовать за Лидией на улицу, но поплелся к раковине, чтобы наполнить вазу. Он побежал обратно в столовую и снова опрокинул мусорное ведро как раз в тот момент, когда Рич Фримен, менеджер местного хозяйственного магазина, ворвался в дверь в форме добровольного пожарного. “Принесите огнетушитель!” - Крикнул Дэниел.
  Фримен подозвал к себе одного из своих товарищей-пожарных. “СО2!”
  Час спустя Дэниел стоял в центре столовой, угрюмо глядя на пятно от шампуня, которым он только что побрызгал на восточный ковер. И что теперь? Он повернулся к двери на кухню, откуда вышла Лидия. Было ли хоть что-нибудь из этого реальным?
  Теперь он мог чувствовать это, ту же разрывающую душу боль, которую испытывал после смерти Энджи. Ощущение, которое он не смог воспроизвести во время ужина с Брендой у Рауля несколько недель назад. Тяжесть, которую он чувствовал сейчас в груди, и ощущение дополнительных десяти фунтов, которые он носил в каждой из своих конечностей, были хуже, чем он мог вспомнить, отчасти потому, что он чувствовал себя нелепо из-за того, что позволил себе увлечься кем-то, о ком, как он теперь понял, ничего не знал.
  Он смотрел, как пена впитывается в ковер. Любопытно, что теперь его безошибочный гироскоп покинул его: желудок, отвечающий за систему раннего предупреждения, исчез - где же он?
  Он закрыл глаза, пытаясь на мгновение забыть, где находится, сознавая только тот факт, что баскетбольный мяч теперь, казалось, застрял у него в горле, мешая дышать. Он болезненно выдохнул. Как я мог допустить, чтобы это произошло? Он попытался сказать это вслух, но понял, что не может. Он подождал, пока снова не овладеет своим горлом. - Лидия, кто ты? - наконец обратился он к пустому дому.
  
  
  
  Июль этого года. Milford, Pennsylvania. Лидия приехала в отель типа "постель и завтрак" Black Walnut, расположенный недалеко от города. Глупая, выругала она себя. Следовало быть осторожнее.
  Она бросила сумку на кровать и распаковала ноутбук. Дело было не столько в том, что она торопилась закончить свое сообщение, сколько в том, что ей просто нужно было израсходовать немного нервной энергии. Она загрузилась и набрала номер через свое коммуникационное программное обеспечение, войдя в учетную запись компьютера, которую использовала на той неделе для отправки своих сообщений в Женевский университет. Глупый.
  ПРОБЛЕМЫ. НУЖЕН СОВЕТ. Я ЗАШЕЛ ПОГОВОРИТЬ.
  ЛИДИЯ
  Она зашифровала сообщение, внесла его в учетную запись и вышла из системы. Она подошла к зеркалу. Ее глаза были красными. Неудивительно. Она чувствовала комок в горле с тех пор, как села в такси. По ее щекам потекли слезы.
  
  OceanofPDF.com
  КНИГА 2
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 9
  
  
  
  ДжУ, TWENTYУШИВСТАЛИДЫБОМ,ЯПОШЕЛ. ПротивЭВИ, Швейцария. “Эти горы впечатляют”, - сказала Сандра Чейз, глядя в окно лимузина. Черный "Мерседес" с трудом преодолевал извилистую дорогу длиной в милю к замку на вершине холма, принадлежащему графине Дель Мира. Высокие вечнозеленые растения, тщательно ухоженные каменные стены и фонари окаймляли подъездную дорожку и усиливали ожидания посетителей, приближающихся к вершине. “Как поживает Кристина? Я не видел ее с тех пор, как она вернулась из Индии. Сколько времени это было?”
  “Два месяца”, - ответила Офелия. “Она провела в этом нелепом ашраме четыре года. Но сейчас ей как никогда хорошо. Но что заставило настоящую итальянскую графиню — ради Бога, она же Дель Мира — бросить все это и отправиться искать просветления в ашраме какого-то Свами Крипананды?”
  - Во-первых, она не выбросила все это. Оно лежало здесь, в Швейцарии, и ждало ее. Во-вторых, что в нем плохого? Сандра переняла саркастический тон Офелии. “Я имею в виду, что плохого в том, что богатая, эксцентричная европейка, которую многие, включая вас, называют авантюристкой, ищет учения Гуру в то время, когда люди открыты для таких вещей — даже богатые, эксцентричные европейские авантюристки?”
  “Послушай, Сандра, я готов повеселиться не меньше, чем любой другой, но это зашло слишком далеко”.
  - Возможно, это были ее чувства к Саше.
  “ Она удочерила ее? Офелия посмотрела на Сандру обвиняющим взглядом, требующим ответа. - Во-первых, никто точно не знает, как она к ней попала.
  “Я не знаю. Но мне сказали, что Кристина отправилась в ашрам, чтобы воспитать ребенка на формальной основе духовности”.
  “То, что явно недоступно пониманию самой Кристины!” Офелия рассмеялась. “Неважно. Ее вечеринки стали более экстравагантными, чем когда-либо. Темы!”
  Ливиния Дьюк проворковала, что согласна. - “Вечер в опере" в прошлом месяце. В ее библиотеке был сет из "Богемы" и оркестр из двадцати человек. И Паваротти пел”.
  “Хм”, - сказала Сандра. “Я думала, она изменилась”.
  “О, она действительно изменилась”, - сказала Офелия. “Вся эта глупость с ее "учениями". Я уверен, Кристина не понимает, о чем, черт возьми, она говорит, когда она болтает о Брахмане как о единой Высшей Реальности, без атрибутов, непроявленной, вечной, всезнающей, обо всем этом, обо всем том, всепроникающей...” Ее голос сорвался на смех. “В какой-то момент она сказала мне, что этот Брахман создал материальный мир просто для развлечения”.
  Ливиния пожала плечами. “По крайней мере, она убрала спортивную часть, потому что она определенно наслаждается временными удовольствиями материального мира”.
  “Да”, - добавила Офелия. “В Индии она научилась ценить их как более приносящие вечное удовлетворение, чем когда-либо прежде”.
  “ А Саша? - Спросила Сандра.
  Офелия сжала предплечье Сандры. “ О! Абсолютный восторг. Она прелесть, красивый и энергичный ребенок”.
  “Кристина относится к ней не как к дочери или зависимой, а скорее как к партнеру”.
  - Они сообщники, - сказала Офелия.
  “ Совратители, ” добавила Ливиния. “ И они создают изысканные развлечения. Вместе они плетут чары.
  “Я удивлена”, - сказала Сандра. “Мне сказали, что Кристина была более спокойной и что на самом деле у нее было что-то отстраненное, знаете, свет в ее глазах”.
  - В самом деле, дорогая, забавно, что женщина, которая может почувствовать разницу между Domaine de la Romanee-Conti Richebourg 1949 и 1957 годов выпуска и действительно завязывает вишневую веточку узлом языком, действительно открыла смысл жизни.
  Машина добралась до начала подъездной аллеи. Вид на склоны холмов, теперь покрытые зеленью, не разочаровал. Как и величие комплекса пятнадцатого века, величественно возвышающегося над горой с видом на Женевское озеро, город Веве и за его пределами. Все пятнадцать тысяч квадратных футов - толстые блоки известняка, наполовину увитые плющом, внутри торчат крепкие дубовые бревна. Сандра подумала, что содержать территорию замка и четыреста акров земли, пока графиня была в Индии, было непростым делом. Но персонал из двадцати пяти человек, безусловно, помог.
  Двое сотрудников графини открыли двери лимузина навстречу приятному и не по сезону прохладному летнему вечеру. Сандра увидела Кристину, стоящую под сверкающей люстрой в центре вестибюля. Она обращалась к ребенку, несомненно, Саше, который, казалось, сдерживал слезы. “Не лишай себя своей боли, дитя. Это часть экстаза оттого, что ты жива”, - говорила графиня. Девочка вздернула подбородок и, тем не менее, сдержала слезы. Три женщины вошли в дверь под звон драгоценностей. В воздухе слабо пахло ладаном.
  “Сандра, дорогая, это было так давно”, - прошептала графиня, когда они поцеловали друг друга в обе щеки. “Так искренне, по-настоящему рад снова тебя видеть”.
  Сандра отступила от нее и оглядела на расстоянии вытянутой руки. Она стояла в своей характерной позе, скрестив правую руку на животе, в левой держа сигарету. Но в ее глазах есть огонек. Тонкий. Но она другая.
  “И ты уже встречалась с Сашей”, - сказала графиня, положив обе руки на плечи великолепного ребенка. “Саша, это моя старая подруга Сандра Чейз. Однажды она посетила нас в Индии ”. Несомненно, это был тот же ребенок, которого Сандра видела там, кипучим в ашраме. У нее были горящие черные глаза и прямые черные волосы. Уголки ее рта приподнялись в озорной улыбке десятилетней девочки.
  - Рад снова видеть тебя, Саша.
  Саша поджала губы. - И ты.
  
  
  
  Саша прошла из столовой в библиотеку, где двадцать гостей ждали вечернего представления после десерта: сегодня вечером она разыграет еще одну историю на бис для тех, кто еще не видел эту сказку.
  Она увидела графиню, стоявшую рядом в зале и радостно улыбавшуюся. Ее бокал с шампанским никогда не пустовал, шелест ее шелкового вечернего платья цвета шартреза никогда не смолкал, ее гортанный голос никогда не умолкал, когда она двигалась по комнате, приветствуя, делая комплименты и балуя своих гостей.
  Когда Саша заняла свое место перед камином, она увидела графиню, сидящую рядом с принцем Яссаром. Он был одним из любимчиков Саши, потому что всегда разговаривал с ней мягко и спокойно. Не так, как с другими. Они всегда разговаривали с ней свысока, как с ребенком. Но Яссар слушал ее, следил за тем, что она говорила, и давал советы только тогда, когда она этого хотела.
  Саша заняла позицию лицом к аудитории. Теперь ее глаза встретились с глазами принца Яссара, и она улыбнулась. Кристина кивнула, и Саша начала разыгрывать свою историю, играя одного игрока во всех ролях.
  “Парвати, жене Господа Шивы, стало одиноко в обществе, когда она сидела в своем дворце, который был отделен от дворца ее Господа Шивы. И она пожелала иметь сына после многих лет, многих столетий, когда она и Господь Шива безуспешно пытались зачать ребенка.
  “Парвати пошла на берег ручья рядом со своим дворцом и вылепила из глины фигурку прекрасного мальчика. Она подышала на фигуру, вдохнула в нее суть своей жизни и оживила его. Когда он подрос, она бегала и резвилась с мальчиком и нашла его превосходным и любящим компаньоном ”. Саша разыграла создание мальчика из глины, а затем бегала взад-вперед перед своей аудиторией.
  Она продолжила свой рассказ, рассказав о том, как Парвати попросила мальчика охранять ее дворец, пока она принимает ванну, затем о том, как он отказал Господу Шиве войти, когда тот вернулся с охоты. Затем она разыграла великую борьбу, которая завязалась между мальчиком и Господом Шивой. Она инсценировала, как Господь Шива наконец крикнул “Хватит!”, вытащил свой меч и отрубил мальчику голову.
  В этот момент Саша посмотрела на свою аудиторию. Все были полностью сосредоточены на ней.
  Она продолжила свой рассказ, показывая и рассказывая, как Парвати вышла из ванны и увидела обезглавленного мальчика и кровь на мече Господа Шивы. Она стала Парвати: “Почему я не могу побыть наедине во время купания? Почему ты потребовал, чтобы меня впустили? Почему ты убил мальчика?”
  Тогда Господь Шива сказал: “У меня есть право! Я Господь Шива, и когда я захочу навестить тебя, чтобы поговорить с тобой, я буду приходить и уходить, когда мне заблагорассудится!”
  Она разыграла последовавшую за этим великую войну между Парвати и Господом Шивой, показала выпуск множества стрел, нанесение ударов множеством мечей.
  Затем Саша опустила голову и встала, согнув колени и безвольно опустив руки по бокам, как побежденный воин, каким бы храбрым он ни был, чтобы показать взрослым, как Господь Шива принял свое окончательное поражение от армии Парвати.
  Как Парвати, она сказала: “Теперь, чтобы признать мое право на независимость, мое право на мое утешение, верни моего сына к жизни”.
  И как Господь Шива, она сказала его слугам: “Идите и принесите голову первого существа, которое вы найдете спящим так, чтобы его голова была направлена на север”.
  Саша стал сопровождающим в поисках этого существа.
  Слуги отправились в лес и нашли слоненка, спящего головой на север, и они принесли обратно его голову, которую Господь Шива прикрепил к туловищу мальчика, вернув мальчика к жизни. Господь Шива сделал их новорожденного сына предводителем своих Ганов, своих полубожественных слуг, вот почему мальчика со слоновой головой стали называть Ганешей. В конце концов стало ясно, что он сам был богом, Богом Удачи, Устраняющим Препятствия и трудности, Богом Мудрости и великим покровителем обучения”.
  В заключение Саша величественно взмахнула руками и поклонилась.
  Ее аудитория зааплодировала. Гул одобрительных комплиментов и восторженные возгласы эхом отразились от стен на дюжине языков. Саша закружилась, упиваясь лестью и особенно особым восторгом графини.
  Но, глядя на свою аудиторию, она знала, что ее черные глаза — такие живые, уже такие мирские — не выдают тайной боли в ее детском сердце.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 10
  
  
  
  ДжУЛЫ, яПОШЕЛ-У YУШИОтЭТОГОПротивЭВИ, Швейцария. Ясар сидел, уютно устроившись в мягком кожаном кресле в библиотеке графини, болтая с другими гостями и своим двоюродным братом, принцем Насером, министром нефти Саудовской Аравии, который сидел рядом с ним. Они провели выходные в замке графини после встречи министров ОПЕК в Вене, прежде чем вернуться домой в Саудовскую Аравию. Они стали привычными гостями.
  Через открытую дверь библиотеки Яссар наблюдал, как графиня Дель Мира спустилась по последним нескольким ступенькам в главный вестибюль, томно остановилась, словно позволяя полюбоваться собой, и направилась по полированному мрамору вестибюля к двери библиотеки. Ее голова была неподвижна, когда она шла, как будто сосредоточенный, как в трансе, взгляд приковывал ее к месту. Ясар заметил сонную мягкость в уголках ее глаз, румянец на щеках и общую вялость мышц лица.
  Опиум.
  Графиня остановилась в дверях и поднесла ко рту незажженную сигарету. На ней было черное шелковое вечернее платье до пола без рукавов, которое струилось вместе с ней, но она ни разу не повернула головы и не отвела глаз от Яссара. К ней на цыпочках подошел гость, какой-то барон или член королевской семьи, прикурил ее сигарету и на цыпочках удалился.
  “ Здравствуйте, мои принцы, ” сказала она шепотом. - Заработаете сегодня несколько миллиардов?
  - Привет, Кристина, - сказал Яссар.
  Принц Насер улыбнулся: “Ты сияешь, моя дорогая”.
  Графиня посмотрела на каждого из них. “ Вы очаровываете меня. Я теряю сознание. Она придвинулась ближе к принцу Насеру и прижалась своей ногой к его ноге. “Принц Насер, сегодня вечером вы выглядите великолепно, полным мужественности. Вы навестите меня позже?”
  “ Думаю, я возьму еще немного десерта и чая, - сказал Ясар. Он встал, чтобы уйти. Графиня медленно повернулась и встретилась с ним взглядом, ее лицо было всего в футе от лица Яссара. Он мог видеть, что ее зрачки были расширены, а глаза налиты кровью.
  - Я извиню тебя, если ты пообещаешь развлечь меня сейчас, - выдохнула она.
  Яссар встал. Саша стояла в другом конце сорокафутовой комнаты, ее глаза приветственно поблескивали. Она встретила его на полпути к серванту с десертами. Замечательно, подумал он. Такая красивая. Хотел бы я снова стать молодым человеком.
  Она взяла его под руку и притянула к себе, запечатлев звонкий поцелуй на его щеке. “ Попался. Он почувствовал прикосновение ее груди к своей руке. “Что должна сделать девушка, чтобы привлечь твое внимание сегодня вечером, Яссар? Ты весь ужин изображал из себя недотрогу. Я едва мог поймать твой взгляд из-за этой мисс Балланчин рядом с тобой. От того, как она монополизировала ваш разговор, мне захотелось выцарапать ей глаза. И вы были так добры к ней, когда она стала совершенно грубой к тому времени, как подали салат. Бедняжка. Кто-то должен научить ее обращаться с вином.
  Ясар рассмеялся. - Вы очень наблюдательная юная леди. И очень соблазнительная.
  “ Вижу, теперь я завладела вашим вниманием, ” ухмыльнулась она. Они подошли к столу с десертами. Он налил себе чашку чая и положил на десертную тарелку две маленькие порции. “Очень наблюдательный и очень развитый не по годам”. Он знал, что ей было всего четырнадцать, но она уже обладала самообладанием и уверенностью в себе, присущими женщине. Предприимчивая независимость и огненный темперамент, которые она демонстрировала в детстве, все еще были там, только теперь они тлели под более утонченной внешностью. Теперь она держит голову немного выше. Она трубит о своей независимости и непокорности.
  Гибкое тело Саши теперь демонстрировало округлость женских бедер, чувственный изгиб тонкой талии и полностью сформированную высокую грудь, соблазнительно выглядывающую из-под ее шелкового платья без рукавов. В изгибах ее плеч все еще виднелись следы мальчишеской мускулатуры, как будто она еще не выросла из них, что каким-то образом делало боль, которую он испытывал, прикасаясь к ее груди, еще более запретной и непристойной. Его всегда окружали красивые женщины, многие из которых были ему доступны, и все же он редко испытывал такое желание, как сейчас, дерзнуть своему сердцу, чтобы доставить ему неприятности. За последние шесть месяцев, прошедших с тех пор, как он видел Сашу, ее кожа приобрела сияние, указывающее на то, что внутри нее пробудился какой-то гормональный фон. Блеск, который теперь появился в уголке ее глаза, сказал Яссару, что она знала, что может передать соблазнительность, которую подразумевало все ее существо. И всего четырнадцать!
  Она схватила его за руку и потащила к двери. Яссар улыбнулся и уступил ей, взяв свою чашку чая. - У меня такое чувство, что ты не можешь решить, что со мной делать.
  “ О, я уже все решила, я просто не уверена, куда тебя увезти и сойдет ли мне это с рук. ” Затем она обеими руками обхватила его руку. “На самом деле, мне нужен твой совет”, - сказала она, глядя на него с заговорщической интимностью. “Кристина продала еще одну картину. Я полагаю, мы больше не живем на проценты от процентов. Возможно, теперь мы живем только на проценты. Если так будет продолжаться, стены спальни наверху опустеют через два года ”.
  “Не по таким ценам”, - сказал Ясар. - Последней была картина Ренуара, которая обошлась в один и два десятых миллиона швейцарских франков.
  Она ослабила хватку. “ Это ненадолго. Она отпустила его руку, затем скользнула вперед, к пожилой паре, стоявшей в углу, обменялась с ними несколькими фразами по-итальянски и изогнула руку, указывая на стол с десертами.
  Яссар наблюдал, как свет играет на мускулах ее рук, любовался изгибами ее подтянутых ног, любовался ее лицом. Те же черные волосы, которые всегда развеваются. Счастливчику, который проснется с ними, перекинутыми через грудь. Саша вернулась, снова взяла его за руку и вывела во внутренний дворик.
  “ Злой, грустный, созерцательный — на самом деле, в любом настроении - красота этого места всегда трогает меня. ” Она повернулась к нему лицом, облокотившись на известняковые перила. В ее глазах была нежность. “Думаю, я бы умерла, если бы никогда больше не могла смотреть на это”.
  Она резко приблизилась к нему, остановившись в нескольких дюймах от его лица. Он увидел, как выражение ее лица сменилось тревогой. “Ты единственный, с кем я могу поговорить об этих вещах”, - прошептала она. “Ты видел, какая Кристина”.
  “Да”. В самом деле. И как печально, что она может оказаться неспособной поддерживать молодую леди с вашими выдающимися качествами в стиле, которого вы заслуживаете. И ее положение может привести к вашему худшему страху — никогда больше не смотреть на это место.
  “ Если она продолжит в том же духе, ну, я просто не знаю. Она стала менее разборчивой. Ее глаза были печальными. “Как вы думаете, вы могли бы поговорить с Насером? Вы знаете, сколько времени он проводит с ней. Как вы думаете, вы могли бы убедить его помочь ей? Так сказать, взять ее под свое крыло?
  Очень наблюдательный, не по годам развитый, очень искушенный в жизни. - Посмотрим.
  
  
  
  Той ночью принц Яссар лежал без сна в своей спальне в западном крыле замка графини. Он всегда ценил гостеприимство графини, хотя сам никогда не пользовался удовольствиями от всех ее развлечений. Религиозный человек, живущий по кодексу шариата, он часто желал графиню, хотя из уважения к своим четырем женам дома и своей религии никогда не поддавался искушению. Упадок сил графини был постепенным, и его было трудно заметить. Но принц Яссар был одним из первых, кто заметил ее готовность сделать себя доступной для более состоятельных из тех, кто посещал ее. Он знал, что принц Насер, несомненно, был в этот момент с графиней и что его подарки ей, несомненно, помогали ей поддерживать свой образ жизни. Это вызывало беспокойство, но он не хотел признаваться в своем беспокойстве своему другу, коллеге-министру и двоюродному брату. И его знания, конечно же, должны храниться в секрете от остальных членов их семьи.
  Но что больше беспокоило принца Ясара в ту ночь, так это желание, которое он испытывал к молодой леди моложе его на треть, чье тело прижималось к нему в столовой, а затем снова во внутреннем дворике тем вечером. Примечательно.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 11
  
  
  
  AТОЛЬКО,ПРОШЛО-THREE YEARSВСТАЛИТОРЧКОМ. ПротивЭВИ, Швейцария. Черный лимузин "Мерседес" Яссара подъехал по извилистой аллее к замку графини Дель Мира. Он подумал, что это был последний раз, когда он делал это - независимо от результатов его визита. Он пришел с предложением. И хотя он привык регулярно обсуждать вопросы жизни и смерти как член Совета министров, бабочки запорхали у него в животе не от реакции графини, а от самой энергичной Саши, реакции которой он опасался. Он вышел из машины и прошел через изогнутый известняковый фасад, массивную арочную дубовую дверь в мраморный вестибюль, радуясь, что великолепной юной Саши нигде не было видно.
  “Лихая, как всегда”, - сказала графиня, стоя в позе на середине лестницы, держа сигарету в поднятой руке, из уголков ее рта повалил дымок.
  “ Ах, Кристина, ты мне льстишь. ” Яссар поклонился, затем протянул ей руку, когда она спускалась, восхитительно, мучительно, каждый шаг был фотографическим моментом. Она вышла и позволила ему поцеловать себя в обе щеки.
  “ Великолепно. Приходи завтракать, Яссар. Он провел ее под руку в главный зал для завтраков, где был накрыт стол. Она указала ему на стул, затем исчезла в кладовой, появившись мгновение спустя, являя собой парадоксальное сочетание томности и энергии, занимая огромное пространство в комнате, которым могла распоряжаться только она. “О, садись ,” - упрекнула она, когда Яссар приготовился встать со своего места за столом, когда она вернулась. Она заняла свое место во главе стола, отмахнулась от дворецкого, который попытался подвинуть ей стул, и взяла салфетку, прежде чем стюард успел положить ее ей на колени.
  Яссар наблюдал, как графиня устроилась в кресле, изучающе посмотрела на него, а затем выжидающе посмотрела на него во время долгой паузы, рассчитанной на максимальный драматический эффект. Она затянулась сигаретой и медленно выдохнула, чтобы ее жемчуг догнал ее. Они догнали. “Ну?” - спросила она. - Мне показалось, что это было довольно срочно, что-то связанное с предложением.
  Яссар ухмыльнулся. “ Никогда не отличался утонченностью, Кристина. Это одно из твоих самых выдающихся достоинств. Он позволил стюарду налить ему чай, затем подождал, пока тот последует за дворецким в буфетную. Что ж, есть только один способ выяснить это. “Это насчет Саши”.
  Графиня склонила голову и махнула ему, чтобы он продолжал.
  - Она стала совсем юной леди, и вы сами видели, что она приобрела утонченность, не по годам развитую.
  -Верно.
  “Мой сын Ибрагим достиг совершеннолетия, и я считаю, что молодая леди с утонченным стилем и интеллектом Саши стала бы для него подходящей компаньонкой”.
  Графиня рассмеялась низким, сочащимся рокотом смехом. - Ты хочешь сказать, что заметил бурю либидо, которую она вызывает у мужчин всякий раз, когда входит в комнату.
  “ Это можно сказать и по-другому. - Он позволил себе улыбнуться, затем сдвинул брови и выпятил нижнюю губу. “Так что, скажем так, она могла бы развлечь Ибрагима. Если у вас нет возражений, она могла бы немедленно отправиться со мной в Саудовскую Аравию. Я бы позаботился о том, чтобы эта договоренность удовлетворила и тебя, и Сашу.
  “ Продолжайте. ” Графиня выдохнула, запрокинув подбородок и выпустив к потолку гейзер дыма. “Насколько интересным ты собираешься сделать это для меня?”
  Просто из чистого любопытства я испытываю искушение вступить в переговоры, чтобы проверить, полностью ли ты разорен. Он отказался от этой мысли. - Один миллион долларов банковским переводом.
  Графиня замерла, наверное, на три секунды, затем раздавила сигарету. Улыбка появилась на ее лице, когда она взяла чайник и налила сначала ему, потом себе. “ Она отправилась на утреннюю верховую прогулку. Она скоро вернется. Я думаю, тебе повезет убедить ее больше, чем мне. Советую тебе сначала сводить ее за покупками. Она взяла сахарницу и улыбнулась ему. “Я полагаю, вы принимаете сахар?”
  
  
  
  Позже в тот же день графиня Дель Мира стояла у окна спальни, глядя на бескрайние сосны и лиственные деревья, поросшие лесом на холме перед ее владениями. Послеполуденное солнце лилось в окно, его лучи улавливали ленивый дымок от опиумной трубки, которую она только что затушила. Она потерла лицо, пытаясь стряхнуть с себя паутину сна и приветствуя паутину от наркотика, который она только что вдохнула. Это уже заглушало боль и самобичевание, с которыми она проснулась.
  Графиня пересекла комнату, направляясь к двери ванной, и остановилась перед зеркалом. Темные круги под ее глазами стали постоянным недугом, и для маскировки им требовалось не менее получаса макияжа. Она откинула со лба прядь волос и направилась в ванную, чтобы принять душ, задержавшись перед зеркалом над раковиной. Если бы она заботилась о нем больше, было бы по-другому? Она пристально посмотрела в свои отраженные глаза. Заботилась больше? Она заботилась достаточно. Но страх, который она увидела в ее глазах, был слишком сильным. Теперь она зачарованно смотрела на него. Страх. Внезапно ставшая старше, менее красивой? Размышляла об одиночестве? Нет. Клише. Дело было в том, что ей все это наскучило, чего она не могла вынести. Как в предсмертной записке Джорджа Сандерса: “Я ухожу, потому что мне скучно”. По крайней мере, она могла не дать ребенку увидеть это в ее глазах. Скука или ее страх, нет, ужас перед этим. Позволить ребенку расти, даже не подозревая об этом. Возможно, если бы девочка знала, как она пыталась пощадить ее, то однажды простила бы ее. Она сделала для Саши все, что могла, дала ей понять, что значит изюминка. Теперь она была сама по себе. И все же…Графиня почувствовала, как рыдание пытается вырваться из ее души, затем затихает, слабо замирая. Она вошла в душ.
  
  
  
  Ясар и Саша подъехали к парадному входу замка на его черном лимузине "Мерседес". Был необычно теплый августовский день, и лицо Саши раскраснелось от жары, несмотря на то, что из города она ехала с кондиционером. Яссар посмотрел на нее с заднего сиденья. Либо она пойдет со мной, либо нет.
  Машина остановилась. Саша шла, опираясь на его руку, характерно подняв голову и улыбаясь ему. У входной двери она отпустила его руку и бросилась вперед, чтобы опередить его в прихожей, затем внезапно повернулась к нему лицом.
  - Чаю? - спросила она.
  - Это было бы неплохо.
  Он последовал за ней на кухню. Казалось, в ее мускулистом теле ростом пять футов четыре дюйма заключена безграничная энергия. За последние несколько лет, пока она расцветала, он уже успел увидеть ее юношескую энциклопедию привлекательности: вскинутая голова, надутые губы, выражение лица - от скучающего до бурного. Много лет назад Саша отбросила невинность подростка и позволила своей врожденной чувственности безудержно расцвести. Конечно, такая светская юная леди, как эта, не может быть так шокирована самим фактом предложения.
  Саша и Яссар устроились за простым столом в столовой для персонала рядом с кухней. Они делали перерыв в походе по магазинам, жевали песочное печенье и пили чай перед неизбежной Грандиозной Драмой, которую графиня устроит за ужином.
  Ясар внимательно наблюдал за Сашей. Он не мог вспомнить, замечал ли он когда-нибудь раньше, что на ее алебастровой коже, казалось, нет пор, она была такой безупречно гладкой и сияющей. Сейчас ей было шестнадцать, и, подобно спелому фрукту, она была соблазном для тех, кто хотел насладиться ею. И теперь, когда он предлагал пощипать ее - для своего сына, — он предвкушал испытать трепет и ярость ее женственности, силу, которую она могла проявить. Теперь по своему участившемуся пульсу и нахлынувшим эмоциям он понял, что сделал правильный выбор в пользу Ибрагима. И это шестнадцатилетняя девушка!
  Он протянул руку через стол и положил ее на ее руку. “Саша, есть вопрос, который я весь день ждал подходящего момента, чтобы задать тебе”.
  “ Я кое-что заподозрила. Она подняла глаза и встретилась с ним взглядом, затем снова опустила глаза на стол. Она накрыла его другую руку своей. - Ты был очень серьезен, очень загадочен.
  Она не облегчает мне задачу. “Вы слышали, как я много-много раз упоминал своего сына Ибрагима. Как вы знаете, сейчас он достигает совершеннолетия, и я готовлю его к тому, чтобы в один прекрасный день он стал лидером народа Саудовской Аравии. Он начинает путешествовать, берет на себя большую ответственность и через несколько лет отправится в Гарвард, где его уже досрочно приняли на обучение экономике и политологии. Он увидел, как Саша нахмурилась. Он знал, что она озадачена, и продолжал настаивать. “Короче говоря, он взрослеет и ведет стремительную, захватывающую жизнь. Его окружают интересные люди, и я в равной степени заинтересована в том, чтобы у него было женское общество, достойное его будущего статуса в мире. Женщины, которые способны бросить ему вызов и помочь удержаться на пути реализации его амбиций ”.
  Яссар почувствовал, как руки Саши обмякли, и увидел, как она подняла голову и встретилась с ним взглядом, ее рот открылся от зарождающегося недоверия.
  “Я бы хотел, чтобы ты вернулась со мной в Саудовскую Аравию и стала гостьей в Королевском дворце. Нам с тобой всегда нравилось общество друг друга. Я уверен, что ваше присутствие было бы столь же интересным для принца Ибрагима.
  Саша убрала руки от Яссара и положила их себе на колени. Она сидела прямо на стуле, ее губы были плотно сжаты, глаза широко раскрыты, словно от ужаса. “Ты предполагаешь...?” Она отвела от него взгляд и тяжело сглотнула, затем снова встретилась с ним взглядом. “Что бы я там делала?”
  Конечно, девушка с твоим опытом может это понять. Твоя реакция говорит мне, что ты уже поняла. “Ну, все, что пожелаешь. По крайней мере, в контексте развлечения моего сына, и не стоит недооценивать степень, в которой вы сами можете быть развлечены и побаловать себя. Мне нет нужды напоминать вам, насколько богато королевство...
  “Яссар, о чем ты думал, когда решил обратиться ко мне по этому поводу?” На лице Саши отразилась смесь недоверия и боли, ее верхняя губа начала дрожать.
  Давайте покончим с этим. Возможно, мне следует быть более откровенным. “Несомненно, юная леди с вашими желаниями может оценить, насколько подобное соглашение может удовлетворить и вас самих. Большинство девушек могут только мечтать о такой жизни”.
  Саша подняла голову, глядя ему в глаза, сначала со сталью, потом без всякого выражения, затем в ее глазах появилось выражение стыда. Он отвел глаза.
  Яссар подумал было отказаться от этого плана, но отбросил свои сомнения, когда напомнил себе, что она поразит Ибрагима и как она повлияла даже на него. Она устроит юного принца, заставит его думать об учебе так, как это не удавалось другим молодым наложницам. Саша истощила бы страсть Ибрагима к путешествиям и плотской похоти, привязав его к дому, как бездомную собаку, которую пудель в период течки загоняет по соседству.
  “Вы можете приходить и уходить, когда вам заблагорассудится, по крайней мере, в рамках социальных обычаев и ожиданий женщин в Саудовском королевстве. Вам будет предоставлено солидное ежемесячное пособие в дополнение к тому, что обо всех ваших потребностях позаботятся ”.
  В глаза Саши вернулся задор. “ Вы упомянули, сколько будете платить мне. Сколько вы платите Кристине?
  Яссар снова посмотрел в глаза Саше, увидев в них не просто чувство предательства, но суровое неодобрение. Хорошо, если ты собираешься настаивать на том, чтобы называть меня сутенером, я буду вести себя с тобой по-деловому. “ Ситуация Кристины вам хорошо известна. ” Он наблюдал за ней спокойно, как будто читал лекцию одному из своих детей. Или одной из своих жен. “Вы сами обратились ко мне некоторое время назад с просьбой о помощи в убеждении Насер обеспечить ее, прекрасно понимая, о чем просите”. Он увидел, как ее тело обмякло, когда его слова задели ее. “ Никто не приставляет пистолет к твоей голове. То, что я предлагаю вам, - это возможность вести роскошный образ жизни, путешествовать по миру с моим сыном, составлять ему компанию в условиях, которые, возможно, придутся вам по вкусу. По истечении трех-четырех лет, которые я задумал, вы, возможно, захотите остаться на неопределенный срок. То, что я предлагаю вам, - это возможность воплотить в жизнь ваши самые смелые фантазии. И, да, о Кристине будут хорошо заботиться, возможно, это ее единственный оставшийся шанс. Вы должны знать, что она почти разорена. И что она будет делать потом? Что ты будешь делать?”
  Саша вскочила из-за стола, в ярости отодвинув стул. Яссар увидел ярость в ее глазах и встретил ее взгляд так решительно, как только мог. Какая воля! Захватывающе!
  “ Я в полном ужасе! Как ты мог! Не сказав больше ни слова, Саша исчезла из комнаты.
  
  
  
  Пять минут спустя Саша ворвалась в покои графини, ее грудь тяжело вздымалась, а сердце кричало от боли. “Кристина!” - позвала она, ее взгляд метнулся по комнате, затем остановился на закрытой двери ванной. Дверь распахнулась, когда она приблизилась, и на нее уставилась фигура графини в мантии, с ее волос все еще капала вода после душа.
  - Что, черт возьми, на заставляет вас врываться сюда в таком виде?!
  “Прости, прости, но я просто так offended...so огорчен...”
  “ Что случилось, дитя мое? ” спросила графиня и, шагнув вперед, схватила Сашу за плечи. Она усадила ее в кресло. - А теперь сядь, возьми себя в руки и скажи мне, что случилось.
  Это Яссар, он хочет, чтобы я стала оплачиваемой женщиной его сына!” Ты даже не можешь заставить себя произнести слово "шлюха", не так ли? Она вцепилась в руку графини, боясь отпустить, и теперь на ее глазах выступили слезы.
  Графиня отстранилась от нее и отступила на несколько шагов. Она вздернула подбородок и посмотрела на Сашу сверху вниз глазами, все еще остекленевшими от опьяняющих веществ. “Ну, конечно, он пригласил тебя пожить в Саудовской Аравии, но я не уверен, что ограничился бы этой перспективой”.
  Саша недоверчиво посмотрела на графиню. Боже мой! Что она говорит? - Ты хочешь сказать, что знаешь? Она обеими руками схватилась за грудь.
  “ Конечно, дитя мое, он говорил со мной об этом сегодня утром. Я думаю, для тебя это потрясающая возможность.
  “Потрясающая возможность!”
  Графиня попятилась к стене, ее руки напряглись и были прижаты к ней ладонями, как будто она готовилась защищаться от Саши, который в любую секунду мог вцепиться ей в горло. “Да! Возможность!”
  Саша двинулась к ней, ее волосы разлетелись во все стороны, как будто она была наэлектризована. Ее спина была напряжена, и она выпятила грудь вперед, как девчонка, бросающая вызов школьнику на игровой площадке. “Черт возьми! Ты так говоришь, словно отправляешь меня в школу-интернат!”
  “ Тише! Яссар тебя услышит!
  “ Тогда пусть он меня услышит! Какое мне дело?
  - Я думал, ты восхищаешься Яссаром.
  — Какое отношение восхищение или не восхищение Яссаром имеет к тому, что его сын...
  Графиня нахмурилась. “ Не говори глупостей. Он пригласил вас жить со своим сыном во дворце, содержать вас в моде и осыпать деньгами, подарками, всем, что вы только можете себе представить — вы действительно понимаете, насколько богаты эти люди? И все, о чем ты можешь думать, - это какая-то банальная чушь о деньгах за услуги. В самом деле!”
  Саша почувствовала, что на глаза наворачиваются слезы. Она сосредоточилась на своем гневе, чтобы прогнать боль, затем уступила ему, когда отчаянные мысли пронеслись в ее голове. Как ты можешь это делать? Ты - все, что у меня есть. Я - все, что есть у тебя. Кроме наркотиков. Неужели опиум действительно так подействовал на тебя? “Будь ты проклят!” Она продает меня! “Сколько он тебе платит?”
  Графиня просто отвела взгляд.
  - Сколько? - спросил я.
  Графиня пристально посмотрела на Сашу, затем скрестила руки на животе в своей уникальной манере. “ Мои финансовые дела тебя не касаются. Никто тебя ни к чему не принуждает. Решайся, ” решительно сказала она. - Но помни, у тебя мало других вариантов.
  “ Будь ты проклята, Кристина. Я тоже. Я сбегу.
  “ Где? У тебя нет денег, и я не могу представить, чтобы ты пачкал руки. Тебя не для этого воспитывали.
  - Ты откажешься от меня?
  Графиня откинула голову назад. “ Глупое дитя. Здесь не осталось ничего. По крайней мере, о чем можно было бы говорить. Просто посмотри на стены, дорогая. Все фотографии пропали”.
  Саше показалось, что ее сердце вот-вот взорвется, а потом и мозг.
  
  
  
  Саша вышла во внутренний дворик. Она чувствовала тепло полевых камней через обувь и вдыхала аромат сосен, глядя на великолепие зелени, спускавшейся с холма в долину - холм графини и долину графини, — которая простиралась до города Веве и самого Женевского озера. Теперь она поняла, что так или иначе она больше не сможет назвать это место своим домом. Если я не поеду, что будет с нами обоими? Слезы обожгли ее глаза. Боль в ее горле стала невыносимой.
  Через минуту она шагнула вперед, смахнула слезы с лица и оперлась ладонями о известняковые перила. Ощущение опоры на камень успокоило ее. Она стояла там, ее грудь тяжело вздымалась. Она постепенно подняла голову, выпрямила спину. Мышцы ее живота болели. Думаю, я мог бы простить Кристину из-за наркотиков. Но Яссар? Он один из немногих людей, которые, как мне казалось, понимали меня, с которыми я мог поговорить. Ее колени подогнулись, и она оперлась бедрами о перила, повернувшись лицом к дому. На мгновение ей показалось, что она вот-вот опрокинется назад, у нее закружилась голова от замешательства.
  Ну же, возьми себя в руки. Она заставила себя думать. Она поняла, что ее жизнь здесь, с графиней, закончена. Даже если она откажется, в чем она не была уверена, что сможет это сделать, зачем ей продолжать жить здесь с Кристиной сейчас? Но куда еще ей пойти? Неповиновение и гнев придавали ей сил. Ладно, черт бы вас побрал. Черт бы побрал вас обоих. Остается только одно. Использовать это наилучшим образом, пока я не найду выход. Это и сэкономит достаточно денег, чтобы никогда больше ни в ком не нуждаться.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 12
  
  
  
  AТОЛЬКО,ПРОШЛО-THREE YEARSВСТАЛИТОРЧКОМ.БОРТ самолета Lear королевской семьи Саудовской Аравии. Хотя обычно от гула реактивных двигателей Сашу клонило в сон, этот полет был особенным. Сон был не тем вариантом, который позволяли ее нервы и эмоции. В отсутствие этого избавления от диссонанса с реальностью она отвлекла себя, сосредоточившись на силе ускорения, изменении давления в салоне по мере подъема и сравнении всепроникающего аромата новой кожи в роскошном салоне с запахом ее сбруи, когда она седлала свою лошадь накануне. Все, что угодно, лишь бы ее разбитое сердце не разрыдалось.
  Всего через пять минут полета ее лицемерный разум пронзила тоска. Если Кристина могла предать меня ... если Яссар ... тогда кто у меня есть? Ее тело было напряжено, мышцы напряжены, синапсы перегружены. Никого. Она начала дрожать. Кому, во что я могу сейчас верить? Была ли она действительно одна?
  Она посмотрела на Яссара, одетого в саудовскую мантию и головной убор, который тихо читал свой Коран, сидя напротив нее. Она изображала безразличие, но ее мысли все еще разрывались от периодических воплей неверующего сердца. Или это моя душа?
  Она пошла в туалет и посмотрела на себя в зеркало. Ты не можешь просто попросить их повернуть эту штуку вспять. Вы приняли решение. Обдумайте его с ясной головой. Теперь сделай из этого все, что в твоих силах. Она заметила следы покраснения в ее глазах. Страх тоже, и был уверен, что другие это почувствуют.
  Она вышла. Яссар отложил Коран и повернул свой стул к ней через стол, стоявший между ними.
  “ Полагаю, мне следует рассказать вам кое-что о том, чего от вас ожидают. И что вам следует ожидать увидеть, когда мы прибудем. Он говорил в той же мягкой манере, которую она всегда знала.
  - Хорошо, - сказала она.
  “Эр-Рияд - один из консервативных религиозных бастионов королевства Саудовская Аравия”. Он намазал немного джема на тост. “Мутавваин, религиозная полиция Саудовской Аравии, отвечает за соблюдение стандартов исламского поведения, и в Эр-Рияде ее скорее приветствуют, чем боятся. Как вы, возможно, знаете, среди стандартов шариата, нашего исламского права, которые они соблюдают, есть стандарты поведения женщин”.
  “ Я так слышал. Ноги у нее затекли. Внезапно она почувствовала, что ей тесно в стенах салона самолета.
  “Женщины традиционно носят черное покрывало во всю длину, известное как абайя. Кроме того, они должны покрывать голову хиджабом - платком, который скрывает их волосы от посторонних глаз. Мужчинам и женщинам старше детского возраста запрещено общаться в общественных местах, если они не являются членами семьи или близкими родственниками ”. Он улыбнулся. “Конечно, как человек, связанный с королевской семьей, действуют определенные привилегии, и вам может быть разрешено появляться на публике в сопровождении королевской охраны”.
  Когда тебе покажется, что хуже уже быть не может, подумай еще раз. Она подавила стон. Так как же мне перестать думать?
  “А как насчет того, чтобы быть дома?” В ее воображении возник образ, как она сидит в комнате, полной женщин в черных одеждах, боящихся подпиливать ногти. Она подумала о захватывающей дух скачке сквозь заросли на северном склоне накануне на Соболе, ее непослушном годовалом отпрыске; платье с открытой спиной, которое она надела на ужин с баронессой и бароном де Мулен, из-за которого его глаза не отрывались от нее весь вечер; удар дробовика 16-го калибра, из которого она любила стрелять в перепелов. Никогда больше?
  “Саудовские женщины носят любую одежду по своему выбору, при условии, что она не привлекает внимания, будучи слишком откровенной, слишком обтягивающей или слишком короткой. Одежда, которая представляет женщин ‘обнаженными, даже если они одеты", которая разжигает страсти мужчин и искушает их, считается не только противоречащей учению, но и несправедливой, недоброй и неразумной. Большинство блузок в западном стиле, даже с длинными рукавами, которые достаточно тонкие, чтобы обнажить нижнее белье под ними, не одобряются. ” Он внимательно оглядел ее, как строгий профессор. - В твоих личных покоях и с Ибрагимом, конечно, это совсем другое дело.
  “ Понятно, ” сказала она. Может, мне просто открыть дверь и выпрыгнуть. Она почувствовала судорогу мышц живота и боль в сердце, как будто оно было раздавлено его словами. Яссар, пожалуйста, прекрати это.
  Яссар накрыл ее руку своей. Она опустила ее обратно на колени. “ Моя дорогая, я не пытаюсь напугать тебя или заставить поверить, что ты не сможешь вести себя в основном так, как привыкла. Его опущенные глаза снова стали мягкими; он был тем Яссаром, которого она знала. “Я просто не хочу, чтобы мутавваины увезли тебя, например, за езду на велосипеде. Или на что-то, что вы обычно принимаете как должное и не осознаете, в нашей культуре будут смотреть косо. И я не хочу, чтобы вы ставили в неловкое положение королевскую семью, поскольку вы будете связаны с нами. Все будет не так сложно. Или неприятно. Вот увидишь.
  Саша почувствовала, как у нее начинают гореть глаза. Я никогда в жизни не чувствовала себя такой одинокой. Она отвернулась к окну, стараясь ни о чем не думать, сосчитала заклепки на оконной раме. Но внутренний голос окликнул ее. Я потерян. Я растворяюсь в пустоте.
  
  
  
  Эр-Рияд, Саудовская Аравия. Вдалеке виднелись луковичные купола Королевского дворца из 1700 комнат, отливающие двадцатидвухкаратным золотом. Когда лимузин с Сашей и Яссаром приблизился к белым оштукатуренным стенам, окружающим территорию Королевского дворца, они миновали невзрачные коммерческие магазины серого и коричневого цвета и жилые многоквартирные дома, нагроможденные друг на друга из угловатых шлакоблоков и бетона. Несколько фигур в мантиях заглянули в тонированные стекла проезжающего лимузина. Саша не встретилась с ними взглядом, словно боялась, что ей станет стыдно. Она чувствовала запах вездесущей саудовской пыли даже в машине с кондиционером. Лучше привыкнуть к этому. Теперь она с ужасом ощущала прикосновение грубой ткани своей абайи к коже. И это тоже.
  Внутри дворцового гаража королевские гвардейцы в коричнево-красной униформе распахнули двери. “Я спрошу, как у вас дела, после того, как вы устроитесь. У меня есть кое-какие дела, ” решительно сказал Ясар и исчез под шорох одежды и стук полудюжины пар каблуков. Сашу встретили две женщины в черных абайях. Они провели ее через вход, мимо застывших фигур других королевских стражников, затем по последовательно усложняющемуся лабиринту проходов к ряду двойных дверей. Ладно, держись на расстоянии, преодолей это. И не дай им увидеть, как ты вздрагиваешь.
  Две молодые леди в белых жакетах с вырезом в стиле Эйзенхауэра, отделанных золотой тесьмой, встретили ее по другую сторону двойных дверей и провели в комнату. Кто-то тихо постучал, и они вошли. Комната представляла собой просторную, квартиру трапециевидной формы площадью около полутора тысяч квадратных футов, с открытой дверью в гардеробную на дальней стене и еще одной дверью неизвестного назначения рядом с ней. Сооружение было почти полностью из мрамора, за исключением потолка, который представлял собой богато украшенную деревянную решетку, часть которой открывалась к филигранному световому люку. Окна на стороне, противоположной коридору, выходили во внутренний двор через решетки, которые искусно скрывали вид снаружи, не мешая проникать внутрь.
  “ Я имею честь быть твоего роста. Темноволосая молодая женщина развалилась в центре огромной кровати. Кровать, казалось, была готова поглотить ее миниатюрную фигурку, утопавшую в стеганом одеяле толщиной в три дюйма, окруженную роскошными темно-бордовыми покрывалами из синели и полудюжиной подушек с золотыми шнурами и кистями. Молодая леди не отрывала взгляда от экрана телевизора, занимавшего площадь четыре на шесть футов на стене рядом с ее кроватью. В руке она держала пульт дистанционного управления. Двое слуг ушли.
  “Не здороваешься?” Спросила Саша. “И какое отношение ко всему этому имеет мой размер?”
  Девушка повернула голову к Саше. Это была черноволосая арабская красавица с нехарактерно светлым цветом лица. “ Именно поэтому ты здесь. Она выключила звук телевизора и уронила пульт, который почти исчез в одеяле. Она наблюдала за Сашей миндалевидными темно-карими глазами. “ Вот почему ты со мной. И я должна признать, что мне это не нравится, я довольно привыкла быть одна. Она впервые улыбнулась, без особого энтузиазма. “После стольких лет совместной жизни быть фаворитом имеет некоторые преимущества”, - сказала она. “Так что давай сориентируем тебя и уберем отсюда как можно скорее, хорошо?”
  Я скажу. - Я даже не буду распаковывать вещи.
  Девушка рассмеялась, глядя на одинокую сумку Саши. Она повернулась к телевизору, порылась в поисках пульта. - Мы не носим эти абайи во дворце, тем более в женском отделе. Одежда в шкафах. Она снова повернулась к Саше. “Надень что-нибудь из ”Прада", и я убью тебя".
  Маленькая язвительница! Саша сжала челюсти. Она вздохнула и оглядела комнату, на самом деле представляющую собой совокупность различных комнат внутри комнаты. Здесь постелен персидский ковер, создающий гостиную зону со стульями, диванчиком и столом, а также обеденную зону с простым столом в персидском стиле и четырьмя стульями. Зона главной спальни была ограничена еще одним прекрасным восточным ковром из шелка и шерсти под кроватью девушки. Еще одна кровать, значительно меньших размеров, окруженная скромным ночным столиком и бюро, стояла в дальнем углу, рядом с дверью гардеробной. Вся мебель была обставлена восточным и ближневосточным антиквариатом вперемешку с неуместно современной высокотехнологичной аудио-и видеосистемой, которой девушка, казалось, была одержима. Саша продолжал стоять молча.
  Девушка перекатилась на кровати, затем, наконец, соскользнула с нее и встала. “Я вижу, что это будет трудно”. Она встряхнулась и расправила свой тающий халат, под которым была обнажена.
  Боже мой! Официантка с голым задом совсем не ожидалась. И чего еще ей от этого ожидать?
  - Предполагается, что я покажу тебе, как здесь все работает, в первые несколько дней, недель, чего бы это ни стоило.
  “ Это ненадолго. - Сказала Саша сквозь стиснутые зубы. И, может быть, сначала я тебя придушу.
  “ Лучше не надо. Девушка встала перед Сашей, затем снова улыбнулась, обнажив рот, который, казалось, привык смеяться. “ Или у меня будут большие неприятности, а здесь даже я не могу себе этого позволить. Она быстро поцеловала Сашу в щеку.
  Не смей...
  “I’m Nafta. А ты, конечно, Саша.
  Саша попятилась назад, пока не почувствовала, что ее ладони позади нее упираются в мраморные стены. Она выпрямилась во весь рост. Просто оставь меня в покое.
  Нафта склонила голову набок. “ О, сестра, ты выглядишь взволнованной. И усталой.
  Саша почувствовала усталость, опустила плечи, посмотрела на Нафту снизу вверх из-под полуприкрытых век. - Мне нужно вздремнуть.
  “ Хорошо. Возьми один. Если ты выйдешь сегодня вечером, тебе нужно выглядеть красиво. ” Нафта подошел к двери и нажал кнопку рядом с ней, затем вернулся к кровати и сел.
  “ Сегодня вечером? - Спросила Саша.
  Вечеринка после ужина. Кульминация дня здесь, где от нас всех ожидают блеска. Некоторые девушки весь день только и делают, что готовятся к этому. Своего рода соревнование. Иногда становится немного ехидным, но это весело, тебе понравится.”Они услышали стук в дверь. “Войдите”, - позвал Нафта. В дверях появилась одна из молодых леди в униформе. “ Я бы съела немного кускуса, ” сказала Нафта девушке, свесив ноги с края кровати в футе от пола. “Приготовьте сегодня его с бараниной. Не слишком острую, ты же знаешь, как я ее люблю. Пусть приготовят какие—нибудь вкусные гарниры - корнишоны и бруснику — пусть импровизируют. И немного воды в бутылках, без газа. Она повернулась к Саше. - Что бы ты хотела?
  Что это? Отель? “О, просто салат, что угодно”. Сказала Саша, махнув рукой. Девушка-служанка кивнула и ушла.
  “Не будь таким сдержанным”, - сказал Нафта. “Ты мог заказать все, что хотел”.
  “ Я не голоден. Саша все еще неловко стояла у двери, всего в нескольких футах от комнаты.
  “Они обслуживают представителей всех национальностей. Если вы хотите изысканную французскую кухню, у вас это есть. Тайские, гигантские креветки, индийское карри или стейк, без проблем. Привыкай к этому, сестренка. Используй свое воображение. Это настоящая причина, по которой ты здесь. И помните, нет ничего такого, что вы могли бы придумать, чего бы они или их деньги не могли удовлетворить. Эскадрильи реактивных самолетов, флотилии ”роллс-ройсов", яхт, команды по поло, особняки по всему миру, а я говорю только об Ибрагиме."Нафта рассмеялся.
  Кажется, ты полностью поглощен всем этим. Саша посмотрела на другую кровать, проверяя матрас усталыми глазами.
  Нафта продолжала болтать, как будто Саша не услышала ее с первого раза. “Да, все, что ты захочешь. Кэтрин Боун, одна из девушек, которых они привезли примерно год назад из Калифорнии, просто обожает авокадо из Южной Калифорнии — не просто авокадо, заметьте, а авокадо из Южной Калифорнии, поэтому Ибрагим заказывает их самолетом раз в неделю ”.
  - Кто такая Кэтрин Боун? - спросил я.
  - Одна из других девушек.
  -Другие девушки?
  “ Нас здесь двадцать шесть. У Саши отвисла челюсть. “У Ибрагима есть четыре двоюродных брата, которые по возрасту имеют схожие вкусы”.
  Боже мой, это гарем! Саша приложила руку ко лбу. “Откуда они все берутся? Почему они все это делают?”
  “ Повсюду. Агенты по подбору талантов в Голливуде. Пластические хирурги. Почему кто-то из нас это делает? Ты? Она посмотрела на Сашу.
  Саша притворилась, что не слышит, и начала стаскивать свою абайю. Прямо сейчас я задаю себе этот вопрос.
  Нафта сама ответила на свой вопрос. “ Для начала, полмиллиона фунтов в год. Еще полмиллиона фунтов в год или около того в виде драгоценностей, если ты будешь этим заниматься, которые можешь забрать с собой.
  Саша резко повернула голову, чтобы посмотреть Нафте в лицо. Ее глаза сузились, в них вспыхнул интерес. Этого достаточно, чтобы освободить меня. “Продолжай”. Ты болтливая штучка, Нафта, не останавливайся сейчас.
  “Это привлекло твое внимание”. Нафта рассмеялся. “Большинство девушек знают, что если они приедут сюда на год или два, им больше никогда не придется работать, особенно если они любимицы”. Она ухмыльнулась, как бы говоря “искренне ваш”.
  - Как давно ты здесь? - спросил я.
  “ Четыре года. Я бы предпочел оказаться в другом месте. К этому можно ужасно привыкнуть. И у меня богатое воображение”.
  Саша закончила стаскивать абайю. Под ней все еще был английский костюм для верховой езды. Нафта упала обратно на постельное белье и подушки. “Тэлли хо. Если вам нравятся лошади, у Ибрагима тоже есть такие. В конюшне полно арабов, хотя, за исключением тех случаев, когда вы едете верхом, вам придется снять сапоги. Ибрагиму действительно нравятся ноги, если вы понимаете, что я имею в виду. Что ж, ” сказала она теперь, обращаясь к потолку, ее ноги тоже нелепо указывали на него, а обнаженные ягодицы просвечивали сквозь халат, “ лучше приготовься. Сама пчелиная матка будет здесь, чтобы осмотреть вас с минуты на минуту.
  “Кто?” Пчелиная матка?
  “ Нибмар. Мать Ибрагима. Первая и любимая жена Яссара.
  - Зачем она едет? - спросил я.
  “ Посмотрим, соответствуешь ли ты ее стандартам для старшего сына. Во внешнем мире всем заправляют мужчины, но ты сейчас в мире девочек. Нибмар - королева насеста в этих краях. Так что, даже если Яссар думал, что ты как раз то, что нужно, тебе все равно нужно получить оценку Нибмара. ” Она перевернулась на кровати и устремила на Сашу неприступный взгляд. “Не шути с Нибмаром”.
  Они услышали еще один стук в дверь. Нафта выпрямился в постели. Щеколда осторожно повернулась, и вошла одна из служанок с серебряным подносом в сопровождении другой служанки в таком же наряде. Они подошли к столу и занялись раскладыванием еды для девочек.
  Пока они ели, Саша поняла, почему Нафта была назначена для ее идеологической обработки. После сорока восьми часов ее неумолчной болтовни ей нечем было бы поделиться. Саша перебросилась парой слов, но Нафта рассказала ей о том, как Ибрагим привел группу Three Dog Night из отставки на недельный ангажемент на своей ночной вечеринке; о размере груди Флоринды Уилсон, бывшей мисс Калифорния и начинающей кинозвезды, прежде чем агент по кастингу отправил ее к одному из телохранителей наследного принца Абдула — одного из кузенов Ибрагима — взять у нее интервью, и, о боже, она сверкнула в Саудовской Аравии; о том, как Ибрагим, поспорив с принцем Омаром, затащил к себе в постель шестерых девушек и обслужил их всех. она могла бы рассказать вам, потому что была там и стала свидетелем этого из первых рук — ну, так сказать, из четвертыхрук - сама; и время…Затем сильный стук в дверь заставил Нафту замолчать на полуслове. “Это, должно быть, сама Валиде султанша”.
  Дверь распахнулась, и в сопровождении двух сопровождающих вошла миниатюрная женщина с выдающимся носом, полными губами и карими глазами с ресницами длиной в половину ногтей на ногах Саши. “Привет, Саша, добро пожаловать в Саудовскую Аравию. Я так много слышал о тебе, дитя мое”. Она говорила на изысканном британском английском, как у Саши, но с произношением и дикцией в высоком стиле, как будто читала из Шекспира. Она прошлась по комнате с видом собственницы, встала перед Сашей и оглядела ее с ног до головы. Она улыбнулась мягко, почти безмятежно. Ее смуглая арабская кожа была без морщин, с кремовым румянцем от ежедневных процедур по уходу за лицом, проводившихся раз в две недели, за исключением нескольких морщинок у глаз, и на ней было стильное коричневое платье, которое выглядело так, словно могло бы сойти за обложку Vogue—Шанель? Ее темно-каштановые волосы были собраны сзади в пучок.
  Совсем не то, чего я ожидал от Нафта. Саша улыбнулась в ответ. “Привет, Нибмар”.
  “Что ж, дитя мое, первое, что нам нужно сделать, это снять с тебя мерки. Я попрошу тебя снять одежду. Приба и Даркин помогут вам. Двое слуг выступили вперед.
  Ни за что в жизни! Тело Саши напряглось, руки инстинктивно прижались к груди. Ее подбородок вздернулся, глаза расширились от тревоги, затем сузились от гнева. Саша увидела реакцию Нибмар — безмятежность в ее глазах сменилась решимостью.
  “ Все в порядке, детка. Как пожелаешь. Я помогу тебе. - Она начала расстегивать блузку Саши.
  Что это за сумасшедшее место. Неужели я потерял всю индивидуальность, всю приватность? она посетовала про себя, но в то же мгновение ее гнев вернулся. Она посмотрела в глаза Нибмару. “Я вполне могу сделать это сама”, - сказала она скривленными губами. Она начала расстегивать блузку. Нибмар отступила назад, встретив пристальный взгляд Саши, и махнула двум девушкам рукой, приглашая их пройти. Она что-то сказала им по-арабски. Две девушки отвели глаза от Саши, когда начали расстегивать пуговицы и вытаскивать ее из одежды.
  Саша боролась с ними, отталкивая их руки, только для того, чтобы они мягко, но безжалостно возобновились. Дважды. Пять, шесть раз, методично добиваясь своих пуговиц, завоевывая одну за другой, отталкиваясь, возвращаясь к этому. Почему она просто не выбежала из комнаты? Крикнуть Нибмар, чтобы ее гарпии оставили ее в покое? Одна из служанок порвала рукав.
  Нибмар хлопнула в ладоши, и обе девочки замерли. Нибмар подошла вперед и встала в нескольких дюймах от лица Саши. “Ты многому научишься в первые несколько дней”.
  Саша безжалостно посмотрела Нибмару в глаза. Нибмар тоже мог бы кое-чему научиться. Может быть, получу тычок в глаз, не так фигурально, или пинок под зад.
  Нибмар продолжил. “Но никогда не был настолько важен, чтобы понять, кто я такой, и всеобъемлющую привязанность хорошего саудовского сына к своей матери. И безграничная готовность следовать советам своей матери относительно того, что лучше для него и тех, с кем он общается. Окажите себе услугу, более тщательно выбирая свои сражения, отдавая предпочтение более существенным вопросам. Непослушный жеребенок иногда бьет себя по голове. Она отступила назад и снова махнула слугам вперед.
  Мгновение спустя Саша стояла перед Нибмаром полностью обнаженной, если не считать бриллианта solitaire — подарка Кристины на ее 16-й день рождения - на золотой цепочке у нее на шее. Саша услышала, как ноги Нафты зашлепали по полу обратно к ее кровати, затем звук того, как она возобновила свое нелепое щелканье по циферблату телевизора.
  Нибмар медленно обошла кругом Сашу, которая стояла, словно для военной инспекции, вызывающе вздернув подбородок. “Ты очень красивая. Принц Яссар только представлял, насколько изысканно.
  Ганеша, открой мое сердце. Дай мне покой и не дай моей душе вырваться из тела. Саша закрыла глаза. Она чувствовала присутствие Нибмара.
  “ Ты честный, утонченный и покорный? - Спросил Нибмар.
  Взрыв смеха вырвался у Саши. “ Честный, конечно! Но вряд ли утонченный или покорный! Нибмару было не до смеха. Она снова кивнула двум ассистенткам. Одна из них вышла вперед с рулеткой. Другая положила руки на Сашу, двигая ее конечностями, направляя ее. Саша почувствовала холодную ленту на своей коже, когда они обхватили ее груди в самом разгаре.
  Теперь Саша избегал смотреть Нибмару в глаза и наблюдал за Нафтой, которая все еще валялась на кровати, переключая просмотр хоккейного матча на порнографический фильм. Нафта наклонилась вперед, изучая пленку, как будто записывала информацию для последующего использования. Нибмар наблюдала за процессом измерения с той же научной интенсивностью.
  Одна из девушек неосторожно дернула Сашину золотую цепочку, и застежка поддалась. Нибмар опустилась на колени и подобрала его, протягивая двумя руками Саше. “Прости ее, дитя. Несчастный случай по неосторожности”. Она взяла Сашину руку и вложила в нее ожерелье. “Смотри, это застежка. Починить несложно. Позволь мне справиться с этим самой”.
  “ Спасибо, - это было все, что Саша смогла придумать, чтобы сказать. Какое замечательное преображение. Какая необычная реакция.
  Одна из девушек принесла халат, который Саша с готовностью надела. Слава Богу, все закончилось. Она почувствовала, что на глаза наворачиваются слезы, и глубоко вдохнула, чтобы прогнать их. Нибмар махнул девушкам рукой, чтобы они вышли за дверь, и повел Сашу к дивану.
  “ Твои занятия по исламской культуре и дворцовому этикету начинаются завтра. Тебе нужно научиться вести себя прилично.
  “ И как же это? - Спросила Саша, внезапно почувствовав, что готова снова сразиться с Нибмаром.
  “ Заботливый. Интересный. Обольстительный. Взгляд Нибмара снова стал жестким. “ Но ты можешь начать с утонченного и покорного. Она резко встала. “ Завтра днем, после вашего медицинского осмотра. Нафта, ваша соседка по комнате, может вам помочь.
  Саша ответила на суровый взгляд Нибмара. “ Я бы предпочла свою каюту. Это то, к чему я привыкла.
  “ Тогда привыкай к тому, что у тебя есть сосед по комнате. По крайней мере, пока не научишься вести себя должным образом. Нибмар повернулся и ушел.
  Саша почувствовала, что краснеет. Так что меня будут тыкать и подталкивать, нарушат мою частную жизнь и я буду жить в общежитии. Дай мне две недели. Я прикажу перевернуть все здесь вверх дном.
  
  
  
  Саша насладилась несколькими моментами уединения после того, как Нафта оделась и ушла на вечеринку, затем задремала и проснулась от того, что сумерки светились красным сквозь решетчатые окна. Она слушала в полутьме вечерние молитвы, скорбные призывы с минаретов, сначала жалобные, потом все громче, настойчивее, музыку веры, мира, которого она не знала. Она пошевелилась в кровати — односпальной кровати, придвинутой к стене почти как запоздалая мысль, — в своей кровати, в их общей каюте, и спустила ноги на пол. Она прошла по ковру, затем села, поставив ноги на его край, чтобы прохладный мрамор под ним мог привести ее в чувство. Ее конечности болели, как и сердце. Она уткнулась лицом в колени. О Боже, я чувствую себя такой оскорбленной. Что я наделала? Что Кристина сделала со мной? Что ты со мной сделал, Яссар? Она разразилась рыданиями, обхватив себя за ноги так, что заболели предплечья.
  Наконец она откинула голову назад и вздохнула. Ладно. Хватит. Теперь это твоя жизнь. Не сидите просто агонизируя, замороженные. Сделайте что-нибудь с этим. Она вспомнила слова Кристины: “Это нормально - причинять боль, когда тебе больно; почувствуй это и пройди через это. Не лишай себя возможности познать экстаз жизни”. Мысль о графине вызвала у нее волну боли, словно кто-то наступил на свежую рану.
  Признай свою ситуацию. Тебя уничтожила какая-то женщина, которая никогда не была, никогда не будет, никогда не хотела быть твоей матерью. Проданный ею за наркотики тому, кто предложит самую высокую цену, единственному покупателю, “самому доброму” из ее друзей. Мужчина, который, вероятно, сам хотел переспать с тобой, но слишком религиозен, благопристойен, что угодно — поэтому он делает следующую лучшую вещь и покупает тебя для своего сына. Отличная жизнь!
  Она остановила себя, осознав, что стоит на ногах. Ладно, ты прожила свою необузданную жизнь. Кристина позаботилась об этом. Теперь ты в какой-то ужасной стране. Так чем же ты занимаешься?
  Она прокрутила варианты в уме. Взбунтоваться и быть вышвырнутой? Хромать, несчастная? Нет, она уже решила, что будет приспосабливаться, пока не накопит достаточно денег, чтобы уехать. Что ж, согласно Нафта, она была в нужном месте для этого. Иди и заработай это. Двигайтесь дальше и посмотрите, что будет дальше.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 13
  
  
  
  AТОЛЬКО,ПРОШЛО-THREE YEARSВСТАЛИТОРЧКОМ. РИЯД, Саудовская Аравия. Вздремнув, Саша отбросила всякую мысль о походе на вечеринку и стала ждать, напоминая себе, что у нее это совсем не получается, как будто ей нужно было напоминать, как будто чертово хождение взад-вперед могло отвлечь ее от этого. Единственное, что она ненавидела больше, чем ожидание, - это незнание того, чего она ждет. Но комок в животе подсказал ей, что, что бы это ни было, она к этому не готова. Теперь она сидела на краю кровати, чувствуя себя королевой бала, готовящейся к свиданию. В тот момент она знала, что сейчас произойдет: Ибрагим. Она просто хотела пережить это.
  Трапеция света упала на пол, когда дверь в коридор распахнулась. Вошла Нафта, украшенная драгоценностями, сверкающая и блистательная, с поднятыми волосами. На ней было вечернее платье в пол пастельных тонов, едва скрывавшее грудь, изящные изгибы талии и бедер подчеркивались шелковой тканью. Она не имела никакого отношения к беспризорнице, которая всего несколько часов назад лежала на кровати и смотрела в телевизор. “ Медитируешь или танцуешь в темноте, сестра? - сказала она.
  Саше стало интересно, почему Нафта вернулся так рано. Она казалась обезумевшей, сняв серьги и рассеянно бросив их на кровать, расстегивая молнию на спине платья с яростной активностью, которую Саша считала невозможной для девушки, с которой она обедала ранее в тот день. Она выскользнула из своего платья, обнажив под ним только трусики.
  Саша недоумевал, из-за чего она так расстроилась, когда она прошла мимо, не глядя ей в глаза, ее губы были плотно сжаты, а брови нахмурены. Она неловко поправила волосы, юркнула в один из шкафов, схватила охапку одежды и повернулась к Саше. “Он хочет тебя”, - сказала она. - Я помогу тебе собраться, - и скрылся в ванной.
  Саша ошеломленно уставилась на дальнюю стену в тусклом свете, пытаясь заставить свой мозг справиться с нахлынувшими эмоциями. В этом не было никакого облегчения; как она и опасалась, сегодня была та самая ночь. Она даже не встречалась с этим мужчиной, не обменивалась с ним детскими историями, не стояла неловко в ожидании его первого поцелуя на ночь или не чувствовала, как он гладит ее по щеке, и все же она будет раздвигать ноги в его постели, сколько, через час? Все должно было быть не так, по крайней мере, не так, как она себе это представляла, когда впервые почувствовала покалывание любопытства о том, кем будет ее первый любовник, еще в далеком прошлом, когда это было? Видеть этого мускулистого плотника, ремонтирующего конюшни Кристины в Швейцарии, или, как ей сейчас кажется, сына французского аристократа, который не хотел останавливаться на том, чтобы просто поцеловать ее. Она почувствовала, как бешено колотится ее сердце, теперь испытывая восхитительное любопытство, надеясь, ожидая, желая насладиться этим, теперь понимая, что ее мозг отчаянно работает — при таких обстоятельствах, как она вообще могла ожидать удовольствия? Все ее чувства, казалось, одновременно обострились до невыносимой остроты. Она услышала звуки музыки, доносившиеся из бального зала, как рев. Гладкий шелк ночной рубашки, касавшийся ее груди, был как лед. Очертания мебели по всей комнате резали ей глаза, как наждачная бумага. Это была Тоскана? нелепо подумала она, вспоминая тот раз, когда впервые увидела электрическую бурю, волнующую опасность этих величественных мечей молний, описывающих дугу над виноградниками внизу, теперь почти веря, что чувствует, как синапсы в ее мозгу вспыхивают с такой же интенсивностью.
  Ее глаза отстраненно заметили, как открылась дверь ванной и Нафта пересекла комнату. Почему она выглядела такой напряженной, даже злой? Нафта включил свет, а затем встал перед Сашей, наблюдая за ней. “Сестра, тебе нужно быть готовой сейчас.” Саша посмотрела на нее, кивнула и поняла, что лучше не пытаться заговорить, чувствуя сухость в горле, уверенная, что ее голос прозвучит всего лишь писком, выдающим ее нервозность. Нервозность? Было ли это все из-за того, что теперь ее мозг кричал на нее неразборчиво, говоря на разных языках. Она встала с кровати, понимая, что ее лицо слишком хрупкое, чтобы улыбаться, а затем удивилась, с какой стати ей вообще пришло в голову это делать.
  “ Расслабься, ” сказал Нафта. “ Это лучший совет, который я могу дать тебе на сегодняшний вечер. Саша увидела, как лицо Нафты смягчилось, игривая улыбка, которая появилась ранее в тот день, появилась впервые с тех пор, как она вернулась. “У меня будет время научить тебя нескольким вещам позже. Сегодня вечером просто не бойся использовать свое воображение ”. Саша почувствовала, что кивнула в ответ. “Теперь сними эту ночную рубашку”, - сказала Нафта, поднимая руки Саши и стягивая шелк через ее голову. Нафта посмотрела в сторону шкафа. “Тебе нужно что-нибудь повседневное, свободного покроя”. Нафта наклонилась перед ней: “Это тебе тоже не понадобится”, - сказала она, стягивая с Саши трусики. Саша почувствовала, как голос Нафты изменился на зловещий, прежде чем она произнесла: “О, сестра, тебе нужно побриться”.
  Саша провела рукой по бедру и произнесла: “Гладкое”.
  “Нет, я имею в виду все. В нашей культуре иметь волосы на интимных местах считается грехом”.
  Саша почувствовала, как у нее запылали щеки, и отвернулась. Неужели моему унижению нет предела? Она обхватила себя руками и побежала к двери ванной.
  “ Ты прекрасно выглядишь, ” сказала Нафта десять минут спустя. Теперь на Саше было простое льняное платье до щиколоток, босоножки и белоснежная шелковая блузка с короткими рукавами, которую выбрала для нее Нафта. “Покажи немного декольте, но не слишком”, - сказала она, поправляя Сашину блузку.
  Декольте! Я без лифчика в прозрачной блузке. Ее бриллиант solitaire, который был незаметно возвращен в бархатную шкатулку для драгоценностей, пока она дремала, висел на золотой цепочке у нее на шее. Ее волосы и глаза были подчеркнуты блузкой и юбкой цвета слоновой кости. Саша услышала свист в ушах и догадалась, что ее чувства отключились после того, как она злоупотребляла собой последние четверть часа. Ее затошнило. Это были мускусные духи Nafta? Она мечтала о друге, думала о том, чтобы прильнуть к Нафта, но знала, что это не поможет.
  Нафта поцеловала Сашу в обе щеки и постучала в таинственную дверь в их комнату. Саша услышала приглушенный голос изнутри и почувствовала ледяной холод медной дверной ручки, не осознавая, что потянулась к ней, повернула и толкнула дверь. Она вела в покои Ибрагима. Она стояла в дверях, инстинктивно чувствуя, что должна остановиться, позволить Ибрагиму осмотреть ее. Она услышала поток мыслей, говорящих ей казаться беспечной, взволнованной, нетерпеливой, скучающей - все, что угодно, лишь бы не показывать своего желания выбежать из комнаты.
  Она увидела глубоко посаженные глаза, наблюдавшие за ней из-под припухших век. Она увидела смуглое лицо, чисто выбритое, и вьющиеся черные волосы, зачесанные назад с помощью какого-то геля. Она подумала, что спокойное выражение лица и кустистые брови можно было бы принять за скорбные, как у Ясара. У этого мужчины был командный вид, возможно, даже высокомерный, быстро решила она — рассудок все-таки не покинул ее. Внешность Яссара, определенно его глаза. Довольно привлекательно, на самом деле. Тот факт, что он был хорош собой, облегчил ей улыбку. “Я Саша”, - сказала она. Ей показалось, что он сказал что-то вроде “Я знаю” и “Я Ибрагим”, и она знала, что он встал, чтобы поприветствовать ее, но она не расслышала отчетливо, осознав в тот момент, что кто-то, должно быть, Нафта, закрыл за ней дверь, и ее разум, ее тело застыли.
  Тогда, через сколько? секунду? простое восприятие, как будто ее разум собирал по крупицам, чтобы осмыслить ситуацию: Ибрагим был одет в белую хлопчатобумажную рубашку без воротничка и коричневые льняные брюки. Теперь лучше. Она моргнула и подумала, что он выглядит старше своих 17 лет, более лощеным, более расслабленным и уверенным в себе, чем она ожидала.
  Ибрагим стоял в центре удобной гостиной размером 15 на 20 футов. Персидские ковры на полу, несколько накинутых на столы драпировок, создающих роскошную неформальность, повсюду расставленные предметы, антикварные изделия бейдермейера и английского периода вперемешку с предметами Османской империи, элитные столики высотой в два фута, предназначенные для чаепития или трапезы на коленях. Подушки и покрывала повсюду на обитой гобеленами мягкой мебели и кожаных диванах. Головы лося, слона и антилопы на стенах. Мужская комната. Неудивительно. Но это уже чересчур.
  Теперь она не была уверена, что череда образов возникла именно так, как она это воспринимала, понимая, что ее глаза воспринимают кусочки мозаики, словно вспышки, окружающие мужчину, который стоял в центре комнаты, когда слова "он будет моим первым любовником" сформировались, а затем закрепились в ее сознании. У нее подкосились колени, она почувствовала, как пульс отдается в ушах, и сделала шаг вперед, в комнату, чтобы не показаться ошарашенной, а затем задалась вопросом, почему это имеет значение.
  Ибрагим улыбнулся ей, отвечая на мою улыбку? она задумалась. Уголки его глаз опустились. Да, как у Яссара. Она увидела, как он пожал плечами, затем повернулся к ней спиной и подошел к дивану, на который сел. Он указал на центр ковра перед собой и сказал: “Теперь, пожалуйста, вы можете войти”. Изысканный, правильный британский английский, как будто ее учил репетитор. Она прошла в центр комнаты, куда он указал ей, задаваясь вопросом, что она должна была делать. Его пристальный взгляд медленно скользнул по ее телу, затем снова вернулся вверх. Она почувствовала себя униженной. Все было не так, как должно было быть. Она опустила подбородок, глядя ему в глаза сверху вниз, изо всех сил стараясь скрыть свое унижение, внезапно перестав заботиться о том, видит ли он это, даже лучше, если он увидит это, чем почувствует ее страх. Он никак не отреагировал, и она подумала, неужели он собирается оставить меня стоять здесь всю ночь, ради всего святого, затем увидела желание в его глазах и сама ответила на свой вопрос. Он жестом пригласил ее сесть на диван рядом с ним.
  “ Отец рассказывал мне о тебе. Энергичный. Она увидела, как он сделал паузу, затем кивнул сам себе, как будто пересмотрел свой комментарий, а затем решил оставить его в силе.
  Да, он сын Яссара: эта нарочитая манера. Он вытащил из кармана маленькую серебряную коробочку, положил ее на стол и открыл. В ней был пузырек с белым порошком. Он достал из коробки серебряную ложечку, отвинтил крышку флакона и высыпал немного порошка на зеркало. Он сформировал ножом четыре линии порошка, затем достал из коробки серебряный тюбик. Кокаин! Спина Саши напряглась, когда она поняла, что он готовил его не только для себя. Она напряженно заерзала, когда он вставил серебряную трубку в нос, наклонился и вдохнул две струйки.
  Ясар, конечно, не одобрил бы этого, и даже будучи принцем, здесь с него за это живьем содрали бы кожу. Она подняла на него глаза и увидела, что он смотрит на нее. Она вздохнула, и ее грудь вздымалась, когда его взгляд скользнул вниз по ее шее и остановился на груди. Она знала, что он мог видеть их очертания под ее полупрозрачной блузкой. Она почувствовала трепет в груди.
  Он подвинул к ней зеркало через стол и протянул серебряную трубку. Она не думала, что он позволит ей сказать “нет”, но потом услышала свой ответ: "Нет, спасибо".
  “Возьми это”, - сказал он прямо. “Тебе нужно расслабиться. Это не доставит большого удовольствия ни одному из нас, если ты не сделаешь этого.” Саша замерла. Она видела, что он наблюдает за ней так, словно у него нет на это времени, и протягивает к ней руку с трубкой дальше. Она неохотно взяла ее у него. Она наклонилась вперед и после нескольких неумелых пассов сумела прорычать две строчки.
  Что теперь?
  Он откинулся на спинку дивана и раскинул руки. Она задавалась вопросом, почему она не чувствует никакой разницы после приема наркотика, затем подумала, что, возможно, так оно и есть, видя, как он смотрит на нее. “Ты красива, даже больше, чем описывал мой отец. Даже больше, чем твои фотографии из Швейцарии. Она кивнула, потому что не могла придумать, что еще можно было сделать, но почувствовала неприятное ощущение в животе от осознания того, что даже его комплименты не облегчат ей задачу. Он рассмеялся, затем сказал: “Но ты не очень хороший собеседник”. Он всегда смеялся над своими комментариями перед тем, как сделать их?
  Как грубо! Она хотела сказать ему об этом, но передумала, затем подумала встать и уйти, но поняла, что он этого не допустит. “Посмотрим со временем”, - это было все, что она смогла сказать. Он резко встал, пересек комнату и нажал кнопку звонка. Появились две служанки. Одна из них постучала в дверь комнаты Нафты и Саши, и мгновение спустя вошла Нафта. Ибрагим стоял у двери и наблюдал, как одна из служанок развернула небольшой коврик и положила Сашу на середину. Другая девушка подошла с миской воды и полотенцами. Нафта пересекла комнату и встала перед Сашей, наклонилась вперед и прошептала Саше, когда начала расстегивать Сашину блузку: “Все в порядке”, - сказала она приглушенным голосом, “все в порядке”, ее голос успокаивал, но Саша удивилась, почему ее лицо выглядело таким напряженным.
  Что, во имя всего Святого, происходит? - Что...?
  “Мы собираемся очистить тебя, чтобы подготовить. Это религиозный акт, символичный, на самом деле”. Нафта закончила раздевать Сашу и подняла одну из ее ног, чтобы служанка плеснула на нее водой из чаши. Девушки вымыли каждую из ее ног. Саша наблюдала за Ибрагимом с другого конца комнаты, его глаза были прикованы к ее телу, он наблюдал за омовениями, дыша все тяжелее, его голова откидывалась назад от нарастающего желания. Ей было интересно, возбужден ли он, как бы он выглядел, если бы был возбужден, как бы он руководил ею в спальне. Теперь она не столько боялась этого, чувствуя зарождение своей женской силы, сколько ощущала свою способность просто формой своего тела пронзать Ибрагима, как она делала в этот момент.
  Служанки закончили вытирать Сашины ноги, подхватили миску и бесшумно вышли из комнаты. Саша повернулась, чтобы увидеть лицо Нафты, когда та взяла ее за руку и направила к двери во внутренние покои Ибрагима. Саша шагнула вперед, ее лицо оказалось в футе от лица Нафты. Ей показалось, что она увидела печаль в ее глазах или, возможно, нежность, и была благодарна за это, когда ее пульс снова участился, отдаваясь в ушах. Она посмотрела на Ибрагима, у которого теперь, казалось, отвисла челюсть, и направилась к нему через комнату, чувствуя себя так, как бывает лучше всего, когда больше всего боится, пытаясь все воспринять, впитать и переварить. Погрузись в страх. Все когда-нибудь случается в первый раз, и она напомнила себе, что большая часть величия этого заключается в том, чтобы испытать настоящий ужас. Сегодняшний вечер не будет исключением, подумала она.
  
  
  
  Слава Богу, хоть немного шума,подумала Саша, лежа в постели на следующий день перед рассветом под звуки призыва к первой молитве. Она не спала уже несколько часов, прислушиваясь к ритмичному дыханию Ибрагима, ей не терпелось исследовать то, что казалось началом новой жизни. Она спала так крепко, как только могла припомнить, опустошенная после ночи, полной ощущений, которые вызвали улыбку на ее губах, вспоминая их сейчас. Губы, которые прошлой ночью творили такое, чего она и представить себе не могла под нежным руководством Ибрагима. Мне никто не сказал. Она пожалела, что ждала так долго, вспоминая взгляды, которые привлекали к ней мужчины на десятки лет старше из окружения Кристины. И мне жаль, что сын французского аристократа остановился, когда я сказал “остановись”."
  Час спустя Ибрагим проснулся, включил свет и оглядел комнату. “ Доброе утро, ” поздоровался Саша. Она натянула простыню на грудь, смущенная тем, что позволила себе ощутить безудержную свободу, которую исследовала в темноте.
  “ Мммм. Доброе утро. Ибрагим повернулся к ней и поцеловал в щеку. “Я вижу, ты компенсируешь свою сдержанность в разговоре атлетизмом”. Инстинктивно ей хотелось отвести взгляд, но она решила не проявлять скромность. В конце концов, она наслаждалась его прикосновениями и даже больше. Не нужно изображать чопорность.
  “У тебя будет достаточно времени, чтобы увлечься моим диалогом так же, как ты был увлечен моим телом прошлой ночью”, - сказала она. Глупый комментарий, поняла она, но произнеся его, она почувствовала себя сексуальной. В конце концов, теперь у нее был опыт. Она могла выражать такие вещи, не делая вид, что притворяется.
  Ибрагим рассмеялся. “Одна ночь, и ты Марлен Дитрих”. Он выскользнул из-под одеяла, не заметив застенчивого выражения, вызванного его комментарием. Возможно, она перестаралась, признала она. И все же никто не мог отнять у нее то, во что она превратилась прошлой ночью. “ Завтрак? ” спросил он по дороге в ванную. Она рассмеялась про себя: вряд ли это соответствовало ее мысли. Тем не менее, ей понравился фамильярный тон, его неформальность. Это заставило ее почувствовать, что он доволен ею.
  - Разве тебе не нужно совершать молитвы и все такое?
  “ Со временем. Я могу пропустить первую молитву. Позвони слугам, ладно? Они знают, что я ем на завтрак. Я буду в душе. Мне понадобится помощь, чтобы почистить спину.
  Она почувствовала укол желания. Захочет ли он ее снова в душе? Это в его стиле? Она любовалась его телом сзади, когда он уходил. Может быть, жизнь здесь не будет такой уж неприятной.
  Она встала и позвала слуг, затем стояла совершенно голая, заказывая завтрак у одной из посыльных. “ Принесите мне халат из моего номера, пожалуйста. Коридорная указала на шкаф, пересекла комнату и достала роскошный шелковый халат.
  “Мисс Саша, у вас также есть хлопчатобумажный халат в ванной”, - сказала она и ушла.
  Конечно, я уверена, что у него там их штук десять. Она прислушалась к шуму душа, нашла дорогу в ванную. Это был зеркальный дворец из розового мрамора — это были светильники из чистого золота? — размером в три четверти комнаты Саши и Нафты. Ибрагим стоял в центре душевой кабины размером шесть на девять футов, со стеклянными стенами с трех сторон. Дюжина насадок для душа брызгала со всех сторон. Увидев ее, он обернулся, сияя, и помахал ей рукой, приглашая войти, как богатый подросток, демонстрирующий свой новый Ferrari. О, ради всего святого.
  Она вошла в душ. “ Пойдем, я насквозь промокла, ” сказал он, протягивая ей мыло. Он указал на мочалку и повернулся к ней спиной. “ Ты удивила меня прошлой ночью, - сказал он, когда она начала тереть. Он стоял, уперев руки в поясницу, выгнув спину, вздернув подбородок. Барон, владелец поместья прошлой ночью, прогнал парня на новой машине.
  “ В каком смысле? Она восприняла это как комплимент, ожидая, что ей еще больше польстят или, по крайней мере, похвалят за ее мастерство. Она придвинулась к нему ближе, почувствовав, как ее груди прижались к его спине.
  “Тебе не хватает опыта, но ты с головой погружаешься в работу”.
  Саша напряглась и отступила назад. Понятно. Она почувствовала, что краснеет. Она возобновила мытье, отвечая на его комментарий, надавив мочалкой.
  “ Эй! ” крикнул он, обернувшись. “ Не так сильно! Она увидела вспышку гнева в его глазах. Внезапность его реакции удивила ее, но она взяла себя в руки и встретила его пристальный взгляд, не сдаваясь, затем отвела глаза, понимая, что он знает, что она нарочно разозлила его. Она заметила его раздражение, подавила его. Она вернулась к мытью, испытывая неловкое чувство сюрреализма, охватившее ее в первые мгновения с ним прошлой ночью. Она пожала плечами, сумела рассмеяться про себя и расслабилась. Она не могла ожидать, что станет экспертом в этом деле за один раз. Кроме того, она не слышала от него никаких жалоб в спальне. Совсем наоборот. Сначала было неловко, но как только она вникла в это, well...it Она была уверена, что это была она, а не кокаин. Она озорно усмехнулась. На этот раз инициатором была она, нащупывая его мыльными пальцами, пока не убедилась, что в душе от него тоже не поступало жалоб.
  Час спустя Саша и Ибрагим вошли в боковую комнату его апартаментов. — Моя комната для завтраков, - сказал он, указывая губами на стол и стулья, расставленные у окон, выходящих во внутренний двор, и накрытые для завтрака на двоих - белая плетеная мебель, яркий солнечный свет, льющийся из окон, фарфор, созданный для английского сада, с топиариями и самшитом в придачу.
  Оскар Уайльд сошел с ума, попав в ловушку одной из своих пьес.
  “ Яркая и жизнерадостная, да? ” спросил он. Она увидела ожидающий взгляд, зная, что за этим должен последовать комплимент.
  Он шутил? Нет. Самомнение быть Ибрагимом. “Это определенно выглядит по-английски”, - сказала она так восторженно, как только могла. Они сели. Он куда-то позвонил, и появились две девушки-коридорные. В одном подали яйца "Бенедикт" с щедрыми ложками голландского соуса, в другом - чай "Эрл Грей" от Саши, клубнику и овсянку. Она смотрела, как он ест, хорошо воспитанный, как джентльмен. По крайней мере, он симпатичный. Сексуальный, правда. Она улыбнулась, подумав об этом, помешивая ложечкой чай. Не моя любовница, но, может быть, со временем? Сексуальность помогает. Теперь она чувствовала себя с ним комфортно. “ Не на тренировке к Олимпийским играм, я вижу. Он озадаченно поднял глаза, и она почувствовала укол тревоги, вспомнив его уродливый взгляд в душе.
  Он опустил взгляд на яичницу. “Я согласен с западной культурой, что завтрак - самый важный прием пищи за день. Вы бы видели, что едят мои соотечественники. - Он улыбнулся.
  Да, как улыбка Яссара, в его глазах. Теперь она вспомнила, что было прошлой ночью. “Значит, у тебя скоро не будет молитв?”
  -Позже.
  Странно. Совсем не похоже на Яссара. Она знала, что Яссар всегда вставал первым, когда приезжал в Швейцарию, и молился на коврике, который повсюду носил с собой. “Так чем же именно тогда занимается принц весь день?” Ибрагим поджал губы. Ах, должно быть, это важно. Ибрагим вдохнул, готовясь заговорить. Может быть, когда-нибудь он привыкнет к своему поведению.
  “Забавные части - это забавы, скучные части - это скучно. Что ты хочешь услышать?” Он снова улыбнулся той обаятельной улыбкой, которую она видела, но не смогла полностью ответить на нее прошлой ночью. Это пересилило ее цинизм.
  “ Все, - сказала она. Она оперлась подбородком на сцепленные руки, поставив локти на стол.
  “Ну, давайте посмотрим, предположим, мы просто используем сегодняшний день как обычный. Сначала пораньше встать, — он посмотрел на часы, — думаю, в 5:30, потом душ. Он опустил взгляд на яичницу. “ Пока, веселые моменты. Хорошая компания. Он поднял глаза от своей тарелки. Снова улыбка, сосредоточенная, как будто она была первым человеком, на котором он ее испытывал, настоящая улыбка, которую он использовал бы как платиновый иридий, по сравнению с которым будут измеряться все последующие копии, прежде чем они будут выпущены. “Так далеко ты зашел?”
  Саша кивнула. Может быть, он все-таки не воспринимает себя так серьезно. Она ждала, что он продолжит, сознавая, что этим самым обыденным описанием он привлек ее внимание, даже искренне заинтересовал тем, что было дальше. Свет заиграл на завитках темных волос на его руках. Она вспомнила твердость его бицепсов, когда он обнимал ее прошлой ночью. Да, она склонила голову набок, довольная тем, что он не торопится, прежде чем продолжить, возможно, со временем у нее появится любовник.
  “Затем я перейду к тем молитвам, о которых ты все время донимаешь меня ...”
  “Надоедливый, правда...”
  “... хотите верьте, хотите нет. Потом я готовлюсь к дневным занятиям”.
  - Вы серьезно относитесь к учебе?
  “ Не знаю. Думаю, достаточно.
  - Твой отец говорит, что ты собираешься в Гарвард.
  “ Да, полагаю, именно так и поступают. Отец всем сердцем мечтал о Гарварде. Рад, что я его не разочаровал. Он пожал плечами. “Полагаю, я пишу хорошее эссе. С другой стороны, не каждый может написать о том, что является важным фактором в будущем страны ”. Он произнес эти слова так, как будто читал из своего заявления. Практиковался. И без энтузиазма.
  - Следующий? - спросила она.
  Далее начинается моя первая по-настоящему скучная часть - встреча в Министерстве финансов с помощниками отца. Я должен просмотреть их работу над некоторыми новыми планами отца по обеспечению выпускников из Саудовской Аравии долгосрочной работой в частном секторе. Вместо того, чтобы позволить им тащиться типичным путем к какой-нибудь лишенной воображения правительственной бюрократической должности ”.
  Ее удивило, даже обрадовало, что он с очевидной авторитетностью говорит об одном из проектов Яссара. - Ты находишь программы твоего отца скучными?
  “Вовсе нет, он мечтатель, но я нахожу его подчиненных скучными. В конце концов, они лишенные воображения правительственные бюрократы”. Он рассмеялся. “И все же у них хватает наглости быть высокомерными и самодовольными. Как и отец, я нелегко переношу дураков”.
  Напротив; я видел, как Яссар вежливо сидел часами, слушая чушь от таких придурков, как Офелия Дено. “ Расскажи мне подробнее о программе трудоустройства. Твой отец всегда был так осторожен в том, что он делает.
  Ибрагим пожал плечами и отодвинул остатки яичницы на край тарелки вместе с кусочком английского маффина. “Идеи отца блестящие, но я нахожу, что заниматься всем процессом скучно. На это нет терпения. Люди - идиоты. Прогресс идет медленно. Никаких действий не предпринимается”.
  “ А вы человек действия? Ого. Она снова почувствовала укол беспокойства, испугавшись, что позволила своей наглости слишком сильно царить. Она уловила первые признаки гневного ответа в нахмуренных бровях, затем увидела, как морщинки смягчились.
  “Ну, я готовлюсь к Олимпийским играм”, - невозмутимо ответил он. Саша разразилась спонтанным смехом. Нет, он вообще не воспринимал себя слишком серьезно.
  - Что потом? - спросил я.
  Он пожал плечами. “ Тогда, я полагаю, вернемся во дворец, потренируемся в тренажерном зале, а затем на массаж. Он посмотрел в потолок, словно о чем-то размышляя.
  - Ты говоришь так, словно сейчас все это выдумываешь.
  “ Да. У меня снова ничего не запланировано до полудня. Может быть, немного пообедаем, а потом, возможно, вздремнем с одной из девушек.
  Настоящий Дон Жуан, как я погляжу. Саша почувствовала вспышку, что это было? Разочарование? Ревность? Не говори глупостей.
  “Потом молитвы, а потом я отправляюсь на занятия по религии”.
  - Даже в субботу?
  “ Безусловно. Он посмотрел в окно, как будто ему было скучно. “ У нас здесь так принято. Он оглянулся на нее, и она уловила его внезапное нетерпение, как будто ему нужно было быть где-то в другом месте. Закончил с ней на данный момент? Он положил руки на стол, как будто был готов отодвинуть стул и встать. Неужели она стала одной из скучных ролей? “Потом молитвы, ужин, потом моя вечеринка”. Его глаза заблестели при этих словах. “Ты должен быть там сегодня вечером. Нафта введет тебя в курс дела. Здесь это главное событие дня”. Он встал и странно кивнул ей головой, как будто приветствовал слугу. “ Не вставай, ” сказал он, хотя Саша не пошевелилась. “ Расслабься и допей свой чай. Увидимся позже. А сейчас мне нужно идти.
  Саша наклонила голову именно так, пытаясь изобразить превосходную версию его кивка, не уверенная, что ей это удалось, затем отвела взгляд, изображая безразличие к его уходу. Две девушки-коридорные появились через несколько секунд после ухода Ибрагима. “Не сейчас”, - авторитетно заявила Саша. “ Оставь меня. ” Она почувствовала пустоту, как будто ждала, что какая-то эмоция придет к ней и заполнит пространство, где ничего не было. Она машинально, безжизненно поднесла чашку к губам. Чай был холодный. Она поставила чашку обратно на блюдце и отодвинула его.
  
  
  
  Позже в тот же день Саша полулежала на полуакре многоярусных террас, каменных скамеек и ухоженных кустарников, цветов и деревьев, которые составляли центральный восьмиугольный двор в женской части дворца.
  Она лежала в мягком шезлонге, укрытая от солнца зонтиком, в окружении самшита и цветущих магнолий. Этот уголок сразу понравился ей, приглашая своим спокойствием. На верхнем уровне террасы журчал фонтан, и струя воды бежала под каменным патио, в котором она полулежала, вытекая под стеной в прямоугольный канал длиной тридцать футов, окаймленный с обеих сторон дорожками геометрических форм из кирпича и обсаженный плодоносящими грейпфрутовыми и апельсиновыми деревьями.
  События предыдущего дня прокручивались в ее голове, как бесконечная лента. Нибмар. Она скорее прыгнет в холодный бассейн, чем окажется рядом с ней. Чем меньше я ее вижу, тем лучше. Ее щеки запылали при мысли о том, что она будет стоять перед Нибмаром обнаженной, лишенной всякого достоинства, разъяренной и испытывающей боль одновременно, но вынужденной проглотить все это, и она поняла, что этот образ будет преследовать ее еще некоторое время. Но Нафта, после того, как ей навязали меня в качестве соседки по комнате, после ее тона при нашем первом знакомстве, с чего бы Нафте ухаживать за мной прошлой ночью? И эта рутина “сестры”, и поцелуи. Очень любопытно. Друг - это слишком много, о чем я прошу. Может быть, кто-нибудь ответит взаимностью и убережет друг друга от неприятностей? Она подумала о холодности других девушек, с которыми столкнулась ранее, когда вошла во двор, закрыла глаза и вдохнула соблазнительный аромат цветущих магнолий, окружавших ее убежище. Затем она подумала о часах, проведенных в постели с Ибрагимом, как будто это не занимало ее сознание весь день, вспомнила свою волнующую непосредственность. Был ли это, в конце концов, кокаин, искусное прикосновение Ибрагима или ее собственная врожденная сексуальность? Она почувствовала, как в ней пробуждается ее женственность, волнующее чувство самозабвения при мысли о том, что она вступит в мир, который выбрала сама.
  Затем все ее мысли и эмоции снова перевернулись с ног на голову, и она заплакала, не в силах себя контролировать. Она уткнулась лицом в колени и прижала руки к затылку. Секс прошлой ночью вряд ли был по обоюдному согласию. Ее предложили, как какую-то выпечку. О Боже, что же это будет за жизнь? Она хотела, чтобы солнечное тепло проникло в ее кости, в ее сердце и оживило ее.
  Ладно, сестра, передразнила она себя, возьми себя в руки. Перестань барахтаться в своих страданиях. Подумай. Перегруппируйся. Она начала с того, что посмотрела правде в глаза. Не было никого, к кому можно было бы обратиться, кто бы все исправил, во всяком случае, Кристина никогда этого не делала. Она всегда знала это. Вероятно, именно это сделало ее такой уверенной в себе. И посмотри, во что еще это ее превратило. Ты королевская наложница. Это не изменится в ближайшее время. Возвращаться к роли обиженного, неуверенного подростка, которого бросили по уши в странную, непостижимую жизнь, было не вариантом. Двигайся дальше и посмотри, что будет дальше, напомнила она себе о своем решении, принятом накануне. Да, я могу это сделать, и делаю хорошо.
  Она задремала.
  “ Сестра, с солнцем в полдень шутки плохи. Она проснулась от голоса Нафты.
  Ладно, спроси меня о прошлой ночи. Я знаю, ты умираешь от желания услышать. Тут Саша почувствовала себя глупо, осознав, что Нафта сама не новичок. Она посмотрела на внутренний двор с множеством террас. “Внутренний дворик прекрасен”.
  Нафта сел рядом с ней. “ Да, для нашего исключительного использования, точно так же, как вы делаете прямо сейчас. Видите решетчатые окна? Это комнаты всех девочек - и наши тоже. Так мы сможем загорать, красить ногти на ногах или просто размышлять вдали от глаз даже королевской стражи. Это единственное место, где мы можем быть самими себе королевами. Я никогда даже не видела, чтобы Нибмар заходила сюда ”.
  Пульс Саши участился. - Эта Нибмар, она просто ужасна.
  “Она не так уж плоха”, - сказал Нафта.
  “О, ради всего святого, Нафта, ты слышал, что она мне сказала? ”Ты честный, утонченный и покорный?"
  Нафта рассмеялся. “Это было ерундой. Лучше, чем то, что она сказала мне в мой первый день: ”Создавай вокруг себя таинственную ауру магических возможностей".
  Саша рассмеялась. - Что это значит?
  “Научись вилять задницей”.
  Саша вдохнула аромат цветов. Она почувствовала ароматы готовящейся еды, арабских специй, витающих в воздухе. Она выдохнула и откинула голову на спинку дивана, закрыв глаза.
  Нафта натянула на Сашу халат. “Я серьезно отношусь к этому солнцу. Оно не подкрадывается незаметно. Это подавляет тебя”.
  “ Спасибо. И спасибо тебе за помощь прошлой ночью.
  “Не упоминай об этом”, - сказала Нафта. Она сделала паузу и застыла, сжав губы, как прошлой ночью, словно в напряжении. Саша решила выяснить почему. “Как у вас дела?” Спросила Нафта, прежде чем Саша успела ее расспросить.
  Саша пожала плечами. - Девушки, которых я видела сегодня, были ледяными.
  -Знаешь почему?
  “ Только то, что ты сказал мне о том, что они кэтти. Это имеет смысл, если я новенькая.
  “ Ошибаешься. Ты здесь сенсация. И все они знали о прошлой ночи.
  “ О? Саша подняла брови. Что, черт возьми...?
  “ Реакция других девушек не должна тебя удивлять. О твоем появлении объявили.
  Саша нахмурилась. - Объявлено?
  “ Тебя выбрал сам Яссар. Немалое отличие. Это уже поставило тебя высоко в здешней иерархии. Она наклонилась на расстояние фута от лица Саши, выражение ее лица было серьезным. - Ты знаешь, каким оскорблением для меня было поведение Ибрагима прошлой ночью?
  “Нет”. О чем ты говоришь?
  Нафта смотрела по сторонам, как будто то, что она собиралась сказать, было конфиденциальным. “Это было вчера вечером в пятницу”.
  Саша непонимающе посмотрела на нее в ответ.
  “Несмотря на то, что мужчины довольно эгалитарны в том, что меняют свои "койки" со своими женщинами, пятничные вечера зарезервированы для всех первых жен. Избранное. В Коране сказано: ‘Если одной жены недостаточно, возьми четырех’. - Добавила она как бы в сторону, - “Хотя ограничений на наложниц нет. А если они не женаты, то пятницы вообще для фаворитов. Ибрагим знает это лучше, чем кто-либо другой. Я фаворит. И все же он сказал мне, что хочет тебя. - Она опустила глаза и поиграла с одним из своих браслетов.
  Саша не ответила. Так что это объясняет, почему ты выглядел таким напряженным. Ты был ранен? Какая странная культура, какое странное существо ты, Нафта. Саша сжала ее руку. Нафта потянулся вперед, обнял ее и поцеловал в щеку. - Будь добра ко мне, сестра, когда приступишь к своей роли.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 14
  
  
  
  ООКТЯБРЕ,ШЕЛHREE YEARS AGOтри, А не ЧЕТЫРЕ ГОДА. РИЯД, Саудовская Аравия. Саша почувствовала ее волнение, когда тихонько постучала в дверь кабинета Яссара. Она не хотела опаздывать. Сегодня тот самый день. Ее быстрая адаптация к местной культуре — она решила, что это потому, что ее воспитали в духе “желания испытать все”, — как ни странно, оставила ее без гнева по отношению к Яссару. Но между ними была дистанция: он предал ее. Как еще она могла смотреть на это? Но она не хотела такой дистанции и была полна решимости, чтобы так не было. Здесь, как и раньше, в Швейцарии, она хотела, чтобы часы, проведенные с Яссаром, стали яркими моментами.
  Молодая служанка открыла дверь и кивнула. Яссар поднял глаза с удобного дивана в углу комнаты. Кабинет был эклектично обставлен тщательно подобранными предметами антиквариата из других культур и эпох — французскими провинциальными столиками, кашей Бейдермейера, китайскими вазами пятой династии — вперемежку с более традиционными столиками с низкой посадкой на Ближнем Востоке и в Саудовской Аравии, персидскими коврами и диванами с гобеленовой обивкой. Во время своего первого визита в комнату Яссара она отметила про себя, что это была со вкусом подобранная модель, по которой декораторы Ибрагима получили инструкции по созданию его чрезмерно яркой прихожей. “Привет, Саша. Пожалуйста, заходи”.
  “ Привет, Яссар, ” сказала она и села в мягкое кресло рядом с ним. Она почувствовала запах чая, заваривающегося на столике.
  - Как продвигаются твои занятия по истории Саудовской Аравии и арабскому языку?
  - Вполне сносно и справедливо, - ответила она на неуклюжем арабском.
  -Неплохо.
  Приподнятые брови Яссара согрели Сашу, как и то, что она чувствовала к нему, когда он был гостем в замке Кристины.
  “И с сегодняшнего дня я веду ваши занятия по исламу. Я понимаю, что вы увлеченный ученик. Ты знаешь, как это важно для всех нас здесь, включая Ибрагима.”Яссар потянулся за чаем, но Саша остановила его и подала им обоим. Он спросил: “Как у тебя дела с Ибрагимом?”
  “ Очень хорошо, ” сказала она, опуская глаза. Она почувствовала смущение при мысли о том, что будет наслаждаться сексом, задаваясь вопросом, не надоест ли ей это, как новая игрушка, ни на мгновение не обманывая себя, что она влюблена в Ибрагима. И все же она признала, что испытывает к нему невольную нежность. Слава Богу за это. Как бы она справилась с этим иначе? Она подавила внезапное желание хихикнуть. Есть некоторые вещи, которые молодая девушка не должна раскрывать отцу своего возлюбленного. Затем: Кроме, может быть, здесь? Она отбросила эту мысль и задумалась над одним из положений Корана, которое Яссар, вероятно, не стал бы просить ее интерпретировать во время учебы: “Мужчина-мусульманин не должен удовлетворять свою потребность в ней до тех пор, пока он не удовлетворит ее потребность в нем”. Она улыбнулась про себя. А Ибрагим - хороший мусульманин.
  “Отлично”, - сказал он. “Теперь перейдем к учениям. Для него будет очень важно следовать им, если он хочет стать лидером саудовского народа. И поэтому для вас также будет важно понимать то, что удержит его на его пути, и жить в соответствии с этим”.
  “Я понимаю”. Ей стало интересно, имеет ли Ясар хоть малейшее представление о том, чем Ибрагим занимался в свободное время.
  “Вы пробыли здесь достаточно долго, чтобы увидеть некоторые проблемы, с которыми нам нужно разобраться, что нам нужно сделать, чтобы помочь нашим людям. Я очень надеюсь, что Ибрагим однажды станет преданным и образованным лидером, опирающимся на наши исламские обычаи ”.
  Возможно, вы единственный, кто верит, что он может оправдать эти ожидания. Я никогда не слышала, чтобы он выражал твой уровень приверженности этим вопросам или тому, что он лидер. Она тихо выдохнула. Ибрагим мог быть веселым, даже милым, но ей начинало казаться странным, что Яссар так многого от него ожидал и казался таким оторванным от того, что Ибрагим делал со своей жизнью.
  “У вас должно быть нечто большее, чем базовые знания в исламе, чтобы вы могли реагировать на религиозные обряды и ограничения Ибрагима. Итак, теперь, прежде чем мы начнем наш урок, мы должны подготовить наши сердца, сознательно думая об Аллахе и ища убежища от сатаны ”. Саша соскользнула со стула и села на пол, скрестив ноги перед собой. Яссар присоединился к ней, поставил перед собой специальную подставку, курси, и положил на нее свой Коран. Чтение с сердцем, душой, разумом и силой известно как Тилава, а практика правильного произношения называется Таджвид. Недостаточно научиться декламировать стихи, не понимая их. По мере того как вы продвигаетесь в своих исследованиях, вы также должны открывать для себя значение Священных Писаний и видеть, как эти послания применимы к вам и как они должны изменить нашу жизнь ”.
  Он взял Коран и его курси и положил перед Сашей. Она открыла книгу на странице, которую он отметил, и начала читать по-арабски, запинаясь:
  “Мы непременно испытаем вас страхом и голодом, потерей имущества, жизней или плодов вашего труда. Но ободри тех, кто терпеливо упорствует, и, когда их постигнет беда, скажи: ”Мы принадлежим Аллаху, и к Нему мы возвращаемся".
  Она задавалась вопросом, выбрал ли он этот выбор, чтобы ответить на ее чувство, что ее лишили всего, включая достоинство и частную жизнь, когда ее привезли сюда. Она сомневалась, что когда—нибудь получит утешение от их Корана, которое она получала от умиротворения, которое испытывала во время молитв статуе Ганеши — ее Устранителю Препятствий - во время импровизированной пуджи, которую она часто совершала на своем ночном столике, даже зная, что исповедовать любую религию, кроме ислама, здесь запрещено законом.
  “Жизнь - это испытание для будущей жизни”, - объяснил Яссар этот отрывок. “Некоторых проверяет бедность — станут ли они нечестными или потеряют веру? Некоторых проверяет богатство — станут ли они эгоистичными или будут действовать ответственно?”
  Некоторые проходят испытание предательством. Станут ли они озлобленными или продолжат верить в любовь?
  Через час они закончили урок. Саша завернул Коран в специальную ткань и поместил его над их головами на полку в западном углу комнаты. Она вернулась на свое место перед своим креслом, подождав, пока Яссар сядет, прежде чем подняться с пола и сесть в свое кресло. В тусклом свете она забыла, где находится, просто счастливая быть с Яссаром.
  Сейчас, подумала она. Незаметно. Косвенно. Она осознавала его положение в своем мире, теперь зная их культуру, и серьезность того, о чем она попросила бы его, мужчину в его положении — любого мужчину вообще, - но она была полна решимости добиться от него извинений. Это был единственный способ, по ее мнению, вернуть хоть что-то от той близости, которую она когда-то чувствовала с ним, хотя бы для того, чтобы убедиться, что она не обманывала себя, полагая, что он когда-то отвечал взаимностью на ее чувства. Должно быть, так оно и было. В тот момент она поняла, что ей нужно даже больше: ей нужно было снова увидеть его уважение к ней, и теперь она почувствовала нервный трепет в животе от страха, что Ясар может оттолкнуть ее. Нет.
  “ Яссар, ” сказала она. Она опустила глаза, чтобы ему было легче. “ Перемены иногда шокируют. Она сидела совершенно неподвижно. “И эта перемена в моей жизни была особенно масштабной и неожиданной”. Хорошо, Яссар, я открыл тему. Ты знаешь, о чем я говорю. “Мне бы не хотелось думать, что любое из наших действий во время моего перехода встанет на пути тех отношений, которые у нас когда-то были”. Слишком расплывчато. Он знает меня только как человека, который говорит прямо. Она снова почувствовала трепет в животе. “Почему ты сделал это со мной?”
  Яссар не смотрел на нее. “ Правда? Это возможность.
  “ Возможно, для того, у кого нет других возможностей. Она на мгновение прокрутила это в уме, радуясь, что позволила этому вырваться спонтанно, гадая, что скажет дальше, если он не ответит. Она ждала. Она по-прежнему не смотрела на него. “Что это за жизнь?” - спросила она наконец.
  “ В старые времена наложница могла со временем стать женой. У нас их может быть много, как ты теперь знаешь.
  “ И у вас самих много таких жен? На мгновение она подумала, что это прозвучало слишком убедительно, но потом решила, что ей все равно. Она позволила ему сидеть, обдумывая вопрос, решив, что не собирается подводить его, отвечая на свой собственный вопрос или продолжая без ответа снова. Она ждала.
  - Я напоминаю вам, что вы пришли по собственной воле.
  “ Правда? Правда, Яссар. “У меня было очень мало альтернатив. Кристина была уничтожена. Ты, кажется, знал это лучше меня. Можно поспорить, что ты ворвался и сорвал с меня песню. Долгое молчание. Ничего страшного. Пусть он повисит у тебя на шее несколько минут. Она ждала, по-прежнему не поднимая на него глаз, и в конце концов решила, что пришло время изложить свою точку зрения. “ Я бы хотела извинений. И объяснений. Яссар не ответил. Саша ждал.
  Спустя долгую минуту она услышала шорох его халата, когда он пошевелился в кресле. “ Возможно, я поступил не так, как мог бы, - сказал он. “Я хочу лучшего для своего сына, и я знаю, что ему нужно остепениться, если он хочет подготовиться к своей роли в управлении Саудовской Аравией в один прекрасный день. Признаюсь, у меня был конфликт между этим и моей привязанностью к тебе. В некотором смысле Ибрагим - моя самая большая слабость. Однажды, когда у тебя будут дети, ты поймешь. Если я был нечувствителен к твоим чувствам, я сожалею об этом”.
  Это было настолько близко к извинению, насколько Саша ожидала услышать. Все тот же Яссар. Она почувствовала облегчение, покой — почти ощущение, что ее гладят по груди. Но она хотела объяснений. Теперь ее чувства нарастали, она почувствовала, как у нее перехватило горло, и она перестала думать и позволила своим эмоциям заговорить с ним. — Ты был самым добрым человеком, которого я знала, до того дня, когда ты сделал предложение Кристине... и мне.
  - Возможно, однажды ты снова будешь хорошо думать обо мне.
  “ Я бы хотел получить объяснение. Зачем ты привел меня сюда? Чего ты от меня хочешь? Она размышляла над этими вопросами в течение нескольких недель с момента приезда, надеясь, что в этом было нечто большее, чем просто быть куском плоти для его сына. Теперь она чувствовала предвкушение, жаждала услышать, ответит ли он вообще, теперь боялась, что он может.
  “Твой опыт общения с Кристиной подготовил тебя к этому”, - сказал Яссар. Саша не могла решить, отвечает ли он на ее вопрос, оправдывается или все еще извиняется. “Твой опыт во многих отношениях превосходит опыт Ибрагима”.
  Это заняло целую вечность, решила она, затем подавила желание подстегнуть его. В свое время.
  “Поэтому я подумала, что ты могла бы помочь направить его, уберечь от неприятностей. И противостоять ему или обращаться с ним так умно, как другие девушки не могли. Несомненно, вы наблюдали ... Ну... Он замолчал. “Иногда отец не может напрямую влиять на какой-либо продуктивный результат”.
  Значит, он знает, что Ибрагим не тратит свое время на изучение Корана. И кокаин тоже? Ей не терпелось встретиться с ним взглядом, прочесть , что было в его глазах. Она сопротивлялась. “ Продолжай, ” прошептала она. “И как именно это связано со мной?”
  “Я давно заметил, что, несмотря на ваше собственное отсутствие страха перед миром и ваше стремление попробовать все, у вас есть этический руль, даже если я не всегда уверен, в каком направлении он направлен. Мне нужно, чтобы ты был гироскопом Ибрагима, наставил его на путь истинный. Может быть, заинтересуешь его чем-нибудь”.
  “ Почему я должна это делать? Она вскинула голову. О боже, я забылась. Она снова опустила голову. “Я имею в виду, как?"…”как я должна это сделать?"
  “Нет, ты имеешь в виду почему. Для меня. И моя благодарность была бы выражена ощутимыми способами. Ты был бы вознагражден материально сверх щедрой стипендии, которую ты уже получаешь. И я бы помог тебе потом адаптироваться к другой жизни. Не стоит недооценивать силу нашего влияния. Или богатства.
  В голове у Саши теперь все перепуталось. Старая нежность к Яссару, желание доставить ему удовольствие боролись с гневом и обидой, которые она теперь могла позволить себе чувствовать после того, как прогнала их на эти недели, чтобы сохранить рассудок, в своем отказе позволить ситуации захлестнуть ее. Она медленно подняла голову, ее челюсть была напряжена, в глазах застыло ожидание. Она встретилась с ним взглядом.
  “ Пожалуйста, ” сказал Яссар. Она увидела эмоции в его глазах. Они умоляли ее, а вовсе не глаза одного из самых богатых и влиятельных людей в мире. Глаза отца, ее наставника, который сейчас говорит ей, что сожалеет, но просит большего.
  Саша кивнула, но она уже сказала ему со слезами на глазах, что сделает то, о чем он просит.
  
  
  
  Октябрь, Двадцать три года назад. Эр-Рияд, Саудовская Аравия. Саша отпила из бокала бургундского, поставила его на столик и выскользнула из постели, осторожно, чтобы не потревожить послеобеденный сон Ибрагима. Она включила термостат и открыла окно во двор. Клянусь, я провожу здесь двадцать три часа в сутки, и у меня мурашки бегут по коже. Она скользнула обратно в постель и посмотрела на Ибрагима. Это было невероятно, мужчина встал, поел, занялся сексом, убежал куда-то, поел еще, выпил, занялся сексом, вздремнул, потом встал и проделал все это снова. Он все еще посещал несколько запланированных занятий и встреч — всего несколько, — иногда даже заседал в Совете министров рядом со своим отцом.
  Она посмотрела на часы. Час двадцать две. Она разбудит его через десять минут, чтобы он мог успеть на свой двухчасовой урок религии. Никаких послеполуденных молитв за него сегодня, если только он не думал об Аллахе полчаса назад, совершая последние движения бедрами перед тем, как провалиться в сон. Она взяла свой бокал с вином, поразмыслив о том, как Ибрагим потрудился раздобыть его для нее в такую рань, восхитилась рубиновым цветом бургундского и похвалила себя за то, что позаботилась о создании приличного винного погреба во дворце. Столько денег, и никто не знает, что такое Domaine de la Romanee-Conti. Саша потягивала вино и размышляла, как бы ей вернуться к обсуждению, которое она начала с ним ранее. Ибрагим был настолько же искусен в уходе от темы, насколько она была решительна.
  Ибрагим пошевелился, вдохнул, как будто кто-то выпустил из него воздух и забыл снова открыть клапан. Он моргнул.
  Когда он просыпается, то всегда выглядит как невинный ребенок. Это заставило ее улыбнуться. Она погладила его по волосам.
  “Ты меня поражаешь”, - сказал он. “Как раз в тот момент, когда я ловлю себя на мысли, что ты мне нравилась больше, когда не знала, что делаешь, ты совершаешь нечто совершенно возмутительное”. Он рассмеялся и откинул голову на подушку. - Мне кажется, у меня не в порядке с позвоночником.
  - Ты пытаешься мне польстить?
  “Молящий о пощаде”.
  “ Уже почти половина второго. Тебе следует подумать о подготовке к занятиям. Он не ответил. - А потом твой отец хотел бы, чтобы ты присоединился к нему в Министерстве финансов на встрече с американскими банкирами.
  “ Опять это. Я могу сказать, когда у мисс Саши есть план действий. Ты проснулась с этим на губах сегодня утром.
  Все было бы проще, если бы он не был таким проницательным. Или сопротивляющимся. Она вспомнила свою встречу с Яссаром, как он умолял ее. Но как она могла заинтересовать Ибрагима чем-то, если Яссар не мог сделать это сам? Очень мало из того, что Ибрагиму нравилось делать, требовало использования его мозгов. Ей просто нужно было попробовать. “Твой отец возлагает на тебя большие надежды. Он все время говорит об этом, даже когда я навещаю его на уроках религии”. Он не ответил. “Ты знаешь, что именно поэтому он обучает меня, не так ли? Чтобы я мог лучше понять ваши методы, знать, как вы должны жить”.
  “ Он знает тебя очень давно. Я только начинаю понимать, почему он так высоко тебя ценит. Он погладил Сашино бедро. “И он хорошо знает свое учение. В Коране полно указаний по обучению на собственном примере. Поэтому отец приводит ко мне кого-то, кто умнее меня и больше интересуется жизнью, всем. И красив ”. Она встретилась с ним взглядом. В его глазах была нежность, которой она раньше не замечала. На сердце у нее потеплело, она наслаждалась непосредственностью его комплиментов. Они заставили ее почувствовать близость к нему, а затем вину за то, что она настаивала на своем. Тем не менее, согласие с желаниями Яссара, подталкивание Ибрагима к чему-то не причинило вреда. Она вспомнила слова Яссара: "Будь его гироскопом". Достаточно достойное дело.
  “ Ты милый. Она погладила его по лбу. “ И это не только ради твоего отца, я бы сама хотела увидеть, как ты в чем-нибудь преуспеешь. У тебя такой большой потенциал ”. Боже мой. Ее слова шли от всего сердца, удивив ее саму.
  Ибрагим поцеловал ей руку. Затем встал и подошел к окну, чтобы открыть его. “ Тебе все еще холодно? Я поджариваюсь”.
  Саша кивнула.
  “В следующий раз, когда я буду в Париже, напомни мне купить тебе свитера. И хорошо, я пойду в Министерство со своим отцом после занятий”. Он зашел в ванную.
  Незначительная победа, но победа.
  Пятнадцать минут спустя он появился снова, вытираясь. Он подошел к бюро и начал раскладывать две полоски кокаина.
  “ Ибрагим! ” позвала Саша. “ Не могу поверить, что ты делаешь это перед уроком религии! А потом ты идешь на служение со своим отцом! О чем, черт возьми, ты только думаешь?
  Ибрагим пристально посмотрел на нее, затем отвернулся и начал нюхать строчки.
  “Ибрагим! Как ты можешь быть таким неуважительным к своему отцу?”
  “Мне не нужно, чтобы ты указывал мне, как вести себя с моим отцом!”
  “Очевидно, да, если ты так себя ведешь!”
  Он сделал два шага к ней, его рот искривился. “ Оставь это! Не испытывай судьбу!
  Саша вскочила с кровати, ее волосы развевались, и направилась в ванную. Упрямый болван. Она посмеялась над собой за свое теплое отношение к нему несколько мгновений назад и побежала в душ, внезапно почувствовав себя нечистой, ей захотелось смыть с себя его запах.
  К тому времени, как она вышла из ванной, она уже успокоилась. Когда она вернулась в спальню, Ибрагим, казалось, тоже был готов помириться, с улыбкой наблюдая за ней, когда заканчивал одеваться. “Теперь тебе лучше?” - спросил он.
  Она отметила его снисходительность, намекающую на то, что это она потеряла контроль. - А ты?
  Он улыбнулся ей. “ Иди сюда, ” сказал он. Она не пошевелилась. “ Давай, сейчас же. Она подошла к нему, он привлек ее к себе и крепко поцеловал в губы. Он начал стаскивать с нее полотенце, но она остановила его.
  “ Не сейчас, ” сказала она. - Ты меня расстраиваешь.
  “ Извините. Но вам не обязательно быть моим полицейским.
  “Я просто беспокоюсь о тебе. Ты используешь больше этой дряни, и чаще”.
  “Я в порядке”, - сказал он.
  Ее это не убедило. “ Это вредно для тебя, и ты это знаешь. ” Она посмотрела ему в глаза. “ Ты умнее этого. Это просто подрывает все твои амбиции. Может быть, если ты прекратишь это на некоторое время, то сможешь решить для себя, все ли у тебя в порядке ”.
  Он кивнул и снова поцеловал ее. “ Спасибо, - сказал он. Когда он повернулся, чтобы уйти, она посмотрела на его зрачки. Они были расширены. Она сожалела, что Яссар увидит это, то есть если Ибрагим вообще появится в Министерстве финансов. Несмотря на свое разочарование, она призналась, что беспокоится о своем возлюбленном. Что ей нужно было сделать, чтобы убедить его в этом?
  
  
  
  В тот вечер на Саше было вечернее платье для вечеринки. Она не чувствовала себя ленивой или апатичной, просто спокойной, защищенной, с чувством собственности во дворце. Это было странно, но она позволила себе испытать это, думая, что, возможно, это как-то связано с недавним вниманием Ибрагима к ней, несмотря на его резкие слова в ее адрес тем днем. И она начинала думать, что он будет больше заниматься работой своего отца. Кто знает? Возможно, он даже заинтересуется политикой.
  Саша последовала за музыкой по коридору в бальный зал, ее ноги в сандалиях ступали по мраморному полу. Двое вездесущих королевских гвардейцев в униформе стояли по стойке смирно по обе стороны двойных дверей в сопровождении одной из коридорных в униформе с бело-золотым шитьем.
  “ Мисс Саша. Посыльная открыла ей дверь.
  Яркий свет, стена звуков, аромат цветов и духов и элегантность. Круглый бальный зал имел восемьдесят футов в поперечнике и поднимался в один из луковичных куполов дворца по меньшей мере на шестьдесят футов к потолку из золота в двадцать два карата. Хрустальные люстры свисали с купола и обрамляли стены. Каждая женщина в зале была одета так, словно собралась на официальный бал. Официальные вечерние платья Chanel, Yves St. Laurent, Prada и Halsten были повсюду. Сверкающее золото, сверкающие нити драгоценных камней, даже несколько бриллиантовых диадем украшали головы, на укладку которых, должно быть, уходили часы. Все это было похоже на грандиозную сцену, где женщины разыгрывали костюмированную драму.
  Саша заметил Ибрагима с другого конца комнаты и несколько минут наблюдал за ним. Не потребовалось много времени, чтобы понять, что мужчины вокруг него были его приспешниками. Он встал и пошел налево, они последовали за ним; он остановился, они все замерли. Он махнул рукой, и один из них поспешил прочь. Взгляд сказал: “Принеси мне виски”, - и появился стакан в руках статиста. Движение головы вбок: девушку куда-то увели. Неужели она обидела его? Затем он отошел в сторону, подобно лорду Байрону, делая себя доступным для восхищения.
  Саша подошла к нему.
  - Привет, принцесса, - сказал он.
  - Здравствуй, принц.
  - Не хочешь присесть?
  “ Не хочешь потанцевать? Она протянула ему руку. “ Для тебя это немного быстро, не так ли? Он взял ее за руку и вывел на танцпол, где уже танцевало с полдюжины других пар.
  “ Посмотрим. Когда он и Саша вышли на танцпол, группа замедлила темп своей песни, на несколько тактов сбились друг с другом, затем синхронно закружились в медленном вальсе. Остальные девушки поднялись с пола, и Ибрагим уверенными шагами закружил Сашу, улыбаясь и любуясь ею.
  -Как все прошло сегодня в министерстве?
  - Тебе будет приятно узнать, что я действительно нашел это интересным.
  Вот. Это было не так уж трудно сказать, не так ли? Победа, но она опустила глаза, чтобы он не увидел ее удовлетворения. Нет смысла властвовать над ним.
  “Давай, ты можешь сказать это”.
  Она подняла глаза и встретилась с ним взглядом. “ Я же тебе говорил. ” Он улыбнулся той особенной улыбкой, которая предназначалась только ей. Сколько времени прошло? Она никогда не могла усомниться в нем, плохо подумать о нем, когда он так смотрел на нее. Она положила голову ему на плечо, зная, что многие другие девушки наблюдают за ними. Ей было все равно. Новый фаворит.
  - Почему бы нам не убраться отсюда? - спросила она.
  - Куда ты спешишь, вечеринка только началась.
  “ Я не это имела в виду. Я имею в виду” отвези меня куда-нибудь. Она серьезно посмотрела ему в глаза. — Отвези меня в какое-нибудь романтическое место.
  “ Хорошо, ” сказал он. “ Через несколько недель. Отец попросил меня разобраться с банкирами, так что я на несколько дней уезжаю в Нью-Йорк. Сугубо деловые, но я закажу несколько столиков на то время, когда вернусь. Я сделаю тебе сюрприз. ” Она снова положила голову ему на плечо. Сейчас ты меня удивляешь.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 15
  
  
  
  СЯНВАРЯПРОШЛО-TУEARS AGO.ИЯД, Саудовская Аравия. Вау, он под кайфом, подумала Саша. Она поплотнее запахнула шелковый халат, словно защищаясь от неожиданностей, которых недавно привыкла ожидать от Ибрагима, и откинулась на спинку одного из диванов в прихожей его апартаментов. Она услышала, как он хихикает и фыркает через открытую дверь в гостиную. Это должно прекратиться или, по крайней мере, замедлиться. Ибрагим ворвался в дверь, жестикулируя, как будто обращаясь к кому-то. Его глаза покраснели, и он потер нос.
  Это начинало заставлять ее чувствовать себя отчужденной; не он, а кокаин. Он был добр к ней, когда хотел. Она верила, что она ему небезразлична. И разве не было моментов, когда она чувствовала себя по-настоящему близкой с ним? Когда он делал для нее маленькие деликатные вещи. Оставлял окно открытым, чтобы она не замерзла от кондиционера. Ее чай "Эрл Грей". Узнать, какое бургундское она любит, и приготовить для нее бокал Pierre Bouree Clos de La Justice, когда она приедет, хотя сам он никогда не притрагивался к вину. Но наркотики. Как сегодня вечером. Иногда это было больше похоже на кокаин, чем на Ибрагима. И она хотела, чтобы сегодня вечером, в этот редкий тихий вечер, Ибрагим был рядом с ней.
  Саша села. “ Почему бы нам не остаться дома на ночь? ” спросила она. Он плюхнулся рядом с ней, ерзая.
  “Я не хочу. Я нанял группу "Чикаго". Сегодня первый из их трех вечеров, и я хочу быть там. Кроме того, мне нужно быть там.
  Почему он не мог перестать быть центром внимания? “ Пусть принц Абдул будет церемониймейстером. Она погладила его по лбу. “Я уверен, он бы с удовольствием это сделал”.
  Он взял ее руку в свою, поцеловал и опустил на диван. “ Он бы с удовольствием. Притворись, что это тоже была его идея. Он огляделся по сторонам. - Кроме того, я хочу их услышать.
  Он зашел слишком далеко. Ясар наверняка узнает. Мне нужно что-то предпринять. Это была другая проблема. Ей не нужно было напоминать, что Яссар полагался на нее в том, что она убережет Ибрагима от неприятностей. Она почувствовала волну вины. Неприятное ощущение, к которому она не привыкла. “ Я хочу, чтобы этой ночью ты была только моей. Саша откинулась на подушки и позволила халату слегка распахнуться.
  “ У тебя странное чувство времени, ” улыбнулся он. Он достал свой серебряный кейс, положил его на стол и открыл.
  “ Зачем ты это делаешь? Пожалуйста, Ибрагим. Просто будь со мной сегодня вечером. Мне нужно немного побыть в тишине.
  “ Почему бы и нет? Это не твое дело.
  “ Я беспокоюсь о тебе. ” Она села, скользнула рядом с ним, положила свои руки поверх его рук и осторожно закрыла серебряный футляр. Он помолчал, уступил ей, погладил ее по волосам, нежно убрал их с лица.
  “Вспомни, о чем мечтает для тебя твой отец”, - сказала она. Вот она приводит аргументы о его отце. Почему она просто не взывала к нему от всего сердца? Вот где он был нужен ей сегодня вечером. Не хватило смелости? Бесстрашная девушка? Она чувствовала, что любой шанс достучаться до него ускользает.
  Он сказал: “Я знаю. Я - будущее Саудовской Аравии”. Он отвернулся. Саша протянула руку и потерла его затылок. “ Иногда мне кажется, что ты ближе к моему отцу, чем я, ” сказал он. Она почувствовала, как у нее самой напряглась шея. “Я не могу этого сделать”, - сказал он, отводя взгляд. “Не так, как он хочет”.
  Она прислонилась к нему. “ Ты говорил с ним? Возможно, я могу ввести тебя в курс дела... Он меня слушает...
  “ Слушает тебя! Он отстранился. Она снова попыталась дотянуться до него. Он закричал во внезапном гневе: “Не надо! Просто не надо…Он мой отец! Ты знаешь, насколько это нелепо временами? То, чего он от меня хочет? Он поднял руку. Саше показалось, что он собирается ударить ее. Вместо этого он откинулся на спинку стула. - Я никогда ни о чем подобном не просил.
  Саша помассировал плечи. Он продолжил, словно признавая поражение. “Ты понимаешь не лучше, чем он. Дело в том, что мне просто все равно. По крайней мере, не так сильно, как он. Или, возможно, даже так сильно, как ты. ” Он встал, наткнувшись на кофейный столик. - Мы идем на вечеринку.
  Сегодня вечером Саша потеряла всякий интерес к его чувствам. Но она не собиралась объяснять Яссару, почему все шепчутся об Ибрагиме. Она встала и спокойно заговорила с ним. “Послушай. Как я и сказала. Я хочу побыть сегодня вечером одна. То есть с тобой”. Она сама услышала это; эмоции исчезли из ее голоса. Теперь это был бизнес. Она отступила назад, и халат упал с ее плеч на пол.
  На ней было бриллиантовое ожерелье, которое он подарил ей два дня назад, - пятнадцать карат на нитке с десятикаратным камнем посередине, - и набор зажимов для ушей, каждая из которых была украшена пятикаратными камнями. Бриллианты, белые стринги и туфли на высоких каблуках с открытым носком. Она отступила еще на несколько шагов, склонила голову набок и ухмыльнулась. Затем она сунула руку под подушки дивана и вытащила две варежки из бобрового меха. Это его заинтересует. - И я принесла это. Она повернулась и вышла за дверь, зная, что он последует за ней. Единственная проблема в том, что после всего этого кокаина даже я не смогу сделать его счастливым. Он, вероятно, захочет, чтобы я позвонила в Нафта. Ее сердце онемело.
  
  
  
  Февраль, двадцать два года назад. Эр-Рияд, Саудовская Аравия. Шум на открытом рынке усилился, когда Саша приблизилась ко входу. Она уверенно шла, одетая в черную абайю, ее волосы были прикрыты хлопчатобумажным шарфом, лицо скрыто хиджабом, грудь выпячена вперед, а спина прямая. Она была немного впереди остальной части своей группы. Нафта и двое королевских дворцовых стражников последовали за ней. Она увидела мутавваина, наблюдавшего за ней с расстояния 30 футов. Она еще выше вздернула подбородок, когда он шагнул вперед и преградил ей путь. Саша остановилась перед ним, свирепо глядя. Как только он приготовился заговорить, Нафта отвел Сашу в сторону, сопровождая ее ко входу на открытый рынок.
  “Ты маленькое чудо”, - ухмыльнулся Нафта. “Это не фотография сдержанной саудовской женщины”.
  - А я нет? Невинно спросила Саша. Нафта хихикнула.
  Они оставались там в течение сорока пяти минут, пробуя специи, останавливаясь, чтобы договориться с продавцами ювелирных изделий и одежды, часто отказываясь от этого вида спорта еще до того, как понимали, как низко они могут пустить продавца. “Я согласен. Ибрагим очень умен, но не очень мотивирован”, - сказал Нафта, равнодушно глядя на стол, заставленный обувью.
  Он приближается к серьезному столкновению с образом своего отца, подумала Саша.
  Нафта продолжил. “И у него вспыльчивый характер, если ты еще этого не заметил, так что тебе придется быть осторожным. Мы бы не хотели, чтобы с вами что—нибудь случилось, — она сделала паузу для пущей выразительности, - например, выгнать вас отсюда.
  Несколько минут они шли молча. “По крайней мере, это не тяжелая жизнь, только временами однообразная”, - сказала Саша. - И клаустрофобия.
  “Дальше будет лучше, поверь мне. Он берет с собой одну из других девушек кататься на лыжах. Я никогда не ходила. Не могу заставить свои ноги поворачиваться в ту сторону”. Она похотливо ухмыльнулась. “ Попроси его отвезти тебя еще раз. Куда ты ходил?
  Саше стало тепло, когда она вспомнила свою неделю с Ибрагимом в декабре. “Аспен. Это было чудесно. Но с тех пор я не видела, чтобы он так открывался мне. Саша почувствовала удивление в том, как Нафта искоса взглянул на нее. Ревность? Беспокойство?
  Они покинули рынок и направились обратно ко дворцу.
  “Вы должны признать, что работа несложная”, - сказал позже Нафта после долгого молчания.
  “Нет, но этого определенно много”.
  - Я полагаю, он по-прежнему хорошо к тебе относится?
  “Да. Теперь он даже выключает для меня кондиционер. Первые несколько месяцев я замерзал до смерти”.
  Саша размышляла о маленькой доброте Ибрагима, чувствовала, как ей хочется быть с ним так близко, как она не была. Возможно ли это? Она могла уловить проблески этого, когда он был более серьезен. Когда он демонстрировал свой интеллект и перспективу, рассказывая ей, например, о работе Яссара. Ясар говорил, что иногда наложницы становятся женами. Ты заставляешь себя. Она посмеялась над собой из-за разыгравшейся подростковой фантазии. И все же это пробудило в ней тоску, которую она испытывала по любовнику. Она заслужила это. В конце концов, теперь она была опытной женщиной — за исключением сердечных дел. Саша взяла Нафту за руку и притянула к себе. Нафта не стала бы смеяться над ее мечтами. Они продолжили путь, держась друг за друга, как сестры.
  “ Одиноко? - Спросил Нафта через некоторое время.
  “Пустота. Я скучаю по людям. И я не могу не спросить себя: "Это все, что ты собираешься делать в своей жизни?’ Раньше я верил в любовь как в нечто, что найдет каждый. Теперь я не так уверен, и это заставило меня немного растеряться ”. Они продолжили путь, все еще держась за руки. “Я бы хотел снова во что-то верить”.
  “Секрет в том, чтобы быть занятым. Загруженным по горло. Чтобы не думать об этом. Тогда все в порядке”.
  “ Я к этому привыкла. ” Саша опустила взгляд в землю. - Думаю, я занимаюсь этим уже давно.
  Нафта просветлела. “Скоро начинается сезон на Французской Ривьере”, - сказала она. “Дела пойдут на лад. Ибрагим получает перерыв в учебе, и Яссар держит его на более длинном поводке”.
  “Да”, - сказала Саша, чувствуя, как ее снова захлестывают эмоции. “Ибрагим забирает меня в Париж через несколько недель”.
  “Будь осторожна, сестра”, - сказал Нафта. “Помни, я занимаюсь этим дольше тебя. Не позволяйте своему воображению — или своему сердцу — увлечься верой в то, что вы нашли что-то только потому, что вы стремитесь к этому. Не причиняйте себе вреда ”.
  Саша сжала ее руку, без слов поблагодарив. Это был хороший совет.
  
  
  
  Март, Двадцать два года назад. Париж, Франция. Саша всегда чувствовала себя принцессой, когда спускалась по трапу одного из самолетов королевской семьи Lear в чем угодно, кроме черной абайи. Сегодня на ней было темно-синее кашемировое пальто длиной до щиколоток, соболиная шляпа и темно-бордовые перчатки для защиты от парижских холодов поздней зимы. Что ей нравилось больше всего, так это не столько то, что она позволила себе этот снисходительный момент тщеславия, сколько то, что Ибрагим сыграл на этом. “ Прелестно, ” сказал он, не сводя с нее темных глаз, протягивая руку, чтобы пожать ее, когда она сошла с последней ступеньки, сам одетый в кашемирово-коричневый костюм, подчеркнутый ярким сине-золотым шелковым шарфом, который Саша подарила ему в поездку. Мгновение они стояли, глядя друг на друга по-другому, чем раньше. Как молодожены.
  Когда они сели в лимузин, Саша задумалась, сколько времени потребуется Ибрагиму, чтобы начать ползать в своем серебряном футляре за кока-колой, которой не было целых десять часов в Саудовской Аравии. Расслабься, сказала она себе. Наслаждайся поездкой. Ибрагим был в ее распоряжении целую неделю, и она изучит те возможности, которые видела для них. Неделя. И в Париже не меньше.
  Она взяла его под руку и прижимала к себе до тех пор, пока не почувствовала запах его пальто и одеколона. - Как насчет того, чтобы прокатиться по городу, прежде чем мы отправимся в отель? - предложил он.
  “Отлично”, - сказала она. В 21:00 "Огни Парижа" создадут настроение. Он тоже чувствовал себя романтично?
  Ибрагим поговорил с водителем. Они въехали в Париж через Монпарнас, проехали мимо Эйфелевой башни, затем пересекли Сену. Проезжая мимо дома инвалидов, Саша повернулась к Ибрагиму. “Спасибо, что привел меня”, - сказала она. Она поцеловала его. “Мне нужно было немного времени. Спокойное времяпрепровождение вдали от дома”.
  “Да. Приятно уехать”, - сказал он.
  Она почувствовала укол разочарования. Она надеялась на слишком многое или слишком много поняла из того, что он сказал? Или не сказала? Перестань быть школьницей. “Сколько времени ты будешь уделять своему бизнесу?”
  “У меня завтра весь день встречи с банкирами по программе сельскохозяйственного кредитования, потом вторник, а потом, в зависимости от того, как все пойдет, может быть, и в другой день. Возможно, один-два ужина.
  “Похоже, мне нужно будет развлекать себя часть времени”, - сказала Саша. Она позволила разочарованию проявиться в ее тоне. Ибрагим уставился на нее, словно сбитый с толку, затем с надменным безразличием отвернулся к окну. От этого она почувствовала себя одинокой.
  Саша подумала о том, что она могла бы делать одна в Париже. Все люди, которых она знала. В последний раз она была здесь восемь месяцев назад, всего за несколько недель до того, как Яссар приехал к графине в Швейцарию со своим предложением. В тот момент она прокрутила в голове несколько разговоров о встрече выпускников. Итак, у тебя все хорошо. А Кристина? Проматывает свой гонорар в миллион долларов. И чем же ты занимался? О, просто лежу на спине в Королевском дворце Саудовской Аравии. И на что это похоже? Лучше, чем пощечина холодной рыбой.
  Нет, не вариант. Какое это имело значение? Ей никогда в жизни не было стыдно за себя. Зачем начинать сейчас? Если люди, которых она знала, не могли с этим справиться, это была их проблема. Двигайтесь дальше и посмотрите, что будет дальше. Кроме того, то, что она делала, было не более корыстным, чем многие браки и менее священные связи, свидетелями которых она была, пока росла в кругу Кристины, состоящем из баронов, светских львиц, притворщиков и снобов. Трофейная жена. Наложница. В чем разница?
  Саша восхищалась знакомым полированным мрамором и латунью в вестибюле отеля "Ле Бристоль", пока Ибрагим регистрировался. "Это была бы хорошая поездка", - подумала она. Каким-то образом она снова почувствовала себя дома. Не столько в "Ле Бристоле", хотя она время от времени останавливалась там, сколько себя помнила, сколько в Париже. Она увидела, как Рене, одна из ледяных консьержек, которая расплывалась в улыбках с тех пор, как была подростком, подбежала к нему, приставая с расспросами о том, что она ела на завтрак или куда по ночам деваются тележки для обслуживания номеров? Теперь ей хотелось подбежать к нему и обнять вот так снова, и эта мысль заставила ее почувствовать себя далекой от мира, который она оставила позади.
  В номере Саша распаковала свою сумку, напевая индийскую мелодию. Она поняла, как устала. И все же, распаковывая пеньюар, она почувствовала прилив энергии, почувствовав свое желание к Ибрагиму. До сих пор он был тем спутником, на которого она надеялась. Трезвый, полный достоинства и авторитарный, даже если его трудно разгадать. Немного таинственности - это нормально. Сексуальные. Она слышала, как он разговаривал по телефону в гостиной своего номера по-французски. Он назвал кому-то номер их комнаты и повесил трубку.
  “ Заказываете обслуживание в номер? - спросила она.
  - Нет, небольшое дельце.
  У Саши скрутило живот. Что все это значит? То, как он это сказал, подразумевало, что он не хочет никаких обсуждений. Она перестала распаковывать вещи и повернулась к нему, раздумывая, как задать вопрос, чтобы он не взорвался, увидев, как он снова спешит мимо нее в гостиную. “Я могу чем-нибудь помочь?” - небрежно спросила она, понимая, что попытки звучать бодро и небрежно не были ее сильной стороной.
  “Нет. Я в порядке”, - промурлыкал он в ответ, показывая ей, как это делается, но добавляя, на вкус Саши, слишком большую порцию покровительственной заправки. Теперь ее антенны были подняты.
  Он покупает наркотики?
  Она услышала стук в дверь и, подойдя к двери спальни, увидела двух мужчин, входящих в номер. Она кисло наблюдала за ними. Тот, что выглядел как дилер со впалыми щеками, виновато отвернулся от нее. Она почувствовала прилив возмущения, осознав, что никогда не видела ни одной сделки Ибрагима. Никогда не задумывался, откуда у него все это.
  Большая часть разговора произошла вне поля ее зрения на глазах у Ибрагима, который расправил плечи, как будто почувствовал, что взгляд Саши обжигает ему спину. Она увидела, как из его кармана вывалилась пачка банкнот, и все было кончено.
  На этом все не закончилось, произошло нечто странное: другой мужчина, более высокий и дородный, потянул что—то блестящее - наручники!— достает их из кармана и надевает на запястья Ибрагима, заявляя на гортанном парижском французском: “Объявляю вас арестованным”, - с мелодраматическим апломбом.
  “ Что ты делаешь? - Потребовала ответа Саша, прекрасно понимая, что они делают, арестовывая Ибрагима, но пытаясь разрядить обстановку. “Разве вы не знаете, что этот человек - член королевской семьи Саудовской Аравии? У него дипломатический иммунитет!”
  Она увидела, как Ибрагим повернулся к ней со спокойствием в глазах, как будто то, что она сказала, имело смысл.
  “ Держись на расстоянии. Или мы заберем и тебя, - сказал мужчина поменьше, берясь за ручку двери. Крепыш начал подталкивать Ибрагима к двери.
  Саша почувствовала, как ее охватывает беспокойство. Она схватила сумочку, когда Ибрагим был уже на полпути к двери. “Я иду с ним!” - сказала она. "Почему, во имя всего Святого, Ибрагим был таким спокойным", - подумала она. Кому она могла позвонить, если бы они действительно притащили его сюда?
  “ Нет, если только ты не хочешь, чтобы тебя тоже арестовали! ” крикнул маленький человечек, скрываясь из виду. Саша промчалась три лестничных пролета, наблюдая, как трое мужчин спускаются в лифте со стеклянными стенами в вестибюль, гадая, куда они везут Ибрагима. Это была очевидная подстава. Она почувствовала, как ее сердце колотится о грудную клетку, и задалась вопросом, что они делают с наркопреступниками — Боже, это звучало как что—то из американского телевидения - во Франции, затем, Боже мой, что насчет Саудовской Аравии, где употребление наркотиков противоречит их религии, а также закону. Она вошла в вестибюль сразу после них и последовала за ними к двери, избегая взглядов персонала отеля. Она пожалела, что забыла пальто, когда вышла на холодный ночной воздух, запрыгнула в такси и действительно произнесла слова: “Следуйте за этой машиной”, - когда полицейская машина отъехала от тротуара............,
  Полицейская машина увезла Ибрагима в переулок за полицейским участком во втором округе. Саше пришлось войти в парадную дверь после того, как жандарм заблокировал выезд такси из переулка.
  Внутри полицейского участка было пусто: лампы дневного света, глянцевая желтоватая краска на голых бетонных стенах. Бетонный пол, выкрашенный в серый цвет. Она пережила следующие часы в чистилище, прокручивая в уме, что подумает Яссар, что он сделает и как она ему скажет. И во что был вовлечен Ибрагим? Было ли это просто подставой из-за наркотиков или Ибрагим каким-то образом стал мишенью, чтобы поставить саудовцев в неловкое положение? Она не могла представить, как ей удастся вытащить его отсюда, не говоря уже о том, чтобы справиться с любыми последствиями.
  Она попросила о встрече с Ибрагимом. Нет. Снова. Пока нет. Что делать? Она заставила себя мыслить ясно. Она знала судью, друга Кристины, но как его звали? Затем перед ней возникло лицо Яссара, его печальные глаза, наказывающие ее, затем разгневанные. Как бы она объяснила ему?
  Прошло уже три часа. Она попросила снова встретиться с Ибрагимом. Позже. Теперь ее охватило беспокойство за Ибрагима, за то, что он, должно быть, чувствует. Она почувствовала, как силы покидают ее через пустоту в животе, а затем всепоглощающую потребность обнять его. Она хотела сказать ему, как сильно он ей дорог, как сильно она ... что? Была ли она влюблена в него? Что за время, что за место, чтобы бороться с этим. Оставим это на потом, когда она сможет сосредоточиться, и голова перестанет так болеть. Ее мысли все равно продолжали работать. И что Ибрагим на самом деле чувствовал к ней? Он никогда не говорил ей этого, что любит ее. Хотел ее, да, но...?
  “ Мадемуазель Дель Мира, ” наконец рявкнул пузатый сержант из-за своего стола. Подошла Саша. Он кивнул головой в сторону двери, где стоял молодой офицер. “Всего десять минут”. Саша подошла к двери, во рту у нее пересохло.
  “Вас нужно будет обыскать”, - сказал офицер, окинув взглядом ее сумочку, затем тело.
  Она просто посмотрела на него. “Вряд ли в этом будет необходимость”, - сказала она. Мужчина кивнул и повел ее по коридору в комнату, прежде чем отступить в сторону, чтобы она могла войти. Три стула и письменный стол. Стеклянная стена, классическое двустороннее зеркало. Смятая газета на полу в углу. И Ибрагим стоял, спокойно глядя на нее, и его спокойствие расстраивало ее еще больше, потому что она чувствовала, как странно бьется ее пульс в пятках. “Что нам делать?” - спросила она. “Мы не можем позволить им арестовать тебя”.
  Ибрагим улыбнулся. “Похоже, они уже это сделали”.
  “ Как они могут? Разве у вас нет дипломатической неприкосновенности?
  Он рассмеялся. “ Теперь ты, кажется, думаешь, что в этом есть какой-то вопрос. Там, в отеле, ты был очень убедителен. Лаю на них, как мой адвокат.
  Теперь Саша расхаживал взад-вперед, представляя себе маленького червивого человечка с впалыми щеками, который заманил Ибрагима в ловушку и теперь наблюдает за происходящим через двустороннее зеркало. Она знала, что они записывали их разговор, по крайней мере, слушали. Ибрагим, казалось, что-то прокручивал в уме. Она встала перед ним, чтобы они не могли видеть, как она шепчет ему в лицо, надеясь, что они тоже не услышат. - А как насчет этого? Дипломатический иммунитет? Она чувствовала, как неровно поднимается и опускается ее грудь.
  “Это наркотики. Я не знаю”, - сказал он. Она посмотрела ему в глаза и теперь увидела, что его безмятежное выражение было только видимостью. В уголках его глаз было напряжение, а рот был напряжен. Она почувствовала, что ее сердце смягчилось по отношению к нему. Они справятся с этим вместе.
  - Я позвоню твоему отцу.
  Он покачал головой. “ Это последнее средство. Думаю, сначала я попробую связаться с консулом Саудовской Аравии.
  “ Вы его знаете? Она посмотрела на часы. - Уже два часа ночи.
  “ Нет. Но он ответит. Он работает на нас. Это его работа. ” Саша почувствовала приглушенный вопль где-то внутри себя, возможно, звук разрушающейся веры. Она продолжала смотреть ему в глаза. Озабоченность на его лице, напряжение в уголках глаз исчезли, сменившись высокомерным выражением собственного достоинства. Саша почувствовала дрожь отчаяния.
  
  
  
  Десять минут спустя в ярко освещенном вестибюле полицейского участка Саша стояла прямо, напрягши мышцы, словно готовилась защищаться от физической угрозы. Она почувствовала ту же меланхолию, что и в комнате для допросов с Ибрагимом. Ее разум прокрутил его слова: “Он работает на нас. Это его работа”, - и тут она вспомнила слова Нафты: "не позволяй своему сердцу убеждать тебя, что оно что-то нашло только потому, что ты жаждешь этого". Теперь она чувствовала себя так, словно застряла в остановившемся лифте. Нет. Хуже. Внутри чужого тела, в другой жизни.
  Она знала, что ее надежды на нее и Ибрагима были смехотворны. Он только что намекнул ей, что она всего лишь служащая. Но, может быть, он действительно любил ее, а наркотики просто помешали. Она могла бы уделить этому больше времени и посмотреть. Теперь, когда она поставила этот вопрос перед собой в открытую, она была обязана себе столь многим.
  Да брось ты. Ты слышала, что он там говорил. Он не любил ее. Она вела себя как дура; она была его наложницей, так что эта половозрелая тоска ... по чему?
  Разберись с этим: Яссар. Что он собирается делать? Отправить ее обратно? Куда? Во что? Помни о своем договоре с самим собой. Заработай достаточно денег и уходи. У нее еще было недостаточно денег, она только начинала. Она помирится с Яссаром. Но это будет нелегко. Слезы навернулись ей на глаза. Катастрофа. Единственный человек, которого она не хотела разочаровывать. Теперь она осознала глубину своей связи с Яссаром. Не поэтому ли она пыталась связаться с Ибрагимом: ради Яссара? Возможно. Ни с кем, ни с чем в своей жизни она не могла, по крайней мере, доставить удовольствие Яссару. Теперь посмотри, как обстоят дела.
  Подумай позже. Почувствуй позже. А теперь, наложница, исправь это.
  
  
  
  Март, Двадцать два года назад. Эр-Рияд, Саудовская Аравия. Саша поспешила через двор к флегматичным гранитным колоннам и фасаду Министерства финансов, таща за собой длинноногого Королевского охранника, словно чихуахуа на поводке, стремящегося не отставать. Она чувствовала себя неуютно под полуденным солнцем в своей черной абайе, головном платке и хиджаб-вуали из-за смены часовых поясов после перелета, но была благодарна судьбе за то, что дискомфорт и усталость не позволяли ей больше зацикливаться на предстоящем разговоре — конфронтации? — с Яссаром. С тех пор как она покинула Париж, она оставила три срочных телефонных сообщения. Ответа нет. Она надеялась, что это было только потому, что его помощник не отдал бы предпочтение какой-нибудь девушке, возможно, зная, что она наложница, которая с трудом говорила на ломаном арабском. Или, что еще хуже,боялась она, Яссар знает об Ибрагиме в Париже и тоже зол на меня. Хуже того, он винил ее. “Будь его гироскопом”, - все время звучали в ее голове слова Яссара. Она ускорила шаг.
  Оказавшись в приемной, она нервно взглянула на королевского стражника, который встал у двери. Ей было не так неуютно, как ему, и, вероятно, не так сильно, как было бы Ясару, если бы она посетила его здесь, в Министерстве финансов. Нет, неправильно. Ни один из них не испытал бы того ощущения, которое она сейчас испытывала, словно тиски сжимали ее голову. Это не могло ждать, но как, черт возьми, она собиралась сказать ему? Какой-нибудь гироскоп.
  Мгновение спустя в дверь вошел Яссар, одетый в официальную саудовскую мантию и головной убор. Королевская гвардия вытянулась по стойке "смирно". “Да, Саша, в чем дело?” В его хмуром взгляде читалась серьезность его дела. Она видела, что ему не нужно было прерывать разговор, он был раздражен этим. Неважно. Через 30 секунд она получит больше его внимания, чем когда-либо хотела испытать. Она заставила себя преодолеть страх, чувствуя, как адреналин бурлит в ее крови.
  “ Это Ибрагим, ” сказала она. Она взглянула на королевского стражника, как бы говоря, что не уверена, что может говорить при нем.
  Яссар кивнул охраннику, и тот исчез. Саша почувствовала, как напряжение в комнате ощутимо возросло.
  - А что насчет него? - спросил я.
  Невозможно определить местоположение. Сделай это быстро. “Мы только что вернулись из Парижа”.
  “ Я знаю. И?
  Она с трудом сглотнула. “ Он был арестован. Затем освобожден под залог дипломатической неприкосновенности. Она отвела взгляд. - Хранение кокаина.
  Спина Яссара напряглась, затем он медленно, нарочито медленно сел. - С ним все в порядке?
  -Да.
  -Когда? -спросиля.
  “Вчера. Мы только что вернулись”. Прости! ей хотелось закричать.
  - Газеты узнали об этом? - спросил я.
  “ Нет. Но я не уверен, надолго ли.
  - Как это произошло? - спросил я.
  “ Мы были в отеле в Париже. Он купил немного кокаина. Они подставили его, полиция. Я... мне жаль. Они просто забрали его. Мы пробыли в полицейском участке шесть часов. Ибрагим наконец позвонил консулу Саудовской Аравии. Поднял его с постели. Он спустился и все уладил”.
  “ Я лучше позвоню консулу, ” рассеянно сказал Яссар. Она видела, что это была автоматическая реакция.
  “ Да, он был очень напряжен. Ее дыхание было поверхностным. Она хотела, чтобы Яссар продолжил. Взорваться. Что бы он ни собирался сделать.
  - Что-нибудь еще? Яссар снова посмотрел на нее. Саша увидела, что беспокойство сменилось разочарованием. Это отозвалось в ее душе. Она тоже подвела его. Она чувствовала, как что-то вытекает из ее сердца.
  “ Только то, что в последнее время он вообще был не в лучшем настроении. Она увидела вопрос в его глазах. - Боюсь, в данный момент он меня не слушает.
  Яссар просто кивнул. “Я позабочусь об этом”, - сказал он.
  О Боже, Яссар, мне так жаль.
  
  
  
  Десять минут спустя Яссар завернул за последний поворот ко входу в апартаменты Ибрагима. Он должен был предвидеть подобные вещи, должен был предпринять решительные шаги в самом начале скатывания Ибрагима к этому саморазрушительному образу жизни. Прежде всего, арест должен пройти тихо. У этого консула была хорошая интуиция. И он понимал грозящее наказание, если он разгласит эту историю. Но полиция могла быть другим делом. В его голове возник заголовок таблоида "Прожигатель жизни, плейбойпринц. Его худший страх или самоистязание из-за своей слабой руки на руле? В любом случае, он не уедет отсюда, не приняв решения.
  Королевская стража, стоявшая у двери Ибрагима, отошла в сторону. Яссар повернул ручку и вошел без стука. Ибрагима в номере не было. Он вошел в спальню, где открыл все ящики комода и полез под нижнее белье Ибрагима. Он нашел серебряный футляр, открыл его, затем высыпал содержимое на крышку комода, вернулся в гостиную и сел на диван. Он взглянул на часы, сжимая в мясистом кулаке серебряный корпус. С этим разберемся. Сегодня.
  Через час приехал Ибрагим. Яссар не встал.
  “ Отец, ” сказал Ибрагим. Его взгляд упал на руку отца, в которой тот все еще сжимал серебряный футляр. Внешне невозмутимый, Яссар увидел узнавание в глазах Ибрагима. Ибрагим склонил голову, затем застенчиво огляделся, словно ища поддержки у одного из предметов мебели. Никого не увидев, он, казалось, против своей воли сел в кресло напротив отца.
  “ Насколько я понимаю, вы делаете себе имя. Совсем недавно в Париже.
  Воздух со свистом вышел из легких Ибрагима.
  - Ты думал, я не узнаю?
  “ Нет. Я только удивлен, что это заняло так много времени.
  - Ты хоть представляешь, что это может сделать с нашим королевством?
  Ибрагим поднял на него глаза. “ Это все, о чем ты можешь думать! Он наклонился вперед в своем кресле. “Что это сделает с королевством?”
  “Это всегда первое, что приходит мне в голову!”
  - Почему меня это не удивляет?
  - Что, во имя Аллаха, ты хочешь этим сказать?
  - Только то, что, если бы ты проявлял больше интереса к другим вещам, кроме своего драгоценного бизнеса, возможно, у нас не было бы этого разговора!
  “Не неси мне какую-нибудь пошлую чушь о брошенном сыне. Для молодого человека, рожденного со всеми преимуществами, ты, похоже, убежден, что обездолен. Большинство людей, рожденных в вашем достатке и положении, занимались бы чем-то созидательным вместо того, чтобы выкачивать свою жизнь через какую-то нелепую трубу!” Теперь Яссар орал на него, не заботясь о том, чтобы дать волю своему гневу. Он швырнул серебряный футляр на кофейный столик. “Ты опозорил нас! Ты опозорил все королевство, свою семью, свою религию! Ибрагим опустил голову и отвел глаза. “Что ты можешь сказать в свое оправдание?” Яссар встал и закричал прямо на Ибрагима. “Я спрашиваю, что ты можешь сказать в свое оправдание!”
  
  
  
  Саша открыла дверь из своей комнаты в апартаменты Ибрагима. Ее сердце, казалось, вот-вот выскочит из горла. О Боже, Яссар набрасывается на него! Она должна была посмотреть, сможет ли она вмешаться, по крайней мере, притормозить Яссара. И Ибрагима, с его характером! Она опустила голову и побежала в его спальню.
  “Саша, твое присутствие неуместно. Оставь нас”, - сказал Яссар.
  “Пожалуйста, Яссар, я такая же часть этого, как и все остальные”. Она увидела, что он колеблется, и села рядом с Ибрагимом, сжав его руки в своих, как бы говоря, что теперь она здесь, она поможет, сделает все необходимое, чтобы разобраться во всем.
  “Она остается”, - сказал Ибрагим, ободренный ее присутствием. “Чего ты хочешь от меня?”
  Не переусердствуй, подумала Саша.
  - Ты скоро исправишься.
  Ибрагим открыл рот, чтобы заговорить.
  “Не обсуждается”, - сказал Яссар. Саша никогда не видела его таким.
  С полминуты никто не произносил ни слова. Саша увидела остекленевший взгляд Ибрагима. Он все еще был под кайфом. Ей захотелось влепить ему пощечину.
  “ Возможно, мы могли бы поехать куда-нибудь, - сказала Саша Ибрагиму. “ На несколько недель, несколько месяцев, сколько угодно. В одну из этих клиник. Принц не ответил. Он опустил голову, как будто ждал, когда отец уйдет, чтобы избавиться от чувства стыда, затем, наконец, выпрямился в кресле. “Я пойду, только если Саша пойдет со мной”.
  Саша посмотрела на Яссара. - Я возьму его.
  Яссар подошел к двери и остановился, держась за дверную ручку. Он оглянулся. “Наша тайная полиция примет меры. События последних двух дней никогда не повторятся и не будут обсуждаться ”. Он открыл дверь и вышел.
  
  
  
  Март, Двадцать два года назад. Клиника Форда, Калифорния. Никаких решеток. Даже решетки нет. "Он может уйти отсюда в любой момент, когда захочет", - подумала Саша, глядя в окна простой комнаты Ибрагима. Она услышала, как он пошевелился в постели, и, обернувшись, увидела, что он наблюдает за ней, совершенно бодрый, с ясным сознанием и глазами. “Чувствуешь себя лучше?” спросила она.
  Он кивнул. “ Физически. Несколько минут они сидели молча. - Отец звонил?
  “ Да. Я сказал ему, что у тебя было несколько тяжелых дней, но сейчас ты прекрасно справляешься.
  -Ичто?
  - Я думаю, он готов простить тебя.
  “Спасибо, что присоединились ко мне здесь”. Прорыв. Особенно после того, как он настоял, что не придет без ее присмотра. И одному Богу известно, что пришлось сделать Яссару, чтобы заставить их нарушить правила и позволить ей остаться с Ибрагимом. “Ты не представляешь, каково это - иметь знаменитого отца, которому нужно соответствовать”, - сказал Ибрагим. “Все им восхищаются. Все. Левые, правые. Иностранные правительства. Даже фундаменталисты признают, что он единственный в королевской семье, с кем, по их мнению, они могли бы иметь дело. Он гигант. Как ты до этого доживаешь?”
  Его слова тронули ее сердце. Они всколыхнули ее собственные чувства к Яссару, в то же время породив новые чувства к Ибрагиму. Нежность к нему нахлынула на нее, и даже когда она попыталась насладиться ею, то поняла, что это было скорее сочувствие, чем привязанность. Со всеми своими талантами, со всем, для чего он был рожден, он превратился в избалованного подростка, боящегося жить полноценной жизнью, потому что не мог сравниться со своим отцом.
  Она погладила его по голове, как ребенка, и он снова задремал.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 16
  
  
  
  ДжУWENTY-OУШИ СЛУШАЛИ GO. RИЯД, Саудовская Аравия. Все в порядке, ты можешь признаться в этом себе. Тебе здесь нравится. Саша спешила по внешнему коридору Королевского дворца в кабинет принца Яссара на урок ислама, одетая в абайю и платок. Урок был назначен на более позднее время, чем обычно, после второй вечерней молитвы, потому что Яссар хотел, чтобы она дважды помолилась, чтобы очиститься перед этим занятием, которое, по его словам, будет церемониальным. Она не хотела опаздывать. Не только потому, что знала, что это будет особенный вечер, но и из уважения к Яссару.
  Она давно заметила, что Яссар был скрупулезен в соблюдении пятиразовых молитв в день, что он совершал свое ежегодное паломничество в Мекку и что он настаивал, чтобы те, кто работал с ним в его служении, делали то же самое. Он с самого начала показал ей, что мусульманская религия является частью повседневной жизни, повседневного темперамента и взаимодействия с другими людьми, в отличие от других религий, которые она наблюдала. Действительно, это было сродни ее опыту в ашраме Свами Крипананды в Индии.
  Ее роль в жизни Ибрагима не противоречила ни тому, ни другому учению, размышляла она. Хотя Свами Крипананда не поддерживал и не осуждал их, изучение тантрической йоги, которое она привезла с собой из Индии, учило, что совместный сексуальный опыт - это естественное использование одного из даров жизни. Не настолько отличается от Ислама: сексу, как подарок Аллаха, блаженство рая заранее; безбрачие как неблагодарность по отношению к Аллаху. Она больше не беспокоилась о том, чтобы наслаждаться своей ролью наложницы.
  Да, я неплохо устроился. Она видела, как, когда она приезжала на занятия по исламу, глаза Яссара светились родительским удовольствием при виде любимого ребенка. Она знала, что его чувства к ней переросли рамки простой нежности, и что он стал заботиться о ней как о невестке, даже несмотря на то, что она не была верующей. И в эти дни Яссар не вел всех разговоров. Много раз, сидя у него на коленях, как она делала со свами своего Гуру, Саша рассказывала ему истории из индийских мифов, которые узнала в детстве, о Ганеше, Устраняющем Препятствия. Ганеша, мальчик со слоноголовой головой, статуе которого - теперь, когда у нее как у “фаворита” была отдельная комната — она тайно читала молитвы на санскрите во время импровизированной пуджи, которую установила на крайнем столике.
  Ясар открыл дверь с Кораном в руке. - Заходи, Саша, ты как раз вовремя.
  Они сидели вместе, Яссар в своем кресле, Саша на низком табурете перед ним. Она уставилась в пол, не желая, чтобы ее сочли слишком агрессивной или неуважительной, но она знала о доброте в его черных глазах и безмятежности поведения.
  Он устал, подумала она. Его роль министра финансов и экономики начинала давить на него. Это и растущий раскол между членами королевской семьи и народом Саудовской Аравии, с которым, по словам Ибрагима, они с Яссаром сталкивались ежедневно, теперь, когда Ибрагим вернулся на лето с первого курса Гарварда и помогал своему отцу с программами трудоустройства.
  “Весь Коран был ниспослан за двадцать три года ангелом Гавриилом пророку Мухаммеду, который должен был пересказать каждое слово Гавриилу незадолго до смерти Мухаммеда, чтобы можно было проверить весь текст”, - сказал Ясар. “Многие говорят, что этот процесс был проделан дважды”.
  Возможно, именно это его и убило, невольно подумала Саша.
  “Как человек, который показал, что может уважать учения и у которого достаточно интеллекта и честности, чтобы понять их, я представляю вам этот экземпляр Корана”. Яссар протянул книгу Саше, которая взяла ее, почувствовав прилив вины за свои мысли. Она держала его на коленях и на мгновение опустила голову, словно в молитве, чувствуя, как от этого подарка в нее вливается тепло, а затем простой покой, благодать. Он протянул ей вышитую ткань, похожую на ту, в которую он завернул свой собственный Коран, и она положила в нее Коран, который он только что ей подарил, и прижала к груди.
  “Спасибо”, - пробормотала она. Она знала, что чувства, которые старший принц пробудил в ней, были драгоценны. Ей было интересно, чувствовали ли другие молодые женщины, выросшие с отцами, которые направляли их, ругали, учили и защищали, то же самое, что чувствовала сейчас она.
  Она встала, все еще сжимая книгу обеими руками, и наклонилась вперед. Дорогой, дорогой принц. Постоянный, нежный принц. Ты мой якорь, моя скала. Она нежно поцеловала его в лоб. - Спасибо, - повторила она.
  
  
  
  Июль, Двадцать один год назад. Ницца, Франция. Люди действительно так живут, подумала Саша. Но иногда мне кажется, что мое сердце вот-вот высохнет и его унесет ветром. Она зашла с Нафтой в кафе Sea Wall Cafe and Lounge отеля Baron David de Duval в тихом восточном районе Ниццы. Ибрагим всегда останавливался в отеле Baron David, потому что он был более сдержанным, чем отели в центре города. Саша любила Ниццу. Она почти каждый сезон бывала с графиней в отеле "Негреско", расположенном в центре города с видом на море. Но теперь Саша предпочитал быть как в переносном, так и в буквальном смысле выше всего этого на окраине города, высоко на холме, где располагался элитный особняк барона Дэвида.
  Принц Ибрагим уже сидел за столом с двумя арабами, которые были на несколько лет старше его, когда Саша и Нафта пришли на обед. Они по очереди поцеловали своего благодетеля.
  “ Абдул и Валид, ” сказал Ибрагим, “ вы знакомы с Сашей и Нафтой? Двое мужчин едва узнали их.
  “Я сомневаюсь в законности правительства, которое на самом деле не привержено исламу”, - сказал Валид.
  “Если саудовский режим не может поддерживать шариат, как он может действовать как хранитель самых святых мест мусульманского мира?” Добавил Абдул.
  “Я понимаю, о чем вы говорите, - сказал Ибрагим, - но вы также должны понимать степень влияния, которое я могу оказывать на политику нашего правительства”.
  Боже мой, Ибрагим, послушай себя! Это действительно становилось уже слишком. Сначала он каждый день ходит в министерство — отчасти из-за ее настояний — и следующее, что он говорит о том, насколько сильно он может влиять на политику правительства Саудовской Аравии. Пытается произвести впечатление на этих жаб своей важностью. Она подумала, не предпочла бы она, чтобы он был под кайфом от кокаина. По крайней мере, так он меньше выставлял себя дураком. Она снова ощутила это странное чувство, теперь похожее на ужас, затем на боль.
  Может быть, пришло время убираться отсюда. Она мысленно подсчитала двадцать четыре ежемесячных конверта с 75 000 долларами наличными, которые она получала - 1,8 миллиона долларов в США, как она и оговаривала, — и примерно 2,6 миллиона долларов драгоценностей, которые она накопила. Может быть, а может и нет. Теперь казалось, что ее беспокойство последних нескольких дней длилось гораздо дольше. Несколько месяцев? Ибрагим стал непроницаемым, отстраненным, возможно, потому, что был так поглощен работой своего отца. Но больше, чем расстояние от него, она осознала, что не любит его, и не могла представить, что когда-нибудь задумается, любит ли она его. Так что же могло помешать ей двигаться дальше?
  Одно было ясно. Саше не нравились эти странные молодые люди, слоняющиеся здесь за Ибрагимом. Они проповедовали ему, казалось, окружали его со всех сторон. И к ней тоже приставали как политические, так и религиозные фанатики. С особым дискомфортом она вспомнила вопросы элитарного молодого англичанина, с которым они сидели за одним столом на ужине ранее в том сезоне, — он выяснял точку зрения Ибрагима на бомбардировки американских военных баз в Саудовской Аравии — и конспиративные разговоры, которыми он обменивался с неряшливым американцем на яхте Christina, на которой они ужинали на прошлой неделе.
  “Они сами должны вернуться на пути шариата, если хотят, чтобы их уважали и чтобы они руководили своим народом”, - продолжил Валид.
  “Они стали слишком близки к американцам”.
  “Я пока не в состоянии заниматься этим, ” сказал Ибрагим, “ но мы можем использовать американцев в наших интересах. Не стоит недооценивать ценность этого”.
  Используйте американцев! Кого он думал одурачить? Казалось, он действительно верил в ту чушь, которую нес. Сашу охватило желание вернуться в свою комнату, собрать кое-какие вещи и исчезнуть. Забудьте о политике. Это еще не все. Она посмотрела на Ибрагима. Твоя потребность сделать себе имя берет верх над тобой. Затем она увидела в нем Яссара. Эта мысль успокоила ее. Она погладила Ибрагима по голове, и он испуганно обернулся, затем властно поцеловал ей руку и еще больше углубился в разговор.
  Это было снова, то ощущение, которое, как она теперь поняла, было таким неясным, потому что она боролась с ним. Ибрагим был поглощен своим разговором. Она снова почувствовала отдаление от него, затем поддалась эмоциям. Это было болью. Затем всепоглощающая печаль, похожая на траур. Она знала, что это говорит ей, в чем она нуждается. Она хотела быть любимой. Она встала и вышла из-за стола, зная, что здесь этого не найдет.
  
  
  
  В 3:00 ночи Прекрасные Люди как раз переключались с любимых наркотиков на выпивку. Саша сидела на задней палубе "Степенной матроны" и пила "Дом Периньон" с Найджелом Бентхерстом, хозяином. Слушая его вполуха, она просто осознавала, что он говорит в той наигранной, заикающейся манере, которую она часто отождествляла с теми, кто посещает лучшие английские школы, и излучает отношение, напоминающее о славных днях Палаты лордов. Даже Саше было трудно противостоять его страстному превосходству, по крайней мере в разговоре.
  “ Я так понимаю, твоему Ибрагиму нравятся его новые друзья, Абдул и Валид. А тебе? - Сказал Найджел своей отрывистой речью.
  Итон? Этот маленький подонок начинал ее раздражать. Она оглянулась в каюту яхты, где проходила большая часть вечеринки, но Ибрагима там не увидела.
  “ Извини. Не по теме. Дурной тон, - сказал Найджел. “ Начну сначала. Я хотел бы поговорить с тобой, Саша. Скорее, я чувствую, что это в твоих наилучших, хм, интересах ”.
  “ Как? Саша оглянулась в каюту. Ее глаза встретились с глазами тридцатилетнего гостя, который сидел в десяти футах от нее, наслаждаясь сигарой. Неряшливый американец. Человек, с которым неделю назад Найджел всю ночь говорил о политике в "Кристине.
  “Я скорее думаю, что Ибрагим смотрит на вещи не с той стороны”, - сказал Найджел. “На самом деле, это немного хм, хм, пугает. Эти ребята Абдул и Валид - экстремисты. Связаны с террористами. Они пытаются завербовать Ибрагима”.
  Саша поиграла ниткой жемчуга, словно отмахиваясь от всего, что только что сказал Найджел. Оставьте меня в покое. Она была сыта по горло подобными разговорами. Чертова политика. И что задумали эти люди с Ибрагимом? Что задумал Найджел? Она снова посмотрела на неряшливого американца. Он тоже каким-то образом был замешан в этом? - Ты со мной разговариваешь? - спросила она Найджела.
  - Ну, вообще-то, да.
  -Ичто?
  - Я сказал, что считаю этих парней экстремистами.
  - Чего ты хочешь, Найджел?
  “Ну, вообще-то, хм, ваша помощь. Наши люди хотят, чтобы ваш Ибрагим оказал сопротивление или, по крайней мере, обезвредил их. Мы присматриваем за ним.
  “ Ты хочешь сказать, что следишь за Ибрагимом? Что здесь происходит?
  -Нет, они.
  Саша наклонилась вперед, чтобы посмотреть ему в глаза. - Зачем ты мне это рассказываешь?
  “Я, хм, проверил тебя. Ты умный. И тебе виднее. Чувство ценностей и все такое. Ты видел, как живет средний саудовец. Двойные стандарты. Королевская власть. Бедность. Друг за другом. Страна готовится скатиться в трясину. Нефть, социальные волнения, еще больше нефти, девяносто пять процентов населения зарабатывают в год меньше, чем проценты с десяти минут нефтяных доходов. Королевская семья по-прежнему выше всего этого, и у нее все хорошо, большое вам спасибо. Особенно хорошо с точки зрения комиссии, взимаемой за все, что ввозится в страну. Военная техника. Промышленное оборудование. Сельскохозяйственные товары. Сам назови это.
  “Семья стремится к лучшему для страны. Они строят будущее”, - сказала Саша. Она подумала о Яссаре, зная, в какую ярость он пришел бы, услышав слова Найджела.
  “ Проснись. В их старом добром королевстве назревают неприятности. Ты бы знал об этом, если бы был внимателен.
  Саша поискала взглядом Ибрагима, но не смогла его увидеть. Ей хотелось сбежать. Единственная проблема заключалась в том, что то, что сказал Найджел, имело смысл. И как только она подумала об этом, то поняла, что кто-то отрепетировал его. Это был не случайный разговор на яхте какого-нибудь богатого англичанина посреди вечеринки. На самом деле это странно напоминало то, что сказал неряшливый американец в " Кристине".
  “ Ты следишь за мной? - Спросила Саша.
  - Нет, если только ты сам этого не захочешь.
  “ Конечно, нет. Чего ты от меня хочешь?
  “ Давай посмотрим. Ты смотри. Расскажи нам, что происходит, приходи ко мне, к нам. Вот и все.
  Она подумала послать его к черту, но вместо этого сказала: “Хорошо, ты привлек мое внимание. Итак, кто ты?”
  Он долго смотрел на нее, казалось, оценивая. - Заботливый друг.
  “ Понятно. Какой-то парень, который тусуется на яхтах и предостерегает девушек от новых дружков их бойфренда. Он не ответил. “Занимаешься социальной работой на стороне?” Она решила расслабиться, посмотреть, сможет ли она узнать больше, прежде чем ее отношение отпугнет его. Но она была зла. Зла на Найджела за то, что он остался после нее. Зол на Ибрагима. Зол на неряшливого американца, сидящего в нескольких ярдах от него в растрепанных брюках цвета хаки, мятой хлопчатобумажной рубашке и курящего свою дурацкую сигару. Зол сегодня на всех.
  Новые друзья Ибрагима доставят ему неприятности. Он пожалеет, что никогда не интересовался ничем, кроме секса, наркотиков и рок-н-ролла. Тот небольшой отпуск в Калифорнии год или около того назад, возможно, принес ему больше вреда, чем пользы.
  Она почувствовала вспышку страха. Откуда, черт возьми, Найджел узнал о клинике Бетти Форд? Кто такой этот Найджел? И он и его люди, кем бы они ни были, were наблюдали за Ибрагимом. И за ней. “Что ты хочешь этим сказать?”
  “ Только то, что я сказал ранее. Мы наблюдали за ним. И, хм, очень внимательно с тех пор, как он подобрал тех двух бродячих собак. Помогите нам. Угощайся.
  Ей нужно было подумать, перегруппироваться, поэтому она встала и направилась к хижине искать Ибрагима. Неряшливый американец, куривший сигару, кивнул ей и улыбнулся. Она прошагала мимо него, сверкая жемчугом, расправив плечи, все инстинктивно, потому что ее мысли были далеко, она думала о том, о чем она хотела поговорить с Ибрагимом, когда загонит его в угол.
  
  
  
  Принц Ибрагим и Саша были заняты переодеванием к вечеру в своих двухуровневых апартаментах в отеле Baron David, он наверху, в спальне, она внизу, в гостиной. Ей нравилось одеваться внизу, ощущая вечерний ветерок сквозь сетчатые двери, видя мерцающие изгибы огней, ощущая заземляющую прохладу мраморного пола под ногами. Ей хотелось, чтобы вид мог отвлечь ее мысли от того, что ее беспокоило. Она примерила еще одно из платьев, разбросанных по диванам, готовая спросить Ибрагима о его мнении.
  Весь вечер она пыталась перейти к обсуждению Абдула и Валида и их политики. Пока что ее расстраивала его способность увиливать от нее. Что ж, я просто вынужден это выболтать. “Ибрагим, это Абдул и Валид. Чего они от тебя хотят?”
  Он посмотрел на нее с балкона и пожал плечами. “ Ничего. Она недовольно посмотрела на него, и он увидел это и отвернулся от нее. Она решила, что он, должно быть, почувствовал ее взгляд на своей спине, потому что повернулся и добавил: “У нас просто схожие взгляды”.
  Ей показалось, что это был вялый ответ. Ты заставляешь меня еще больше беспокоиться из-за своей беспечности. “Скорее, они навязывают тебе свои взгляды”.
  Она увидела, как он нахмурился и отвернулся. Это раздражало ее, заставляло желать быть более настойчивой. “Такой, какой ты можешь себе представить”, - добавил он и отошел от перил, скрывшись из виду в спальне.
  Я еще не закончила с тобой. Саша выбрала другое платье. “Как насчет этого?” - спросила она, держа в руках гравюру в цветочек.
  Он вернулся к перилам. - Слишком английская сельская местность.
  “Ты знаешь, они действительно занимают позиции, которые противоречат всему, что я когда-либо слышал, с чем ты себя отождествляешь”. Вот. Достаточно, чтобы спровоцировать его? Она не собиралась так легко отпускать его и полагала, что он в любом случае ожидал этого от нее.
  -Врядли.
  Ты по-прежнему отказываешься вступать в бой. Я не позволю себя сбросить. “Вряд ли? Ваша семья не подходит для того, чтобы быть хранителем самых святых мест ислама? Они не признают правительство Саудовской Аравии действительным?”
  - Они никогда этого не говорили.
  “ Они остановились прямо перед этим. Что на тебя нашло? Зачем их слушать?
  Ибрагим вздохнул. “Однажды я собираюсь стать одним из лидеров Саудовской Аравии”, - сказал он. “Знакомство с идеями наших избирателей полезно. Нет ничего плохого в том, чтобы бросить вызов условностям нашего собственного мышления. Теперь он наклонился к ней, и Саша подумала, что не могла представить себе более высокомерной позы.
  Я ненавижу, когда ты говоришь со мной таким многострадальным патерналистским тоном. Она подумала было повторить его позу, показать ему, как нелепо он выглядит, но поняла, что он либо не поймет, либо окончательно распалится. “В диалоге нет ничего плохого. Но я боюсь, что они используют вас как зазывалу, чтобы склонить других к своим взглядам. Превращают тебя в своего рода трофей, чтобы они могли сказать: ”Смотрите, смотрите, кто с нами" людям, которые следуют за ними ".
  - Ты не понимаешь, о чем говоришь.
  - А разве нет? Что бы сказал твой отец, если бы узнал, что ты соглашаешься с кучкой отбросов, бросающих вызов убеждениям твоей собственной семьи, их религии, их...
  “ Кто ты такая, чтобы говорить о моей религии? он оборвал ее.
  Хорошо. Наконец-то это привлекло твое внимание. Раньше ей хотелось схватить его за волосы и заставить выслушать. Но теперь она знала, что он у нее в руках. Она еще немного поработает над этим. “ Осмелюсь сказать, я знаю об этом почти столько же, сколько и ты. Я определенно потратил на учения больше времени, чем вы за последние полтора года”.
  “ О, я и забыл, что вы изучаете Коран. Его сарказм разлетелся по всему балкону. - И вы, я полагаю, знаете столько же, сколько и я, о политике Саудовской Аравии и моей семье?
  Что ж, по крайней мере, теперь он помолвлен, даже если ведет себя как чертов невежественный хам. Она опустила глаза, чтобы показать ему, что раскаивается, что не собирается бросать ему вызов полностью. Тебя действительно не так уж трудно раскусить, Ибрагим. “Я только спрашиваю тебя, что происходит”, - сказала она.
  “Что происходит, так это то, что я готовлюсь к своей роли в будущем Саудовской Аравии”.
  Ее собственный гнев усилился. “Как ты можешь так говорить, если соглашаешься с людьми, которые ставят под сомнение саму законность правления твоей семьи? Эти люди - яд. Они угрожают вашей семье, вашим религиозным ценностям, а вы даже не видите этого”.
  - О чем, черт возьми, ты болтаешь, женщина?
  Болтовня! Женщина! Она почувствовала, что ее лицо начинает краснеть. “Твоя потребность в признании, сделать себе имя взяла верх над тобой! Эти люди - фундаменталисты-экстремисты, а ты позволяешь им таскать тебя за собой, как дрессированную обезьянку! Ты” кажется, забываешь, что ты одна из членов королевской семьи! Она увидела его лицо и пожалела об этом. О, вот и он.
  Он ухватился за поручень. “ Я никогда не забывал, кто я! Это ты, кажется, забываешь, кто ты, наложница! А теперь закрой рот или подумай о последствиях! Тебя могут отправить туда, откуда ты пришел, так же легко, как мой отец привез тебя сюда в первый раз!”
  Саша почувствовала, что эти слова ударили ее так, словно он плюнул в нее. Ее разум пытался справиться с вихрем эмоций, бушевавших в ней, разобраться в мыслях, которые нахлынули сейчас, спустя почти два года, реальность пробивалась сквозь созданное ею представление — она ли его создала? — что она была частью этой семьи, членом саудовской элиты. Теперь она поняла, что он может выбросить ее, как использованное белье. Мужчина, который даже не понимал, что такое стирка, который не знал, что происходит с его одеждой после того, как он оставляет ее скомканной на полу. Ее мозг догнал ее. Она шагнула вперед, медленно, обдуманно. О, Ибрагим. Как ты можешь? После того, как я поднял тебя и привел в порядок. “Я не заслуживаю, чтобы со мной так разговаривали”, - сказала она. “Я не сделала ничего, чтобы заслужить ваше неуважение”.
  Он посмотрел на нее сверху вниз, и она увидела, как гнев сошел с его лица. Он, казалось, прочитал ее мысли. Он проявил нежность, затем — возможно ли это? — стыд? Он спустился по лестнице и молча подошел к ней, взяв платье. Она примерила его, увидела, что оно ему не понравилось, и сняла.
  Он положил руки ей на плечи, приласкал и поцеловал в шею. “Иногда ты не способна понять, о чем ты меня спрашиваешь”, - мягко сказал он. Затем: “Мне это нравится”. Он указал на платье на диване. “Но я думаю, что оно смотрелось бы на тебе лучше без этого”. Он расстегнул ее лифчик, снял его и развернул ее лицом к себе. “И тебе это не понадобится”, - сказал он, спуская ее пояс с подвязками на пол. Он придерживал его, пока она снимала его. Затем он помог ей надеть платье, накинул бретельки ей на плечи, развернул ее лицом к себе и застегнул молнию.
  Она догадалась, что Ибрагим решил, что спор окончен, он делает все возможное, чтобы понравиться ей, и она соглашается с тем, что его слова были всего лишь обломками минутной ссоры. Совсем как он. Но он испортил их близость, и теперь не было никакой возможности заставить себя вернуть все обратно. Пора выбираться. Затем она подумала о Яссаре и поняла, что не может уйти, не убедившись, что он знает, вероятно, раньше, чем Ибрагим осознал это сам, что сын выбирает сторону против своего отца. Она вспомнила слова Найджела Бентхерста о новых друзьях Ибрагима: "они опасны". Беспокойство за Яссара теперь вытеснило отвращение, которое она испытывала к мужчине, стоящему перед ней. Да, Яссар должен узнать об этом. От нее.
  
  OceanofPDF.com
  КНИГА 3
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 17
  
  
  
  AUGUST, THIS YУХО.ФУ ТыОРОЧИЙ город. Черствые остатки сэндвича, который Дэниел съел на ужин, и подмокшая картошка фри, к которой он не притронулся, придавали его офису аромат, похожий на тот, что был в конференц-зале на прошлой неделе. Яссар требовательный и резкий, как черт. Мне нужно попадать в точку. Слова, которые он использовал, чтобы подстегивать себя всю неделю, слились в его мозгу как мантра. Это и двадцать пять процентов гонорара. Он склонился над черновиком презентации шести объектов нефтепереработки и маркетинговых приобретений, которые он и его команда готовили для встречи с принцем Яссаром в Вене. Его шея была сведена от пребывания в одном и том же положении. Или это от напряжения? Он посмотрел на часы. 10:30. С облегчением он подумал о том, что Лидия уже несколько часов не вмешивалась в ход его мыслей.
  Трое его коллег присели на краешки своих кресел по другую сторону от него, уткнувшись лицами в презентацию. Уолтер Перселл - вице—президент - и Стивен Пейс — юрист - оба демонстрировали признаки стремления завершить проект— галстуки и расстегнутые воротнички рубашек, взъерошенные волосы и закатанные рукава. Дэниел все еще был накрахмален, хотя знал, что его глаза, должно быть, покраснели от усталости. И движения его были отрывистыми от напряжения.
  Опустив глаза, напряженный и неулыбчивый, Дэниел продолжил просматривать свой экземпляр презентации. Двое подчиненных обменялись косыми взглядами, когда Дэниел приблизился к последней странице. Они и раньше были так близки за последние несколько дней, только для того, чтобы снова оказаться втянутыми в драку.
  Дэниел выдохнул и откинулся на спинку стула, покачивая шеей из стороны в сторону. “Я бы сказал, что мы неплохо выглядим, ребята. Хорошая работа.” Перселл улыбнулся и расслабил плечи. Пейс поерзал на стуле и вытянул руки над головой. “Сколько времени вам потребуется, чтобы переработать эти новые комментарии?”
  “Один, может быть, два часа”. Сказал Перселл.
  Дэниел кивнул. Они встали и ушли.
  Дэниел выглянул в окно. Три дня. Ни звонка, ни весточки от нее с пятницы. Затем его разум загорелся, а желудок вывернуло наизнанку в тысячный раз с тех пор, как исчезла Лидия. Он сжимал и разжимал кулак. Будь ты проклят. Она ушла и даже не доставила ему удовольствия вышвырнуть ее теперь, когда он принял такое решение. Он начал произносить речь, которую задумал и непроизвольно репетировал на автопилоте шесть раз каждые несколько часов с вечера предыдущей пятницы. Он стукнул кулаком по столу, гадая, сколько времени пройдет, прежде чем он сможет выступить с докладом, затем снова сосредоточился на презентации, лежащей перед ним. В следующие полчаса он набросал первые несколько основных пунктов резюме стратегического обоснования приобретения саудовцами дополнительных операций по переработке и сбыту.
  Затем его разум замкнулся в себе. Он даже не пытался придумать логическое объяснение тому, что она делала с моим компьютером. Или паспорта, или деньги. Он откинулся на спинку стула, бросил карандаш и тяжело вздохнул. Или папки. И вся заначка исчезла вместе с ней. Он снова задался вопросом, откуда взялась Лидия, кем она была на самом деле. Он почувствовал, как его внутренности снова переворачиваются, пока его разум обдумывал, что означали паспорта и деньги — мошенничество? Или она просто чокнутая? И снова его сердце застонало от чувства предательства.
  Какая разница, пытался он сказать себе.
  Дэниел встал, обхватил себя за шею, чтобы снова хрустнуть ею, потянулся. Он вышел из-за своего стола и посмотрел в окно на блеск огней в Центре города, его черты лица в отражении в окне были неровными и грубыми. Любит ли она меня? Этот вопрос он неоднократно задавал себе последние три дня. Он почувствовал, как болезненный комок воздуха подступает к горлу, затем отвернулся от окна, уставившись на стену как на суррогат Лидии, способный утолить его гнев.
  Мне это сейчас не нужно. Не во время его первой презентации Яссару, первого шага в создании неожиданной прибыли, которую могли бы принести ему саудовцы, его первой возможности вернуть азарт в его деловую жизнь. Даже если пузырь в моей личной жизни снова лопнет.
  - Я действительно верил в тебя, - сказал он вслух, борясь с отеком в горле и резью в глазах.
  Он снова подошел к окну. Его сердце взывало к ней. Кого я обманываю? А потом он унесся мыслями куда-то в другое место. Теперь он видел ее, достаточно близко, чтобы протянуть руку, но не мог пошевелиться, прикоснуться, ощутить ее, как будто его нервы перестали функционировать. Не мог утолить свой голод. Именно тогда он признался, что влюблен в нее.
  
  
  
  Август этого года. Нью-Йорк. Коварик наклонился и потер голень. Блин, у него сегодня разболелась нога. Должно быть, из-за влажности. Он сидел за своим столом, ожидая Карима Капура, или как там, черт возьми, его настоящее имя. Два экземпляра его 26-страничного списка лежали на его столе, один для Капура, другой для него. Названия нет, просто список из 14 нефтегазовых инвестиционных банкиров, их 56 клиентов, которые предоставили действующее программное обеспечение отрасли, и 4128 заказчиков поставщиков программного обеспечения в нефтегазовой отрасли. Рейтинг был составлен в разбивке по банкирам с наибольшим количеством клиентов, причем Дэниел Янгблад возглавлял список.
  Это заставило его улыбнуться, даже когда он потирал ногу. Может быть, через все это он каким-то образом исправит задницу Дэниела за то, что тот сломал ему ногу, например. Сукин сын впечатал свой Aston в стену на S-образном повороте в Уоткинс-Глен в тот Памятный день; Коварик мысленно наблюдал эту аварию пять тысяч раз, и он все еще не мог понять, как у Дэниела хватало смелости держать оборону, в то время как Коварик пытался взять его изнутри. Хватит.
  Он покачал головой и взглянул на свой жидкокристаллический экран, чтобы проверить рынки сбыта. Его ассистент позвонил ему. “Мистер Капур здесь”.
  Коварик указал на диван в своем кабинете, когда пришел Капур. Он вышел из-за стола с двумя копиями своего списка и сел рядом с Капуром. Парень был одет в тот же коричневый костюм — выглядел так, словно купил его в Kmart, висел на нем как мешок, рукава слишком длинные. И эта мятая рубашка из полиэстера и галстук за 10 долларов.
  “Добро пожаловать”, - сказал Коварик, пожимая руку Капура.
  “ Это список? Капур выглядел напряженным и совсем не дружелюбным.
  “ Да. ” Коварик протянул ему копию. - Ты будешь доволен.
  Капур листал его около минуты. - Я вижу, вы занимаете довольно последнее место в списке.
  “ Я не хотел слишком бросаться в глаза. Я могу изменить его, чтобы добавить остальных моих клиентов, если вы хотите, но это не будет иметь большого значения ”.
  - Я удивлен, что ты вообще поставил на нем свое имя.
  - Если это попадет не в те руки, я тоже не хотел бросаться в глаза своим отсутствием.
  “Единственный способ, которым это может попасть не в те руки, - это через вас”, - сказал Капур, все еще глядя на список. “Это так, и я знаю, кого искать”. Он поднял свирепый взгляд.
  Шея Коварика напряглась.
  Капур вернулся к первой странице. “Этот Янгблад. Похоже, у него половина бизнеса, если считать конечных клиентов.
  “ Да, он игрок. Слова показались Коварику неприятными на вкус.
  - Вы его знаете? - спросил я.
  “Мы возвращаемся к прошлому”.
  - Будут какие-нибудь проблемы, если он окажется замешанным в этом?
  Коварик почувствовал, как у него участился пульс. “ Ничего такого, что я хотел бы увидеть больше. Он самодовольный, более святой, чем ты, мудак”.
  -Звучит слишком лично.
  “Да, так что посмотри, сможешь ли ты сделать так, чтобы с ним случилось что-нибудь плохое”. Коварик улыбнулся. Он подумал об Энджи, затем потер голень.
  
  
  
  Хабиб слонялся по вестибюлю отеля Waldorf Astoria до 8:00 вечера, ожидая достаточно долго, чтобы сообразить, что инвестиционный банкир Credit Suisse Филип Адэр вернется домой из офиса. Он вышел из такси в двух кварталах от здания кооператива Адера на углу 90-й и Парк-стрит и остаток пути прошел пешком. Он чувствовал себя комфортно в униформе FedEx. Подойдя к стойке консьержа в вестибюле дома, где жил Эдер, он сказал: “Посылка для Филипа Адера, двенадцать-G.” Он не снял солнцезащитных очков.
  - Оставьте это здесь, я распишусь за это.
  - Мне нужна его подпись.
  Консьержка посмотрела на Хабиба с презрением, затем сняла трубку и позвонила наверх.
  В лифте Хабиб ощутил знакомый прилив адреналина, обострившиеся чувства — он почувствовал запах лимонного масла на деревянной обшивке лифта, увидел встающие дыбом волоски на затылке лифтера — он всегда испытывал это перед началом боя. Лучше разобраться с этим самому. Теперь, когда у него был список от Коварика, ему не нужен был Адэр. И Адэр хотел больше денег, чем Коварик, и он затягивал процесс, звуча плаксивым и напуганным в их последнем разговоре. Последнее, что было нужно Хабибу, - это чтобы Адер струсил и обратился к федералам. Хабиб знал, что лучше всего прикончить Адера самому. Кроме того, если бы он передал дело людям шейха, они, вероятно, либо испортили бы его, либо привлекли бы к себе слишком много внимания. И рисковать, чтобы шейх подумал, что Хабиб сам не справится со своими проблемами.
  Хабиб вышел из лифта и шел достаточно медленно, чтобы услышать, как закрылась его дверь, прежде чем приблизиться к двери квартиры Адера. Он остановился перед ней и огляделся по сторонам, проверяя, затем вытащил из сумки автоматический "Зиг-Зауэр" с глушителем. Он постучал. Пульс грохотал у него в ушах.
  Дверь открылась.
  -Мистер Эдер?
  -Да.
  Хабиб поднял "Зиг-зауэр" и выстрелил Адеру в лоб. Он захлопнул дверь и направился к лестнице.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 18
  
  
  
  AUGUST, THIS YУХО. ВИЕННЕ, ВУСТРИИ. Отель Sacher расположен через площадь от Государственной оперы, сочетающей в себе традиции Габсбургской монархии, заложившей культуру старой Вены. Ясар мирно выспался в номере мадам Баттерфляй, самом роскошном номере отеля Захер, потому что его рейс прибыл вовремя, чтобы он мог приятно поужинать и лечь спать к 21:00 вечера. После молитвы он принял душ, оделся, скромно позавтракал в своем номере, затем поехал на "Роллс-ройсе" Захера на Обере Донауштрассе в офис ОПЕК на общее заседание членов, где присоединился к своему двоюродному брату, принцу Насеру, министру нефти Саудовской Аравии.
  Мысли Яссара блуждали во время рутинных обновленных отчетов ОПЕК — сравнение добычи с квотами, таблицы ценообразования и так далее, — не обращая внимания на декор центрального конференц-зала размером 40 на 60 футов в здании ОПЕК в стиле 1960-х годов. Его печальные глаза были обманчиво безжизненными, в целом он демонстрировал внешнее спокойствие, несмотря на внутреннее оживление. Со своего места рядом с принцем Насером он намеренно обвел взглядом присутствующих в зале своих коллег, министров нефтяной промышленности всех остальных 11 членов ОПЕК, включая всех семерых представителей Объединенных Арабских Эмиратов. Его глаза невольно нашли Гектара Винченцио, министра нефти Венесуэлы, и он скривил губы. Свиноядный ублюдок. Он снова напустил на себя безразличие, но упорно ждал возможности выступить с речью, в которой он официально поддержит проект по переносу картеля в 21 век и предложит провести голосование по нему. Спустя четыре часа обсуждения, после того как голосование было подсчитано, Насер сложил руки и подмигнул Яссару в западном победном жесте. Ясар поднялся со своего места, чтобы уйти, его официальная саудовская мантия и головной убор развевались за его спиной. Сегодня, думал он, мы делаем первый шаг к присоединению к диверсифицированным западным конгломератам — BP, Exxon / Mobil, Royal Dutch / Shell, — которые правят нефтяным бизнесом и миром.
  
  
  
  Два часа спустя Яссар сидел в своем номере среди остатков ужина, разбросанных на тележке для обслуживания номеров. Он не прилагал никаких усилий, чтобы скрыть свою усталость от Асада аль-Ануда, главы его Тайной полиции, который сидел напротив него.
  “Это последний отчет о слежке за нашими финансовыми и юридическими консультантами, министр”, - сказал Асад. “У вас есть еще вопросы?”
  Яссар отрицательно покачал головой, рассеянно поглаживая бровь. Я почти боюсь спросить, что происходит дома.
  “ Как пожелаешь. И у нас будет группа, которая будет наблюдать за приходами и уходами мистера Янгблада, пока он будет в городе на вашей завтрашней встрече.
  Яссар понял и согласился. Асад положил папки, которые держал на коленях, рядом с собой на край стола. “Есть еще кое-что, о чем я хочу, чтобы вы знали, министр Яссар”.
  Яссар услышал перемену в его тоне. Что теперь?
  “Вчера у нас была еще одна демонстрация у Министерства труда. На этот раз пять тысяч студентов”.
  Эти проблемы неумолимы. И они станут невыносимыми, если мы не будем действовать быстро. Яссар искал в себе запас силы и почти ничего не нашел.
  “И в наших разведывательных отчетах указывается, что студенческие организации двух основных университетов в Эр-Рияде организуют марш вместе с мусульманскими группами шиитов”.
  Бин Абдур. У нас мало времени. Он испытывал душераздирающее желание схватить этого человека — шейха ибн Абдура — раз и навсегда в свои руки, сдавить ему горло до тех пор, пока у него не вылезут глаза, а затем бросить его тело червям, которые ночью в пустыне поедали отбросы. Видя, что Асад наблюдает за ним с беспокойством в глазах, он почувствовал, как его лицо горит от стыда. Яссар знал, что Асад заговорит о следующем, и боялся этого. Он подождал несколько мгновений, прежде чем спросить: “А какие новости о других планах бин Абдура?”
  “Наши агенты теперь подтверждают, что он активно привлекает компьютерных хакеров для какого-то саботажа в нефтегазовой отрасли”.
  “ И? Яссар потер лоб, уставившись в стену.
  “ У нас есть агенты, выдающие себя за хакеров, чтобы попытаться узнать больше. Он сделал паузу, явно неохотно. “ И, возможно, нам немного повезло. Хакер, которого он нанял, похоже, привлек к работе одного из наших собственных агентов по имени Алика, которая, возможно, сможет выяснить его конкретные планы ”.
  “Это к счастью”, - сказал Яссар. “Хорошая работа”. Только теперь он снова посмотрел на Ассада, который выпятил грудь, вероятно, от комплимента. “Но не увлекайтесь; будьте бдительны и посмотрите, к чему это может нас привести. Вам лучше всего немедленно вернуться домой в Эр-Рияд”.
  Асад, казалось, сдулся. “Да, министр”.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 19
  
  
  
  AUGUST, THIS YУХО. ВИЕННЕ, ВУСТРИИ. Ясар видел записку, подсунутую под дверь его номера в отеле "Захер". Он надеялся, что это от нее. Он ждал новостей. Он открыл его и увидел аккуратно напечатанное сообщение, расшифрованное бизнес-центром отеля:
  МЫ ВНУТРИ. НАШ ЧЕЛОВЕК ДОГОВОРИЛСЯ О ЦЕНЕ НАЙМА АЛИ На ПЕРВЫЙ ЭТАП. ОН ПЛАТИТ БОЛЬШИЕ ДЕНЬГИ ЗА ЛУЧШЕЕ. СЕМЬДЕСЯТ ПЯТЬ ТЫСЯЧ АВАНСА ПРОТИВ ТРЕХСОТ ТЫСЯЧ УСПЕХА ПРИ ВЗЛОМЕ КОМПЬЮТЕРНОЙ СЕТИ SAUDI ARAMCO. Я БУДУ ДЕРЖАТЬ ВАС В КУРСЕ.
  АЛИКА
  “ Хорошо, ” сказал Яссар вслух. Теперь он посмотрит, как поведет себя бин Абдур. Он принялся расхаживать взад-вперед, подергивая пальцем бровь. Еще одна встреча завтра утром, и он сможет улететь обратно в Эр-Рияд. Он пересек комнату, чтобы позвонить Асаду. Ему нужно будет привести в готовность Saudi Aramco.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 20
  
  
  
  AUGUST, THIS YУХО. ВИЕННЕ, ВУСТРИИ. Рейс Delta номер 2770 вылетел из аэропорта Кеннеди в 18:30 вечера, пассажир Дж. Дэниел Кристиан Янгблад III поднялся на борт последним после передачи шести копий презентации для критически важного клиента от запыхавшегося Джеймса Кэссиди с дикими глазами у контрольно-пропускного пункта службы безопасности в 6:14. Дэниел приземлился в Вене в 9:20 утра. К тому времени, как он пересек Филармоникерштрассе и направился к отелю Sacher, международные флаги которого безвольно свисали тихим летним утром, яркие красные навесы поблескивали в солнечных лучах, он почувствовал, как у него разболелись подмышки от тяжести груза. его сумки и вкус коньяка, который он выпил, чтобы поспать хотя бы несколько часов в полете.
  Лучше бы эта презентация сработала, потому что это мой лучший шанс. Захер не подвел Дэниела; персонал выгладил его костюм до совершенства, как на манекене, пока он принимал душ, и доставил горячий завтрак с пунктуальностью, которая заставила бы плакать швейцарского владельца отеля. Душ вернул немного румянца на его щеки, несмотря на потемневшие глаза. В 11:00 он постучал в двери “Люкса мадам Баттерфляй” принца Яссара, посмеиваясь про себя над бабочками в собственном животе. Его портфель теперь не казался таким тяжелым. Шесть копий его презентации и его здравый смысл были единственными вещами, которые ему были нужны в этот момент. Он почувствовал, как в нем поднялся уровень адреналина.
  Ясар открыл дверь. Дэниел постарался не показать своего удивления, увидев его в саудовской одежде и головном уборе. Конечно. Должно быть, он все еще находится в разгаре заседаний ОПЕК.
  “ Дэниел, заходи, заходи, ты как раз вовремя. Он описал рукой дугу.
  Любезен и лощен, как всегда, но кажется рассеянным. И его лицо выглядит так же плохо, как я себя чувствую.
  “ Полет прошел приятно? - Спросил Яссар, когда они направлялись к столу для совещаний в дальнем конце номера.
  “ Нормально. Без происшествий.
  “Я взял на себя смелость заказать для вас чай, кофе, сок и что-нибудь на завтрак”, - сказал Ясар.
  “ Спасибо, ” сказал Дэниел и налил себе чашку чая, хотя ему совсем не хотелось. Когда он обернулся, Яссар сидел во главе стола для совещаний, созерцая его полированную поверхность. Мысли этого парня витают где-то в другом месте. Надеюсь, я смогу привлечь его внимание. Может быть, мне удастся его расшевелить.
  “В моем расписании произошли некоторые изменения, в том числе возникли кое-какие неотложные дела дома”, - сказал Яссар, не поднимая глаз. “Я понимаю, что вы проделали долгий путь ради этой встречи, но не будет ли слишком большой просьбой, если мы начнем немедленно, чтобы я мог провести остаток своего дня?” Взгляд Яссара был дружелюбным, но Дэниел заметил морщины на его лбу и тревогу в уголках глаз.
  “Абсолютно”, - сказал Дэниел. Он почувствовал, как где-то внутри у него дрогнул нерв. Он сел, сделал глоток чая и достал презентацию из своего портфеля. Он почувствовал еще один укол сомнения, затем подвинул экземпляр “Презентации для Королевства Саудовской Аравии о возможностях приобретения отдельных предприятий нефтепереработки и маркетинга” к столу из ставшего неприступным красного дерева. Дышите. Контролируйте yourself. “Как вы увидите из оглавления, у нас есть общий обзор стратегического обоснования вашего расширения нефтеперерабатывающей и маркетинговой деятельности, за которым следует краткий обзор шести конкретных целей приобретения. Их размер варьируется от пятисот миллионов долларов до сорока миллиардов долларов ”. Яссар открыл свой экземпляр и начал бегло просматривать его.
  Ладно, смирись с этим. Оставайся с ним. Он не в настроении читать страницу за страницей. “А, ” сказал Дэниел, приспосабливаясь, - я вижу, вы уже сосредоточились на переработке и маркетинге ConocoPhillips. Как вы увидите, я считаю, что стратегическое обоснование именно для них...”
  “Слишком сосредоточены в одном географическом регионе”, - сказал Яссар, не поднимая глаз.
  Ты немного резок, Яссар. Ладно. Давайте попробуем добиться большей реакции, хотя бы для того, чтобы помочь мне понять, чего вы не хотите, чтобы более внимательно отнестись к тому, что вы делаете.
  Ясар перешел к следующей цели приобретения. Казалось, ему это неинтересно.
  Черт, подумал Дэниел. Его взгляд перебегал с презентации Яссара на его собственную. “Дорчестер Рафининг". Интересная игра для вас. Я хорошо знаком с ситуацией, поскольку помог фонду LBO вывести его из банкротства ранее этим летом. Они владели им всего месяц, но в прошлом они, как известно, все переворачивали, так что...”
  “Устаревшие объекты, ограниченные бренды”. Ясар поднял глаза. “Здесь нет долгосрочной франшизы, которую мы могли бы купить”. Он перевернул следующие три страницы, снова опустив взгляд на книгу.
  Дэниел заставил себя сесть прямо. Забыл о бабочках в животе. Теперь образовался узел. Он увидел, что Яссар просматривает первую страницу с кратким описанием нефтеперерабатывающих и маркетинговых операций Forrester. “Следующая сделка будет самой мелкой в группе. Как я отмечал ранее, мы оцениваем это в полмиллиарда долларов”. Следующие тридцать секунд Яссар изучал страницу. Искра интереса?
  Яссар пролистал следующие три страницы.
  Черт.
  В какой—то момент Яссар провел пальцем вниз по странице и перелистнул несколько страниц назад - перепроверяя что? — затем остановился и задумался над страницей, на которую он перелистнул.
  Даниэль снова адаптировался, следуя примеру Яссара. “Я немного неохотно даю вам полный комментарий, поскольку вы, кажется, очень спешите, но могу ли я высказать лишь несколько замечаний по этим последним?” Он изучал лицо Яссара, говоря себе расслабиться, что ситуацию можно спасти. Никакой катастрофы, я вернусь к нему с другой группой целей.
  Яссар улыбнулся, сначала глазами, затем уголками рта. “Отличная работа. Последние три в сочетании создают интересную возможность. Simco располагает нефтеперерабатывающими заводами и сетью станций технического обслуживания под разными торговыми марками по всей Скандинавии, в то время как Petro и Dontol владеют аналогичными активами в Южной Европе и на Восточном побережье Соединенных Штатов ”.
  Дэниел заставил себя выглядеть беспечным, затем решил, что с таким же успехом может быть откровенным. “Верно, но у Dontol слабая доля рынка в своем регионе, и, возможно, вам удастся найти более выгодную игру, если вы захотите построить несколько заправочных станций в Соединенных Штатах”.
  - Меня это не беспокоит.
  Дэниел почувствовал, как часть напряжения спала с его плеч. Я не против, если ты знаешь, во что ввязываешься.
  “Единственное, - сказал Яссар, - вы должны доставить все три, иначе этого делать не стоит”.
  Дэниел почувствовал это, как укол в живот. “ Это сложно, ” выдавил он. Он посмотрел в глаза, чтобы донести свою мысль. “Как вы знаете, сделки непредсказуемы, и мы могли бы инвестировать месяцы ...” То есть я мог бы инвестировать месяцы. “... и вернулись с пустыми руками, потому что мы не смогли сложить кусочки головоломки вместе одновременно”.
  Яссар ответил ему взглядом, не моргнув. “ Я знаю это. Но ведь именно за это мы вам и платим, не так ли?
  “Абсолютно”. Хорошо. Сообщение получено. Разберись с этим позже. Выполняй задание и беги.
  Яссар небрежно пролистал оставшиеся страницы презентации, затем встал, показывая, что встреча окончена. “Спасибо, что пришел, Дэниел. Я прошу прощения за то, что поторопил вас, за то, что не был лучшим хозяином. Он улыбнулся. “Но теперь у вас много работы. А у меня есть другие обязательства. Я провожу тебя до двери. Он остановился, затем сказал: “О, и я чуть не забыл это”, - и протянул Дэниелу конверт. - Подписанное вами письмо о помолвке и чек на первый аванс.
  Дэниел протянул руку. “ Спасибо, принц Яссар. Я тебя не подведу. Улыбка застыла на его лице. Почему у меня такое чувство, что "Будь осторожен со своими желаниями, ты можешь это получить" только что укусило меня за задницу?
  У Дэниела сводило живот, когда он добрался до своей комнаты на втором этаже отеля Sacher. Он взглянул на распечатанный оригинал письма о помолвке, которое вручил ему Ясар. Подписанное письмо о помолвке. И чек на двести пятьдесят. И миллион долларов, выплачиваемый фирмой при подписании контракта с Яссаром. "И Дьедонне не отвертеться от этого", - подумал он, вспомнив сделку, которую он заключил — в письменной форме — со старшим партнером в ходе переговоров о премировании в конце года. Но это прозвучало пусто.
  Он подумал о сделках, о которых только что сказал ему Ясар. Похоже, общая сумма сделки составит от пяти до шести миллиардов. Вероятно, гонорары составили от двадцати пяти до тридцати миллионов. Ему не нужен был калькулятор, чтобы подсчитать, сколько ему причитается 25% от этой суммы. Тем не менее, все или ничего, и из-за этого я могу прожечь добрых шесть месяцев, пытаясь получить все три, а потом, если один развалится, у меня пшик.
  “Это определенно оказывает давление”, - сказал он вслух пустой комнате. Что-то еще все еще беспокоило его. Он и раньше видел, как клиенты принимали решения на основе непродуманной информации, и множество отличных идей отвергалось буквально на ходу, но Яссар только что разрешил ему потратить от пяти до шести миллиардов долларов менее чем за пятнадцать минут.
  Ясар явно спешил. Если бы я накормила его кошачьим кормом, он бы его съел.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 21
  
  
  
  AUGUST, THIS YУХО. ВИЕННЕ, ВУСТРИИ. После того, как Дэниел покинул свой номер, Яссар почувствовал волнение, ему не терпелось поскорее вернуться в Эр-Рияд. Сначала нужно сделать еще кое-что, подумал он в пятый раз. Он взглянул на телефон, затем на часы и побарабанил пальцами по столику, возвращаясь мыслями к текущим делам. Зазвонил телефон. Он взглянул на часы. 11:59:32. “Привет, моя дорогая, ты пришла на двадцать восемь секунд раньше”, - сказал он, не спрашивая, кто это.
  “Ты знаешь, насколько это рискованно?” Сказала Алика на другом конце провода.
  “Я знаю, но я подумал, что нам важно поговорить напрямую. Ты говоришь так, словно мужчина средних лет застрял в аэродинамической трубе”.
  “Я использую голосовой шифратор. Мы можем сделать это быстро? Вполне возможно, что эту линию можно отследить — или прослушивать”.
  “ Как хочешь, но, пожалуйста, обойдись без шифратора. Мне нужно услышать твой голос, знать, что это действительно ты. Ситуация накаляется” и я не уверен, кому я могу доверять без подтверждения. Яссар устроился поудобнее в своем кресле, слушая.
  “ Хорошо. Она выключила устройство. Ее голос звучал напряженно, но он был почти уверен, что это была она.
  - Что у тебя есть для меня? - спросил я.
  Она начала торопливо говорить. “Дело вот в чем.…Боже, это безумие по телефону…Шейх бин Абдур нанял нас для пробного взлома главного нефтеперерабатывающего завода Saudi Aramco, и теперь мы знаем, что он хочет, чтобы мы установили логические бомбы ”. Ее голос замедлился, как будто ее увлекла романтика технических деталей, которые она описывала. “Логические бомбы, на случай, если вы не знаете, - это специально разработанные программы, предназначенные для атаки на программное обеспечение, управляющее системами. В данном случае механические процессы — автоматизированные нефтепроводы, нефтеперерабатывающие заводы, буровые установки и так далее. И в одно и то же время они все говорят ”бум", или что-то в этом роде ".
  Без вопросов. Это была она. - Какие еще цели?
  Отрывистый характер вопроса Яссара, казалось, напомнил Алике о том, что она боится, как бы ее не подслушали. Она сделала паузу. “Я перезвоню тебе с другого телефона”.
  “ Невероятно, ” сказал Яссар, глядя на трубку. Через две минуты телефон зазвонил снова.
  “Мне от этого действительно не по себе”, - сказала Алика.
  “ Какие еще цели? - Повторил Яссар.
  Она перестроила свой блицкриг. “Я еще не знаю точно. Это произойдет после того, как мы войдем в Saudi Aramco. Это сложно, насколько я знаю. Бин Абдур хочет, чтобы мы взломали компьютерные программы ведущих поставщиков компьютерных услуг в нефтегазовой отрасли. Я пока не знаю, кто они все, но самая крупная называется Intelligent Recovery Systems. Программы компании делают все, что вы можете себе представить в нефтесервисном секторе, начиная от управления нефтеперерабатывающим заводом, буровой установкой, вторичным и третичным восстановлением, всем. Компания регулярно обновляет свое программное обеспечение в режиме онлайн каждые две недели. Мы закладываем наши логические бомбы в программное обеспечение компании, когда оно отправляется онлайн на компьютеры ее клиентов с регулярными обновлениями ”.
  - Когда начнется “бум”?
  - Я не знаю.
  Яссар снова услышал напряжение в ее голосе. - Что-нибудь еще для меня, моя дорогая?
  “ Разве этого недостаточно? Яссар услышал треск помех на линии, затем она оборвалась.
  Он почувствовал прилив адреналина. “Ты там, моя дорогая?” Ничего. Он задался вопросом, был ли перехвачен их звонок или, что еще хуже, кто-то схватил ее. Он не рассчитывал ни на что подобное.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 22
  
  
  
  AUGUST, THIS YУХО.ФУ ТыОРОЧИЙ город. Дэниел все еще не оправился от боли в ногах, когда прибыл в свою квартиру в 18:00 вечера на следующий день после встречи с Яссаром. У него была возможность размять их во время короткой остановки в Хитроу, но следующие восемь часов на последнем отрезке пути в аэропорт Кеннеди всегда приводили его в смятение. Его ноздри все еще щекотал коктейль из мусора, уличного песка и выхлопных газов от поездки через весь город, который мог создать только душный августовский день в Нью-Йорке. Гламурная жизнь деловых поездок. Он вышел из лифта на отдельную лестничную площадку своей квартиры, потрепанный, но, по крайней мере, успокоенный знакомым блеском деревянных элементов, окрашенных в цвет слоновой кости, двери орехового дерева и надежным ощущением паркета под ногами. Он повернул дверную ручку, ноющее ощущение чего-то неладного подкреплялось продолжающимся урчанием в животе.
  Вид чемоданов Лидии в вестибюле затмил неясное ощущение дискомфорта. Наконец-то я добрался до конца. Завершение. Он тяжело выдохнул и почувствовал, как его желудок перевернулся. Он уронил почту. Дюжина отрепетированных строк хлынула в его сознание. Он почувствовал, как пульс стучит в ушах. Затем его разум застыл, отработанный монолог застрял в нем, как бетонное покрытие, прежде чем его должным образом разгладили. Он почувствовал присутствие Лидии, почувствовал запах ее духов. Его взгляд метнулся по фойе.
  Затем он услышал, как Лидия разговаривает по телефону в гостиной, и замер. Это, несомненно, был голос Лидии, но он никогда не слышал, чтобы она говорила…что это было?…Арабский. Когда он вошел, она стояла к нему спиной в гостиной. Она жестикулировала, размахивала руками и интенсивно сыпала словами в телефонную трубку. Она взмахнула рукой к потолку, подчеркивая какую-то мысль, и развернулась, ее челюсть отвисла, а глаза стали как блюдца, когда она увидела Дэниела. Она снова отвернулась к стене, размеренно произнесла еще несколько фраз и поспешно повесила трубку.
  Пульс Дэниела участился. Что, черт возьми, это было? “Я не знал, что ты говоришь по-арабски”. Он почувствовал гул в груди. “Это становится все более и более странным”.
  Лидия стояла в центре гостиной, одетая в скромную хлопчатобумажную блузку и джинсы. Изгиб ее талии, гибкая сила ног волной накрыли его. Боже, как красиво. Ощущение того, что он держит ее в своих объятиях, отозвалось болью в груди. Мягкая влага в ее глазах согрела его. К горлу подкатил комок. Как я мог так быстро вляпаться так глубоко? Он боролся с эмоциями и придал своему голосу твердость, полную решимости, которой на самом деле не было.
  Лидия подошла к нему, улыбка мгновенно сменилась тревогой с открытым ртом. Смотрит на нее сейчас и просит солгать ему, отговорить его от этого. Ощущая это плывущее чувство, похожее на падение, в животе.
  К нему вернулось самообладание. “Я доверял тебе, верил в тебя, впустил тебя в свою жизнь. Открыл тебе свой дом”.
  - Я знаю, знаю, мне очень жаль.
  Его взгляд был прикован к ее глазам. Они привлекли его своей уязвимостью. “Я был полностью открыт. И ты использовал какую-то уловку ...”
  - Я могу объяснить... - перебила она.
  “...что бы это ни было, в данный момент меня это даже не волнует”. Он знал, что это чушь. Конечно, ему было не все равно, даже если он собирался порвать с ней, его распирало любопытство. Нет, легкомысленная надежда, что она все объяснит.
  Он увидел, как расширились ее глаза, как краска отхлынула от лица.
  Сердце Дэниела смягчилось. Это будет нелегко.
  Теперь ее глаза умоляли его. “ Я знаю, ты чувствуешь себя преданным. Я знаю, ты злишься...
  Его гнев вспыхнул. - Ты чертовски права, я зол.
  “...Я знаю, что трюк, который я выкинул в столовой, был ребяческим...”
  “ Трюк? Ребячество? Господи, ты пытался сжечь мой чертов дом дотла.
  - Дэниел, пожалуйста. - Лидия придвинулась к нему, ее нижняя губа дрожала.
  Не начинай ничего со мной сейчас.
  “Не говори глупостей”, - сказала она. “Если бы я хотела сжечь дом дотла, ты думаешь, я бы не справилась?” Она сделала паузу, глубоко вздохнула. Когда она заговорила снова, это было мягко. “ Пожалуйста. Ты не позволишь мне хотя бы попытаться объяснить?
  Дэниел сердито посмотрел на нее. “ Ладно. Но лучше бы это было вкусно. В тот же миг он почувствовал возрождающуюся надежду, что ее объяснение удовлетворит его.
  “ Не хочешь ли присесть? - спросил я. Она вернулась в гостиную, выбрав место на краю дивана, оставляя место для него, чтобы он мог присоединиться к ней.
  Дэниел не пошевелился. Короткая вспышка его гнева отбила всякое желание разглагольствовать перед ней. Теперь, как ради себя, так и ради нее, он хотел покончить со всем этим. Сидеть и обсуждать это бесполезно. Его доверие было нарушено. Она исказила то, кем она была — кем бы это ни было — и что бы она ни замышляла, и он хотел уйти, и ему нужно было, чтобы они оба столкнулись с этим лицом к лицу.
  Дэниел неохотно выбрал кресло в стиле королевы Анны напротив дивана. Лидия покаянно сложила руки на коленях, сведя колени вместе. “Позвольте мне начать с объяснения того, что я отреагировал эмоционально. Я почувствовал, что мое уединение было нарушено. Вы вошли в мою комнату в доме Милфордов без моего разрешения. Ты расстроил меня, потом разозлил, и это только усилилось”.
  “Это не оправдывает твоего поведения”, - сказал Дэниел, чувствуя себя печально далеким от нее.
  “ Я не оправдываюсь. Я только пытаюсь объяснить. И я знаю, что моя реакция была резкой, но ты, в конце концов, сказал, что эта комната моя. Мое личное пространство”.
  Дэниел поерзал на своем сиденье, задаваясь вопросом, какая разница. И все же он ответил. “А как же все эти наличные? И паспорта?” Он услышал смирение в своем голосе. Он собирался довести дело до конца, настоять, чтобы она ушла. Интересно, должен ли он чувствовать себя хорошо, выиграв внутреннюю борьбу за то, чтобы придерживаться своей цели. Но теперь он видел, как сильно это причинит ему боль. И он поймал себя на том, что беспокоится о Лидии.
  “Все не так плохо, как может показаться”. Она взывала к нему глазами, наклоняясь к нему. “Хорошо, я не фотограф. Я экспортер. Паспорта и наличные - часть того, как я действую, чтобы обойти правительственные ограничения. Она изучала его лицо в поисках реакции. Он не предложил ей никакой поддержки. “Иногда я работаю на иностранные правительства. Ничего незаконного, не то что оружие или что-то в этом роде, но я экспортирую машины и оборудование, компьютеры. Деликатные вещи”.
  “ Так к чему эта ложь? Что было такой серьезной проблемой, о которой ты не могла поговорить со мной? Теперь он внимательно наблюдал за ней. Давай. Покончим с этим.
  “Иногда за мной наблюдают. Я боялся, что если расскажу тебе все, то отпугну тебя. Это так просто. В конце концов, я бы тебе сказал.
  “В этом нет никакого смысла”. Зачем ей придумывать такую историю? Объяснения, которые он прокручивал в голове последние несколько дней — ни одно из них не было хорошим — снова обернулись против него. Наркотики. Какая-то афера, даже шпионаж. Эта мысль заставила его внутренне съежиться от мысли, что он когда-либо спал рядом с ней. Он сел прямо, словно стряхивая дурные сны, крутившиеся в его голове. Затем: “ Я люблю тебя. ” Он помолчал, не веря, что выбрал именно этот момент, чтобы сказать это, даже сказать это вообще. “ Но ты солгала мне. Я тебе не доверяю. Я даже не знаю, кто ты. Он отрешенно посмотрел на нее, чувствуя горько-сладкую боль от закончившегося романа. Глаза Лидии наполнились слезами.
  - Я мало что могу сказать, кроме как сказать тебе, как много ты для меня значишь, как мне жаль, попытаться объяснить.
  Дэниел хотел, чтобы она остановилась. Почему она все еще продолжает? Настаивает на объяснении?
  “Иногда правда звучит немного странно”, - сказала она, еще больше наклоняясь вперед.
  Странный - не то слово.
  Лидия глубоко вздохнула. “ Если бы я рассказала тебе, сколько раз мне приходилось обходить стороной эту ерунду с ИРА, например. Она посмотрела на него. “Вы когда-нибудь пытались попасть в Северную Ирландию с британским паспортом - или попасть в арабскую страну и выехать из нее с визами в Израиль, проставленными в ваших документах?” Она вздохнула. “Просто не стоит иметь дело с такого рода осложнениями, если у вас есть способ обойти это. Поверь мне, в этом все дело. - Она снова посмотрела на него, в ее глазах была боль.
  “ Почему ты продолжаешь в том же духе? - Наконец спросил Дэниел. Она открыла рот, чтобы ответить, но он продолжил. - Разве ты не видишь, что я тебе не верю?
  Она остановилась, откинулась на спинку стула, как будто никогда не рассматривала такую возможность. После паузы она опустила голову и бескомпромиссно посмотрела ему в глаза. “Я продолжаю в том же духе, потому что знаю, что облажался, и я не хочу потерять тебя. И я останусь здесь, пока ты снова не поверишь в меня. Или вышвырни меня вон.
  Дэниел увидел, как она наклонилась вперед, маленькая танцовщица, сила, и подумал, может ли он сказать ей "нет". Но это превратило разговор в почти философскую беседу. Что-то хочешь доказать? Он наклонился к ней, словно подчеркивая выигрышный момент в переговорах. “Ага. А что насчет моего компьютера?”
  Лидия застыла. Он увидел, как она смотрит ему в глаза, ее щеки ввалились. Казалось, она обдумывала этот вопрос.
  Дэниел снова отрешенно посмотрел на нее. Ему стало интересно, о чем она думает, почему так долго тянет с ответом.
  Она все еще колебалась. Она глубоко вздохнула, и он понял, что наступает важный момент в его жизни, заключенный в ее ответе. “Мне жаль, что я обманула твое доверие”, - сказала она. “Но на самом деле это было ерундой”. Дэниел услышал эти слова как запоздалую мысль. Он уже решил, что не поверит ее ответу. Этот взгляд и долгая пауза что-то значат. И сразу после этого он решил, что есть объяснение, которое имеет смысл, потому что интуиция подсказывала ему, что она пыталась рассказать ему, но по какой-то причине не позволяла себе, все рассчитала и отвергла в своей паузе. И он не собирался просить ее уйти, пока не разберется во всем, потому что его чувства к ней были настоящими. Он вспомнил старую пословицу, что если тебе приходится просить, значит, ты на самом деле не влюблен. Он не спрашивал, потому что это был не вопрос. Вопрос был в том, что она задумала, и какое объяснение позволило бы ему разобраться в этом и не потерять ее.
  Теперь его желудок переворачивался.
  Дэниел открыл рот, чтобы заговорить, но слова вырвались у него прежде, чем он успел их произнести, как шарики, рассыпавшиеся по наклоненному столу. “Может быть, тебе лучше просто уйти”, - сказал он. Он увидел на ее лице подавленный ужас. Он был рад этому: по крайней мере, она реагировала, а не демонстрировала мертвые глаза лгуньи.
  Лидия подняла руки, словно пытаясь остановить его. В ее глазах стояли слезы. “ Ты только что сказал, что любишь меня. Неужели ты думаешь, что я уйду, услышав это?”
  Почему у меня такое чувство, что она снова играет со мной? Сначала тревога, затем я на грани слез. Глаза Дэниела сузились. Но у нее это чертовски хорошо получается. “Я что, какой-то обман в афере?”
  “ Дэниел, пожалуйста. Мне нужно обсудить это с тобой.
  Дэниел услышал нервозность, нет, панику в ее голосе и остановился. - Что случилось?
  “ Что бы ты сказал, если бы я сказала тебе, что за мной наблюдают? Что за тобой наблюдают. На ее лице отразился страх. “Я совершала дикие, глупые поступки, когда была молода”. Она откинулась на спинку дивана. “То, что я рассказывала тебе о своем прошлом. Когда я встретила тебя, и даже только сейчас. Это неправда. Ну, кое-что из этого было правдой, но факты были не все; по сути, меня бросила Софи, давайте все равно называть женщину, которая вырастила меня. Ее имя не имеет значения. Я попала в сложную ситуацию, о которой предпочла бы тебе не рассказывать. Ее взгляд изучал его глаза, его лицо. Он видел ее настойчивость. “Я оказалась вовлеченной в политическую ситуацию. А потом все взорвалось. Это еще не половина дела. О Боже, ” продолжила она сдавленным от эмоций голосом, “ люди преследуют меня, с тех пор преследуют. Уже много лет. Религиозные фанатики, они фанатики. Я жил своим умом. Случайными заработками. И, как, я уверен, вы опасались, шпионажем.
  Дэниел снова испытал чувство падения, все глубже и глубже в ту яму, в которую он попал по возвращении домой, не зная, где дно. “Все это так расплывчато”. Дэниелу стало интересно, кто такие “они”, что значит “все взорвалось”.
  “ Пожалуйста, не спрашивай меня больше. Ты не захочешь знать меня, если я расскажу тебе все. По крайней мере, оставь мне мое достоинство.
  “ Прекрати это. Сейчас же.
  “ Мне нужно идти. Я соберу свои вещи и уйду отсюда.
  “ Нет. Я тебе не позволю. Особенно если ты в опасности. Ты останешься здесь. Мы разберемся с этим вместе. Дэниел услышал команду в его голосе. Теперь он задавался вопросом, что же такого она сделала, что заставило ее сказать, что он не хотел бы ее знать. Задавался вопросом, что он мог бы сделать в ее ситуации. Пытаюсь разобраться в этом. По крайней мере, сформулируйте правильные вопросы. Один, всего один мысленный шаг за раз.
  “ Ты не можешь этого понять! Она приблизила свое лицо к нему на расстояние нескольких дюймов, и он увидел безнадежность в ее глазах. “ Ты просто убегаешь от этого. Постоянно. Эти люди сумасшедшие”.
  “Я сказал, что мы разберемся с этим”. Дэниел почувствовал шок от срочности. “Но первый шаг - ты должен рассказать мне всю правду. Кто ты такой и что происходит?”
  Она обвила его руками. “О Боже, просто обними меня”.
  
  OceanofPDF.com
  КНИГА 4
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 23
  
  
  
  AUGUST, T-ONE ТебяУШИ AGOНАЙС, Франция. Много лет назад Том Годдард придумал себя в стиле Джея Гэтсби в автобусе Greyhound, следовавшем из Троя, штат Мичиган, в Нью-Йорк. Мысль об этом заставила Тома улыбнуться. Он предположил, что это сделало его абсолютным призраком: даже его собственное прошлое было выдуманным. Он углубился в свою биографию, убивая время, думая, что у него это хорошо получается, потому что это то, что он делал. Нужно было убить кучу времени. Копы в засаде ели пончики; Том думал о разных вещах. Курил сигары. Думал о политике, например, о том, почему чудаки аль-Муджари, с которыми он работал в Ницце, делали то, что они делали. Он выследил Абдула и Валида здесь, а теперь наблюдал за их связями с Ибрагимом, но по-прежнему располагал немногим большим, чем знал, когда прибыл двумя месяцами ранее: мусульманская фундаменталистская группировка со связями с террористами, разжигающая саудовское инакомыслие, и все это варится в скороварке растущего разрыва между королевской семьей и среднестатистическим саудовским клубом. Он думал о подобных вещах, курил сигары и наблюдал.
  Он высматривал свою цель, черноволосую девушку. Он полагал, что она увидит его, если выйдет, поймет, что он ищет ее. Он знал из своих разговоров с Найджелом и тех, что он подслушал прошлой ночью, что она не была глупой. И она была довольно хорошо подготовлена. Все, что ему нужно было сделать, это посмотреть, сможет ли он заставить ее открыться. Он сидел во внутреннем дворике кафе Sea Wall в отеле Baron David de Duval. Это был типично великолепный день в Ницце. В воздухе пахло сладкими цветами, терпкой средиземноморской грязью и высохшей растительностью. Прохладный ветерок с холма, где восседал барон Дэвид, смягчал изнуряющую средиземноморскую жару середины лета. За некоторыми столиками сидело несколько гостей. Он слышал звон бокалов и звяканье столового серебра - официанты накрывали столы к обеду.
  Он увидел мужчину лет пятидесяти в шелковой гавайской рубашке, коричневых брюках, которые обвисли на заднице, и дрянных на вид перфорированных ботинках, который подошел к столику под руку с длинноногой брюнеткой. На полсекунды он подумал, что это черноволосая девушка. Девушке было около двадцати пяти, с рельефной грудью и отличной задницей, но это была не она. Она также не была дочерью этого парня. Парень как-то вжался в коричневое брезентовое сиденье, как будто у него грыжа межпозвоночного диска. Наверное, мисс Сиськи-в-твоем-лице обработала его. Ты знал, что единственная причина, по которой она была с таким старым пердуном, к тому же уродливым, заключалась в его "Ролексе" из чистого золота.
  Ему нужно было убить больше времени, поэтому он вернулся к своей биографии туда, где родился Терренс Годшо, во Флинте, штат Мичиган, в семье водопроводчика и официантки. Его собственная ничем не примечательная карьера в средней школе, игра в футбол на вторых ролях, отсутствие шансов на стипендию в колледже. Его мать постоянно приглашает к себе “друзей”, потом он понимает, что это ради денег, его отец ничего не предпринимает по этому поводу и — Господи, хватит уже, я ухожу отсюда — отправляется на станцию Greyhound station с одной сумкой и всего лишь экземпляром Гэтсби, из всех вещей, и к тому времени, когда он приезжает в Нью-Йорк, Том Годдард уже создан. Том подозвал официанта и заказал тарелку знаменитого салата "Нисуаз" барона Дэвида с соблазнительной заправкой из анчоусов и винегрета. На это было убито еще сорок пять минут.
  После приезда в Нью-Йорк Том Годдард некоторое время бродит по городу, обслуживает столики, два года проработал в SUNY, затем получил степень по политологии в Нью-Йоркском университете. Он был завербован ЦРУ сразу после окончания бакалавриата. То, что он солгал в своем заявлении, было плюсом. Руководитель отдела подбора персонала в Нью-Йорке подумал, что это свидетельствует о предприимчивом характере, и агрессивно преследовал Тома. Проработав четыре года младшим оперативником разведки на базе в Лэнгли, он переехал с места на место. Коста-Рика. Англия. Израиль. Саудовская Аравия.
  Костлявый парень лет двадцати пяти важно направился к столику позади метрдотеля, за ним следовала высокая темноволосая девушка в желтом с зелеными цветами ситцевом сарафане, с тонкими ногами и приятным загаром. Нет, и она тоже. Эта в зеркальных солнцезащитных очках, должно быть, злится на девчонку, потому что она смотрит прямо перед собой, когда они садятся, не двигает головой и ничего не говорит, в то время как у пацана проступают жилы на шее, разговаривает с ней, пока он смотрит в свое меню, разговаривает с ней сейчас, пока толстый помощник официанта наливает воду, все еще разговаривает с ней, когда она встает и идет обратно в отель.
  
  
  
  Саша посмотрела в сторону столовой на высокую девушку в ситцевом платье и зеркальных солнцезащитных очках, которая, стиснув зубы, словно в гневе, быстро приближалась к ней. Она посмотрела через плечо девушки и почувствовала, как участился ее пульс. Это был неряшливый американец. Он сидел за столом, развалившись с сигарой. На нем была мятая хлопчатобумажная рубашка с несколькими пуговицами чуть выше волос на груди, характерно мятые шорты типа бермуд и сандалии. Только его светлые волосы деревенского парня были аккуратно уложены, как будто он только что сошел со съемочной площадки. Что он здесь делал? Она сомневалась, что это было совпадением. Да, она хотела поговорить с ним. Она опустила глаза, шагнула вперед, и, да, он увидел ее. Она направилась к столику под зонтиком у стены. Прямо в поле его зрения на случай, если ему понадобится поддержка. Она устроилась в кресле, прикрыв глаза темными очками, наблюдая, как он стряхивает пепел с сигары. Да, она подождет, прежде чем идти к Яссару, пока не узнает больше. Она понаблюдает за Ибрагимом, выяснит, что известно Найджелу и, возможно, этому неряшливому американцу, а затем отправится к Яссару.
  
  
  
  Теперь, в тридцать пять лет, Том Годдард был начальником резидентуры в Эр-Рияде, руководил пятнадцатью агентами в Саудовской Аравии...Тогда у него в голове творилось: А, вот и она. Он стряхнул пепел с сигары и встал. Черноволосая девушка вошла и села под зонтиком, глядя на улицу из-за больших круглых солнцезащитных очков. Загорелая кожа, босоножки, голубое бикини, просвечивающее сквозь белую хлопчатобумажную пляжную накидку, едва доходящую до ее задницы - причем прекрасной задницы.
  
  
  
  Хорошо, подумала Саша, увидев неряшливую американскую стойку. Он прогуливался, даже не пытаясь казаться беспечным, направляясь к ней с улыбкой узнавания, как будто собирался сказать что-то глупое вроде “Мы снова встретились”. Он подошел к ее столику. Выглядел он неплохо, если не обращать внимания на мятые брюки и рубашку. Песочного цвета волосы были как из школьного ежегодника Среднего Запада, и у него были голубые, очень голубые глаза, которые казались почти ненастоящими. Она предположила, что он был около шести футов ростом, и у него были атлетически сложенные широкие плечи, которые не могла скрыть даже мешковатая рубашка. На вид ему было около тридцати пяти.
  “ Привет, ” сказал он. “ Я Том Годдард. Мы встречались раньше. Раз или два на вечеринках.
  Встреча подразумевает представление. Вы наблюдали за мной. Или, скорее, я бы сказал, подслушивали. “Да, я узнаю вас. Я помню, вы с Найджелом были увлечены работой над "Кристиной” несколько недель назад. - Она сняла очки, желая казаться доступной, чтобы убедиться, что он сел. Да, конечно, она собиралась пригласить его пообедать с ней.
  “ Ты одна? - спросил он.
  “ Нет, если ты присоединишься ко мне. ” Он отодвинул стул и сел. “ Я Саша, ” сказала она, протягивая руку. Они пожали друг другу руки. Она внимательно наблюдала за его глазами. Они были не просто синими, невероятно синими, и она представила, что если бы она не видела так много, не жила той жизнью, которая у нее была, они могли бы побудить ее рассказать ему кое-что. “Один из праздных богачей Ниццы или просто в гостях?” Спросила Саша. Не слишком небрежно, она хотела убедиться, что он знает, что у нее есть план, чтобы это не было пустой тратой времени. Кроме того, он все равно подошел к ее столику. Вероятно, у него были свои планы, и она сомневалась, что они включали в себя попытку подцепить ее. В конце концов, он видел ее с Ибрагимом, знал об их связи.
  Он усмехнулся, как будто это было не то, к чему он привык. “ Ни то, ни другое. Просто здесь по делу. Она воображала, что большинство женщин находят его весьма привлекательным.
  “ Я удивлен. Кажется, ты отлично вписываешься, я имею в виду, на вечеринках. Я встретил твоего друга Найджела в "Степенной матроне" несколько дней назад. Тебя я тоже там видел. Что это вы двое задумали?”
  Он выслушал это, не моргнув глазом. “ Не понимаю, что ты имеешь в виду. Я сама только в этом году познакомилась с Найджелом.
  Да ладно тебе. Этот мужчина может раздражать. Она скептически посмотрела на него, но он либо не заметил этого, либо не признал. “Правда? Я все лето видел, как вы двое вели такие заговорщические беседы.
  “ Ах, это. Мы разделяем определенные политические взгляды.
  Политика. Вот именно. “Судя по моему разговору с Найджелом, я предполагаю, что они имеют отношение к тому, что происходит в Саудовской Аравии”.
  “Можно и так сказать. В любом случае, это часть моего ритма”.
  “О?” Да, он начинал раздражать, приходя сюда и желая только поболтать окольными путями. Чего он хотел?
  “Государственный департамент. Посольство США в Эр-Рияде”.
  Саша позволила себе ухмыльнуться и убедилась, что он это заметил. Верно. Я тебя раскусила. Просто случайно оказалась здесь. Пара шпионов, ты и Найджел, держу пари. “Я не знал, что сотрудники Госдепартамента США могут позволить себе отдых на частных яхтах в Ницце”.
  Он повторил свой нечасто используемый смешок. “Я выполняю специальное задание по одному делу Госдепартамента”.
  “ О? Держу пари. И о чем ты сейчас вынюхиваешь?
  “Сельское хозяйство. Как выращивать виноград в Саудовской Аравии”.
  Она посмотрела на него еще более скептически. Теперь она была уверена, что он видел это и реагировал на это, немного защищаясь.
  “Сельское хозяйство - вторая по темпам роста отрасль в Саудовской Аравии, хотите верьте, хотите нет”, - объяснил он. “Это большой приоритет для правительства”.
  Теперь ей наскучила эта болтовня. “Забавно. Я никогда не слышал, чтобы Яссар упоминал об этом.” Это должно вывести тебя из себя.
  Том оставался невозмутимым. “ О, вы его знаете? Им восхищаются. Очень впечатляет.
  Ты не собираешься спросить меня, откуда я его знаю? Он видел ее с Ибрагимом, но то, что она была супругой Ибрагима, не обязательно давало ей доступ к Яссару. Не из тех женщин, которых обычно утруждают представить Отцу. Нет, этот Годдард намеренно сидел сложа руки. “Что ж, я делаю заказ”, - сказала она с резкостью в голосе. Она подозвала официанта. - Я был бы признателен, если бы ты сейчас же погасил сигару. Он определенно что-то замышляет. Что-то скрывает от меня. Итак, почему подход Найджела и the stonewall сегодня? Кто эти люди?
  Том положил сигару в пепельницу и протянул ее подошедшему официанту.
  - Мне не нужно меню, - сказала Саша, - я возьму салат "Нисуаз", заправку на гарнир и чай со льдом. Она посмотрела на Тома. “Ты присоединишься ко мне за ланчем?” - спросила она, теперь в ее голосе звучало нечто большее, чем резкость. “Я бы порекомендовала салат "Нисуаз". Это знаменитость”.
  “ Я так слышал. Он кивнул официанту. - И пиво.
  Теперь она смотрела куда-то поверх его плеча, приказывая себе успокоиться. Нет смысла вымещать свое раздражение на каком-то функционере Госдепартамента, поскольку, возможно, это все, чем он был на самом деле. Пообедай с этим несчастным придурком и покончим с этим.
  Годдард наклонился вперед в своем кресле, как она видела это у него во время тихих разговоров с Найджелом. “Я ведь не помешаю или что-то в этом роде, не так ли?”
  Саша почувствовала, что краснеет от смущения из-за своей нетерпеливости по отношению к нему.
  “ Ты уверена, что не хочешь побыть одна? - спросил он.
  “ Напротив. Теперь она чувствовала себя виноватой за свою резкость. Возможно, он просто пытался быть дружелюбным. Может быть, он ничего не замышлял, даже если Найджел и замышлял. Она вздохнула и почувствовала напряжение в плечах. - Просто я сегодня немного напряжена.
  Она поняла, что он наблюдает за ней. Он определенно о чем-то думал, балансируя на грани того, чтобы сказать это. Нет, этот парень не был болваном. Теперь он откинулся на спинку стула, как будто все еще наслаждался своей сигарой, подняв руку, словно баюкая ее. “Это то, что Найджел сказал о той ночи”, - сказал он. В его голосе была инсинуация, которая подсказала ей, что ее первоначальные инстинкты были верны.
  Она встретила его пристальный взгляд, давая понять, что не чувствует себя неловко. “ Продолжай, - сказала она. - Что еще он сказал?
  Он помолчал, обдумывая услышанное. Затем расслабился. Теперь он улыбался всем своим лицом, подчеркивая морщинки в уголках рта и глаз, которые придавали ему этот суровый вид. Настоящая улыбка, а не сдержанная ухмылка, которая сопровождала его предыдущие смешки. “ Только то, что ты была напряжена, ” сказал он. Она знала, что он снова что-то скрывает от нее, но почувствовала признание, которое промелькнуло между ними, осознала, что он знал, что установил контакт, отправил свое сообщение, каким бы завуалированным оно ни было, и что оно было получено. Тогда она поняла, что он проверял ее, то ли для того, чтобы понять, может ли он доверять ей, то ли для чего-то еще, она не знала. Но она знала, что прошла испытание и еще услышит что-нибудь от этого Тома Годдарда.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 24
  
  
  
  AUGUST, T-ONE ТебяУШИ AGOКАП Фера, Франция. Том сидел в столовой на "Степенной матроне", стоявшем на якоре у мыса Ферат, и, как обычно, убивал время, ожидая Найджела, своего коллегу из британской разведки. Три поколения скуки одолели Найджела, и он поступил на службу в британскую секретную службу. Найджел был одним из немногих британцев, на которых Том мог положиться, и он делал это на протяжении всей своей карьеры. И теперь ему нужна была вся помощь, которую он мог получить.
  Жду возвращения Найджела после того, как увидел, “куда, черт возьми, запропастился его чертов официант”. Он почувствовал, что лодка нелепо раскачивается на сине-зеленой воде, которая, как он заметил, была почти совершенно спокойной, когда он подъезжал к яхте. Аромат какой—то птицы - сопровождающий сладкий аромат, возможно, цитрусовых, — которую жарили на камбузе, смешивался с острым соленым воздухом. Он посмотрел на натертые вручную стены из красного дерева, услышал, как хрустит лед в его джине с тоником, затем увидел, как капли пота скатываются по стенкам хрустального бокала для хайбола. Он поднял его, протер рукой стол из красного дерева и поставил стакан на подставку.
  Вернулся Найджел. “ Что ты говорила? - спросил он.
  - Я думаю, она, возможно, готова нас выслушать.
  Найджел кивнул. “Уловил этот смысл в нашем последнем разговоре”. На нем был желтый тканый шелковый галстук и белая рубашка из хлопчатобумажной ткани. Его синий блейзер с медными пуговицами с маленькими якорьками лежал на стуле. Том слушал и в то же время думал, что Найджел, вероятно, единственный парень в Ницце на такой большой яхте, носящий галстук. И сегодня на нем были две ямочки, прямо под узлом, где у него всегда была одна, ровно посередине. Должно быть, одевался в спешке.
  Том сказал: “Она довольно извращенная внутри”.
  - Хм, согласен, - сказал Найджел. Чувствует, что она в затруднении.
  Том подумал, не рассказать ли Найджелу о двойной ямочке на щеке. Но разве это все равно что сказать британцу, что у него неприятный запах изо рта? “Да, она упоминала Яссара. Хотела, чтобы я знал, что она его знает.
  -Ичто?
  “ Возможно, это и есть наша зацепка. Все наши чеки говорят, что она ему почти как семья. Найджел кивнул. Том снова вспомнил свой разговор с Джоном Франклином, начальником его отдела в Лэнгли. “Используй ее, если сможешь, но будь осторожен”, - сказал Франклин. “Предположим, ей нравится все так, как оно есть”. Том так не думал, но он увидит.
  “ То же самое с Уайтхолла. Люди Ари в Тель-Авиве тоже. Пятидесятилетний официант с волосами песочного цвета принес серебряный поднос. Две тарелки из костяного фарфора с уткой в оранжевом соусе. Вряд ли это рабочий обед с закатанными рукавами. Том подумал, что ему было бы приятнее съесть сэндвич с индейкой, когда Найджел спросил его: “Хочешь вина?”
  “ Нет, спасибо. Он поднял свой джин с тоником и увидел, как Найджел посмотрел на подставку, затем на влажное пятно на столе. “Где Ари?” Спросил Том.
  “Вернулся в Саудовскую Аравию, играя роль Мосина Махаванди, нефтяного брокера”.
  Том почувствовал, как из него потекли соки. Он подумал об этих ублюдках Абдуле и Валиде, о том чокнутом, который их послал, о шейхе бин Абдуре, мистере Счастливом лице, Клоуне, святом сукином сыне, который из-за чалмы превратился в сумасшедшего, изрыгающего эпитеты.
  “ Ладно, так на чем мы остановились? Есть что-нибудь новенькое?
  “Ничего особенно нового, просто хм, хм, еще одно подтверждение того, что у нас было, еще несколько четких связей с лагерями подготовки террористов в Судане. Хотя мы знаем, что брат шейха, богатый ублюдок из Лондона, финансировал их. Но он был чертовски умен; никаких явных связей, по крайней мере, никаких бумажных следов.” Говоря, Найджел прищуривался, демонстрируя под своей хрупкой внешностью твердость духа, упорство, которое так нравилось Тому.
  “У нас внутри никого нет”, - сказал Том. “Это наши ребята нашли Абдула и Валида с Ибрагимом в Гарварде. Основываясь на том, что ваши ребята связали их с ним в Саудовской Аравии в прошлом году. Том почувствовал, как в нем закипает нетерпение, и подавил его. Эти ублюдки из аль-Муджари действовали ему на нервы, заставляя чувствовать прежнюю настойчивость, которую он научился сдерживать, будучи младшим оперативником. “Но по-прежнему не удалось обнаружить ни одну из отколовшихся террористических ячеек США, с которыми они связаны”.
  “Ари думает, что он обнаружил три отколовшиеся организации, связанные с ними, и у нас должны быть какие-то в Великобритании, если брат шейха там, но раскрыть их не удалось”.
  Том вздохнул. “Итак, добавьте все это к тому, что шейх и его дружки-фундаменталисты втыкают булавки в саудовских правоверных, чтобы побудить их искать работу, и что мы имеем? И теперь эти парни пытаются обратить Ибрагима, даже не будучи достаточно деликатными, чтобы шептаться, о возвращении страны к фундаменталистским мусульманским ценностям. Мне кажется, это похоже на ту же сделку, которая была у нас в Иране после шаха. Кучка фундаменталистских ублюдков тащит страну обратно в каменный век, и кто знает, надолго ли? Итак, сколько времени у нас есть в Саудовской Аравии?” Том почувствовал, как его сердце забилось быстрее.
  “ Трудно сказать. Я могу сказать тебе, чего мы боимся, старина, ” сказал Найджел. “Они свергают саудовцев, и у нас мало что остается, кроме чертовых русских, на которых можно рассчитывать в поисках нашей нефти”.
  “ И это при том, что у вас по всему миру орудует кучка сумасшедших террористов, финансируемых самой богатой нефтяной державой в мире. Том сжал ладони под столом.
  “Не последняя мусульманская нация, которая уйдет. Я уверен, следующей будет Турция. Возможно, даже Пакистан”.
  “Не говоря уже о том, чего боится Ари”, - сказал Том. Он вспомнил, как увидел лицо Ари, когда впервые встретился с ним, на Олимпийских играх 72-го года, когда он был в составе команды по наблюдению за убийством арабами семерых членов олимпийской сборной Израиля. Он повернулся, чтобы посмотреть на Найджела. - Ты уверена, что Саша и Ибрагим придут сегодня вечером?
  “ Абсолютно. Ибрагим ни за что не пропустил бы такую грандиозную вечеринку. В этом сезоне я становлюсь модным, старина, - сказал Найджел. Он поднял бровь. “Я уверен, что она будет здесь”.
  “Хорошо. Тогда я смогу организовать нашу подачу”.
  
  
  
  Том подумывал выкурить еще одну сигару, но передумал, во рту у него пересохло после четырех гаванских коктейлей за один день. В два часа ночи он сидел в шезлонге, наблюдая, как вокруг него все еще кипит вечеринка. В последний раз, когда он заметил Найджела, тот все еще был в галстуке с оскорбительной двойной ямочкой. Теперь наблюдаю за Сашей, за тем, как она не обращает на него внимания после того, как они договорились о завтрашнем ланче. После ее ссоры с Ибрагимом было легко, они ругались друг с другом по-арабски, и никто не обращал особого внимания. Она чопорно сидит одна. Она готова.
  Его работа на сегодня была закончена, но он все еще наблюдал, теперь уже просто ради развлечения. Ранее Саша переходила от группы к группе, внезапно сегодня вечером позволив себе выглядеть доступной — должно быть, она действительно разозлилась из—за того, что сказал ей Ибрагим, - а потом, казалось, устала увиливать от парней, которые не знали, с чем им лучше расстаться, не понимали, с чем они связались. И все же Ибрагим вел себя как крикливый придурок, каким только мог быть, если в нем было слишком много виски. Теперь она снова втирала это, сидя с каким-то итальянцем с бледным лицом в черных кожаных брюках и белой шелковой рубашке, распахнутой до волос на груди. Осторожнее, девочка. Не позволяй вышвырнуть себя отсюда. Тогда я возвращаюсь к исходной точке. Саша выглядела напряженной в своей улыбке, как будто она прикусила бы губу, если бы была склонна так сильно проявлять свои чувства. Ему стало жаль ее. Затем она усугубила ситуацию, встретившись с ним взглядом, говорящим “помоги мне”, скрытым под маской утонченности "Мне-было-бы-скучно-со-всем-этим-если-бы-только-мне-не-было-так-чертовски-весело", фасад, который он хорошо знал".
  Да, она готова.
  Том продолжал наблюдать за Сашей, видел, как двигается ее тело под шелковым платьем, всю эту молодость и энергию. У него возникло неприятное ощущение. Обычно люди, которых он вербовал, были темными подонками, стремящимися к собственной выгоде. Такие, как эта девушка, всего лишь ребенок, те, кто делал это из преданности делу, были жесткими. И это было настолько дерьмово, насколько возможно. Он пытался чувствовать себя лучше, говоря себе, что она шлюха и, вероятно, разбогатела на этом. Но, наблюдая за ней сейчас, он чувствовал себя бездушным.
  Это заставило его пересмотреть другие их возможности. Попытаться снова связаться с Яссаром по правительственным каналам? Надежды мало. И это не привело бы их внутрь аль-Муджари. Если Ибрагим был внутри, Саша могла бы заполучить их достаточно, чтобы замедлить работу, даже вывести из строя всю организацию.
  Но как насчет использования некоторых других девушек, о которых они подумали? Этот Нафта? Он сразу же отверг это, как и они ранее. Нафта не была так близка с Ибрагимом. И у этого парня, Саши, были нервы. Мозги. Она была нужна им. Они должны были заставить ее сделать это. И тут он вспомнил о ее досье. Немного жизни. Опьяненная Наркотиками королева и сам принц. Как, черт возьми, она все еще была так близка с Яссаром?
  Да, она была нужна им, и он прошел бы через это. Но он справится с ней сам, а не передаст ее одному из других парней, которые руководили его агентами. Он бы многое сделал для нее.
  
  
  
  Август, Двадцать один год назад. Ницца, Франция. Том и Саша сидели на вершине подпорной стены вдоль Английской набережной, центральной улицы Ниццы. Между ними был накрыт простой обед из сыра, хлеба и вина. Машины, пыхтя, неустанно проезжали мимо них по забитому машинами центру. Полуденное солнце нагрело камень, на котором они сидели, и уже размягчило сыр, оставив маслянистые пятна на бумажных обертках. Они потягивали бургундское из бумажных стаканчиков.
  - Я вижу, вы с Ибрагимом вчера вечером снова поссорились.
  “Да, это становится правилом приличия.” Сегодня у Саши были натянутые нервы. Немного боялась быть такой открытой рядом с Томом, не зная, к чему приведет этот разговор, но зная, что он, наконец, озвучит свои планы. Но ведь и сейчас он тоже был открыт. Сегодня в нем было тепло, которое заставило ее начать доверять ему. И мягкость под суровой внешностью.
  “ Ты в порядке? - спросил он. Ей понравилось, как спокойно он это произнес.
  - Да, спасибо.
  Он смотрел на сыр так, словно это был какой-то новый вид. Она не могла сказать, обрадовался он или удивился.
  “Explorateur.”
  “О, потрясающе”, - сказал он. Она улыбнулась. Она решила, что он ей нравится. Дерьмовый фасад, который не всегда был фасадом.
  - Не то чтобы я не был бы польщен, но ты, очевидно, пригласил меня на свидание не для того, чтобы попытаться соблазнить.
  Она увидела, как он посмотрел на нее, словно пытаясь придумать резкий ответ, затем улыбнулся, затем его лицо стало серьезным. “Нет. Как сказал Найджел, мы некоторое время наблюдали за этими парнями, ошивающимися вокруг Ибрагима ”.
  Саша молчал. Она почувствовала, как ее сердце забилось сильнее, надеясь, что он окунется прямо в это. Но сейчас он колебался, просто смотрел на нее, казалось, размышляя. - Продолжай, - настаивала она.
  “ Они опасны. И мы думаем, вы сможете нам помочь.
  -Какимобразом?
  “ Как сказал Найджел. Смотри и слушай. Расскажи нам, что произойдет. Остальное мы сделаем сами.
  - Кто вы? - спросил я.
  “ ЦРУ. Найджел из британской секретной службы. Есть еще один из нас, с которым вы еще не знакомы, Ари Верчик. Он из израильского Моссада”.
  “ Я так и думал. ” Она почувствовала прилив крови к лицу, чувство небольшого триумфа от того, что ее подозрения подтвердились, затем укол страха. “Кто эти люди, Абдул и Валид?”
  “Они являются частью организации под названием "Аль-Муджари", мусульманской фундаменталистской группировки, базирующейся в Саудовской Аравии. Возглавляемой священнослужителем по имени Шейх бин Абдур. Они говорят о свержении правительства Саудовской Аравии и возвращении его народу Саудовской Аравии. Конечно, во главе с ними самими ”.
  “ А Ибрагим? Как он фигурирует во всем этом? Она чувствовала, что слышит слишком много, слишком быстро, но все равно была вынуждена жадно впитывать еще больше.
  “Я думаю, они считают, что если им удастся обратить его, то они будут использовать его в качестве примера для других. Плюс, я думаю, это дает им кого-то внутри семьи, чтобы они знали, что происходит ”.
  - Они уже обратили его. - Она почувствовала, как кто-то надавил ей на живот, и увидела, что Том смотрит на нее, не мигая.
  “ Как же так? Теперь ее охватило беспокойство. Откуда она узнала, кто такой Том? Или Найджел? Том, должно быть, заметил, как изменилось ее лицо, потому что спросил: “Что случилось?”
  - Теперь я понимаю, что у меня есть только ваше слово относительно того, кто вы такой.
  “К сожалению, у нас нет при себе удостоверений личности”. Он полез в карман и протянул ей визитную карточку Госдепартамента со словами: Томас А. Годдард — заместитель помощника посла. “ Вот. Позвоните в посольство в Эр-Рияде. А еще лучше позвоните в справочную службу и запишите номер сами, чтобы знать, что это не фальшивая карточка. Назовите им свое имя. Они будут ждать вашего звонка. Затем посольство соединит вас со штаб-квартирой ЦРУ в Лэнгли. Этого хватит?
  Саша кивнула. До нее дошло, что она ввязывается во что-то гораздо более серьезное, чем представляла.
  “ Что? Что не так? Поговори со мной.
  Ей это нравилось. Беспокоился о ней. И снова эта мягкость. Да, он ей нравился. Он был созерцательным, вдумчивым, как Яссар. Она представила, что он бы тоже понравился Яссару. “Ничего”. Она снова посмотрела на него. “Просто не каждый день начинаешь шпионить”. Она нервно рассмеялась. “Итак, вернемся к делу, я полагаю. Итак, что происходит?”
  “ Я же говорил тебе. В их планы входит захватить власть. Вышвырнуть королевскую семью, и они вербуют Ибрагима.
  - Как будто ты меня вербуешь.
  -Ага.
  “Щекотливое дельце”.
  - Да. - Он снова смотрел на нее, не мигая.
  “Мне интересно, почему я просто не убегу от всего этого. Уйду”.
  -Ичто?
  “ Думаю, ты знаешь. Держу пари, ты многое знаешь обо мне. Ты осторожный, вдумчивый. Я уверен, ты знаешь, насколько я близок с Яссаром.
  “ Да. ” Он на мгновение опустил взгляд в землю, затем снова посмотрел на нее. Ему было стыдно?
  “ Значит, ты знаешь... Ее голос затих. Она поняла, что он, вероятно, знал о ней все. Кристина. Ее отношения с Яссаром. Ее жизнь с Ибрагимом, ее роль наложницы. Она вспомнила, как думала об этом раньше, предвкушая встречу с кем-то из своей прошлой жизни, и так же быстро решила, что никогда раньше не стыдилась себя и не собирается начинать сейчас. Не тогда, не сейчас. Ну и что? - Значит, ты знаешь, что я бы беспокоился о Яссаре.
  - Мы тоже, - серьезно сказал он.
  Она посмотрела на него снизу вверх, ее мысли путались. - Вы сказали, что эти люди хотят... Вы использовали слово “свергнуть”.
  Том помолчал, обдумывая свой ответ. Наблюдая за ней. Теперь в голове Саши вспыхнула паника. Она никогда не позволяла себе обдумывать это до конца. Но теперь это имело смысл. Это означало, что Яссар действительно может быть в опасности.
  “ Мы пытаемся остановить их. Вы поможете нам?
  “Каковы ваши намерения? Почему бы просто не обратиться напрямую к правительству Саудовской Аравии? К Яссару?”
  “ Мы уже пытались. Они настаивают, что это внутреннее дело. Частное. Он наклонился к ней, как тогда, за ее столиком в "Бароне Дэвиде", когда она видела, как он наклонился вперед, чтобы заговорить с Найджелом. “ Ты поможешь нам? - снова спросил он.
  “Я подумаю об этом”, - сказала она. Саша почувствовала, что ее решение изменит ее жизнь так, как она и представить себе не могла, а затем задалась вопросом, не изменилось ли это уже безвозвратно. Ее отношения с Ибрагимом никогда не будут прежними. Она вспомнила, как ей пришлось взять себя в руки, чтобы ответить на ухаживания Ибрагима накануне днем, и все же поняла, что сможет пройти через это. И она подумала о Яссаре, почувствовала, как у нее защемило сердце, и задалась вопросом, был ли у нее выбор. Как она могла уйти, если он был в опасности?
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 25
  
  
  
  AUGUST, T-ONE ТебяУШИ AGOCAP Фера, Франция. Саша представила, что они, должно быть, выглядят как непринужденная компания, сидящая на задней палубе "Степенной матроны", четверых друзей, выпивающих под ослепительно голубым послеполуденным небом. Но то, что происходило в голове у Саши, говорило совсем о другом. И она знала, что язык ее тела — руки, лежащие на стуле, обе ноги на полу, словно готовые к прыжку, — излучал что-то от вибраций, порожденных суматохой в ее голове. Том, Найджел и новенький, Ари какой-то там, израильский агент Моссада, сидели вокруг нее, расположившись так, словно готовились открыть перекрестный огонь. Мягкое покачивание яхты усиливало у нее ощущение неуверенности в ногах.
  “ Что сказал Ибрагим? Том спросил Сашу.
  “ Он ничего не сказал. Ты довольна? Она видела, что Том наблюдает за ней, зная, что он чувствует, как она злится. А почему бы и нет? Пригласила Тома выпить, зная, что ему будет интересно продолжить их беседу, но они втроем устроили засаду. Она ожидала, возможно, Найджела, но этого Ари? Она снова бросила взгляд на Тома, чтобы подчеркнуть свой последний комментарий.
  “Это ничего не доказывает”, - сказал Том. “Мы бы не ожидали, что он поделится с вами какой-либо информацией”.
  “Он все еще разговаривает со мной. Он все еще слушает меня”.
  “Саша, для нас не очевидно, что ты готова к этому. Мы не, хм, хм, думаем, что вы хотите это слышать и все такое. Найджел взмахнул руками в воздухе. “Но я все равно скажу это. Абдул и Валид находятся в постоянном контакте с аль-Муджари. Мы знаем, что они прошли подготовку в лагере террористов в Судане. И мы знаем, что они и их, хм, друзья-шиитские экстремисты серьезно настроены на свержение правительства Саудовской Аравии. Королевская семья Саудовской Аравии развращена контактом с западными неверными. Вы знаете эту историю ”. Он сделал паузу.
  Что здесь происходит? Она посмотрела на Тома. Да, они готовили ее к продаже под высоким давлением.
  “На самом деле все гораздо хуже”, - сказал Ари. “Мы слышали о заговорах с целью убийства. ”Эскадроны смерти". Он наблюдал за ее лицом, ожидая реакции. - Вы тоже близки с принцем Яссаром, не так ли?
  Будь ты проклят, если играешь со мной! “ Да, ” сдержанно ответила Саша. “Я близок с ним”.
  “Аль-Муджари работали над этим годами”, - сказал Том. Его тон был почти извиняющимся. - Я же говорил тебе, что ты в опасности.
  - О чем ты говоришь? - спросил я.
  “Мы убеждены, что они пытаются проникнуть в королевскую семью, - сказал Найджел. - Они работали над принцем Ибрагимом с тех пор, как он поступил в колледж, пытаясь привлечь его на свою сторону”.
  Она посмотрела на Тома, как бы говоря, что они уже проходили через это раньше. Но это было не так, по крайней мере, не все. Это была новость, что Абдул, Валид и кто бы они ни были, так долго работали над Ибрагимом. “Я уже говорила тебе, что Ибрагим излагает их точку зрения”, - сказала она Тому. “Но это вряд ли можно назвать проникновением внутрь. Что ты имеешь в виду?”
  “Мы знаем, что они нацелились на короля и наследного принца с целью убийства”, - сказал Том. “Но мы подумали, что вам следует знать, что принц Яссар тоже в их списке”.
  Саша непроизвольно откинула голову назад, как будто ей дали пощечину. В ее глазах были гнев, страх и возмущение одновременно. Как вы смеете так манипулировать мной! Она наклонилась вперед в своем кресле. “Послушайте, джентльмены”, - сказала она. “Я не ценю навязчивых предложений!” Она посмотрела на Тома, в эти голубые глаза, и не смогла скрыть чувства предательства. “ Дешевые уловки, тактика шока — называйте как хотите, люди вашего бизнеса. ” Она вздохнула, пытаясь вернуть самообладание. “ Сначала вы по очереди пытаетесь вывести меня из равновесия. Так что же будет дальше?”
  Найджел и Ари посмотрели на Тома, как бы говоря: “У тебя здесь куча проблем”. Том кивком головы указал на остальных. “Позволь мне поговорить с ней”, - сказал он. Найджел и Ари встали и ушли, Найджел неловко поклонился. Том вздохнул. “Прости. Мы не собирались нападать на вас. Мы пытались убедиться, что вы понимаете, что Яссар в опасности. Так что, если вы называете это трудной попыткой, возможно, так оно и было. Это была моя идея, так что не вини их. Мы можем остановить это, если хочешь ”.
  Саша наблюдала за ним, вцепившись руками в подлокотники кресла, все еще настороже, все еще сердитая. Они знали, что она вряд ли откажется от своей заботы о Яссаре. “Откуда ты все это знаешь? О нападении на Яссара?”
  Взгляд Тома обнажил его уязвимость. “ Мы можем это доказать, ” тихо сказал он. Он немного помолчал, обдумывая услышанное. “Что ты хочешь сделать?”
  Саша не ответила, потому что она уже задавалась этим вопросом до того, как он задал его. У нее по-прежнему не было ничего, с чем можно было бы пойти к Яссару, кроме еще большего количества необоснованных мелочей. И если бы она попросила Тома отдать ей то, что у него было, он мог бы отдать, а мог и не отдать. Но, скорее всего, нет. Может быть, ей стоит немного подыграть им. Может быть, она могла бы доверять Тому, по крайней мере, до тех пор, пока он не попытается снова оказать на нее подобное давление.
  “Нам действительно нужна ваша помощь”, - сказал Том. “Я тщательно все обдумал, подумал о других способах, которые мы могли бы попробовать. Они не сработают. Ты наш лучший стрелок. Он говорил медленно, как будто тщательно подбирал слова. Он снова наклонился вперед в кресле, что, как она теперь поняла, было его способом подчеркнуть важное замечание. “ Если вы согласитесь помочь, я буду вашим связным. Больше никем. Все, о чем мы просим, это оставаться внутри и докладывать нам. Информация, вот и все.
  Саша почувствовала, что кивнула, не желая связывать себя обязательствами, но желая найти способ справиться с этим.
  “ Не возражаешь, если я спрошу тебя кое о чем личном? - Спросил Том.
  “ Хорошо. Она внезапно почувствовала себя измученной, обесточенной.
  “ Почему ты так близка с Яссаром? Я имею в виду, после всего?
  Саша почувствовала боль в горле. “ Нас всегда что-то связывало. Она посмотрела вдаль, поверх плеча Тома. “ Я простила его. И он показал мне, что сожалеет, еще до того, как извинился. Это сложно. Давай оставим все как есть. Она снова посмотрела на Тома. “Я рассмотрю твое предложение. Я обсужу это с Яссаром и специально прилетлю для этого, если понадобится”.
  Голова Тома поднялась, его глаза горели пылом. “ Ты не можешь. Яссар не должен знать. Я же говорил тебе, что мы пытались это сделать.
  - Я не могу лгать ему! - Саша почувствовала приступ паники, только сейчас начиная понимать, о чем они ее просят.
  “Представьте, как это выглядит - группа иностранных спецслужб вербует вас для наблюдения за его собственным сыном. Даже если вы говорите, что это для его защиты. Он просто не купится на это. Доказательств недостаточно. Для этого ты нам и нужен.
  У Саши возникло ощущение, что она теряет равновесие, что раскачивание лодки было невыносимым. Чувство небытия, полное отсутствие каких-либо эмоций или представлений о реальности окутало ее, как будто у нее отняли единственный фундамент, которым она обладала. Как она могла сделать это, не сказав Яссару?
  
  
  
  Саша вошла в двухуровневую квартиру, которую делила с Ибрагимом, сохраняя то же странно пустое, безэмоциональное состояние, которое она испытывала у Степенной матроны. Она осмотрела квартиру глазами, подобными трансу. Стоя в центре комнаты, она сняла туфли, чтобы почувствовать прохладный мрамор под ногами и избавиться от ощущения беспочвенности. Слава Богу, Ибрагима там не было. Ей стало интересно, какой была бы ее реакция на него в состоянии зомби.
  Возможно ли, что он знал, что эти люди планировали убить его собственного отца? Почему бы не поговорить с Ибрагимом? Нет. Абсурд. У нас с ним не было пути назад. Ни эмоций, ни доверия.
  И пойти к Яссару? Она слышала Тома. Они уже пытались. Безуспешно. И у них, должно быть, больше конкретной информации, чем у нее. И все же они были посторонними. Она - нет. Она могла заставить Яссара выслушать факты. Но они не собирались разглашать секретные сведения какой-то двадцатилетней наложнице королевской семьи. Конечно, не Тому; он был слишком осторожен. Эти люди были профессионалами. Может ли она согласиться помочь им, а потом рассказать Яссару? Нет, пока у нее не будет достоверной информации. И все еще оставался фундаментальный вопрос: как она могла поступить по-своему, не сказав Яссару?
  Теперь она почувствовала прилив боли, которая, должно быть, накопилась в ней, когда она поняла, о чем они просили ее. Она чувствовала, что ее состояние, подобное смерти, было результатом ее неизбежного отчуждения от Яссара, барьера, который она воздвигнет, скрывая от него свою деятельность. Она бросилась в кресло и закрыла лицо руками. Она может потерять Яссара. К чему бы это ни привело, он, возможно, рано или поздно узнает. Все это просто так не пройдет. Нет, если то, что сказали Том и остальные, было правдой.
  Она медленно подняла голову. Единственным выходом было сделать это. И она поняла почему: у нее не просто была связь с Яссаром, она любила его. Как отец. Она сделает это ради него, потому что любит его, и ее вера в это поддержит ее, даже если это будет означать, что она может потерять его.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 26
  
  
  
  КВЕЧЕРУуWENTY YУШИ AДЫБОМ. РИЯД, Саудовская Аравия. Саша лежала на кровати в номере Ибрагима, притворяясь спящей, уверенная, что ей это удается, как она делала последние шесть месяцев. Теперь слушаю, как Ибрагим, Абдул и Валид разговаривают в гостиной перед ежевечерней вечеринкой Ибрагима, Ибрагим набивает свой желудок скотчем, Абдул и Валид забивают ему голову фундаменталистской риторикой. Она пыталась подслушать все это, но боялась подойти к двери. Это невозможно.
  С тех пор как она согласилась работать с Томом Годдардом, она была расстроена. Ибрагим не желал полностью открываться ей после их ссоры в Ницце. И он был достаточно умен, чтобы говорить вполголоса или вообще не говорить, когда она была рядом, особенно когда Абдул и Валид навещали его.
  Она улавливала только каждое третье слово в соседней комнате и, в конце концов, решила подойти к двери, несмотря на опасения быть обнаруженной. Если кто-то подходил к спальне, она притворялась, что только что проснулась, и шаталась в полусне. Довольно неубедительно. Но придется обойтись и этим. Она выскользнула из простыней и сняла трусики, чтобы, по крайней мере, надеяться на элемент шока, затем на цыпочках направилась к двери.
  “ Вооруженные силы США ... Военно-воздушные силы ... армия ... тренируется ... как нефтяные компании ... ” услышала она, наклоняясь к щели, которую оставила открытой. Ей показалось, что это голос Абдула.
  “... бомбежка, они увидят...” Она взяла другой фрагмент, Валид.
  Определенно Ибрагим: “Дестабилизируй ... но осторожно”. Она наклонилась к щели, выглянула через нее. Ибрагим! Направляясь прямо к двери спальни. Она почувствовала прилив адреналина и, подбежав к кровати, бросилась под простыни. Она притворилась спящей, чувствуя, как колотится ее пульс, гадая, услышал ли он ее.
  Ибрагим вошел, остановился, как будто давая глазам привыкнуть к свету. Она заметила, что он не включал свет. Он подошел к кровати, присел на край и погладил ее по волосам. Его прикосновение было нежным, и при других обстоятельствах, год назад, она подумала бы, что он был милым. Возможно, он так думал. Он наклонился и поцеловал ее. Она притворилась, что просыпается.
  “ О, ” сказала она. - Уже пора на вечеринку?
  “ Да. Мы скоро уезжаем. Тебе пора одеваться.
  Она перевернулась на другой бок, протянула руки и обняла его. Это заставляло ее чувствовать себя нечистой, но она подумала о Яссаре, затем попыталась расслабить свое тело, чтобы Ибрагим не почувствовал, что что-то не так. У нее это хорошо получалось, особенно когда она занималась с ним сексом. Это было все равно что ходить на работу каждый день, все время мечтая о ком-то, кого не существует, кто помог бы ей пройти через это. Не так сложно, как она думала.
  “ Я сейчас встану, ” сказала она. - Я скоро буду готова.
  Но она думала, что в этом нет ничего хорошего. Это не срабатывало. Подбирать несколько слов тут и там просто не помогло бы. Ей нужно было услышать что-то существенное. И теперь, во время весенних каникул Ибрагима в Гарварде, когда Абдул и Валид были здесь, она была уверена, что они говорили именно то, что ей было нужно. Пришло время убедить Тома, что им нужен другой план, внести изменения, чтобы она могла получить доказательства. Она помогла Яссару избавиться от одной дурной привычки Ибрагима; возможно, ей удастся сделать это снова, возможно, не так легко, но, имея достаточно доказательств, возможно, она сможет вывести Яссара из-под опасности и уехать отсюда, продолжая жить своей жизнью. К чему бы это ни привело.
  
  
  
  Саша услышала стук пишущих машинок и телетайпов в комнате связи американского посольства в Эр-Рияде. Служащие студенческого возраста, в большинстве своем светловолосые голубоглазые девушки, сновали взад-вперед с бумагами в руках и напускали на себя важный вид. Она осмотрела задние комнаты, шумный центр деятельности, которому противоречил фасад: роскошное, старомодное величие главных входных комнат и общественных пространств, доступных другим дипломатам и случайным американским гражданам, ищущим облегчения от проблем с мутавваиинами.
  “ Под каким предлогом ты сюда попал? - Спросил Том. Он посмотрел на нее неодобрительно, как на старшеклассницу, опоздавшую с курсовой работой.
  Мы с Нафтой отправились за покупками. На следующей неделе я еду в Соединенные Штаты с Ибрагимом. Весенние каникулы почти закончились. Мне нужна виза, вот почему мы здесь. Мы с королевской охраной, и Нафта, и он оба в комнате снаружи. У меня мало времени. Она бросила на него взгляд, который говорил, что ей не нужно его отеческое неодобрение.
  “Я думаю, что могу замедлить процесс, так что тебе придется вернуться, чтобы забрать это. У нас будет больше времени поговорить, если нам это понадобится. ” Он помолчал, затем кивнул ей. - Так что же такого важного?
  - Мне нужен магнитофон, - сказала она.
  “ Я же говорил тебе, что это слишком рискованно. Он спокойно наблюдал за ней, словно пытаясь сказать, что разговор окончен.
  “Мне все равно. Так не работает. Сейчас они здесь. Но я получаю только обрывки”.
  - А что, если тебя поймают? - Спросил Том, демонстрируя ей свой заученный темп, пытаясь замедлить разговор. - Я ценю ваше рвение, но тактика “стреляй первым" ничего не даст. Это методичное, осторожное дело. Он помолчал. “Ты будешь действовать слишком быстро, и тебя убьют”.
  Его слова были неожиданными, задели ее как оскорбление. Инстинктивно ей захотелось возразить. “Тогда тебе и твоим друзьям-секретным агентам придется начинать все сначала, верно?”
  “ Не только указываешь мне, как выполнять мою работу, но и говоришь, что я думаю? - Спросил Том.
  Она пожалела о своей резкости, осознав теперь, насколько была напряжена, и расстроенная сопротивлением Тома. - Прости.
  Он слушал, не моргая. “ И, может быть, я чересчур драматизирую. Но что, если тебя поймают?
  “Мое единственное разоблачение - по дороге сюда”.
  - А как насчет того, чтобы принести кассеты?
  “Я не буду их обнародовать. Я просто выслушаю их. И доложу вам по телефону”.
  “Мы никогда не делали этого таким образом. Они могут прослушивать телефоны”.
  Не был ли он чересчур консервативен? Разве он не должен был подтолкнуть ее к тому, чтобы рискнуть? Если ее поймают, он сможет умыть руки. Почему он был таким упрямым? “Тогда мы сделаем это обычным способом. Письма моим ”друзьям".
  Он посмотрел на нее, казалось, взвешивая это в уме, затем, наконец, кивнул. “Хорошо”.
  “И если я обнаружу что-нибудь абсолютно электрическое, я смогу решить, стоит ли рисковать и выпускать кассету”.
  “Не выводи меня из себя”.
  Ей стало интересно, не скрывает ли он чего-то от нее. Или, может быть, у него паранойя. Или, может быть, просто так у них все устроено. Он осторожен, напомнила она себе.
  
  
  
  Установить магнитофон было проблемой. Где было подходящее место? Этот вопрос мучил ее, пока они с Ибрагимом занимались сексом. Тема отвлекла ее от ее обычного энергичного выступления. И это было еще не все. Выбор времени, когда это сделать, также был головоломкой. Уборщицы постоянно переворачивали номер Ибрагима вверх дном. Несколько минут вокруг никого, потом приходит одна из коридорных или даже Нафта.
  Она чувствовала неотложность и других вещей. Например, оставаться фавориткой, чтобы сохранить доступ к Ибрагиму, возможность наблюдать за ним. Вокруг были новые, более молодые девушки, что не было серьезным испытанием, но это заставило ее задуматься. Напоминание, точно так же, как ее бросило в дрожь, когда она увидела, как Ибрагим “одолжил” двух девушек Абдулу и Валиду прошлой ночью. Она вздохнула, теперь поддаваясь разрядке после кульминации; освобождению от давления, а также от душевного волнения. Ей было легче сосредоточиться. Она наблюдала за Ибрагимом.
  Он гладил ее бедро. Неужели он ничего не заподозрил? Неужели мужчины такие тупые? Или Ибрагим просто такой высокомерный? Пока он получал то, что ему было нужно, стал бы он вообще сомневаться в чем-либо?
  - Я думал, что на какое-то время потерял тебя в тумане.
  “ Правда? Это было заметно? Может, он все-таки не такой уж тупой.
  - Думаешь о том, подчеркивает ли это новое платье твои бедра?
  Она съежилась от его снисходительности. - Нет, просто мучаюсь из-за сломанного ногтя.
  Он рассмеялся.
  “Я справилась с этим”, - сказала она.
  “ Конечно, ты это сделала. Он наклонился и поцеловал ее. Обязательно ли ему было быть таким приятным? Она почувствовала прилив самобичевания.
  Он похлопал ее по заду. Хорошо. По его сигналу он был готов встать. Он скатился с кровати.
  “ Пора быстренько принять душ. Потом отправляйся в министерство.
  Саша подождала, пока не услышала шум льющейся воды, прикидывая в уме время. На то, чтобы найти подходящее место для магнитофона, может потребоваться несколько минут, всего пять минут. Она встала, все еще обнаженная, и вышла в прихожую. Она посмотрела на диван, вспомнив радиус действия магнитофона — шестьдесят футов. Она посмотрела на столик с решетчатой дверцей, который никогда не использовался для хранения чего-либо. Вот и все, она сделает это сейчас. Она вошла в свою комнату, примыкающую к приемной Ибрагима.
  В центре спальни стояла женщина. Саша почувствовала, как кровь прилила к лицу, словно от шока. “Нафта!”
  - Ты недостаточно одета, сестра.
  Саша рассмеялась. Она поцеловала подругу в щеку. Она наденет халат, затем вернется в приемную Ибрагима и спрячет диктофон. Но что, если Нафта последовал за ней? И что она здесь делала? “Что ты задумал?”
  “Я не хотела быть доступной”, - сказала она. Теперь Саша видела, что она расстроена. “За то, что развлекала Абдула и Валида”. Она отвела взгляд. Саша подумала, что ей, должно быть, стыдно даже беспокоиться об этом, зная, что Нафта сама когда-то была фавориткой. Нафта повернулась к ней. “Я надеюсь, ты не возражаешь. Я полагал, что они не будут искать меня здесь.
  “ Вовсе нет. Она обняла Нафту, затем надела халат, надежно спрятав магнитофон в карман. “Я вернусь, как только Ибрагим уйдет в министерство. Мы перекусим”.
  Саша вернулась в приемную Ибрагима, чувствуя боль за своего друга. Все тихо, и Ибрагим все еще в душе. Хорошо. Она открыла две дверцы торцевого столика, пальцы ее не дрожали, разум работал, но дыхание было поверхностным. Она положила диктофон внутрь и переключила его на медленную скорость, помня, что, по словам Тома, этого хватит на четыре часа записи. Закрывая двери, она услышала, как Ибрагим выключил душ, и направилась в спальню. Затем покачнулась. Она не стерла свои отпечатки! Сейчас нет времени, ей придется сделать это позже. Потом она подумала, что, может быть, если они найдут диктофон, то заподозрят кого-нибудь из других девушек. Она подумала о Нафте в своей спальне; она оставит свои отпечатки на аппарате. Если бы это обнаружилось, она не хотела, чтобы вместо нее арестовали кого-то другого.
  Она сняла халат и скользнула обратно под простыни, но тревожная мысль промелькнула в ее голове, разрушив мгновенное чувство облегчения оттого, что ее работа закончена: она пойдет на такой же риск, извлекая пленки, как и устанавливая диктофон. И слушала их. И делала копии и прятала их, чтобы у нее были резервные копии для Яссара. Она почувствовала зловещий гул страха.
  
  
  
  Саша поняла, что, должно быть, выглядит так, будто говорит серьезно, потому что важная девушка из посольства США остановилась, чтобы пропустить ее в конференц-зал, где сидел Том.
  “Я потрясен. Ты не поверишь”, - сказал Саша. Она держала кассету в руке, вспоминая свой спор с Томом по телефону о том, чтобы показать ее — о том, чтобы вообще позвонить ему, — но это было срочно.
  - Я поверю в это.
  - Послушай, - сказала она, когда Том вставил кассету в магнитофон и включил его.
  Это был голос Абдула. “ Итак, решено. Мы нанесем удар по военным объектам, как только получим доступ к планам.
  Тогда Ибрагим: “Я достану их. Это может занять некоторое время. Но я их достану. Я вернусь из школы в конце июня.
  Следующим был Валид: “Это слишком долго!” Саша нажал на быструю перемотку и увидел, как Том поднял руку.
  - Подожди, - сказал он.
  “ Остальное ты сможешь прослушать позже. Она остановила кассету, нашла следующую ссылку.
  Теперь Валид: “Я уполномочен говорить от имени шейха бин Абдура. После этого вы будете назначены новым главой правительства Саудовской Аравии. Он видит в тебе праведного мусульманина. Он знает, что и шииты, и сунниты примут тебя. Ты был хорошо обучен, а также получил хорошую подготовку в нашем исламе ”.
  Следующий Ибрагим: “А как же мой отец?”
  Долгая пауза, некоторое замешательство, затем Абдул: “Он уйдет на пенсию. Консультация, если он этого захочет. Вы не можете бороться с волей народа. От Аллаха”.
  Валид: “Нет бога, кроме Аллаха!”
  Голоса — их было больше, чем трое?: “Ла илаха илаллах!”
  Саша снова включил быструю перемотку вперед. Затем раздался незнакомый голос, кто-то говорил по громкой связи: (еле слышно) “Ибрагим, ты праведный мусульманин среди моря неверных…Мы выбираем вас преемником власти”.
  “ Ужасно, ” сказала Саша. Она почувствовала, как у нее забурлила кровь, и теперь испытывала отвращение при мысли о том, что она делала, о своем теле, своих руках…с Ибрагимом…У Тома было такое выражение лица, которого она никогда раньше не видела. Гораздо спокойнее, гораздо сдержаннее. - Чей это был голос? - спросила она.
  Том посмотрел на нее, слова вертелись у него на губах. Она видела, что он думает, пытается принять решение.
  Что это значит?
  “ Это он, ” наконец сказал Том. - Шейх бин Абдур.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 27
  
  
  
  ДЖУЛЫ, ТВЕНТИ ГУШАМИ , АИДТИ. П.АРИС, Франция. Том всегда думал, что американское посольство в Париже было больше рассчитано на французов, чем на американцев — эти дурацкие узкие дверные проемы, в которые едва мог протиснуться широкоплечий мужчина, окна высотой до потолка, придававшие им женственный вид, и тонкие колонны, которые никогда не передавали ощущения солидности старой доброй американской массивности из толстого камня, что-то вроде Памятника Вашингтону. Найджел вписался в эту компанию, подумал он, глядя на него через стол, как всегда, денди.
  Ари, смуглый, волосатый и землистый, как всегда, подошел и добродушно обнял его. Через несколько минут они уже сидели, сгорбившись над полированным дубовым столом для совещаний, все такие деловые.
  “Ибрагим вышел из-под контроля, даже Саша убежден в этом. Нам нужно расширить нашу повестку дня, очень сильно”, - сказал Том. “Эти ублюдки организованы лучше, чем мы думали. Они планируют взрывы на американских базах в Дахране и Эр-Рияде. Затем нападают на королевскую семью. Разрушить отношения с их союзниками, а затем свергнуть правительство. Сработали и более безумные планы”.
  “ Как скоро? - Спросил Найджел.
  “ На следующей неделе, ” сказал Том. Ари и Найджел искоса переглянулись. - Как ты думаешь, как скоро мы сможем быть готовы к переезду?
  “Мы думаем, что сможем подобраться достаточно близко, чтобы выполнить три из них”, - сказал Ари. “И у нас есть шанс представить это так, будто это была борьба за власть внутри отколовшихся группировок и местных ячеек "Аль-Муджари", в которую были вовлечены другие члены. Может быть, нам повезет, и мы начнем какую-нибудь междоусобицу внутри аль-Муджари”.
  Найджел смотрел на Ари с восхищением. “Блестяще задумано”, - сказал он. “Мы могли бы сами добраться до такого. Высокопоставленный человек в, хм, организации. Мы думаем, что он лидер ячейки”.
  “И ты думаешь?” Ари спросил Тома.
  “Они планируют назначить Ибрагима своим новым лидером. Мы можем сделать только одно”.
  - И что же это такое?
  “Мы зажигаем Ибрагима”. Том лучше других знал, что говорит. Он уже думал о Саше, зная, что она справится с этим, по крайней мере, когда узнает все. “Ибрагим - единственный, кто находится внутри королевской семьи. Уберите его, и на этом пока все закончится ”.
  - И как мы собираемся это сделать? - Спросил Ари.
  Том почувствовал, как его желудок скручивается в комок. Он сказал: “Саша. Ей придется это сделать. Она единственная, кто может подобраться достаточно близко. Предоставьте это мне, ” сказал он. “Я поговорю с ней. Она мой агент, это моя работа”.
  “ Неприятный. Парень, с которым она спит, - сказал Найджел. - Она любит его?
  Ари ответил за Тома: “Ни в коем случае”.
  - И все же, ребята, ей придется нелегко.
  “ Она поймет, как только мы ей все расскажем, ” сказал Том. - Спит с ним или нет, у нее хватит на это мужества.
  
  
  
  Июль, двадцать лет назад. Эр-Рияд, Саудовская Аравия. Саша вышла из лимузина перед посольством Франции в Эр-Рияде. Она шла с гордо поднятой головой, скрестив руки на груди под черной абайей. Королевская стража сопроводила ее через ворота в здание. Она получила срочное сообщение от Тома и приехала встретиться с ним под предлогом получения визы для поездки в Ниццу. Ее нервы были на пределе. Она чувствовала боль в ногах. Как будто поддержание этой теневой жизни было недостаточно сложным занятием, оно усугублялось ограничениями, связанными с тем, чтобы быть женщиной в Саудовской Аравии. Не может свободно приходить и уходить, когда ей заблагорассудится, без того, чтобы за ней не волочился один из этих чертовых бифитеров. Это стало утомительным. Но она была заложницей своего желания защитить Яссара.
  Она знала, что Том хочет от нее чего-то большего; и она уже решила, что не собирается соглашаться на это. Она была измотана. Буквально месяцы прошли с тех пор, как она отдала ему пленки, которые, по ее мнению, могли послужить доказательством для передачи Яссару. Он сказал, что в этом мире все происходит медленно. Но теперь она начинала думать, что ничего не происходит вообще. Может быть, она передаст Яссару то, что знала, и свои дубликаты записей, не дожидаясь, пока узнает что-нибудь еще из того, что известно Тому и другим.
  Девушка-француженка в костюме провела ее в небольшой конференц-зал, в то время как королевский охранник расположился в вестибюле.
  Том сидел в одиночестве за столом в конференц-зале с серьезным видом. “Привет, Саша”.
  “ Привет, ” сказала она. Она постаралась, чтобы ее тон выдавал раздражение. - Ты сказал, что это срочно.
  “ Да. Сколько у нас времени?
  “ Столько, сколько потребуется, чтобы получить визу. Она обвела взглядом комнату. “ Технически, мы во Франции. Значит, навсегда? Она рассмеялась, но легче ей от этого не стало. Том улыбнулся, но в его улыбке не было теплоты.
  “Все это приняло крутой оборот”, - сказал он. Она увидела, как он теребит пальцами край стола, небольшая нервная странность, которой она никогда раньше не замечала. “Это становится все более серьезным и требует немедленных шагов с нашей стороны”.
  -Нанашей стороне?
  “ США, британцы и израильтяне берут на себя инициативу. Задействовано НАТО, иначе нас бы не было здесь, во французском посольстве. Саша выжидающе вздернула подбородок. Том продолжил. “Мы координируем некоторые меры против аль-Муджари...”
  “ Меры? перебила она. Она услышала резкость в своем голосе.
  “ Я не уверена, что ты хочешь все это знать, но тебе, вероятно, нужно и, безусловно, ты заслуживаешь этого. Саша почувствовала, как ее дыхание участилось. “Некоторые люди исчезнут или, по крайней мере, перестанут быть помехой”. Он посмотрел на нее с жестким блеском в глазах. “Мир станет лучше, поверь мне”.
  Значит, они говорили об убийстве людей, поняла она. Она почувствовала онемение в пальцах. Затем вспышка гнева. “ И ты, без сомнения, попросишь меня кое-что сделать. Что?
  Она увидела, как он нахмурился от агрессивности ее вопроса. “ Мы здесь не враги. Мы с тобой на одной стороне, помнишь? Между нами нет необходимости в напряжении.
  Саша поняла, что он, возможно, прав. Тем не менее: “Но ты позвонила мне срочно не для того, чтобы сказать мне это. Тебе нужна моя помощь, верно?”
  “ Да. ” Теперь его взгляд был мягче, как обычно, обращенный к ней. Но она знала, что он просит ее помочь кого-то убить. Почему бы просто не попросить у нее информацию, использовать ее для этого и даже не говорить ей? Вопреки себе, она спросила: “Кто?”
  Ответ последовал незамедлительно. “Ибрагим”.
  Шок отдался в ее мозгу. “ О Боже, ты не можешь говорить серьезно! Его лицо не дрогнуло. “ Ты что, с ума сошла? Я думал, кто-то, какой-то безликий ... Кто-то, кого я не знал. Он сын Яссара! Ради Бога, я сплю с ним. Да, он невольный, эгоистичный дурак, которым воспользовались. Но убить его?”
  “Это нужно сделать”.
  “Не говори мне этого!”
  “ Может, мне стоит позволить ему рассказать тебе все самому? Том поставил магнитофон на стол, нажал кнопку воспроизведения. “Мы записали это вчера в гостиничном номере Валида”.
  “Нам не нужно указывать вам решение”, - говорил Абдул почти в исступлении.
  “Шариат не разрешает убивать брата-араба, но он позволяет изгнать неверных!” Валид был в ярости. Очевидно, в конце долгого, страстного разговора. Саша услышала низкое ворчание в знак согласия, несомненно, принца Ибрагима. Она напрягла плечи. “Нет никакого греха, никакого нарушения шариата в изгнании неверного саудовского режима со священного саудовского полуострова. Нет никакого нарушения шариата, если они должны быть убиты, чтобы стереть пятно неверных с нашей святой земли, дома двух самых святых мест во всем исламе!”
  “Тогда, наш святой друг, ты должен выбрать между жизнью своего собственного отца или сохранением чистоты исламского государства! Либо твой отец и его братья в правительстве Саудовской Аравии должны умереть, либо неверные в конечном итоге осквернят нашу святую землю и уничтожат нацию ислама!” Саша не была уверена, услышала ли она одобрительный шепот принца Ибрагима. Ее дыхание участилось до такой степени, что ей пришлось приложить сознательное усилие, чтобы замедлить его.
  Принимаете ли вы этот серьезный вызов, это испытание, которое Аллах избрал для вас? Выбираете ли вы сохранение нации ислама? Выбираете ли вы возвращение священных исламских мест мусульманскому народу? Выбираете ли вы изгнание неверных? Вы выбираете смерть для королевской семьи Саудовской Аравии?”
  “Да!” - последовал однозначный ответ принца Ибрагима. Саша почувствовала прилив гнева, и одновременно слезы навернулись ей на глаза. “ Будь ты проклят! ” заорала она на Тома. - Будь ты проклят!
  - Ты бы предпочел, чтобы мы ничего не предпринимали и позволили им убить Яссара?
  Саша откинулась на спинку стула, слыша, как стучит в ушах пульс. “ И альтернативой является убийство Ибрагима? Итак, я помогаю тебе убить его сына — Боже, я уже помог тебе! Том сидел неподвижно, выражение его лица ничего не выражало. - И Яссар возненавидит меня на всю оставшуюся жизнь?
  - Другого выхода нет.
  “Отнеси кассету Яссару!”
  - Они все равно убьют его!
  “ Если ты не хочешь, это сделаю я! Она потянулась к магнитофону. Том выдернул его и снова запустил магнитофон.
  “ Ты сделаешь это? - Спросил Абдул.
  Вмешался Валид, все еще охваченный лихорадкой: “Ты единственный, кто может! Никто другой не может подобраться достаточно близко!”
  Саше показалось, что у нее разорвутся легкие. “Да! Да, я убью его!” Ибрагим закричал.
  Саша стукнула кулаками по столу. “ Ладно! Хватит! Том выключил машину. “Что ты хочешь, чтобы я сделала?” - спросила она. Том сунул руку в карман куртки, и Саша увидела серо-голубую сталь "Беретты" в его руке, когда она появилась, и глушитель в другой.
  “ Боже мой! Ты же не предполагаешь, что ... я...?
  
  
  
  Пять минут спустя дыхание Саши все еще вырывалось глубокими порывами; ей не хватало воздуха, и она боролась с позывами к рвоте. Ее горло сжалось от боли.
  Том указал на стакан воды, который принес ей. Она сделала глоток. “ И ты уверен, что, если мы пойдем к Яссару, он нам не поверит? Ее голос был слабым, и она услышала в нем дрожь. И все же ее разум прояснился.
  “Даже если бы он это сделал, если бы он заколебался или пошел к Ибрагиму, все могло бы закончиться прежде, чем мы смогли бы вмешаться”, - сказал Том. Теперь она увидела усталость на его лице, морщинки вокруг глаз. Ей показалось, что теперь в них появилось сочувствие. “Кроме того, в данный момент речь идет не только об Ибрагиме. Есть и другие. И, как я уже говорил вам, это скоординированная программа. Если вы отправитесь в Яссар, они узнают об этом и уйдут в подполье, и если мы не вывезем как можно больше из них сейчас, в конце концов они доберутся до Яссара. Даже без Ибрагима.
  Как она могла не сказать Яссару? Она сидела, уставившись на пистолет на столе, пока Том не убрал его обратно в карман пальто.
  Взгляд Саши остановился на глазах Тома. “ Хорошо. Когда?
  “ Три дня. Ночью. Ты будешь каждый день звонить в отель своей ‘подруге’ Марии, которая приехала с визитом из Италии, навещать ее, если необходимо. Мы сделаем все необходимое для общения. И трех дней будет достаточно, чтобы научить тебя стрелять”.
  Саша почувствовала, что ее гнев утихает, затем подумала о Яссаре и ощутила ясность, цель. “В этом нет необходимости. Я стреляю с десяти лет, из дробовиков, винтовок и пистолетов. Кроме того, я буду на близком расстоянии. Дрожь исчезла из ее голоса.
  
  
  
  Саша позволила себе осмотреть все в кабинете Яссара, зная, что это будет ее последний визит к нему. Осталось два дня. Ясар поднялся с пола после урока и сел на один из мягких стульев. Саша задержалась на мгновение, опустившись перед ним на колени и заворачивая свой Коран в специальную ткань. Пока что ее желание сбылось: провести тихий вечер, изучая учения с Яссаром. Она попросила о специальном уроке, потому что хотела попрощаться и сообщить ему достаточно фактов, чтобы он мог потом заполнить пробелы и надеяться, что он, по крайней мере, поймет.
  Она встала и села на стул рядом с ним. “ Спасибо, ” сказала она. Она посмотрела на Яссара, на опущенные веки, выдающийся нос и серьезный, задумчивый лоб. У него все еще были нежные глаза.
  “ Не за что. По-прежнему полный энтузиазма студент. В его голосе звучала гордость.
  Она налила чай. “Яссар”, - начала она. “Я тут подумала на днях, что мы знаем друг друга больше десяти лет”. Она увидела, как он кивнул. Она почувствовала удовлетворение. “И я помню, как ты впервые упомянул Ибрагима, когда приходил к Кристине после встреч по нефти в Вене”.
  Он отхлебнул чаю. - Да.
  “ Я помню, какие большие надежды ты возлагал на него ... ” Она замолчала, чтобы посмотреть, поймет ли он это. Разочаровался ли он в нем? Она знала, что теперь, после возвращения из Гарварда, он помогает ему в министерстве, но знал ли Яссар о каких-либо изменениях во взглядах Ибрагима?
  Я все еще возлагаю на него большие надежды. Он чудесно поправился. Отчасти благодаря тебе, моя дорогая. Я надеюсь, ты сможешь продолжать составлять ему компанию, даже пока он будет в школе ”.
  Саша не ответила, не знала как. Боже, это нелегко. “Ты веришь, что он помогает тебе в министерстве?”
  “ Абсолютно. Он был критически важен для программы трудоустройства, даже за то короткое время, что прошел после возвращения из школы ”.
  - И он все еще продолжает изучать религию?
  “ Ты скромна, моя дорогая. Я уверена, это твое влияние. Теперь он даже цитирует Коран.
  Ей хотелось, чтобы это было ее влияние. Она знала, что это верхушка айсберга аль-Муджари. Или ледоруб? “Я нахожу его временами немного властным с тех пор, как он пошел в школу”, - сказала она. “По крайней мере, в его политических взглядах. Они не совсем всегда совпадают с семейными.
  Яссар махнул рукой. “Ибрагим непредубежден. Гарвард оказал на него влияние. Он уважает взгляды других”.
  Она ухватилась за надежду, что сможет заставить его прослушать ее записи, вмешаться, пойти к Тому ... ” Что, если бы он связался с людьми с совершенно иными взглядами? Не в духе саудовской королевской семьи?”
  “ Не утруждай себя. Если бы это случилось, я бы вмешался. Он подмигнул. “Кроме того, сначала ему нужно поговорить с тобой, а я знаю, насколько убедительной ты можешь быть”. Она почувствовала комок в горле. Он продолжал, делая еще хуже. “И мы с ним никогда не были так близки, особенно с тех пор, как он вернулся из школы. Я никогда так не зависела от него в министерстве, никогда так не надеялась на него”. Теперь ее гнев усилился. Дьявольский.
  “Признаюсь, я никогда не был так уверен, что он станет моим преемником”, - продолжил Яссар. “Он стал... праведным”.
  Почему он был так слеп? Но как он мог не поддаться на уговоры собственного сына? Ей было трудно подавлять свой гнев. “Возможно, вы увидите себя с совершенно новой точки зрения после того, как у вас появится возможность поразмыслить о вещах со стороны — возможно, когда он вернется в школу осенью”.
  Яссар почти перебил ее. “ Неправда. В этом году будет гораздо труднее увидеть, как он возвращается. Он помолчал. “Когда человек становится старше, он больше живет своими детьми. Надежды, мечты - для них. И Ибрагим - мой старший сын. В мире нет такой гордости, как эта”.
  Саша не знала, что волновало ее больше — гнев на Ибрагима или любовь к Яссару. Что она точно знала, так это то, что ей нужен был другой ответ, она поняла, что не сможет остановить Ибрагима так, как планировала. Забудь о том, что она сказала Тому. Как Яссар мог потерять Ибрагима, и, по крайней мере, рядом не было ее, чтобы позаботиться о нем? И как она могла вынести расставание с Яссаром? Тому это не понравилось бы, но план нужно было менять. И немедленно, потому что времени было мало.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 28
  
  
  
  ДЖУЛЫ, ТВЕНТИ ГУШАМИ , АИДТИ. РИЯД, Саудовская Аравия. Джон Франклин, глава его отдела в Лэнгли, надирал задницу Тому Годдарду по телефону. Его мысли лихорадочно соображали. Двумя часами ранее Саша выложила ему тот факт, что она не собиралась доводить дело до конца с Ибрагимом, что было частью шести скоординированных ударов, в основном под его руководством. Она тайком пронесла Beretta Cheetah с изготовленным на заказ глушителем, как профессионал, настоящий айсберг, а днем позже плюхнулась на табурет в ванной их номера в отеле Le Meridian Hotel Riyadh для окончательного отчета, накинув на себя черную абайю до пола, и сказала: “Нам нужно изменить планы”.
  “Все готово”, - сказал он, стараясь звучать ободряюще. Но он видел, что что-то не так. Его следующей мыслью было просто помочь ей пройти через это. Отведи ее. Посмотри, как у нее дела.
  Она была похожа на маленького боксера, сидящего на своем табурете и готового ринуться в бой. “Я знаю”, - сказала она, глядя на него так небрежно, как будто рассказывала, что ела на завтрак.
  Он списал это на страх, затем почувствовал, что она совсем не боится, и тут же понял, что понятия не имеет, что происходит.
  “Все было скоординировано. Мы не можем ничего изменить. Просто скажи мне, что происходит. Я знаю, ты сможешь это сделать”.
  “ Бесполезно, Том. - Ее взгляд смягчился, когда она произнесла его имя. “ Я не боюсь. Я просто не собираюсь делать это так, как мы планировали ”. Она немного откинулась на стуле, откинулась в сторону, упершись локтем в колено, как будто закончила пороть его и просто ждала решения судьи.
  “ О чем ты говоришь? Он почувствовал внезапное беспокойство.
  “Я не покину Яссара. Придумай какой-нибудь другой способ сделать это. Я пытался придумать другие решения, но у меня закончились идеи”. Она опустила голову и посмотрела на него так, почти застенчиво. “Ты шпион. Ты придумай что-нибудь.
  На мгновение Том задумался, не блеф ли это. Она хотела убрать Ибрагима так же сильно, как и они. Она на чем-то настаивала? Он никогда не видел, чтобы у нее были какие-то скрытые мотивы. Никаких скрытых планов. И все же он должен был спросить: “Чего ты хочешь?”
  Она откинула голову назад. “ Ничего. Кроме изменения планов, чтобы я могла остаться. Я не покину Яссара. Я нужна ему, и особенно Уиллу после. И я не хочу оставлять его. Он - все, что у меня есть.
  Голос Франклина, раздавшийся в трубке, вернул Тома в реальность. “... и теперь, после всего этого, она струсила”.
  -Она не струсит, - сказал Том.
  - Я слышу ее кудахтанье через всю Атлантику.
  “ Она сделает то, что нам нужно. Я думаю, она хочет избавиться от парня больше, чем мы.
  Затем Франклин снова принялся ворчать по поводу сроков, все еще не высказав всего. “Господи, мы выполнили всю работу по планированию за несколько дней, на которые обычно уходили недели. Шесть ударов за сорок восемь часов. Время имеет решающее значение, и все было скоординировано. Сколько раз ты собираешься что-то менять?”
  - Она не хочет уезжать из Яссара, - повторил Том как можно ровнее.
  “ Господи Иисусе, она думает, что он обнимет ее и простит потом? Я имею в виду, что это за телка...?
  - Она не шлюха.
  Это остановило его. “ И каково ваше предложение? - Спросил Франклин.
  “Направьте команду на Ибрагима”.
  - Мы уже пытались заставить это работать раньше.
  “Мы отказались от этой идеи, когда Саша согласилась сама сыграть Ибрагима. К тому же было сложно привлечь команду. Теперь Саша их впустит”.
  “ Ты бы на нее положился? После этого?
  “ Она сделает это. Поверь мне.
  “ Лучше бы ей это сделать. Но где, черт возьми, ты возьмешь команду на данном этапе?
  “Единственный способ справиться с этим - отозвать команду с одной из других целей. Мы используем всех наемников”.
  “О, здорово”.
  Хватит, уже. Отдохни. “ Я могу с этим разобраться. Понадобится дюжина. Отряд входит незамеченным. Один стрелок. Все используют глушители. Надеюсь, выход будет чистым ”.
  “Сумасшедший”, - услышал он тихий шепот Франклина. Затем: “Ты можешь заставить этих парней сделать это?”
  “Они сделают это. Нам придется увеличить их гонорары, но да”.
  - И этих парней невозможно отследить.
  “ Да. Это может сработать. Том сказал это скорее для того, чтобы убедить себя, чем Франклина.
  “Если нет, то это твоя задница”.
  Если нет, то это Сашина задница. “Это сработает”, - вот и все, что он сказал. У него было неприятное чувство.
  
  
  
  Саше стало интересно, что она узнает, вернувшись в номер Марии Дель Тредичи в отеле "Ле Меридиан" в Эр-Рияде, месте ее встречи с Томом для прикрытия . После того, как она твердо возложила на Тома ответственность придумать что-то новое, что сохранило бы ее жизнь здесь, с Яссаром, теперь она боялась, что запустила события, которые не могла контролировать, и что результат может ей не понравиться. Чего он ожидал от нее?
  Она почувствовала, как ее душа кричит от боли; менее чем через 36 часов она собиралась помочь этим людям убить кого-то. И не просто кого-нибудь: мужчину, с которым она прожила почти три года. И независимо от ее чувств к Яссару, все еще было трудно поверить, что она собирается это сделать. Сегодня вечером она вознесет свои молитвы Ганеше, Устраняющему Препятствия. Хотел бы он также снять с нее вину.
  “ Привет. Готова? - Спросил Том, когда она вошла в комнату Марии. Он был серьезен. Она видела, что он наблюдает за ней, проверяет.
  Неважно. Я в порядке. Она кивнула.
  “Хорошо”. Он вытащил схему. Она узнала в ней планы апартаментов Ибрагима и прилегающих коридоров. Теперь у нее было странное чувство, отсутствие эмоций по отношению к Ибрагиму. Было ли это вызвано ее чувством вины, из самозащиты? Нет, она по-прежнему считала его отвратительным. Но был и гнев. Что-то, что должно было быть там, но контролируемое в решительном, столь же дьявольском ответе на обман Ибрагима. Она продолжала напоминать себе его слова на пленке: “Да, я убью его”. Она увидела, что глаза Тома снова наблюдают за ней, все еще проверяя.
  “ Я в порядке. Продолжай.
  “ Хорошо. Мы задействуем дюжину человек. Группа перебирается через стену по периметру вот сюда. Он указал на точку на схеме. “Оказавшись внутри, они начиняют его зарядами — взрывчаткой С-4 — на случай, если что-то пойдет не так и им придется взорвать стену, чтобы сбежать”.
  Саша слушала и наблюдала, но чувствовала себя странно отстраненной, как будто смотрела это на киноэкране.
  “Команда будет использовать глушители, так что, если во дворе есть охранники, они все равно смогут убрать их незамеченными и продолжить выполнение плана. Руководитель группы примет решение в это время. Ваша часть плана следующая. ” Он достал латексные перчатки и натянул их. “ Ты отключишь микропереключатель, который активирует сигнализацию на окне, через которое они войдут. Он достал из сумки пластиковую полоску, поднял ее и снял с лицевой стороны что-то похожее на целлофан. Она почувствовала резкий запах клея. “Цианоакрилат, чрезвычайно быстро сохнущий и активируемый под воздействием воздуха”, - объяснил он. Он поднес его к металлической оконной раме. “ Ты вставишь его между окном и рамой вот так, а затем используй этот электромагнит, - он вытащил из сумки кусок металла размером с теннисный мяч, — чтобы прижать стальной оконный молдинг к раме. Он отвязал шнур от хитроумного устройства. “Оно очень мощное”. Он подключил его к розетке и приставил устройство к оконной раме, щелкнул выключателем, и она услышала щелчок магнита, прижимающего оконную накладку к раме. Он пошевелил руками и оставил его закрепленным на месте. “Ты получаешь это?”
  “ Да, продолжай, ” сказала Саша. Она чувствовала неестественное спокойствие, которое испытывала перед соревнованиями по верховой езде. Она знала, что следующим будет ее нарастающее возбуждение. Даже возбуждение. Ей не терпелось, чтобы Том продолжил.
  - Это окно другого типа, оно опускается, когда те, что во дворце, открываются.
  “Я знаю”, - сказала она, думая о том, как Ибрагим открыл для нее окно, чтобы согреть комнату, пока она не привыкнет к кондиционированному воздуху дворца. Острое ощущение. Угрызения совести?
  “Цианоакрилат высохнет менее чем за 30 секунд, после чего вы приоткроете окно, чтобы команда могла войти. Клей удержит микропереключатель сигнализации на месте, но пластиковая подложка к клеевой ленте не даст окну прилипнуть к раме.” Он протянул руку, выключил электромагнит и положил его на пол, затем опустил окно, показав ей, что пластиковая полоска была прикреплена только к одной стороне оконной рамы. “Микропереключатель чувствителен к нажатию, так что он должен держаться неопределенно долго”. Он снова сел. “Что касается тебя, то это все. Оставь перчатки в сумке рядом с электромагнитом. После этого вы возвращаетесь в комнату и ждете. Главный в команде - стрелок. Беретта с глушителем. Он идет в комнату Ибрагима, делает это тихо и чисто. Мой совет - притворись, что спишь, после того, как они это сделают. Затем просыпайтесь спокойно после того, как команда уйдет — вся работа займет не более трех-пяти минут, — а затем реагируйте так, как вы обычно реагировали бы, проснувшись и обнаружив ... ” Его голос затих.
  “Мертвый мужчина в постели рядом со мной”.
  -Совершенноверно.
  Теперь Саша заметил холодность в декламации Тома. Для него это была работа, которую он должен был выполнять. Скоро все закончится, и, насколько она знала, она, возможно, никогда больше его не увидит.
  “Команда уходит, ” продолжил Том, “ уходя тем же путем. Вот и все”.
  “А что, если это не сработает?”
  Том вздохнул. “ Зависит от того, когда все пойдет наперекосяк. Если они продвинутся хотя бы наполовину, план состоит в том, чтобы взорвать стену и выбраться. Снаружи будут стоять три машины для эвакуации. Черные BMW 535. Вам придется принимать свои собственные решения. Ваше прикрытие — это то, чего вы хотели, — заключается в том, что вы были невинным свидетелем приближения группы убийц. Если вас не обнаружат, когда вы отключаете сигнализацию, у вас нет причин убегать.
  Слово “бежать” ударило ее, как электрический разряд. Она не подумала об этом: если все пойдет наперекосяк, и ей тоже придется бежать. Тогда все это могло оказаться напрасным, потому что она была бы вынуждена уехать, а Ибрагим, возможно, все еще был бы жив и мог свободно…Она перестала думать об этом.
  “Если по какой-то причине вам нужно выбраться, спускайтесь по канатам и перелезайте через стену вместе с командой. Забегите в одну из эвакуационных машин. Они оставят вас в пункте высадки, а я заберу вас и вывезу отсюда”.
  “ И что потом? ” спросила она. Не Тому, а куда-то через плечо. Том, должно быть, понял суть вопроса, потому что не ответил. Она снова сосредоточилась на его лице. “ Кто эти мужчины? Ваши?
  “ Они профессионалы. Их невозможно отследить. Поверь мне, они знают, что делают. И если кого-то из них поймают, они не смогут быть связаны с нами. Или для вас. Мы даже предприняли шаги, чтобы все выглядело так, будто это было спланировано группировками внутри аль-Муджари ”.
  Несколько мгновений они сидели молча. Мысли Саши кружились, спрашивая, что произошло дальше. Куда бы она пошла, что бы она делала, если бы ей пришлось бежать? А если это не сработает, и Ибрагим выживет? Она снова заставила себя не думать об этом. - Какой запасной план? - спросила она.
  Он посмотрел ей в глаза. - Это зависит от тебя.
  Она поняла, что он имел в виду. - Я подумал, именно поэтому ты не попросил меня вернуть “Беретту”.
  “Это зависит от вас”, - повторил он. “Сработает план или нет, несомненно, они его найдут. Это будет невозможно объяснить. Ты все еще можешь избавиться от него, если захочешь.
  Саша покачала головой. “ Нет. Я уже решила. Я разберусь с этим сама — позже. Помнишь, что ты сказал, когда мы впервые обсуждали это?
  -Что? -спросиля
  “Это нужно сделать”. Она услышала твердость в своем голосе, знала, что это было из-за чистоты ее мотивов. Ее прежняя неуверенность исчезла, сменившись словами, которые она только что произнесла.
  
  
  
  Саша осталась рядом с Ибрагимом на вечеринке в тот вечер, в ночь. Это было то место, где она была весь день, за исключением тех случаев, когда Ибрагим был в министерстве, и когда у него было дневное свидание с Рейчел Принеа, новой наложницей. Сашу это устраивало. Была пятница, и, в конце концов, на этот вечер она принадлежала ему. А он принадлежал ей.
  Саша собрала волосы наверх, обнажив шею в шелковом платье Chloe цвета слоновой кости. Бриллиант цвета солитер привлекал внимание к ее груди. Надевая его, она подумала, что это не в ее стиле, но решила, что это возбудит его похоть, и не собиралась рисковать привлечь внимание Ибрагима сегодня вечером. Она хотела, чтобы он оказался в постели, хорошо провел время и отключился как можно скорее, по возможности к полуночи.
  Он недостаточно пьет. Она нашла коридорную и указала на виски Ибрагима.
  “Пойдем скорее”, - сказала она позже. “Почти пора спать, и я не хочу быть слишком уставшей”.
  Он улыбнулся. “ Меня это не беспокоит. Ты никогда меня не разочаровывал. ” Девушка-коридорная протянула ему еще виски. “ Группа как раз готовится начать все сначала. Несколько песен, а потом мы пойдем. Он протянул руку одной из девушек, и они начали танцевать.
  Саша понял, что она смотрит на него, отвел взгляд, убедился, что сохраняет самообладание. Она прокрутила план в голове. Сумка была в шкафу. Наденьте ее абайю на случай, если ее обнаружат в коридоре или понадобится бежать. Не забудьте латексные перчатки. Подойдите к окну, разверните электромагнит, вставьте его в розетку, снимите защитную пленку с клея, вставьте ее в оконную раму, затем установите электромагнит на место и включите его. Досчитайте до тридцати, выключите его, поставьте на пол, поверните рычаг и приоткройте окно. Совсем чуть-чуть. Избавьтесь от перчаток. Потом возвращаюсь в спальню.
  Теперь она почувствовала нервный трепет, охваченная нетерпением, когда увидела, что Ибрагим продолжает танцевать с девушкой. С нее было достаточно, и она сразу подошла.
  “ Не возражаешь, если я вмешаюсь? Девушка злобно посмотрела на нее. Саша увидела легкое веселье на лице Ибрагима, когда она бросила на девушку взгляд, как бы говоря: “Я все еще фаворитка”. Ибрагим закружил Сашу прочь от девушки, оставив ее позади, как сброшенное нижнее белье.
  “Вечная Саша”. Он смотрел на нее злорадными глазами. “Почему бы нам снова не уехать?”
  Она почувствовала прилив эмоций, не в силах даже определить их.
  “Сейчас у меня больше работы, ” сказал он, “ но я мог бы уехать на несколько недель. Как насчет Венеции?”
  “ Хорошо, ” выдавила она. Она поняла, что ее душа борется за то, чтобы ее услышали. Стонет от того, что она должна сделать. Она заставила себя вспомнить: Яссар. Слова Ибрагима на пленке. Простое заявление Тома: Это нужно сделать. Она снова положила голову ему на плечо, теперь уже не в силах смотреть ему в глаза.
  
  
  
  Саша лежала без сна в постели, уставившись в темноту на другом конце комнаты, единственным освещением был зеленый огонек дисплея цифровых часов. Ибрагим спал рядом с ней. Она доставила Ибрагиму несколько особенно продолжительных удовольствий. Она взглянула на часы: 1:02 ночи - это была та часть, о которой ей не нужно было думать: как она проснется в назначенный час. Она не могла, не хотела спать. И теперь ее разум продолжал работать над тем, как изменится ее жизнь. Неважно, как все обернется, удастся ли это или провалится, или команда вообще не приедет. И если это сработает, сможет ли она остаться? Сможет ли она на самом деле жить здесь, по сути, как дочь Яссара — и убийца его сына? Теперь она видела в этом абсурд, чувствовала, как ее эмоции рушатся.
  Она снова посмотрела на часы. Ожидание.
  В холле послышались шаги: королевский стражник совершал обход. Она вновь ощутила решимость, которая подтолкнула ее к тому, что она сделает. Пора, сказала она себе и соскользнула, дюйм за дюймом, с простыней на прохладный мраморный пол.
  Яссар никогда не простит меня. Она глубоко вздохнула, затем почувствовала возбуждение от холодной отстраненности, которую давала ей цель. Она стояла обнаженная, расправив плечи и откинув голову назад, наблюдая за принцем Ибрагимом, мужчиной, которому она служила наложницей в течение трех лет. Но ты не заслуживаешь того, чтобы увидеть, как это произойдет.
  Она медленно двинулась к шкафу...
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 29
  
  
  
  ДЖУЛЫ, ТВЕНТИ ГУШАМИ , АИДТИ. РИЯД, Саудовская Аравия. Саша лежала лицом вниз на полу эвакуационной машины, в ушах у нее все еще звенело от резких очередей пулеметов и взрыва С-4. Ее голова раскалывалась, и ей пришлось напрячь мышцы живота, чтобы каждый толчок на дороге не выбивал из нее дух от более чем 200 фунтов веса наемника. Ее затошнило от того, что она сделала: встала и выпустила пулю в грудь Ибрагима с расстояния менее пяти футов, затем всадила еще одну в затылок его безжизненного черепа для пущей убедительности. Она с трудом могла в это поверить. Она знала, что только ее вера в свою любовь к Яссару, а его - к ней, придала ей смелости сделать это. Затем она почувствовала сокрушительную волну боли. Она потеряет Яссара. Она никогда больше не увидит его; не было никакого шанса, что она сможет вернуться к нему со своей импровизацией после того, как план провалился. Она закрыла глаза, сдерживая слезы. И теперь в ней поднялась ярость, сначала на Тома за то, что он втянул ее в это дело, затем на Ибрагима за то, что он был таким слабым, и, наконец, на саму себя за то, что не пошла прямо к Яссару с тем, что она знала.
  Ее лицо было искажено, а дыхание прерывистым. Она почувствовала что-то влажное на своем лице, смогла протянуть руку и вытереть это. Должно быть, на нее брызнула кровь Ибрагима. Ее тошнило. Она чувствовала каждый толчок на дороге, чувствовала запах кордита от взрывчатки и чеснока в горячем дыхании мужчины, навалившегося на нее сверху в BMW.
  И что теперь? Куда она побежит? Сможет ли Том вывезти ее из Саудовской Аравии? Ей придется положиться на Тома. Тома и его безупречный план. Нет, это было несправедливо. Он предупредил ее о риске. Ибрагим был мертв, Яссар был жив; этого удалось добиться. Она почувствовала прилив вины: но командир отделения и по меньшей мере еще двое мужчин были убиты, и она несла за это ответственность. О Боже. Она застрелила двух невинных мужчин, охранников, и другие убитые охранники тоже были на ее совести. Если бы она не настояла на изменении планов, ничего бы этого не случилось. Ее сердце взвыло, отчаянное, проклятое. И теперь она все равно никогда больше не увидит Яссара.
  Невозможно. Ей придется придумать способ вернуться позже. Но как она могла пойти к Яссару? Она не могла вынести мысли о том, что он узнает, что она была замешана — или сделала это. И они найдут ее пистолет. Она никак не могла вернуться. Они, вероятно, убьют ее. Отчаяние овладело ее мыслями.
  Кассета! Она получит ее от Тома. Он был ей многим обязан. Задолжал? Имело ли это значение в нашем бизнесе? Да, она получит запись, где Ибрагим клянется убить своего отца, а затем пойдет к Яссару. Но сделает ли это Том?
  Она что-нибудь придумает. Убедит Тома. Она должна. Иначе она была бы в бегах, навсегда отдалившись от Яссара. Или мертва. Теперь машина замедлила ход почти до полной остановки, затем завела двигатель и помчалась вверх по пандусу. Двигатель заглох. Она почувствовала, как грубая ткань ее абайи натирает бедра, мужчина, лежащий на ней сверху, надавил на нее, чтобы приподняться. Она услышала, как распахнулись дверцы машины, как зазвенело оборудование, когда мужчины выбрались наружу. Ее дыхание стало прерывистым. Она чувствовала отчаяние и панику одновременно.
  Она вылезла из машины и увидела, что они находятся внутри тускло освещенного тягача с прицепом, задние двери которого уже закрыты, а затем почувствовала, как прицеп тронулся с места. Она упала на пол, когда машина набрала скорость. Четверо мужчин в форме рухнули вокруг нее, пыльные и потные, один стоял на коленях и потирал бедро, другой ухаживал за ним. Один из мужчин помог ей подняться.
  “Мы вынесли тебя из кратера”, - сказал он.
  Она отвела глаза. - Спасибо.
  -Сколько человек убито?
  “ Я видела троих, ” сказала Саша. - Включая руководителя группы.
  - Черт возьми, - прошептал мужчина, который ухаживал за его ногой.
  “Он так и не добрался до него, до цели”, - сказал другой.
  - Я так и сделал, - сказал Саша.
  Четыре пары глаз были устремлены на нее. “ Ты уверена? - спросил мужчина с больной ногой.
  “ Я уверена. Саша посмотрела на него. “ В упор. Два выстрела. "Беретта Гепард" лидера группы. Совсем как у меня. Она заметила, что они смотрят на нее. Она не знала, был ли это ужас, восхищение или просто удивление. Она тоже пока не была уверена в своей собственной реакции, в отсутствии эмоций, как будто была ошеломлена тем, что произнесла это. Теперь убийца на свободе. Еще десять минут они ехали молча.
  Тягач с прицепом остановился, затем открылись задние двери, ведущие внутрь склада. Саша увидела Тома Годдарда, идущего к трейлеру, его лицо было напряженным, как маска. Волна ужаса от того, что она натворила, снова охватила ее. Двое других мужчин, которых она не узнала, шли позади Тома. Команда "эскадрона смерти", громыхая ботинками, вышла из трейлера.
  Саша подошла к краю, ощущая босыми ногами грубую сталь и песок на полу трейлера. Один из мужчин помог ей спуститься, пока остальные стояли и разговаривали с Томом и двумя мужчинами. Том подошел к Саше. Она чувствовала, как ее охватывает мука, как будто ей нужно было признаться Тому в том, что она сделала. Ее дыхание было затрудненным.
  “ Нам нужно забрать тебя отсюда, ” сказал он, внимательно изучая ее лицо. - С тобой все в порядке?
  “Я ...” Ей нужно было сказать ему, ей нужна была хладнокровная деловитость, с которой он велел мужчинам в трейлере вернуться к ней, но сейчас она была ошеломлена и не верила, что она вообще это сделала. “Ибрагим... я...”
  “ Я слышал. Он взял ее за руку и повел к двери в кабинет. Бумаги были разбросаны на ветхом письменном столе и вокруг него на полу. Все окна были изнутри выкрашены в черный цвет. Он усадил ее на деревянный стул у пыльного стола, сам сел напротив. Он посмотрел на часы.
  - У нас не так много времени. Сначала мы отвезем тебя в посольство, потом подберем тебе одежду, подстрижем и покрасим волосы. У нас есть ваши документы и паспорт США, чтобы вытащить вас как жену нефтяного брокера из Хьюстона. Чем скорее мы уедем, тем лучше”.
  Саша почувствовала, как к ней возвращаются силы. - Я не уйду.
  Том посмотрел на нее так, словно она сошла с ума. - Что?
  - Я возвращаюсь в Яссар.
  - Нет, это не так.
  - Я должен.
  “ Ты с ума сошел? Они прикажут тебя убить.
  “Нет”, - сказала она, глядя на него снизу вверх со всей сталью в глазах, на которую была способна. - Ты собираешься мне помочь.
  -Какимобразом?
  “Убедись, что он понимает и верит мне”.
  Том просто смотрел на нее, потеряв дар речи.
  “Я получу доказательства. Тогда я вернусь”. Теперь она не просто притворялась хорошей, сохраняя самообладание. Ее мысли снова были на месте, она знала, что делает.
  - Какого рода доказательства?
  “Кассета”.
  “ Ни в коем случае. Они свяжут это с нами.
  - Ты у меня в долгу.
  “ Почему? Она заметила вспышку сомнения в его глазах. У него это хорошо получалось, но она видела, что он чувствует себя в долгу перед ней.
  - Ты сделал меня пешкой.
  “ Ты пошла на это с открытыми глазами. Его взгляд снова стал жестким. Она уставилась на него в ответ, задаваясь вопросом, были ли ее глаза такими же твердыми, как у него. Он всегда поручал кому-то другому убивать его? Она только что убила его. Ее взгляд, должно быть, тверже.
  Последовала долгая пауза. “ Чего ты хочешь? - наконец спросил он.
  “ Я уже говорил тебе. Запись. Чтобы доказать Яссару, почему я это сделал.
  - И я уже говорил тебе, что этого никогда не случится.
  “Ты можешь это сделать, сделай копию”.
  Том посмотрел на часы, затем провел пальцами по волосам. “ Я могу вытащить тебя. В безопасности. В бегах, но в безопасности. Мы можем даже похоронить тебя. Фальшивая смерть и новое удостоверение личности.
  Его голос звучал холодно. Она сказала: “Нет. Я возвращаюсь в Яссар”. Она увидела, как он вздохнул, затем наклонился к ней, как делал всегда.
  “ Хорошо, ” сказал он с нежностью в глазах. Он протянул руку и погладил ее по лбу, чего никогда раньше не делал. “Хорошо”.
  Саша почувствовала, как эмоции подступают к горлу, вся усталость, шок и агония последних дней хлынули наружу. Одними губами она произнесла: “Спасибо”.
  “ Нам нужно придумать, как доставить вас обратно внутрь. Он снова посмотрел на часы. “У нас уже есть легенда — часть нашего планирования на случай непредвиденных обстоятельств на случай, если весь план провалится”. Он говорил скорее сам с собой, чем с ней. “Я был слабоумным орудием, затем, наконец, сорвался с цепи и возглавил группу ренегатов внутри агентства, поддержав совместную операцию США , Великобритании и Израиля по устранению других глав аль-Муджари, и я решил также устранить Ибрагима ”. Теперь он смотрел вдаль, как будто обдумывал, куда ему двигаться дальше. “Они отправят меня обратно в Лэнгли. Вероятно, все равно вскоре вернулся бы обратно, стал начальником отдела, управляющего всем этим регионом. Но теперь, после этого, кто знает, после того, как все так обернулось ... Он остановил себя и снова повернулся к ней. “Но есть кое-что, с чем мы не можем вам помочь”.
  - Что это? - спросил я.
  - Даже если он тебе поверит, ты все равно убил его сына.
  Саша с трудом сглотнула. Яссар никогда меня не простит.
  
  
  
  Яссар казался таким же мягким и бесформенным, как кресло с толстой обивкой, в котором он сидел в гостиной своего номера. Раньше он задавался вопросом, не был ли он в шоке, но знал, что боль в груди и усилие, которое потребовалось, чтобы держать голову прямо, означали, что реальность убийства Ибрагима была с ним. Он взглянул на Нибмар, все еще скорчившуюся в углу дивана, окруженную скомканными бумажными салфетками, с растрепанными волосами, в халате поверх ночной рубашки. С некоторым усилием он поднялся с сиденья, сел рядом с ней, обнял ее крошечное тельце и притянул к себе. Всегда такая энергия и внутренняя сила. Теперь посмотри на нее. Она прислонилась к нему, глядя на него покрасневшими и опухшими глазами. Теперь он почувствовал, как его переполняет собственное горе, и с трудом сдержал слезы, но Нибмар увидел это и рухнул, закрыв лицо руками, снова зарыдав.
  Яссар потянулся к себе за своим гневом. Вот оно. Его новорожденная ненависть. Он вспомнил свою клятву прошлой ночью, свою клятву отомстить за Ибрагима. И теперь, подумав о Саше, он почувствовал прилив боли. Как она могла так поступить? Как она могла причинить ему такую боль?
  Кто-то постучал в дверь. - Войдите, - сказал Яссар.
  Асад аль-Ануд, глава тайной полиции Саудовской Аравии, вошел и напряженно встал. “По-прежнему ничего”, - сказал он. — Мы нашли одну машину - “БМВ”.
  - А мертвецы? - спросил я.
  “ Мы не можем их идентифицировать. Вероятно, наемники. Мы сейчас проверяем, но не ожидаем, что это приведет нас к чему-либо в ближайшее время.
  Да, вероятно, это будет долгая охота, но он догонит их. Он почти предпочел бы, чтобы так и было. Долгая охота, пусть они терзаются беспокойством, всегда оглядываясь через плечо. Пусть им будет плохо, пока их не поймают. И Саше тоже. Окончательное предательство.
  - Продолжайте проверять.
  
  
  
  Саша вышла из конспиративной квартиры, одетая в черную абайю и головной платок, ее сопровождал мужчина-араб в полном саудовском одеянии и головном уборе. Они шли к Королевскому дворцу по миле извилистых пыльных улочек, вдоль которых лавочники предлагали свои товары. Она почувствовала скорее облегчение, чем напряжение. Через несколько минут она будет во дворце, и тогда, что бы ни случилось, пусть будет так. Она нащупала магнитофон в сумочке, висевшей у нее на поясе, затем ключ от шкафчика с дубликатами всех ее кассет. Она поставит кассету Тома для Яссара, а потом...
  Теперь был виден главный вход в Королевский дворец. На постах охраны были установлены импровизированные барьеры, чтобы держать пешеходов на расстоянии не менее ста пятидесяти футов. Она поняла, что столкнется с королевскими стражниками далеко за стенами периметра. Отчаяние вспыхнуло в ее груди, и она отогнала его, ее переполняла решимость. Она миновала своего сопровождающего, нашла место в баррикаде между двумя постами охраны, нырнула под нее и оказалась внутри.
  Она пересекла двор, королевские стражники окликали ее по-арабски, пыль летела ей в лицо. Она достигла стены по периметру и остановилась перед королевскими стражниками. “Я должна увидеть Яссара”, - сказала она в изумленное лицо мужчины. “Я Саша”.
  
  
  
  Яссар встал и прошелся по комнате. Тихое бормотание и случайные причитания трех других его жен, ухаживавших за Нибмаром, заставляли его нервничать. Он жестом попросил слугу принести еще чаю. Здесь были и другие его дети, одетые в официальный траур — все одиннадцать человек, — и, по крайней мере, они принесли ему некоторое облегчение от страданий, особенно маленький Ассан, которому сейчас три года, его младший сын от четвертой жены Ливы.
  Он услышал резкий стук в дверь, повернулся, устало прикрыв глаза, и сказал: “Войдите”. Снова вошел Ассад. Яссар пересек комнату. Асад произнес только одно слово: “Саша”.
  Он вздрогнул от вопля, который издал Нибмар, услышав имя Саши, затем осязаемо ощутил, как он перешел в рычание, а затем в вой, звук почти нечеловеческий. Он увидел Нибмара, стоящего со сжатыми кулаками и лицом, искаженным гримасой ненависти, лицом, которое он не мог отрицать. Он почувствовал дрожь во всем своем существе, как будто теперь полностью понял новую цель своей жизни.
  
  
  
  Саша сидела на жестком металлическом стуле за столом в душной комнате для допросов в недрах Королевского дворца. Бетонные стены не красили десятилетиями. Окон не было. Только тяжелая деревянная дверь, выглядящая так, словно ее построили столетия назад. Комната из другой эпохи, менее просвещенной, чем нынешняя Саудовская Аравия. Или так оно и было? Она скоро узнает. Она гадала, придет ли к ней Ясар. Она сидела здесь уже пятнадцать минут. Они раздели ее, обыскали, забрали рубашку и брюки, которые она носила под абайей, и оставили ждать. Никакого допроса.
  Шри Ганешеона молилась, чтобы он Устранил ее Препятствия. Она закончила молиться, услышала звуки в коридоре и попыталась вернуть себе то холодное чувство решительного спокойствия, с которым приближалась ко дворцу, но не смогла. Она почувствовала напряжение в ногах и судороги на шее. Она задавалась вопросом, сможет ли она признаться Яссару в своей вине.
  Теперь ее разум снова заработал, к ней вернулось подобие уверенности, которую она чувствовала ранее. Она знала, что это может сработать. Они забрали у нее кассету и диктофон, как и ожидалось, но они, несомненно, прослушают ее, и это было ее доказательством. Тогда начнем. Что, если охранники прослушали запись и решили уничтожить? Она убила нескольких их соплеменников. Они хотели бы видеть ее убитой в качестве мести. А что, если кто-то еще был внутри, помогая аль-Муджари в их планах? Том сейчас был недоступен для нее; у нее не было поддержки.
  Она узнала звуки снаружи - шаги в коридоре, затем скрежет металла о дерево, когда отодвинулся дверной засов. Вошли Яссар и двое охранников. Он уставился на Сашу, которая подняла голову, чтобы посмотреть на него, и почувствовала, как кровь отхлынула от ее лица. “Оставьте нас”, - сказал Яссар мужчинам. Они закрыли за собой дверь.
  Саша почувствовала прилив эмоций, а затем попыталась обрести рассудок. Под ненавистью она увидела боль на лице Яссара. Ей нужно было достучаться до его сердца, до его разума. Вот и все. “Яссар. Я пришла добровольно. Мне нужно было увидеть тебя”.
  “ Тот факт, что вы сбежали, подтверждает вашу вину. Без сомнения, мы найдем ваши отпечатки на оружии. Мы нашли еще один пистолет в вашем бюро. - Он стоял у двери, его тело напряглось.
  Теперь ее сердце ныло. Прости меня!
  - Без сомнения, - сказала она.
  - Это признание? - спросил я
  - Только из-за желания спасти тебя.
  “ Абсурд! О чем ты говоришь?
  - Существовал заговор с целью вашего убийства.
  “ Это смешно. Наша тайная полиция хорошо информирована.
  - Я могу это доказать.
  -Какимобразом?
  - Выслушай меня.
  “Единственное, что мне интересно услышать, - это ответ на один вопрос: почему?”
  Ей казалось, что она съеживается, а он становится гигантом, нависающим над ней. Как она могла сказать это сейчас? Что любит его, что сделала для него. Все происходило не так, как должно, но разве она могла ожидать чего-то другого? Она заставила себя поднять голову. Она собиралась сказать ему. И она знала, что он этого не примет. Она увидела это, услышала в его голосе. И затем, как будто ее слова исходили от кого-то другого, она услышала свой собственный голос: “Ибрагим. Ибрагим и эти люди. Они планировали убить тебя.
  “ Что? Он сделал два быстрых шага к ней, перегнувшись через стол. “Ты думаешь, я поверю, что мой собственный сын...!” - взревел он. Хлопнул засов, дверь распахнулась, и в комнату ворвались двое охранников. Яссар повернулся. - Оставьте нас!
  Он снова повернулся к ней, сделав паузу, как будто подбирая слова. Она откинулась на спинку стула, подальше от него. Она отчетливее видела усталость и напряжение на его лице, морщинки в уголках век и чувствовала резкий запах его тела, как будто он пробудился ото сна и натянул одежду. Теперь она хотела дать ему волю ярости. Выплеснуться. Лучше позволить ему пережить это, чтобы она могла поговорить с рациональным, созерцательным Яссаром, когда он закончит. Тогда была бы возможность урезонить его. Она знала это, была уверена в нем и, в конечном счете, в том, что он чувствовал к ней. Ей нужно было добраться до этого. Она почувствовала, как у нее защемило сердце, когда она подумала об этих словах — о созерцательном Ясаре.
  -Каково было ваше участие в этом?
  - Я передал информацию.
  - Кому? - спросил я.
  “ Американцы, британцы, израильтяне. По крайней мере, они так себя называли. Они выслеживали аль-Муджари.
  - Откуда ты это знаешь? - спросил я.
  Она увидела, как это отразилось на его лице. Аль-Муджари. Она вспомнила, как Том сказал, что они связались с правительством Саудовской Аравии. Может быть, только может быть, он поймет это, поверит ей. Ее сердце воспарило. Первый обнадеживающий знак! Она почувствовала, что у нее дрожат руки. “Сначала они сказали мне. Потом я услышала это сама. Абдул, Валид и Ибрагим. Разговаривали, планировали. Она увидела страдание на его лице, его большая седеющая голова поникла.
  Яссар вздернул подбородок. - Я тебе не верю.
  Ей показалось, что он влепил ей пощечину тыльной стороной ладони. “Я знаю, в это трудно поверить. Но Яссар, подумай о том, как сильно я забочусь о тебе, ты действительно веришь, что я сделаю что-нибудь, чтобы причинить тебе боль?
  Он откинул голову назад, словно почувствовав оскорбление. - Скажи мне, почему я не должен был убить тебя на месте, - рявкнул он сквозь стиснутые зубы.
  Это снова высосало силы из ее тела, ее мозг наполнился чувством обреченности. Сосредоточься! Возьми себя в руки! - Потому что я могу это доказать, если ты мне позволишь.
  “Позвольте мне это понять”, - сказал он. “Вы помогли команде убить моего сына, что вы собираетесь оправдать на том основании, что он был вовлечен в заговор с целью убить меня, своего собственного отца?” Его лицо было ужасным; у нее разрывалось сердце, когда она видела, как он так смотрит на нее.
  Саша ринулась дальше. “ Да. Он был вовлечен — соблазнен — этими экстремистами аль-Муджари, убийцами, и втянут в их планы по свержению правительства, возвращению страны к правлению фундаменталистов. И поставит Ибрагима главой марионеточного правительства”. Она почувствовала, что начинает ломаться, и наклонилась вперед в кресле. “Яссар, ты мне как отец. Я вернулся за тобой. Я мог бы убежать”. Она услышала отчаяние в своем голосе, но не смогла остановиться.
  “ Доказательство! ” сказал он. Теперь его взгляд был холодным и отстраненным.
  “ Ключ в моей сумочке. Они сказали тебе об этом?
  - Они это сделали.
  - А магнитофон и кассета? - спросил я.
  К ней вернулся голос: “Ключ от камеры хранения на автобусной станции. Все мои кассеты, абсолютно все, дубликаты там. Я сохранила их на всякий случай. И кассету, и диктофон, которые я принес. Это окончательное доказательство.
  Яссар вернулся к двери и постучал в нее. “Магнитофон”, - сказал он, и ему немедленно передали магнитофон. Яссар жестом велел им закрыть дверь, пересек комнату и положил диктофон на стол.
  Он включил его, и комнату заполнил голос Абдула. “Тогда, наш святой друг, ты должен выбрать между жизнью своего собственного отца или сохранением чистоты исламского государства! Либо твой отец и его братья в правительстве Саудовской Аравии должны умереть, либо неверные в конечном итоге осквернят нашу святую землю и уничтожат нацию ислама!” Саша смотрела на лицо Яссара, и ее сердце тянулось к нему, когда по нему пробежала вера.
  Абдул продолжал: “Принимаете ли вы этот серьезный вызов, это испытание, которое Аллах избрал для вас? Выбираете ли вы сохранение нации ислама? Выбираете ли вы возвращение священных исламских мест мусульманскому народу? Выбираете ли вы изгнание неверных? Выбираете ли вы смерть для королевской семьи Саудовской Аравии?”
  “ Да! Раздался голос Ибрагима, казалось, выбивший дух из Яссара. Он осел там, где стоял. Она хотела подойти к нему, но сдержалась. Он должен услышать остальное.
  Абдул снова: “Ты сделаешь это?”
  Валид сейчас же, настойчиво: “Ты единственный, кто может! Никто другой не сможет подобраться достаточно близко!”
  Теперь безошибочно узнаю голос Ибрагима, его предательство: “Да! Да, я убью его!”
  Ясару казалось, что он вот-вот рухнет на пол, как гигантское дерево. Он двинулся вперед, выдвинул один из металлических стульев и тяжело опустился на него.
  Откроется ли его сердце ей сейчас? Она увидела, как смягчились его глаза, затем почувствовала, как в ней зарождается надежда. Да, они пройдут через это. Затем его лицо стало непроницаемым. “Почему ты не пришел ко мне?”
  - Я пыталась, - сказала она, потянувшись к его рукам через стол.
  Он отстранился. “ Ты пыталась? Моя дверь всегда была открыта для тебя.
  “Яссар, пожалуйста, поверь мне. Подумай. Я усомнилась во взглядах его друзей, в их влиянии на Ибрагима.”Она увидела, что он отвел взгляд, как будто раздумывая. Она продолжила. “Послушайте другие записи — об их планах, участии Ибрагима, там есть все”.
  “ Может быть, ” сказал он. - Но ты все равно предала меня.
  “ Я сделал все, что мог. Я пытался, но не было времени убеждать тебя. Я должен был спасти тебя.
  “ А теперь чего ты ожидаешь? В его голосе прозвучала твердость.
  “ У меня нет никаких ожиданий. Теперь она была спокойной, смирившейся. “ Я хотела вернуться к тебе. Помочь тебе пройти через это, если ты позволишь мне. Прошу тебя простить меня”.
  -За твое предательство?
  Она заставила себя найти в себе ту же решимость, которая помогла ей пережить ужас прошлой ночи. “ Это было хуже, чем твое предательство по отношению ко мне? Ты вырвал меня из той жизни, что у меня была, чтобы привести сюда таким образом? По крайней мере, у меня была причина сделать то, что я сделал. Какая была у тебя? Ты хотела хорошенько потрахаться со своим своенравным сыном?
  Яссар встал.
  “ Яссар! Саша вскочила со стула, опрокинув его на пол. Она в ярости выгнула шею в его сторону. “Я не позволю тебе уйти!” Она обежала вокруг стола и, вцепившись в его одежду, приблизила свое лицо к его лицу. “Все твои учения, все твои молитвы! Для чего? Чтобы ты мог отбросить их в сторону и быть поглощенным ненавистью до конца своей жизни?”
  “Ты помог им убить моего сына!” - закричал он.
  - Я убил твоего сына! Я сделал это, чтобы спасти тебя! Она увидела, как расширились его глаза, и он попытался оттолкнуть ее. “И если ты хочешь причинить мне боль в ответ, делай, что хочешь! Но я стою на своем, потому что я люблю тебя! Вот что заставляло меня возвращаться к тебе! Даже после того, как ты предал меня! И теперь ты - все, что у меня есть! Так что, если ты собираешься отвергнуть меня, тогда просто убей меня и покончим с этим!”
  Яссар перестал вырываться и прижал ее к своей груди. Она почувствовала, как его тело сотрясается в конвульсиях, уткнулась головой ему в грудь и поняла, что он рыдает.
  “ Я помогу тебе найти этих людей. Мы сделаем это вместе. Пожалуйста, отец, позволь мне остаться, скажи, что ты простишь меня. Она почувствовала, как его объятия стали крепче; это был ее ответ. Она удерживала его, притягивала к своей душе, чувствовала удовлетворение, от которого все, что было раньше в ее жизни, казалось справедливым.
  
  OceanofPDF.com
  КНИГА 5
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 30
  
  
  
  AUGUST, THIS YУХО.ФУ ТыОРОЧИЙ город. Дэниел ходил из одного конца гостиной в своей квартире в другой. Его внутренности словно грызли сами себя. Он посмотрел на дверь ванной, за которой Лидия приводила себя в порядок, по-видимому, эмоционально истощенная после своего признания ему. И все же, она все еще не дала ему больше, чем общий обзор. Сколько слоев было при снятии кожуры с этой луковицы? И теперь, чтобы усилить свое напряжение и ментальную дезориентацию, он беспокоился о ней.
  Это было нереально: он был связан с женщиной, которая говорила, что прожила жизнь, напоминающую триллеры, которые он читал на каникулах. Жизнь в бегстве от темных фигур, использование нескольких паспортов, случайная работа — для кого? Она не сказала. Ему стало интересно, убивала ли она когда-нибудь. Затем он выбросил эту мысль из головы.
  
  
  
  Саша посмотрела на себя в зеркало в ванной. Она была заплаканной, в глазах стояли слезы. Слова Дэниела тронули ее не только потому, что они были неожиданными. Он любит меня. И он сказал, что мы разберемся во всем вместе. Как она могла не быть тронута, услышав это от Дэниела? Ее голова была высоко поднята; она чувствовала гордость.
  И теперь она знала, что чувствует: она любила его. Теперь она знала, что это была настоящая причина, по которой она вернулась после своего молниеносного ухода из его дома на выходные, после того, как ее прикрытие почти раскрылось. Не из-за ее миссии, а потому, что она была влюблена в него. Как она могла не знать этого раньше? Это было то, чего она всегда хотела. Кто-то, кто любил ее и кого она любила в ответ, во что они двое могли верить.
  Она глубоко вздохнула, откинулась назад и, нащупав прохладную латунную вешалку для полотенец позади себя, ухватилась за нее, чтобы не упасть. Я люблю его. После всех этих лет перед ней было то, чего она хотела, если бы только она могла понять, как это осуществить. Забавно, как жизнь выбивает у тебя ноги из-под ног, когда ты меньше всего этого ожидаешь. И, о, какие это меняет перемены. Теперь все по-другому.
  Она вспомнила первый день в Эр-Рияде с Нафтой, своей наложницей, невообразимую жизнь, которая только зарождалась. Детские желания испытать ”бури в своем сердце“ или "реки страсти” — подавлены. Теперь она была готова отправиться к возлюбленному, которого выбрала, и чувствовала, что ее любовь к нему пылает. Это было тем, чего она хотела, отправив его в тот день вместе с Nafta, но с тех пор ждала. Общая сумма ее эмоциональной жизни.
  Она знала, что должна была сделать. Рассказать ему все, а потом позволить ему решать. Это и показать ему, что она чувствовала; быть честной.
  Она открыла дверь, мгновение постояла, глядя на Дэниела, затем направилась к нему через комнату.
  
  
  
  Дэниел все еще мерил шагами комнату, медленно, как боксер, отдыхающий между раундами, когда Лидия вышла из ванной. Он обернулся на звук открывающейся двери, думая, что уже перешел к делу, когда ее выражение лица с глухим стуком заставило его отступить на шаг.
  Она стояла в дверях, сияя, как будто только что проснулась после их первой ночи занятий любовью. Ее глаза обладали мечтательной мягкостью и в то же время излучали непоколебимую ясность и намерение. Она стояла, характерно подняв голову и расправив плечи. Более чем уравновешенный, в состоянии благодати.
  “Спасибо, что позволил мне собраться с мыслями, дорогой”, - сказала она. “Мне уже лучше”. Дэниел рассматривал ее, когда она пересекала комнату по направлению к нему, язык ее тела, тон ее голоса, ее поведение, все, как у Свенгали, говорило ему, что теперь все в порядке. Успокаивает его. В ее глазах появилась выразительность той ночи, когда они встретились. Нет, в стиле Свенгали было неправильно; никакой ловкости рук, просто Лидия. “Я сожалею обо всем стрессе, через который это заставило тебя пройти”. Он почувствовал тепло и упругость ее тела, когда она обняла его, как будто он впервые обнимал ее. Она поцеловала его, затем за руку подвела к дивану. Дэниел подчинился, каким-то образом успокоенный смесью спокойствия и целеустремленности в ее голосе.
  
  
  
  Саша усадила Дэниела на диван, сама расположилась в кресле по диагонали от него, ее колени касались его колен.
  “ Ты прав, ” прошептала она, чувствуя, что начинает дрожать. Настал тот самый момент. “Я должен рассказать тебе все”.
  Она приготовилась продолжать, готовая описать мозаику событий своей жизни — коленопреклоненные молитвы Ганеше в ашраме Свами Крипананды, изучение ислама с Яссаром, жизнь с Ибрагимом, Томом Годдардом и ЦРУ…Все шло к этому. Ее дрожь усилилась. “Я жила с тобой во лжи с самого начала. Во-первых, Софи не была Софи. Возможно, это не имело значения, но она была Кристиной, графиней Дель Мира. Меня зовут Саша...
  - Что? - перебил он.
  Она стряхнула его руку. “Sasha Del Mira. Кристина воспитывала меня как свою подопечную — никогда официально не удочеряла. Она начала принимать наркотики, а потом, по правде говоря, впала в отчаяние. Зависимая. Она тяжело сглотнула. “Она ‘продала’ меня Яссару”. Ее сердце плакало. - Продал меня в наложницы своему сыну Ибрагиму.
  Она увидела, как голова Дэниела откинулась назад, увидела, как эмоции залили его щеки.
  Ее захлестнула боль, но она продолжала. “Ибрагим связался с этими исламскими фанатиками—фундаменталистами, о которых, я уверен, вы слышали - аль-Муджари”.
  Она увидела, как он натянуто кивнул, его глаза остекленели.
  “Я был завербован ЦРУ в качестве агента под прикрытием, чтобы сообщать о деятельности Ибрагима и аль-Муджари. Когда они повлияли на Ибрагима, чтобы тот помог им убить его отца — Яссара — и сделать Ибрагима своим марионеточным правителем Саудовской Аравии, я помог ЦРУ убить Ибрагима”. Нет. Недостаточно. Ее упущение жгло ей душу. — Я... я сам убил его.
  
  
  
  Теперь Дэниел наклонился вперед. Прошло несколько мгновений, прежде чем он осознал, что смотрит в стену — в никуда, его мозг работал. Иисус. Он осознал, что его рот начал двигаться задолго до того, как из него вырвался какой-либо звук, затем услышал судорожный хрип, вырвавшийся из его горла. Он с трудом сглотнул и посмотрел на Лидию. - Продолжай, - сказал он глухим голосом.
  - Ты еще не слышал самого худшего.
  Теперь он почувствовал, что дышит неровно. Он кивнул головой, предлагая ей продолжать.
  Саша увидела, что зрачки глаз Дэниела сузились, он наблюдал за ней, словно задаваясь вопросом, сколько еще осталось, а сама Саша испугалась, потому что не могла прочесть его реакцию. Справится ли он с этим? Она продолжила. “Я вернулась, умоляла, объяснила Яссару. Он был мне как отец — он до сих пор единственный отец, которого я когда—либо знал, - и он принял меня обратно. Я продолжал жить в Королевском дворце, начал заниматься тем, чему меня обучали, — тайной разведкой. Множественные личности, паспорта, деньги. Вы были правы, подвергая все это сомнению.
  Саша говорила медленно, каждое слово было похоже на рождение ребенка. “Я делала это годами, чтобы помешать этим террористам, время от времени работая под прикрытием. Я даже помогал Яссару с тобой, Дэниел. Она услышала в ушах рев реактивных двигателей. “Когда Яссар узнал, что аль-Муджари, возможно, планирует какую-то форму компьютерного терроризма в нефтегазовой отрасли, он послал меня сюда шпионить за вами. Я не мог сказать тебе, потому что мы не знали, можем ли тебе доверять. Меня послали встретиться с вами, пообщаться, передать информацию и, самое главное, дождаться, не всплывет ли что-нибудь из слухов о терроризме аль-Муджари ”.
  Она продолжала, говоря быстрее, желая покончить с этим сейчас, все время наблюдая за его лицом. Оно застыло, как маска смерти.
  “Так и есть: террористы планируют свергнуть королевскую семью Саудовской Аравии, установить шиитское фундаменталистское правительство и подорвать мировые нефтяные мощности. Их заговор ведет непосредственно к вам и вашим клиентам. Они будут взламывать и саботировать отраслевое программное обеспечение, которое управляет всеми его операциями. И, похоже, их главное окно в отрасль - через ваши ссылки на ваших клиентов. Но должны быть и другие, возможно, через других консультантов отрасли. Я даже использую псевдоним компьютерного хакера Алики, чтобы узнать об их деятельности. Вот почему я взломал ваш компьютер ”. Она продолжала всматриваться в его лицо, ее сердце ныло. - Ты будешь снова доверять мне? Ты поможешь нам? Дэниел, я тоже влюбилась в тебя и не хочу тебя терять. ” Ее голос был слабым. - Прости, дорогой, так прости...
  Она чувствовала, что ее нервы натерты до нитки, и все же она была уверена. Они могли бы это сделать, они вдвоем. Пройти через это и жить дальше. Еще немного. Она сжала руки Дэниела в своих. Не позволяй ему угаснуть, не сейчас, не после всего этого. - Дэниел, не сомневайся, что я люблю тебя. - Она бросилась рядом с ним на диван.
  - Прекрати, прекрати болтать, - сказал он.
  Она чувствовала, как он обнимает ее, как вздымается его грудь. Она хотела сказать ему, что никогда не оставит его, но промолчала. Теперь слова не имели значения, потому что она чувствовала приказ в его объятиях и была наполнена парящим чувством завершенности. Это было так, как будто она внезапно прибыла к месту назначения — как будто “О, вот и я” выбило из нее дух, затуманило мысли и лишило возможности описать произведенное впечатление. Внезапно что-то запело внутри; она узнала это не по какому-либо звуку, а по ощущению, по чудесной щекочущей вибрации, похожей на гудение в ее душе. Какой способ познать его любовь! Лиризм изнутри. Она поняла, что больше не будет никаких поисков.
  
  
  
  Дэниел все еще испытывал облегчение от того, что преодолел свои страхи, услышав ее слова как обломки прошлого, которого больше не существовало. Она любила его в ответ. Теперь речь шла об их будущем. Он откинулся назад и посмотрел на Лидию. Она выглядела настойчивой, напряженной. Затем, увидев, что она поняла его согласие, ее лицо озарилось радостью, и она снова стала той маленькой танцовщицей, которую он встретил в другом конце зала у Гэри и Джонатана. Теперь Дэниел заново прочувствовал ее, увидел ее улыбку, смесь томности и энергии. Он был почти недоверчив, почти неспособен вынести интенсивность простого объятия ее вот так. Затем, в следующий момент, все это показалось таким легким. Он вздохнул и почувствовал совершенство. Нет, не совершенство, осознание того, что этого не произошло, было не для него, а то, что она была для него, до тех пор, пока он мог заслужить это от нее.
  Лидия наблюдала за ним с умиротворенным выражением лица. Она заговорила снова. “Когда я понял, что люблю тебя, это было так, как будто мой дух всколыхнулся от узнавания, как будто это было всегда, и мне просто нужно было это понять. Не было предопределено, что я найду тебя, но с тех пор, как наши души однажды соприкоснулись, ты был рядом, чтобы помочь нам обоим взрастить нашу любовь верой, научить нас тому, что мы уже знали ”.
  Дэниел не ответил, у него не было голоса, чтобы заговорить, даже если бы он был в состоянии сформулировать свои мысли. Затем, медленно, пришли слова, а вместе с ними и ощущение тяжести.
  “Если все это правда, то на карту поставлено гораздо больше, чем королевская семья Саудовской Аравии. Если этот саботаж означает то, что я думаю, то могут погибнуть тысячи, может быть, даже сотни тысяч. И это может нанести ущерб не только нефтяной и газовой промышленности. Энергетика, транспорт, промышленное производство — все остановится. Экономики рухнут, как костяшки домино. Мы не можем терять время. Нам нужно двигаться — сейчас ”.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 31
  
  
  
  AUGUST, THIS YУХО.ФУ ТыОРОЧИЙ город. Саша поцеловала Дэниела в лоб, когда он спал на диване, куда рухнул от изнеможения через пятнадцать минут после того, как они закончили разговор.
  Он пошевелился. - Который час?
  -Почти полночь.
  - Господи, почему ты меня не разбудил?
  “Дорогая, ты устала. Ты съездил на один день в Европу и вернулся обратно, а потом тебе на голову свалили последние двадцать пять лет моей жизни.
  Он улыбнулся. “Я с нетерпением жду следующих двадцати пяти”.
  “ Если это не продлится дольше, я буду чувствовать себя ужасно обманутой. Я долго ждала, чтобы найти тебя.
  Он поцеловал ее. “ Согласен. Затем его глаза сузились. “ Эй, нам пора идти. Нам предстоит еще много работы”.
  “ Завтра первым делом. Прямо сейчас я укладываю тебя в постель.
  -Только я?
  Она почувствовала, как изменилось ее собственное лицо, губы сжались, а брови нахмурились. - Мне нужно кое-что сделать до завтра.
  Уложив Дэниела спать, Саша пошла в кабинет Дэниела и достала свой ноутбук. Она набрала электронное письмо:
  ЕСТЬ ЧТО-НИБУДЬ НОВОЕ? Я ЖДУ СЛЕДУЮЩИХ ИНСТРУКЦИЙ ОТ БИНА
  АБДУР.
  АЛИКА
  Она зашифровала его и нажала “отправить”. Через несколько минут ее компьютер подал звуковой сигнал. Она деэншифровала и открыла ответ по электронной почте.
  НИЧЕГО. ТИХО. ДАМ ТЕБЕ ЗНАТЬ.
  АЛИ
  Она почувствовала, как напряглись мышцы ее рук. Снова в тупике.
  
  
  
  Август этого года. В сети. Ответив на электронное письмо Алики, Али уставился на экран своего компьютера. Его глаза моргали в такт движению курсора, который пульсировал на зеленом фоне.
  Он решил, что пришло время ему самому взломать систему Saudi Aramco. Имя пользователя и пароль, которые дала ему Алисия, сработали, но теперь он не был уверен, что может доверять ей. Всегда задает вопросы, пробуя предпринять следующие шаги. Что, если имя пользователя, которое она ему дала, было растением и, следовательно, его можно было отследить? Возможно, ее вопросы и зондаж были вызваны только тем, что она была жадной и хотела большего участия за большие гонорары. Но даже если бы ей можно было доверять, теперь, когда он увидел масштаб амбиций шейха и соответствующий размер гонорара, он не был уверен, что хотел бы делиться ими с Алисией, если бы мог сделать это сам. Кроме того, у него было полдюжины других хакеров, всех из которых он знал и которым доверял годами, и ему нужно было заплатить, чтобы вся работа Шейха была выполнена вовремя.
  Поэтому он начал бы со взлома Saudi Aramco и получения своего имени пользователя и пароля в их системе.
  Он начал взламывать себе путь внутрь, но наткнулся на брандмауэр компании. После часа попыток он догадался, что брандмауэром был грозный Хищный орел, и в конце концов сдался.
  Он приступил к тому, что, как он теперь знал, будет длительной осадой. Он проверил созданные им личные профили трех системных менеджеров Saudi Aramco. Ему не нужно было идти дальше первого.
  Давайте посмотрим, мистер Бопал. Вам тридцать один год, вы посещали частную среднюю школу в Бомбее, были отправлены в Массачусетский технологический институт для получения степени бакалавра и степени магистра компьютерных наук. Вы проработали в IBM в Армонке, штат Нью-Йорк, системным программистом в течение двух лет, затем перешли непосредственно в Saudi Aramco, после чего продвинулись по служебной лестнице до системного менеджера. О, неверующий, тебе нравится посещать наш веб-сайт sex.fun.com, ты страстный поклонник крикета, тебе нравятся пьесы Шекспира, ты религиозный индуист.
  Бопал посетил этот сайт cricketnews.com за предыдущий месяц 52 раза. Вот и все. Он сразу же приступил к работе. Он зарегистрировался на одном из полудюжины веб-сайтов, которыми владел за последние два месяца, для использования в качестве анонимного отправителя электронных писем - программы, которая скрывала личность и местоположение отправителя электронных сообщений в любой точке Интернета. Оттуда он вошел на веб-сайт cricketnews.com, затем вышел из системы. Он просмотрел файлы на своем жестком диске и нашел файлы cookie, созданные веб-сайтом cricketnews.com в его каталоге. Файлы cookie хранят информацию о действиях пользователей на веб-сайте и позволяют веб-сайту настраивать ответы отдельным пользователям на основе их действий при предыдущих посещениях веб-сайта.
  Али открыл файл cookie и добавил свой собственный файл - троянского коня. Затем он снова вошел на веб-сайт cricketnews.com; поступив таким образом, он разместил троянского коня, которого он добавил когда сайт перехватил файл cookie с его жесткого диска. Он вышел из системы, чтобы подождать.
  В этом случае программа-троянский конь также ждала появления клиента веб-сайта cricketnews.com с именем пользователя Bopal. Первая строка программы гласила:
  Если пользователь = Bopal, то прикрепите
  В 19:56 по местному времени в Дахране, Саудовская Аравия, Маридж Бопал сел за свой компьютер в Saudi Aramco и зашел на сайт cricketnews.com, чтобы проверить результаты матчей по крикету в мире за день. Через несколько минут он вышел из системы cricketnews.com веб-сайт, и троянский конь Али проник в систему Saudi Aramco. Как системный менеджер, Бопал пользовался наивысшим уровнем полномочий, доступным в системе НПЗ Saudi Aramco. Было 8:32 вечера, когда Бопал вышел из своей учетной записи, или думал, что вышел. Это был троянский конь Эли, который имитировал последовательность выхода из системы и оставлял ее открытой. Звуковой сигнал на компьютере Эли сообщил ему, что пришло время.
  Али занял место Бопала, затем прокрутил страницу аккаунта. Он работал быстро, но не из страха, что его поймают, а с трепетом оттого, что взломал сложную систему. Как суперпользователь, имеющий право управлять компьютерной системой на уровне системного менеджера, он прокручивал систему по кругу. Казалось, все было рутинно. Несколько инженеров выполняли диагностические процедуры и некоторые исследовательские расчеты. Программы нефтепереработки медленно запускали свои функции мониторинга и управления. Несколько пользователей порылись в Интернете.
  Четыре аккаунта не использовались более трех месяцев. Хорошо. Как суперпользователю, все, что ему нужно было сделать, это удалить пароли для этих четырех учетных записей, а затем позже снова войти в систему от имени каждого из этих пользователей, введя новый пароль, который будет знать только он.
  Десять минут спустя Али вышел из системы под именем Bopal, а затем снова набрал номер Saudi Aramco через свою программу анонимной рассылки и снова вошел в систему под именем пользователя “Portnoy”, одной из четырех учетных записей, которые он украл. Он ввел новый пароль “Украден”, которым заменил пароль Портного.
  “Теперь начинается самое интересное”, - сказал Али вслух. Он поискал в своем справочнике написанную им программу-логическую бомбу и загрузил ее в рабочие программы нефтеперерабатывающего завода Saudi Aramco.
  
  
  
  Август этого года. Нью-Йорк. На следующее утро Саша проснулась в 5:00 утра, она была на кухне и готовила чай, когда решила, что больше не может ждать. Все еще слыша, как Дэниел принимает душ, она набрала номер Нафты в парижской клинике, испытывая опасения, когда ее соединили с палатой Нафты.
  -Алло?-спросиля
  - Это я, - сказала Саша.
  “ Сестра, как ты? Саша услышала воодушевление в голосе Нафты.
  - Как ты?
  Последовала пауза. - Как и опасались.
  Саша крепче сжала трубку. - Что это значит?
  “ Поняла это слишком поздно. Рак шейки матки, и он дал метастазы в ... Ее голос затих, затем вернулся. “...все”.
  Саше показалось, что на нее с неба упал метеорит. - Я иду.
  - У меня есть время, сестра, не бросай все. Я хочу услышать, как идут дела с твоим мужчиной.
  Саша едва слышала ее, теперь она думала. Сколько у нее времени? Недели? Месяцы? “Я иду”.
  “Сестра...”
  
  
  
  Полчаса спустя Дэниел вошел в кухню и увидел Лидию — Сашу — Господи, как же он должен был привыкнуть к ее имени? — сидящую за столом с фотографией в руках и полными слез глазами.
  - Что случилось? - спросил я.
  - Кто-то заболел.
  -Кто?-спросиля.
  “ Ее зовут Нафта. Она моя самая старая подруга. Она показала ему свою фотографию.
  - Вы могли бы сойти за сестер.
  “Как будто мы... мы любим друг друга как сестры”.
  - Это серьезно? - спросил я
  “ Рак. И у нее не так много времени.
  Теперь Дэниел увидел, как ее голова поникла. - Прости, - сказал он, беря ее за руку.
  Она сжала его руку. - Я хочу навестить ее, но со всем этим... как я могу?
  “Ради Бога, любимый, если она твоя самая старая подруга, почему ты не пошел к ней прямо сейчас? Большая часть нашей работы по розыску моих клиентов - это то, что так или иначе могу делать только я. Я могу обойтись без тебя день или два ”.
  Она посмотрела ему в глаза. - Я не уверена, что у нас есть время.
  Желудок Дэниела сжался.
  “Ведущий хакер шейха бин Абдура, скорее всего, начал свой терроризм. Он замолчал обо мне, и это неправильно ”.
  Дэниел почувствовал дрожь в груди.
  
  
  
  В такси по дороге в офис, сидя рядом с Лидией, Дэниел прокручивал в голове события предыдущего дня. Это было сюрреалистично. Женщина, которую он любил, была шпионкой, с прошлым, которое ты не смог бы выдумать, будь ты писателем криминальных романов. Это было настолько безумно, что в это можно было поверить. Но этот тщательно продуманный план компьютерного терроризма, его масштаб, удар в сердце двигателя, который движет миром, — нефти, — все это казалось настолько дьявольским, что с ним было трудно смириться. Возможно, ему нужно было дать этому больше времени, чтобы осознать.
  Он сжал руку Лидии в своей, почувствовав внутреннее напряжение в твердости ее пожатия. Он вздохнул и попытался перестать думать о себе, подумать о том, что, должно быть, чувствует Лидия. Она была явно потрясена перспективой потерять подругу, не иметь возможности пойти к ней и, возможно, никогда больше не увидеть ее живой. Он утешал ее, как мог. Но к такой боли она могла быть не готова. И тогда он ощутил те же эмоции, что испытал после смерти Энджи, ту уникальную, непостижимую агонию. Затем он сотворил немыслимое: саму Лидию можно было забрать у него так же быстро, как ее подругу Нафту - у нее, как Энджи - у него.
  Это поместило всю схему терроризма в контекст, персонализировало ее. Какой бы пугающей ни была общая картина — тысячи погибших, разрушающиеся отрасли промышленности и экономики, — возможность потерять Лидию делала ее еще более ужасной. Он почувствовал приступ осознания того, что если бы Лидии не было, и учитывая то место, которое она занимала в его жизни, такое ошеломляющее, такое удивительно большое, что для него было бы невозможно осознать этот уровень отсутствия. Ему не нужно было времени, чтобы осознать преобразующую силу этого прозрения.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 32
  
  
  
  AUGUST, THIS YУХО.ФУ ТыОРОЧИЙ город. Вскоре после прибытия в свой офис Дэниел сел за стол и провел брифинг со своей лучшей командой: Уолтером Перселлом, Стивеном Пейсом и Джеймсом Кэссиди, которые сидели напротив него. Лидия — она предупредила его продолжать называть ее так на людях, как будто ему нужно было напоминать — сидела в стороне в одном из его шезлонгов. Перселл продолжал поглядывать на нее краем глаза, как будто задаваясь вопросом, что она здесь делает. Может быть, он поймет позже. Они почти закончили пересматривать свой подход к выявлению того, кто из клиентов Дэниела-поставщика программного обеспечения - был потенциальной мишенью для проникновения, а затем, в свою очередь, кто из их клиентов мог подвергнуться саботажу.
  “ На какую глубину ты хочешь нырнуть? - Спросил Перселл.
  - Для начала мне нужно правило восьмидесяти двадцати, - сказал Дэниел. Найдите восемьдесят процентов клиентов за двадцать процентов времени, которое потребуется, чтобы найти их всех ”.
  Перселл прищурился и сжал челюсти.
  - Что случилось? - спросил я.
  - Для этого тебе нужны мы все трое?
  - Ты имеешь в виду, тымне тоже нужен? Да, меня интересует скорость. Дэниел мгновение смотрел на него, затем перевел взгляд на двух других своих коллег. - Понял?
  Они оба кивнули.
  Он снова посмотрел на Перселла. “Уолтер, ты делишь клиентов-поставщиков программного обеспечения с этими ребятами как хочешь, но я хочу, чтобы ты работал в IR Systems”.
  Перселл кивнул.
  “Ладно, ребята, спасибо, идите. Мне нужно обновление статуса через два часа”.
  Дэниел проводил их до двери и закрыл ее после того, как они ушли. Он повернулся к Лидии, которая сидела, сложив руки на коленях, одетая в простую синюю юбку, шелковую блузку и синие туфли-лодочки. По ее лицу было видно, что она глубоко задумалась. Теперь он разглядывал ее волосы, которые ниспадали на плечи и подчеркивали форму ее груди. Он почувствовал аромат ее шампуня, или это были тонкие духи, которыми она пользовалась по делам? Прошлой ночью они не занимались любовью, даже после кульминации эмоциональных американских горок. Она улыбнулась ему. Он почувствовал прилив желания.
  Сосредоточься. Не сейчас.
  “Все было бы намного проще, если бы мы могли рассказать им, что происходит на самом деле”, - сказал Дэниел.
  “ Пока нет. Давай подождем, пока у нас не появятся факты, подтверждающие это.
  - Что еще нам нужно? - спросил я.
  “Доказательства саботажа. Вы знаете, насколько это встревожило бы вашу команду? И как быстро это стало бы известно, возможно, даже средствам массовой информации? Без веских доказательств нам бы не доверяли”.
  - Да, но мы не хотим, чтобы это было на нашей совести, если все начнет взрываться.
  Лидия сделала паузу, на мгновение отвела взгляд, затем снова посмотрела на Дэниела, размышляя. “Это не мне решать, дорогой. Это принадлежит Яссару.
  - Почему бы нам просто не позвонить ему?
  Лидия поджала губы. “ Мы можем сначала закончить это? Сколько времени это займет?
  Дэниел начал прокручивать это в уме, затем высказал вслух. “Эти ребята хороши, и я без раздумий отдал им всех своих клиентов-поставщиков программного обеспечения и несколько десятков их крупнейших клиентов. customers...it "это клиенты, за которыми мы охотимся…Я бы сказал, шесть-восемь часов, чтобы получить все, о чем я просил.
  Лидия поморщилась. - И все же давай подождем, а потом решим.
  Дэниел кивнул. Да, к тому же в это все еще довольно трудно поверить. Лучше подождать.
  
  
  
  В 19:00 Дэниел поблагодарил свою команду и отправил их домой. Провожая их до двери, чтобы закрыть ее за ними, он увидел, как Перселл и Пейс обменялись косыми взглядами, вероятно, теперь задаваясь вопросом не только о том, почему Лидия была здесь, но и о том, что задумал Дэниел. В офисе пахло стейками, брокколи и луковыми кольцами — Дэниел заказал в "Палм" для всей команды. Он обернулся от двери. Ужин Лидии все еще стоял нетронутым на дальнем столике. Она была слишком взволнована, чтобы есть, пока они ждали результатов команды, и теперь она уже изучала 22-страничную таблицу Excel, которую подготовила его команда.
  - В это трудно поверить, - сказала она, не поднимая глаз. “ Так много. Тысячи. Я понятия не имела.
  “Я никогда не пытался разобраться в этом сам”, - сказал Дэниел, садясь рядом с ней, держа в руках свою копию таблицы. “Я всегда смотрел на это только с точки зрения моих двенадцати клиентов, которые продают операционное программное обеспечение отрасли, и, я полагаю, более крупных клиентов, которым они предоставляют услуги”.
  “Да, но это переходит на другой уровень. Сколько первичных, вторичных, третичных скважин. Сколько буровых установок. Как много! refineries...it Это почти невозможно переварить. ” Она посмотрела Дэниелу в глаза. Он уловил нотку тревоги. У него заурчало в животе. Он почувствовал легкость в груди, когда вдохнул. Она начинает сходить с ума?
  Он улыбнулся и погладил ее по руке, пытаясь успокоить. “Это немного ошеломляет, если вы принимаете все это сразу, но если мы разберем это, будем делать шаг за шагом, возможно, мы сможем во всем разобраться”. Она кивнула и улыбнулась, но лицо ее было непроницаемым. “Почему бы тебе не съесть что-нибудь, дай мне это проглотить, тогда мы сможем систематически есть вместе”.
  - Хорошо, - сказала она почти робко, затем вгрызлась в стейк так, словно это была ее первая трапеза за неделю.
  Десять минут спустя они сидели бок о бок на диване, держа на коленях электронные таблицы. Дэниел знакомил Лидию с данными. “Первые четыре страницы - это основной список”. Он перешел к пятой странице. “Отсюда все отсортировано по типу конечного использования клиентами”. Он начал листать страницы, называя их. “Бурение разведочных и эксплуатационных скважин, нефтеперерабатывающие заводы, трубопроводы, первичная, вторичная и третичная добыча из скважин и т.д. ... вы видите, как это организовано?”
  Лидия кивнула.
  “Преследовать их всех без какого-либо организованного подхода - это слишком. Поэтому я попросил своих ребят составить список, чтобы мы могли его отсортировать. Нам просто нужно выяснить, каков наиболее логичный подход ”.
  “Сортировка”, - сказала Лидия. “Как у боевых медиков — сначала работают с самыми критическими случаями”.
  “Отлично. Итак, по кому они нанесут удар в первую очередь? Эксплуатационные скважины? Трубопроводы? Нефтеперерабатывающие предприятия? Геологоразведочные компании?”
  Лидия посмотрела на него глазами, в которых читалась настойчивость. “Ты знаешь свое дело. Используй свое суждение. Если бы вы хотели нанести ущерб отрасли, как бы вы могли нанести наибольший ущерб в кратчайшие сроки и как бы он был наиболее устойчивым?”
  “Переработчики”, - без колебаний ответил Дэниел. “Это стало бы узким местом в отрасли. Никто не смог бы перерабатывать сырую нефть в конечный продукт”. Он на мгновение остановился, задумчиво глядя на гравюру с изображением гольфа на стене.
  Лидия схватила его за предплечье. - Не останавливайся, просто позволь этому течь.
  “ А восстановление нефтеперерабатывающих заводов займет годы и обойдется дороже всего. Он посмотрел Лидии в глаза. “Вот куда я бы посмотрел в первую очередь”.
  Лидия начала листать страницы.
  “Не беспокойтесь. Intelligent Recovery Systems - крупнейший игрок в отрасли, и их системы работают на большинстве нефтеперерабатывающих заводов. Если бы я хотел испортить нефтегазовую отрасль, я бы начал с этого”.
  
  
  
  Полчаса спустя Дэниел положил телефон обратно в розетку. “Я не смог дозвониться ни до кого из них, даже по их мобильным”.
  Лидия встала с дивана, тряхнула волосами, подошла и села в одно из кресел перед столом Дэниела. Она подвинула его вперед, чтобы можно было сесть со своей копией таблицы на его столе. Теперь ее глаза горели энергией. Она склонилась над таблицей, ее волосы распустились. “У Intelligent Recovery Systems пятьсот пятьдесят семь клиентов, семьдесят три из которых - нефтеперерабатывающие предприятия, с двумястами двадцатью нефтеперерабатывающими заводами. У "Дрезнер Текнолоджиз" двести пятьдесят шесть клиентов, двадцать шесть переработчиков с семьюдесятью восемью заводами. Она посмотрела на Дэниела. “Насколько это относится к отрасли?”
  Он уже подсчитал. У двух клиентов было 99 нефтеперерабатывающих компаний с почти 300 заводами. “По всему миру? Около сорока процентов нефтеперерабатывающих заводов.
  Ее глаза расширились. “Боже мой, и это только с двумя твоими клиентами”.
  Дэниел почувствовал прилив адреналина, затем вспышку напряжения в груди. Без сомнения, это может обернуться по-настоящему некрасиво. Он потянулся через стол, взял ее за руку и заглянул в глаза. “Я думаю, мы на правильном пути. Неплохо для рабочего дня, любимый. И если эти двое парней не перезвонят мне сегодня вечером, я наброшусь на них завтра утром ”.
  Она сжала его руку и улыбнулась. - Я люблю тебя, Дэниел.
  “ Я люблю тебя. ” Он откинулся на спинку стула. “ И через несколько минут я отвезу тебя домой и что-нибудь с этим сделаю. Лидия снова улыбнулась. “Но сначала мне нужно сделать еще один телефонный звонок. Я кое о чем подумал, когда просматривал список своих клиентов. Есть парень, с которым я раньше работал, Боб Коварик, у которого также есть несколько крупных клиентов, которые поставляют программное обеспечение нескольким десяткам переработчиков ”. Дэниел поднял трубку своего офисного телефона и нажал на клавиши. Голосовая почта, черт возьми. “Боб, это Дэниел Янгблад. Мне нужно кое о чем с тобой поговорить. Я знаю, это прозвучит безумно, но кто-то пытается проникнуть в программные системы некоторых моих клиентов с намерением создать настоящий хаос в отрасли. У вас есть несколько клиентов, в частности Resource Systems, на которых также может быть осуществлено проникновение. Я знаю, что у нас были разногласия в прошлом, но это то, что мы должны срочно обсудить. Пожалуйста, позвоните мне. Воспользуйся номером моего мобильного.
  Лидия сидела прямо на своем стуле, ее челюсть была напряжена, когда Дэниел повесил трубку. “Это должно вызвать реакцию”.
  “ Да, хотя бы по той простой причине, что он выглядел бы героем в глазах своих клиентов, если бы помог им предотвратить все это. И потому, что даже он захотел бы поступить правильно”.
  Он надеялся, что был прав.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 33
  
  
  
  СПАМЯТНИКОМ,ЕМУВУХО.ФУ ТыОРОЧИЙ город. На следующее утро Дэниел допивал чай, любуясь профилем Лидии, когда она скользила по кухне, заново переживая в уме ее занятия любовью прошлой ночью, когда зазвонил его мобильный телефон.
  “Дэниел”, - сказал Дик Джантцен, председатель правления Intelligent Recovery Systems. “Я получил ваше сообщение. Прозвучало так, как будто оно было важным. Как дела, тигр. Дэниел мог сказать, что Дик разговаривал по мобильному, вероятно, за рулем.
  - Спасибо, что перезвонил мне, Дик.
  “Без проблем. Звонит мой главный, я на месте”.
  В животе у Дэниела заурчало. Такое раннее утро, и он кладет его таким толстым? Оставь это в покое. “Спасибо. Поскольку это может немного шокировать, я просто выпалю это ”. Он крепче сжал телефон, почувствовав, как напряглись его руки. Поехали. “У меня есть достоверная информация о том, что кто-то может проникать в компьютерные системы поставщиков программного обеспечения для нефтегазовой отрасли. Я также полагаю, что они могут делать это, нацеливаясь на нефтеперерабатывающих компаний. Поскольку вы крупнейший игрок, я должен предположить, что ваши системы либо уже были скомпрометированы, либо будут скомпрометированы в ближайшее время ”.
  - Ты, должно быть, издеваешься надо мной.
  - Разве я сказал бы что-нибудь подобное, если бы не был серьезен?
  - Ты хоть представляешь себе последствия того, что ты говоришь?
  - Вот почему я тебе звоню.
  - Вы рассказывали это кому-нибудь еще?
  - Тебе я звоню в первую очередь.
  “Хорошо, потому что, если это выплывет наружу, я проведу остаток своей жизни, только и делая, что нянчась со своими клиентами. Что, черт возьми, является источником вашей информации?”
  Дэниел сглотнул; в горле у него было ощущение, что оно набито опилками. Он закрыл глаза, глубоко вдохнул и медленно выдохнул. “Я близок к кое-кому из саудовцев, которые являются одним из моих клиентов, чья тайная разведка раскрыла это”.
  Янцен сказал: “Тайная разведка? Ты имеешь в виду шпионов и прочее дерьмо? Ты с ума сошел?” Он сделал паузу. “Ты говоришь, что ты с кем-то близок. Что, черт возьми, это значит?
  “Женщина...”
  “О, вот и мы, малышка, с которой ты познакомился...”
  - Все совсем не так.
  “ О, это не так? Значит, это серьезно, она твоя девушка?
  Дэниел почувствовал, как энергия покидает его ноги. Все шло совсем не так, как он планировал. - Это не важно.
  Янцен рассмеялся в трубку. “Ладно, дружище, так каков генеральный план со всем этим?”
  Дэниел стиснул зубы, начиная злиться. Он хотел покончить с этим разговором. Либо Янцен купится на это и что-нибудь предпримет, либо нет. “По данным саудовской разведки, саудовская исламская террористическая группировка ”Аль-Муджари" планирует внедриться к поставщикам компьютерных услуг в нефтегазовую отрасль и саботировать деятельность отрасли".
  “То есть ты хочешь сказать, что твоя подружка - своего рода шпионка, и она знает, что какие-то саудовские исламские террористы-психи собираются проникнуть в мою компанию и испортить всю индустрию?”
  Дэниел предпочел не отвечать. Он уже думал на несколько шагов вперед; что Янцен будет делать с этой информацией: вероятно, ничего. Как Дэниел прокомментировал бы свой следующий разговор со Стэном Макдональдом из Dresner Technologies: сделайте это с глазу на глаз.
  “Дэниел, я думаю, ты якшаешься не с теми бабами. Тебе следует перестать думать своим Джонсоном и бросить эту шлюшку. Если я отправлю специалистов по системам к своим клиентам с подобной безрассудной историей, они бросят меня, как горячую картошку ”.
  “ Дик, я понимаю, в это трудно поверить. Но я думаю, что с твоей стороны было бы безответственно просто игнорировать это.
  Янцен несколько мгновений ничего не говорил. Дэниел услышал помехи на линии и понял, что он все еще на связи. “Хорошо, я скажу тебе, что я сделаю. Я попрошу своего начальника проверить, не взломал ли кто нашу систему. Я дам вам знать, если он что-нибудь найдет. Но никогда не перезванивай мне по этому поводу, если только у тебя на линии не ЦРУ или король Саудовской Аравии ”. Янцен рассмеялся, затем связь прервалась.
  Дэниел положил свой мобильный телефон на кухонный стол, поднял глаза и увидел Лидию, стоящую спиной к столешнице, обеими руками вцепившись в ее край, ее руки были напряжены. Ее губы сжались в тонкую линию. “Все прошло хорошо”, - сказала она.
  Дэниел пожал плечами. - Думаю, этого следовало ожидать.
  - Что мы собираемся делать? - спросил я.
  “Извлеките из этого урок. Когда я поговорю со Стэном Макдональдом из Dresner Technologies, думаю, я предложу слетать в Хьюстон, чтобы навестить его. Возможно, было бы лучше сделать это лично ”.
  -И без твоей шпионки.
  Дэниел рассмеялся, желанная разрядка напряжения. - Ты это слышал?
  - Как я мог не сказать, этот человек говорит на частоте около девяноста децибел.
  - Да, и можно сказать, что с ним трудно.
  Лидия склонила голову набок. - Дорогая, этот мужчина из тех, кого вы, американцы, называете мудаками.
  
  
  
  Сентябрь этого года. Хьюстон, Техас. Дэниел вылетел в Хьюстон на следующее утро. Сидя в конференц-зале Dresner Technologies и ожидая появления Стэна Макдональда, Дэниел прокручивал в голове бесконечный цикл мыслей, которые обрушились на него в самолете. Дик Джантцен действительно был прав. Почему бы просто не обратиться в ЦРУ или ФБР? Было ли это потому, что Дэниел не был уверен, что все это реально, боялся выставить себя дураком? Был ли он так сильно влюблен в Лидию—Сашу, - что добровольно жил в пузыре ее собственных иллюзий? Почему бы просто не позвонить Яссару и не положить конец его сомнениям? Потому что он боялся, что это докажет, что он на самом деле не верил в Лидию?
  Дэниел смотрел в окно на офисные башни из стекла и стали, возвышающиеся во всех направлениях над выжженной солнцем прерией, все еще прокручивая все в голове, когда появился Стэн Макдональд. Дэниел крепко пожал ему руку, посмотрел в глаза и провел встречу так, как проходит любая презентация клиента. Сдержанно. Проработал свой мыслительный процесс со стороны клиента, отвечая на возможные вопросы и скептицизм. Продаю его.
  Полчаса спустя Дэниел сидел локоть к локтю с Джимом Фредриксоном, старшим вице-президентом Dresner по системной безопасности. Фредриксон указал на монитор на своем столе. “Я не могу показать вам, как работает брандмауэр. Я могу только показать вам распечатку проверок безопасности, список попыток атак и каталог обнаруженных вирусов, сетевых червей и шпионских программ ”. Фредриксон посмотрел на Дэниела, чтобы посмотреть, понял ли он.
  Дэниел кивнул.
  “И, как вы увидите, здесь нет ничего подозрительного. Так что, если то, что кто-то делает, не является очень тонким и чрезвычайно изощренным, наш брандмауэр не поврежден ”.
  - А как насчет доступа к моей электронной почте? - спросил Дэниел.
  “Давайте проверим”, - сказал Фредриксон, печатая на клавиатуре. Дэниел увидел, как на экране высветилось его имя, затем распечатка электронного ящика, на котором были показаны его контакты с персоналом Dresner. “На первый взгляд, ничего необычного”.
  “Упростит ли кому-либо доступ к моей учетной записи электронной почты в вашей системе взлом?”
  “Возможно, но маловероятно, поскольку наша внутренняя система безопасности интрасети обнаруживает те же вирусы, червей и т.д., что и наш внешний брандмауэр. Но все же это возможно”.
  Дэниел на мгновение задумался. Для него было большой удачей быть принятым во внутреннюю систему Dresner как обычный сотрудник, как доверенный советник фирмы и доверенное лицо Стэна Макдональда. Это дало ему доступ ко всем внутренним меморандумам сотрудников и стратегическим официальным документам и в целом сохранило его в узком кругу лиц, принимающих решения в компании. То, за что любой инвестиционный банкир убил бы. Вот почему он почувствовал трепет бабочек, когда сказал: “Если это так, может быть, вам следует удалить мой аккаунт. Какое-то время я могу жить, общаясь с вами, ребята, так же, как и весь остальной мир. Тогда, если окажется, что это ерунда, вы могли бы восстановить мою учетную запись в будущем ”.
  “Хорошо”, - сказал Фредриксон. Он набрал еще несколько клавиш, которые привели его к другому экрану, и нажал “Удалить”. Дэниел почувствовал короткий вздох отчаяния.
  Фредриксон пообещал следить за любыми попытками взлома. Дэниел оставил его, затем заскочил в офис Стэна Макдональдса, чтобы пожать руку, и направился в аэропорт. Он надеялся, что его разум не застрянет в том же бесконечном цикле по дороге домой.
  
  
  
  Сентябрь этого года. Нью-Йорк. Коварик зудел; злился. Он ненавидел это - злиться. Это была оборотная сторона того, что он позволял такому сукиному сыну, как Янгблад, доставать себя. Это заставляло его потеть, застегивать рубашки, мять костюмы. Это было самое худшее - его костюмы. Ему приходилось отдавать их в химчистку вместо того, чтобы просто расчесывать и отглаживать — они преждевременно изнашивались из-за всего этого едкого химического дерьма, отравляющего его английскую тончайшую камвольную шерсть. Потеть было нормально для масс, для придурков, которые ездили в метро и носили дешевые костюмы Джоса А. Бэнкса, но не для него. Он сидел, почесываясь, потирая голень, потому что теперь она начинала болеть. Чертов сукин сын Янгблад.
  Он сидел, закинув ноги на стол, без обуви и пиджака, с ослабленным галстуком, включив кондиционер, чтобы сохранить прохладу. Бедняжка Трейси в приемной отмораживала свои маленькие булочки, соски торчали, как солдаты по стойке смирно. Он ждал Капура с двух часов. Это было еще одной причиной, которая вывела его из себя; парень опоздал на 45 минут. Наконец его ассистент позвонил ему: “Мистер Капур здесь”.
  Коварик спустил ноги со стола, сунул их в мокасины, поправил галстук и встал как раз в тот момент, когда вошел Капур.
  “ Что такого срочного? - спросил Капур, даже не поздоровавшись. На нем был тот же костюм от Kmart, та же помятая рубашка. Он подошел и сел на диван Коварика, сам выглядя взбешенным: нахмуренные брови, сжатая челюсть. Коварик вспомнил, что это был не тот парень, с которым он хотел связываться, и поэтому слегка прикрыл дверь, вместо того чтобы хлопнуть ею, как ему хотелось.
  - Мне позвонил Янгблад.
  Капур посмотрел на него так, словно спрашивал: “Ну и что?” - и пожал плечами.
  - Вы знаете, мистер Янгблад, стоящий на первом месте в списке.
  -Ичто?
  Коварик подошел к своему столу и развернул телефон лицом к Капуру. “Я включу это для тебя”. Он нажал на громкую связь и быстро переадресовал свою голосовую почту на сообщение Янгблада. Он наблюдал за языком тела Капура, пока продолжалось сообщение. Он вел себя невозмутимо, но когда все закончилось, он сел на край дивана и наклонился вперед, уперев локти в бедра. Он опустил голову и вздохнул.
  “ Этот человек всего лишь инвестиционный банкир, не так ли? - Спросил Капур, глядя на Коварика.
  Просто инвестиционный банкир. Что, черт возьми, это должно означать? “ В отличие от чего? - спросил Коварик.
  Капур просто посмотрел на него, затем сказал: “В отличие от кого-то, чей бизнес заключается в том, чтобы разбираться в подобных вещах”.
  “ Да, в таком случае он просто банкир. Коварик понял, что все еще вспотел. Ему захотелось почесать бедра из-за шерсти на потной коже, но он сдержался.
  В этот момент Капур встал. - Что-нибудь еще? - спросил он.
  “Да, я тут подумал, как насчет того, чтобы подставить Янгблада. Сделай вид, что именно он дал тебе всю информацию.
  Капур нахмурился и покачал головой.
  “ Что? Ты не смог заставить это сработать?
  Капур сделал несколько шагов к двери, затем снова повернулся к нему лицом. Он сказал: “Если этот парень, Янгблад, облажается со мной, я не получу свой гонорар за успех. Подставь его, черт возьми. У меня есть другие способы справиться с этим. Капур свирепо посмотрел на него. Коварик почувствовал, как у него на лбу и верхней губе выступила испарина. “И если ты вступишь с ним в какой-либо контакт или будешь лезть не в свое дело, преследуя какие-либо личные цели, я поступлю с тобой точно так же”. Он повернулся и вышел, закрыв за собой дверь.
  Коварик почувствовал, как в его груди вспыхнул приступ паники. Следующие вдохи были короткими. Он наклонился и почесал бедра.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 34
  
  
  
  СПАМЯТНИКОМ,ЕМУВУХО.NLINE. АЛИ уставился на плоский монитор на своем столе: его мир. Компьютер издал звуковой сигнал. Еще одно электронное письмо от нее. Он расшифровал его:
  КАКИЕ НОВОСТИ? ЖДЕМ СЛЕДУЮЩИХ ШАГОВ.
  АЛИКА
  Он напечатал, зашифровал и отправил:
  НИЧЕГО.
  АЛИ
  Он надеялся, что женщина поймет намек и прекратит попытки. Он вернулся к текущим делам. Он был внутри учетной записи этого Дэниела Янгблада в Ladoix Sayre, готовый проникнуть в компьютерную сеть Intelligent Recovery System через учетную запись электронной почты, созданную IR Systems для Янгблада как пользователя в их системе.
  Это был тот же подход, который он применил к трем другим клиентам Янгблада, внедрив троянских коней в программный код, который будет рассылаться клиентам компании при регулярных обновлениях их программ. Троянские кони с заранее оговоренным временем сброса своего встроенного груза — логических бомб — после установки программных обновлений, содержащих их.
  Он проверил справочную информацию IR Systems на ее веб-сайте в Интернете: семьдесят три клиента НПЗ, обслуживающих в общей сложности более 220 НПЗ. Это самое важное, подумал он.
  Теперь он работал ровно, знакомый с процессом. Он создавал “переполнение буфера” из-за уязвимости в системе безопасности в программе "Календарь встреч", которая поставлялась с сервером, на котором работала система IR Systems. Он должен был сделать запись в программе "Календарь" в учетной записи Янгблада, но его запись представляла собой тщательно продуманный блок информации, слишком большой, чтобы вместить пространство для хранения, отведенное для него программой. Результирующее переполнение основной памяти компьютера позволило коду, который он добавил к электронному письму, запустить короткую процедуру, которая предоставила ему root-доступ. Способный делать все, что ему заблагорассудится.
  Он загрузил свой программный код в файл электронной почты на компьютере Янгблада. Затем он отправил его по электронной почте в свою учетную запись в IR Systems. Там. Переполнение буфера. Он отодвинулся от экрана, наблюдал и ждал, когда ему дадут root-доступ. Через несколько секунд он был внутри. Он снова вошел в учетную запись электронной почты Янгблада, загрузил свою программу-троянского коня, приложил к ней логическую бомбу и прокрутил код обновления нефтеперерабатывающего завода. Его троянский конь и логическая бомба теперь ждали отправки через Интернет клиентам IR Systems в качестве обычного обновления программного обеспечения в 6:00 утра, через несколько мгновений он вышел из системы и отключил свою обходную связь с компьютером Янгблада.
  Что ж, шейх бин Абдур, я думаю, вы будете удивлены и впечатлены тем, что произойдет в ближайшие несколько дней.
  
  
  
  Сентябрь этого года. Лэнгли, Вирджиния. Том Годдард, глава ближневосточного отдела ЦРУ, был готов к началу видеоконференции - его последней возможности получить информацию от своих коллег-экспертов по Ближнему Востоку перед вылетом в Саудовскую Аравию. Он уставился на 20-дюймовый компьютерный монитор Sanyo с плоским экраном на своем столе, убивая время, видя пустой фон в правой половине, а уменьшенный до размеров натуры Найджел Бентхерст с разрешением 1700 пикселей на дюйм уверенно и надменно пожимает плечами в левой. Том ждал Айру Лэнда, сменившего Ари Верчика в Моссаде, чтобы убить время. Он отметил, что декадентский вид и манеры Найджела, тщательно культивировавшиеся годами, теперь начинали демонстрировать распущенность.
  В правой части экрана вспыхнуло изображение Айры, транслируемое на него по защищенным оптоволоконным линиям OC-3 со скоростью 1,5 гигабайта в секунду. В реальном времени, а не как в старых спутниковых подключениях к телевизору с большим экраном, где все двигались в этом неряшливом мире за 56 тысяч.
  Том понял, что говорил Найджел. “... Я говорю тебе, что это группа обитателей палаток, живших столетия назад. И, хм, это все, чем они, хм, вероятно, когда-либо будут ... О, привет, Айра ... Единственная разница между сегодняшним днем и двумя тысячами лет назад заключается в том, что у них здесь правят пять тысяч чертовых принцев вместо пятидесяти.
  “Ладно, ребята, давайте начнем”, - сказал Том, чувствуя в горле несвежий, сухой привкус. Подбородок Айры был чуть выше нижней части экрана. Ростом меньше пяти футов пяти дюймов. “У нас ситуация в Саудовской Аравии. Состояние разведки и военной готовности; требуется потенциальное применение силы”.
  - Когда ты собираешься к нам?
  “ Сегодня в полдень. "Красный глаз" вылетает в Эр-Рияд. Наша встреча начинается завтра в полдень. Я беру с собой команду компьютерщиков. Наше собственное ЦРУ и несколько парней из Объединенной оперативной группы по борьбе с терроризмом ”. Он боялся этой встречи.
  “Мы предоставим ресурсы по запросу”, - сказал Айра. “Полное разрешение правительства”. Его темная борода выглядела как тень от пятичасового солнца, подчеркнутая видеомонитором.
  -Ценю.
  “То же самое от моих коллег в Лондоне”, - сказал Найджел. “На самом деле, мы хотели бы, чтобы нас самих пригласили на вашу встречу”.
  Том вздохнул. “Это ужасное путешествие. И оно пробуждает старые воспоминания. Плохие”. Он подумал об убийстве Ибрагима, сына Яссара, затем о Саше. Теперь у него возникло то же чувство. Неприятное. Было ли это раскаянием? Просто оставь это. Саша пошел на все это, полностью осознавая последствия и риски. И она, по крайней мере, помогла Яссару избежать засветки из-за его собственного ребенка.
  “Мы все должны были ожидать этого”, - сказал Айра. “Шейх бин Абдур восстанавливал город в течение многих лет. Мы должны были предположить, что рано или поздно он сделает ход.
  “Да, но дело не только в этом. Я увижусь с самим Яссаром”. Впервые с тех пор, как мы убили его ребенка.
  “Я все еще думаю, что все было бы намного проще, если бы саудовцы просто убрали шейха бен Абдура”, - сказал Айра. “У них был свой шанс — у всех нас был — много лет назад. Можно подумать, что они усвоили свой урок теперь, когда он, похоже, снова становится критичным ”.
  “ Нет, и в этот раз тоже, - вставил Найджел. “ Ты знаешь. Нежелательность превращения его в мученика и все такое...”
  “На самом деле их останавливает вся эта мусульманская история”, - сказал Том. “Брат против брата и все такое дерьмо”. Он провел большую часть своей карьеры, освещая Ближний Восток. Был ли он теперь утомлен этим?
  “Похоже, это не слишком беспокоило их во время первой войны в Персидском заливе”, - сказал Найджел.
  “Да, но это мы сбрасывали бомбы. И они держались на расстоянии вытянутой руки от вторжения в Ирак в 03 году”.
  - Тогда, может быть, они должны позволить нам нейтрализовать его.
  Том утвердительно хмыкнул.
  “Давайте не будем забегать вперед, - сказал Айра, - давайте убедимся, что это не просто ложная тревога. Может быть, это все-таки не аль-Муджари”.
  “ Возможно, ” сказал Найджел. - Мы не слышим никаких необычных разговоров при мониторинге их камер.
  “Не рассчитывай на это, ” сказал Том. “Держу пари, что через неделю мы будем искать кого-нибудь, кто сможет проникнуть внутрь, подобраться достаточно близко, чтобы поджечь бин Абдура”.
  - Нелегко найти такого типа, - вздохнул Найджел.
  - Что случилось с этой девушкой, Саша? - спросил я.
  “Я не знаю”, - Том подумал об этом, прежде чем Айра спросил. Он был последним, кто с ней общался. Возможно, она все еще была жива. “ Насколько я знаю, она исчезла с лица земли. Или мертв.” Теперь он вспомнил несколько возможных случаев, когда его видели за эти годы, обычно когда где-то взрывалась бомба, но никогда не был уверен, что это была она. “Но мы были не единственными, кто искал ее, это точно”.
  
  
  
  Сентябрь этого года. Нью-Йорк. К 7:42 утра, когда Дэниел уехал в Хьюстон, Лидия сидела в такси и направлялась в аэропорт Кеннеди, зафрахтовав Gulfstream V у Falcon Aviation. Она могла бы вылететь на Каймановы острова и вернуться обратно к полудню. Оказавшись в самолете, Лидия почувствовала слабость, как будто на грудь легла тяжесть. Сердце упало. Думала о Дэниеле, надеясь, что он не в опасности. Затем выбросила это из головы. Разобраться с делами. Она позвонила своему банкиру с борта.
  “ Это твоя черноволосая подруга. Счет номер один, два, четыре, шесть, семь, девять, три. В ее голосе не было эмоций, но мысли лихорадочно работали. “ Через два с половиной часа мне понадобятся триста пятьдесят тысяч в американской валюте. Хватит и сотни. У меня с собой подходящая сумка.
  “Я позабочусь об этом прямо сейчас”, - сказал ее банкир.
  С чувством отрешенности она позвонила герру Шинкельхаусу в Швейцарию. “Вильгельм, это Саша. Мне снова понадобятся твои услуги. Это срочная работа. Швейцарский паспорт ”.
  В 11:35 "Гольфстрим V" приземлился в Джорджтауне, Большой Кайман. Сначала она отправилась в офис Federal Express и отправила фотографию Дэниела на паспорт в Shinkelhaus, затем в Royal Cayman Trust Company, где сняла 350 000 долларов со своего номерного счета. “Спасибо, Остин”, - сказала она своему банкиру. Выполнив поручения, она вернулась в аэропорт и села на "Гольфстрим". Считая заклепки вокруг окна, она вспомнила другие рейсы, на которых использовала это средство отвлечься от мысленных водоворотов. В 2:45 она была в аэропорту Кеннеди. Таможенники не досматривали ее сумку, ту, что с фальшивым дном для наличных, а сверху лежали одежда и нижнее белье. Она взяла напрокат машину и была в Кенте, штат Коннектикут, к 17:00 вечера
  Она въехала в район легкой промышленности города, проехала мимо пункта проката оборудования, нескольких пыльных производственных зданий коричневого цвета, скобяной лавки, а затем припарковала арендованную машину перед выкрашенным в белый цвет кирпичным зданием с четырьмя гаражами. Обычно эти операции проводились в грязных автомастерских с разбитыми машинами, разбросанными в беспорядке перед входом. Это здание было озеленено травой и кустарниками, с четкой вывеской “Фаррингтон Авто”. Два из четырех отсеков были открыты, показывая безупречно чистый бетонный пол, выкрашенный в серый цвет. Механики в одинаковых синих комбинезонах работали под вагонами на подъемниках.
  Саша вошел в дверь офиса, никого не обнаружил и прошел через заднюю дверь офиса в гараж. Она нашла высокого мужчину с седыми бакенбардами, похожего на Шона Коннери, на его синей униформе была нашивка с именем “Фрэнк”. “Привет, Фрэнк. Я звонил ранее. Сандра, - сказала она, протягивая руку.
  Он окинул ее испытующим, напряженным взглядом. Через мгновение он пожал ей руку. “ Не то, чего я ожидал. Он склонил голову набок. “Это где-то здесь”.
  На задней стоянке аккуратными рядами были припаркованы две дюжины машин, окруженных защитным забором. Фрэнк указал на бордовое купе.
  “ Вот и все. Mercedes SLS AMG. Двухлетней давности, пробег тринадцать тысяч миль.
  “ Никогда не ездил больше ста сорока, верно? Саша улыбнулась.
  Фрэнк искоса взглянул на нее, словно раздосадованный тем, что его прервали, затем снова перевел взгляд на машину и продолжил: “Они поставляются с двигателем ручной сборки объемом шесть целых три десятых литра, мощностью пятьсот восемьдесят три лошадиных силы, от нуля до шестидесяти за три целых восемь десятых секунды. Едва ли легальный гоночный автомобиль для уличных гонок ”.
  “Похоже на то, что мне нужно”.
  “ Эта машина - животное. Ты уверен, что сможешь ею управлять?
  - Я слышал, что они управляются как винтажные Aston Martins шестидесятых, навороченные для гонок.
  Фрэнк снова взглянул на нее, приподняв брови, как будто был впечатлен. - Вы участвуете в гонках Астонов?
  “Нет, но человек, который будет за рулем, это сделал. Он три года выступал на северо-восточном автодроме Астон”.
  Фрэнк кивнул. - Ты хочешь этого?
  - Мне понадобятся чистые документы и нью-йоркские номера.
  “ Часть сделки. Двести тысяч олл-ин.
  Саша почувствовала укол раздражения. “ Роджер сказал мне, что ты действовал честно. Она посмотрела ему прямо в глаза и удержала их, когда он попытался остановить ее свирепым взглядом.
  “Леди, как бы вас ни звали на самом деле, я веду дела только честно. В списке этих щенков более ста восьмидесяти новых. У меня есть расходы на бумагу и тарелки, плюс мое время, чтобы убедиться, что все сделано на высшем техническом уровне — мне нужно поддерживать репутацию — плюс моя прибыль. Плюс премия за фактор времени. Роджер сказал, что тебе это нужно сегодня.
  Саша, не дрогнув, кивнула. - Мне понадобятся три ключа.
  Она вернулась в Нью-Йорк на SLS AMG. В любое другое время она бы улыбалась, как шакал, доводя себя до предела на поворотах, раскрываясь на прямых. Сегодня все было по-деловому. Она заехала в гараж на цокольном этаже дома Дэниела и припарковалась.
  
  
  
  Дэниел улыбнулся и почувствовал прилив тепла в груди, когда вернулся из Хьюстона в свою квартиру. “Вау”. На Лидии было изумрудное кимоно до бедер, расшитое птицами, изумрудное ожерелье на шее. Ее глаза были соблазнительными. “Мы идем куда-нибудь?” - спросил он.
  “Нет, я заказала по-китайски”, - сказала она. Она поцеловала его и обняла. “Дорогой, я составила кое-какие планы на случай, если нам придется бежать. Я объясню позже, но сначала мне нужно показать тебе кое-что, что является их частью ”.
  “ Что ты задумал? - Спросил Дэниел, ухмыляясь.
  - Это серьезно.
  Она вывела его через парадную дверь квартиры к лифту и спустилась на нем вниз. Дверь лифта открылась на уровне гаража, и она вывела его за руку.
  Она указала на купе "Мерседес" на первом месте, куда заплатила Ллойду, управляющему гаражом, 100 долларов, чтобы тот поставил его. “ Он не зарегистрирован ни на кого из нас, но документы и номерные знаки чистые. Если станет слишком жарко, мы сможем обогнать на нем почти все. Один ключ для тебя, один для меня и запасной, который приклеен скотчем к левому переднему колесу. Если мы расстанемся, его заберет тот, кто первым доберется до машины. Мы встречаемся в Милфорде”.
  Он выпустил весь воздух через щеки. “ SLS AMG. Мой старый Aston посрамлен. Я никогда не водил ни одной, но это очень сердитая машина ”.
  “ Будем надеяться, что нам это не понадобится. ” Затем она посмотрела на него с тревогой в глазах. “Но, дорогая, если мы это сделаем, и если нас разделят, нам нужно предвидеть друг друга. Ситуация будет изменчивой. Действуй интуитивно”.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 35
  
  
  
  СПАМЯТНИКОМ,ЕМУВУХО.ФУ ТыОРОЧИЙ город. Дэниел и Лидия сидели за кухонным столом, заваленным открытыми коробками с китайской едой, упаковками с соусом, тарелочками с горчицей и палочками для еды. Свет, горевший на самом ярком конце светильника, придавал комнате суровый вид; запах горячего кислого супа и китайских острых специй придавал экзотическую атмосферу. Как неуместно, подумал Дэниел, восхищаясь красотой Лидии в ее элегантном платье — прическа уложена наверх, изумрудные украшения покачиваются в такт движениям ее головы, — она ест палочками прямо из коробки. Она заметила, что он наблюдает за ней, облизнула губы, улыбнулась и послала ему воздушный поцелуй. Это было столь же неуместно, как и эта повседневная сцена двух влюбленных за обычной трапезой, контрастирующая с нависающим над ними сюжетом, который угрожал разрушить большую часть их мира.
  “Хватит морочить голову му гу гай пану”, - сказал Дэниел, гадая, насколько террористы продвинулись в своих планах за 48 часов, прошедших с тех пор, как он узнал о них.
  “ Ты сжимал оранжевого цыпленка, как будто это давно потерянный ребенок, ” сказала Лидия. - Я тебя поменяю.
  Дэниел передал ей коробку, взял ее. К черту, я не могу этого сделать. Он поставил коробку и отодвинул стул. “Я не могу сосредоточиться. Мои мысли движутся в двух направлениях одновременно”.
  “Разве это не попытка не сконцентрироваться на том, что мы делаем?” Она потянулась и взяла его за руку, посмотрела на него проникновенными глазами. “Дорогой, я не знаю, что еще делать, кроме как вести себя так, как будто все нормально. Если мы позволим этому завертеться у нас в голове, мы сведем себя с ума”.
  Дэниел сжал ее руку, затем встал и принялся расхаживать по комнате. “Прошло сорок восемь часов с тех пор, как мы говорили об этом, и мы ничего не добились”.
  — Ты сам вчера сказал - неплохо для рабочего дня.
  Дэниел остановился и повернулся к ней. “ Это было вчера, но что мы можем показать сегодня? Один из моих клиентов считает меня сумасшедшим, другой убежден, что его системы по-прежнему бескомпромиссны ”.
  “ Может, и так. Но оба ваших клиента предупреждены и будут спать с одним открытым глазом. Поверьте мне, даже ваш очаровательный мистер Янцен.
  Возможно, она была права, но этого было недостаточно. Он вцепился в спинку кухонного стула. “ Знаешь, Янцен в чем-то прав. Почему бы нам не обратиться в ФБР или ЦРУ? Как мы это докажем?..
  - Мы пытаемся.
  — Слишком медленно...
  - Ты только что сказал, что мы занимаемся этим всего сорок восемь часов.
  “ Я не думаю, что здесь есть какое-то ‘только’. Мы вели себя так, как будто за нами гонится ледник, в то время как автобус-экспресс мчится с противоположной стороны, чтобы переехать нас ”.
  Дэниел увидел, как ее челюсть опустилась на грудь, как напряглись челюстные мышцы, когда она их напрягла. Он увидел, как ее руки сжались в кулаки, а затем опустил взгляд и увидел, что костяшки его собственных пальцев побелели от того, что он стиснул спинку стула.
  Дэниел сказал: “То, что мы делаем, не пустая трата времени, но нам нужно позвать кого-нибудь, чтобы перенести это на более широкую сцену”.
  Лидия махнула рукой, как будто услышала достаточно. “ Ты прав, ” сказала она и встала. “ Сначала я позвоню Яссару. У меня в багаже есть спутниковый телефон. Он не идеален, но его сложнее отследить, чем стационарный телефон, и сложнее провести триангуляцию, чем сотовый телефон ”.
  
  
  
  Две минуты спустя Дэниел наблюдал, как Лидия набирает номер на хитроумном устройстве размером 3 на 10 дюймов, похожем на сотовый телефон начала 1980-х.
  - Там, должно быть, около двух часов ночи, - сказал Дэниел.
  “ Три. Он все равно встанет через полтора часа на молитву — звонят.
  Дэниел услышал щелчок, за которым последовали невнятные слова на арабском. Лидия заговорила в ответ по-арабски, поначалу сдержанно, вероятно, извиняясь, потому что склонила голову, словно подчиняясь. По мере продолжения разговора она становилась все более оживленной, размахивала руками, вставала с кровати и ходила, запрокидывая голову и ударяя кулаком по воздуху. Затем ее голос стал тише, поведение смягчилось, и она снова села на кровать. Она произнесла несколько нежных слов, помолчала, а затем прошептала с нежностью: Она повесила трубку и посмотрела на Дэниела широко раскрытыми от удивления глазами, но с улыбкой на лице.
  - Ну? - спросил он.
  “Яссар уже позвонил в ЦРУ. Они нашли логическую бомбу в программе управления нефтеперерабатывающим заводом Saudi Aramco. Ведущий хакер Бин Абдура, должно быть, установил его после того, как я предоставил ему доступ — я объясню это позже. С американской командой будут компьютерные эксперты из ЦРУ и Объединенной оперативной группы по борьбе с терроризмом ”.
  Дэниелу показалось, что все его тело выдохнуло с облегчением.
  “ И это еще не все, ” сказала Лидия. “Команда ЦРУ прибудет сюда завтра утром со спутниковой связью, чтобы мы могли участвовать в видеоконференции”.
  “ Прогресс. Но будем надеяться, что еще не слишком поздно.
  
  
  
  Теске опоздал на вершину башни собора Святого Патрика. Сначала уборщики держали его подальше от двери, ведущей на лестницу, затем один из священников в течение 20 минут рассказывал какую-то мумбо-юмбо возле свечей.
  Он не торопясь извлек свой .338 Lapua Custom из футляра, прикрепил оптический прицел Zeiss с 24-кратным увеличением и привинтил штатив к нижней части Lapua. Он не торопился, потому что ему нужно было отдышаться после подъема, чтобы быть уверенным в своем броске. Триста ярдов до Рокфеллер-плаза, 30, было не так уж далеко, но даже легкое дрожание его руки могло отбросить снаряд на фут от цели. И это было достаточно сложно с выстрелом через закаленное стекло 30 Rock толщиной в полдюйма. Он использовал бронебойные пули, но даже они не могли обеспечить идеальную траекторию по ту сторону стекла, и Хабиб настоял на выстреле в голову.
  Закончив настройку, Теске сел на прохладный гранит, чтобы полностью прийти в себя. Через пять минут он встал, установил "Лапуа" и посмотрел в оптический прицел. Он насчитал одно окно внизу и четыре напротив слева. В кабинете горел свет, и объект работал за компьютером на своем столе. Он навел перекрестие прицела ’Цейсса", выдохнул. Он нажал на спусковой крючок, увидел, что цель исчезла, бросил "Лапуа" и начал спускаться по лестнице башни.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 36
  
  
  
  СПАМЯТНИКОМ,ЕМУВУХО. Р.ИЯД,АУДИ Аравия. “Вы правы, это логическая бомба”, - сказал глава ближневосточного отдела ЦРУ Том Годдард, сжимая в руке кофейную чашку из английского костяного фарфора. Он оглядел конференц-зал Королевского дворца Саудовской Аравии. Все было мраморным. Стены, пол, потолок. Даже окна с таким же успехом могли быть мраморными, учитывая, что за ними почти ничего не было видно. Ему сказали, что это пуленепробиваемое стекло толщиной в дюйм, которое выдержит попадание ракеты "Скад". Это было изменение дизайна после того, как десятки окон были разбиты в результате взрыва, который проделал дыру шириной 40 футов в стене по периметру в ночь убийства принца Ибрагима. Тому было неуютно не только в костюме, рубашке и галстуке, которые он не привык носить, но и потому, что Яссар наблюдал за ним холодными, прищуренными глазами. Это был первый раз, когда он сидел с ним лицом к лицу с тех пор, как они убили Ибрагима.
  Они с Яссаром сели друг напротив друга на одном конце стола для совещаний. На буфете примерно в 10 футах от них стояла спутниковая видеозапись из Нью-Йорка с участием каких-то парня и женщины, на участии в которой настоял Яссар. Ребята из Лэнгли провели ночной досмотр для них, пока Том прилетал на "редайе". Двое компьютерных системных аналитиков ЦРУ и два компьютерных эксперта Объединенной оперативной группы по борьбе с терроризмом, которых Том привел с собой, всю дорогу сидели на другом конце стола. То же самое сделали четыре члена Совета министров Саудовской Аравии вместе с командой из пятнадцати их собственных экспертов. Том был в игре достаточно долго, чтобы знать, как это делается в Саудовской Аравии. Здесь нет демократии. Яссар здесь, другие парни на дешевых местах.
  Один из компьютерных спортсменов JTTF говорил, гремя с трибун: “Логическая бомба - это компьютерная программа, размещенная внутри другой программы, называемой троянским конем. Субъект проносит его незамеченным, он лежит там столько, сколько захочет субъект, затем сбрасывает свою бомбу изнутри. Это программа, которая рассчитана на запуск деструктивной подпрограммы в определенный момент. В данном случае - завтра. ” Если логическая бомба, найденная саудовцами, была чем-то похожа на ту, которую британцы обнаружили на нефтеперерабатывающем заводе в Стоктоне недалеко от Северного моря, то терять много времени было нельзя. Том знал, что должен убедить саудовцев позволить им разместить программу "сниффер", чтобы помочь найти того, кто ее внедрил. Том добавил: “И когда это произойдет, ваш главный нефтеперерабатывающий комплекс в Дахране превратится в пепел”, - сказал он.
  “ Продолжай, ” сказал Яссар. Вернувшись в Лэнгли, они сказали Тому, что это Яссар позвонил, чтобы попросить о помощи, и, похоже, понял проблему, насколько разрушительной может быть логическая бомба. И они сказали, что он попросил Тома Годдарда возглавить команду. “Юный гений Саудовской Аравии. И Ниццы”, - сказал он.
  Том принял Яссара. Довольно крутой, но в некотором роде загадочный. Мало что показывает. Том подумал, что этот человек выглядит достаточно миролюбивым, даже мягким, но у него бочкообразная грудь, он большой и способен броситься на него через стол в конференц-зале. Его нервы были на пределе. Он почувствовал порхающих бабочек, которые испытывал, когда был школьником перед дракой. “Как объясняют мне мои коллеги”, - сказал Том, кивая своему компьютерщику, “завтра в тысячу двести часов эта программа запустит бесконечный цикл в цикле нагрева установки каталитического риформинга на нефтеперерабатывающем заводе, постепенно повышая температуру, а затем резко повышая ее, чтобы вызвать взрыв”.
  - Продолжай, - сказал принц Яссар.
  “Эта часть довольно проста. Мы знаем, для чего предназначена логическая бомба. Мы не знаем, кто положил это туда, было ли это снаружи или изнутри, и было ли это задумано как розыгрыш или террористический акт”. Глупо, подумал он. Они оба знали, что это не розыгрыш. На секунду ему захотелось рассказать ему о логической бомбе, которую они нашли на нефтеперерабатывающем заводе BP в Северном море. Но он хотел, чтобы техники JTTF и его собственные эксперты ЦРУ сначала получше рассмотрели этот экземпляр и подтвердили, что тот, который нашли саудовцы, имел идентичный дизайн. “На самом деле это простая часть программного обеспечения. В определенный момент в программе есть встроенная логика, которая запускается, чтобы перейти к своей обычной работе. В данном случае это цикл, который не позволит никакому другому программному обеспечению отключить цикл нагрева. Его голос окреп. - У вас есть какие-нибудь идеи, кто мог захотеть это сделать? Вы оставили какие-нибудь следы, чтобы посмотреть, сможете ли вы выяснить” кто это подложил? Том был почти уверен, что знает ответы, но хотел услышать, что думают саудовцы.
  “Мы оба знаем, с кем имеем дело”, - сказал Яссар.
  “ Верно. Это, должно быть, бин Абдур и его аль-Муджари.
  Яссар кивнул. “Что ты посоветуешь?” Спросил Яссар.
  Это было его вступлением. Согласился бы Яссар с этим? “Мы подключили нюхача”. Том знал, что саудовцы должны были полностью доверять ему, и что он, вероятно, был не тем парнем, который мог предложить эту идею. По крайней мере, Яссару. Он чувствовал себя хуже, чем неряшливо. И все же он должен был рискнуть.
  “У нас нет таких программ, хотя мы слышали о них”, - сказал Яссар. “Расскажите мне об этих снифферах”.
  Человек идет прямо к этому. “Он фиксирует любого, кто входит и получает доступ к этой программе, и позволяет нам отследить его до того места, откуда он пришел”. Он сознавал, что торопится со словами, чувствовал, как им овладевает напряжение.
  - И вы можете дать нам один?
  “Ну, это проприетарная программа. Мы устанавливаем ее в вашу систему, отслеживаем и удаляем, как только ситуация становится безопасной. То есть, если кто-нибудь когда-нибудь вернется, чтобы проверить эту программу ”.
  “Вы умный человек, мистер Годдард”, - сказал Яссар. “Мне не нужно говорить вам, насколько чувствительным это было бы для нас. Чтобы предоставить вам доступ к некоторым из наших наиболее важных компьютерных систем.
  “Мы осознаем, что это может быть проблемой. В то же время мы не можем предоставить этот код”.
  “Это вопрос национальной безопасности, - сказал Яссар, - так же, как и для нас”.
  - Нам просто нужно доверять друг другу.
  Яссар улыбнулся. “Нет. Я понимаю ситуацию. Это нам придется доверять тебе”.
  “ Верно. Но почему бы и нет? Том пожалел о словах, едва они слетели с его губ. Да. Почему бы этому парню не доверять тому, кто организовал убийство его сына? И превратил какую-то женщину, которая была почти как его дочь, в троянского коня, чтобы она могла помочь им выполнить эту работу.
  “Потому что у нас есть история”, - сказал Яссар. Его голос был спокоен, что делало его еще более угрожающим.
  “ Да, - это было все, что смог выдавить Том. У него возникла безумная идея извиниться перед Яссаром. К черту это. Единственный способ сделать это - сразу взяться за дело. “Что случилось с Сашей?”
  Ясар не ответил, только выглядел озадаченным, затем взглянул на видеоэкран.
  “ Это я устроил ее возвращение. Она сказала, что ей нужно вернуться к тебе.
  Яссар промолчал.
  “Мы были теми, кто получил пленку”, - сказал Том. “Я отдал ее ей”. Он посмотрел в глаза Яссару. “Это были плохие времена”.
  “Да”, - сказал Яссар. “Да, были”. Он отхлебнул чаю, затем снова посмотрел на видеоэкран.
  Что это за чертов видеоэкран?
  - Итак, - сказал Яссар. Каков наш план действий? Вы установили ”сниффер", и что дальше?
  Том почувствовал, как его захлестнуло облегчение. Яссар позволил им сделать это. “Как я уже сказал, ищейка цепляется за любого, кто возвращается, чтобы получить доступ к логической бомбе. Это означает, что мы должны повторно ввести логическую бомбу, очевидно, сначала обезвредив ее. Тогда мы надеемся, что кто-нибудь вернется, чтобы проверить это, возможно, чтобы понять, почему это не сработало. Он сделал еще глоток своего кофе. Чернильный, горький, но он был ему нужен. “Впрочем, не очень надеюсь, что кто-нибудь вернется до этого. Как я уже говорил ранее, завтра все должно сработать”.
  “ Но давайте предположим, что кто-то все-таки вернется. Что тогда?
  “Если нам повезет, мы узнаем, где они. Возможно, через доменное имя в Интернете. Затем, если еще не слишком поздно, мы предпримем тактические действия. Мы возьмем инициативу на себя”.
  Глаза Яссара сузились; теперь он не выглядел кротким. Том ощутил зловещую черноту. И так же быстро он почувствовал, как чувство вины выворачивает ему кишки. Он посмотрел в теперь уже холодные глаза Яссара и задался вопросом, почему тот вообще помог Саше вернуться к нему.
  
  
  
  Сентябрь этого года. Нью-Йорк. Дэниелу потребовалось несколько минут, чтобы разобраться в том, что он видел и слышал на экране спутниковой связи. Разобраться в игроках было непросто — он никогда не присутствовал на деловой встрече, где люди хотя бы не представляли друг друга в начале. И затем дискуссия, казалось, закрутилась вокруг реальной проблемы. Он кивком головы показал Лидии, чтобы она вышла из его кабинета. Он не знал, как отключить звук спутниковой связи, и, кроме того, ему не хотелось разговаривать в присутствии техника ЦРУ. Лидия наморщила лоб, смущенная или раздраженная, но встала и последовала за ним в спальню. Он закрыл дверь.
  “ Что, черт возьми, там происходит? - Спросил Дэниел.
  - Что вы имеете в виду?
  “ Что я имею в виду? Ты намеренно прикидываешься дурочкой? Лидия выглядела уязвленной. Он смягчил тон. “ Любимая, во-первых, глава ЦРУ Том, похоже, не знает, что ты здесь и, возможно, даже жива. Во-вторых, они говорят только об одной логической бомбе в Saudi Aramco. Никто даже не упомянул реальную проблему попыток саботировать нефтегазовые операции всего мира. Почему Яссар сдерживается?”
  Лидия слушала, приоткрыв рот и прижав руки к груди. Потеряв равновесие. Что происходит?
  - Они не поверят в это без каких-либо доказательств, - сказала Лидия.
  “Логическая бомба Saudi Aramco доказывает это”.
  - Сейчас неподходящее время поднимать этот вопрос.
  Дэниел не мог в это поверить. “Тогда когда подходящее время? Вчера вечером был убит один из моих парней, несомненно, предназначавшийся мне. У нас в этой комнате с полдюжины парней из ЦРУ. Что вам еще нужно?”
  Лидия не ответила. Она просто стояла там, выглядя ошеломленной, возможно, размышляя.
  “ Я возвращаюсь туда, ” сказал Дэниел. Он вернулся в кабинет, опустив голову. Он снова сел за свой стол перед видеоэкраном, пульс начал учащаться, к нему прилила уверенность. Лидия села рядом с ним и положила руку ему на плечо. Он обернулся и увидел, как она кивнула ему, чтобы он шел дальше.
  “ Прошу прощения, джентльмены, ” сказал Дэниел. Он увидел, как Яссар и Том повернулись к экрану. Он подождал мгновение. Поставьте себя на место. Относитесь к этому как к групповому совещанию по ведению переговоров. “Я думаю, важно, чтобы я вставил несколько новых фактов, которые выведут нас на новое направление обсуждения”. Он увидел, как Яссар наклонился вперед, чтобы заговорить с Томом, и ему показалось, что он услышал, как прошептали его имя. Затем он увидел, как Том дважды взглянул на экран, как будто только что увидел привидение. Так и было. Думаю, теперь он знает, что это Саша.
  Дэниел откашлялся. Пусть они сами разбираются. “ Меня зовут Дэниел Янгблад. Я инвестиционный банкир в нефтегазовой отрасли из Нью-Йорка. Все в этом зале могут знать, а могут и не знать, что эта логическая бомба - не единичная ситуация. Лидия—Саша, — он посмотрел направо, - сказала мне, что ей известно о предполагаемом заговоре аль-Муджари с целью саботажа нефтегазовой промышленности путем установки логических бомб в ее операционное программное обеспечение. За последние сорок восемь часов мы с ней составили список моих клиентов, поставляющих операционное программное обеспечение для отрасли, которые, по нашему мнению, могут быть частью средств, с помощью которых аль-Муджари добьется этого. Я верю, что анализ этой логической бомбы подскажет вам, что искать в других террористических атаках ”аль-Муджари", и поможет вам выяснить, как обезвредить всю их операцию ".
  За свою карьеру Дэниел много раз видел, как кто-то высасывает воздух из конференц-зала, но никогда не был свидетелем почти идеального вакуума, который он только что создал. Прошло целых 30 секунд, пока Том и Яссар смотрели друг на друга, и никто в комнате не произнес ни слова. Затем Том встал, подошел к видеоэкрану, приложил к нему руку, и экран погас.
  Дэниел посмотрел на Лидию, которая теперь взяла его под руку. “Том - тот человек, который завербовал тебя, заставил убить Ибрагима?”
  Лидия кивнула.
  - Любимая, я думаю, пришло время называть тебя Сашей.
  Она крепче сжала руку Дэниела. Он почувствовал, как ее грудь прижалась к нему, увидел, как в ее глазах появились слезы.
  “ Ты в порядке? - спросил он.
  “Я немного взволнован. Я очень горжусь тобой прямо сейчас. Не знаю, о чем я думал раньше. Я так долго держал все в секрете и был так увлечен противостоянием королевской семьи Саудовской Аравии и аль-Муджари, что, возможно, потерял перспективу. Конечно, нам нужно сделать все возможное, чтобы остановить этих людей. Возможно, я был ошеломлен, увидев Тома и Яссара вместе, а затем услышав, как Том заговорил…Ибрагим”.
  - Я видел, как Яссар смотрел на тебя в этот момент.
  - Да, я уверена, он хотел убедиться, что со мной все в порядке.
  Дэниел высвободил свою руку из ее и притянул ее ближе к себе. “ Нам будет о чем поговорить, когда мы выберемся отсюда. Дэниел повернулся к технику ЦРУ. - И что теперь?
  “ Я думаю, мы подождем. Мне никто не говорит.
  Дэниел встал, затем повел Сашу за руку на кухню. Он приготовил им обоим чай. Полчаса спустя вошел техник ЦРУ и сказал: “Мы снова в сети”.
  Дэниел и Саша вошли и увидели лицо Тома на экране, а на заднем плане Яссар разговаривал с другими саудовцами в дальнем конце стола. Том сказал: “Дэниел, мне понадобится полная информация обо всем, что вы с Сашей придумали — список ваших клиентов, контактная информация для всех них, все остальное. Я знаю, мне не нужно говорить вам, насколько важна для этого будет ваша помощь. Нам нужно встать перед этой тварью и остановить ее. Является ли Intelligent Recovery Systems одним из ваших клиентов?”
  Дэниел почувствовал прилив адреналина. “Да”.
  “Мы понимаем, что они являются крупнейшим поставщиком операционного программного обеспечения в отрасли”.
  - Совершенно верно.
  “BP - их клиент. Мы нашли еще одну из этих логических бомб на их нефтеперерабатывающем заводе в Северном море”.
  Еще один нефтеперерабатывающий завод. “Мы полагаем, что в первую очередь они нацелены на нефтеперерабатывающие заводы. Максимальное воздействие на отрасль, труднее всего поддается ремонту”.
  Он увидел, как Том кивнул. “ Мы вызываем команду компьютерных аналитиков из ЦРУ и JTTF из Нью-Йорка. Мне нужно, чтобы вы двое были на самолете в Хьюстон в течение часа.
  -Совершенноверно.
  “ Хорошо. У тебя есть вся контактная информация в ”блэкберри" или что-то в этом роде?
  “Да, и у меня в ноутбуке есть весь анализ, который мы провели для моих программных клиентов и их заказчиков”.
  “ Наши компьютерные специалисты могут загрузить это в свою систему в самолете. Свяжись с IR Systems по телефону, скажи им, что ты прилетаешь с нашими ребятами. Я скоро улетаю обратно в Нью-Йорк. Я буду координировать работу стольких команд, сколько мы сможем привлечь к этому делу с воздуха. Он впервые посмотрел на Сашу. “Саша, похоже, нам нужно кое-что наверстать”. Том оглянулся на Дэниела. “Ладно, иди. Удачи”.
  
  
  
  Дэниел позвонил Дику Янцену на мобильный из машины по дороге в аэропорт имени Джона Кеннеди.
  “Это может подождать?” Спросил Янцен. “Я на поле для гольфа”.
  “Нет, не может. Помнишь, что ты сказал раньше о том, что я не перезвоню тебе, пока не свяжусь с ЦРУ?” Дэниел не получил ответа. “Ну, я лечу в Хьюстон с командой компьютерных аналитиков ЦРУ и Объединенной оперативной группы по борьбе с терроризмом. Они хотят, чтобы ваши системщики были в офисе к пяти часам вечера, и вы тоже. И ты сможешь лично познакомиться с моей подружкой-шпионкой. Дэниел повесил трубку.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 37
  
  
  
  СПАМЯТНИКОМ,ЕМУВУХО. БУРАЙДА, САУДИ Аравия. Шейх бен Абдур преклонил колени в молитве в простой комнате с земляным полом в здании рядом со своей мечетью в Бурайде. Это было место, откуда он выполнял свои двойные функции — религиозного священнослужителя и главы аль-Муджари, что было частью его святого призвания.
  В конце концов шейх закрыл Коран, завернул его в ткань, поцеловал, вернул на полку, затем позвал трех саудовцев, которые ждали его в приемной.
  “Вы все знаете, какой сегодня день, не так ли?” Шейх ибн Абдур спросил. “Нет Бога, кроме Аллаха!”
  - Ла илаха илаллах! - воскликнули они в унисон.
  “Это исторические времена. Сегодня начинается наш джихад. Абдул, были ли приняты меры по переводу денег?”
  Заговорил один из саудовцев. “ Да, десять миллионов долларов США четырьмя отдельными переводами по два с половиной миллиона долларов на счета в Швейцарии и на Каймановых островах, указанные человеком, называющим себя Хабибом. Четыре миллиона долларов двумя отдельными банковскими переводами по два миллиона долларов каждый на банковские счета на Каймановых островах и Нидерландских Антильских островах по указанию Али. Чек на четыре миллиона долларов со счета в Bank of America по указанию человека из Нью-Йорка, Коварика.
  “ Хорошо. Я хочу иметь репутацию человека, быстро выполняющего свои обязательства. Мужчины с минуту сидели молча, затем начали переговариваться между собой тихим шепотом. “ В чем дело? - Спросил шейх бен Абдур.
  “Мы беспокоимся о вашей безопасности, шейх ибн Абдур”, - сказал Абдул. “Что, если неверные страны или даже наши саудовские братья, оскверненные неверными, выступят против вас?”
  “Братья мои, я религиозный лидер, который должен разъяснять путь нашим братьям-исламам в эти времена”. Шейх по очереди перевел взгляд на них, чтобы они могли увидеть огонь его приверженности. “Я должен быть доступен, чтобы наставлять верующих на единственный истинный путь”. Он помолчал. Они неохотно поклонились в знак согласия. “Нет Бога, кроме Аллаха!”
  
  
  
  Сентябрь этого года. На "Пикоил Челленджер", в двухстах семидесяти милях к юго-западу от Нового Орлеана, Луизиана. Был сформирован консорциум из трех нефтяных компаний для добычи примерно 15 миллиардов баррелей высококачественной сырой нефти на месторождении Джек, одном из крупнейших нефтяных месторождений в Мексиканском заливе. Предполагаемый срок службы проекта составлял 50 лет.
  Роберт Несбитт, один из 126 членов экипажа нефтяной платформы PeakOil Challenger, стоящей на якоре на дне океана в 270 милях к юго-западу от Нового Орлеана, подходил к концу своей двухнедельной оценки. Несбитт был ведущим инженером по проектированию и строительству сооружения весом 1,2 миллиона тонн. Теперь он откатил свое кресло от своей станции мониторинга, управляемой компьютером. Он был гордым родителем, и PeakOil Challenger был его детищем. Несбитт даже помог внести изменения в программное обеспечение, адаптированное к самой сложной исследовательской программе Intelligent Recovery Systems. Он позволил себе представить, каких почестей удостоится эта первая в своем роде буровая платформа, предназначенная для бурения на глубине 30 000 футов в нижние третичные породы под 7000 футами вод Мексиканского залива.
  Что за черт? Датчики показывали что-то странное. Несбитт нажал клавиши на своем компьютере и получил еще одно значение, потом еще. Он набрал номер Фрэнка Джеймисона на станции управления буровой установкой. - Что у тебя с датчиками двадцать семь и тридцать девять?
  “Господи Иисусе”, - последовал ответ Джеймисона. “Сто девяносто градусов при двадцати семи и сто восемьдесят семь градусов при тридцати девяти. Это то, что у тебя есть?”
  “Ага. А ты как думаешь? Он перегружен?”
  “В этом нет сомнений”, - сказал Джеймисон. “И этого не должно быть. Программное обеспечение настроено на максимальную скорость вращения, но только если температура находится в пределах рабочих параметров. Джеймисон печатал на клавиатуре своего компьютера. “Черт, у меня 3150 оборотов в минуту. Это не слишком быстро, это слишком быстро”.
  У Несбитта сорвалось с языка проклятие, но глубоко внутри он почувствовал приступ отчаяния. Когда он заговорил, то старался говорить спокойно. “Что-то определенно не так. Буровая головка находится на глубине около десяти тысяч футов. Это твердая скальная порода, а не какой-нибудь песок и сланец северного Техаса. ” Несбитт прижал телефон к шее и начал играть клавишами компьютера. “При такой нагрузке этот щенок не должен крутиться быстрее 2100 оборотов в минуту без риска перегара. Притормози, Фрэнк. Отключите программное обеспечение и сбросьте частоту вращения до 2100 оборотов в минуту ”.
  “Понятно”. Несбитт наблюдал на своем экране, пока Джеймисон вводил команды для доступа к ручному циклу в программном обеспечении. Теперь пройдут часы, прежде чем система сможет нормально работать. Очевидно, что-то не так с программным обеспечением. Может быть, неисправные датчики? Неа. Не может быть, здесь несколько датчиков. Исправные заменят неисправные. Он наблюдал на своем экране, как Джеймисон получил доступ к программному обеспечению "Функции сверления".
  Добро пожаловать в раздел "Детализация параметров функций"
  Команда: сбросить скорость сверления
  Текущая скорость 3162
  Введите новую скорость: 2100
  Сброс настроек.........
  Текущая скорость 3166
  Команда:
  “ Что за черт? - спросил Джеймисон в трубку. - Ты это видишь? - спросил я. - Что за черт? - спросил Джеймисон в трубку. - Ты это видишь?
  “Ага. Должен был сразу начать тормозить”. напечатал Несбитт. “У меня три других датчика показывают то же самое. Сейчас более 3170 оборотов в минуту. Температура на двадцать девятом и тридцать девятом повышается до сто девяносто шести и сто девяносто двух градусов.
  “Я пытаюсь снова”, - сказал Джеймисон. “У нас проблема с программным обеспечением”.
  “ Боюсь, что так, ” согласился Несбитт. У него свело желудок. Он представил себе разговор с руководителем оперативного отдела в Далласе, прокрутил его в уме тремя или четырьмя различными способами. Ни один из них ему не понравился.
  “ Боб? Ты еще там? - Спросил Джеймисон.
  - Ага. Я звоню в Даллас. Я тебе перезвоню.
  
  
  
  Сентябрь этого года. Хьюстон, Техас. “Слишком жарко”, - вслух произнес Уолт Столл, наблюдая за цифровыми показаниями на электронной консоли мониторинга нефтеперерабатывающего завода перед собой. Он метался взад-вперед, прищурившись, разглядывая двенадцатифутовый трехфутовый ряд мигающих огоньков, пульсирующих цифровых показаний, компьютерных экранов и переключателей. “Даже у выключателей есть выключатели”, - сказал он своей жене.
  “ Черт бы побрал эти цифровые датчики. Просто дайте мне мои старые добрые манометры, я могу пнуть их, чтобы убедиться, что они работают должным образом. Он покосился на панель. “Слишком жарко”.
  Уолту нравилось, что на нефтеперерабатывающем заводе его знали как Волшебника. Он знал Rouge North вплоть до электрических схем и мог почувствовать, что не так, просто прислушиваясь, принюхиваясь, ощущая его грохот. Ему совсем не понравилось, когда новое руководство Dorchester Refining заменило ручное управление новым компьютерным оборудованием и программными системами. У Уолта зазвонил телефон. - Уолт Столл, - ответил он.
  “Что, черт возьми, там происходит? Я так и вижу, как ты прыгаешь вокруг, как какой-нибудь кролик ”. Это был Кэри Стразерс, говоривший со своего места директора завода в дальнем конце нефтеперерабатывающего завода.
  - У нее слишком высокая температура.
  - В какой секции?
  “Установка каталитического риформинга”.
  “ Черт. Ты думаешь, мы подцепили один из тех жучков, о которых звонили Янгблад и федералы?
  “ Может быть. Извини за резкость, Кэри, но у меня не так много времени, чтобы болтать с тобой по телефону. Уолт повесил трубку и посмотрел на индикаторы температуры реакторов каталитического риформинга с шестого по Десятый, затем напечатал:
  Назначение реактора: установка каталитического риформинга
  Требуемая функция: температура реактора
  Желаемый реактор (реакторы): Номер 6 ...10
  Желаемая температура: 850
  Сброс настроек.........
  Текущая температура:
  Реактор № 6: 1002
  Реактор № 7: 1003
  Реактор № 8: 1006
  Реактор № 9: 1002
  Номер реактора 10: 1007
  Команда:
  “Великолепно, просто великолепно”. Уолт встал. Он взял свой мобильный телефон и набрал номер. “Дэниел? Уолт Столл.” Дэниел позвонил, чтобы предупредить Уолта из армейского транспортного самолета по пути в Хьюстон двумя часами ранее. “Ты не поверишь, но у моей установки каталитического риформинга отказало управление. Я думаю, эти ублюдки, возможно, засунули в него одну из этих штуковин.
  Дэниел сказал: “Я в машине, примерно в десяти минутах езды отсюда. Я приведу с собой компьютерную команду. Следующие десять минут Уолт расхаживал перед пультом мониторинга, проверяя показания. Эти десять минут показались ему часом.
  
  
  
  Когда Дэниел приехал, он понял, что что-то не так. Уолт Столл, которого он знал по сделке с Dorchester, которую он только что закрыл, ходил взад-вперед перед панелью управления. Трое других сотрудников нефтеперерабатывающего завода стояли вокруг него, наблюдая. Другие группы сотрудников сбились в кучу, на их постах никого не было. Дэниел и четверо компьютерных техников поспешили к Уолту.
  “ Как обстоят дела? - Спросил Дэниел.
  Уолт повернулся к нему, затем снова к экранам. - Температура всех реакторов превышает тысячу градусов.
  - Что это значит? - спросил один из компьютерных техников.
  - Еще пара сотен градусов, и завод может взорваться, - сказал Дэниел.
  “Нет, если я смогу помочь”, - сказал Уолт. Он напечатал на экране:
  Команда: аварийное отключение
  Системная команда не распознана
  Команда: аварийное отключение
  Системная команда не распознана
  Команда:
  “ Вот оно! - Крикнул Уолт. Он подошел к краю консоли и ударил левым кулаком по трехдюймовой красной кнопке аварийного отключения.
  Ничего не произошло. Ни сигналов тревоги, ни света, ни изменений в звуке и грохоте со стороны Rouge North. Дэниел подошел к пульту и взглянул на цифровые индикаторы температуры. Температура была выше 1150 градусов по Фаренгейту. Уолт схватил телефон и набрал несколько цифр.
  “Да! Поговори со мной! Я не могу в это поверить!” - крикнул кто-то в трубку.
  “ Выдерни вилку из розетки! Включи пожарную тревогу и убирайся ко всем чертям с завода! - Взревел Уолт.
  Комната наполнилась звуками.
  Много от этого будет толку, подумал Дэниел. Если только эти парни не могут бегать намного быстрее меня, у них есть около двух минут, чтобы пробежать примерно полмили. Он знал, что еще при 50 или 60 градусах вся секция каталитического риформинга установки взорвется. Он подумал о Саше, ожидающей в машине снаружи вместе с другими техниками, и почувствовал прилив паники.
  - Где компьютерный зал? - крикнул он.
  Уолт указал пальцем и побежал через завод, прихрамывая, его толстые ноги перекашивались. Дэниел видел дверь с другой стороны завода и обогнал Уолта через несколько ярдов, пробежав так быстро, как только мог.
  Давай, давай! сказал он себе. Ему оставалось преодолеть всего пятьдесят ярдов, чтобы добраться до двери, и он закрыл глаза от боли в легких и напряг ноги, чтобы нести себя быстрее. Затем он оказался у двери и распахнул ее, не поворачивая ручку, ворвался через внешнюю электрическую комнату и через внутреннюю дверь, которую кто-то оставил открытой, в компьютерный зал. Он замер. В течение этих 1,67 секунды неподвижности ему казалось, что мир движется в замедленной съемке, но в одно мгновение он пересек комнату, нагнулся за основным блоком компьютерных серверов и раз, два, три, четыре по очереди выдернул вилки. Он судорожно глотнул воздух и приготовился к шоку от взрыва. Но затем он услышал, как вой стих, и почувствовал сквозь стену и пол, как затихает рокот old Rouge North.
  Мгновением позже в комнату ворвался Уолт. В его глазах стояли слезы. Он сгорбился, тяжело дыша, затем сел на пол. “Спас тебя, старушка”, - сказал он и хлопнул ладонью по полу. Он посмотрел на Дэниела, затем на спины четырех официантов перед ним. “Попались, тупые сукины дети”.
  
  
  
  Сентябрь этого года. На "Пикоил Челленджер", в двухстах семидесяти милях к юго-западу от Нового Орлеана, Луизиана. “Я не могу отключить это!” Несбитт кричал в трубку Джеймисону. Он стоял перед экраном своего компьютера, поскольку вице-президент по операциям в Далласе только что приказал ему отключить все электричество.
  “Что, черт возьми, происходит?” Джеймисон крикнул в ответ. “Я просто нажал кнопку ручного отключения, и ничего не произошло!”
  “Я тоже поднимался сюда!” Несбитт беспокоился о своей работе, о последствиях в Далласе. Грязь перегревалась. Скоро скважина засорится. “Грязь”, смесь глины, масел и химикатов, закачивалась по бурильной трубе на дно шахты и вытекала из бурового долота. Он был разработан для того, чтобы подниматься по внешней стороне трубы обратно на поверхность буровой установки, охлаждать ствол долота и поднимать измельченную породу перед тем, как ее снова отфильтровать, охладить и рециркулировать обратно в трубу. Если температура повысится еще на несколько градусов, грязь схватится и затвердеет в скальную породу вокруг долота и бурильной трубы, и, возможно, придется забросить все десять тысяч футов. Пришлось бы начинать новую скважину. Это обошлось бы в миллионы.
  “ Господи Иисусе, Фрэнк, вот и уходит моя пенсия, ” простонал Несбитт в трубку. - Ради бога, посмотри на температуру. У меня датчики двадцать девять и тридцать девять на двухстах десяти градусах! Через пару минут у нас будет кипящая грязь.
  “ Все когда-нибудь бывает в первый раз, - сказал Джеймисон. В его голосе звучало спокойствие смирения. “Я никогда раньше не видел, чтобы что-то из этого схватывалось”.
  Несбитт почувствовал эти слова как пощечину. Он думал о том, что скажет своей жене о потере работы, о том, как вице-президент по операциям в Далласе сделает из него новую задницу.
  Программная подпрограмма приказала распылительным форсункам бурового насоса переключить химическую смесь на 100%-ную нафту - летучий раствор, используемый для очистки во время остановок. При таком уровне концентрации, как только ствол бура достигнет температуры 222 градуса, было всего лишь вопросом нескольких мгновений, прежде чем вся длина в десять тысяч футов превратится в одну из самых эффективных и больших самодельных бомб, когда-либо произведенных.
  Несбитт все еще думал о том, как он собирается все объяснить своей жене, когда грязь у вершины шахты взорвалась. Взрывная волна разрушила стальную надстройку PeakOil Challenger, снесла саму буровую установку с платформы и расколола бетонное основание огромной платформы пополам. Весь экипаж сгорел при первом ударе. Судно PeakOil Challenger затонуло в течение пятнадцати минут, массивное бетонное основание засосало его на дно Мексиканского залива на глубине 7000 футов.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 38
  
  
  
  СПАМЯТНИКОМ,ЕМУВУХО. Р.ИЯД,АУДИ Аравия. Том Годдард услышал новости о PeakOil Challenger в своем гостиничном номере по CNN. Встал и принялся расхаживать, теперь уже не убивая время, а убивая клетки мозга, удивляясь, почему он не предотвратил это, почему он был на шаг позади.
  Том поднял трубку, но не стал набирать номер, все еще прикованный к телевизору. Я должен был действовать после того, как мы нашли логическую бомбу на нефтеперерабатывающем заводе в Северном море. Мог бы предотвратить это.
  “Экипаж сообщил о сбоях в работе компьютера незадолго до того, как буровая платформа взорвалась и затонула. Власти полагают, что все сто двадцать шесть членов экипажа были убиты и...” Том набрал номер вашингтонской спутниковой линии связи ЦРУ.
  “ Где ты? - Спросил Джим Раттисон, начальник отдела Тома.
  “В моем гостиничном номере в Эр-Рияде смотрю CNN. Господи”.
  “Это хуже, чем вы думаете”, - сказал Раттисон. “Мы слышали от наших компьютерных специалистов, что взрыв нефтеперерабатывающего завода в Хьюстоне был чудом предотвращен. Их компьютерные системы вышли из строя. Я надеялся, что у вас уже есть ответы на некоторые вопросы.
  “ Я уже ухожу. Это, должно быть, аль-Муджари.
  “ И я не понимаю, как мы не заметили этого. Как, черт возьми, кто-то мог застать нас врасплох? Гнев Раттисона звенел в ушах Тома.
  Не полностью, хотел сказать Том.
  - Я думал, у тебя этим занимаются компьютерщики.
  “ Да. Наши ребята, JTTF, АНБ, а теперь и несколько высокопоставленных парней из ФБР из группы коммуникационных технологий Бюро. Я поручил им выслеживать клиентов какого-то инвестиционного банкира из Нью-Йорка, который, как мы думаем, является их мишенью в нефтегазовой отрасли ”.
  “Хватит разговоров, начинайте”, - сказал Раттисон. “У меня в Эр-Рияде разогрет армейский транспортный самолет С-5. Я хочу, чтобы вы и компьютерщики занялись этим немедленно. Мы можем подключить их к нашим системам по беспроводной связи со спутниками, когда вы будете в воздухе. К тому времени мы придумаем, как подключить всех нужных нам людей из числа специалистов Бюро по связи, их антитеррористической команды и всех, кто, по вашему мнению, вам понадобится ”.
  - Соедините меня с Найджелом Бентхерстом из британской разведки и Ира Лэндом из израильского “Моссада”, - сказал Том.
  “ Ты понял. Позвони мне по дороге в аэропорт.
  “Правильно”. Том направился к двери, его дыхание было прерывистым, изображение огненного шара, показанного по Си-Эн-Эн в момент взрыва буровой установки, снятое с расстояния 20 миль, запечатлелось в его памяти.
  
  
  
  Сентябрь этого года. Бурайда, Саудовская Аравия. Шейх бен Абдур сидел, скрестив ноги, на земляном полу задней комнаты ветхого здания рядом со своей мечетью. Шестеро его преданных, многие из самых близких, включая Абдула и Валида, сидели напротив него. Он не мог сдержать своего ликования. “Начинается проявление нашей силы! Очевидно, что воссоединение мусульманского мира - дело рук Аллаха!” По мере того, как он говорил, он начал понимать свои собственные слова. “Нет бога, кроме Аллаха!”
  - Ла илаха илаллах! - хором воскликнули остальные.
  Но теперь он был побежден присутствием Аллаха. Он чувствовал, что проникся силой Аллаха, зная новую цель, уверенность в своей вере, оправданность своих действий. Несомненно, только работа Аллаха могла привести к этому, неоспоримый знак, оправдание джихада, объединяющей войны, которая создала бы исламское государство и вернула верующим контроль над Саудовской Аравией с ее святейшими местами ислама. Он чувствовал, как само его существо горит от осознания того, что он был земным проявлением воли Аллаха.
  “Друзья мои, это проявление духа Аллаха, которым я наполнен. Абдул”, - сказал он, глядя на прекрасного молодого человека-мусульманина. “Опубликуйте мои слова в наших мусульманских газетах в Лондоне и Пакистане. Я возьму на себя полную ответственность за это, за наш джихад. Мы провозгласим, что это развернется и объединит наших братьев в новое священное исламское государство”.
  Он помолчал, затем жестом пригласил Абдула подойти. Он прошептал ему: “Мне нужно, чтобы ты связался с человеком, который называет себя Хабибом. Мне нужна от него дополнительная услуга”.
  Он отмахнулся от Абдула и обратил свой взор внутрь, закрыв глаза, глаза своей души, устремленные ввысь. Да, это был Аллах, в нем. Ничто не могло их остановить.
  
  
  
  Сентябрь этого года. Нью-Йорк. Глаза Коварика были прикованы к экрану телевизора в его кабинете, как будто он был ребенком, смотрящим свою первую порнографию. Взрыв PeakOil Challenger был во всех новостях. Он с трудом мог в это поверить. Подобные вещи случались только в кино, а не в реальной жизни. По крайней мере, не в его жизни.
  Какая спешка. Сначала ему было неловко даже думать об этом, но когда эта мысль осенила его, он позволил себе испытать такой трепет, какого никогда прежде в своей жизни. Он был не просто игроком, он был титаном высшего уровня. Восторг от того, что ты являешься частью — черт возьми, он был тем парнем, который сделал все это возможным, — серии событий, меняющих правила игры и потрясающих мир, был опьяняющим. Это заставило его почувствовать покалывание до самых яиц. Ему не терпелось увидеть, что произойдет дальше.
  Если бы только он мог рассказать кому-нибудь об этом. От этого у него мурашки побежали по коже, он подумал о том, что кто-то узнает. Эти придурки хорошо заплатили ему, но если кто-нибудь что-нибудь выведет на него, он пропал. Он снова подумал о телефонном сообщении Дэниела. Возможно, в этом был какой-то смысл. Он все обдумал. Своевременный телефонный звонок в ФБР с предложением его помощи как эксперта по нефти и газу, обладающего проницательностью, например, стратегической информацией о том, чей клиент предоставил компьютерное программное обеспечение для запуска PeakOil Challenger.
  Он улыбнулся. Неплохая идея. Он поднял трубку, затем положил ее обратно на рычаг. Он потер голень. Нет, сначала напиши сценарий.
  
  
  
  Хабиб не был в восторге от того, что имел дело с одной из террористических ячеек шейха в Нью-Йорке, но небольшая работа, которую шейх хотел, чтобы он выполнил, хорошо оплачивалась: 100 000 долларов только за то, чтобы найти инвестиционного банкира Янгблада и девушку Сашу. Оставалось загадкой, как шейх узнал, где девушка на этот раз, или что она была с Янгбладом. Но это всегда оставалось загадкой. Сумасшедший старик, казалось, положил глаз на девушку. Но это было не его дело. Все, что ему нужно было сделать, это найти их. Тогда пусть люди шейха позаботятся о них, чтобы шейх мог считать, что он сам очистил их от мира. Это если люди шейха смогут уйти со своего пути. Для него это не имело значения. Если бы они все испортили, ему, вероятно, заплатили бы за то, чтобы он сделал все правильно. Мысль об этом заставила его поморщиться. Теске отшил того парня, который работал на Янгблада, это была ошибка новичка, которой он не допустил бы повторения.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 39
  
  
  
  СПАМЯТНИКОМ,ЕМУВУХО. Р.ИЯД,АУДИ Аравия. Принц Ясар отреагировал внешне спокойно. Асад аль-Ануд, глава тайной полиции Саудовской Аравии, стоял перед ним с кратким сообщением, в котором излагались события дня.
  Мы имеем дело с чудовищами, подумал он. Этот бин Абдур. Эти фанатики аль-Муджари. И старые эмоции, которых он не испытывал с момента убийства Ибрагима, нахлынули на него. Яд поднимался откуда-то глубоко внутри него.
  Пусть будет брат-араб против брата.
  
  
  
  Сентябрь этого года. На борту C-5 над Африкой. “Я это знаю”, - сказал Том Годдард. “Но буровая установка PeakOil доказывает, что они нацелены не только на нефтеперерабатывающие заводы. Это усугубляет проблему”.
  “Экспоненциально”, - сказал Найджел Бентхерст.
  Том почувствовал себя дирижером оркестра без партитуры; около 30 профессионалов — компьютерщиков и специалистов в области разведки — собрались на селекторное совещание. Они работали на ходу, импровизируя. Он надеялся, что коллективный опыт и мозги, задействованные в работе, позволят им найти какие-то ответы.
  “В мире насчитывается около тысячи нефтеперерабатывающих заводов”, - сказал Терри Дженкинс, ведущий системный аналитик ЦРУ в компании Tom's, во время телефонной конференции с другого конца прохода в самолете. “Если добавить буровые установки, это должно быть еще двадцать или тридцать тысяч. Как, черт возьми, мы их всех выследим?”
  “Они никак не могли взломать такое количество отдельных систем”, - перебил его аналитик ФБР по коммуникационным технологиям в Нью-Йорке. У нее был глубокий голос Лорен Бэколл.
  Том сказал: “Саша сказал, что их план состоял в том, чтобы заложить логические бомбы в программы поставщиков программного обеспечения и поставлять их отдельным клиентам с регулярными обновлениями”.
  “В этом есть смысл”, - снова раздался хриплый голос. “И пока у нас есть только один поставщик, Intelligent Recovery Systems. Они продали программное обеспечение для всех подвергшихся саботажу объектов — нефтеперерабатывающего завода BP в Северном море, нефтеперерабатывающего завода Saudi Aramco, нефтеперерабатывающего завода River Rouge и PeakOil Challenger ”.
  “Янгблад дал нам список их клиентов”, - сказал Том.
  “Это не имеет значения”, - сказал кто-то. “Если логические бомбы устанавливаются вместе с обновлениями программного обеспечения, мы можем обезвредить их у источника; нам не нужно искать их у всех клиентов. Мы проанализировали три логические бомбы с нефтеперерабатывающих заводов, и все они одинаковы. И они были только в компьютерных системах на аппаратных платформах под управлением Unix или в IBM AS400s, работающих под управлением фирменной операционной системы TSO IBM ”.
  “ Кто это сказал? Требовательно спросил Том.
  “ Стоун. ФБР базируется в Нью-Йорке. - Это был хриплый голос ФБР, который он слышал.
  “ Хорошо. У Янгблада есть еще одиннадцать клиентов от поставщиков программного обеспечения, ” сказал Том, довольный, что есть за что ухватиться. “ Стоун, ты можешь их разыскать? Посмотрите, работает ли еще чье-нибудь программное обеспечение на этих платформах? Это может быть ключом. Может быть, объединиться с несколькими аналитиками и попытаться найти эту зацепку? ”
  “Я возьму с собой одного из своих техников сюда, в Нью-Йорк”, - сказал Стоун. Вызвались два человека, один из Национальной безопасности в Мэриленде и один из ЦРУ в Лэнгли.
  Том сказал: “Мы можем продолжать искать другие зацепки, пока проверяем эту”. Одна маленькая победа. Он выдохнул и хрустнул шеей. - Ладно, что еще нам известно?
  Стоун снова заговорил: “Прежде чем я уйду, кто-нибудь должен начать работать над исправлением”.
  “ Что? - Спросил Том.
  “ Исправление, ” сказал Терри Дженкинс. - Кое-какой программный код для обезвреживания логических бомб, которые мы уже нашли. Мои ребята из Лэнгли уже работают над этим. Я получу от них расчетное время прибытия”.
  “ Это ты, Терри? - Спросил Стоун.
  “ Да, ” сказал он. “ Держись поближе. Если вы еще раз обнаружите логические бомбы в программном обеспечении клиентов Янгблада, я отправлю вам исправление — когда мы его закончим ”.
  “ Что нам с этим делать? - Спросил Том.
  “Отправьте его обезвредить логические бомбы тем же способом, каким они были заложены в первую очередь”, - сказал Стоун. “Запустите обновление программного обеспечения”.
  “ Как долго? - Спросил Том, чувствуя щекотку предвкушения.
  - Несколько часов, - ответил Терри, - может быть, день.
  Господи, подумал Том. “Какие хорошие новости?”
  “Это хорошая новость”, - сказал Стоун. “Плохая новость в том, что исправление будет работать только с логическими бомбами, которые мы видели, — с нефтеперерабатывающими заводами. Мы не знаем, как выглядел тот, который активизировался на PeakOil Challenger, или какую подпрограмму в программе он атаковал ”.
  Том вспомнил количество буровых установок, которое кто-то упомянул в начале разговора, — от 20 до 30 тысяч. Он почувствовал, как у него перехватило горло.
  
  
  
  Сентябрь этого года. Хьюстон, Техас. Саша была зажата между Дэниелом и двумя компьютерными аналитиками ЦРУ в головном "Шевроле Субурбан" в колонне из трех внедорожников. Они мчались по улицам Хьюстона к офисам Intelligent Recovery Systems в сопровождении полиции, с ревущими сиренами и мигающими огнями. Два компьютерных техника сидели на третьем сиденье позади них, еще двое впереди. Техники справа от нее были похожи на Джека Спратта и его жену: худощавый мужчина и полная женщина, чья кожа на Сашиной руке была липкой от пота. Она чувствовала себя так, словно ехала в автобусе в Бомбее, где индийцы по привычке втиснулись друг в друга на сиденьях, даже когда автобус был полупустым.
  Зазвонил мобильный телефон. Тощий. Мужчина передал трубку Саше. “Посвящается Дэниелу. Тому Годдарду”.
  “ Привет, ” сказал Дэниел. Саша наблюдала за ним, восхищенная его командованием, гордая тем, что принадлежит ему. Дэниел показал свой характер сегодня, совсем недавно - во время кризиса в Rouge North. Она наблюдала из дверного проема нефтеперерабатывающего завода — не в силах больше сидеть в треклятом внедорожнике, пока он был в опасности, — как он бросился через весь зал спасать завод.
  “ Знаю, знаю, ” услышала она его голос. “ Да, я бы сказал, что от двадцати до тридцати тысяч - хорошая оценка. Но если говорить о добывающих скважинах, то только в Калифорнии их сорок тысяч. Я бы сказал, восемьсот тысяч по всему миру”.
  Она слышала, как взволнованный Том лает на другом конце провода, но не могла разобрать его слов.
  - Что ж, это хорошие новости по ремонту нефтеперерабатывающего завода, - сказал Дэниел. Тебе следует сообщить об этом...
  Она снова услышала Тома, он почти кричал.
  “ Именно это я и пытался сказать. У вас есть список моих клиентов. Я им всем позвонил. Ваши ребята, с которыми я работаю, отправили команды ко всем из них. Технологии Дрезнера были бы моим вторым приоритетом. Они на другом конце города. Она услышала властность в его голосе, увидела это в том, как он подчеркнул свои слова свободной рукой.
  Затем еще от Тома, теперь тише, спокойнее.
  “ Хорошо. Дэниел повесил трубку и протянул ее Джеку Спратту. “У них есть решение проблемы логических бомб на нефтеперерабатывающем заводе”, - сказал Дэниел. Саша увидела облегчение в его глазах. “И они рассылают это своим специалистам по всем другим моим клиентам”.
  - Исправление программного обеспечения? - спросила она.
  Он кивнул. Он повернулся, чтобы посмотреть ей в глаза. Она сжала его руку. “И пока никаких других инцидентов”.
  - Может быть, мы еще не слишком опоздали, - сказала Саша.
  “ Возможно. Но PeakOil Challenger поднимает другую проблему, которую Том хочет, чтобы мы решили, как только доберемся до IR systems. Найдите логическую бомбу, которая была нацелена на буровую установку, и придумайте, как это исправить. Он посмотрел вперед, его глаза сфокусировались на расстоянии, ни на чем. “И даже если мы решим это, все может стать еще хуже. Поэтому нам нужно поторопиться”.
  Саша почувствовала вспышку тревоги от новой озабоченности, которую увидела в глазах Дэниела.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 40
  
  
  
  СПАМЯТНИКОМ,ЕМУВУХО. ХОСТОН, ТРАЗДРАЖЕН. Было уже около 17:00, когда они подъехали к офису Intelligent Recovery Systems. Саша была поражена, увидев, как из внедорожников вываливаются тела. Похоже, там находилось почти две дюжины техников из различных ЦРУ и других федеральных агентств, больше, чем она видела в самолете из Нью-Йорка. Конференц-зал, в который они вошли, был тускло освещен, словно для вечернего бала. Она предположила, что Дик Джантцен - это мужчина, сидящий в центре главного стола, который был расположен перпендикулярно другому столу для совещаний, как вершина буквы “Т”. На нем был нелепый наряд — розовые брюки, зеленая рубашка для гольфа и мокасины из крокодиловой кожи без носков. Она посмотрела на Дэниела, который кивнул в сторону мужчины. Да, это был он. Справа от Янцена сидел седовласый мужчина лет шестидесяти. По бокам от них стояли еще четверо с каждой стороны.
  Дэниел прошел во главу перпендикулярного стола для совещаний, как можно ближе к Янцену и его группе. Не глядя на Сашу, он спросил: “Тебе удобно начинать?”
  - Ты когда-нибудь замечал, чтобы я была застенчивой? - спросила она, заглядывая в сумочку.
  Она услышала, как он усмехнулся. “Я думаю, что здесь важна ваша информация о компьютерном терроризме. Вы слышали, как Джантцен разговаривал со мной по телефону. Обрушься на саудовскую разведку, на аль-Муджари. Выкладывай все по полной, любовничек. Тот парень справа от него - Стэнли Уолтерс, старший партнер его юридической фирмы.
  Саша подождала, пока остальные войдут в комнату, затем встала, прежде чем кто-либо еще успел заговорить. Ладно, приступим. “Дамы и господа, возможно, я смогу вкратце изложить предысторию. Я агент разведки Саудовской Аравии, работаю совместно с разведкой США над этим кризисом. Мы уверены, что мы имеем дело с подтвержденным террористическим заговором аль-Муджари, направленным на нанесение ущерба нефтегазовой отрасли, а также на свержение правительства Саудовской Аравии и дестабилизацию ближневосточного региона ”.
  Она обращалась непосредственно к Янцену. Она увидела, как расширились его глаза. Он что-то прошептал на ухо своему адвокату.
  “Их метод заключается в проникновении в программы поставщиков программного обеспечения для нефтегазовой отрасли и внедрении троянского кода, который сбросит за борт логические бомбы для саботажа ключевых процессов в нефтегазовых операциях. Вы видели результаты сегодняшнего взрыва буровой платформы PeakOil Challenger. В программах нефтепереработки были обнаружены еще три логические бомбы ”.
  Она увидела, как Уолтерс кивнул в ответ Янцену и опустил на нее взгляд, словно пытаясь запугать.
  “Один был устроен как приманка, которую я помог создать, представившись компьютерным хакером-сообщником и предоставив террористам доступ к нефтеперерабатывающему заводу Saudi Aramco в Дахране. Наши усилия увенчались успехом. Мы нашли логическую бомбу, которую они заложили, затем обратились в ЦРУ. Это привело к созданию патча для логических бомб на нефтеперерабатывающем заводе. Благодаря моим усилиям под прикрытием я узнал, что Интеллектуальные системы восстановления были одним из основных средств для привлечения клиентов с помощью регулярных обновлений программного обеспечения ”.
  Уолтерс встал и открыл рот, чтобы заговорить. Саша подняла руку, останавливая его.
  Она продолжила: “Все четыре логические бомбы на сегодняшний день были заложены в программный код IR Systems, размещенный в системах ее клиентов”.
  Уолтерс сказал: “Это предполагает ряд вещей, в том числе то, что взрыв PeakOil Challenger не был несчастным случаем ...”
  “Да, довольно хорошая гипотеза, учитывая, что экипаж сообщил о вышедшем из-под контроля программном обеспечении перед взрывом...”
  “Мой клиент не признал и не был обвинен...”
  Саша услышала шорох отодвигаемого стула позади себя и, обернувшись, увидела, что один из членов команды встал. Он сказал: “Минутку. Я из ФБР, и у меня есть все полномочия вмешиваться. Мне не нравится, как это происходит ”.
  “ Сэр, отойдите, пожалуйста, - сказал Уолтерс. “Мой клиент горит желанием сотрудничать в пресечении этого терроризма, но просто врывается сюда с кучей обвинений и двумя дюжинами людей, чтобы начать копаться в его программном обеспечении ...”
  “Кто сказал что-нибудь о том, чтобы пошарить повсюду?” сказал агент ФБР.
  “Я думаю, это довольно очевидно...” Сказал Уолтерс.
  “Это именно то, для чего эти люди здесь”, - сказал Дэниел. “Сначала им нужно установить исправление для кода нефтеперерабатывающего завода, затем найти логическую бомбу для буровых установок”.
  В этот момент Саша увидел, как встали шестеро техников. Один спросил: “Кто у вас главный системный аналитик?” Саша видел, как потенциальный хаос перерастает в действие.
  Встал член группы Янцена. “Фрэнк Десото”, - сказал он. Техники набросились на него, как питбули на кролика.
  Теперь встал Янцен. “Минутку”, - сказал он. Он выглядел неуверенно, но выпятил грудь, словно демонстрируя браваду. Невысокий мужчина. Это многое объясняет. Саша посмотрела на Дэниела. Он не выказал никаких эмоций, но она надеялась, что он, по крайней мере, наслаждался этим моментом. Янцен продолжил. “Стэнли прав. Вы не можете копаться в нашем коде. Он проприетарный. Плюс это означает, что мы обманываем наших клиентов. Это накладывает на нас ответственность. Он посмотрел на своего адвоката в поисках поддержки.
  “Я скажу вам, что я собираюсь сделать”, - сказал агент ФБР, приближаясь. Саша наблюдал, как мужчина обошел стол, достал что—то из кармана — наручники - и надел на Янцена наручники.
  “Вы не можете этого сделать!” Уолтерс закричал.
  “ Да? Препятствование федеральному расследованию вопроса национальной безопасности. Он вытащил другую пару, развернул Уолтерса и надел на него наручники. Он подозвал одного из своих людей и начал выводить Янцена и Уолтерса. “У нас нет времени возиться с подобным дерьмом”. На полпути через комнату он обернулся, чтобы посмотреть на команду Янцена. “Кто-нибудь еще?”
  Человек, назвавшийся главным системным аналитиком, спросил: “У кого есть нашивка нефтеперерабатывающего завода?” Один из техников ЦРУ, который подошел к нему ранее, поднял руку. Мужчина указал на двух своих коллег. “Эти двое будут работать с вами над установкой и доставкой нашим клиентам”. Он повернулся и указал еще на двух своих людей. “ А эти двое познакомят вас с кодом буровой установки. Мы уже начали с этим.
  
  
  
  Дэниел повернулся, чтобы посмотреть, Саша кивнул, словно вручая ему сумку. Она села. “Фрэнк?” Даниил сказал директор департамента анализа систем. “ Могу я уделить вам секунду? Фрэнк обошел стол и подошел к Дэниелу. Дэниел повернулся к техникам. “Кто следующий?” Подошли четверо. Он снова повернулся к Фрэнку. “Том — глава ЦРУ, руководивший этой операцией, — говорил о других целях, за которыми они могли охотиться. Мы с Сашей провели то, что мы называли сортировкой. Мы полагали, что нефтепереработка будет главным приоритетом для нанесения наибольшего ущерба, но теперь, после конкурса PeakOil Challenger, этот подход отменен. Я полагаю, что это может быть десять, может быть пятнадцать различных типов атак, каждая с отдельным кодом для различных типов операций — эксплуатационных скважин, трубопроводов ...”
  Фрэнк покачал головой.
  “ Что? - Спросил Дэниел.
  Фрэнк сказал: “У нас есть только четыре типа программных платформ, которые могут быть изменены для адаптации к различным применениям в полевых условиях. Нефтеперерабатывающие заводы, буровые установки, скважины и трубопроводы. Любые другие операции выполняются на основе этих базовых конструкций ”.
  Один из техников, стоявших позади Дэниела, сказал: “Хорошо, нам нужны еще две бригады для скважин и трубопроводов. С чего начнем?”
  - Пошли, - сказал Фрэнк и кивнул головой в сторону боковой двери, через которую вышли другие техники. - Я позову еще кого-нибудь из моих парней, - и пошел дальше.
  К Дэниелу подошел один из агентов ЦРУ. “Только что звонил Том. Он хочет, чтобы вы с Сашей вернулись в Нью-Йорк как можно скорее. В любом случае, у нас все под контролем. Наши ребята доставят вас в аэропорт.
  Дэниел нервничал из-за отъезда, но решил, что они с Сашей все равно не смогут принести здесь больше пользы. Кроме того, его беспокоило кое-что, что ему нужно было проверить еще в Нью-Йорке.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 41
  
  
  
  EАРЛИ А.М..ЧЛЕН, ТЕГО УУХА, - СКАЗАЛ ОН. Нью-Йорк. C-5 грохотал и трясся, подгоняемый резким боковым ветром.
  “Подождите, это будет некрасиво”, - сказал капитан по внутренней связи. Том выглянул в иллюминатор, когда самолет, подпрыгнув, приземлился. Пилот переключил двигатели на задний ход, пытаясь как можно быстрее оторваться от взлетно-посадочной полосы, чтобы вывести команду из самолета.
  Том снова разговаривал по мобильному телефону со Стоуном в региональном отделении ФБР в центре Манхэттена, когда тот спешил с самолета к ожидавшему вертолету: “Где мы?” - спросил он. Тому пришлось напрячься, чтобы расслышать ее сквозь рев вертолета. Ему хотелось, чтобы его руки были на горле бин Абдура.
  “ Работают несколько команд, большая из них работает над программами Intelligent Recovery Systems. Другие работают с другими клиентами Янгблада. Еще одна преследует вашего саудовского ищейку. Ребята из JTTF работают над этим с Sabre, компьютерной системой бронирования в Далласе ”.
  “ Ищейка что-то подцепил в Эр-Рияде? Том почувствовал, как у него закипает кровь.
  Стоун продолжал. “Около часа ночи по нашему времени саудовцы связались с ЦРУ в Лэнгли. Ваш ищейка активизировался. Похоже, что одна из учетных записей системного менеджера Saudi Aramco была взломана, и хакер использовал ее, чтобы войти в подпрограмму в программном обеспечении нефтеперерабатывающего завода, чтобы узнать, почему логическая бомба не сработала. Ваш ищейка выследил его и проник в систему бронирования авиабилетов Sabre. Ребята из Sabre помогли нам отследить его до Швейцарии, а затем через спутник прямо здесь, в Нью-Йорке. Он все еще в Сети, хотите верьте, хотите нет.
  “ Где он? Том впервые по-настоящему почувствовал вкус успеха. И немного тепла в том, что до сих пор было лишь холодной яростью.
  “ КОМПЬЮТЕР в офисе инвестиционного банка под названием Ladoix Sayre, прямо здесь, в центре города. Рокфеллер Плаза, тридцать.
  “ Это Дэниела Янгблада. Саша сказала, что они, возможно, используют его для доступа. Том на мгновение задумался, но Дэниел возвращался из Хьюстона. - Кто-нибудь уже проверил это?
  - Нет, прямо сейчас мы набираем тактических агентов.
  - Я иду с тобой.
  “Разве мы не должны оставить это дело мускулистым парням?”
  “Нет”, - сказал Том. “Я хочу быть там, когда мы поймаем сукина сына, кем бы он ни был”. Том сделал паузу, чтобы насладиться этой мыслью. “Что еще у тебя есть?” Спросил он.
  “От IR Systems тоже хорошие новости. Они установили и разослали обновление для нефтеперерабатывающего завода. И мы думаем, что они отследили порт входа в сеть IR Systems по электронной почте, отправленной, как вы уже догадались, с компьютера в Ladoix Sayre. Адрес электронной почты: youngblood@ladoix.com.”
  Гнев Тома снова усилился.
  “Ребята из IR Systems думают, что мы имеем дело с четырьмя различными типами логических бомб, все они размещены в подпрограммах в различных типах программного обеспечения IR Systems”, - сказал Стоун.
  - Вы думаете, кто-то в компании помогал ему внедрять материал в четыре разных типа программ?
  “Нет. На самом деле все очень просто”, - сказал Стоун. “Кто—то пишет разные подпрограммы для каждого из четырех различных типов программ - одни функционируют на нефтеперерабатывающем заводе, другие - в программе бурения, третьи - для эксплуатационной скважины и четвертые - для трубопровода природного газа. Затем он взламывает ИК-системы и устанавливает их в четырех версиях master IR Systems. Эти основные версии автоматически распространяются через Интернет для обновления всех программ IR Systems, подобно тому, как Microsoft рассылает обновления Windows ”.
  Том все еще не думал, что это так просто.
  “Итак, в течение четырех разных дней механизм автоматического обновления в IR Systems регистрируется в каждом из своих дочерних устройств, предоставляет им список новых и улучшенных настроек онлайн и одновременно устанавливает логические бомбы. На самом деле очень просто. Единственной сложной частью был взлом сети IR Systems. И, очевидно, тот, кто сейчас работает с компьютером Янгблада, нашел где-то лазейку для установки логических бомб.
  Том уловил суть. Довольно ловко. Но если Стоун был прав, это мог быть один или два парня, или небольшая группа. Вертолет приземлился. Том побежал через тротуар к ожидавшей его машине.
  Он заговорил с заднего сиденья. “ Стоун, я нахожусь на Тридцать четвертой улице в Вест-Сайде. Мои ребята подъедут к тебе в офис. Я направляюсь прямо в Рок-центр. Оставайся на линии и дай мне знать, что парни из Sabre и саудовцы говорят о нашем хакере ”.
  Тому стало интересно, что за человек мог бы помочь этим ублюдкам. Свежевымытый компьютерщик? Да, он хотел быть с командой, которая догнала его.
  Вестибюль Рокфеллер Плаза, 30 был пуст. Четверо агентов ФБР в сопровождении полудюжины нью-йоркских копов убедили охранников пропустить их наверх. Одиннадцать человек ввалились в один лифт.
  “Хорошо, теперь слушайте внимательно. Это операция ФБР, тактическая на месте, подчиняющаяся командованию ЦРУ через мистера Годдарда ”, - сказал Джонсон, тактический командующий ФБР. “Мы возьмем инициативу на себя”, - сказал он копам. “Мы не знаем, в каком офисе он находится, но нам известен добавочный номер телефона 6193. Два агента ФБР пойдут впереди слева, а двое других - справа. Вы охраняете тыл, с одним человеком у лифта.
  Копы кивнули. “ Спасибо, ребята. Теперь Джонсон обратился к своим людям. “ Симмс, пойдешь со мной налево. Уолтерс и Виксен, идите направо. Я хочу, чтобы руки с оружием были свободны, пальто расстегнуто, а ремни кобуры расстегнуты. В помещении может находиться неопознанный субъект, описания нет. Субъект нужен нам живым. Оружию не давать зеленый свет, если не обнаружена угроза. Я первым захожу в каждую дверь. Двери открылись, и они пересекли вестибюль к запертому входу в офис Ладуа. Агент Виксен вскрыла замок за пятнадцать секунд.
  Две команды разошлись веером. Джонсон увидел расположение, подал сигнал, и все они достали оружие. Том пожалел, что у него сейчас нет с собой пистолета, хотя бы для того, чтобы ударить сукиного сына дубинкой.
  Джонсон и Симмс работали эффективно и хладнокровно. Они подходили к каждой двери офиса и везде, где видели светящийся экран компьютера, заглядывали внутрь, чтобы проверить. Джонсон проверил телефонные номера, сбавив скорость после того, как понял, что добавочные номера расположены в порядке убывания.
  6195 ... осталось двое, подумал Том. Джонсон и Симмс миновали еще один офис, и Том увидел танцующий свет в соседнем дверном проеме. Джонсон сделал знак рукой Симмсу, который прокрался за пост секретаря и прошел мимо офиса. Он вернулся вдоль внешней стены, приближаясь к офису в противоположном от Джонсона направлении. Они оба медленно продвигались к двери, подняв автоматы на уровень глаз. Дверь была открыта. Из офиса не доносилось ни звука, но зеленый огонек продолжал плясать. Том затаил дыхание.
  Оба мужчины прыгнули в дверной проем. Они замерли на секунду, затем опустили оружие.
  Том вбежал следом за ними. - Что?
  “Будь я проклят, если знаю, ” ответил Джонсон, - похоже, кто-то в Сети. Посмотри на эту штуку”. Джонсон направил пистолет на экран компьютера. По нему пробегали введенные команды, прокручиваясь вверх с каждой введенной новой строкой.
  Том открыл свой мобильный телефон и позвонил Стоуну.
  “ Здесь никого нет, ” сказал он. - Чертов компьютер выполняет команды сам.
  “Наш хакер, должно быть, вошел в свой компьютер, используя его как удаленный терминал откуда-то еще”, - сказал Стоун.
  Черт. И все это напрасно. Или это было напрасно? Мог ли этот парень, Коварик, который позвонил в ФБР по поводу Дэниела, быть на уровне? Мог ли Дэниел быть грязным и помогать ЦРУ только для того, чтобы сбить их со следа?
  У Тома зазвонил мобильный телефон.
  “ Это Дэниел. Мы только что приземлились. Куда нам прикажете?
  “ Штаб-квартира ФБР. Водитель должен знать. Нам нужно поговорить.
  “ Да. У меня тоже есть кое-какие идеи, которые мне нужно обсудить с тобой.
  Держу пари, что так оно и есть.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 42
  
  
  
  СПАМЯТНИКОМ,ЕМУВУХО.ФУ ТыОРОЧИЙ город. Дэниел и Саша вышли из лифта на One American Plaza, штаб-квартире ФБР в городе. Дэниел видел, что Саша была неуверенной, шла медленно, опустив голову. Она сама не своя. Как раз перед тем, как они подошли к столу администратора, Дэниел повернулся к Саше. “Ты в порядке?”
  “ Нет. Мне не по себе. Встреча с Томом лицом к лицу вызывает в памяти ту ужасную ночь убийства Ибрагима много лет назад ”.
  Дэниел сжал ее руку. Он присмотрит за ней.
  Том встретил их у стойки администратора. Дэниел заметил, как его глаза встретились с глазами Саши. Он выглядел иначе, чем ожидал Дэниел, моложе, чем на экране спутниковой связи, возможно, чуть старше 50, со здоровым цветом лица и пышными волосами. Проницательные голубые глаза. Дэниел увидел, как Том взглянул на него, затем отвел взгляд, как будто виноватый. Конечно. Том знал, что они с Сашей были любовниками, знал, что Дэниел, должно быть, услышал от нее историю Саши и Тома, как он использовал ее в убийстве Ибрагима. Он посмотрел на Сашу, увидел, как нарастают ее эмоции, когда она смотрит на Тома. В ее глазах была боль, но также и что-то большее. Интересно, подумал он. Были ли они когда-нибудь любовниками?
  Том провел их внутрь. Освещение было флуоресцентным, резким, мебель функциональной и дешевой. Том провел их в конференц-зал с опущенными жалюзи. - Присаживайтесь, - сказал он, усаживаясь сам.
  Они посидели несколько неловких мгновений, Дэниел то и дело поглядывал на Тома, видя, что Тот наблюдает за ним, словно оценивая. Ему это не понравилось. Затем женщина лет 40, сурового вида, ворвалась в дверь так, словно это место принадлежало ей.
  “ Специальный агент ФБР Стоун? - Что? - спросил Том.
  “ Кто еще? ” спросила она. Она посмотрела на Дэниела. - Янгблад?
  -Да.
  Стоун кивнула. - Итак, у меня хорошие новости, - сказала она. Теперь у нас есть исправления для всех четырех программных платформ IR Systems. Плохие новости: логические бомбы должны были сработать завтра в полдень, и мы не знаем, где еще эти жукеры их спрятали.
  Никто ничего не сказал.
  Том посмотрел на часы; Дэниел проверил свои: 2:05 ночи
  - Дэниел, я все хотел спросить тебя, как ты спас нефтеперерабатывающий завод “Ривер Руж”, - сказал Стоун.
  “Я буквально выдернул вилку из розетки”.
  Несколько мгновений Стоун смотрел на него в ошеломленном молчании.
  “Почему никто не подумал об этом до конца?” Сказал Том.
  “Это никуда не годится”, - сказал Дэниел. “Румяна - устаревшее растение по сегодняшним стандартам. Я уверен, вы знаете, что на современных заводах есть резервные компьютеры, подключенные к электросети.
  “Да, - сказал Стоун, - если компьютерная система выйдет из строя, она не позволит вам отключить ее”.
  “Вам пришлось бы закрыть весь завод. Для безотказного устранения этой проблемы это означает, что вам пришлось бы закрыть всю нефтегазовую отрасль ”. Дэниел посмотрел на Тома.
  Том, казалось, задумался. Он сказал: “Вам нужно, чтобы президент закрыл Соединенные Штаты, а затем поговорил со всеми главами иностранных государств”.
  Дэниел сказал: “К тому времени, как вы это сделаете, мы либо отладим эту штуку, либо они все взлетят на воздух”.
  Том на мгновение задумался, казалось, прокручивая это в уме, затем сказал Дэниелу: “Ты говорил, у тебя есть кое-какие идеи”.
  
  
  
  Саша с изумлением наблюдала, как Дэниел встал из-за стола в конференц-зале и начал расхаживать по комнате, перечисляя 15 других нефтегазовых инвестиционных банкиров с Уолл-стрит, с которыми он конкурировал, а затем десятки их клиентов, поставлявших компьютерные программные системы для нефтегазовой отрасли. Как ему удалось сохранить все это?
  “Это должно дать вам хороший процент от всех мировых систем, в которые проникнут террористы”, - сказал Дэниел. Он смотрел на Тома, явно ожидая реакции.
  Том, казалось, и сам о чем-то думал. После паузы он сказал: “Я позову сюда еще нескольких наших парней и займусь этим”. Он посмотрел на Стоуна, затем заговорил в свой мобильный телефон.
  Стоун сказал: “Мне нужно поднять с постели множество людей, получить доступ к их офисам и компьютерам и отследить массу следов, чтобы выяснить, нет ли у нас другого зараженного программного обеспечения”.
  “Есть кое-что, что меня беспокоит”, - сказал Дэниел. “Террористам, должно быть, помогали специалисты. Никто, кроме инсайдера отрасли, не смог бы так эффективно настроить эти операции. Если мы сможем выяснить, кто именно, мы, возможно, сможем составить дорожную карту и найти решение. Иначе это займет слишком много времени”.
  Саша заметила, как взгляд Тома мечется туда-сюда между Дэниелом и Стоуном. У нее возникло странное чувство, и она поерзала на стуле. Что-то его беспокоит. Затем Том сказал: “Интересно, что ты об этом заговорил. Нам позвонил парень по имени Коварик, который предположил, что это ты, Дэниел, помогаешь им. Вчера он сообщил о своей зацепке в ФБР, и теперь мы не можем его найти ”.
  Саша увидела, как Дэниел сделал двойной дубль, затем снова сел на свой стул, как будто теперь все встало на свои места. “Коварик. Боб Коварик”, - сказал он. “Мы были лучшими друзьями, вместе пришли в Goldman. Он встречался с Энджи, моей женой, до того, как я встретил ее. Она бросила его, и я не думаю, что он когда-либо забывал о ней. Фактически, он клеился к ней вплоть до того дня, когда мы поженились. Затем он вонзил мне нож в спину из-за того, что я стал партнером по нефти и газу в Goldman ”.
  Саша внимательно наблюдала за Дэниелом, видела, как его взгляд устремлен вдаль, чувствовала боль, которую он испытывал, когда говорил. Ей хотелось обнять его, как-то поддержать.
  Дэниел сказал Тому: “Лампочка только что перегорела. Это Коварик. Он слизняк и ненавидит меня настолько, что натравил на меня ФБР. Что-то не так, и в данных обстоятельствах это многое значит. Нам нужно разыскать этого парня ”.
  Том сказал: “Я беспокоился о тебе минуту или две, в том числе когда мы обнаружили хакера онлайн на твоем компьютере. Но что-то не сходилось. Так что я хотел бы поговорить с этим парнем, Ковариком.
  - Я тоже, - сказал Дэниел.
  - Его звонок что-то значит, - сказал Том.
  “Возможно, все”, - сказал Дэниел.
  
  
  
  Когда команда не нашла Коварика в его особняке, они отправились в его офис. Охранник 299-го парка дремал, когда они прибыли, но резко выпрямился, увидев четырех мужчин и женщин, одетых в деловую одежду, окруженных шестью громилами в бронежилетах с логотипами ФБР на спинах, с автоматами в руках. Полдюжины нью-йоркских копов завершали ансамбль.
  Наверху Дэниел надеялся, что они взломают входную дверь офиса тараном, но один из агентов вскрыл замок меньше чем за минуту.
  “Где его офис?” Спросил Джонсон, ведущий агент ФБР.
  “Я никогда здесь не был”, - сказал Дэниел. “Но, насколько я знаю Коварик, это большое место. Ищи тот, в котором есть трон.
  Дэниел увидел, как Саша включила лампу на приставном столике, разглядывая картины на стенах, мебель. Что она делает?
  Они прошли мимо приемной в первый кабинет. Дэниел увидел лицо Коварика на фотографиях в рамках на полках и в буфете. На стенах висели объявления о сделках по слиянию в рамках, а на буфете стояли памятные подарки от Lucite. Сделки Коварика. “Это все”, - сказал он. Двое агентов Джонсона стояли на страже у двери, подумал Дэниел, абсурдно, как будто кто-то мог появиться ближе к трем часам ночи. Дэниел обошел стол Коварика, гадая, что ему теперь делать. Выдвигать ящики? Нет, компьютер. Он все еще был включен.
  Джонсон и два других агента рассредоточились по комнате, открывая ящики буфета, поднимая несколько стопок бумаги, которые лежали на виду. Дэниел задумчиво уставился на экран компьютера. Он чувствовал беспокойство, бессилие. Весь разодетый, а идти некуда. Он видел, как Саша по очереди рассматривала каждую фотографию, изучая ее, затем переходила к следующей. Что она сейчас делает?
  Дэниел сел и щелкнул мышью на компьютере Коварика, увидел, как экранная заставка исчезла и появился рабочий стол Коварика. Аккуратные ряды иконок были расставлены вдоль рабочего стола, всего, может быть, 40 или 50. Иисус. Он кликнул по панели управления, чтобы найти папку с документами Коварика. В ней было еще 50 или 60 папок.
  Он поднял глаза и увидел, что Саша разглядывает фотографию на полке Коварика. Она сказала: “Он стоит рядом с Aston Martin”. Она повернулась, чтобы посмотреть на Дэниела. - Это тот, на котором он гонялся с тобой?
  “Да”. Он почувствовал вспышку возбуждения. Она что-то заподозрила?
  - Он из тех, кто дает имена своим машинам?
  “ Да. Дэниел наклонился в сторону, чтобы получше рассмотреть фотографию. - Это “Разрушитель”.
  - Это тот, которого вы вбили в стену в Уоткинс-Глен?
  Пульс Дэниела участился. Он знал, куда она клонит. - Нет, - сказал он, снова глядя на экран компьютера Коварика, - это был “Элиминатор”.
  “Попробуй это”, - сказала она, но прежде чем она закончила, он уже нашел значок ‘Устранитель’ на рабочем столе Коварика. Он нажал на нее, и открылся файл Excel. Он почувствовал прилив адреналина. “Вот и все”. В файле был список инвестиционных банкиров, имя Дэниела стояло вверху, за ним следовали списки клиентов поставщика программного обеспечения и их заказчиков. Дэниел прокрутил список вниз, прикинув, что в распечатанном виде он займет от 20 до 30 страниц.
  Когда он снова поднял глаза, вся команда окружила его, лицо Саши сияло над экраном компьютера. Она прошептала одними губами: “Я люблю тебя”. Это согрело его.
  “ Ты уверен? - Спросил Джонсон.
  -Совершенноверно.
  Джонсон ударил кулаком в воздух. Его товарищи по команде хлопнули друг друга по спине. Дэниел почувствовал прилив триумфа. У них еще было время.
  “ Я позову Стоуна, ” сказал Дэниел, открывая свой мобильный телефон. “ Привет, ” сказал он ей. “Мы получили вашу дорожную карту”.
  “Ты, собака, ты”, - сказал Стоун. “Отправь это мне по электронной почте, затем распечатай, отсканируй, сделай пару копий на флешках и раздай их команде Джонсона. Мы не хотим, чтобы кого-нибудь сбил грузовик, перевозивший единственный экземпляр ”.
  Дэниел повесил трубку, затем снова посмотрел на Сашу. Она все еще сияла, глядя на него.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 43
  
  
  
  СПАМЯТНИКОМ,ЕМУВУХО.ФУ ТыОРОЧИЙ город. Вернувшись в штаб-квартиру ФБР, Том поздоровался с Дэниелом и Сашей в приемной. Дэниел усмехнулся про себя, увидев ухмылку, пробившуюся сквозь попытки Тома сохранить мрачное выражение лица. “Отличная работа”, - сказал Том. “В списке было четырнадцать инвестиционных банкиров, пятьдесят шесть их клиентов - поставщиков программного обеспечения. Мы подключили иностранные разведывательные службы и всех наших компьютерных специалистов. Мы уже в половине списка, исправления уже на месте. Если немного повезет, похоже, мы справимся с этой задачей ”.
  “ Чудесные новости, ” сказала Саша. У нее вырвался нервный смешок.
  Дэниел схватил Тома за руку, пожал ее и тоже сжал его руку. Том позволил себе улыбнуться, затем сказал: “Давай пока не будем праздновать. Нам предстоит много работы. И давайте просто надеяться, что у этих ублюдков не было другой конструкции логических бомб для других поставщиков ”.
  Дэниел ощутил это как удар по телу. Об этом он не подумал. Он посмотрел на Сашу и увидел тревогу в ее глазах.
  “ Вам двоим больше нечего делать, - сказал Том. Идите немного поспите. Я позову вас, если вы мне понадобитесь.
  - Несколько часов в нашей собственной постели - звучит сейчас как потрясающая идея, - сказала Саша.
  “Лучше не надо”, - сказал Том. “У нас есть команда, которая следит за вашей квартирой, на всякий случай. Похоже, кто-то еще, возможно, следит за этим ”. Дэниел почувствовал озноб. - У тебя есть какое-нибудь тихое местечко, до которого никому не придет в голову тебя искать?
  “Да”, - сказал Дэниел. “Раньше я время от времени останавливался в маленьком отеле на выходные, когда не хотел, чтобы кто-нибудь в офисе знал, где я нахожусь”.
  
  
  
  Саша стояла, глядя на 64-ю-ю улицу из Бартон-Мэнор, отеля, спрятавшегося за Мэдисон-авеню, куда их отвез Дэниел. Ее внимание переключилось с пустой улицы внизу на собственное отражение в окне. И оттуда в ее мысли: моменты, которые она разделила с Дэниелом, осознание того, что она может быть с ним заодно, что, возможно, все это скоро закончится.
  Она услышала, как Дэниел моет посуду в ванной; затем шум воды прекратился. Он вошел в дверь. - Я люблю тебя, - сказал он.
  Он подошел к ней. Саша почувствовала, как желание пульсирует в ее руках, когда она потянулась к нему. Она прошептала его имя ему на ухо, затем: “О, как я люблю тебя”. Она почувствовала, как его руки обняли ее. Он подтолкнул ее к кровати.
  
  
  
  После того, как они занялись любовью, Дэниел наблюдал, как Лидия засыпает, положив голову ему на плечо. Всего через несколько минут она проснулась и положила подбородок ему на грудь. “Дорогой, я с трудом могу поверить, что нашла тебя во всем этом безумии”, - сказала она. “Ты избавил меня от жизни в поисках любви, которую я никогда не думала найти. Ты заставил меня снова поверить в любовь”.
  Дэниел почувствовал, как его грудь вздымается, а горло сжимается от эмоций. Затем он увидел, как нахмурились ее брови, а глаза потемнели. Она сказала: “Но мы еще не выбрались из этого. Я знаю, что это только вопрос времени, когда эти сумасшедшие снова меня обнаружат. Они преследуют меня уже несколько десятилетий”.
  “ Нам нужно найти способ навсегда избавиться от этих придурков аль-Муджари у тебя на хвосте. От одной мысли об этом его затошнило.
  - Я пытался, используя вымышленные имена, пытаясь исчезнуть, но в конце концов они меня догоняют.
  - Может быть, Том сможет помочь.
  Ее взгляд устремился куда-то вдаль. “ Мы с Нафтой обсуждали радикальную идею. Я не уверена, что смогу заставить себя попробовать это. Она снова посмотрела на Дэниела и улыбнулась. “Давайте преодолеем этот кризис, а позже займемся долгосрочным решением. Важно то, что мы будем вместе”.
  Ни один из них не мог уснуть, поэтому полчаса спустя они встали и оделись. Дэниел позвонил Тому. “Устойчивый прогресс”, - сказал Дэниел, положив трубку. Он начал расхаживать взад-вперед.
  - Ты хочешь вернуться?
  - Он сказал, что позвонит, если мы ему понадобимся.
  В этот момент кто-то ударил по двери твердым предметом. - Убирайся! - крикнул я. - Закричал Дэниел как раз в тот момент, когда дверь распахнулась и в нее влетел мужчина, размахивающий "Узи". Дэниел схватил его прежде, чем тот успел выстрелить, и швырнул на пол. Он увидел Сашу с подставкой для книг в руке, затем услышал хруст, с которым она ударилась о череп мужчины. Дэниел схватил "Узи" и выпустил очередь по двум другим мужчинам, которые теперь появились в дверях с пистолетами наготове. Они оба упали.
  “ Убирайся! Дэниел снова закричал, увидел, как Саша исчезла в ванной, и вспомнил пожарную лестницу, ведущую с крыши во внутренний двор. Он схватил "Узи" и побежал проверять зал на наличие других нападавших. Очистить. Затем он побежал к двери ванной. Он выбрался через открытое окно и спустился по пожарной лестнице. Он стоял, тяжело дыша, во дворе, оглядываясь, но Саши уже не было. Только ужасная тишина.
  Его охватило мучительное чувство несправедливости. Они были так близки, а теперь это. Он посмотрел вниз и увидел, что его рубашка забрызгана кровью. Он только что убил двоих. А Саша позаботился о другом. Арабы. Террористы.
  Кто-то должен был услышать выстрелы. Там была полиция. Он должен был подумать, позвать на помощь. И найти Сашу.
  
  
  
  Саша стояла на коленях за парапетом крыши таунхауса через два здания от отеля, глядя на пистолет, который она выхватила из-за пояса мужчины после того, как размозжила ему череп подставкой для книг. Это навеяло воспоминания о прошлом: "Беретта Гепард" из синей стали с изготовленным на заказ глушителем. Похожий на тот, который она выдернула из-за пояса другого мужчины в ночь, когда убила Ибрагима. Фокус. Больше никаких снимков. Она видела, как первые двое мужчин упали на линии огня Дэниела, когда она схватила свой компьютерный кейс и сумочку и бросилась в ванную, затем вверх по пожарной лестнице, реагируя на свои тренировки так же, как и на команду Дэниела бежать. Пора вернуться и найти его. Она перепрыгнула через парапет на соседнюю крышу и застыла, увидев мужчину, стоявшего спиной к ней, прислонившись к парапету с другой стороны крыши.
  Она увидела, что дверь, ведущая на лестницу на крышу, раскачивается на ветру, из-за нее торчит дуло винтовки. Запасной вариант. Одним движением она дважды выстрелила в человека за парапетом, затем еще двумя быстрыми выстрелами в деревянную дверь. Она смотрела, как человек у парапета падает на поверхность крыши. Она поспешила к двери, рывком распахнула ее, перешагнула через другое тело и направила "Беретту" вниз по лестнице. Очистить.
  Затем внизу на лестнице послышался топот ног, двое, может быть, трое человек направлялись к ней. Она запрыгнула на крышу соседнего дома, пригнулась за парапетом и услышала голоса, ругающиеся по-арабски.
  Она вспомнила, что выпустила четыре патрона. "Гепард" в ее руке был 22-го калибра. Стандартный магазин. Осталось четыре патрона. Мужчины были в пятнадцати, может быть, двадцати ярдах от него. Она не была уверена, что сможет поразить их всех, и решила не пробовать. Она оглянулась на соседнюю крышу, затем выбежала из своего укрытия. Она услышала голоса мужчин позади себя и топот ног. Она взобралась на следующий парапет, на следующую крышу, на два фута выше следующего уровня, затем оглянулась и увидела приближающихся к ней мужчин. Их было четверо! Она нашла дверь, ведущую на лестницу внизу, выстрелила в замок, и тот открылся. Затем она распахнула дверь и слетела вниз по лестнице.
  Дэниел в безопасности, сказала она себе, пожелала этого всем сердцем. Она, тяжело дыша, сбежала вниз по лестнице, размышляя. Ей нужно было добраться до машины, если Дэниел еще этого не сделал, а потом в Милфорд. Она знала, что он не забудет об их плане встретиться там.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 44
  
  
  
  СПАМЯТНИКОМ,ЕМУВУХО.ФУ ТыОРОЧИЙ город. Тома разбудил будильник на его мобильном телефоне. Ах да. Штаб-квартира ФБР. Он нащупал часы. 6:30. Он набрал номер телефона.
  “ Стоун, это Годдард. Где мы?
  “ Ты говоришь так, словно у тебя рот набит ватой. Ты в порядке?
  “ Да. Просто вздремнуть. Как дела?
  “ Прогресс на всех фронтах. Мы получаем всю необходимую помощь от зарубежных разведслужб. Пятьдесят шесть команд компьютерных техников работают над этим. Исправления либо на месте, либо в процессе разработки”.
  - Любые другие типы логических бомб.
  “ Пока ни одного. Те, что мы нашли, сорок или около того, созданы по образцу четырех ИК-систем.
  Том почувствовал прилив облегчения. Возможно, у нас все получится. “Отличная работа”. Он заставил себя не расслабляться. Настоящее доказательство придет в полдень. Если они не получат их все ...“Продолжай. Есть плохие новости?”
  “ Да. Ты, очевидно, не слышал, что Янгблад и Саша подверглись нападению в каком-то отеле.
  Эта новость заставила Тома окончательно проснуться. - Каким образом, черт возьми?
  “ Они пропали. Но несколько тел — арабских — в их комнате и на крыше.
  Мысль об этом лишила его сил.
  Сукин сын бин Абдур. Вот и все. Даже если они еще не отладили все логические бомбы, он организовывал контрмеры. Контрмеры в задницу, он собирался нанести удары, чтобы убить всех ублюдков. Сначала Бин Абдур. Затем высветите каждого чокнутого квази-террориста, которого они когда-либо включали в свой список.
  Первое, что Том получил из Лэнгли позже в то утро были рваными краями ксерокопии опубликованных версий шейх Ибн Adbur манифеста, которые появились в Лондоне исламские времена и Пакистана верующих:
  ПРИЗЫВ КО ВСЕМ ВЕРУЮЩИМ ИСЛАМУ
  Верующие ислама, объединяйтесь! Настали исторические времена. Со времен первого халифа абу Бакра, преемника самого пророка Мухаммеда, братья-мусульмане-шииты и сунниты не были едины в нашей духовности или в нашем образе жизни. Мы призываем всех наших братьев-мусульман объединиться с нами под знаменем аль-Муджари и присоединиться к нам в нашем джихаде, нашей священной исламской войне! Мы стремимся к свержению всех немусульманских правительств Ближнего Востока и восстановлению Халифата, нашего всемирного исламского государства. Неверные народы, возглавляемые внуками свиней и обезьян, которые загрязняют наши исламские государства, будут поставлены на колени! Нет бога, кроме Аллаха!
  Станьте свидетелями силы Аллаха в событиях последних двадцати четырех часов, в начале нашего джихада! Мы продолжим. Мы смоем пятно неверных со всех наших братьев-мусульман. Посмотрите на нынешнюю монархию в Саудовской Аравии, на преемственность семьи аль-Асад, которая претендует на то, чтобы действовать как защитник мусульманских принципов, на которых было основано наше королевство, и руководствуясь Кораном и шариатом, нашим мусульманским правом. До сих пор они пользовались поддержкой и одобрением нашего религиозного руководства. Мы, священнослужители, религиозные лидеры верующих мусульман, позволили им принять титул Имана, законодателя.
  Но, как сказано в Коране:
  “Если кто-то идет с угнетателем, чтобы укрепить его, зная, что он угнетатель, он вышел из ислама”.
  Они связали себя узами брака с неверным американским правительством, извлекли выгоду из войн в Персидском заливе, которые они спровоцировали, и при этом развязали войну братьев-мусульман против братьев-мусульман. Все это прямо противоречит шариату. Американцы, а вместе с ними и их собратья-свиньи, монархия аль-Асада в Саудовской Аравии, понимают только язык насилия, и теперь они увидели наш гнев. Они убегают только после большого кровопролития. Поэтому мы устроим им кровопролитие.
  И мы объявляем монархию аль-Асада, это марионеточное правительство отродий собак и свиней, неверными. Как неверные, они, как и западные неверные, должны быть изгнаны и уничтожены. Мы объявляем это правительство незаконным. Они позволили неверным заселить наш священный Аравийский полуостров, место расположения двух святынь ислама.
  Джихад начался! Халифат будет восстановлен! Братья-исламисты, верующие, услышьте наш призыв!
  Шейх Мохаммед Муктар ибн Абдур
  Иисус. Настолько же многословен, насколько и безумен. Этого психа нужно было остановить до того, как все сумасшедшие в мире набросятся на него.
  Офису Тома в Лэнгли потребовалась целая вечность, чтобы обеспечить ему безопасную линию связи с Найджелом Бентхерстом из британской секретной службы и Ира Лэндом из израильского Моссада. Но вскоре они оказались на кону.
  “ Ребята, вы в курсе? - Спросил Том. Он нервничал. Ему хотелось поскорее покончить с этим.
  - Мы с Айрой как раз, хм, обсуждали это, когда ты позвонила, - сказал Найджел.
  Том хмыкнул, затем сказал: “С нас, пожалуй, хватит этого дерьма. Я поговорил со своими ребятами в Лэнгли. Мы считаем, что манифест, опубликованный в лондонских и пакистанских исламских газетах, подлинный. Аль-Муджари. Мы собираемся что-нибудь сделать с этим сукиным сыном бин Абдуром. Ребята, вы в деле?”
  “ Сделать что-нибудь, хм, как мы сделали, когда убрали Ибрагима, ты имеешь в виду? Голос Найджела был бесстрастен.
  “ Именно. Подожги ублюдков. Только на этот раз иди до конца.
  -Согласен.
  “Я уже распределил ресурсы”, - сказал Айра.
  “ Хорошо. Собрание всего персонала в Нью-Йорке завтра в десять утра.
  “Уайтхолл на борту. Мы доведем свою цель до конца”.
  Айра только хмыкнул.
  Этого ждали долго. Том почувствовал желание позлорадствовать, насладиться местью, затем понял, что еще слишком рано. Он посмотрел на часы. 10:30. Оставалось полтора часа. В последний раз, когда он разговаривал со Стоун, у нее закончились зацепки для чейза. Все 56 поставщиков программного обеспечения в списке Коварика были отлажены, 47 заражены логическими бомбами, 9 чисты. В полдень они будут знать наверняка.
  Затем он подумал о Саше и Дэниеле. Все еще живы?
  
  
  
  Дэниел проторчал на Таймс-сквер до полудня, с надеждой глядя на большой экран и тикер новостей. В 12:15 он начал чувствовать себя увереннее. Когда к 12:30 сообщений о взрывах на нефтегазовых объектах не поступило, он улыбнулся и вздохнул. Мы сделали это. Это было все празднование, которое он позволил себе. Он должен был найти Сашу. Он начал обдумывать, как вывести Mercedes SLS AMG из гаража своего дома, если за ним следят, то есть если Саша еще не добрался до него.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 45
  
  
  
  СПАМЯТНИКОМ,ЕМУВУХО. БУРАЙДА, САУДИ Аравия. Хабиб наблюдал за толпой, поднимающейся по улице, с расстояния в несколько сотен ярдов; двести человек тащились по улицам Бурайды вокруг шейха бен Абдура. Шейх закончил свою вечернюю молитву и, очевидно, не смог устоять перед призывами своих старших помощников пройтись среди людей, вдохновить их своим присутствием и внушить им, что теперь, когда начался джихад, верующие восторжествуют. Хабиб уже получил свою оплату в полном объеме банковским переводом, но вызов шейха бин Абдура был настолько срочным, а заверения его посредников в том, насколько прибыльной будет новая работа, были настолько убедительными, что Хабибу пришлось согласиться. За деньги, но и из любопытства.
  Он увидел, как священнослужитель исчез внутри ветхой хижины, служившей штаб-квартирой шейха ибн Абдура. Через пятнадцать минут толпа начала рассеиваться. К тому времени, когда Хабиб постучал в дверь, на улице оставалось всего несколько десятков человек, очевидно, ожидавших возвращения великого человека. Его впустил один из помощников шейха бин Абдура. Прихожая, ведущая в комнату, где обычно выступал шейх ибн Абдур, была слабо освещена двумя свечами. Мужчина опередил Хабиба и без стука открыл другую дверь. Комната шейха бин Абдура тоже была слабо освещена. Хабиб почувствовал запах вездесущей пыли.
  Ну вот, мы снова начинаем. Бин Абдур носил традиционный простой головной убор, и только его глубоко посаженные проницательные глаза выделяли его среди своих последователей.
  “Как обычно, ты оперативен, человек, называющий себя Хабибом”, - сказал шейх. “Теперь мы ждем. Возможно, час. До наступления ночи.
  Почти час они провели в молчании. Затем: “Пора”, - сказал шейх ибн Абдур и повернулся к Хабибу. “Абдулу было поручено перевести миллион долларов на ваш счет в швейцарском банке, если вы согласитесь на наше задание. Мы взяли на себя смелость подготовить перевод”. Его глаза горели. - Вы привезли свой автомобиль, этот “Лендровер”?
  -Да.
  “ Хорошо. Все, что нам потребуется для этой оплаты, - это ваши услуги и ваше молчание. И ваше согласие предоставить дополнительный транспорт, если того потребует ситуация. Это, как вы это называете, ”комплексная сделка".
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 46
  
  
  
  СПАМЯТНИКОМ,ЕМУВУХО. МИЛФОРД,ЭНСИЛЬВАНИЯ. Саша вернулась со своей утренней прогулки по территории отеля типа "постель и завтрак" Black Walnut Inn. Ее ноги затекли, как всегда, когда она испытывала стресс. Беспокойство за Дэниела овладело ее мыслями — и вызвало трепет в ее сердце. Сбежал ли он? Она явно отвлекла нападавших на себя. Но где он?
  Она действовала инстинктивно и тренировалась. Сбежала. Арендовала машину после того, как решила не забирать Mercedes SLS AMG, оставив его Дэниелу. Сто тысяч долларов наличными. Ее собственные паспорта и еще двести тысяч в разных валютах в ее сумке, а также новый швейцарский паспорт Дэниела, который прислал ее контакт. Готов.
  Именно эта боль, ужасная всепоглощающая боль за Дэниела, спутала ее мысли.
  Она остановилась на ступеньках крыльца, желая снова взять себя в руки. Мужчины на крыше. Голоса арабов, аль-Муджари. Как они могли найти ее? Не было ничего невероятного в том, что кто-то снова проник в королевскую семью.
  Она пошла в свою комнату, открыла окно и окинула взором опытного наблюдателя холмистую зелень поля. Ничего необычного. Затем ее снова посетили те последние нежные мгновения с Дэниелом , их объятия, затем ее гнев из-за несправедливости того, что их разлучили.
  Теперь действовали ее навыки, ее тренировка. Она достала электронное устройство из-под кровати, подключила к нему телефон и позвонила, слушая голос Дэниела на автоответчике в нью-йоркской квартире. Она посмотрела на устройство. Загорелась красная лампочка, индикатор напряжения упал наполовину, задрожал, а затем опустился до самого низа шкалы. У нее похолодело в сердце. Все еще прослушивался. То же самое было и в доме Милфордов. Она неохотно попробовала дозвониться на сотовый Дэниела — она боялась, что, если ей удастся дозвониться, они могут определить его местонахождение по триангуляции, — и получила запись, на которой говорилось, что он либо находился за пределами зоны обслуживания, либо телефон не работал. Она все еще боялась звонить Тому. Он и его коллеги были единственными, кто знал Дэниела, и она поехала в Бартон-Мэнор. Должно быть, произошла утечка информации или в штаб-квартире ФБР работает агент аль-Муджари. Подожди. Сейчас появится Дэниел.
  Она проехала на арендованной "Тойоте Камри" обратно через город, в солнцезащитных очках, с волосами, убранными под широкополую соломенную шляпу, и сделала круг у дома Дэниела. Казалось, ничего необычного. Она поехала обратно в гостиницу "Черный орех".
  
  
  
  Сентябрь этого года. Нью-Йорк. Том Годдард думал о том, что, если бы у них была такая большая команда двадцать лет назад, их, вероятно, не было бы здесь сегодня. Он оглядывал номер в нью-йоркском отеле "Хилтон", готовый обратиться к залу, полному сотрудников различных разведывательных и военных агентств, сотрудничающих в деле возмездия террористам. Его плечи все еще болели, и в 10:30 утра у него все еще была ватная палочка
  В номере было сорок два человека, разделенных на три основные группы. Каждая группа сгрудилась в геометрической расстановке мебели вокруг компьютеров, размещенных на импровизированных платформах из торцевых столов. У каждой команды был проектор, который освещал стены. Компьютерные провода от ноутбуков расходились во все стороны от розеток. У входа была расставлена еда.
  “ Все в порядке, ” крикнул Том. Его глаза отыскали Айру Лэнда со своими израильскими коллегами в одной из групп вокруг проектора, Найджела Бентхерста и команду НАТО - в другой, а его собственную команду - в третьей. “Вы все знаете, зачем мы здесь”. Голоса в комнате смолкли. “Мы разделили группу на три команды. Израильтяне во главе с Айрой Лэндом, экспертом по ближневосточному региону, знакомым с аль-Муджари и их методами, возглавят ближневосточный сектор. Найджел Бентхерст, мой коллега из британской секретной службы, также эксперт по Ближнему Востоку, возглавит европейскую группу, к которой присоединится Натаниэль Кроу, представитель НАТО”, - Том посмотрел на эту группу. Французы, бельгийцы, немцы и австрийцы. Их куча. Половина людей в комнате. “И я возглавляю североамериканскую группу, к которой присоединяются мои коллеги из разведки США”.
  Он посмотрел на лица, одни мрачные, другие с выжидающе поднятыми подбородками, все профессионалы. Это были люди, которые отбирали, планировали и выполняли удары. Большинство из них ждали подобного момента и из кожи вон лезли, чтобы попасть в него. “Хорошо. Руководители вашей группы проверят цели и предоставят столько разведданных о них, сколько мы коллективно собрали. Пятьдесят пять членов экстремистской группировки шейха бен Абдура "Аль-Муджари" в звании лейтенанта и выше. Все цели для тактических операций, некоторые скрытые, некоторые динамичные, в течение следующих нескольких дней будут скоординированы с военными ударами, в основном крылатыми ракетами и бомбами с лазерным наведением. В каждой команде есть по паре человек из каждого командования ВМС США, ВВС Великобритании, Германии, а также военно-воздушных и военно-морских сил НАТО. У каждого из вас есть основной контакт с наемниками, если они вам понадобятся. Общая координация осуществляется консорциумом британских секретных служб, израильского Моссада и ЦРУ-Ира Лэнд, Найджел Бентхерст и я, Том Годдард. Он впервые улыбнулся. “Надеюсь, ты узнаешь и полюбишь нас”. Его улыбка стала шире. “И тогда забудешь, кто мы, черт возьми, такие и как выглядим”. Он огляделся. “Хорошо. У нас есть всего один шанс. Давай не облажаемся ”.
  
  
  
  “Нам следовало сделать это двадцать лет назад”, - сказал Том Найджелу Бентхерсту три часа спустя.
  “Насколько я помню, именно такой совет мы с вами дали в то время нашему соответствующему начальству”, - сказал Найджел. “Сделаем все так, как нужно, доберемся до стольких, кого сможем, включая самого бин Абдура”. Несколько прядей его тонких светлых волос свисали на лицо. Его рубашка все еще была свеженакрахмалена, но казалась на размер больше. “Даже не думай, что чертовы саудовцы будут возражать, если мы сделаем что-то подобное на их земле. После масштабов этой попытки терроризма они и весь мир будут нам благодарны”. Он полуприкрыл глаза. “Если бы мы сделали это в прошлый раз, в этом не было бы необходимости”.
  Том что-то проворчал в ответ. Найджел был прав, признал он. Тогда они арестовали пятерых старших оперативников аль-Муджари, а также принца Ибрагима. Этого было достаточно, чтобы искалечить аль-Муджари на годы, но не уничтожить его. На этот раз они сделают все правильно.
  Том оглядел комнату. Пластиковые стаканчики, обертки от сэндвичей и бумажные тарелки валялись на любой горизонтальной поверхности, а полдюжины портативных компьютеров все еще были воткнуты в стены. В течение трех часов они просмотрели все пятьдесят пять досье, проецируя лица и ключевые факты на стену с экранов компьютеров.
  - Боюсь, я сбился с общего счета, старина, - сказал Найджел.
  “ Сто сорок шесть, ” сказал Том. - Включая связанные группы и бин Абдура.
  Всего будет тридцать две команды. Все они в Саудовской Аравии, Судане, Ираке и Иране будут состоять из местных наемников. На Континенте команды убийц представляли бы собой смесь наемников, ЦРУ, Моссада и британской секретной службы. Том наблюдал, как Айра Лэнд оживленно беседует с парой полевых агентов, и заподозрил, что Айра, возможно, сам причастен к некоторым нападениям. Они также использовали наемников в США для скинхедов и военизированных группировок, с которыми они были связаны или, как они сильно подозревали, симпатизировали аль-Муджари. Оперативники ЦРУ нанесут удар по более сложным целям - подпольным ячейкам аль-Муджари.
  “ Ты в порядке, старина? - Спросил Найджел, положив руку на плечо Тома. Том не ответил. Он думал о Саше. Вспоминая его реакцию, когда он увидел ее на видеоэкране с Янгбладом. Похоже, у нее что-то получилось. Возможно, она вернулась к реальной жизни. Может быть, они вдвоем расстались, помирились и потерялись. Может быть, ему больше не нужно было переживать из-за нее.
  “ Том, это Саша? - Спросил Найджел. “ Я разговаривал об этом с некоторыми ребятами. Я слышал, что она пропала. Ты должен перестать винить себя за все те годы. Она оказала реальную услугу всем нам. Никто другой не смог бы этого сделать, кроме нее ”.
  Слова Найджела кольнули Тома, как его совесть. - Мы использовали ее.
  И она пошла на это добровольно, как я тебе уже сто раз говорил. Сделала это ради Яссара. Ты это знаешь. - Найджел описал рукой круг в воздухе. “Почти год в качестве троянского коня, это большое давление, большая психологическая травма, я согласен. Но она знала, что делала. И если бы она этого не сделала, Ибрагим помог бы шейху ибн Абдуру убить Яссара, своего собственного отца. Черт возьми!”
  Найджел не облегчил вину Тома. “Мы использовали ее, мы испортили ей жизнь, и в результате она провела последние двадцать или около того лет, занимаясь Бог знает чем”. Может быть, она действительно нашла свою жизнь с Янгбладом, и Тому следует оставить ее в покое. “Может быть, мне не стоит пытаться найти ее, просто позволить ей снова раствориться в тумане”.
  Найджел настороженно посмотрел на него. “ Том, старина. Ты прекрасно знаешь, что если они подошли к ней так близко, то пройдет совсем немного времени, прежде чем они найдут ее снова. Нам и в голову не приходило, что они окажутся настолько организованными, чтобы осуществить скоординированный глобальный терроризм, как они только что попытались. Ты же не хочешь, чтобы они ее догнали, не так ли?
  “Нет”, - сказал Том. Они все были в долгу перед ней. Что было бы, если бы принц Ибрагим выжил? Тогда где бы они были? “Там был парень, наемник по имени, среди прочего, Хабиб. Помнишь его? Раньше был одним из наших”.
  “ Конечно. Мы привыкли называть его человеком-невидимкой. Скорее, хм, загадкой.
  “Что, если бы мы взяли кого-нибудь хорошего, действительно хорошего, вроде этого парня Хабиба, и приставили его к Саше, что-то вроде телохранителя?” Он посмотрел на лицо Найджела. “Я думаю, такой человек, как он, мог бы справиться с работой намного лучше, чем некоторые из нас”.
  “О”, - сказал Найджел. Том увидел, как его лицо расслабилось. “Мы понимаем, что он уже работает на бин Абдура”.
  Боже мой, подумал Том. Что, если бин Абдуру пришла в голову та же идея? Найди кого-нибудь действительно хорошего и приставь его к ней.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 47
  
  
  
  СПАМЯТНИКОМ,ЕМУВУХО.ФУ ТыОРОЧИЙ город. Дэниел вошел в штаб-квартиру ФБР.
  “ Где ты был? - Спросил Том, когда вышел ему навстречу.
  “Прячется”.
  - Почему, черт возьми, ты не позвонил мне раньше?
  “Сначала я боялся. Я не мог понять, как они узнали, что мы были в отеле. Я подумал, что у тебя может быть утечка.
  Том посмотрел прямо на Дэниела своими пронзительными голубыми глазами. - Я единственный, кто знал, где ты.
  Дэниел кивнул. “Я тоже поехал в Милфорд. Мы с Сашей договорились встретиться там, если расстанемся”.
  - Она сейчас там? - спросил я.
  “ Нет. Я не знаю, где она. Я надеялся, что ты сможешь. Ты знаешь, что случилось?
  “ Да, по крайней мере, последствия. Двое парней в колпаках на крыше, пули 22-го калибра в обоих. Еще трое убитых в гостиничном номере. Один из мраморной подставки для книг, два из того же ”узи".
  Дэниел почувствовал шок, кровь прилила к его лицу. “Двое мертвых на крыше?” Его желудок начал переворачиваться. Том проговорился, как ни в чем не бывало. Его затошнило. Его мысли вернулись к отелю, он вышел во внутренний двор, никого не нашел ... Наконец: “Я не знал о двух парнях на крыше”. Он почувствовал новый ужас из-за последствий убийства двух мужчин в квартире, затем страх за безопасность Саши.
  Том сказал: “Тогда, я думаю, Саша разделалась с парнями на крыше. Это означает, что она, вероятно, сбежала”.
  Для Дэниела это было как кислород.
  “ Ты разговаривал с Яссаром? - Спросил Том.
  -Я не смог дозвониться.
  Том задумчиво уставился в пол.
  “ Что? - Спросил Дэниел.
  “ Я тоже не могу его застать. Они сказали, что он на пути сюда.
  - Может быть, он придет за ней.
  - Или после нее.
  Дэниел почувствовал нарастающий страх. “ О чем, черт возьми, ты говоришь? Она говорит, что он похож на ее отца.
  Том помрачнел. - Однажды она выполняла для нас работу.
  - Я знаю о сыне Яссара.
  Голубые глаза Тома были холодными, немигающими. - Тогда ничто из того, что он делает, не должно тебя удивлять.
  Дэниел почувствовал, как у него скрутило живот.
  Том продолжил: “Из-за всего этого дерьма у меня никогда не было времени спросить тебя, как вы с Сашей оказались замешаны”.
  Дэниел почувствовал, что краснеет. “ Ее послали проверить, не действуют ли террористы через моих клиентов. И, вероятно, чтобы проверить меня на Яссара, прежде чем он наймет меня. Он отвел глаза, его лицо теперь горело от унижения.
  “ Ты уверен насчет нее? - Спросил Том. - Уверен, что она тебе все рассказала?
  Дэниел поднял голову, уверенный. “Да”.
  “ Ладно, ” сказал Том, выглядя неуверенным. “ Нам лучше попытаться найти ее. Я посмотрю, есть ли у нас какие-нибудь зацепки. Мы все еще следим за твоей квартирой и домом на выходные. Где твой мобильный телефон?”
  “Разбился вдребезги в отеле”.
  “ Мы купим тебе новый, с тем же номером. Это может занять несколько часов, учитывая все мои дела. Она может попытаться связаться с вами.
  Дэниел почувствовал, как напряжение и дезориентация мешают ему думать. Это не имело смысла, Яссар обманул Сашу. Он сказал себе, что это просто работа Тома - быть профессиональным параноиком. Если только он не знал чего-то, чего не говорил. Затем ему пришлось приложить все усилия, чтобы не обращать внимания на тошнотворное ощущение, которое он испытывал.
  
  
  
  Том сказал, что у него в разгаре деликатная операция и ему нужно вернуться к ней. Он припарковал Дэниела в конференц-зале. Дэниел не мог сказать, был ли он просто недосыпающим, или беспокойство, тоска и замешательство, охватившие его из-за Саши, были реальными. Яссар замышляет отомстить ей? Главы из ее прошлого, о которых он все еще не знал? Саша лежит где-то в канаве? Том знал о ней то, о чем не хотел — или не мог — рассказать ему? Может быть, ему не стоило возвращаться из Милфорда. Теперь он уже не был уверен, что Том сможет помочь.
  Дэниел наклонился вперед в своем кресле и уткнулся лбом в стол в конференц-зале. Им овладело отчаяние. Он закинул руки за голову, жалея, что не может заснуть, просто отключиться и проснуться с ясным рассудком. Мгновение спустя, когда он попытался поднять голову, он почувствовал, что у него нет на это сил, затем подумал, что может просто соскользнуть на пол и рухнуть, превратившись в сгусток необузданных эмоций.
  Он не знал, как долго просидел так, но когда снова сосредоточился, то подумал о том, что Саша, должно быть, делает в этот момент. Вероятно, ждала его где-нибудь в Милфорде, не теряя рассудка, планируя, как они доберутся до безопасного места. Он подумал о купе "Мерседес". Он припарковал машину у "Гранд Юнион" в Милфорде, чтобы она увидела ее и знала, что он жив.
  Он выпрямился в кресле. Приди в себя. Он встал и начал расхаживать по комнате. Что все еще грызло его, так это то, как террористы могли догадаться, что они будут в этом малоизвестном отеле. Если Том никому не сказал, это просто не имело смысла. Они с Сашей воспользовались тремя разными такси, двумя пересадками на метро и автобусом, чтобы убедиться, что за ними никто не следит. Единственными, кто знал, что Дэниел останавливался здесь много лет назад, были коллеги по работе. И тут его осенило: Коварик. Коварик был одним из немногих людей, которые могли догадаться, что Дэниел отправился бы в Бартон-Мэнор, если бы хотел заблудиться. Когда они еще были друзьями в Goldman, Дэниел рассказывал Коварику, куда он ездил на эти “потерянные” выходные на случай, если в офисе возникала чрезвычайная ситуация. Он должен был выследить этого ублюдка; очевидно, он все еще передавал информацию террористам.
  Он ворвался в дверь, чтобы найти Тома. Женщина на ресепшене сказала, что Том на встрече и его нельзя беспокоить. Дэниел чувствовал себя так, словно кто-то сдирал кожу с его тела, когда он возвращался в конференц-зал. Он снова принялся расхаживать по комнате. Куда бы пошелКоварик, если бы захотел потеряться? Он вспомнил фотографии в кабинете Коварика. Коварик гордо стоит рядом со своим Aston Martin. Aston Коварика выглядывает из гаража в Лонг-Айленд-Сити, где они с Дэниелом держали их раньше, где Коварик до сих пор хранит свой. Образ всплыл в его мозгу. Гараж.
  Дэниел подбежал к стойке администратора. - Мне нужно передать сообщение Тому Годдарду.
  Она бросила на него стервозный взгляд. - Я сказала тебе, что его нельзя беспокоить.
  Дэниелу захотелось придушить эту женщину. Он схватил со стола лист бумаги и ручку и нацарапал: “Я еду за Ковариком. 4250, 12-я улица, Лонг-Айленд-Сити. Пришлите подкрепление. Дэниел. Он протянул это ей и сказал: “Передай это ему сейчас или прими на себя ответственность за то, что произойдет, если ты этого не сделаешь”.
  Десять минут спустя такси Дэниела свернуло с моста Куинсборо на южную улицу Куинс Плаза. Машина проехала по 12-й-й улице, и Дэниел попросил таксиста остановиться через несколько дверей от гаража. Все выглядело почти так же, как в последний раз, когда Дэниел был здесь почти 10 лет назад. Окна все еще были затемнены краской, фасад из шлакобетона был темно-бордового цвета, сине-белая краска облупилась, а сквозь трещины в бетоне пробивались сорняки и сухая растительность. Повсюду были мусор и пыль. Дэниел прошел по боковой подъездной дорожке, направляясь к складским помещениям на заднем дворе. Когда он повернул за угол, то испытал шок: Коварик налетел прямо на него с чемоданом в руке. “Уфф”, - сказал Дэниел, когда их груди столкнулись. “Черт!” - заорал Коварик, отступая назад, затем ударил Дэниела чемоданом по колену. Дэниел увидел звезды и почувствовал, как у него подкосилась нога, приземлившись на спину на подъездной дорожке. Он перекатился на бок и увидел, как Коварик бежит по подъездной дорожке в сторону 12-й-й улицы, двигаясь быстро, несмотря на больную ногу и все такое. Дэниел мгновенно вскочил и во весь опор побежал за ним, его колено болело при каждом шаге.
  Гнев Дэниела кипел в нем, пока он бежал. Тебе никуда не деться. Он думал, что догоняет Коварика. Его колено все еще болело, но оно расслаблялось. Да, он догонял его. Чтобы догнать его, потребуется всего несколько сотен ярдов. Они свернули под мостом Куинсборо на южную улицу Куинс Плаза. Когда Коварик завернул за угол на 10-ю-ю улицу, он поскользнулся и упал на тротуар. Он снова поднялся, но еще через 20 ярдов все было кончено. Дэниел схватил его за плечи и ударил о фонарный столб. Руки Дэниела дрожали от ярости, когда он развернул Коварика, схватил его за воротник рубашки и прижал спиной к столбу. На секунду он подумал о том, чтобы швырнуть его под машину.
  - Ты ублюдок, - сказал Дэниел, тяжело дыша, чувствуя в горле привкус желудочной кислоты.
  Коварик одарил его ухмылкой крутого парня. Он прохрипел: “Зачем ты преследуешь меня? Ты единственный, кто замешан в этом, и я предупредил ФБР. Ты будешь опозорен и закончишь свои дни в тюрьме.” Дэниел сомкнул руки на горле Коварика, начал сдавливать. Он стиснул зубы и на мгновение поверил, что действительно может задушить его до смерти. Кто-то схватил его сзади и оттащил от Коварика.
  - Успокойся.
  Дэниел обернулся. Это был Джонсон, агент ФБР, который возглавлял группу, направлявшуюся в офис Коварика. Двое других агентов схватили Коварика, надели на него наручники и потащили в сторону улицы.
  - Дальше мы сами разберемся, ковбой, - сказал Джонсон.
  
  
  
  Сорок пять минут спустя Дэниел сидел с Томом, Джонсоном и двумя другими агентами возле комнаты для допросов в штаб-квартире ФБР, наблюдая за Ковариком через двустороннее зеркало. Звук из динамиков был слабым, но Дэниел слышал, как Коварик скулит, как школьник.
  “Он был моим клиентом. Я проводил для него исследование отрасли”.
  “Угу”. Агент покачал головой. “Вам нужно придумать что-нибудь получше.”
  - Я хочу поговорить со своим адвокатом.
  Агент рассмеялся. “Ты смотришь много фильмов”. Дэниел увидел, как глаза Коварика расширились, а голова опустилась. - Только когда я закончу с тобой, а я еще не закончил с тобой. И если ты не дашь мне то, что я хочу, никто, возможно, никогда даже не узнает, что ты здесь.
  Коварик опустил голову еще ниже, уставившись в стол. Агент пододвинул к нему книгу с фотографиями.
  “ Еще раз. Укажи на парня.
  Через час Дэниел встал и ушел. Ничего о Саше от Коварика и ничего от людей Тома. По крайней мере, волнение от погони за Коварик на какое-то время отвлекло его от мыслей о ней. Теперь его желудок снова скрутило от беспокойства за нее. Он был в конференц-зале, когда вошел Том с фотографией. “Коварик опознал этого парня. Ты когда-нибудь видел его?” Дэниел покачал головой. “Он известен под именем Хабиб, по крайней мере, большую часть времени. Когда-то он был одним из наших. Я думаю, мы, возможно, знаем, как к нему подобраться.
  - Ты думаешь, это поможет нам найти Сашу?
  “ Я так не думаю. Как я уже говорил ранее, я думаю, что она сбежала. И она, вероятно, прячется, поджидая тебя.
  Это не успокоило его. Том купил ему новый сотовый, а она все еще не звонила. Но он думал о том, что Саша сказала о том, чтобы опережать друг друга, если им понадобится бежать. Это натолкнуло его на идею.
  
  
  
  Сентябрь этого года. Бурайда, Саудовская Аравия. Асад остановил свой джип в пустыне недалеко от Бурайды. Было приятно снова увидеть действие — такое редкое явление с тех пор, как он стал главой тайной полиции Саудовской Аравии. В его бинокль ночного видения вдалеке виднелись зеленые очертания зданий. Тихо. Хорошо. Передовая группа указывала на отсутствие каких-либо сил безопасности. Это означало, что они могли нейтрализовать цели, не уничтожая все здание ручными ракетами.
  Асад сделал знак Мустафе, своему водителю, затем кивнул Иштар, своей помощнице на заднем сиденье. Оставшуюся милю они проехали с выключенными фарами. Мустафа припарковал джип в сотне ярдов от главной улицы города, и Ассад с Иштар двинулись по грунтовой дороге. Асад мог видеть мечеть вдалеке и очертания здания по соседству, но в окнах не было света.
  В городе было тихо, в прохладном ночном воздухе поднимался ветер. Ассад остановился на боковой улочке, ведущей к центру города. Когда они приблизились, Асад увидел пятерых арабов, сидевших снаружи здания. Полдюжины человек шли по улице. Передовая группа, должно быть, уже была на месте.
  Он вытащил свой 9-миллиметровый автоматический пистолет "Ругер", передернул затвор и загнал первый патрон в патронник. Иштар сделала то же самое.
  Они продолжили идти по улице, убрав оружие под куртки. Глаза Ассада метались из стороны в сторону в поисках чего-нибудь необычного. По-прежнему тихо. Хорошо. Просто оставайся в таком положении. Теперь он был в пятидесяти ярдах. Он глубоко вдохнул. Прохладный воздух приятно проник в легкие.
  С расстояния двадцати пяти ярдов он отчетливее различил силуэты людей на улице. Четверо из них подошли к двери здания рядом с мечетью. Один из них поднял стальной прут и ударил им по побитому непогодой дереву. Дверь разлетелась на куски, когда распахнулась, и двое других мужчин бросили внутрь осколочные гранаты. Ослепительные вспышки и приглушенные взрывы эхом отдавались в прихожей, ведущей в покои шейха бен Абдура.
  Ассад увидел, как трое мужчин исчезли внутри, услышал стук стали о внутреннюю дверь, затем еще три взрыва. Ассад вошел в приемную, почувствовав запах кордита и пыли, оседавшей с потолка. Трое мужчин кашляли и стонали на полу. Двое его людей держали их под прицелом. Ассад кивнул своей команде и повернулся к двери приемной. Войдя в комнату шейха, он услышал три выстрела в прихожей, где еще четверо мужчин лежали ничком на полу, моля о пощаде.
  Трое из его команды стояли над ними. Асад приказал своим людям переворачивать их одного за другим. Шейха среди них не было.
  “ Заканчивай, - сказал он. Выходя из здания, он услышал два выстрела, затем еще два. Его ждал джип. Он забрался на пассажирское сиденье, а Иштар запрыгнула на заднее.
  Абдул и Валид, и еще пятеро, которые на самом деле не имеют значения, размышлял Асад. Но нет бин Абдура. Неудивительно, что это было так легко.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 48
  
  
  
  СПАМЯТНИКОМ,ЕМУВУХО.ФУ ТыОРОЧИЙ город. Дэниел как раз выходил из штаб-квартиры ФБР, когда зазвонил его мобильный телефон. Он вздрогнул, а затем испытал прилив радости. Саша.
  - Привет, Дэниел.
  “Яссар. Где ты?” В памяти всплыли слова Тома. Прийти за ней или после нее? Это все еще казалось невозможным.
  “ В Нью-Йорке. Саша с тобой?
  “ Нет. На нас напали, мы разделились. Но я думаю, что она в безопасности.
  “ Аль-Муджари. Да, пока она в безопасности.
  Дэниел почувствовал прилив облегчения. Его дыхание было коротким, неровным. - Слава Богу, - прошептал он.
  “Она написала мне по электронной почте, но слишком осторожна, чтобы позвонить. Я знаю, как глубоко она может уйти в подполье. И она говорит, что не выйдет без тебя.
  Даниэль поколебался, затем спросил: “Яссар, почему ты здесь?”
  Яссар не ответил. Затем, прочистив горло, он сказал: “Почему, Дэниел, какой странный вопрос”. Его тон звучал почти так, как будто он читал лекцию Дэниелу. Он снова сделал паузу. “Кризис предотвращен, но теперь Саша в опасности и отказывается позволить нам извлечь ее. То есть без тебя.
  Дэниел помолчал, размышляя. Он вспомнил слова Саши. Будьте интуитивны.
  -Дэниел?-спросилая.
  “ Да. Возможно, у меня есть идея. Ты знаешь, как связаться с ее подругой Нафтой?
  “ Конечно. У меня есть ее номер телефона в парижской клинике.
  “ Она может что-то знать. Это было что-то, что сказала Саша.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 49
  
  
  
  СПАМЯТНИКОМ,ЕМУВУХО. ДомAFE в ста километрах от Хартума, Судан. Хабиб сидел, скрестив ноги, на полу невзрачного дома в невзрачной деревушке. Около дюжины последователей шейха ибн Абдура тоже сидели, слушая речь великого человека.
  “Брат-мусульманин, убивающий своего брата-мусульманина, - неверный, который должен погибнуть!” Голос Бен Абдура был ядовитым.
  Хабиб посмотрел на бетонные стены. Жилье ненамного лучше, чем в Бурайде. Теперь, когда я знаю, где он, я полагаю, что цена за то, чтобы вытащить его отсюда, должна быть вдвое или втрое больше того, что он заплатил мне за то, чтобы вытащить его оттуда. Это тоже должно стать хорошей зарплатой. Хабиб терпеливо сидел еще полчаса, пока шейх бин Абдур заканчивал свою проповедь.
  “И мы продолжим наш джихад. Мы изгоним неверных! Нет Бога, кроме Аллаха!”
  - Ла илаха илаллах! - повторили остальные в комнате.
  “А теперь, братья мои, пожалуйста, вы должны оставить меня”, - сказал ибн Абдур. - Я должен поговорить с нашим другом, человеком, которого мы называем Хабиб.
  Наконец-то, подумал Хабиб. - Хочешь, я тебя перевезу? - спросил он, когда они остались одни.
  Шейх сердито посмотрел на него. “ Нет. Я хочу, чтобы ты позаботился о девочке.
  Снова девушка. Всегда девушка.
  “ Эта шлюха Саша. Она была ответственна за первые акты убийства наших братьев. Она, пользуясь своим западным влиянием, соблазнила нашего юного друга Ибрагима, а затем предала его. И многие другие за прошедшие годы. Теперь это. Убито более пятидесяти наших людей. Я ожидаю, что вы лично позаботитесь об этом. Убедись, что ты не промахнешься на этот раз. Эта девушка должна умереть”.
  Ох, чувак. Пытаетесь вывести кого-то на улицу в такую жару? “Это будет дорого стоить. Два миллиона долларов.
  “Возмутительно”.
  “Прими это. На этот раз просто прими это. Каждое разведывательное управление в мире находится в полной боевой готовности”.
  “Хотя я никогда не позволю своим последователям узнать о моем разочаровании из-за провала наших амбициозных планов по началу нашего джихада, - сказал шейх, сверля Хабиба взглядом, - и хотя я восхищен впечатляющим заявлением, которое мы сделали по поводу взрыва нефтяной вышки ”Ад“ на ”Челленджере", вы искренне верите, что услуги, которые получили от вас верующие, были справедливыми по сравнению с выплаченной вам компенсацией?"
  “Просто въезжать в США и выезжать из них со всей охраной сейчас…Это будет нелегко. Два миллиона”.
  “ Мистер Фарук Абдулла, который называет себя Хабибом, я думаю, что нет. Я думаю, вы сделаете это для нас из вежливости.
  И так было решено.
  
  
  
  Сентябрь этого года. Wilkes-Barre, Pennsylvania. Шесть высокопоставленных членов ассоциации "Новый патриот", праворадикальной ополченческой группировки, сидели в зале заседаний в подвале дома ее основателя Марка Грина. ФБР оценило ее как безобидную среди 441 вооруженной группировки в пятидесяти штатах, за которыми оно следило, хотя 25 ее членов время от времени проводили военные игры по выходным в лесах вокруг Уилкс-Барре.
  Хабиб стоял за полукругом стульев. Почти двадцать тысяч, подумал он, прикидывая, сколько миль пролетел за последние семьдесят два часа.
  Он не возражал. Когда была работа, ему платили. Когда дела шли плохо, они становились совершенно холодными. И прямо сейчас все было так горячо, как он никогда раньше не видел.
  На DVD проигрывался "День шакала", сцена, в которой Шакал прицеливается из своей сделанной на заказ винтовки. Он делает три выстрела обычными пулями, последовательно регулируя перекрестие прицела на оптическом прицеле, пока не убедится, что прицел идеален. Затем он заряжает ртутную пулю, изготовленную на заказ. Он стреляет снова, и от удара пули дыня разлетается на миллион кусочков, не оставляя никаких следов, кроме влажной лужицы на земле.
  “ Я понимаю, что ты имеешь в виду, ” сказал Грин. - Сколько у тебя людей?
  Хабиб думал, что повидал всякого, но никогда такого, как Марк Грин. Он был шести футов четырех дюймов ростом, тощий, как палка от метлы. На верхней части его лба была вытатуирована надпись “Живи свободным или умри". В его карих глазах горели искорки озорного ребенка.
  “Шесть. Их относительно трудно достать, так что не тратьте их впустую. Вам все равно понадобится только один”, - сказал Хабиб. Двое членов группы стояли позади Грина, слушая. Хабиб решил, что он не доверил бы им ничего важного. По крайней мере, Хабиб был уверен, что Грин справится с работой. Как минимум, у этого хорошие зубы, подумал Хабиб.
  “ И ты говоришь, что именно эта сука натравила федералов на националистический фронт в Нью-Йорке? - Спросил Грин.
  Я скажу все, что потребуется, чтобы заставить тебя выполнить эту работу. “Мы уверены. И две другие группы истинных патриотов в районе Нью-Йорка, по которым также нанесли удар ЦРУ. Всех обвиняют в связях с этой исламской террористической группировкой, возглавляемой этой женщиной”.
  “Ну, тогда я бы сказал, что это делает ее убийцей. Шесть хороших американцев погибли от рук федералов из-за этой сучки”.
  “Двенадцать, если считать членов двух других групп”, - сказал Хабиб. “И если вы возьмете остальных по стране, за которую она была косвенно ответственна, общее количество превысит пятьдесят”.
  Грин сжал кулак. “ Что ж, тогда вы обратились к нужным людям. Мы справимся с этой работой.
  Хабиб вложил шесть пуль mercury в руку Грина, затем передал фотографию и конверт с 10 000 долларами. “Я верю, что вы сможете найти Милфорда. Меня зовут Лидия Фохерт. Адрес: Брод-стрит, 521. Прямые черные волосы, черные глаза, рост около пяти футов четырех дюймов. Не промахнись”.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 50
  
  
  
  СПАМЯТНИКОМ,ЕМУВУХО.ФУ ТыОРОЧИЙ город. Одетые в брюки и рубашки с открытым воротом, Том и Дэниел вышли из лифта в здании One American Plaza, штаб-квартиры ФБР.
  Том провел его через офис, пока они не оказались в конференц-зале со стеклянными стенами. “Мы называем это аквариумом с золотыми рыбками”, - сказал Том. Стекло было толщиной в полдюйма, поэтому, когда за ними закрылась дверь, звуки из приемной полностью исчезли. В комнате находилось пятнадцать человек: мужчины без пиджаков, несколько женщин в блузках и юбках. В буфете у стеклянной стены стояли два кофейника с кофе, разбросанные коробки с пончиками, рогаликами и датским печеньем.
  Дэниел по-прежнему ничего не слышал о Саше. Он проверял автоответчики в своей квартире и в доме Милфордов каждые несколько часов. Ничего. И больше никаких звонков с нового мобильного телефона, который предоставил Том. Том держал его в курсе их попыток найти ее, несмотря на все остальное, что, казалось, было у него на уме. Но все, что они знали, - это где ее нет.
  “ Это оперативный центр, ” сказал Том. - И вы знаете специального агента Стоуна, нашего компьютерного мастера.
  — Привет, Том... Привет, Дэниел, - сказала она своим хриплым голосом.
  Том представил Дэниела трем или четырем другим людям, включая Уолтера Бакстера, регионального директора ФБР.
  “Меня раздражает, что кто-то с хорошими тайными тактическими навыками продолжает освещать деятельность этих сторонников превосходства белой расы и военизированных групп”, - сказал Бакстер Тому.
  Том пожал плечами. - Кто-то делает миру одолжение.
  “Да, но тебе нужно быть немного осмотрительнее. И в какой-то момент сезон охоты на этих парней будет закрыт ”. Бакстер бросил на Тома суровый взгляд. - По крайней мере, я отвечаю перед Министерством юстиции.
  Господи. дэниелу не терпелось покончить с этим. Ему не нужны были эти очные дрязги.
  “Эй, Годдард, возможно, тебе захочется это услышать”, - сказал агент. “Добавочный 6241. Агента зовут Стивенс.
  Том включил громкую связь. - Да, Стивенс.
  “Неопознанный субъект, соответствующий описанию Саши, был замечен за рулем синей Toyota Camry в окрестностях Милфорда, штат Пенсильвания”.
  Мышцы Дэниела напряглись. Это она?
  Том повернулся к нему. - Думаешь, она стала бы так долго ждать, чтобы встретиться с тобой там?
  “Да”. Дэниел отчаянно хотел пошевелиться. Какого черта они все просто сидели без дела?
  Том ответил по громкой связи. - Ты уверен, что за рулем женщина?
  “ Соответствовало бы это описанию Саши, если бы это был парень? Вы хотите, чтобы мы затронули тему?
  “Нет, только наблюдение, никаких контактов и избегание обнаружения”.
  “ Это, должно быть, Саша, - сказал Дэниел. Ему хотелось крикнуть это Тому в лицо.
  Том повернулся к нему. “Не знаю. Может быть приманкой. Для нее или для тебя”. Том ответил в громкую связь. “ Дай мне свой номер, Стивенс. Где ты сейчас?
  - Припарковался у “Гранд Юнион”.
  “ Мы будем там так быстро, как только сможем. Том схватил Бакстера за руку. “ Мне понадобится пара твоих агентов и вертолет. Это либо Саша, либо кто-то пытается ее подставить”.
  Трое агентов вскочили со своих мест.
  “ Тридцать четвертая улица в Вест-Сайде. Мы заранее вызовем вертолет, - сказал Бакстер. Он повернулся и пошел набирать номер. Дэниел почувствовал свою правоту. Они собирались сделать это, Саша и он.
  
  
  
  Сентябрь этого года. Milford, Pennsylvania. И так два дня! Саша чувствовала себя лесной кошкой без добычи, расхаживающей по территории отеля типа "постель и завтрак", размышляя, переосмысливая. Эмоции скрутили ее сердце. Образы атаковали ее мозг. Она жаждала сна, лекарств, лоботомии - чего угодно, лишь бы ее разум не пожирал сам себя.
  Где был Дэниел? Оба его телефона по-прежнему прослушивались. И никого в доме Милфордов после нескольких поездок мимо. Возможно, они с Томом работали вместе. Том. Его ценности со Среднего Запада такие же прямые, как его волосы. Он бы помог Дэниелу добраться до нее.
  Что теперь будет делать Том? Ей ничего не приходило в голову. Может быть, ей стоит пойти к нему. Нет. Сейчас ей нужно было подумать и за Дэниела, и за себя; она не могла позволить себе роскошь рисковать. Она вспомнила о паспортах, включая паспорт Дэниела. Деньги, их планы на поездку, Мерседес. Все, что им нужно было сделать, это добраться до Канады, затем вылететь в Швейцарию. Затем потеряться навсегда или на столько времени, сколько потребовалось, чтобы избавиться от этих фанатиков аль-Муджари.
  Пора двигаться. Убедиться, что ее прикрытие все еще хорошо работает. Инстинкт забурлил в ее венах, затем тоска по Дэниелу. Прошло два дня, а его все еще не было здесь. Когда он должен был приехать?
  Она оплатила счет, затем поднялась в свой номер и достала ноутбук. Она подключилась к коммуникационному порту, ввела коды своей учетной записи, затем набрала номер по своему окольному маршруту через различные фальшивые учетные записи и международные сети. Она взглянула на часы, проверяя, сколько времени прошло в режиме онлайн.
  Ее ждало зашифрованное электронное сообщение. Она расшифровала его. На экране вспыхнули слова:
  ПОВТОРИТЕ СООБЩЕНИЕ. УБИРАЙТЕСЬ НЕМЕДЛЕННО. ОНИ НАЦЕЛЕНЫ НА ВАС. УСТАНОВИТЕ КОНТАКТ ДЛЯ ЭВАКУАЦИИ.
  Пока нет. Вы послали меня сюда подумать самостоятельно, и это именно то, что я делаю. Я никуда не пойду без Дэниела.
  Она возвращалась в Город. Ну и что, что она направлялась прямо в центр опасности? Она была уверена, что Дэниел был там. С ним все в порядке. Она знала это. Он должен был быть таким.
  Перед ней возникло видение лица Дэниела. Она стояла в центре комнаты, ее сердце было сосредоточено на нем, клянясь себе, что это был последний момент, который она проведет в такой тоске. Она открыла окно и посмотрела, никто ли за ней не наблюдает, затем бросила свою дорожную сумку на землю. Спустившись по лестнице, она сошла с крыльца, как будто собиралась на очередную прогулку. Она прибавила скорость, завернула за угол здания, взяла свою сумку и пошла за гостиницу к парковке, ровно дыша, чтобы не слишком торопиться. Она уехала, глядя в зеркало заднего вида.
  "Тойота Камри", казалось, сама по себе повернула обратно в сторону Милфорда. Словно уступая настойчивости машины, она еще раз проехала по Соукилл-авеню и завернула за поворот мимо дома Милфордов на Брод-стрит. Подъездная дорожка была пуста, а в доме - темно. Она направилась обратно через город, думая о том, как она свяжется с Дэниелом в Городе. Или пойти прямо к Тому?
  Подождите. Она увидела бордовый Mercedes SLS AMG, припаркованный у Гранд Юнион. Укол адреналина наполнил ее, затем нахлынула радость. Она проехала мимо Гранд Юнион и выехала из города, затем свернула на боковую дорогу. Теперь она позволила себе упиваться безудержным облегчением. Она громко рассмеялась, слезы счастья потекли по ее щекам. Она испустила последний, долгий, очищающий вздох. Затем вытерла глаза и высморкалась, снова собравшись с духом. Ладно, вот и все. Сосредоточься. Ты заходишь, забираешь его, а вы двое убираетесь отсюда к чертовой матери и очень, очень теряетесь. Больше никаких побегов. Больше никакой жизни без того, кого можно любить.
  Она поехала обратно в город, заехала на парковку "Гранд Юнион", понимая, насколько это рискованно. Она знала, что безопаснее было бы подождать на стоянке выше по склону, откуда она могла ясно видеть Дэниела, когда он садился в свою машину.
  Что, если за ним следят? Они увидят, что я слежу за ним. Тогда они схватят нас обоих. Она заглушила двигатель. Нет, ее лучший шанс - попытаться проникнуть в магазин незамеченной и встретиться с ним внутри.
  Она глубоко вздохнула, пробормотала несколько слов на санскрите, открыла дверь и быстро вошла в "Гранд Юнион". Она зашагала по первому проходу, отгоняя ужас, который угрожал лишить ее самообладания. В одном из этих проходов мог ждать кто угодно.
  Она налетела на бородатого мужчину в кроссовках Ray-Bans и кепке "Нью-Йорк янкиз", надвинутой на лоб. Яссар! Она в шоке сделала огромный глоток воздуха.
  - Привет, Саша, - сказал он.
  “Она только что зашла в магазин!” Том прокричал Дэниелу сквозь шум вертолета, убирая сотовый телефон от уха.
  - С ней все в порядке?
  Том покачал головой: “Я не знаю. Двое агентов ФБР только что вошли за ней и...”
  “ Мы почти на месте! - Крикнул Дэниел. Они были примерно в миле от него, всего в нескольких тысячах футов, и он мог видеть реку Делавэр, а затем город Милфорд, маячивший перед ними. Просто держись, Саша, подумал Дэниел.
  “ Посмотри, сможешь ли ты высадить нас на парковке! - Крикнул Том в интерком. Через пять секунд показалось, что они скользят над верхушками деревьев. Дэниел предположил, что они были примерно в двухстах футах, и он мог видеть людей на улицах Милфорда, которые стояли и указывали на вертолет, когда он с грохотом проносился над их головами.
  Пилот резко накренился вправо, когда они пересекали Брод-стрит прямо над светофором в городе, и выровнял его плавным движением, которое вдавило Дэниела в его кресло.
  Еще через пять секунд он приземлился на задней стоянке "Гранд Юнион".
  
  
  
  Яссар почувствовал жужжание винтов вертолета примерно в тот же момент, когда услышал их. Аллах, не дай этому пойти наперекосяк. Двое мужчин, сопровождавших Яссара, подхватили Сашу на руки. Он почувствовал сокрушительную вину и крайнее отвращение к самому себе при виде этого. Они побежали по проходу к передней части магазина, держа ее на руках, мимо ошеломленных соседей, которые застыли на месте. Яссар отогнал эмоции. Это должно быть сделано.
  Саша попыталась закричать. На полсекунды ее взгляд остановился на Яссаре, она почувствовала замешательство, затем ужас, чувство безнадежности из-за худшего предательства, которое только можно вообразить. Двое мужчин бросились бежать, неся ее к выходу из магазина. Она попыталась ударить мужчину, который держал ее под мышками и зажал ей рот рукой, затем поцарапала ему руку, но он не отпустил. Она попыталась открыть рот, чтобы укусить его за пальцы, но его хватка была слишком сильной. Выйдя на улицу, она увидела ожидающий ее "Форд Аэростар" с открытой боковой дверцей, и в одно мгновение двое мужчин втащили ее внутрь. Яссар запрыгнул внутрь, и дверца захлопнулась. Фургон умчался.
  
  
  
  Дэниел выбежал через боковой вход, чувствуя ужас, гнев и целеустремленность. Где были агенты, которые должны были быть в магазине?
  “ Дэниел! Там, снаружи! Горожане, его соседи, показывали на главный вход. “ Она снаружи! Они вывели ее на улицу!”
  Дэниел выбежал через парадную дверь как раз вовремя, чтобы увидеть, как фургон мчится через парковку. Он обернулся и увидел Тома в десяти футах позади себя и трех агентов ФБР с полуавтоматами в руках. Он почувствовал, как по телу пробежал холодок, как будто холодная сталь пистолетов вонзилась в его плоть.
  “ В машину! Садись в машину! Крикнул Дэниел, указывая на "Мерседес". Он достал брелок, щелкнул автоматическим замком и оказался внутри. Взревел двигатель V-8. Том запрыгнул на пассажирское сиденье, а Дэниел с визгом погнал SLS AMG через парковку вслед за фургоном. Он увидел, как агенты ФБР побежали к другой машине.
  Яссар! Саша размахивала руками, била кулаками и царапалась, но мужчины не отпускали ее. Яссар!
  Саша почувствовал, как два колеса оторвались от дороги, а затем с грохотом вернулись обратно, когда фургон выехал из поворота и ускорился на прямой. Когда машина выпрямилась, фигура на заднем сиденье свалилась с сиденья, ее голова ударилась об пол в футе от лица Саши. Нафта!
  Их взгляды встретились. Саша почувствовала, как ее грудь содрогнулась. Нафта. Саша закрыла глаза и начала молиться.
  
  
  
  “ Он направляется в город! Дэниел обогнул поворот позади фургона и направился по Харфорд-стрит к светофору. Он проследовал за фургоном до поворота на светофоре, увидел его стоп-сигналы, дым от шин, когда фургон затормозил прямо перед его домом, перед полицейской машиной, которая проехала по Брод-стрит, чтобы перекрыть ему дорогу. Затем дверь фургона открылась, и она вышла из фургона, ее черные волосы развевались позади нее. Из фургона вышел мужчина и побежал за ней. Дэниел чуть не упал, когда выходил из машины. Вскочив на ноги, он увидел Тома в нескольких футах перед собой, бегущего за мужчиной. Дэниел позвал Сашу по имени, но она не повернулась к нему, остановившись перед дверью и возясь с ключами, а затем он услышал визг шин и вой сирен позади себя и понял, что люди из ФБР тоже были там. Он услышал треск, который только потом определил как винтовочный выстрел где-то слева от себя. А потом он увидел огромный красный шар, похожий на нимб, окружающий ее голову, и ее тело, падающее на пол крыльца под трехфутовым красным кругом на белой двери дома, который, как он знал разумом, должен быть от крови, но его сердце не могло этого постичь. И мужчина, чье лицо Дэниел никогда не забудет, арабское лицо с царапинами, царапинами ее последней борьбы за жизнь, мужчина повернулся и побежал к фургону, и он услышал визг шин фургона, и он увидел, как он умчался. Том отвернулся от этого зрелища, схватил его, оттолкнул и помешал ему смотреть на то, на что Дэниел все равно не мог заставить себя смотреть.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 51
  
  
  
  СПАМЯТНИКОМ,ЕМУВУХО. ЛАНГЛИ, ВИРДЖИНИИ. “ Вряд ли какие-либо следы стоматологической работы соответствуют действительности. Это ничего не изменило, мы все видели это целиком ”, - сказал Том Найджелу Бентхерсту и Айре Лэнду, наблюдая, как их пиксели танцуют на цветном разделенном экране. В его голосе звучала профессиональная отстраненность. “Я разговаривал с Яссаром. Оказывается, он, возможно, не такой уж холодный человек, как я думал. Сказал, что вернулся сюда, чтобы попытаться помочь ей ”. Сказал , что любит ее как дочь.
  Заговорил Найджел. - В остальном - успешная кампания, старина.
  “ Согласен, ” сказал Айра по другую сторону экрана. - Наши люди говорят, что “аль-Муджари” в руинах.
  “В худшем состоянии, чем, хм, ситуация, которую мы создали в прошлый раз”.
  “ Да, но шейх ибн Абдур сбежал. Снова. Он знал, что это значит. Эти Аль-муджари были похожи на спортивный зуд — приложив много усилий, вы могли держать его под контролем, но на самом деле никогда не могли от него избавиться.
  “Пройдут годы, прежде чем они смогут, хм, реорганизоваться”.
  - Может быть, нам удастся их утихомирить, - сказал Айра.
  Том не думал, что ему когда-нибудь удастся убедить правительство США согласиться на еще один заговор с целью убийства. Если только ситуация не будет такой же экстремальной, как на прошлой неделе.
  - Извини за Сашу, - сказал Найджел.
  “Да”, - сказал Том. “Я думаю, Яссар чувствует себя хуже, чем кто-либо другой. Пытался помочь ей сбежать, и все пошло наперекосяк. И все же, возможно, так было лучше для нее. Рак шейки матки в последней стадии, метастазы распространились по всему организму. Конец был бы хуже ”.
  “ Что ж, ” сказал Том через мгновение, в его голос вернулся деловой тон. Том помолчал. Он должен был хотя бы это сказать. “Больше всего меня бесит то, что бин Абдур, должно быть, был взволнован, когда услышал, что они ... убили…Сашу”. Он подбирал слова. Может быть, если я буду повторять их достаточно часто, то переживу это.
  Он заметил, что Найджел смотрит ему в глаза. “На этот раз мы упустили наш шанс в бин Абдуре”, - сказал Найджел. “В прошлый раз мы его не взяли. Что они говорят? Третий раз - это чудо?”
  
  
  
  Сентябрь этого года. Конспиративная квартира в ста километрах от Хартума, Судан. Хабиб вышел из своего джипа, поежившись от ночного холода пустыни. К его походке вернулась пружинистость, когда он направился к ветхому дому, в котором прятался шейх бин Абдур. Дневной отдых пошел наемнику на пользу.
  Он постучал в дверь. Ее открыл невысокий мужчина в черной мантии. Хабиб бывал здесь раньше и знал, куда идет. Он направился прямо к внутренней двери и распахнул ее. Шейх ибн Абдур сидел в углу комнаты, его глаза блестели в темноте, как будто в его голове горел свет. Эти проклятые глаза. Никогда не видел ничего подобного, подумал Хабиб.
  Он оглядел комнату, ощущая трепет от вызова. Левой рукой он расстегнул ветровку, правой плавно запустил руку внутрь и вытащил свою "Беретту" с уже установленным четырехдюймовым глушителем. Хорошо выученным движением он всадил одну пулю прямо между двумя блестящими точками на голове бин Абдура. Прежде чем кто-либо успел отреагировать, он всадил еще четыре пули в четверых других, которые сидели, скрестив ноги, на земляном полу, по одной в грудь каждому.
  Хабиб несколько секунд осматривал свою работу, затем вышел из комнаты, не обратив внимания на маленького человечка в приемной, когда выходил из здания.
  Последний раз, когда я веду с тобой дела, старина.
  
  
  
  Сентябрь этого года. Нью-Йорк. Принц Ясар сидел за письменным столом в своем гостиничном номере и работал за компьютером. Он вошел в систему по защищенной линии, созданной годом ранее тайной полицией Саудовской Аравии, и набрал электронное сообщение на адрес habib@nowhere.com.
  ПРИВЕТСТВУЮ. И ДО СВИДАНИЯ. ШЕСТЬ МИЛЛИОНОВ ДОЛЛАРОВ В СООТВЕТСТВИИ С ВАШИМИ ИНСТРУКЦИЯМИ По ПОДКЛЮЧЕНИЮ ОЖИДАЮТ ВАС В ВАШИХ ФИЛИАЛАХ На КАРИБАХ И КОНТИНЕНТЕ. ВЫ ДЕЙСТВОВАЛИ БЕЗУПРЕЧНО. ВАШЕ СЛОВО ВЕРНОЕ. МЫ БУДЕМ ПОМНИТЬ ОБ ЭТОМ.
  Y
  Он вышел из системы и вздохнул. Знай своих врагов. Он улыбнулся. И знай своих друзей. И знай, как использовать своих врагов и своих друзей для очищения мусульманского мира. Он был спокоен, даже когда упивался своей местью. Возможно, он проживет достаточно долго, чтобы искупить пятно на своей душе. Он посмотрел на часы. Пришло время помолиться, а затем лечь спать. Утром ему нужно было успеть на самолет.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 52
  
  
  
  СПАМЯТНИКОМ,ЕМУВУХО.ФУ ТыОРОЧИЙ город. Дэниел ощутил одно из тех странных исчезновений эмоций, которые он испытывал за последний день. Он держал голову прямо, словно балансируя воображаемым предметом у себя на носу.
  Ему стало интересно, не насмехается ли над ним космос. Он сидел вот так в начале лета, как раз перед встречей с Сашей.
  Одиннадцать тридцать. Он сказал себе, что скоро встанет, по крайней мере, походит по офису. Он увидел фигуру. Синди, его ассистентка.
  “ Дэниел, у тебя посетитель во втором конференц-зале... Ее голос затих. Она с опаской посмотрела на него.
  Он встал и направился в конференц-зал.
  Войдя в конференц-зал, Дэниел понял, что задержал дыхание, почувствовал, как воздух снова хлынул в легкие. - Где она? - спросил я. - спросил он.
  - В безопасности, ” сказал Яссар. - На расстоянии полета на самолете.
  - Ты думаешь, это сработало?
  “Если Том Годдард поверил в это, я думаю, аль-Муджари поверит”.
  Дэниел почувствовал волну вины. “Прости, что нам пришлось заставить его пройти через это, но это должно было быть убедительно”. Она сбежала от них навсегда. Он начал смеяться, сдерживая слезы. Он рухнул в кресло. “Нафта сказала мне, что пыталась убедить Сашу три или четыре раза, когда узнала, что ее рак неизлечим”. Он почувствовал жгучую влагу в глазах и жжение в горле.
  Яссар молча наблюдал за ним.
  Через мгновение Дэниел сказал: “Мне нужно ее увидеть”.
  - Если ты захочешь.
  Он что, сумасшедший? “ Выбрал? Где она?
  - Как я уже сказал, в безопасности.
  - В чем тут тайна? - спросил я.
  “ Никакой тайны, Дэниел, я просто защищаю ее. У тебя есть два варианта, каждый из которых имеет серьезные последствия.
  Дэниел отмахнулся от него, как будто разговаривал с одним из своих подчиненных.
  Ясар продолжил: “Оставайся здесь, работай на нас советником — нам нужен человек с твоими талантами — и ты получишь хорошее вознаграждение”.
  Дэниел начал задаваться вопросом, почему Яссар такой тупой. — Яссар...
  Яссар поднял руку. “Или иди к Саше, продолжай жить в бегах, оставь всю свою жизнь здесь позади. Все. Навсегда”.
  “ Ладно, теперь вы закончили? Когда я смогу ее увидеть?
  “Будь уверен. Пути назад нет”.
  “ Ясар. Перестань, ладно? Дэниел улыбнулся от всего сердца. Это принадлежало ей и всегда будет принадлежать.
  
  
  
  Дэниел направился прямиком в офис своего старшего партнера Жан-Клода Дьедонне. Мисс Чакингс, все ее девяносто назойливых фунтов, сидела за своим столом за закрытой дверью. “ Доброе утро, мисс Чакингс, он там? Он вошел в кабинет Дьедонне.
  — Мистер Янгблад, вы не можете...
  За кофейным столиком Дьедонне сидели двое гостей. Итак, сегодня Дьедонне устраивал Интимную встречу. Заключаете сделку, Жан-Клод? “Доброе утро. Извините, что прерываю, джентльмены. Жан-Клод, я ухожу в отставку, немедленно. Я передаю свой контракт с саудовцами Майклу Смитсу, включая незавершенную работу. Удачи вам в ваших финансовых годах”.
  Он взял "Кохиба Эсплендидо" из хьюмидора на буфете и вышел.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 53
  
  
  
  СПАМЯТНИКОМ,ЕМУВУХО. Г.ЭНЕВА, С.ВИТЗЕРЛАНД. Благовония и бормотание молитв поднимались ввысь в задней комнате арендованного шале, которое должно было стать первой промежуточной станцией в их путешествии. Саша опустилась на колени перед импровизированной пуджей, которую она соорудила из приставного столика. Она читала на санскрите, периодически открывая глаза, чтобы посмотреть на фотографию Свами Крипананды и статую Ганеши. Кольцо из цветов окружало фотографию Нафты в центре пуджи.
  Она поблагодарила Нафту от всего сердца, вознося молитвы за нее, чувствуя себя недостойной и благодарной одновременно. Почитание ее. Закончив, она окончательно попрощалась с Нафтой и вышла из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь, как будто не хотела потревожить сон своей подруги. Ясар повернулся, чтобы посмотреть на Сашу со своего стула в Большой комнате в центре шале. Она нежно поцеловала его в лоб, прежде чем сесть рядом с ним. Дорогой Яссар.
  Они сидели молча. “ Нафта сказал нам, что вы не хотели этого делать, - сказал Яссар, - но как только мы узнали о плане убийства ... Глаза Саши были опущены, но она чувствовала пристальный взгляд Яссара, изучающий ее лицо. “Сначала мы с Дэниелом отказались. Но она сказала, что это единственный способ освободиться от всего этого. Она сказала, что не хочет, чтобы ты всю оставшуюся жизнь прикрывал спину аль-Муджари. Он помолчал. “И она хотела, чтобы ты познал немного счастья теперь, когда ты наконец нашел кого-то”. Он снова помолчал, затем пробормотал: “Это был настоящий подарок”.
  Саша подняла глаза на Яссара. Она задавалась вопросом, сможет ли она жить достаточно хорошо, чтобы заслужить это, и так же быстро впитала эту мысль, как человек, который снова и снова возвращается к своим воспоминаниям о Нафта. Они снова посидели в тишине.
  
  
  
  Сентябрь этого года. Нью-Йорк. Он навестил своих родителей, брата и невестку, а также Сэмми и Микки. Теперь Дэниел стоял в дверях квартиры Майкла и Бренды. “Я думаю, это оно”.
  “Напишите нам строчку или что-нибудь в этом роде”, - сказал Майкл. “Мы разозлимся, если вы этого не сделаете”.
  “ Ставлю твою задницу, - добавила Бренда. Ее голос дрожал.
  Майкл по-медвежьи обнял Дэниела. “Береги себя”. Бренда шагнула вперед, ее глаза были спокойны, она принимала это, и обняла их обоих.
  
  
  
  Сентябрь этого года. Женева, Швейцария. "Гольфстрим V", должно быть, коснулся земли так же мягко, как мать, целующая своего новорожденного ребенка в щеку, потому что Дэниел не просыпался до тех пор, пока второй пилот не вернулся, чтобы разбудить его. Он застонал. Контактные линзы прилипли к глазам. Что за способ пробудиться к новой жизни.
  - Мы на месте? - спросил я
  “ Ага. И на полчаса раньше. Вам что-нибудь принести, мистер Янгблад?
  “ Нет, я в порядке. Он выглянул в окно. Только что рассвело, все было в оранжево-желтом сиянии восходящего солнца. Кто-то распахнул дверь, и он почувствовал трепет предвкушения, а затем, по-настоящему проснувшись, улыбку, которая, казалось, исходила откуда-то изнутри него и завладела всем его существом.
  Второй пилот выглянул в окно. “ Машина должна быть здесь. Я позвоню, если хочешь.
  “Без проблем, если машина опаздывает на несколько минут, значит, опоздала на несколько минут”.
  Он оставил все это позади. Он перевел деньги в банк в Женеве, и теперь оставался только вопрос продажи квартиры, дома в Милфорде и нескольких других активов. Но все это не имело значения. Он увидел фары машины, выезжающей встречать самолет.
  Он надел спортивную куртку, проверив правый нагрудный карман, где обычно хранил свой "блэкберри", чтобы убедиться, что зубная щетка, его единственный багаж, на месте. Затем он начал спускаться по ступенькам.
  Заднее стекло машины открылось, и он увидел голову Яссара, его черные глаза, отражающие свет. Открылась другая задняя дверца, и появилась Саша, сверкая глазами, с несколькими прядями волос, развевающимися на ветру.
  Дэниел остановился, когда увидел ее. Он не думал, что есть способ объяснить то, что он чувствовал, видя застывшую там Сашу, сверкающие черные глаза, тот единственный момент, который казался из другого времени. Он встретил ее у подножия лестницы и обнял так, словно наконец-то понял, что вернулся домой.
  - Почему ты так долго? - спросила она.
  Конец
  
  OceanofPDF.com
  Отрывок из "Соусника"
  
  OceanofPDF.com
  Соусница
  Повесть с Уолл-стрит от
  Дэвид Лендер
  
  OceanofPDF.com
  Авторское право (C) 2011 Дэвид Т. Лендер
  
  Все права защищены. Никакая часть этой книги не может быть использована, воспроизведена или передана в любой форме или любыми средствами, электронными или механическими, включая фотокопирование, запись или с помощью любой системы хранения или поиска информации, без письменного разрешения издателя, за исключением случаев, разрешенных законом, или в случае кратких цитат, содержащихся в критических статьях и обзорах. За информацией обращайтесь по адресу dlender@davidlender.net.
  
  OceanofPDF.com
  ОДИН
  
  
  
  ФИНН КИн И КАТИ ФАРГО сидели рядом друг с другом в задней части комнаты 12 в здании McColl Building Бизнес-школы Кинана-Флагара Университета Северной Каролины. Четыре ряда отделяли их от остальной группы на заседании Инвестиционно-банковского клуба. На мероприятии присутствовало не менее 25 членов группы; в этот вечер президент клуба Джонатан Мур рассказывал о своем процессе найма и предложении стать юрисконсультом в группе Goldman Sachs по слияниям и поглощениям.
  Финн наклонился к Кэти и сказал: “Если я еще хоть раз послушаю это дерьмо, меня вырвет. Пойдем, выпьем кофе или еще чего-нибудь.
  Она улыбнулась ему, кивнула, они встали и ушли. Несколько голов повернулись, когда они с грохотом протискивались через театральные кресла к проходу, поднялись по ступенькам и вышли за дверь. Финн спиной чувствовал прожигающие взгляды. Он был уверен, что все в клубе знали, что Кэти и он были единственными, кто еще не получил предложений об инвестиционном обслуживании.
  Финн придержал для Кэти входную дверь в здание McColl Building, когда они вышли на улицу. Она была не из тех девушек, перед которыми многие парни открывали двери, не слишком привлекательной, так что он знал, что Кэти это нравится, и всегда старался это делать. Когда она сказала ему, что не может позволить себе слетать домой в Чикаго на День Благодарения, он привез ее домой в Сидар-Форк. Позже дядя Боб сказал: “Вау, она ширококостная, да?” Еще до того, как он привел ее домой, он мог сказать, что Кэти хотела чего-то большего между ними. И пару раз, выпивая с одноклассниками, она ясно дала Финну понять, что готова помочь ему, если он этого захочет. Он всегда радовался, просыпаясь трезвым на следующий день, что не сделал этого; ему всегда казалось, что он использует ее в своих интересах. Он мог сказать, что теперь она смирилась с мыслью, что этого не произойдет.
  Кэти улыбнулась и одними губами произнесла “Спасибо”, когда они вышли на улицу.
  “Мур был занозой в заднице до того, как получил предложение, но теперь он расхаживает с важным видом, как чертов петух”, - сказал Финн.
  “Да, но ты должен признать, что он добился успеха”.
  Финн просто кивнул.
  - Полагаю, с вашей стороны никаких изменений, иначе вы бы мне что-нибудь рассказали, - сказала Кэти.
  “Нет”.
  - У нас мало времени.
  “ Я знаю. Я соглашаюсь на сделку с TD Bank, если больше ничего не получится. По крайней мере, это поможет мне добраться до Нью-Йорка.
  Кэти не ответила. Он знал, о чем она подумала. Она уже говорила это раньше: она проработала в Нью-Йорке три года до бизнес-школы и сказала ему, что Нью-Йорк - это не все, чем его воображают.
  - А как насчет тебя? - спросил он.
  “Думаю, я воспользуюсь тем интернет-стартапом, который предложил мне мой друг”.
  Финн кивнул. Она рассказывала ему об этом, но он не мог вспомнить подробностей. Ему показалось, что всего пять или шесть сотрудников.
  - Ты занимался компьютерным программированием до начальной школы, не так ли?
  “Да, но они хотят, чтобы я был финансовым директором. Все они - кучка начинающих компьютерщиков. Ничего не смыслю в финансах”.
  “ Звучит так, будто это могло бы быть весело, ” сказал Финн, зная, что его слова звучат неубедительно. Для него ничего подобного. Если в инвестиционном банкинге ничего не получится, он доберется до Нью-Йорка, а затем посмотрит, сможет ли он использовать программу обучения коммерческому банкингу TD Bank для работы на Уолл-стрит, даже если это займет у него несколько лет. Вот где он мог бы добиться успеха. Он посмотрел на Кэти. “ Я забыл. Как называется компания?
  “Facebook”.
  
  OceanofPDF.com
  ДВОЕ
  
  
  
  “Мне НУЖНЫ ТЕЛА”, -IMON BUCHANNAN, - "Я". “ Дай мне по крайней мере тридцать. Может, сорок. Он встал и посмотрел на четырех руководителей своих отделов через свой стол, затем вышел из-за него широкими шагами старшего управляющего директора из-за своего роста в шесть футов шесть дюймов. Бьюкененнан не спеша пересек огромный офис, желая создать впечатление, что он возвышается над своими подчиненными из-за небоскребов на Парк-авеню, как некий ангел-мститель. Он сел полукругом, где руководители его отделов расположились в мягких креслах и на диване вокруг кофейного столика Бьюкеннена.
  “Мы уже наняли двести сотрудников для обучения в этом году”, - сказал глава группы слияний и поглощений.
  “Тогда наймите двести тридцать или двести сорок человек”, - парировал Бьюкененен. Глаза Бьюкеннена обвиняли его в некомпетентности.
  “Сейчас апрель, Саймон”, - сказал глава отдела корпоративных финансов.
  “Ребята, что это?” Сказал Бьюкененен и встал. Он изобразил свой лучший нетерпеливый вздох. “Рынки переживают бум. IPO. Конверсии. Высокая доходность. Ставки низкие. Экономика набирает обороты, а доходы корпораций по-прежнему растут, растут, растут. Вся улица работает на полную катушку. Нам нужно стучать по этому циклу, пока он не остановится. Он начал расхаживать. “Стучи по нему. Стучи по нему сильно. И BofA Merrill Lynch по-прежнему занимает первое место. Вы видели статистику андеррайтинга за первый квартал. Я хочу превзойти этих парней по размещению акций в этом году, дать нам еще пару лет, чтобы догнать их по страхованию долгов, и еще через год или два мы потесним Goldman Sachs на первом месте в рейтинге слияний и поглощений ”. Он остановился и посмотрел на руководителей своих отделов, разочарованный тем, что у них, похоже, не возникло желания выйти и выиграть что-нибудь для Джиппера. Может быть, к этому времени у них у всех выработался к нему иммунитет, потому что он намеренно вел себя так безумно и половину времени придавал себе такой устрашающий вид. Но Бьюкененнен говорил серьезно. Он хотел победить.
  “Саймон, сейчас апрель”, - снова напомнил ему глава отдела корпоративных финансов Джон “Вонючка” Бейтс.
  “Значит, сейчас гребаный апрель”.
  “Да, сейчас гребаный апрель, и все лучшие ребята из всех лучших бизнес-школ разъехались. Мы выдоили Гарвард, Стэнфорд, Келлог, Уортон, Чикаго досуха”.
  “Так что найди мне сторонних сотрудников из других фирм. Переходи в бизнес-школы второго уровня, черт возьми, переходи на третий уровень, если понадобится, просто доставь мне тела. Или это моя задница.” Бьюкененен подумал о новом доме, о котором твердила его жена, снова взмолился неизвестному о премии в 15 миллионов долларов, затем подумал о том, чего хотела его любовница, и с новой серьезностью оглянулся на руководителей своих отделов. “Я не стал главой инвестиционно-банковского подразделения, облажавшись, и если я начну стрелять холостыми, то останусь без гроша в кармане”. Бьюкеннан бросил на Бейтса взгляд, который сказал Бейтсу, что он ленивый, глупый и пузатый. “Понял, Вонючка?”
  Бейтс кивнул, что да. Возможно, даже взгляд. Четверо руководителей отделов встали, чтобы уйти, после того как Бьюкеннен дал понять, что совещание окончено, вернувшись за свой стол и нажав на кнопки телефона, прижимая трубку к уху.
  Он увидел Бейтса, стоявшего в дверях, когда три других начальника отделов уходили. Они закатили глаза. Да, они устали от выходок Бьюкеннена. Черт возьми, они просто устали. Бизнес был настолько хорош, что они не справлялись. Они лучше, чем кто-либо другой, знали, что им нужна помощь. Бьюкененен проповедовал обращенным. Бьюкененен увидел, как Бейтс повернулся к нему лицом.
  Бьюкененен закончил разговор и повесил трубку. “ Я могу что-нибудь для вас сделать? - Спросил Бьюкененен. Он надеялся, что Бейтс услышал слово “Вонючий” в его тоне, даже если он больше его не употреблял.
  - Мне нужна минутка.
  “ Похоже, ты принимаешь это. Что я могу для тебя сделать?
  “ Это насчет Шейна. Бейтс перенес вес на другую ногу. Его большой живот выпятился в сторону. Бьюкененен посмотрел на это с презрением. “Все главы отделов сотрудничают — слияния и поглощения, высокая доходность, корпоративные финансы ...”
  - Я знаю, что это за отделы, Джон.
  “Да”, - сказал Бейтс, перенося вес тела на другую ногу. “Ну, все прекрасно работают вместе, даже по отраслевым специальностям”, - он сделал паузу. “Все, кроме Шейна. Он все еще волк-одиночка, таким же, каким был с тех пор, как присоединился к нам”.
  Бьюкененен нетерпеливо уставился на Бейтса. “Ты думаешь, мне не все равно? Шейн есть Шейн. Не зря он здесь еще один старший управляющий директор, кроме меня. Потому что он зарабатывает деньги. У него крупные клиенты, он лучший новичок в бизнесе, которого я когда-либо видел, и он один из самых опытных исполнителей, которые у нас есть. Мое отношение к Шейну заключается в том, чтобы не путаться у него под ногами и позволить ему делать то, что у него получается лучше всего. Просто продолжай подкармливать его телами, чтобы помочь ему оформлять сделки, отдавай ему его долю гонораров, а потом считай деньги ”.
  “Но это не подает хорошего примера, остальным командам нехорошо видеть, что они все еще могут оттеснять друг друга с дороги”.
  “ Позволь мне спросить тебя кое о чем, Джон. Как долго ты возглавляешь отдел корпоративных финансов?
  - Около четырех лет.
  “Ну, мне кажется, тебе следует больше беспокоиться о том, как долго ты сможешь оставаться такой, чем беспокоиться о Шейне. Потому что четыре года - это вечность по стандартам Уолл-стрит”, и в то же мгновение Бьюкененнен подумал о своем собственном шестилетнем пребывании на посту главы инвестиционно-банковского подразделения: “Так что на вашем месте я бы больше беспокоился о собственной заднице, чем о Шейне”. Бьюкененнан подчеркнул фразу свирепым взглядом, который отправил Бейтса за дверь.
  
  
  
  Джек Шейн спустился в лифте на 45-й этаж дома 280 по Парк-авеню. С тех пор как он поднялся на лифте в Пентхаусе, на 46-м этаже, его глаза отслеживали его путь, принимая на себя роль первого впечатления клиента. Там находился его офис с другими высокопоставленными светилами — Саймоном Бьюкеннаном, двумя вице-председателями и генеральным директором Abercrombie, Wirth & Co., или “ABC”, как инвестиционно-банковскую фирму называли на Уолл-стрит. Он окинул взглядом полированное красное дерево и латунь дверей лифта — одного из четырех лифтов, предназначенных для семи верхних этажей здания фирмы, — затем проследил, как они открылись в вестибюле 45-го этажа. Вестибюль был отделан искусственным известняком, имитацией настоящего известняка, который использовался в бывших офисах фирмы в центре города. Внимательный наблюдатель мог сказать, что это ненастоящее здание, но атмосфера была безошибочной. Особенно когда вы поворачиваетесь, чтобы пройти в просторную приемную. Старинная мебель, со вкусом подобранные репродукции и подлинный антиквариат. Персидские ковры и потрясающе красивая секретарша в приемной. Сегодня она была Маленькой мисс Такая-то, 25-летней чувственной брюнеткой с надутым ртом и проникновенными глазами, сидящей за четырехногим столом Beidermeier, облицованным тигровым кленом, с открытой нижней частью, чтобы показать ее ноги.
  Шейн кивнул, не столько для того, чтобы признать ее, сколько из уважения к ее красоте, и мисс Такая-То ответила ослепительной улыбкой. Шейн повернул налево по коридору к конференц-залам, его ноги бесшумно ступали по персидской дорожке, которая тянулась по всей длине здания в сторону Парк-авеню. Он продолжал воспринимать все это глазами Стэнли Уолдврика, генерального директора Kristos & Company. Стэнли был недалеким бостонским жуликом и зятем основателя компании. После шести месяцев ухода Шейна, уговоров и потакания самолюбию Стэнли Шейн понял, чего Стэнли на самом деле хотел, так это показать своему тестю, что он может превратить северо-восточную региональную сеть универмагов в общенациональный бизнес с помощью крупного приобретения. Это был первый визит Стэнли в офис ABC в Нью-Йорке, и Шейн хотел, чтобы все прошло как надо. Ему хотелось нужного настроения, щегольства и давления с Уолл-стрит голыми руками.
  Этого хватит, подумал Шейн. Мраморный пол вестибюля, мисс Такая-То за стойкой, шуршание ног по плюшевым коврам - все было идеально продумано, чтобы произвести впечатление элегантностью Старого Света. За четыре года работы в ABC Шейн всегда верил, что это хорошая платформа для него, седьмая фирма, в которой он работал за 24 года работы на Улице. Я просто мог бы остаться, однажды заметил он себе.
  Шейн ускорил шаг. Он хотел попасть в конференц-зал пораньше. Как раз вовремя, чтобы поговорить со Стинки Бейтсом, главой отдела корпоративных финансов, и Чарльзом Фитцгиббонсом, главой Группы слияний и поглощений. В свои 50 лет Шейн все еще был стройным и спортивным и носил свою одежду с видом человека, который заказал ее для себя на заказ, потому что так оно и было. Он был высоким, шесть футов четыре дюйма, и ему нравилось смотреть на свое отражение в стеклах конференц-залов. Мокасины от Гуччи. Резкие складки, и, хотя их не было видно под его темно-синим пиджаком, подтяжки в тон галстуку. Все выполнено с отработанным, наплевательским отношением. Его темно-каштановые волосы были зачесаны назад. Его глаза, как всегда, были налиты кровью, как будто накануне он слишком поздно лег спать или принял слишком много кокаина. От него слабо пахло мылом. Никакого одеколона.
  Он подошел к двери конференц-зала в северо-западном углу здания, выходящего окнами на Парк-авеню. Бейтс и Фитцгиббонс были уже там. Он позаботился о том, чтобы Бьюкененнен позаботился о том, чтобы они были там. “ Доброе утро, ” сказал он без эмоций. Фитцгиббонс, глава отдела слияний и поглощений, разговаривал по телефону и не поднял глаз. Бейтс повернулся и кивнул Шейну. Шейн закрыл за собой дверь и встал в дверном проеме, снова видя комнату глазами своего клиента. Яркий свет дня и величие небоскребов Парк-авеню лились в окна. Комната была продолжением соблазнительной роскоши остального помещения. От полированного антикварного стола для совещаний и чиппендейловских стульев пахло деньгами. Старый свет, Новый Свет, определенно не деньги нуворишей. Но деньги получше, чем у тебя, какого-нибудь зятя из Бостона.
  Шейн пересек комнату и встал перед Фитцгиббонсом. Он махал ему до тех пор, пока Фитцгиббонс не прикрыл трубку рукой.
  “Да?”
  “Я бы хотел поговорить с вами обоими, пока не пришел Стэнли”. Фитцгиббонс кивнул, а затем повернулся спиной к Шейну, чтобы закончить разговор. Шейн снова пересек комнату, подошел к пульту, на котором были разложены пирожные, рогалики и фрукты, и налил себе чашку кофе.
  “Как дела, Вонючка?” Спросил Шейн, стоя спиной к Бейтсу. Шейн тихо хихикнул, догадавшись, как Бейтс отреагировал на ненавистное прозвище. Фитцгиббонс повесил трубку.
  “ Доброе утро, Джек, ” поздоровался Фитцгиббонс. Он оперся на одну ногу, одной рукой расстегнул куртку и сунул ее в карман, изображая собой витрину в фильме Пола Стюарта. “Я весь твой”, - сказал он. “Как ты думаешь, сколько времени это займет?” Он посмотрел на свои часы, затем снова на Шейна.
  “ Полчаса для вас, ребята, потом я останусь с ним. Он посмотрел на каждого из них по очереди. “Спасибо, что пришли”, - добавил он вполголоса, как будто ему было больно это говорить. “Я буду краток”. Шейн сел в дальнем конце стола. Фитцгиббонс сел на противоположном конце, когда увидел, что это сделал Шейн.
  “Стэнли - генеральный директор Kristos & Company, сети из 160 региональных магазинов на северо-востоке. Универмаги среднего класса, основанные в 1950-х годах его тестем Николасом Кристанапуласом. Старик отстроил его до нынешних размеров, а затем около года назад передал бразды правления зятю, потому что ему исполнилось 70, он хотел уйти на пенсию и не имел наследников мужского пола ”. Он посмотрел на Бейтса, который все еще неловко стоял, опираясь на одну ногу, а затем на Фитцгиббонса. Он увидел, что они поняли. Он сделал большой глоток черного кофе. “Итак, Стэнли решает, что хочет произвести большой фурор, и, как ты знаешь, Чарльз, мы уговорили его купить Milstein Brothers Stores, сеть элитных универмагов из 50 магазинов по всей стране. Речь идет о сделке на сумму около 3 миллиардов долларов, что примерно в три раза больше, чем стоит Kristos & Company ”. Около 15 миллионов долларов гонорара за эту пьесу, подумал Шейн, не позволяя себе произвести точный подсчет из уважения к своему суеверию. “Мы проводим IPO Kristos & Company на 550 миллионов долларов, о котором, я полагаю, ты все знаешь, Джон, ” сказал он, обращаясь скорее к Бейтсу, чем к нему, отказываясь встречаться с ним взглядом, “ а затем заключаем высокодоходную сделку на 1,5 миллиарда долларов. Вырученные средства будут использованы для финансирования приобретения Milstein Brothers, за исключением 50 миллионов долларов, которые тесть получит, продав часть своих акций в ходе IPO ”.
  Шейн посмотрел на двух других, которые кивнули, что поняли.
  “ О тебе позаботились в отделе слияний и поглощений? - Спросил Фитцгиббонс.
  - Ты же знаешь, мне не помешала бы еще одна пара рук.
  “У нас сейчас немного туго, как мы вам и говорили. Но довольно скоро мы собираемся привлечь сюда группу новых сотрудников. Потерпи немного, мы тебя прикроем примерно через месяц”, - сказал Фитцгиббонс. Бейтс снова переступил с ноги на ногу.
  “Хорошо, итак, это история, которую, я полагаю, вы оба, ребята, читали в справочниках”, - сказал Шейн. Он подавил желание нахмуриться. Он чертовски хорошо знал, что эти ребята не читали ни одного из материалов, которые он подготовил ни к сделке слияния и поглощения, ни к IPO. Вероятно, они просмотрели одно- или двухстраничную заметку, подготовленную каким-нибудь бедолагой-коллегой или вице-президентом из их штата. Но сегодня в инвестиционно-банковской сфере все было именно так. Старшие ребята на самом деле не понимали, что происходит. Они просто появлялись на собраниях, чтобы помахать флагом, чтобы убедить клиентов, что тому или иному руководителю не наплевать на их сделку. Такие парни, как Шейн, были вымирающим поколением банкиров, которые делали для своих клиентов все возможное: задумывали сделки, фактически давали советы по стратегии и сами осуществляли их исполнение. Ничего из этого специализированного дерьма, когда парень вмешался и сделал свои две маленькие работы, а затем ушел. Что ж, они помогли бы ему пройти этот этап, потому что Стэнли действительно хотел видеть главу отдела слияний и поглощений и главу отдела корпоративных финансов, чтобы убедиться, что “эксперты” уделяют внимание его сделкам.
  “ Итак, мы поболтаем с парнем полчаса или около того, а потом вы, ребята, можете идти. Есть вопросы? Они оба покачали головами. Шейн кивнул и повернулся, чтобы налить себе еще чашку кофе, затем посмотрел на часы. Десять минут, подумал он. Фицгиббонс встал и вернулся к телефону.
  
  
  
  “Стэнли!” - Сказал Шейн своим отработанным мелодичным баритоном, когда привлекательная блондинка проводила Стэнли в конференц-зал. Блондинка скромно опустила глаза и закрыла за Стэнли дверь.
  “Джек, всегда рад тебя видеть”, - сказал Стэнли голосом северо-восточной школы-интерната, пожимая Шейну руку. Стэнли был высоким, светловолосым и худощавым. Он разделил волосы пробором посередине и надел соответственно потертый костюм на трех пуговицах. Шейн улыбнулся и протянул руку в центр комнаты. Он убедился, что его карие глаза светятся доброжелательностью.
  “Спасибо, Стэнли, и тебе тоже. И позвольте мне представить моих коллег: Джона Бейтса, управляющего директора и руководителя всей деятельности ABC в области корпоративных финансов, и Джона Фитцгиббонса, управляющего директора и главу группы ABC по слияниям и поглощениям ”. Шейн бросил взгляд, полный коллегиальной привязанности, на каждого из своих коллег, когда представлял их друг другу. Они пересекли комнату, чтобы пожать руку Стэнли: Бейтс в застегнутом пиджаке и Фитцгиббонс, все еще держащий одну руку в кармане, в ярко-синих подтяжках, выделяющихся на фоне желто-синей рубашки в английскую полоску, и подходящем к ней синем галстуке от Гуччи с разорванной этикеткой.
  Были предложены кофе и завтрак. Состоялся дополнительный обмен любезностями. Они сели за один конец стола со Стэнли во главе и приступили к делу.
  “Стэнли, как я уже говорил тебе, я подумал, что тебе, возможно, захочется услышать мнение руководителей отделов, которые будут контролировать твои транзакции, и чьи команды будут отчитываться передо мной”. Шейн одарил Стэнли еще одной клиентской улыбкой, затем кивнул каждому из своих коллег. “Наша цель на сегодняшний день - дать вам уверенность в том, что мы можем задействовать ресурсы для реализации предлагаемых вами сделок, дать вам представление о приверженности фирмы Kristos & Company и, конечно, лично вам, Стэнли, а затем мы сможем обсудить некоторые детали структуры нашего взаимодействия позже, возможно, после обеда. У нас забронирован обеденный зал на другом этаже на 12:30. Я познакомлю вас со Стивеном Диком, председателем нашей фирмы на тот момент. Но сейчас я подумал, что, возможно, имеет смысл сообщить вам от Джона и Чарльза о том, что мы видим по соответствующим сделкам. Звучит нормально? ” - Сказал Шейн и протянул ладони к Стэнли.
  - Абсолютно, - сказал Стэнли и положил сложенные руки на стол.
  “Возможно, мне следует высказаться первым, поскольку сделка по слиянию и поглощению магазинов Milstein Brothers - суть всего этого”, - сказал Фитцгиббонс. “Как вы знаете непосредственно из ваших собственных встреч с братьями Мильштейн, они настроены благосклонно, и прямо сейчас мы разрабатываем окончательное соглашение о покупке. Благодаря добрым услугам Джека мы знаем, что о вас хорошо заботятся, но вы также должны знать, что еще один наш коллега имеет прямое отношение к братьям Мильштейн, и он также говорит, что они в восторге от предполагаемой сделки. Благодаря Джеку, кажется, все готово для заключения сделки, и несколько моих лучших парней работают с Джеком и вашими адвокатами в Winston & Sterling ”.
  Мысли Шейна рассеялись, пока Фитцгиббонс излагал свою уловку. IPO, высокодоходное финансирование и сборы за слияния и поглощения. Затем было банковское финансирование в размере около 1 миллиарда долларов. Всего около 90 миллионов долларов комиссионных, подумал Шейн. И после того, как эти ребята закончат нарезать салями из всего, что попадется им под руку, это все равно должно стать моим годом. Будем надеяться, что рынки выстоят. Он посмотрел на Стэнли. Шейн заметил розоватый румянец под его кожей, признак уязвимости. И будем надеяться, что тебя не собьет грузовик, дорогой Стэнли. И этот старик Ник решает не вмешиваться и не менять план игры.
  После того, как Фитцгиббонс закончил, Бейтс внес свою лепту. Шейн был действительно впечатлен. Бейтс выполнил это со стилем, рассказав историю роста инвестиционно-банковской группы Abercrombie, Wirth & Co., насчитывающей 1003 человека, описав ее корни в центре города от бутиковой фирмы из 50 человек, специализирующейся на корпоративном консультировании, до ее нынешнего статуса последней частной из элитных фирм Уолл-стрит, которые доминировали в сфере андеррайтинга, слияний и поглощений и рынков капитала. “На нас смотрят, потому что мы те, у кого есть импульс. И нам весело”, - сказал Бейтс, искренне улыбаясь и излучая теплоту, которая снова удивила Шейна. “Нам нравится наш бизнес, нам нравятся наши клиенты, и мы были бы счастливы причислить вас к их числу”.
  После этого Шейн проводил Стэнли обратно тем же маршрутом, которым он вошел, затем спустился вниз, в торговый зал на 42-мэтаже. Торговый зал занимал весь этаж площадью 100 003 квадратных фута и был высотой в три этажа, простираясь до 45-го этажа. Эффект, как всегда, был опьяняющим. Сотни кричащих, жестикулирующих и атлетически сложенных молодых людей, орущих в телефоны, перекрикивающихся друг с другом, - все это выстроилось рядами на высокотехнологичных экранах Bloomberg и аналитических торговых систем, расположенных в два-три ряда друг от друга и мигающих многоцветьем. Шум, телефоны, энергия - все превратилось в сплошной гам, который говорил: “Вот где это происходит. Вот где это происходит. Деньги”. Стэнли казался охваченным благоговением.
  За обедом он разлил вино, что привело Шейна в восторг. Отлично, выводит его из равновесия. После этого Шейн сосредоточился на Стэнли. К 14:00 он был со Стэнли перед зданием, чтобы посадить его в лимузин.
  “Отличный день”, - сказал Стэнли, снова пожимая Шейну руку. “Нам нужно сыграть в гольф, прежде чем сделка будет заключена”.
  “Абсолютно”, - сказал Шейн и закрыл дверь лимузина. Гольф, думал он, направляясь обратно в здание, вот это тупая игра. Тысячи часов практики, чтобы пять часов сидеть в дурацкой маленькой тележке с таким тупицей, как Стэнли. Он бы предпочел, чтобы ему переломали пальцы дверцей машины. Если бы Стэнли сказал "теннис", возможно. По крайней мере, это была мужская игра. Там ты работал до седьмого пота, у тебя был шанс проявить агрессию, даже забить мячом в глотку другому парню. Гольф, черт возьми.
  Пять минут спустя Шейн сидел, закинув ноги на стол, держа на коленях выполненный оригинал письма о помолвке. - Ладно, Стэнли, поехали, - сказал он вслух.
  
  OceanofPDF.com
  Отрывок из " Булл-стрит"
  
  OceanofPDF.com
  Булл-стрит
  Роман с Уолл-стрит от
  Дэвид Лендер
  
  OceanofPDF.com
  Авторское право (C) 2011 Дэвид Т. Лендер
  
  Все права защищены. Никакая часть этой книги не может быть использована, воспроизведена или передана в любой форме или любыми средствами, электронными или механическими, включая фотокопирование, запись или с помощью любой системы хранения или поиска информации, без письменного разрешения издателя, за исключением случаев, разрешенных законом, или в случае кратких цитат, содержащихся в критических статьях и обзорах. За информацией обращайтесь по адресу dlender@davidlender.net.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 1
  
  
  
  НеБыТыОРК ССТОРОНЫ.ПЕРЕД мировым финансовым кризисом.
  “Если у меня не будет работы к апрелю, я ее не получу”, - сказал Ричард. “По крайней мере, так говорят в школе ”Б".
  - А это Мартовские иды, - сказал папа.
  Это зловещее замечание попало в цель. Внутри у Ричарда заурчало.
  Ричард Блюм и его отец Хэнк сидели в греческой закусочной в центре Манхэттена, недалеко от Уолл-стрит. Это было в двух кварталах от Walker & Company, первого собеседования Ричарда за день, и в четырех кварталах от папиной страховой конференции. Ричард озабоченно поигрывал ярлычком на пакетике чая; эта пятидневная поездка в Нью-Йорк была его последним шансом сохранить работу на Уолл-стрит после неудачного сезона найма. Было очень кстати, что они с папой смогли позавтракать вместе, пока папа в это же время был в городе из Сент-Пола на своем съезде. Они сели за столик напротив стойки, наклонившись друг к другу, чтобы слышать сквозь звон посуды, отрывистые заказы и лязг лопаток по грилю. Ричард наслаждался шумом и ароматами этого места. Здесь царил непринужденный уют, по-народному пахло яйцами и картошкой фри по-домашнему, и Ричард знал, что папа, должно быть, наслаждается. Он ослабил манжету, чтобы посмотреть на часы.
  “ Ты начинаешь беспокоиться? - Спросил папа.
  “Думаю, это никогда не закончится, пока ты не прекратишь, но, выражаясь финансовым языком, я бесполезный актив”.
  “ Не то, о чем я спрашивал. Ты беспокоишься?
  “Потеющие пули”.
  Он посмотрел на папину одежду: хлопчатобумажная / полиэстеровая рубашка на пуговицах, пятнышко на галстуке в горошек, блестящий от поношенности костюм. Он улыбнулся; ему тоже стало уютно, внутри потеплело. Он взглянул на свою одежду. На нем было поло Ralph Lauren стоимостью 3500 долларов. Пальто, за которым он схватился в рамках этой последней попытки поймать большого, волочилось по полу. Барометр того, как идут дела.
  - Однако ты, должно быть, делаешь успехи.
  “Я отметался на всех своих собеседованиях по инвестиционно-банковскому делу в кампусе — тех немногих, которые мне удалось получить”.
  Папа просто кивнул, обдумывая услышанное. “Что-нибудь полезное для тебя из них вышло?”
  “ Только то, что Мичиган - школа второго уровня для фирм с Уолл-стрит. За весь сезон собеседований все наши MBA получили только двенадцать повторных звонков во втором раунде инвестиционного банковского дела в кампусе, четыре поездки в Нью-Йорк, одно предложение ”.
  “Это, по крайней мере, один”. Папа пытается быть уверенным. Он улыбнулся, затем прищурился и поджал губы. “Должно быть, в кампус приезжают и другие”.
  “ Нет. Сейчас слишком поздно для первых туров в кампусе. Ричард подавил желание поерзать на стуле. “Значит, это все, что можно получить через Бюро по трудоустройству”.
  Папа поморщился. Он опустил взгляд в свою тарелку, поколебался, затем снова посмотрел в глаза Ричарду. “Теперь эта поездка”, - сказал он, продолжая смотреть на него. Сначала Ричард подумал, что выражение папиного лица означает, что он понял, что это был последний вздох Ричарда. Теперь у него возникло подозрение, что, возможно, во взгляде папы было нечто большее.
  “Да, одиннадцатичасовая работа. В Нью-Йорке, чтобы стучать по тротуару, следите за "холодными письмами", прилагающими мое резюме. Посмотрим, смогу ли я выбить несколько дверей”.
  Папа откинулся назад. “ Ну, как проходит поездка? Ричард почувствовал, что тот прицелился, наблюдая за ним.
  - Четыре пробных интервью, осталось два последних. - Ричард снова принялся вертеть этикетку от пакетика чая, начиная беспокоиться, понимая, что сегодняшнее собеседование - его единственный реальный шанс.
  - Помнишь извинения математика? - Спросил папа. Теперь его пристальный взгляд был сосредоточен на Ричарде. Ричард сглотнул.
  “Как я мог забыть? Это оказало на меня большое влияние”.
  Это была книга, которую Ричард и папа оба прочитали, когда он направлялся в колледж. Ричард переставал быть дерзким подростком, снова начиная сближаться с отцом, на этот раз как мужчина с мужчиной. Когда Ричард после колледжа получил работу по написанию рекламных текстов в McAlister & Flinn, все еще живя дома, у них с отцом сложились рабочие отношения. Папа помогал в качестве корректора и критика. Ричард узнал, что у отца действительно была деловая мудрость, которой можно было поделиться; страхование находилось, по крайней мере, в том же полушарии, что и написание текста, убеждающего людей покупать соус для стейка или ежегодные выплаты. Бизнес стал общим языком и культурой, которые не давали им спать допоздна, обсуждая процентные ставки, индекс потребительских цен. И в конце концов, время от времени за стаканчиком скотча они обсуждали романы Элмора Леонарда или Троллопа, музыку Моцарта и Бетховена. Ричард вспомнил Извинения математика, сказанные так, словно они декламировали: “Есть три типа людей. Во-первых, я делаю то, что я делаю, потому что у меня к этому необычный талант. Во-вторых, я делаю то, что я делаю, потому что я делаю многие вещи довольно хорошо, и это был такой же хороший выбор, как и любой другой. И в-третьих, я ничего не делаю очень хорошо, и я попал в это”.
  “Я хороший андеррайтер fidelity bond и, вероятно, мог бы сделать много других вещей с таким же успехом. То, к чему ты стремишься, - это мир, о котором я мало что понимаю. Но если ты думаешь, что у тебя это есть, дерзай. ”Все еще изучая лицо Ричарда.
  “Да. Я справлюсь”. Убеждал себя, нуждаясь в этом для интервью.
  “Так что не сдавайся. Но не ставь под угрозу то, кто ты и откуда пришел. Не позволяй Уолл-стрит вскружить тебе голову”.
  - Есть еще какие-нибудь советы?
  “Ну, раз ты спрашиваешь”, - сказал папа, теперь одаривая его той полуулыбкой, которая появлялась на его лице, когда он запускал "зингер", но все равно хотел показать привязанность. “Все, что я слышал, это оправдания. Это на тебя не похоже. Будь первобытным. Думай, как эти парни с Уолл-стрит, как пещерный человек, которому нужно завоевать женщину, иначе он не сможет произвести потомство. Добавь в это немного юмора. Ты сам по себе; никто не может сделать это за тебя ”.
  Какое-то время они сидели молча, Ричард смотрел на полуулыбку, все еще блуждавшую по папиному лицу. Папа был прав. Все зависит от меня.
  Папа сказал: “Что? Ты думаешь, я все еще не могу надрать тебе задницу?”
  Ричард почувствовал, как у него перехватило горло. - Спасибо.
  - Всегда пожалуйста.
  Ричард посмотрел на часы. Папа взял чек и сказал: “Иди. Дай себе немного времени собраться с мыслями”.
  - Почему бы тебе не позволить мне ответить?
  “ Когда ты станешь олигархом, ты сможешь угостить меня ужином. Они оба встали. Папа протянул руку. Они пожали друг другу руки, затем обнялись.
  - Привет маме, - сказал Ричард.
  “ Позвони ей. Скажи ей сам.
  Ричард кивнул. - Есть какие-нибудь последние соображения?
  “Если ты потерпишь неудачу, ты знаешь, что всегда можешь вернуться домой, чтобы собраться с силами”. Он улыбнулся. “Но ты не позволишь этому случиться. И ты, и я знаем это, не так ли?
  
  
  
  Ричард посмотрел на часы: 7.45. Он опаздывает. Он сидел в приемной Walker & Company на Уотер-стрит, 55, ожидая интервью с Франсуа Леклером. И он поспешил позавтракать, чтобы успеть сюда к 7:30. Он поймал себя на том, что сжимает и разжимает пальцы в ладонях, и заставил себя расслабить их.
  Отлично. Больше времени на размышления о невесомом.
  Ричард взял журнал с журнального столика "Шератон", стоявшего рядом с антикварным чиппендейловским креслом, в котором он сидел. Fortune. Текущий выпуск; На обложке был Гарольд Милнер. За последнее десятилетие он также украшал обложки журналов Forbes и Financier. На фотографии для обложки статьи “Финансовая инженерия на стероидах” Милнер стоял в конференц-зале Walker & Company. Вероятно, это был тот самый человек, за дверью которого сейчас сидел Ричард. На фотографии Милнер был изображен в рамке на фоне Бруклинского моста, черного хода, ведущего на Уолл-стрит. Ричард знал, что на первой странице номера помещена фотография Джека Грасса и Микки Стейнберга, стоящих по обе стороны от Милнера. Он был самым важным и плодотворным клиентом Walker & Company. Ричард знал об этих парнях все. Он гуглил их еще до того, как слово "Гугл" стало глаголом.
  В статье Fortune все было в основном правильно, хотя Ричарду было очевидно, что он провел больше исследований о Милнере, чем ее автор. Милнер, в то время финансовый директор Coastal + Northern Corporation, совершил свой предпринимательский рывок в 40 лет. Он обналичил свои опционы на акции C + N на 1,5 миллиона долларов, использовал их для своей первой сделки и никогда не оглядывался назад. Теперь в его частной империи стоимостью 7 миллиардов долларов работало 17 000 человек в 22 штатах. В статье его называли блестящим, эксцентричным, необузданно творческим и заядлым трудоголиком — одним из самых влиятельных и богатых предпринимателей в США
  Ричард заглянул в открытую дверь конференц-зала и увидел стол, накрытый к завтраку. Он представил, как Милнер, Джек и Микки обсуждают сделку за завтраком, и почувствовал легкость в желудке.
  Ричард увидел молодого парня, вероятно, коллегу, идущего к нему. Он был без куртки, с кипой бумаг и несколькими презентационными книгами в руках, шел быстрым шагом, выглядел напряженным. Да, сотрудник, вероятно, первокурсник. Он поспешил мимо Ричарда и заглянул в конференц-зал. Не увидев там никого, он сел на стул напротив Ричарда, очевидно, ожидая. Он был нервным и потным. Ричарду стало жаль его. Бумаги парня начали сползать с его колен. Ричард протянул руку, чтобы помочь ему, но парень стряхнул Ричарда и удержал их сам.
  Теперь Ричард видел, что парень разглядывает его, вероятно, догадываясь, зачем Ричард здесь.
  “ Кого ты ждешь? - спросил он.
  “François LeClaire.” Ричард увидел, как на его лице отразилось узнавание, затем лоб сморщился от напряжения. Парень вздохнул и откинулся на спинку стула. В этот момент у него на поясе завибрировал "блэкберри", и он, вздрогнув, сел. Ричард услышал, как кто-то быстро и громко разговаривает на другом конце провода. Парень поспешно ушел, шурша бумагами. У Ричарда возникло неприятное ощущение, что через несколько месяцев таким мог бы стать он сам, улучив момент расслабления в ожидании, что кто-нибудь накричит на него из-за колонки цифр, которые не сходятся.
  Дверь лифта открылась, и Ричард, обернувшись, увидел Гарольда Милнера, того самого мужчину, который направлялся к нему. Милнер держался сдержанно, что каким-то образом подчеркивало его власть и значимость. Ричард инстинктивно встал, а затем всплеск адреналина приковал его к месту, как десятилетнего ребенка, встретившего Бейб Рут. Когда Милнер приблизился, он понял, что вблизи тоже был таким же крупным, как Малыш. Шесть футов пять дюймов или около того, широкая грудь, как у футболиста на линии, массивные руки. Фирменная бритая голова. Он подъехал к Ричарду. “ Гарольд Милнер, ” сказал он, протягивая руку. Вот так.
  Ричард почувствовал, что начинает говорить, не зная, что выйдет. Представившись, он сказал что-то пылкое, его голос был слабым, когда он сказал: “Мистер Милнер”.
  “ Зовите меня Гарольд. Милнер заглянул в пустой конференц-зал, затем сел туда, где несколько минут назад сидел его Коллега. Он взглянул на номер "Форчун", который Ричард все еще сжимал в руке. “ И я не так плох, как о мне говорят, ” сказал он. - Или такой же умный.
  Ричард улыбнулся, теперь более расслабленно. Его тело расслабилось, и он снова сел, теперь рядом с Гарольдом Милнером, как будто они просто развеялись. “Я не уверен, что верю в это”.
  “ Который? Плохой или умный?
  “ Умно. Я бы сказал, что ты справился.…Гарольд. “Гарольд” прозвучало неуверенно, Ричард попробовал его на вкус.
  - Ну да, “когда у тебя в кармане деньги, ты мудр, красив и к тому же хорошо поешь”.
  - Ф. Скотт Фицджеральд?
  “Идишская пословица. Не верьте газетным вырезкам”.
  - Трудно поверить, что тебе просто повезло.
  “Нет, но материал в этой статье совершенно глупый”.
  Ричард улыбнулся. - Вы заключили несколько интересных сделок.
  “Да, но вся эта чушь о "стероидах" предназначена только для продажи журналов. Мой подход настолько низкотехнологичен, насколько это возможно”.
  “ Я не знаю. В сделке с Бреннаном было довольно экзотическим то, как вы создали дочернюю компанию специального назначения для финансирования дебиторской задолженности подразделения McGuffin ”.
  Миллер пожал плечами и посмотрел на него взглядом, который говорил: “И что?”
  “Итак, это дополнительное финансирование дало вам ценовое преимущество примерно на 20% по сравнению с другими участниками торгов. Благодаря ему вы заключили сделку”.
  -Можетбыть.
  И о Dresner Steel, о том, как вы продали два подразделения и объединили остальные с Tilson Manufacturing и Milburg Industries в течение года. Сколько парней смогли бы провернуть это и при этом сохранить нетронутым перенос налоговых убытков на будущие периоды?”
  Милнер посмотрел на Ричарда, как будто что-то обдумывая. Он сказал: “Хорошая идея. Я впечатлен. Но я открою вам маленький секрет. Я не считаю, что делал в своей жизни что-то особенно изобретательное. Я придерживаюсь простых, не склонных к риску основ. Ты знаешь, кем был Винс Ломбарди?
  “Я из Миннесоты. На гербе нашего штата изображены упаковщики, надирающие задницы викингам”.
  Милнер улыбнулся. “Я как "Грин Бэй Пэкерс" из Ломбарди. Мы подходим к линии и приседаем для финальной зачистки. Защита знает, что это, вероятно, финальная зачистка, потому что она вторая и седьмая, и, кроме того, у Ломбарди в активе всего десять розыгрышей. Как ты думаешь, что нам делать?”
  “Отдайте восьмиметровый пас на противоположную боковую линию”.
  “Замах с конца, сделано идеально. Каждый раз по семь ярдов. Ничего экзотического, просто базовое выполнение”.
  Ричард хотел спросить его, обезоруживает ли эта рутина “ай-ай-ай” руководителей компаний, которые он пытался захватить, но ограничился: “Хорошая история. У меня это работает”.
  Милнер поставил локоть на край стола и прикрыл рот большой ладонью. Ричард видел, что он улыбается одними глазами, очевидно, размышляя. Он помолчал, затем спросил: “Вы новенькая?”
  “Настолько новичок, что меня здесь даже нет”.
  Милнер нахмурил брови, словно был озадачен.
  “Я жду здесь интервью”, - сказал Ричард. Милнер улыбнулся одними глазами, снова прикрыв рот рукой. “Я думаю, парня, который должен был встретиться с тобой, только что отозвали”.
  “Что ж, тогда ты вмешался и сделал свою работу. Я проголосовал за тебя”. Он встал и протянул руку с широкой улыбкой на лице. Ричард встал и снова пожал ему руку. “Добро пожаловать в фирму, Ричард”, - сказал Милнер.
  Ричард рассмеялся. Не нервно, потому что он был напуган тем, что на самом деле нес чушь с самым известным парнем в финансовой сфере. Он просто рассмеялся, потому что это было забавно, Милнер просил называть его Гарольдом, успокаивал, шутил. Не какой-нибудь чопорный, а обычный парень.
  Они все еще пожимали друг другу руки, Ричард смеялся, когда к ним подошли Джек Грасс и Микки Стейнберг. Он был там, стоя среди парней, которые вместе заключили 15 крупных сделок за последние 20 лет, не считая множества финансовых операций, рефинансирования, продажи подразделений и дополнительных приобретений; у них троих была мини-индустрия.
  Ричард слышал, как Джек и Микки приветствовали Милнера, видел, как они пожали друг другу руки, обменялись несколькими добродушными колкостями. Но не отчетливо, не так, как будто это было реально, потому что теперь он каким-то образом находился вне своего тела, наблюдая издалека. Он снова сосредоточился на Милнере, огромном, как в жизни. Небрежность, которая говорила о том, что ему не нужно прилагать усилий, чтобы произвести впечатление, все еще была здесь. Теперь Ричард обратил внимание на Микки, гения Уокера в области слияний и поглощений, который монотонно бубнил: вьющиеся еврейские волосы, сонные глаза. Микки, вероятно, излагал какую-то мудрость, потому что Милнер уделил ему все свое внимание, кивая, пока Микки говорил. Теперь Ричард изучал Джека, главного исполнительного директора фирмы. Джек стоял, разглаживая остроконечные лацканы своего костюма в европейском стиле, и выглядел искусно собранным, начиная с французского галстука и такого же квадратного кармана и заканчивая итальянскими мокасинами. Глаза Джека бегали по сторонам, как у большого лесного кота. Он наблюдал за Милнером, вбирая в себя все, то оценивая Ричарда, то возвращаясь к Милнеру и Микки. Его атлетическое телосложение подчеркивал облегающий костюм, манжеты рубашки торчали из рукавов, как у Кэри Гранта, волосы были острижены, загар Палм-Бич выделялся на фоне белого воротничка и манжет.
  Они вошли в конференц-зал, Милнер улыбнулся и сдержанно помахал Ричарду рукой на прощание. Джек Грасс увидел это и оглянулся на Ричарда, казалось, делая мысленную пометку.
  Ричард заглянул в открытую дверь конференц-зала. Стол красного дерева был накрыт на троих, украшен хрусталем, фарфором, официальным серебром и свежим бельем. Его приглушенный блеск и потертые края свидетельствовали о почтенном возрасте, что дополнялось восточным ковром, на котором он лежал. Аромат розмарина и яиц, смешанный с каким-то другим ароматом, который он не смог идентифицировать, исходил из невидимой кухни.
  Ричарду хотелось подслушать их встречу, быть с ними в одной комнате. Черт возьми, больше всего на свете он хотел быть одним из них, особенно Милнером. Он сыграл важную роль в том, почему Ричард оказался здесь.
  Как только они сели за стол завтракать, в приемную вошел подтянутый мужчина в двубортном костюме с таким видом, словно это место принадлежало ему. Ричард пригляделся к нему: зачесанные назад волосы, нагрудный платок в тон яркому галстуку Hermes, рубашка в английскую полоску с белыми манжетами, виднеющимися из-под рукавов пиджака. Подражатель Джека Грасса? Он шел прямо, поджав губы, излучая высокомерие. Леклер, без сомнения. В течение следующего часа он будет самым важным человеком в жизни Ричарда.
  “François LeClaire. Извините, я опоздал. Он улыбнулся, но скромно, как будто переусердствование могло помять его костюм. Его акцент был преувеличенным, как у персонажа мультфильма, почти слишком выраженным, чтобы быть реальным. “Конференц-связь с Европой. Неизбежный ”, теперь приняв манеру, подобную манере Ричарда, конечно, понимал важность всего этого. Он пожал Ричарду руку так, словно хотел не оставить сомнений в том, что понимает концепцию крепкого американского рукопожатия. Другую руку он протянул в сторону офисов с официальностью швейцарского владельца отеля.
  Поехали. Ричард подавил желание оглянуться на Милнера.
  
  
  
  Гарольд Милнер посмотрел на омлет с розмарином и козьим сыром у себя на тарелке, затем на свои руки - мясистые руки плотника или каменщика. Но в некоторых поворотах его жизни это мог быть он. Это было то, чего он изо всех сил старался никогда не забывать. Сейчас он не мог удержаться от смеха над собой: ему было не по себе, и он пытался это скрыть. Он долгое время занимался сделками. Много напряженных моментов, сложных сделок, давления. Но он редко испытывал подобное.
  Он посмотрел на Джека и Микки. Они точно вернули Милнера к жизни. Двадцать лет мечтаний, манипуляций, проб и ошибок, чтобы все заработало. Локоть к локтю, все трое. Джек, специалист по идеям, сидит сейчас там, пыхтя и отдуваясь, прихорашиваясь в костюме за 5000 долларов, сшитом на заказ. Микки -планировщик и мыслитель. Джек должен благодарить Бога, что у него был Микки. Он воплотил планы Джека в реальность. И дело действительно было не только в мозгах Микки и техническом мастерстве; это были безумные идеи Джека, потому что без мечты Джека у Микки не было бы ничего, во что можно было бы вдохнуть жизнь.
  До того, как он встретил этих двоих, он был просто неряшливым парнем, заключавшим сделки размером с пинту. Потом он встретил Джека, а месяц спустя с ним появился новый парень, Стейнберг — Микки, это не прозвище Майкла, просто Микки — невысокий, пухлый и не занимающийся спортом. Они оба появились в нью-йоркском офисе Милнера в том неряшливом здании, в котором он начинал свою деятельность на углу 8-й-й авеню и 34-й улицы. Пахло, как в китайском ресторане внизу. Джек, улыбающийся своей улыбкой золотого мальчика в костюме английского покроя за 2000 долларов, ему всего 31 год, и он ведущий продюсер Walker, уже руководящий отделом корпоративных финансов фирмы. Микки медленно моргнул, пожимая руку более крепко, чем Милнер ожидал от человека с таким заискивающим лицом и манерами пьяного.
  Джек изложил идею Калдора почти до того, как они сели, ему не терпелось за нее взяться. Джек несет чушь о покупке долга на миллиард долларов, который розничный торговец Caldor задолжал своим клиентам по кредитным картам по 20 центов за доллар. Микки объясняет, что Caldor был на грани банкротства и отчаянно нуждался в наличных. Джек говорит, что клиенты кредитной карты Caldor в конечном итоге оплатят свои счета, а Милнер сорвет куш. Микки рассказывает, как профинансировать сделку. Взгляд Милнера перебегал с одного на другого, как на теннисном матче. Затем Джек сказал Милнеру, что все, что ему нужно вложить, - это от 10 до 12 миллионов долларов, что, возможно, увеличит его инвестиции в 20-30 раз за несколько лет. Милнер подумал, что это привлекло его внимание, кем бы ни были эти парни.
  Оказалось, что это был рецепт невероятного хоумрана: Милнер вложил 16 миллионов долларов наличными, почти все, что у него было, а остальное занял, чтобы выкупить задолженность по кредитной карте Калдора. Расплатившись со своими кредиторами за два года, Милнер заработал 455 миллионов долларов. Джек и Микки привели Милнера к успеху. В течение года он купил самолет Lear и квартиры в Нью-Йорке, Палм-Бич и Лос-Анджелесе. Он перенес свой офис в пентхаус Хелмсли-билдинг, расположенного у входа на 45-ю улицу в деловой район пауэр-аллея в Нью-Йорке на Парк-авеню. И это было только начало.
  Но теперь это был конец.
  “Я хочу заключить сделку с Southwest Homes”, - сказал Милнер.
  Он увидел, как Джек оживился через стол, как собака, обнюхивающая кость. Микки был типично тих, моргая глазами. Милнер потягивал воду, с трудом сглатывая, не беспокоясь о том, что издаст хриплый звук. Один из ключей к его скромным корням - то, что Мэри Клэр всегда бросала на него неодобрительный взгляд на званых обедах. Ему не нужно было пытаться произвести впечатление на этих парней.
  - Не возражаешь, если я спрошу почему? - спросил Микки.
  Милнер заметил, как Джек искоса взглянул на Микки, словно пытаясь заставить его замолчать.
  “Мне больше не нравится этот бизнес. Любой болван, который может поставить крестик на заявлении об ипотеке, может купить дом, который ему не по карману ”.
  Джек сказал: “Да, менталитет настоящего пузыря”.
  Милнер кивнул.
  Джек сказал: “Этот раунд музыкальных стульев не продлится долго. Лучше займи свое место, пока музыка не смолкла. Помнишь, когда лопнул биржевой пузырь Интернета?”
  Милнер почувствовал, что улыбается под своей рукой, знал, что это читается в его глазах. Это был Джек в своем лучшем проявлении: всегда продавал. Милнеру будет в некотором смысле не хватать Джека и Микки, но они стали его сопровождающими в путешествии на темную сторону. Заключая вместе сделки, которые просто передвигали фигуры по столу; все они зарабатывали кучу денег, но ничего не создавали. Он дал себе слово, что снова вернется к строительным компаниям, а не к этой чуши про “финансовый инжиниринг на стероидах”, за которую его хвалили журналы. Даже тот парень в вестибюле говорил только о своих неудачных сделках, а не о построенных объектах. Милнер посмотрел на Микки. “Микки, что ты думаешь?”
  “ Вы хотите продать его корпоративному покупателю или провести первичное публичное размещение акций? - Спросил Микки.
  “Сделайте это публичным — IPO”.
  “Рынок IPO по-прежнему выбрасывает сделки, как бейсбольная машина для подачи мяча”, - сказал Джек. “А акции домостроительных компаний раскалены докрасна”.
  “Все горячее. Может быть, даже слишком горячее”, - сказал Милнер.
  “Да, раскаленный добела". Тем больше причин выложить часть Southwest на всеобщее обозрение, ” сказал Джек. Почему в устах Джека даже правильный ответ в половине случаев звучит как полная чушь?
  Микки сказал: “Это стоит около 1,5 миллиардов долларов. За сколько вы хотите продать?”
  Милнер отложил вилку, поставил локти на стол и, не торопясь, прикрыл рот рукой. Он взглянул на Джека и увидел, что тот наблюдает. Милнер сказал: “Все это”. Он увидел, как напряглись мышцы челюсти Джека. Затем он увидел, как Джек вдохнул, почувствовал, как под этим сшитым на заказ костюмом возникает животное. Ладно, Джек, готовься, стреляй, прицеливайся.
  “Мы можем продать 100% акций”, - сказал Джек. “В последнее время было проведено несколько 100% IPO. А поскольку цены на жилье каждый месяц устанавливают новые рекорды, а получить ипотеку так же просто, как съесть попкорн, публичные рынки выставляют акции домостроителей на торги как сумасшедшие ”.
  “ Я заметил, ” сказал Милнер. Он посмотрел на Микки.
  Микки сказал: “В общем, Джек прав. Но если вы продадите все это во время IPO, вы получите значительную скидку по сравнению с продажей, скажем, половины. Если вы продадите все это, люди спросят: ”Что в этом плохого, если он ничего не хочет оставить себе?"
  “Я знаю. Но мне нравится идея продавать все это. Какую большую скидку я бы получил?” Милнер почувствовал, как у него сжался желудок.
  Милнер увидел, как Джек и Микки переглянулись. Милнер почувствовал, что снова улыбается. Он должен был признать, что ему нравилось наблюдать за этими ребятами с самого начала. Туда-сюда. Джек пытается подтолкнуть Микки взглядом и языком тела, Микки обдумывает его ответ, моргает, размышляет.
  Микки сказал: “Я бы сказал, по крайней мере, 300 миллионов долларов”.
  Джек не пошевелился.
  Милнер пожал плечами, затем кивнул. - Договорились.
  Джек посмотрел на Милнера со своей лучшей говноедской ухмылкой.
  Милнер опустил взгляд и снова посмотрел на свои руки. В каком-то смысле он все-таки станет плотником. И честно отработать день.
  
  OceanofPDF.com
  Выдержка из " Нации вакцин "
  
  OceanofPDF.com
  Вакцинная Нация
  Триллер от
  Дэвид Лендер
  
  OceanofPDF.com
  Авторское право (C) 2011 Дэвид Т. Лендер
  
  Все права защищены. Никакая часть этой книги не может быть использована, воспроизведена или передана в любой форме или любыми средствами, электронными или механическими, включая фотокопирование, запись или с помощью любой системы хранения или поиска информации, без письменного разрешения издателя, за исключением случаев, разрешенных законом, или в случае кратких цитат, содержащихся в критических статьях и обзорах. За информацией обращайтесь по адресу dlender@davidlender.net.
  
  OceanofPDF.com
  ГЛАВА 1
  
  
  
  ДиЭни НORTH WALKED DOWN WEST, в конце авеню, к школе Мерсер, рядом с ней шел ее сын Гейб. Воздух был холодным и свежим. Минутами ранее, переходя Бродвей, она увидела тюльпаны на разделительной полосе, а листья на кленах были готовы распуститься. Теперь запахи весны — влажной земли и гиацинтов в ящиках на окнах - были очевидны. Она зевнула, смертельно устав от суматошных недель кинофестиваля в Трайбеке, измотавших ее работой и повседневной рутиной воспитания подростка в одиночку. Устала она или нет, но она была на взводе, и Гейб подошел достаточно близко, чтобы она догадалась взять его за руку. То есть, если бы он мне позволил. Она напомнила себе, что для девятилетнего ребенка совершенно нормально не хотеть, чтобы мама больше держала его за руку. Нормальный. Что бы сказали по этому поводу эти идиоты из Отдела по делам молодежи и семьи в Нью-Джерси? Вероятно, до сих пор называют его страдающим СДВГ и пичкают наркотиками. Она бы с удовольствием уничтожила DYF вместе с их партнерами по преступлению, фармацевтической промышленностью. Легализованные торговцы наркотиками.
  Оставь это, сказала она себе. Направь гнев на что-нибудь продуктивное. Это заставило ее улыбнуться. Она так и сделала, и хорошо. Стало казаться реальным, что "Одурманивание наших детей", ее последний фильм, вчера вечером получил награду "Лучший документальный фильм" на Tribeca. Этот направленный гнев принес какую-то пользу, распространив информацию. Рассказывая родителям об их выборе, о котором она не знала из-за Гейба. Кто знал? Если бы она это сделала, то, возможно, никогда бы не проиграла тот трехлетний кошмар судебных процессов с DYFS в Хакенсаке. Это вынудило ее согласиться на обязательное накачивание Гейба наркотиками, потому что в противном случае суд забрал бы его у нее.
  Теперь она посмотрела на Гейба. Высоко поднятый подбородок, гордый тем, как он выглядел в синем блейзере от Ральфа Лорена, серых брюках и белой оксфордской рубашке на пуговицах, школьный галстук плотно прилегал к шее. Только черные кроссовки выдавали его возраст. Да, нормально. Отчасти благодаря доктору О.
  Гейб заметил, что она смотрит на него. - Теперь, когда ты выиграла, ты собираешься получить бонус и снова включить электричество?
  “ Ты имеешь в виду "собираюсь’ и ‘электричество”. - Она подумала о последних двух неделях, когда по ночам зажигали свечи. Она отложила счет за электричество, чтобы наскрести на обучение Гейба в этом семестре в Mercer. - Кроме того, мы были в кемпинге, помнишь?
  “Да ладно, мам, это сработало со мной, когда мне было лет пять. Я больше не ребенок”.
  - Да, это так.
  Гейб на секунду задумался. - Ладно, но я не дурак.
  “Нет, я не получу премию”, - сказала Дэни, проводя рукой по волосам Гейба, “но мне заплатят сегодня, и мы вернемся к нормальной жизни. Свет и телевизор”.
  - В следующий раз я скажу Нэнни. Она заплатит.
  “Сделай это, и сможешь забыть о телевидении до восемнадцати лет”.
  Они дошли до угла по диагонали через Вест-Энд от входа в "Мерсер". - Оставь меня здесь, - сказал Гейб, отводя от нее взгляд.
  Дэни не ответила, просто сжала пальцами рукав его рубашки и направилась через улицу. Он вырвался из ее объятий и ускорил шаг. Дэни увидела Дэмиена Ричардсона на противоположном углу, когда они приблизились. Он стоял, с опаской глядя на полдюжины ребят, собравшихся у входа в "Мерсер". Она знала, что старшие мальчики дразнили Дэмиена. У нее защемило сердце. - Доброе утро, Дэмиен, - позвала она.
  Дэмиен повернулся к ним. Его лицо просветлело, и он улыбнулся. “ Привет, миссис Норт. Как дела, Гейб?
  “ Пойдем, Дэмиен, - прошептала Дэни, подойдя к нему. - Я провожу тебя.
  Десять минут спустя она пересекла 79-ю-ю улицу в направлении Бродвея, ее разум гудел от вчерашнего триумфа и предстоящего дня. Она вытащила из кармана свой "блэкберри", посмотрела на экран. 8:10. Достаточно времени, чтобы просмотреть ее голосовые сообщения и электронную почту, прежде чем появится доктор Магуайр, исследователь из Pharma International. Теперь она снова задавалась вопросом, каковы были его планы, почему он так беспокоился и скрывал встречу. Но это было что—то важное - по крайней мере, для Магуайра. Она звонила ему неделями, уговаривая взять интервью для нового документального фильма об аутизме, который она только начинала. К Магуайру ее направил его друг Джон Макклоски, фармацевт из Келлердорна, который был осведомителем о болеутоляющем средстве Myriad, разработанном Келлердорном, после того, как пациенты, принимавшие его, начали умирать от сердечных приступов. Интервью Дэни с Макклоски, опубликованное в Crusador, было опубликовано задолго до того, как Макклоски стал достоянием общественности, но каким-то образом ему удалось наэлектризовать тему. В результате пожертвования поступили доктору Орловски для финансирования документальных фильмов, которые он продюсировал, включая фильм Дэни "Накачивание наших детей наркотиками".
  Возможно, Магуайру тоже нужно было снять кое-что с души. Дэни ускорила шаг. Ее блэкберри зазвонил, и у нее перехватило дыхание, когда она увидела мамин номер на экране. Как она могла забыть? Папа.
  “Привет, мам. Как дела?”
  “ Хорошо. Она помолчала. - Ты знаешь, какой сегодня день, не так ли?
  Мозг Дэни автоматически произвел расчеты. Ей было двадцать два. Семь лет. “ Конечно. Она остановилась и склонилась над "Блэкберри", как будто скрывая свои слова от прохожих. Она сказала: “Каждый год я постоянно думаю о нем в течение этого дня. Иногда кажется, что... - ее голос затих.
  “Я тоже с каждым годом скучаю по нему все больше”, - сказала мама. Ее голос был ровным, как будто она собралась с духом, чтобы пережить этот день.
  -Когда у него месса?
  -Вчас дня.
  Дэни ответила не сразу. “Я не смогу приехать в этом году”.
  “Я знаю, милая. Я просто хотел услышать твой голос. Я знал, что ты не придешь. Вчера у тебя был важный день. Поздравляю. Я уверен, что многие люди хотят с тобой поговорить.
  “ Дело не в этом. Я просто перегружен обычными делами. Ты зажжешь за меня свечку?
  “ Конечно. Я поговорю с тобой позже. Гейб в порядке?
  “Он замечательный. Может быть, мы куда-нибудь съездим на этих выходных. Как Джек?”
  “То же самое”. Дэни почувствовала, как напряглись мышцы ее руки, сжимающей "блэкберри".
  -Что-нибудь происходит?
  “ Как обычно. Его не было дома большую часть ночи, он не смог встать на работу.
  “Я приеду туда в эти выходные”, - сказала Дэни. Они закончили. Она продолжила идти, чувствуя себя виноватой. Лиза и Джордж жили достаточно далеко, чтобы никогда не посещать папину мессу. А Джек половину времени был под кайфом, так что ей казалось, что она одна, даже если он приходил с ней. По крайней мере, мама могла рассчитывать на Дэни. По крайней мере, она так думала. Уже второй год подряд Дэни пропускала папину мессу. Это было больно. Особенно зная, какой набожной католичкой была мама, как сильно мама хотела, чтобы Дэни испытала свою веру так, как это сделала она . Она вздохнула и продолжила идти, думая, что найдет способ загладить свою вину перед мамой, чувствуя себя недостойной.
  Дэни подошла ко входу в кабинет доктора Юрия Орловски на углу-й улицы, 79-й и Бродвея. Когда она вошла, в приемной уже сидело с полдюжины пациентов. Она остановилась, чтобы помахать Карле за стойкой регистрации, которая одними губами произнесла “Поздравляю”. Дэни кивнула и улыбнулась, затем направилась вверх по крутым 20 ступенькам в свой кабинет. К тому времени, как она добралась до вершины, она, как обычно, задумалась: Что бы я делала без доктора О. Это была лучшая работа, которая у нее когда-либо была, даже если не считать того, что год назад он спас Гейба от Службы защиты детей, нью-йоркского аналога DYFS в Нью-Джерси. Гомеопатические средства доктора О. и детоксикация очистили организм Гейба от ртути и других ядов, которые, по утверждению доктора О., в основном вызывались вакцинами. И он подтвердил как доктор медицины, что СДВГ Гейба “излечен”. Это исключило Гейба из списка Служб защиты детей и из обязательных лекарств от СДВГ для посещения государственной школы. В этом году она собрала достаточно денег, чтобы устроить его в Мерсер.
  И теперь она руководила немедицинской частью мини-империи доктора О., как он в шутку называл ее. Но это была не шутка. Это был процветающий интернет-бизнес по продаже витаминов на основе цельных продуктов, DVD-дисков и книг, связанных со здоровьем, а также товаров для здорового образа жизни, таких как соковыжималки и фильтры для воды. И значительная часть прибыли шла на финансирование настоящей страсти доктора О: документальных фильмов о проблемах здравоохранения, единственного — за исключением, конечно, Гейба, — что поднимало Дэни с постели каждое утро.
  Когда Дэни поднялась по ступенькам, ее коллеги Ричард Камински, Джейсон Уэйт и Сет Вайнштейн стояли и разговаривали у входа в витаминный магазин доктора О. Ричард начал аплодировать, и остальные присоединились к нему. Она встала, съежившись от смущения, но втайне наслаждаясь признанием. Они подошли и приветствовали ее объятиями.
  - Я знал, что ты это сделаешь, - сказал Ричард.
  “Абсолютно”, - сказал Ральф.
  К ним присоединились еще с полдюжины человек, включая Кейтлин Дрейк, ее редактора. Дэни постепенно охватило странное чувство дискомфорта. Она вспомнила, как поникла в центре внимания, когда ее попросили сказать несколько слов по поводу вручения ей награды вчера вечером. Это заставило ее почувствовать, что ее коллеги сочли бы ее недостойной их похвалы, если бы увидели, как она застыла в панике. Она хотела сказать что-нибудь о создании фильма, который говорил бы правду о ней и о тысячах других матерей, но не смогла произнести ничего, кроме “Спасибо”, перед 2000 человек.
  Дэни потребовалось еще десять минут, чтобы добраться до своего стола. Она загрузила компьютер и начала просматривать электронную почту. Сегодня исполнилось восемьдесят четыре. Уф. Как обычно: матери без денег и с больными детьми, отчаявшиеся обратиться к доктору О. Многих она консультировала по витаминам и лекарственным средствам. Некоторые похожи на Дженнифер Нокс: мать с ребенком-аутистом, у которой Дэни брала интервью для своего нового документального фильма, которой нужно было высказаться перед кем-то, кто понимал, не давал ей сойти с ума. Наконец, несколько поздравительных пожеланий. Затем ее голосовое сообщение. Тридцать шесть, все в том же духе. Одно было от Джеймса, сначала поздравляющее ее, затем немного патетичное и, наконец, читающее лекцию о том, что нельзя выбрасывать пять лет впустую. Когда она приблизилась к концу своих голосовых сообщений, она снова услышала его голос и, не чувствуя вообще ничего — скорее злости или нетерпения, — удалила сообщение, не прослушав его. Это, вероятно, затронуло постоянную тему Джеймса: обязательства. После того, как она закончила со своими голосовыми сообщениями, она проверила свой блог: вчера было 3748 просмотров страниц, примерно на 50% больше, чем обычно. Она написала в блоге небольшой пост, в котором поблагодарила своих сторонников и призвала их продолжать распространять информацию о употреблении наркотиков, посмотрела на время — 8:58 — и откинулась на спинку стула, ожидая доктора Магуайра.
  
  
  
  Стивенс подождал, пока его напарник Тернбулл припарковал их полицейскую черно-белую машину перед офисом доктора.
  “Не задерживайся, Элис”, - сказал Тернбулл.
  “Почему я должен выслушивать твое дерьмо каждый раз, когда иду покупать витамины?”
  - И не подхвати ни малейшей простуды, пока будешь там, дружище.
  Стивенс открыл дверь. - Мне нужно пять минут, придурок.
  “Еще пять минут, чтобы мошенники поохотились на наших безобидных граждан”.
  Стивенс вышел из машины, оглянулся на Тернбулла и сказал: “Меньше времени, чем требуется, чтобы накормить жирной картошкой фри и холестерином свою жирную задницу в Burger Heaven”. Он захлопнул дверцу машины и направился к доктору Орловски. На вершине крутой лестницы он повернул направо и встал в очередь за тремя другими покупателями у открытой голландской двери наверху, которая служила витриной Витаминного магазина.
  
  
  
  Хантер Старк сидел за рулем Ford Taurus через дорогу от офиса доктора Орловски, место, которое он застолбил в 6:30 утра, чтобы убедиться, что его позиция правильная. Он потер руки, любуясь своими сделанными на заказ перчатками из овечьей кожи наппа. Они были важным элементом его профессионального инструментария, таким же важным, как и его "Ругер"; облегали фигуру и почти ничего не носили. По цене 500 долларов за пару в магазине Доминика Пьеротуччи в Генуе они были выгодной сделкой.
  Взгляд Старка скользнул по улице перед офисом доктора Орловски. Он был напряжен. Эти работы были достаточно сложными в условиях низкого риска, но эта ерунда, возникшая в последнюю минуту, не позволяла ни планировать, ни выбирать место, ни соблюдать тонкости эксплуатации. Тем не менее, выяснение подобных вещей и принятие риска были причиной того, что ему заплатили большие деньги.
  Девушка вошла около 8.15, и теперь он снова посмотрел на часы — незадолго до 9.00, — когда увидел подъехавшую полицейскую машину. Один из полицейских вышел и прошел через парадную дверь Орловски. Нехорошо. Было бы сложнее, если бы Магуайр появился там с полицейским.
  Он почувствовал одну из тех странных болей, которые возникают у него за глазами, когда что-то вот-вот пойдет не так. Менее чем через минуту после того, как коп вошел, он увидел парня, соответствующего описанию Магуайра, на углу 79-й-й улицы. Старк взглянул на фотографию, которую держал на коленях. Магуайр, никаких вопросов по этому поводу. Черт, они сказали ему, что мужчина крупный, но он, должно быть, 6 футов 5 дюймов, плечи как у быка. Парень, который выглядел так, будто мог бы взять пример с Мохаммеда Али и продолжать наступать. Магуайр шел, опустив голову, глядя на тротуар, руки в карманах, в его походке чувствовалась настоящая целеустремленность, он двигался быстро.
  Старк почувствовал, как адреналин захлестнул его. Подними свою задницу. Дважды. Двигайся, двигайся, двигайся. Он распахнул дверцу машины и направился через улицу, не отставая от Магуайра, затем ускорил шаг. Проходя мимо полицейской машины, он расстегнул молнию на куртке, просунул правую руку внутрь и схватился за рукоятку ножа, как раз под пистолетом "Ругер" в нагрудной кобуре. К тому времени, как Магуайр добрался до двери, Старк отставал от него всего на несколько шагов. Старк почувствовал знакомый стук пульса в ушах, сухость во рту, его челюсти непроизвольно сжались. Поехали.
  Когда Старк вошел внутрь, Магуайр был на третьей ступеньке, его ноги стучали так, словно он был Франкенштейном. Поравнявшись с Магуайром, Старк взглянул на верхнюю площадку лестницы. Там никого не было. Он взмахнул ножом и нанес чистый удар по самую рукоять в почку Магуайра.
  Магуайр взвыл, как бульмастиф, и схватился за спину. Старк вытащил нож для следующего удара, увидел кровь на лезвии и почувствовал прилив. Затем Магуайр развернулся лицом к Старку, как они делали всегда, чтобы Старк мог нанести смертельный удар чуть ниже солнечного сплетения. Но парень был большим и сильным. Слишком поздно Старк увидел, что левый хук направлен ему в голову. Нож попал в боуна как раз в тот момент, когда кулак Магуайра угодил Старку в подбородок. Свет погас, должно быть, всего на долю секунды, потому что Старк обнаружил, что хватается за перила, прислонившись спиной к стене, но все еще стоит на ногах, когда Магуайр с грохотом поднимается по ступенькам. Старк выпрямился и двинулся за ним, засовывая нож обратно в кобуру, хватая "Ругер" с прикрепленным глушителем и вытаскивая его из кармана куртки. К тому времени, как Магуайр добрался до верха лестницы и повернул налево, Старк был всего на шести ступенях ниже него.
  
  
  
  Стивенс услышал, как кто-то с грохотом взбежал по ступенькам, как буйвол, вопль раненого животного, затем какую-то возню и, должно быть, пару парней, бегущих вверх по лестнице. Он обернулся и увидел, как один парень добрался до верха, нырнул в первый кабинет и прислонился к стоявшей там женщине, затем оттолкнул ее в сторону. Затем по лестнице поднялся другой парень с — срань господня! — пистолетом размером с "Грязного Гарри" и глушителем. Повинуясь инстинкту, Стивенс расстегнул кобуру и схватил свой служебный револьвер. В этот момент парень с пистолетом протянул руку и всадил круглый угольник в спину здоровяка, и здоровяк рухнул, как дерево, прямо перед женщиной. Стивенс теперь держал свой "Смит-и-Вессон" обеими руками, пригнувшись в боевой позиции, когда парень с пистолетом наклонился и начал залезать в карман здоровяка.
  Точного выстрела не было. Женщина стояла на пути. “Стоять!” Стивенс закричал.
  Парень с пистолетом оглянулся и выстрелил, казалось, даже не пошевелившись. Стивенс почувствовал, как его левое бедро взорвалось от боли, и обнаружил, что лежит на спине, глядя вверх ногами на парня, который теперь повернулся и направил оружие на него. Рука Стивенса была вытянута. Он выпустил шальную очередь над головой парня, и когда тот пригнулся, Стивенс перекатился на живот, прицелился и нажал на спусковой крючок один, два, три, четыре раза, пока парень нырял вниз по лестнице и скрывался из виду. Стивенс уронил голову на пол, и все вокруг потемнело.
  
  
  
  Старк резко остановился примерно на четверти пути вниз по лестнице, встал, сбежал по оставшимся ступенькам и выскочил за дверь. Прижимая "ругер" к боку, он повернул на Бродвей и увидел, что другой полицейский все еще сидит в своей патрульной машине. Как, черт возьми, он не слышал выстрелов? Парень, должно быть, глухой. Старк сунул "ругер" обратно в кобуру и отвернулся, чтобы заглянуть в витрину магазина, чтобы скрыть свои движения. Он застегнул куртку и направился к 79-й улице. Он оставил "Таурус" на другой стороне улицы. Оставлять в нем фотографию Магуайра было глупо, но кого это волновало? Копы в любом случае поняли бы, что это было заказное убийство. Сердце Старка все еще колотилось в груди, когда он добрался до 72-й улицы и поймал такси. Внутри он достал носовой платок и вытер кровь Магуайра со своих перчаток. Чистое убийство Магуайра, без вопросов. Но клиент был бы взбешен, если бы не смог проверить карманы Магуайра, даже посмотреть, передавал ли Магуайр что-нибудь девушке. И она хорошо его разглядела. На этом ему придется вернуться. Полицейскому не повезло. Если он выживет, то, возможно, сможет опознать и его. И если он не выживет, что ж, это создаст ненужную жару, которая может отправить его под землю и на некоторое время без работы, по крайней мере, в Штатах. В целом, беспорядочно. Не самый удачный рабочий день.
  
  
  
  Дэни не думала, что можно задохнуться от нехватки воздуха, но именно так она себя чувствовала. Она хватала ртом воздух и знала, что воздух поступает внутрь, но почему-то казалось, что он душит ее. Она стояла перед своим столом. У нее подкосились колени, и она откинулась назад, опираясь руками о стол за спиной. В ушах у нее звенело от этих ужасных выстрелов, и она почувствовала тошноту от запахов в комнате — крови, смешанной с порохом. Она уставилась на мужчину, лежащего у ее ног. Должно быть, это доктор Магуайр; он прибыл ровно в 9:00, в назначенное время. Она посмотрела через холл и увидела двух человек, склонившихся над полицейским, который не двигался. Это вывело ее из оцепенения, потому что теперь она опустилась на колени и положила два пальца на шею Магуайра, чтобы проверить его пульс. Ничего. Она поняла, что сжимает в ладони флэш-накопитель USB, и теперь вспомнила, что Магуайр сунул его туда перед тем, как оттолкнуть ее. Она сунула его в карман блейзера.
  Завыли сирены, и мгновение спустя одинокий полицейский в форме взбежал по лестнице, взглянул на Магуайра, а затем вошел, чтобы позаботиться о другом полицейском. К тому времени, как прибыли медики, желудок Дэни начал успокаиваться. Она хотела вернуться за свой стол и сесть, но все еще боялась пошевелиться. Когда парамедики уносили раненого полицейского, наверху лестницы появились двое мужчин в костюмах. Они поговорили с другим полицейским несколько минут, затем подошли к кабинету Дэни. Коротышка наклонился и начал рыться в карманах Магуайра. Дэни отпрянула. Даже если это была мужская работа, она была отвратительной. Десять минут назад Магуайр был мужчиной, который подбежал к ней и умолял с отчаянием в глазах. Теперь он превратился в труп, который нужно перебирать в поисках улик.
  Другой мужчина, подошедший к Дэни, был выше и худощавее, с водянистыми глазами. - Я агент Уилсон, ФБР. - Он открыл кейс размером с бумажник и показал ей значок.
  Дэни почувствовала, что ее губы шевелятся, но не издала ни звука. Она поняла, что изо всех сил вцепилась в стол позади себя обеими руками.
  “Расскажите нам, что произошло”, - попросил Уилсон.
  Дэни прочистила горло. “Я ждала в своем кабинете встречи с доктором Магуайром, когда услышала шум на лестнице, а затем он вбежал. Его лицо было белым, и он истекал кровью. Он схватил меня, а затем оттолкнул, как раз в тот момент, когда... — Дэни услышала дрожь в своем голосе, поняла, что извергает слова, и сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться, — ... вошел другой мужчина с пистолетом и выстрелил ему в спину ”. Ужас этого вернулся к ней. Боже мой. Она действительно видела, как у нее на глазах убили человека.
  Уилсон никак не отреагировал, просто стоял и смотрел на нее своими водянистыми глазами.
  Дэни продолжала. “ Затем мужчина наклонился и начал шарить в карманах доктора Магуайр. В этот момент кто-то крикнул "стоять" или что-то в этом роде с другого конца зала, и я увидел полицейского с вытянутым пистолетом, а затем полицейский упал, когда мужчина выстрелил в него, а я нырнул под свой стол и услышал еще три или четыре выстрела. Когда я поднял глаза, человека с пистолетом уже не было, а полицейский лежал лицом вниз”.
  Уилсон, казалось, ждал, что Дэни продолжит. Когда она промолчала, он сказал: “Вы сказали доктора Магуайр. Ты его знаешь?
  “Нет, но у нас была назначена встреча, и я некоторое время разговаривал с ним по телефону, чтобы договориться о встрече”.
  - Ты уверен, что это он?
  Дэни сделала паузу. На самом деле, это не так. “Я предполагаю, что это он”.
  Мужчина опустил взгляд на руки Дэни.
  “ Откуда на тебе кровь? Дэни посмотрела на свои руки и заметила, что они в крови. Ее блейзер тоже. - Я же говорила тебе. Мужчина схватил меня и чуть не упал на меня, затем оттолкнул в сторону”.
  - Ты только что назвала его “мужчина”, а не "доктор Магуайр". - сказал Уилсон, по-прежнему наблюдая за ней без всякого выражения.
  - Я уже говорил вам, я предполагаю, что это был доктор Магуайр.
  - Послушайте, нам нужно, чтобы вы сотрудничали.
  Да? Теперь Дэни была раздражена. Она почувствовала, как ее ногти царапают нижнюю поверхность стола позади нее. “Что ты хочешь этим сказать?”
  Коротышка закончил обыскивать карманы Магуайра. Он посмотрел на Уилсона и покачал головой. “У него ножевое ранение в спину”, - сказал коротышка.
  Уилсон кивнул, затем посмотрел на Дэни. “Вы нам ничего не даете”, - сказал он.
  Дэни просто уставилась на него. Теперь она была зла. Был ли этот парень просто тупым, или он выслеживал что-то конкретное?
  Уилсон сказал: “Вы ожидаете, что мы поверим, что этот человек, Магуайр — доктор Дэвид Магуайр, старший биолог—исследователь в Pharma International, - приходит сюда умирающим с ножевым ранением в спину, чтобы поговорить с вами или передать вам что-то, а вы его не знаете?”
  “ Я ничего не жду. Ты спросил меня, что случилось, и я тебе рассказываю.
  - Зачем он пришел сюда? - спросил я.
  “ Я же тебе говорила. Я звонила насчет собеседования, и он хотел сначала встретиться со мной.
  - И это все? - спросил я.
  Дэни решила, что не хочет говорить Уилсону, что, по ее мнению, у Магуайра на уме могло быть что-то большее. Она пожала плечами.
  - Кто организовал эту встречу? - спросил Уилсон.
  - Он так и сделал.
  “ Кто вас познакомил? Очевидно, у вас была причина поговорить с ним, и вы позвонили ему не просто так.
  “ Меня представил ему его друг. Джон Макклоски.
  “ Этот парень из КеллерДорна? Осведомитель?
  Это становилось странным. Она поняла, что странно, что ФБР расспрашивало ее о докторе Магуайре еще до того, как появились копы из отдела по расследованию убийств. И этот парень, Уилсон, знал, кто такой Джон Макклоски, без подсказки. Не совсем известное имя. И как он упомянул Магуайра? Аналитик-исследователь в фармацевтической компании. Откуда ему это знать?
  - Что он тебе дал? - спросил Уилсон.
  Она подняла на него глаза. Она ни в коем случае не собиралась рассказывать. “Ничего”.
  В этот момент наверху лестницы появились еще двое мужчин в костюмах, за ними следовали еще шесть или восемь человек, некоторые с громоздкими чемоданами, несколько полицейских в форме. Уилсон повернулся к ним. “Она в вашем распоряжении, ребята. Мы закончили”. Партнеры ушли.
  Двое только что прибывших в костюмах посмотрели друг на друга словно в замешательстве. Они повернулись к Дэни спиной и несколько мгновений разговаривали с полицейским в форме, тем, что прибыл первым. Да, происходило что-то действительно странное. Ей пришла в голову мысль, что эти копы понятия не имели, кто такие ребята из ФБР и почему они здесь. Если они действительно были из ФБР.
  Она сунула руку в карман блейзера и нащупала флешку. Должно быть, именно поэтому Магуайр хотел ее видеть. Она вспомнила, что он сказал ей что-то о том, что “нужно быть на правильной стороне”. Она посмотрела на мужчин, разговаривающих друг с другом перед ней, и решила, что пока не разберется, что происходит, будет держать рот на замке.
   OceanofPDF.com
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"