Хаббард Л. Рон
Убийца шпионов

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Школа кожевенного мастерства: сумки, ремни своими руками Юридические услуги. Круглосуточно
 Ваша оценка:
  
  Убийца шпионов
  
   ИЗБРАННЫЕ ХУДОЖЕСТВЕННЫЕ ПРОИЗВЕДЕНИЯ
   Л. РОНА ХАББАРДА
  
  Фантазия
  Случай с Дружелюбным трупом
  НаместникСмерти
  Страх
  Упырь
  Неперевариваемый Тритон
  Рабы сна и Хозяева Сна
  Пишущая машинка в небе
  Невероятное приключение
   НАУЧНАЯ ФАНТАСТИКА
  Поле битвы на Земле
  Покорение космоса
  Конец еще не наступил
  Окончательное затемнение
  Кошки Килкенни
  Цареубийца
  Декалог миссии "Земля"*
  Старый Доктор Мафусаил
  К Звездам
  Приключения
  Сериал "Адская работа "
   ЗАПАДНЫЙ
  Бригады оленьей кожи
  Пустые Седла
  Оружие Марка Джардина
  Выигрыш по горячим следам
  Полный список
   новелл и рассказов Л. Рона Хаббарда приведен в конце.
  *Декалогия — группа из десяти томов
  
  
  
  
   Опубликовано Galaxy Press, LLC
   Голливудский бульвар, 7051, Люкс 200
   Голливуд, Калифорния 90028
  
  (C) 2008 Библиотека Л. Рона Хаббарда. Все права защищены.
  
  Любое несанкционированное копирование, перевод, тиражирование, импорт или распространение, полностью или частично, любыми средствами, включая электронное копирование, хранение или передачу, является нарушением действующего законодательства.
  
   Mission Earth является торговой маркой, принадлежащей Библиотеке Л. Рона Хаббарда, и используется с разрешения. battlefield earth является торговой маркой, принадлежащей author Services, Inc. и используемой с разрешения.
  
   Иллюстрация "Всадники" из журнала Western Story принадлежит издательствам (C) и ™ Condé Nast Publications и используется с их разрешения. Фэнтези, обширные приключенческие и научно-фантастические иллюстрации: Неизвестный и Поразительная научная фантастика авторское право (C) издательства Street & Smith Publications, Inc. Перепечатано с разрешения Penny Publications, LLC. Иллюстрация для предварительного просмотра истории и обложка для предварительного просмотра истории взяты из Argosy и еженедельника детективной литературы (C) 1936, 1937 Argosy Communications, Inc. Все права защищены. Перепечатано с разрешения Argosy Communications, Inc.
  
   ISBN 978-1-59212-646-0 Версия для мобильных устройств
   ISBN 978-1-59212-617-0 версия для электронных книг
   ISBN 978-1-59212-302-5 версия для печати
   ISBN 978-1-59212-166-3 версия для аудиокниг
  
  Контрольный номер Библиотеки Конгресса: 2007927545
  
  
   Содержание
  
   FИЛИ СЛОВО
   SPY KILLER
   CОСЦИЛЛОГРАФ ONE
   СОСЯЗАТЕЛЕМ TWO
   CОСЯЗАТЬ TТРИ
   CОСЯЗАТЕЛЬ FНАШ
   CОСЯЗАТЬ FМЕНЯ
   CХАПТЕР SIX
   CHAPTER SЧЕТНЫМИ
   C EПОЛЕТ
   ОБЗОРТОРИ PREVIEW:
   ОRDERS ЯС ОRDERS
   GПОТЕРЯ
   L. RON HUBBARD ВСТАРОМ OLDEN ПОКОЛЕНИИ
   OF PULP F
   TЭТО ТОРИ Из
   GOLDEN ПОКОЛЕНИЯ
  
  ПРЕДИСЛОВИЕ
  
  Истории из золотого века "Криминального чтива"
  
   AИ это был золотой век.
  1930-е и 1940-е годы были ярким, плодотворным временем для гигантской аудитории нетерпеливых читателей, вероятно, самой большой аудитории читателей на душу населения в американской истории. Журнальные стеллажи были битком набиты изданиями с потрепанными обрезами, броскими обложками, дешевой коричневой целлюлозной бумагой, низкими ценами на обложки — и самым интересным, что только можно было подержать в руках.
  Журналы “Pulp”, названные так из-за их необработанной целлюлозной бумаги, были источником более удивительных историй, чем Шахерезада смогла бы рассказать за миллион и одну ночь. В отличие от “глянцевых” журналов высшего класса, напечатанных на модной глянцевой бумаге с качественными иллюстрациями и превосходными производственными качествами, pulps предназначались для “всех нас”, это были приключенческие истории за приключенческими рассказами для людей, которые любили читать. Авторы криминального чтива были непревзойденными артистами — настоящими рассказчиками. Их больше интересовал захватывающий поворот сюжета, ужасный злодей или захватывающее приключение, чем роскошная проза или замысловатые метафоры.
  Огромное количество рассказов, выпущенных в этот чудесный золотой век, не имеет себе равных ни в один другой период истории литературы — сотни тысяч опубликованных рассказов в более чем девятистах различных журналах. Некоторые издания просуществовали всего один-два номера; многие журналы столкнулись с нехваткой бумаги во время Второй мировой войны, в то время как другие просуществовали еще десятилетия. Криминальное чтиво остается сокровищницей историй, которые вы можете прочитать, историй, которые вы можете полюбить, историй, которые вы можете запомнить. Истории были основаны на сюжете и характерах, с великими героями, ужасными злодеями, прекрасными девушками (часто в бедственном положении), дьявольскими заговорами, удивительными местами, захватывающими дух романами. Читатели хотели вырваться за пределы обыденности, пережить приключения, далекие от их обычной жизни, и "пульпы" редко терпели неудачу.
  В этом отношении "криминальное чтиво" стоит в традициях всей запоминающейся литературы. Ибо, как показала история, хорошие истории - это гораздо больше, чем причудливая проза. Уильям Шекспир, Чарльз Диккенс, Жюль Верн, Александр Дюма - многие из величайших литературных деятелей писали свои произведения для читателей, а не просто для коллег по литературе и академических поклонников. И авторы статей для криминальных журналов не были исключением. Эти публикации достигли аудитории, которая затмевала тиражи современных журналов с короткими рассказами. Ежемесячно выпуски "Пульпс" подбирали и читали более тридцати миллионов заядлых читателей.
  Поскольку авторам криминального чтива часто платили не более цента за слово, они должны были стать плодовитыми или умереть с голоду. Им также приходилось писать агрессивно. Как многозначительно объяснил Ричард Кайл, издатель и редактор Argosy, первого и самого долгоживущего журнала pulp: “Авторы журнала pulp, лучшие из них, работали на рынках, которые не писали для критиков и не пытались удовлетворить робких рекламодателей. Не имея возможности отвечать ни перед кем, кроме своих читателей, они писали о людях на краю неизведанного, в тех новых землях, которые им предстоит исследовать в будущем. Они писали о том, кем мы станем, а не о том, кем мы уже были”.
  Некоторые из наиболее известных имен, украшавших сборник, включают Х. П. Лавкрафта, Эдгара Райса Берроуза, Роберта Э. Ховарда, Макса Брэнда, Луи Л'Амура, Элмора Леонарда, Дэшила Хэммета, Рэймонда Чандлера, Эрле Стэнли Гарднера, Джона Д. Макдональда, Рэя Брэдбери, Айзека Азимова, Роберта Хайнлайна - и, конечно же, Л. Рона Хаббарда.
  Одним словом, он был одним из самых плодовитых и популярных писателей той эпохи. Он также был самым стойким — отсюда и этот сериал — и, безусловно, одним из самых легендарных. Все началось всего через несколько месяцев после того, как он впервые попробовал свои силы в художественной литературе с Л. Рон Хаббард сказки появляться в захватывающие приключения, Аргоси, пять романов ежемесячно, детектив, фантастика в Неделю, ТОП-Нотч, штат Техас Рейнджер, война птиц,в западной истории, и даже романтической серии. Он мог писать на любую тему, в любом жанре, от исследователей джунглей до глубоководных дайверов, от джи-мэнов и гангстеров, ковбоев и летающих асов до альпинистов, прожженных детективов и шпионов. Но по-настоящему он засиял, когда обратил свой талант к научной фантастике и фэнтези, автором почти пятидесяти романов или повестей, которые навсегда изменили облик этих жанров.
  Следуя традициям таких знаменитых авторов, как Герман Мелвилл, Марк Твен, Джек Лондон и Эрнест Хемингуэй, Рон Хаббард действительно пережил приключения, которыми восхитились бы его собственные персонажи — как этнолог среди первобытных племен, как разведчик и инженер во враждебном климате, как капитан судов в четырех океанах. Он даже написал серию статей для Argosy, названных “Адская работа”, в которых он жил и рассказывал о самых опасных профессиях, к которым только мог прикоснуться человек.
  Наконец, на всякий случай, он также был опытным фотографом, художником, режиссером, музыкантом и педагогом. Но он был прежде всего писателем, и это тот Л. Рон Хаббард, которого мы узнаем на страницах этой книги.
  В этой библиотеке рассказов из Золотого века представлено лучшее из художественной литературы Л. Рона Хаббарда времен расцвета сторителлинга, Золотого века криминальных журналов. В этих восьмидесяти томах читателей ждет настоящий банкет из 153 историй, калейдоскоп сказок, представляющих все мыслимые жанры: научную фантастику, фэнтези, вестерн, мистику, триллер, хоррор и даже любовный роман — экшен всех видов и во всех местах.
  Поскольку сама целлюлоза была напечатана на такой недорогой бумаге с высоким содержанием кислоты, выпуски были ненадежными. Проходят годы, а оригинальные выпуски всех сборников, от Argosy до Zeppelin Stories, продолжают рассыпаться в хрупкую коричневую пыль. В этой библиотеке хранятся рассказы Л. Рона Хаббарда той эпохи, представленные в отличительном виде, который возвращает ностальгический колорит тех времен.
  В рассказах Л. Рона Хаббарда из Золотого века найдется что-то на любой вкус, для каждого читателя. Эти сказки вернут вас во времена, когда художественная литература была хорошим развлечением и самым веселым занятием, которое мог получить ребенок дождливым днем, или лучшим, чем мог насладиться взрослый после долгого рабочего дня.
  Возьмите в руки книгу и вспомните, в чем заключается суть чтения. Помните, как вы свернулись калачиком с замечательной историей.
   —Кевин Дж . Андерсон
  
  КЕВИН Дж. АНДЕРСОН является автором более девяноста признанных критиками произведений спекулятивной фантастики, в том числе "Саги о семи солнцах", продолжения "Хроник Дюны" с Брайаном Гербертом и его бестселлера "Нью-Йорк Таймс""Искусственный интеллект" Л. Рона Хаббарда.! Педрито!
  
  
  Убийца шпионов
  
  ГЛАВА ПЕРВАЯ
  
  Опасная Женщина
  
   THE Вода была черной, и плыть предстояло долго, но когда человек стоит лицом к лицу со смертью, он не думает о шансах.
  Курт Рид перемахнул через борт танкера "Рангун" в чистом пике, рассекая бурлящую темную поверхность Хуанпу. Сильное течение понесло его вниз по реке к ярко освещенному Насыпному берегу. Он не хотел туда идти. Он знал, что власти будут преследовать его, как лающие гончие, еще до того, как закончится ночь.
  Между его наполовину погруженной головой и сиянием возникла тень. Сампан тихо плыл во мраке, его гребное весло бороздило густую черную реку.
  Курт Рид ухватился за планшир и сполз на палубу. Лодочник уставился на него, содрогаясь от ужаса. Был ли это какой-то дьявол, оживший из глубин ручья?
  “Ай! Ай!”
  Курт Рид был не слишком уставшим, чтобы ухмыляться. Он встал, вода каскадом стекала с его черной одежды.
  - Высадите меня на берег в родном городе, - приказал он на шанхайском диалекте.
  “Ai . . . ai . . .”
  - И чоп-чоп, - добавил Курт.
  Лодочник съежился над веслом. Его глаза были похожи на два фарфоровых блюдца, даже куртка кули обвисла. Он развернул маленькое суденышко и быстро направил его к берегу.
  Курт Рид ухмыльнулся в ответ, глядя на вырисовывающуюся громаду "Рангуна". Он поднял руку в шутливом приветствии и пробормотал: “Достаньте меня, если сможете, джентльмены”. Затем он повернулся и посмотрел на приближающийся берег.
  Отжимая воду с одежды, он отбрасывал воспоминания одно за другим. Будучи помощником капитана на "Рангуне", он был известен как дерзкий моряк, упрямый человек, который сначала наносил удар, а потом задавал вопросы, известный своим темпераментом, горячим и быстрым, как сверкающая рапира.
  И репутация не помогла ему, когда капитана нашли мертвым в его каюте и когда обнаружилось, что сейф открыт и пуст. Они думали, что Курт Рид был последним, кто видел капитана живым.
  Перед ним простирался Шанхай, а за ним лежал весь Китай. Если он не сможет сбежать оттуда, подумал он, то заслужит смерть. Единственным, о чем он сожалел сейчас, была нехватка денег, в краже которых его обвинили. На нескольких американских долларах далеко не уедешь.
  Но, в отличие от большинства американских товарищей, Курт Рид вырос на Востоке и знал желтые страны и их языки. Хотя его вспыльчивый характер нажил ему множество врагов среди японцев и китайцев, он надеялся избежать встречи с ними. К этому времени несколько человек будут уведомлены о его аресте, и еще до наступления утра станет известно о его побеге. Многие люди сочли бы это отличной новостью и надеялись, что его быстро поймают.
  При необходимости он мог принять ту или иную маскировку. Его глаза были цвета полуночи, волосы - еще чернее, а бледность лица легко можно было принять за шафрановую.
  Сампан заскрежетал по поплавку, и Курт Рид, бросив лодочнику монету, ступил на берег в шум родного города.
  Лязгали рикши, продавцы выкрикивали свои товары, жонглеры подбрасывали волчки высоко в воздух и заставляли их визжать. Шелковые платья терлись о хлопчатобумажные, потертые тапочки топтались о украшенные драгоценностями туфли. Толпы на извилистых улицах сливались с демократией Китая.
  Курт Рид, на голову выше остальных, протолкался к чайному домику. Он предположил, что там сможет высушить одежду и выпить пару стаканчиков. Он уверенно прокладывал свой путь, не глядя ни направо, ни налево, почти не обращая внимания на тех, кто останавливался поглазеть на этого одетого в черное гиганта, оставившего на булыжниках следы своей мокрой дорожки.
  Чайный домик стоял немного в стороне от других строений, которые хлипко нависали над улицей. У чайного домика были загнутые углы, чтобы запечатлеть дьяволов, один-два развевающихся баннера с красными буквами и целый ряд бумажных фонариков.
  Вошел Курт и разогнал клубы голубого дыма, висевшие между потолком и полом. Закачались черные шапочки, зашуршали платья. Чайные чашки на несколько секунд замерли в воздухе.
  Курт прошел в дальний конец зала и нашел круглолицего владельца с узкими глазами. “Я хочу высушить свою одежду. Я упал в реку.
  Мужчина открыл маленькую кабинку в задней части зала, резко хлопнул в ладоши, и вскоре на пол была поставлена жаровня с древесным углем.
  Курт закрыл дверь и разделся, повесив черную фланелевую рубашку и расклешенные брюки сушиться на скамейку. Принесли чай, но он отказался от него в пользу горячего рисового вина.
  От одежды пошел пар, а рисовое вино прогнало озноб с его тела.
  Ничего не подозревающий и чувствующий себя непринужденно, Курт начал планировать пути и средства проникновения внутрь и ухода от возможного ареста.
  Если бы он мог купить платье у этого китайца и, возможно, еще несколько вещей, все было бы в порядке. Он мог бы присоединиться к какой-нибудь группе торговцев и сбежать.
  Но его планы оказались напрасными. Вскоре его одежда высохла, и он снова оделся, чувствуя себя бодрым и оптимистичным. Он хлопнул в ладоши, подзывая владельца магазина, и когда этот достойный человек подошел, Курт был поражен женщиной, которая сидела спиной к стене, глядя на оживленную улицу.
  Курт сунул в руку владельца долларовую купюру. Он все еще изучал женщину. Очевидно, она была русской. У нее было плоское лицо с высокими скулами и широкими ноздрями. В ее глазах был малейший намек на раскосость. На ней было пальто из дорогого меха, а маленькая меховая шапочка лихо сидела на ее белокурой головке. Необычно было встретить русских женщин одних в родном городе, особенно русских женщин, которые так хорошо одевались.
  - Кто это? - спросил Курт.
  Китаец оглядел девушку так, словно видел ее впервые. - Зовут Варинька Савишна, - ответил он, запинаясь на незнакомых гласных русского имени.
  - Но ... белая женщина в туземном городе... - сказал Курт.
  “Русская женщина”, - проворчал китаец. “Она приносит мне неприятности”. Он посмотрел на стройное тело Курта и красивое, любознательное лицо, а затем ухмыльнулся.
  Словно мысли этих двух мужчин были спроецированы на нее, Варинька Савишна медленно повернулась в кресле, лениво положила руку на стол и постучала носком сапога с меховым подбоем по шершавому полу. Пар, поднимавшийся от ее чашки с чаем, был не менее обманчив, чем цвет ее глаз. Небрежно, безлично она оглядела высокого американца. Она вытащила из кармана длинную сигарету и томно вставила ее в свои полные алые губы.
  Курт почувствовал магнетическое притяжение ее личности и уловил беспокойство, которого она не выказывала. Она каким-то образом подавала ему сигнал. Он взял со стола пачку китайских спичек и медленно направился к ней. Не говоря ни слова, он зажег ее сигарету.
  Она дотронулась ботинком до ножки стула. - Садись, американец.
  Курт сел. Ему в голову пришли две мысли. Эта девушка казалась богатой, и у нее могли быть проблемы. Если бы он мог оказать ей какую-нибудь небольшую услугу, он мог бы получить материальную выгоду, а также утолить вкус к рыцарству, который бурлил в нем.
  Варинька быстро огляделась по сторонам, а затем перегнулась через стол, пристально глядя на него сквозь пар, поднимавшийся от ее чашки.
  - Тебе здесь не место, американец.
  “Нет, и ты тоже”, - сказал Курт.
  “ Мой посыльный опаздывает. Может быть, у тебя найдется минутка, чтобы оказать Вариньке небольшую услугу, а?
  - Возможно, - сказал Курт.
  “ Это очень важный вопрос, американец. Если я могу доверить тебе передать письмо... Но тогда откуда мне знать, что я могу довериться тебе, а?
  “Посмотри на меня и узнай”, - сказал Курт.
  Она достала из кармана маленький конверт и протянула ему через доску лицевой стороной вниз. “ Я не могу взять это сама. Я ждал здесь того, кто мог бы, но мой посланец не пришел, и если они поймали его, то, возможно, тебе лучше не оставаться со мной слишком долго. Ты понял, американец? Скажи этому человеку, что ты оказал небольшую услугу Вариньке, и он вознаградит тебя.
  - Если тебя могут поймать, - сказал Курт, - давай выбираться отсюда.
  “ Нет, здесь слишком много— ” Она замолчала, испуганно ахнув. Ее глаза широко раскрылись, когда она посмотрела на дверь.
  Курт развернулся на стуле. Двое мужчин стояли у входа и осматривали комнату. Оба были китайцами с Севера, высокими, с костлявыми лицами. Они были одеты в черные костюмы, которые напоминали униформу. Их руки были засунуты глубоко в карманы, как будто в них было спрятано оружие.
  Пара увидела Вариньку, и их взгляды остановились на ней. Они медленно прошли через переполненный зал. Китаец, зная, чего ожидать, нырнул вбок, уходя с линии огня. Курт медленно поднимался со стула.
  “ Нет, нет, ” прошептала Варинька. “ Пусть они заберут меня. Возьми письмо и уходи, пока еще есть время.
  Двое мужчин подошли, огибая столики, не сводя глаз с русской девушки. Курт знал, что он был не в том положении, чтобы ввязываться в какую-то политическую неразбериху, но он рвался в драку. Он понял.
  Курт вышел из-за стола, как будто собираясь оставить девушку и сбежать. Китаец справа перевел взгляд, поколебался, а затем двинулся за Куртом. Другой мужчина направился к Варинке.
  В походке этой пары было что-то ужасное, что наводило на мысль об остром клинке палача или, возможно, о расстрельной команде.
  Курт остановился. Вперед вышли китайцы. Курт двинулся вперед. Китаец ненадолго заколебался и начал доставать автоматический пистолет.
  С оглушительным воплем Курт нырнул к пистолету. Тупое дуло взметнулось вверх. Ладонь Курта передернула затвор. Ударник щелкнул в доле дюйма от патрона.
  
  С оглушительным воплем Курт нырнул к пистолету.
  
  Курт нанес удар правой. Китайца подняло на фут над полом. Наклонившись назад, как падающее дерево, мужчина врезался в стол и рухнул.
  Другой мужчина развернулся и выхватил свое оружие. Он выстрелил, но рука Вариньки оказалась проворнее пальца на спусковом крючке, и пуля прошила потолок.
  Курт подошел на расстояние двух футов к здоровяку-китайцу и замахнулся. Кулак ударил с треском, более громким, чем ломающийся посох. Курт снова замахнулся, и китаец с ворчанием согнулся пополам.
  Варинька побежала ко входу. Курт задержался достаточно надолго, чтобы положить в карман два автомата, а затем поспешил за ее сверкающими ботинками.
  Они мчались по людной улице, Курт рассекал толпу направо и налево, как нос катера рассекает воду. Они бросились по темному переулку через сад.
  Затаив дыхание, они остановились в тени стены. Девушка откинула голову назад и посмотрела на мутное небо. Она улыбалась.
  “Когда... когда Линь Ван ... услышит об этом...” она усмехнулась. “Как он будет ... жаждать мести. Отборный из его Отряда смерти был сбит с ног одним человеком!”
  “О, они не умели боксировать”, - смущенно сказал Курт.
  - Ах, но они это делают. Ты, американец, был великолепен. Но давай, мой прекрасный белый рыцарь, позволь мне распорядиться этим письмом по—другому. В квартале отсюда у меня есть еще один человек, с которым мне следовало связаться в первую очередь. Пойдем.
  Они пробрались по замусоренному переулку и вскоре подошли к низкой двери, в которую Варинька постучала. Маленькая бритая головка испуганно высунулась вперед.
  “Ах, белая леди”, - вздохнул китаец с облегчением. “Сегодня вечером Синга схватили и заставили говорить — мы здесь больше не в безопасности. Я ждал твоего прихода еще час, против своей воли.
  “ Они заставили Синга говорить? ” спросила Варинька, бледнея. - Значит, он умер.
  “Эй, мертв. Отряд смерти Линь Вана наносит быстрый удар”.
  “Но вот, отнеси это письмо командиру. У меня нет доказательств, но ему не помешает понаблюдать за Линь Ваном”.
  “Командир оставил это для вас”, - сказал китаец, протягивая листок тонкой бумаги.
  Девушка положила заказ в карман, дверь захлопнулась. Варинка повела озадаченного Курта по другому переулку.
  “У тебя неприятности”, - сказала она. “Я могу даже догадаться, кто ты. Тебя, может быть, зовут Курт Рид?”
  Он удивленно уставился на нее.
   - И сегодня вечером, американец, ты обнаружил, что дверь камеры в Рангуне таинственным образом открыта?
  —Да, как...
  “ Не бери в голову, американец. Сегодня ночью предначертана твоя судьба. Ты можешь сделать одно из двух. Ты можешь дрейфовать вовне и попытаться затеряться — что тебе не удается, — или ты можешь попытаться быть полезным мне ”.
  “ Мне не нужно принимать никакого решения. Что бы я ни мог сделать...
  “Будь осторожен, не думай быстро, американец. Я опасная женщина”.
  Курт рассмеялся и последовал за ней в полумрак.
  
  ГЛАВА ВТОРАЯ
  
  Русский исчезает
  
   VАРИНКА САВИШНОЙ повели Курта Рида по закоулкам родного Шанхая в другой сад. Они вошли через маленькую дверь и пошли по извилистым дорожкам, мимо прудов, где в печали стояли каменные аисты на одной ноге. Бумажные фонарики весело отражались в воде и освещали ухоженные клумбы с цветами. Это было прекрасное место в убогом поселке, такое же неожиданное, как теплый дом за полярным кругом.
  Через широкую дверь черного дерева они вошли в большую, хорошо обставленную комнату. Приглушенный свет наводил на мысль о тайнах, таящихся за стенами и в тени. Толстый восточный ковер смягчал их шаги.
  Варинка усадила Курта в длинное кресло. Пальто она снимать не стала. Она с беспокойством огляделась по сторонам. “Она должна быть здесь”.
  -Кто?-спросиля.
  Варинка ничего не ответила. Она села и внимательно посмотрела на Курта. “ У тебя репутация, американец, и я могла бы воспользоваться ею, если дела пойдут хорошо. Мы знаем о вас здесь, в Шанхае, и мы знаем, что с вами случилось. Вам будет нехорошо бродить по улицам города. Пока вы мне не понадобитесь, мне придется прятать вас. Одна вспышка гнева и... удар снесет тебе голову.
  — Ты хочешь сказать, что ты...?
  “Нет, нет”, - засмеялась она. “Не я. Власти — и, возможно, кто-то другой. Ты должен пообещать оставаться здесь, пока я не скажу тебе, когда уходить.
  - Может быть, если ты посвятишь меня в кое-что из этого, я смогу помочь тебе лучше.
  - Нет, я не думаю, что имею право кому-либо рассказывать.
  - Я доверял тебе, - напомнил он ей.
  “Но мои секреты принадлежат не мне. Предстоит многое сделать, американец, — многое, что больше нас самих”.
  — Если это как-то связано с Россией... - начал Курт, внезапно осознав опасность своего положения.
  “Ха, ты думаешь, что я русский шпион, да? Но нет, я белый русский. Это связано с Китаем и Японией. Действуют великие силы. Вы, несомненно, узнаете о них достаточно скоро ”.
  Курт подался вперед. Он улыбнулся, обнажив близко посаженные зубы в форме ятагана. “Мне ничего не остается, как сбежать. Причина, по которой я заговорил с вами в чайном домике, достаточно легко объяснима. Я подумал, что мог бы кое-что сделать для вас, и вы помогли бы мне выбраться. Но, похоже, вы знаете об этом больше, чем я. Кажется, ты знаешь обо мне больше, чем моя собственная мать. Как это?”
  - Мы следим за всем, американец.
  - И кого ты подразумеваешь под “Нами”?
  Варинька внезапно встала. Она легонько коснулась его плеча. “ Ты хочешь сбежать. Возможно, это тоже произойдет. Но сначала помоги мне. Оставайся здесь, пока тебя не вызовут. Она скоро будет здесь. Ты будешь ждать ее.
  Внезапно она откинула его голову назад и крепко поцеловала в губы. Прежде чем он успел выразить свое удивление, она оказалась на полпути к другой двери.
  - Надеюсь скоро увидеть тебя, американец, - сказала она и исчезла.
  Тогда он попытался последовать за ней, но обнаружил, что она заперла за собой дверь. Он попробовал другую дверь, и она тоже была заперта.
  Внезапно его охватило что-то похожее на панику. Он снова был заключенным, и хотя его похититель был справедлив, и хотя у него не было определенных причин для беспокойства, последний срок заключения на гауптвахте дал ему почувствовать вкус свободы, который он никогда больше не забудет.
  Курт обнаружил, что на окнах железные решетки, хотя решетки были замаскированы резьбой из сандалового дерева. Он прошелся взад-вперед по комнате. Каким же дураком он был, позволив себе попасться на удочку русской шпионки! Возможно, она уже тогда обращалась в полицию — и это тоже была китайская полиция. Не американская или британская. Рангун числился в реестре китайских националистов.
  “Удар — и твоя голова отлетает”, - пробормотал Курт.
  Он нашел графин и налил себе выпить. Затем, заглянув в стакан, решил, что даже графину доверять нельзя. Он поставил бокал на стол нетронутым.
  Забавная девчонка, эта русская. Она удержала его от расспросов только благодаря силе своего характера. Казалось, она обладала какой-то ошеломляющей властью над ним, которая была такой же осязаемой, как плащ.
  Это разозлило его. Это не заставило его почувствовать себя сильным или мужественным. И теперь он снова был в ловушке, ожидая...
  Чего он ждал? Что за чушь там несли о Китае и Японии? Может быть, он был нужен этой девушке. Возможно, предполагалось, что он будет поддерживать ее в работе. Возможно, она добилась его освобождения и проследила за ним до чайного домика.
  И теперь, когда он подумал об этом, его освободили. Двери камер не открываются случайно.
  И этот сампан тоже оказался под рукой.
  Но почему кто-то должен проявлять к нему интерес? Он был никем иным, как напарником с прибрежного бродяги. Множество свободных белых мужчин могли говорить по-китайски, по-японски и на большем количестве диалектов, чем он.
  Он снова сел в кресло. Ухмыльнулся, к нему вернулось чувство юмора. Вот он здесь, и, в конце концов, он не особо возражал. Разве девушка не поцеловала его? Женщины не целуют тебя, а потом идут искать парня, который отрубит тебе голову.
  Или они это сделали?
  Легкие шаги заставили его подняться на ноги. В замке заскрежетал ключ, и дверь открылась внутрь. Курт, ожидавший возвращения русской девушки, ахнул от удивления.
  - Энн Карстен! - воскликнул Курт.
  Вошедшая женщина была стройной, хорошо сложенной и очень красивой. Ее волосы были светло-каштановыми, под цвет глаз. У нее было аристократическое лицо с правильными очертаниями. Ее тело было облачено в атласное платье, которое шуршало при ходьбе. У нее был вид человека, рожденного командовать, но глаза у нее были добрые, а улыбка нежная. Она протянула Курту руки и несколько секунд молча смотрела на него.
  “ Я не видела тебя два года, Курт, ” сказала она. “ С той ночи, когда ты сказал мне, что ты всего лишь помощник капитана, предназначенный для плавания, и так опрометчиво бросил меня. Я сильно напугал тебя, Курт?
  От удивления он все еще не мог пошевелиться. Его мысли вернулись к празднику моряка, когда его пригласили на веселое светское мероприятие в Концессии. Он встретил эту девушку там, встретил ее среди мишуры, помпезности и мечтательной музыки. Энн Карстен, таким образом, правила общественным миром Шанхая благодаря положению своего отца-принца-торговца, человека, который с тех пор умер. Их интерес друг к другу усилился из-за романтики той ночи, пока...
  “ Я могла бы дать тебе так много, ” укоризненно сказала Энн. “Я мог бы сделать тебя королем капитанов, но ты был напуган, не так ли?”
  Курт смущенно рассмеялся. “Я не хотел, чтобы меня знали как мужа Энн Карстен. Я хотел быть мистером Ридом, а не мистером Карстеном”.
  “ Ты сказал мне, что я создан для шелка и специй, что мое место в роскоши и что твой путь пролегает через трудности, что ты хочешь, чтобы твоя женщина была такой же смелой, как ты сам. Глупые мысли, не так ли? Но, с другой стороны, это могла быть музыка”.
  “ Или твои глаза, ” добавил Курт. - Ты красивее, чем когда-либо. Я думал о тебе...
  “ Ты больше ни разу не вспомнил обо мне. Не лги ради галантности. Какой ты красивый и суровый. Тогда ты был одет в смокинг. Я никогда не подозревал...
  “И теперь я преследуемый убийца”, - сказал Курт с оттенком горечи, отпуская ее руки и отступая назад, как будто его присутствие оскверняло ее. “ Я слышал о твоем отце. Я хотел вернуться и рассказать тебе...
  Энн Карстен снова улыбнулась. “ Я вижу, ты хорошо знаешь мою подругу Варинку. Посмотри в зеркало.
  Курт вытер рот тыльной стороной ладони. На губах остались следы помады. У него хватило такта покраснеть.
  - Скажи мне, - спросила Энн, - ты теперь любишь эту Вариньку?
  “ Нет, нет, ” поспешно ответил он. “ Я познакомился с ней только сегодня вечером. Как получилось, что она оказалась здесь?
  “ Она мой друг. Экзотическое создание, не правда ли? Такая загадочная. Я никогда не знаю, когда она придет и когда уйдет. Но она мой друг, и чем бы она ни занималась, мой дом принадлежит ей. Ты уверен, что не любишь ее сейчас?
  “Я уважаю ее выдержку”, - сказал Курт. “Но скажи мне, что ты здесь делаешь, совсем один в родном городе”.
  “В Концессии дешево не проживешь”.
  “ Неужели все так плохо? Я думал, у твоего отца было много денег.
  “ Он почти ничего не оставил, Курт. Но каким-то образом... ” Она придвинулась к нему ближе и положила руки ему на плечи. Целую минуту она изучала его лицо, а затем со вздохом положила голову на его широкую грудь.
  Тогда он понял, что она устала и встревожена, но не мог найти слов, чтобы утешить ее. Его собственные тревоги были на мгновение забыты. Забавно, что их пути снова пересеклись через два года. Тогда она была такой высокомерной, такой довольной своим положением. И теперь она жила в родном городе, вероятно, на мели, вдали от своих друзей.
  Она с улыбкой отстранилась от него. “ Но тогда ты, вероятно, не вспомнишь меня завтра. Тебе нужно подумать о Вариньке.
  “Нет, послушай, Варинька для меня ничего не значит. Она русская. Ты не выходишь замуж за русских. И , кроме того ...
  Она рассмеялась над его замешательством и опустилась в длинное кресло. Каким бы бедным ни был ее кошелек, она была богата красотой и самообладанием. Курт почувствовал тревожное шевеление внутри. Он вернулся к ней, и скоро ему придется уйти. Чтобы скрыть эту мысль, он налил себе выпить и залпом выпил.
  “ Я не могу остаться, ” сказал он наконец. “ Я уезжаю за границу — Бог знает куда. Я им нужен за... за убийство, которого я не совершал.
  “Но я думал, что ты останешься ненадолго. Здесь ты в безопасности. Никто не посмеет приставать ко мне. Ты выглядишь изможденным, тебе нужен отдых. Я подумал...
  Курт так и не узнал, о чем она подумала. Огромная дверь черного дерева качнулась на петлях, и по комнате прокатился раскат грома. Курт замер.
  Энн Карстен встала и указала на дверь, через которую вошла. Дверь содрогнулась, и Курт бросился в другую комнату и огляделся. Он с ужасом осознал, что выхода нет, если только не сдвинуть одну из панелей. Он попытался нащупать сжатую пружину, но из соседней комнаты послышались голоса. Дверь открыла Энн Карстен.
  Курт зашел в шкаф для одежды и постарался не дышать. Если бы они знали, что он здесь, тогда...
  Громкий голос китайца произнес: “У вас здесь русская женщина. Varinka Savischna. Где она?”
  Более мягкий голос Энн Карстен ответил: “Я не знаю такой женщины. Вы, должно быть, сошли с ума”.
  “ Вы думаете обмануть Эскадрон смерти, миледи? О, не бойтесь, мы уважаем женщин Иностранных Дьяволов, даже когда они не идут им на Уступки. Но я должен заполучить этого русского!”
  - Здесь нет никого, кроме меня, - сказала Энн Карстен.
  - Мне очень жаль, но мы должны обыскать дом.
  Голос Энн Карстен потонул в пронзительном бормотании китайских голосов. Со своего места у шкафа с одеждой Курт увидел, как в спальню вошли мужчины. Эти люди не были южными китайцами. Это были огромные северяне. Все они были одеты в черное, как огромные канюки. В руках у них были автоматы, а по бокам - штыки. Из шести присутствующих мужчин ни один не был ниже шести футов ростом. Их глаза были суровыми.
  Они подошли к шкафу с одеждой. Курт приготовился к неизбежному разоблачению. Они вдвоем отдернули прекрасные платья.
  Курт, понимая, что сражаться бесполезно, тем не менее бросился на них прежде, чем они успели опомниться. Он отбросил одного назад, а второго отбросил назад. Он выскочил за дверь и попытался пересечь большую комнату.
  Перед ним возникло видение массивного лица. Он нанес удар, но наказание получили только костяшки пальцев. Мужчины набросились на Курта со всех сторон и прижали его к земле.
  Здоровяк уперся коленом Курту в грудь и занес пистолет для удара. Энн Карстен закричала. Курт попытался откатиться в сторону. Здоровяк передумал и остановил его руку. Курт был беспомощен, и остальные быстро связывали его.
  “К вашему сведению, ” сказал этот здоровяк, - я Ян Чиеу, капитан Отряда смерти. Конечно, ты знаешь, почему мы здесь, и ты знаешь, что с тобой вот-вот случится. Мой учитель, Линь Ван, видит все и не позволяет ни одному злу вырваться наружу. Тебя ведут к нему. Если я побеспокоил вашу даму, прошу у нее прощения.
  Янг встал. Он был похож на какую-то ожившую темную гору. Его руки и ноги были размером со стволы деревьев, а голова казалась странно маленькой на могучих плечах. Но его голова, при ближайшем рассмотрении, оказалась вдвое больше, чем у обычного человека. Янг весил триста пятьдесят фунтов, и ни один из них не был толстым. Выражение его лица выражало гордое презрение. Пятеро других проявили жестокость, но не Ян.
  Они подхватили Курта, как соломинку, и направились к выходу. Энн Карстен крикнула, чтобы остановить их. Ян повернулся к ней с почтительным поклоном.
  “ Вы не можете этого сделать! ” воскликнула Энн. “ Он американец. Соединенные Штаты...
  “ Буду очень рад заполучить его, мадам. Он убийца.
  Энн Карстен умоляюще посмотрела на Янга и, не найдя в нем никакой надежды, уставилась сверху вниз на Курта. Она легонько коснулась пальцами его лица.
  “ Я... я надеялась... ” прошептала она, - увидеть тебя ... снова. Теперь она плакала. Курт отвернулся.
  Отряд смерти понес свою ношу через сад и через стену к штаб-квартире Линь Вана. . . .
  
  ГЛАВА ТРЕТЬЯ
  
  Признание
  
   WHEN А убийство должно было стать задачей Курта Рида.
  Первую неделю он провел в тревоге. Никто не пришел навестить его, никто не сообщил ему о точном характере его ареста, он ничего не слышал о двух странных женщинах, которые косвенно стали причиной его заключения.
  Человеку может быть о чем беспокоиться, когда он сталкивается с четырьмя желтоватыми стенами и когда снующие крысы мешают ему спать. Он не смог вытянуть информацию из своего охранника в черной форме.
  На второй неделе он начал подозревать русскую Вариньку Савишну. По истечении десяти дней он получил короткую записку через единственное окно камеры.
  
  Курт Рид;
  Я пытался разузнать о вашем деле, но боюсь сообщать свою информацию властям, опасаясь, что дело на борту "Рангуна" также будет возбуждено против вас. Я пытался подкупить Линь Вана, но он ничего не потерпит, сказав, что вы враг Китая. Если судьба вернет вас ко мне, я обещаю, что наша следующая встреча будет намного лучше предыдущей.
  Anne Carsten
  
  В этом было какое-то слабое утешение, и он поймал себя на том, что с нетерпением ждет встречи с девушкой — если и когда—нибудь - он когда-нибудь выберется отсюда. Он начал размышлять о ее красоте, о доброте ее глаз. Тогда он понял, что это была та девушка, которую он всегда надеялся встретить. Ему повезло встретить ее, когда ему пришлось так внезапно уехать. Удача моряка!
  Он не мог понять решимости Линь Вана держать его подальше от шанхайских властей. Факт был зловещим. Если бы Линь Ван просто хотел покончить с Куртом Ридом, это было бы быстрее сделано через судилище — Бог свидетель, что у Правосудия было достаточно оснований против этого дерзкого приятеля.
  Он попытался собрать воедино все, что знал о Линь Ване, но это не принесло ему никакой пользы. Линь Ван был генералом с высокой репутацией, он кричал о свободе Китая, размахивал флагами и устраивал грандиозное шоу. Китайские предатели, как хвастался Линь Ван, недолго прожили от рук своих отборных палачей - "Эскадрона смерти".
  Линь Ван уже давно призывал древние проклятия на голову вторгшейся Японии.
  Но у Курта Рида не было определенного ответа, и когда месяц истек, любопытство пересилило страх перед его первой встречей с Линь Ваном.
  Однажды утром пришли солдаты в черном и увели его. Между их рядами на него было не особенно приятно смотреть. Его одежда была грязной и поношенной, ему нужно было побриться, волосы были длинными и нечесаными, но он ходил с гордо поднятой головой и некоторым высокомерием в походке. Его втолкнули в дверь маленькой хижины и усадили на стул у стены. Мужчины пропустили веревки через его руки и вокруг тела и привязали его там.
  Он ждал целый час, а затем, под громкий шум, дверь распахнулась, и вошел Линь Ван.
  От одного взгляда на этого человека по телу Курта пробежала дрожь отвращения. Линь Ван был маленьким, сгорбленным на одну сторону, со скрюченной спиной. Казалось, у него совсем не было шейных мышц; голова неподвижно сидела на плечах, сдвинутая набок. Его лицо было изрыто глубокими оспинами, покрытыми желтоватыми чешуйками, которые могли появиться в результате какой-нибудь проказы. Несколько крупных морщин, похожих на старые шрамы, пролегли по жестокому лицу, как ущелья на рельефной карте. Морщины были заполнены древней ядовитой грязью.
  Руки Линь Вана были вытянуты вверх, как будто он не мог их опустить. Пальцы безвольно свисали, лишенные плоти и тонкие, нервно постукивая, когда Линь Ван двигался.
  Но хуже всего были глаза. Они были не черными, а нездорового, грязно-синего цвета, как двуххлористая ртуть. Веки были наполовину опущены, прикрывая выпуклые зрачки.
  “Курт Рид, не так ли?” - спросил Линь Ван с дрожью в голосе.
  Курт немного отстранился и ничего не сказал.
  “Ах, так тебе не нравится смотреть на меня. Никому не нравится смотреть на Лин Ван. Но, несмотря на всю мою внешность, женщины иногда улыбаются. Ты мог бы улыбнуться, дружище, наблюдая за разящим мечом?
  “Я громко смеюсь”, - сказал Курт, обнажив зубы над натянутой верхней губой. “Чего ты от меня хочешь?”
  “ Я покажу вам это, но сначала позвольте мне задать вам вопрос. Линь Ван устроился за грубо сколоченным столом и закинул в рот три черные таблетки опиума, опустив руки и позволив стучащим пальцам опуститься, искоса глядя на Курта.
  “Ты очень хорош собой”, - прокомментировала Линь Ван. “Я полагаю, женщины любят таких красивых мужчин, как ты. Может быть, Энн Карстен, например. У меня такое чувство, что мне доставило бы удовольствие испортить твои красивые черты, Курт Рид, но неважно, возможно, это придет позже.
  “Что за идея привести меня сюда?” спросил Курт. - Вы могли бы избавить себя от лишних хлопот, предупредив чиновников из Иностранных концессий.
   - А, вы имеете в виду тот инцидент на борту “Рангуна", да? В связи с этим, Курт Рид, позвольте мне заявить, что я приложил немало усилий ради вас. Я раскрыл убийство на борту ”Рангуна.
  - Какого черта? - спросил я.
  “ Вот видишь? Мы могли бы даже стать друзьями. Но скажи мне, ты тот самый Курт Рид, который провел свою жизнь здесь, в Китае и Японии? Вашим отцом был некий Фрэнк Рид, солдат с немалой репутацией?
  - Совершенно верно.
  “ Я надеялся, что не ошибся. Значит, вы говорите также на нескольких диалектах китайского и японского?
  - Я верю, - сказал Курт.
  - А ты тот самый парень со вспыльчивым характером?
  - Полагаю, что да.
  “Очень хорошо”, - сказал Линь Ван с видом завершителя. Он повернулся к Яну в черной форме, капитану Отряда смерти. - Приведите сюда этого матроса, капитан Янг.
  Огромная фигура Янга заполнила дверной проем, когда он выходил. Вскоре в дверь втолкнули неповоротливого моряка, подгоняемого штыками. Мужчина был коренастым и с маленькой головой. Его лицо было нечистым, а спутанные темные волосы липли к полуобнаженному телу.
   - Боннер! - воскликнул Курт Рейд, узнав одного из моряков “Рангуна”.
  “ Боннер прав, ” сказал Линь Ван. “ Значит, мои люди не ошиблись. Я мог бы упомянуть, Курт Рид, что у меня был друг в команде "Рангуна”, который был готов продать мне эту информацию за определенную цену.
  Боннер сердито посмотрел на Лин Ван, а затем увидел Курта Рида. Он прорычал проклятие и сказал: “Какого черта тебе от меня нужно?”
  Линь Ван улыбнулся, и бездны на его лице раскрылись. Тонкая чешуйка упала с его лица, и он поднял ее со стола, разломив ногтями.
   “ Боннер, ” сказал Линь Ван. - Я полагаю, что вы убили капитана “Рангуна" и забрали кое-что из сейфа. Мои люди нашли эти вещи в вашем багаже, когда вы сошли с корабля в Гонконге.
  “ Так вот куда они пошли! Ну, слушай, желтобрюхий...
  “Говорить буду я”, - сказал Линь Ван. “Если вы потрудитесь дать мне письменное признание, вы можете остаться в живых. В противном случае...
  - Идите к черту, - сказал Боннер.
  “ Янг, ” сказал Линь Ван, “ приколи его тело к стулу и принеси мне плоскогубцы. Подойдут любые плоскогубцы.
  Боннер выругался, но сильные руки пригнули его к стулу, а крепкие веревки удерживали его внизу. Он попытался высвободиться, но люди в черной форме были сильнее.
  Появились плоскогубцы. Курт Рид наблюдал за происходящим широко открытыми глазами. Линь Ван погремел металлом в дрожащей руке.
  - Растопыри пальцы, - сказал Линь Ван, улыбаясь.
  Янг положил руку мужчины плашмя на подлокотник сиденья. Улыбка Линь Вана стала шире. Мутно-голубые глаза загорелись. Желание быть жестоким, усиленное тем фактом, что он был помесью какой-то неизвестной расы с китайцами, заставило Линь Вана усмехнуться.
  Плоскогубцы со щелчком опустились и вцепились в ноготь указательного пальца Боннера. Плоскогубцы отдернулись, хлынула кровь. Линь Ван уронил гвоздь на пол.
  Боннер корчился и побелел, издавая стоны сквозь сжатые губы. Линь Ван вырвал еще один ноготь. Боннер закричал.
  “Вы подпишете это признание?” спросил Линь Ван.
  - Нет! - взревел Боннер.
  На этот раз плоскогубцы опускались медленно. Боннер вздрогнул. Лин Ван улыбнулся и отпрянул назад. Плоскогубцы опустились еще раз.
  - Я подпишу! - крикнул Боннер.
  
  На этот раз плоскогубцы опускались медленно. Боннер вздрогнул.
   Линь Ван улыбнулся и отпрянул назад. . . .
   “Я подпишу!” - крикнул Боннер.
  
  Они развязали его правую руку и сунули ему под мышку доску. Они вложили ручку в его дрожащие пальцы. С его левой руки медленно капала на пол кровь.
  Боннер написал то, что продиктовал Линь Ван.
  
  Я, Джордж Боннер, настоящим признаюсь в убийстве капитана Рэндольфа с целью ограбления на борту корабля СС "Рангун" у берегов Китая. Я убил капитана Рэндольфа страховочным штырем, размозжив ему череп, нашел код от сейфа среди его бумаг и забрал добычу. По запросу деньги и сертификаты можно получить в магазине на улице Лой Чунг—Нанкин-роуд.
  Подпись: Джордж Боннер
   Свидетель: Ян Чиеу
  
  Линь Ван перечитал газету, наблюдая за потухшими от боли глазами Боннера.
  - Ты ведь убил его, не так ли? - приветливо спросил Линь Ван.
  Боннер слабо кивнул ему.
  Линь Ван полез в свой стол и достал немецкий автоматический пистолет. - Есть какие-нибудь молитвы, мой добрый Боннер?
  “ Господи! Ты же не собираешься...
  Звук выстрела прогремел по маленькой комнате. Синий дымок закружился над креслом Боннера. Линь Ван выстрелил снова. Боннер обмяк, пуля попала ему между глаз.
  “ Уведите его, - сказал Линь Ван, небрежно взмахнув свисающей рукой. Он выпустил дым из дула и положил пистолет обратно в стол.
  “Это признание, ” сказал Линь Ван, “ является действительным и полностью удовлетворяет власти. Если бы я передал вас им, они могли бы оправдать вас, и все было бы кончено. Но теперь, Курт Рид... ”
  - Во что ты играешь? - спросил Курт.
  “ Дичь? Это наводит на мысль об охоте, не так ли? Тогда, Курт Рид, ты отправляешься на охоту.
  “Ты сумасшедший!”
  “Конечно”, - сказал Линь Ван. “Я нахожу это очень приятным. Предполагается, что ты боец и можешь добиться того, чего не смог бы китаец. Это признание я храню здесь, в куртке. Когда убьешь свою дичь, принеси ее скальп, и ты получишь признание.
  - Ты хочешь сказать, что я должен купить это убийством?
  “ Совершенно верно, Курт Рид. Должен сказать, вы очень интеллигентный джентльмен. Я позабочусь о том, чтобы вы не сбежали. На самом деле, я одолжу вам капитана Ян Чиу и шестерых членов Отряда смерти.
  “Я выбираю тебя, потому что ты можешь невредимым скрыться в японских рядах. Да, в японских рядах. Вы должны отправиться в Калган на Великой китайской стене, там найдите того, кого они называют Такеки, Отважного, печально известного шпиона, очень вредного для мира в Китае, того, кто несет ответственность за большую часть этого движения за Автономию. Ты убьешь этого Такеки, и когда ты представишь мне доказательства того, что ты это сделал, ты получишь это признание. Тогда вы будете свободным человеком.
   - Но если вы не убьете этого Такеки, через капитана Яна я сообщу властям, где вы можете быть задержаны, и мои люди явятся на суд в качестве свидетелей против вас, тем самым гарантируя, что вы умрете преступником. Для вас нет спасения.
  “ И если вы сильно ошибетесь в этом, то вы видели, что случилось с этим Боннером. Возможно, я бы не доверял властям. Но как бы то ни было, Курт Рид, убей Такеки, и ты свободный человек”.
  - Так вот почему ты все это сделал.
   “ Конечно. Но не совершайте ошибку, думая, что этот Такеки - нечто меньшее, чем демон. Он может сильно испытать вас, прежде чем вы покончите с ним. Мои собственные люди вообще не смогли бы приблизиться к нему, но вы, как белый человек, говорящий на их языке, должны быть в состоянии сделать это и сбежать.
  - Я мог бы напомнить тебе, Курт Рид, что часть судьбы Китая лежит на твоих плечах.
  “Ты зашел достаточно далеко, чтобы поместить это туда”, - огрызнулся Курт. “Хорошо. Я попробую. Выпустите меня отсюда”.
  Капитан Янг развязал его и поднял на ноги. Хотя Курт был высоким, капитан Янг возвышался над ним, как гора, на вершине которой стоит летний домик.
  - Я думаю, у нас будет очень приятное путешествие, приятель, - сказал капитан Янг.
  
  ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
  
  Опасность в Калгане
  
   ЯT был совсем другим Куртом Ридом, который прибыл однажды ночью по железной дороге Пекин-Суйюань в Калган. Он сошел с поезда в сопровождении огромного торговца, у которого было шестеро слуг, разгружавших их багаж.
  Курт Рид был одет в хорошо сшитый темный костюм и жемчужно-серую шляпу. Он снова был чисто выбрит и выглядел так же непохожим на помощника капитана, как и на пленника Линь Вана. Его ясные черные глаза обшаривали толпу, как это делают люди, которых вот-вот повесят, и он не нашел ни дружбы, ни обещания спасения. Ян Чиу толкнул его локтем в знак того, что пора двигаться дальше.
  Они пробирались по замусоренным улицам к небольшому отелю. Повсюду были видны японские солдаты, одетые в форму горчичного цвета, у офицеров на фуражках были красные повязки. Перед многими входами стояли охранники с примкнутыми штыками. Япония собиралась захватить Северный Китай, и Калган, расположенный недалеко от Великой Китайской стены, был отправной точкой.
  Курт Рид чувствовал сильную усталость и дурноту во рту. Ему не удалось разыскать Энн Карстен в Шанхае, хотя он изо всех сил старался найти ее, рискуя собственной свободой. И он больше не приближался к разгадке поступка Линь Вана.
  На первый взгляд может показаться, что Линь Ван боролся за удержание Северного Китая, и для этого Линь Ван считал жизненно важным, чтобы этот человек Такеки, предположительно японский шпион, был убит. Но чем ближе Курт Рид подходил к этому, тем больше убеждался, что убить японского шпиона в японских тылу невозможно.
  Но с этим признанием Боннера в качестве приманки и с Янгом здесь, рядом с ним, Курт знал, что попытается.
  Когда они завернули за угол и протиснулись сквозь караван верблюдов, остановившийся на улице, у Курта внезапно вырвался вздох удивления, заставивший Янг быстро взглянуть на него.
  Курт шел достаточно спокойно, хотя был уверен, что увидел в толпе знакомое лицо. Может быть, все белые русские выглядели одинаково, и, может быть, в Китае было несколько таких меховых шапок и пальто, но что-то большее, чем зрение, дало ему эту информацию.
  Здесь была Варинька Савишна! Он видел, как она входила в магазин.
  Это обеспокоило его более чем немного и очень ободрило. С одной стороны, ему не хотелось видеть Вариньку в японском городке, но, с другой стороны, ее присутствие могло быть предзнаменованием удачи. Если бы он мог увидеть ее, возможно, ему удалось бы выяснить, где можно найти этого Такеки.
  Более пружинистой походкой он последовал за Янгом в отель и зарегистрировался. Шестеро слуг, пряча воинственные лица под шляпами, направились обратно в меньшие помещения на первом этаже.
  Номер Курта был небольшим, в нем стояли только кровать, стул и фотография Микадо, которую повесил владелец отеля, несомненно, чтобы показать Японии, что он принимает их дело близко к сердцу.
  Янг ушел в свою комнату, и на мгновение Курту пришла в голову мысль выбраться отсюда. Но когда он посмотрел вниз, на улицу, то увидел, что один из шестерых медленно попыхивает сигаретой у входа в отель. Мужчина был вооружен, и даже несмотря на то, что уличная драка могла выдать их личность, эти охранники знали, чего ожидать от Линь Вана в качестве цены за неудачу.
  Мужчина в синем халате просунул голову в дверной проем и спросил: “Все в порядке, сэр?”
  “ Да, ” сказал Курт. - Все в порядке.
  Но маленький желтолицый человечек не уходил. Он вошел, разгладил покрывало на кровати и поправил подушку. - Могу я что-нибудь сказать этому джентльмену? - спросил я. - сказал он.
  “Нет”, - ответил Курт.
  “ Прошу прощения, ваша честь, но этот человек - хороший проводник. Он знает все.
  Курт некоторое время изучал мужчину, а затем сказал: “Ты можешь рассказать мне кое-что, если пообещаешь немедленно забыть об этом вопросе. Где я могу найти этого человека, известного как Такеки?”
  Тот покачал головой. “ Я не знаю. Он вышел.
  Курт растянулся на кровати и надолго задумался. Он задавался вопросом, как ему вообще найти этого японского шпиона. Возможно, шпион придет повидаться с ним. Это был план. Если Курт даст понять, что у него есть какая-то важная информация о Южном Китае, шпион может представиться. Какой бы неприятной ни была эта работа, ее нужно было выполнить.
  Он долго гадал, почему Варинька оказалась здесь и как ему снова ее найти. Но тогда Калган был не таким большим, и экзотическую красоту Вариньки было легко заметить в восточной толпе. Странно, что он снова перешел ей дорогу.
  Его размышления были прерваны стуком в дверь. Не совсем понимая, зачем он это сделал, Курт выглянул в окно и увидел, что охранник исчез.
  Он открыл дверь и отступил назад. Японский офицер и отделение пехотинцев перегородили проход. На их темных лицах застыло воинственное выражение, а фуражки сидели ровно на макушках. Их вороненые штыки тускло поблескивали.
  Офицер сказал: “Вы арестованы. Спокойно следуйте за нами”.
  Ни один человек не настолько глуп, чтобы броситься против восьми штыков. Курт взял свою шляпу, сдвинул ее на затылок и пристроился между папками.
  Янг выскочил из своей комнаты и застыл, разинув рот, глядя на команду. Затем, поразительно отразившись на его железном лице, две крупные слезы выкатились из его глаз и потекли по щекам. Янг был превосходным актером.
  Янг упала на Курта и громко зарыдала. “Не забирай его, тайчо. Он мой друг!” - причитал Янг, сотрясаясь, как гора во время землетрясения. Но под прикрытием рыданий он прошептал голосом, похожим на скрежет пилы: “Держи рот на замке, дурак. Убивать будет слишком хорошо для тебя.
  Капитан оторвал Янга от себя и прижал его спиной к стене. Янг со слезами на глазах подчинился, и Курта увели.
  Отряд повел его по многолюдной улице. Люди останавливались, глазели и показывали пальцами. Маленькие дети с круглыми лицами и ртами, полными насмешек, бежали по обе стороны от рядов.
  “Это какой-то великий предатель”, - пробежал шепот. “Они собираются казнить его!”
  Курт наблюдал, как матерчатые туфли поднимаются и опускаются по обе стороны от него. Он не мог объяснить такой внезапный поворот событий и мрачно смотрел в будущее, ожидая еще худшей участи, чем та, которую обещал Ян.
  Они вошли в большой каменный дом, служивший штаб-квартирой Японии, и Курт остался стоять перед грубым письменным столом. Сидевший за ним мужчина был маленьким и жилистым. Его глаза были спрятаны за зеркальными стеклами очков, которые делали его похожим на подводного монстра. Его волосы стояли дыбом, как щетка из свиной щетины.
  Курт увидел рядом со стойкой еще одного человека, невысокого роста в синем халате. Мужчина, которого он принял за коридорного в отеле.
  - Это тот самый человек? - спросил офицер за стойкой.
   “ Да, сэр. Он спрашивал меня о Такеки, сэр.
  Офицер кивнул и близоруко уставился на Курта. “ Почему вы задали этот вопрос? Как вас зовут?
  “ Меня зовут Смит, ” представился Курт. - Мне просто стало любопытно, вот и все.
  “Пожалуйста, не лги мне”, - сказал офицер, задумчиво потирая руки. “Вас зовут Курт Рид. А теперь продолжай.
  Курт моргнул. Казалось, ему было загадочным образом суждено стать известным всем. Как эта информация попала в японскую штаб-квартиру?
  “Ну да, так оно и есть”, - сказал Курт. “Но мне все еще было любопытно узнать о Такеки. У меня есть для него кое-какая информация”.
  “ Для него? А, ладно, ты можешь отдать это мне.
   - Только для Такеки.
  “ Вы упрямы, ” сказал японец. - Ну что ж, тайчо, отведи этого человека обратно в камеру. И обратился к Курту: “Если Такеки приедет, возможно, ты сможешь поделиться своей информацией из первых рук. Если нет ... ” Офицер пожал плечами и вернулся к работе.
  Курт снова уткнулся в папки, и вскоре его затолкали в зарешеченное помещение, которое меньше напоминало тюрьму, чем клетку для диких животных. Он был там единственным заключенным.
  Дверь лязгнула, и Курт снова остался наедине со своими мыслями. Сначала он был очень зол. Он расхаживал взад и вперед по мощеному полу, ругаясь и пиная прутья решетки, но наконец его гнев перегорел, и он сел на скамейку.
  “Одна тюрьма за другой”, - сказал Курт. “Я должен был позволить им повесить меня в первый раз”.
  Он ухмыльнулся и потянулся, радуясь возможности поспать несколько часов вдали от пристального внимания Янга и шести членов Отряда смерти.
  Спустя, как показалось, минуту или две, но на самом деле прошло шесть часов, Курта разбудил звук просунутой в вольер веревки.
  Он приподнялся на локте и огляделся по сторонам, протирая глаза, прогоняя сон. Ему было холодно, и скамейка глубоко врезалась в его крепкое тело, но у него возникло ощущение, что что-то не так, и он мгновенно пришел в себя.
  Он увидел над собой звезды и впервые заметил, что у вольера нет крыши. Прутья были загнуты в виде крючьев наверху, чтобы никто не смог выбраться наружу. Затем он увидел что-то длинное, похожее на змею, что заставило его подпрыгнуть.
  Он дотронулся до нее в темноте и обнаружил, что это веревка. Озадаченный и затаивший дыхание, он встал.
  С верхней части решетки донесся скребущий звук, и вскоре Курт увидел силуэт человека на фоне неба. Мужчина медленно начал спускаться.
  Пока не стало слишком поздно, Курт думал, что Варинка обнаружила его и собирается организовать побег. Он стоял рядом до тех пор, пока смутно видимый китаец не оказался твердо на полу.
  В руке незнакомца блеснул нож. Китаец шагнул к Курту.
  “Капитан Ян, ” тихо сказал охранник, - вынес вам приговор. Вы подвели Линь Вана, вы ему больше не нужны. Я член Отряда смерти”.
  Мужчина нырнул внутрь, и нож опустился. Курта отбросило назад. Прутья скрипнули, когда по ним ударили. Курт перехватил запястье с ножом и отвел его назад. Он был слишком поражен, чтобы закричать, а теперь ему понадобилось все его дыхание.
  Пахнущий чесноком рот китайца был совсем близко от лица Курта. Мужчина пытался поднять колени для нанесения онемевшего удара. Курт ударил правым кулаком и услышал, как хрустнула кость.
  Китайцы медленно сдавали позиции. Курт оттолкнулся изо всех сил, стараясь удержать нож, но он имел дело с человеком, который всю свою жизнь сражался сталью.
  Рука обмякла. Курт потерял равновесие. На долю секунды он отпустил запястье. Нож опустился со страшной силой.
  Курт отпрянул назад, отклоняя клинок, так что тот попал ему в плечо сбоку. Он согнулся пополам и рухнул на пол. Китаец попытался прижать Курта к земле, но Курт внезапно взорвался.
  Оказавшись сверху на китайце, Курт коленом зафиксировал руку с кинжалом, а затем обеими руками приподнял коротко выбритую голову и ударил ею обратно о бетон. Один, второй, третий раз голова не отскочила. Глаза мужчины закатились далеко кверху. Липкое пятно крови окрасило бетон в черный цвет в свете звезд.
  Курт встал и потер рукавом лоб. Он чувствовал себя опустошенным и дрожащим. Один промах - и он лежал бы там вместо китайца.
  Внезапно он вспомнил, что снаружи могут ждать другие члены Отряда смерти.
  “ Охрана! ” крикнул Курт. - Мамори!
  Веревка выглядела заманчиво, пока он не подумал о Янге. Теперь решетчатое ограждение было как раз то, что нужно.
  Хлопнули двери, прибежали люди, лязгая винтовками. Сквозь решетку пробились фонарики.
  Вошел японец и посмотрел сверху вниз на китайца, а затем на Курта.
  - Он пытался убить меня, - начал Курт.
  “Но как он попал внутрь?” - спросил офицер.
  Курт указал на веревку.
  -Кто это был? - спросил я.
  Курт счел за лучшее быть осторожным в этом вопросе. “Человек, который думал, что я причинил ему зло”.
  “Вполне вероятно”, - проворчал офицер. “Ему бы очень не хотелось покушаться на вашу жизнь здесь”.
  Мужчины начали уходить, унося с собой мертвеца. “Подожди минутку”, - сказал Курт. - Я не собираюсь здесь оставаться.
  - Почему бы и нет?
  - У этого человека могут быть друзья.
  “Хорошо, - сказал офицер, - проходите в караульное помещение, в цумешо.”
  Курта это очень устроило, и его вывели из загона и приказали сесть вдоль стены рядом с небольшим обогревателем. Стоявшие там солдаты с любопытством посмотрели на него.
  Когда офицер ушел, невысокий человек с бледным лицом и ученым видом вежливо поздоровался по-английски: “Здравствуйте”. Вероятно, это было все, что он знал.
  Остальные начали говорить по-японски о Курте и интересоваться, почему он оказался здесь. Их беседа продолжалась полчаса и носила очень личный и критический характер. Они обсудили, какой Курт бледный и какой большой, и сказали, что он, должно быть, очень великий вор, потому что все иностранные дьяволы были великими ворами.
  Некоторое время Курт слушал их с отсутствующим выражением лица. Их любознательность заставила его забыть Варинку, Энн Карстен и Лин Ван. Он начал приободряться.
   - Не могли бы вы принести мне стакан воды, томодачи? - Спросил Курт по-японски. - Я не против, если вы принесете мне стакан воды, томодачи, томодачи? - спросил Курт.
  Маленький ученый человечек подпрыгнул от неожиданности и поспешил к кожаной сумке, висевшей в углу. Он вернулся с выпивкой.
  “ Спасибо, ” сказал Курт, отпивая. - Скажи мне, томодачи, считается ли здесь, в Калгане, преступлением говорить о Такеки?
  Ученый покачал головой. “Нет, но это опасно. Такеки из тех, кого мы называем Отважными. Больше я ничего не могу сказать. Ты поэтому здесь?
   - Я просто хотел повидать Такеки. У меня была для него кое-какая информация.
  - Для него? - хором спросили солдаты.
  Так сказал офицер. Курту это показалось странным. Он решил не говорить о Такеки.
  Крупный японец с грубыми чертами лица, почти западный, сказал одобрительным тоном: “Вы хорошо поработали над тем китайцем. Он выглядел очень сильным. Почему он пошел туда, чтобы напасть на тебя?
  - Я ему не понравился, - сказал Курт.
  “Все эти китайцы - дураки”, - сказал ученый. “Долгое время мы оставляли их в покое и ничего с ними не делали. На протяжении веков. Они дважды пытались отнять у нас нашу страну, и теперь, когда мы просто хотим контролировать их и уничтожить некоторых из их так называемых полевых командиров, таких как Линь Ван, весь мир выступает против этого. Это очень странно. Я вообще ничего не могу понять”.
  “Они думают, что вы пытаетесь захватить Китай”, - сказал Курт.
  “Нет, это не то, что они думают”, - сказал большой. “Они боятся нас. Было бы хорошо, если бы кто-нибудь захватил Китай и создал из него нацию, прекратил убийства и заставил людей вести себя прилично. Все китайцы дураки. Мир боится, что Япония станет могущественнее, если у Нее будет такая же рабочая сила, как у Китая. Возможно, так и будет. Можно ли винить Японию за попытки?”
  Курт кивнул. Он мог видеть японскую сторону вещей и у него не было особых политических взглядов. Япония и Китай были в ту минуту дальше всего от его забот.
  Он яростно думал об этом признании. Он должен был как-то добиться его. Он не мог убегать от закона всю оставшуюся жизнь. Может быть , если бы он объяснил Янгу ...
  Дверь распахнулась, и голос произнес: “Иностранец, Такеки хочет поговорить с тобой”.
  Курт поднялся на ноги. Он был готов встретиться лицом к лицу с человеком, которого его послали убить. Он гадал, что бы он сказал японцу.
  Он медленно вышел в другую комнату и уставился поверх письменных столов.
  - Это Такеки, иностранец, - снова сказал офицер.
  Курт с трудом сглотнул.
  Он пристально смотрел на Вариньку Савишну.
  
  ГЛАВА ПЯТАЯ
  
  Японский шпион
  
   МнеT потребовалось несколько секунд, чтобы Курт Рид оправился от удивления, но его молчание осталось незамеченным. Варинька Савишна вышла вперед, протягивая к нему руки и улыбаясь.
  “Мой дорогой Курт”, - сказала Варинька. “Я удивлена, но очень рада тебя видеть. Я надеюсь, что эти мои соотечественники не причинили вам никаких неудобств”.
  Она была выше японки и держалась с сознательной гордостью за свою красоту. Ее красивое широкое лицо улыбалось.
  Курт взял ее за руки. Он не мог поступить иначе. — Я не знал, что ты...
  - А какие новости ты привез мне с юга? - спросила она, перебивая его.
  Курт взглянул на японцев. Они посмотрели на него с подозрительной враждебностью. - В данный момент ничего особенного, Варинька.
   - Но, конечно, у тебя должно быть что-то, что ты проделал такой долгий путь, чтобы найти меня.
  “О да, возможно, вам было бы интересно узнать, что ... что Лин Ван ... Но тогда я чувствовал бы себя лучше, если бы мог поделиться этой информацией с вами конфиденциально”.
  “ Конечно. У меня машина на улице, и я живу недалеко отсюда. Ты, наверное, голоден и должен пойти со мной перекусить. Тогда мы сможем поговорить.
  Курт почувствовал свинцовую тишину в комнате. Ему стало очень неуютно. Он мог чувствовать мысли японца. Они совсем не были уверены в нем, эти ребята, и он знал, что они говорили себе, что будут не спускать с него глаз. Он почувствовал, как по спине пробежал холодок, когда солдат ударил винтовкой о стену. Карие глаза пронзили его. В комнате витали смерть и опасность.
  Варинька, казалось, этого не заметила. Ее подбитые мехом сапоги шуршали по твердому полу, когда она вела Курта к ожидавшей машине. Трое часовых с винтовками в руках вскочили на подножку. Курту показалось, что он арестован.
  Холодный ветер проносился над мертвыми коричневыми холмами, поднимая пыль во тьме. Калган был тих и без огней. Он беспокойно спал под пятой своего завоевателя из-за Желтого моря.
  Они подошли к небольшому загону и прошли через широкие ворота, которые с лязгом захлопнулись за ними. В этом звуке была какая-то завершенность, которая Курту не понравилась.
  Стражники упали на булыжники внутреннего двора. Курт огляделся и увидел, что этот дом, как и большинство китайских домов, был построен из трех отдельных хижин, каждая из которых служила своему назначению. Серые каменные стены напомнили ему тюрьму.
  Но обстановка комнаты, в которую его привели, противоречила внешнему виду. Стены были задрапированы тонкими шелками. По краю коричнево-черного ковра были разбросаны разноцветные подушки. В камине весело потрескивал огонь. Тяжелый запах русских благовоний, слишком сладкий, застрял у Курта в горле.
  Варинька сбросила пальто и отбросила шапку в сторону. Она села на подушку и оперлась левой рукой о пол, чтобы не упасть. Она улыбнулась Курту.
  Трое охранников были где-то снаружи, расхаживая взад-вперед, их шаги гулко стучали по камням.
  Вошла ама в черном платье, поклонилась, увидела, что у Вариньки гость, и быстро ушла. Через минуту она вернулась с превосходным виски и подносом с едой, который поставила на столешницу.
  Курт ел медленно, наблюдая за Варинкой и прислушиваясь к шагам охранника. Наконец он сказал: “Это гнилое дело”.
  Варинька пожала плечами. - Жить надо.
  “ Ты хочешь сказать, что ты шпион этих желтых дьяволов? Ты хочешь сказать, что готов помочь им захватить Китай. Не то чтобы меня волновало, что будет с Китаем, но, в конце концов, японцы ... ”
  - Жить надо, - сказала Варинька.
  — Но находиться под такой охраной...
  “ Эти охранники здесь, потому что японцы относятся к тебе с подозрением, Курт. У тебя здесь нет официального статуса. Она сделала паузу, как будто не желая говорить больше. Затем, бросив взгляд на маленькое окошко, она наклонилась ближе к нему и понизила голос: “Боюсь, они думают, что я ... Шпион никогда не может сказать, кто его друзья, а кто враги”.
  Он уловил проблеск страха в ее глазах, когда она это сказала, но выражение мгновенно исчезло.
  - Расскажи мне, что с тобой случилось, - попросила она, закуривая длинную сигарету.
  Курт фыркнул. “ Они подобрали меня после того, как ты вышел из дома. Я имею в виду людей Лин Вана. В Шанхае меня ждет признание Линь Вана, и если...
  От еды у него внезапно перехватило дыхание. Тогда он понял, что этот Такеки и Варинка были одним и тем же человеком. Его послали в Калган убить Варинку, и если он не убьет ее, то поплатится собственной жизнью. Но тогда, разве один из людей Яна не пытался убить его? Разве эти узы не были сняты? Но все же признание было в руках Лин Вана, и Лин Ван приказал это сделать.
  “ Что с тобой? - спросила вдруг Варинька. - Ты белый, как привидение! Она придвинулась к нему поближе. “Ты заболел?”
  -Нет... нет, нет.
  “ Тогда продолжай. Расскажи мне.
  Курт спрятал лицо за большим глотком виски. Ты не можешь сказать человеку, что тебя послали убить его.
  “Он отправил меня на Север, велел уезжать из Китая”, - сказал Курт.
  Она не поверила ему, но и не стала задавать вопросов. Она просто сказала: “Забавный поступок со стороны Линь Вана. Обычно он использует свой Отряд Смерти.
  “Но я был рад, что ты сбежал”, - сказал Курт, чувствуя себя очень неловко.
  “Не беспокойся обо мне,” ответила Варинька. “В том доме, в туземном городе, есть панель, потайная лестница и еще одна дверь”.
  - Хотя я все еще не могу разобраться со своим побегом.
  Варинька засмеялась над ним и обняла колени. “Я знал, что вас должны были отпустить с "Рангуна", и поэтому поставил сампан рядом с кораблем, чтобы вам не пришлось плыть к берегу. Вы, должно быть, ускользнули от людей, которых Линь Ван послал следить за вами, но мой человек подобрал вас и проследил до чайного домика. Я ждал там вас и моего посыльного. Мне нужен был хороший, сильный мужчина, которому я могла бы доверять, и я знала, что Линь Ван хотел тебя для той или иной цели. Я собиралась украсть у него его мужчину.
  - Зачем я тебе был нужен?
  “Я не доверяю китайцам, а тем более японцам. Я думал, что вы сможете помочь мне, и я знал, что смогу помочь вам. У меня была идея, что я смогу доказать вашу невиновность, а у вас была такая репутация бойца и лингвиста, что я счел позором распускать такой материал. И может быть ... может быть, я просто был добр. Я не знаю. Меня это позабавило.
  - Скажи мне, Курт, ты видел там Энн Карстен?
  - Ну да, конечно, - и по какой-то причине, которую он не мог определить, почувствовал, что краснеет.
  “ А, так ты все-таки познакомился с ней, да? Прекрасная женщина, не правда ли? Так молода, чтобы жить одной в родном городе. Должно быть, ты ей очень понравился, судя по тому, как ты выглядишь. Ей всегда нравятся моряки.
  “Подожди минутку”, - сказал Курт. “Я думаю, она отличный ребенок”.
  Варинька радостно засмеялась. - Значит, ты ее любишь, да?
  -Нет, конечно, нет.
  “ Почему ‘конечно, нет’ так грубо? Неужели это невозможно? Скажи мне, Курт, если бы тебе пришлось выбирать между нами, кого бы ты выбрал?
  Он снова покраснел. - Нечестный вопрос.
  “О, но это неважно. Энн Карстен переживает такие тяжелые времена. Ты знаешь, что ее отец умер в Шанхае шесть месяцев назад. Ты знал об этом? Говорили, что "Эскадрон смерти" имел к этому какое-то отношение. Карстен слишком интересовался китайской политикой ”.
  “ Бедный ребенок, ” сказал Курт. - Что случилось?
  “Ну, ее отец был принцем-торговцем, и он считал, что Линь Ван не должен нести такую большую ответственность. Он умер за это, вот и все. Линь Ван - дьявол”.
  Тут Курт с ней согласился. Он снова увидел ужасный кошмар - чешуйчатое лицо мужчины, покрытые грязью морщины, безвольно свисающие и стучащие руки, сгорбленную спину.
  Но упоминание о Линь Ванге пробудило в нем кое-что еще. Линь Ван держал либерти в своих трясущихся руках. Лин Ван послал Курта Рида в Калган убить некоего Такеки Отважного, который также был известен как Варинка Савишна.
  “ Ты очень заботливая, ” сказала Варинька. - Что случилось?
  Если японцы догадаются о его миссии там, Курт знал, что внезапная смерть будет самой легкой из судеб.
  Внезапно снаружи прогремел выстрел, разорвавший ночь. По булыжникам застучали ноги. Раздались пронзительные японские голоса.
  Одним движением Курт прижал Варинку спиной к стене и опрокинул лампу, погрузив комнату в темноту. Варинка ахнула. Курт почувствовал ее под своей рукой, и предательская мысль о том, что теперь он может легко убить ее, заставила его содрогнуться.
  Стекло вылетело из окна, и что-то с глухим стуком влетело в комнату. Прогремел еще один выстрел, а затем вернулись охранники, ругаясь. Курт осторожно пошарил по полу и обнаружил что-то, на ощупь похожее на гранату. Он поднял ее так, словно она была горячей и вот-вот взорвется. Потом он понял, что это был камень, обмотанный бумагой. Он встал на колени у стены и развернул простыню.
  На мгновение вспыхнул камин, отбросив огромную тень Курта на шелковые шторы. Варинка подползла к нему.
  В этой внезапной вспышке света Курт разглядел записку. Она была на английском и гласила:
  Мы ждем. Смерть там отменит смерть здесь.
  
  Курт скомкал записку в руке. Варинькины пальцы попытались дотянуться до нее, пальцы, которые неожиданно стали сильными. Курт вырвал записку и яростно швырнул ее в сторону камина.
  В дверь входили охранники.
  - Что случилось? - заорал японец.
  Варинка встала и приказала Курту подняться на ноги. Двое других охранников вошли, тяжело дыша. Они бежали.
  - Что ты нашла снаружи? - спросила Варинька.
  Охранник покачал головой. “Ничего. Мужчины забрались на крышу дома напротив и бросили что-то в ваше окно. Сюда что-нибудь попало? Они сбежали”.
  Варинка подняла камень и посмотрела на него. Бечевка, на которой была записка, все еще была там. Она долго смотрела на Курта.
  Оценив ситуацию, один из охранников огляделся перед камином. Он обнаружил записку, лежащую в футе от пламени. Он расстелил его у очага, опустившись там на колени, положив винтовку на пол рядом с собой.
  “Я не могу это прочесть”, - сказал он. “Это по-английски”.
  Варинька посмотрела на него и уже собиралась поднять. Откуда ни возьмись появился офицер и оттолкнул ее в сторону. Он бросил тонкий презрительный взгляд на Вариньку и взял записку.
  “Я могу это прочесть”, - сказал офицер. Он некоторое время просматривал письма, а затем прочитал их вслух.
  Целую минуту в комнате стояла тишина, а затем Варинка повернулась к Курту, сжав кулаки. “ Теперь я понимаю, ты, зверь. Я понимаю. Тебя послал сюда Линь Ван, чтобы убить меня. Ты хочешь убить меня! А снаружи капитан Янг ждет тебя, чтобы убедиться, что ты выполнишь свою работу. И если ты потерпишь неудачу, он убьет тебя!”
  Офицер прибавил в росте. Он медленно вытащил пистолет из кобуры и снял его с предохранителя. Его жесткие волосы торчали из-под кепки, как у разъяренной собаки.
  “ Нет, ” с горечью сказала Варинька. “ Нам незачем марать руки о таких, как он. Капитан Янг ждет, мистер Рейд. Он будет разочарован, если ты опоздаешь”.
  Курт посмотрел на дверь и черный квадрат, который она охватывала. Он начал отходить. Но Варинка не хотела так легко его отпускать. Она мгновенно оказалась рядом с ним. Она ударила его правой рукой, а затем оттолкнула от себя.
  “ Ты грязное животное! Убирайся! Убирайся!”
  Изумленный Курт развернулся на каблуках и вышел за дверь. Японский офицер рассмеялся у него за спиной. Охранники с надеждой подняли винтовки.
  Курт пошел через двор к воротам. Капитан Янг ждал. Капитан Янг однажды пытался убить его, и теперь...
  Он вошел в подъезд, мрачно глядя на темную, пустынную улицу. Из-за любого угла могла напасть смерть.
  Только тогда он заметил, что карман его куртки отвис. Он сунул руку внутрь и нащупал автоматический пистолет. Пораженный, он потрогал его, поворачивая перед лицом. Внезапно он понял. Он оглянулся на хижину.
  Это Варинька Савишна положила. Она не отослала его безоружным. Она заставила его уйти, потому что у японцев не оставалось никаких шансов.
  Он знал, стоя там и уже ожидая, что пули вонзятся ему в спину, что Варинька любит его и что он любит ее.
  
  ГЛАВА ШЕСТАЯ
  
  Добыча любого Человека
  
   К.АЛГАН, в два часа ночи, имел вид могилы. Темнота, несмотря на резкий ветер, дувший с гор, была липкой и унылой, как в ожидании смерти.
  Дома, квадратные на фоне посветлевшего неба, стояли полковыми рядами. Стены, скрывавшие частные сады от посторонних глаз, мрачно тянулись вдоль улицы.
  У Курта возникло ощущение, и вполне обоснованное, что за ним наблюдают. Он шел медленно, держась в самой глубокой тени. Осужденный под ножом палача знал, что приближается смерть, и откуда она придет, и в какой момент — но Курт не знал. Он мог только гадать и ждать удара грома и искр за следующей стеной. Он не думал, что когда-нибудь услышит выстрел или почувствует удар пули.
   Капитан Ян, в ярости против Линь Вана и Курта, неспособный выполнить возложенный на него долг, не совсем уверенный, кем именно может быть этот Такеки, готов умереть из мести. Гора плоти, несомненно, чувствовал, что Курт виноват во всем, что произошло здесь, в Калгане. Один из людей Линь Вана был уже мертв, его тело находилось во владении японцев. Янг дал Курту последний шанс, и, по мнению Янга, Курт потерпел неудачу.
  У Курта возникло чувство фаталистической беспомощности. Китайские боги были против него, и он ничего не мог сделать, чтобы выпутаться. Возможно, ему удалось бы пробиться наружу, но, зная, что японцы доберутся до него, если Янг этого не сделает, все, что он делал, было бесполезно.
  Он мог только подойти поближе к стене, молча ожидая и наблюдая за пороховым пламенем, которое ознаменовало бы его конец.
  Некоторое время он думал о Вариньке. Она была храбрым ребенком и могла навлечь на себя гнев японцев, когда дала ему шанс на свободу. Рано или поздно, если Курту удастся остаться в живых в течение ночи, подозрительные люди придут к выводу, что она не была откровенна с ними. Возможно, даже сейчас ее власть ослабевала. Он заметил, что по отношению к ней было проявлено мало вежливости. Охранники не столько охраняли ее жизнь, сколько охраняли ее саму.
  Тут Курт остановился, обливаясь потом от ужасного осознания. Если он доживет до ночи, японцы подумают, что он вышел на свободу с информацией, предназначенной для врага. Они не могли не думать об этом.
  Но если бы его нашли холодным и мертвым в уличной грязи, тогда у Вариньки, возможно, был бы шанс.
  Тут ему на помощь пришло чувство юмора. Он тихо и резко рассмеялся, прислонившись спиной к серой стене. Раньше он думал, что его собственная безопасность зависит от смерти Вариньки. А теперь жизнь Вариньки зависела от его собственной кончины. Судьба повернула все иначе.
  Энн Карстен подумала бы ... Тут он замолчал, гадая, что бы она подумала. Он ничего не значил для нее, но Энн Карстен постоянно возвращалась в его мысли. Она была красива, даже больше, чем Варинка. Из всех женщин, которых знал Курт, эти две казались ему самыми прекрасными, самыми желанными. Возможно, он действительно был высокого мнения о Вариньке, возможно, он даже любил ее, но жениться на белой русской женщине в Китае было немыслимо.
  Он снова рассмеялся, чувствуя легкое головокружение, его мысли были очень ясными. Вот он беспокоится об Анне Карстен и Варинке, когда ему не прожить и часа.
  Чего бы он только не отдал сейчас за шанс напасть на Лин Вана. Скрюченный, покрытый чешуей прокаженный принял Курта, совершенно верно. Но Лин Ван оказался неумным. Он не мог знать, что Курт знаком с человеком по имени Такеки. Линь Ван и не подозревал, что мужчина остановит свою смертоносную руку ради галантности, даже когда на кону была сама жизнь убийцы. Линь Ван, в своей извращенной жестокости, многого не знал.
  На мгновение Курт удивился собственной глупости. Теперь ему все было достаточно ясно. Он собирался умереть. Электрическая лампочка, прежде чем перегореть, вспыхивает внезапным, окончательным блеском.
   Курт знал, что причина, по которой Линь Ван отправил его сюда, в Калган, убить Такеки, была достаточно веской. Забавно, что Курт не подумал об этом раньше. Конечно. У Янга был приказ. Когда Такэки был мертв, Янг передал убийцу Такэки японцам, без риска для себя. Это упростило бы дело для Линь Вана. Убийцу Такэки не стали бы искать в Китае. Японцы слишком часто требовали огромных компенсаций за убийство одного из своих людей — и Варинка, безусловно, была таковой.
  И теперь, когда Курт отказался, Янг убьет его, поскольку он больше не нужен. Курт снова рассмеялся. Он был дураком. Признание ничего не значило. Курт все равно не выжил бы.
  Остановка в тени стены спасла ему жизнь.
  Из-за следующего угла донесся шорох тапочек по брусчатке.
  Отряд смерти устал ждать.
  Курт увидел, как от здания впереди отделилось черное пятно и начало спускаться к нему, пробираясь ощупью. В протянутой руке блеснуло что-то блестящее.
  Мужчина приближался медленно, шаг за шагом, не решаясь определить позицию Курта. Курт еще глубже погрузился в тень.
  Китаец приближался, дюйм за дюймом. Луч света из высокого окна упал на безмятежное лицо. Китаец пришел достаточно спокойно, не беспокоясь о своей миссии. Убивать стало второй натурой Отряда смерти.
  Курт вытащил пистолет и решил дать отпор. Где были остальные? Этот был один? Осмелился ли Курт рискнуть выстрелить?
  Зловещая тишина Калгана окутала улицу. За углом слегка завывал ветер. Звук автоматического затвора Курта прозвучал как удар кувалды.
  Китаец остановился, прислушиваясь, вглядываясь в темноту прищуренными глазами убийцы.
  
  Звук автоматического затвора Курта прозвучал как удар кувалды.
  Китаец остановился, прислушиваясь, вглядываясь в темноту прищуренными глазами убийцы.
  
  Курт поднял пистолет, вытянул его на полную длину руки. Тень закрыла углубление затвора. Курт осторожно сжал всю руку. Странно, насколько устойчивым он был. Он знал, что не может промахнуться.
  Пламя и искры взметнулись подобно вспышке молнии. Китаец вскрикнул, вскинул руки и, спотыкаясь, двинулся вперед. Его руки снова опустились, схватившись за грудь. Его собственный пистолет с грохотом упал на мостовую. Он споткнулся и растянулся, распластав руки.
  Из-за угла донесся крик. Двое мужчин выскочили в поле зрения и побежали к нам. Курт бросился прочь, но потом понял, что из его тени получится слишком хорошая мишень.
  Курт развернулся и вскочил на верх стены. В цемент были вделаны осколки стекла, чтобы отпугнуть грабителей. Руки Курта были изодраны в скользкое месиво.
  Но он не думал о боли. Он качнулся. Внизу прогрохотала пушка, когда он на мгновение присел наверху, вырисовываясь силуэтом на фоне неба.
  Он спрыгнул в сад и пробрался сквозь ряд кустов у стены. Перед ним поблескивала вода. Он обошел его, споткнулся о шатающийся камень и какое-то время ползал по гравию на четвереньках.
  Отряд смерти нашел заднюю дверь. Они уже колотили в нее своими мускулистыми плечами. Единственной мыслью Курта было перебраться через сад и через другую стену.
  Он услышал треск дерева и понял, что задняя калитка поддалась. Он пробрался через цветочную клумбу и перешагнул через другую лужу. Перед ним, едва различимый, на него мудро смотрел одноногий железный аист. Справа от него, казалось, подпрыгивала металлическая черепаха. Но это был всего лишь плеск воды.
  Курт добрался до другой стены. Ноги в стремительном бегстве скрежетали по гравию дорожки. С единственной мыслью — убраться подальше — Курт попытался перелезть через стену.
  Тогда он поднял глаза, и сердце его упало. Это была вовсе не стена, а стена дома. Никуда не деться.
  Мужчины барахтались в луже и выбрались на берег. Курт повернулся к ним лицом.
  Китайцы казались огромными на фоне светло-серой дальней стены. Но, казалось, у них не было ни лиц, ни рук, только руки. Они были огромными тенями, ожившими без разума, с одним лишь желанием убивать. Они знали, что должны действовать быстро. Японская охрана скоро прибудет, чтобы обнаружить место стрельбы.
  Прижавшись спиной к холодному камню, Курт поднял пистолет и выстрелил.
  Шедшая впереди тень упала и, спотыкаясь, попятилась назад, плюхнувшись в бассейн рядом с железным аистом.
  Курт поспешно отошел в сторону. Ответный выстрел просвистел от камня рядом с его головой.
  Низко пригнувшись, придерживая пистолет рукой, Курт прицелился в другого китайца слева. Мужчина и двое его товарищей дрогнули. Это было все, чего хотел Курт. Пока он был в темноте, остальные почувствовали облегчение, осознавали они это или нет, на фоне более светлой серой стены.
  Цель Курта отскочила в сторону, вскрикнув и споткнувшись. Двое его товарищей поспешно сменили позицию и начали приближаться к человеку, которого они едва могли разглядеть.
  Рядом с рукой Курта полетели каменные обломки. Он сменил позу. Один из китайцев был почти рядом с ним. Курт выпрыгнул, прямо в лицо парню. Курт упер дульную защелку глубоко в податливый живот и нажал на спусковой крючок. Выстрел прозвучал глухо.
  Плечо Курта пронзила вспышка боли. Он увернулся, унося с собой нож, вонзившийся в его плоть. С ревом последний китаец бросился на жертву Линь Вана.
  Они с грохотом рухнули в кустарник, китаец оказался сверху. Курт, от гнева у которого перед лицом плясали красные шары, почувствовал, что обнимает когтистого тигра. Курт сильно пнул его обеими ногами. Пальцы нащупали его горло. Пистолет Курта исчез.
  Он смутно осознал, что в его плечо уперлось что-то раскаленное добела. Нож мужчины.
  Курт откатился в сторону, сопротивляясь. Пальцы глубоко вонзились в его трахею. Звезды над ним начали бешено вращаться. Его грудь горела от нехватки воздуха.
  Он потянулся через руки китайца к своему плечу, пытаясь собраться с мыслями, заставляя себя сделать это. Огромным усилием Курт ухватился за рукоять ножа и вытащил оружие из собственной плоти.
  Он снова изогнулся, пытаясь высвободить пространство для рук. Он занес нож высоко над спиной противника и опустил его. Он вытащил его и опустил во второй раз. Лезвие не двигалось.
  На несколько секунд мир погрузился во тьму, а затем пальцы разжались. Хрипя горлом, китаец рухнул на человека, которого он чуть не убил.
  Несколько секунд Курт лежал, втягивая драгоценный воздух. Он никогда раньше не знал, как хорошо просто дышать. Но немного погодя он собрался с силами и оттолкнул тело от себя. Китаец был похож на грузное дерево, уже окоченевшее.
  Курт поднялся на ноги и нащупал свой пистолет. Он не смог найти тот, что ему дали. Вместо него он взял кольт .45 который выпал из руки второго человека, которого он убил.
  Он прошел через сад к разбитым воротам, останавливался возле каждого тела, ища Янг.
  Но Янга там не было. Янг был все еще жив, все еще ожидая убийства.
  С улицы донесся топот бегущих людей. Лязгнуло оборудование. Японские охранники направлялись выяснить причину стрельбы. Курт знал, что от их рук его ждет смерть.
  Он сбежал вниз по стене и нашел другие ворота. Крики эхом разносились по саду. Курт повозился с замком и, наконец, открыл его. Он выскользнул в переулок и тихо спустился по нему на другую улицу.
  Со стороны сада доносились крики стражников. Скоро весь Калган будет обыскан. Курту стало интересно, поймут ли они, кто там сражался и почему. Но тому, кто это сделал, пришлось бы нелегко в японском суде.
  Курт все еще злился. Он не думал о своих порезанных руках и разбитом плече. Он чувствовал, что мог бы побить всю японскую армию выстрелом из пневматического ружья и что если бы он встретил Линь Вана в окружении всей своей охраны, ему было бы легко сбить этого человека с ног.
  Долгое время помощник капитана метался из стороны в сторону от беспокойства и противоречивых намерений. Но теперь он сошел с ума. Ему было все равно, что с ним случится. Он вышел, чтобы сравнять счет, и если он продолжит в том же духе, что и начал, ничто, кроме обезглавливания, не остановит его.
  Он важно вышел на середину улицы. Его лицо, обычно такое красивое, было искажено жестокой гримасой. Его походка напоминала морскую качку, и он держал пистолет на виду. Он был сумасшедшим, и знал это, и ему было все равно.
  Помощник капитана, герой многих драк в барах и морских сражениях, вступал в свои права: быстрые действия.
  Он направился прямо к дому Вариньки. К черту охрану! Варинька была в опасности. Он знал это, не задумываясь. Он не мог ее подвести. Без этого автомата он был бы легкой жертвой для Отряда смерти.
  Он подошел к ее воротам, откинул железную створку и высокомерно шагнул внутрь, готовый сразить первого попавшегося врага, невзирая на штыки.
  То, что двор был пуст, потрясло его. Он направился прямо к хижине, ожидая вызова, которого не последовало. Он нерешительно остановился перед дверью, оглядываясь по сторонам.
  Здесь что-то произошло. Что-то было не так.
  Он ударил ногой по панели и вошел в комнату. Камин догорел до пульсирующей красной горки углей. В комнате царили глубокие тени. Лампа все еще была опрокинута, растекая бобовое масло по восточному черно-коричневому ковру.
  До Курта донесся звук рыдания. Он мгновенно почувствовал себя лучше. Может быть, Варинька все еще здесь. Возможно. . .
  Что-то шевельнулось в углу. Он шагнул туда и увидел Варинькину аму, съежившуюся за портьерой. Испытывая отвращение, он вытащил ее наружу и на китайском языке, похожем на пулеметную дробь, потребовал новостей о русской девушке.
  “ Они забирают ее. Они арестовывают ее. Я ничего не знаю.
  Варинку арестовали? Значит, он был прав. Его собственное освобождение, скорее всего, привело к ее смерти. Японцы недолго допрашивали жертву. Японцы, скорее всего, провели бы суд после расстрела.
  Варинку арестовали, и Курт знал, что она умрет. На мгновение он почувствовал беспомощную тошноту, а затем, подняв кольт 45-го калибра, вышел во двор и быстро направился к японскому штабу. . . .
  
  ГЛАВА СЕДЬМАЯ
  
  Приговорен к смертной казни
  
   THE Здание не проливало много света. Оно отбрасывало тени на холодные стены и создавало ощущение угрозы. Из двух окон на улицу выбрасывались желтые струи. Курт услышал, как за карнизом завывает ветер.
  Изнутри доносились голоса японцев, мурлыкающие, уверенные голоса. Снаружи стояла машина, ее водитель устало склонился над рулем. За машиной ехал грузовик, но в кабине никого не было.
  Курт подошел как можно ближе к окну. Стоя на расшатанной брусчатке, он мог заглядывать внутрь, оставаясь незамеченным сам.
  Варинька стояла перед группой мужчин, лениво сидевших в креслах. Их фуражки и красные повязки указывали на то, что они офицеры, а на их лицах читалось безжалостное высокомерие, которое усиливалось из-за их черных, щетинистых волос. Двое из них курили сигареты, которые держали перед своими острыми лицами перепачканными никотином пальцами. По комнате были расставлены охранники с примкнутыми штыками.
  Они допрашивали Вариньку по-японски, и их тон был отвратительным, показывая, что ее вина была предрешена заранее. Но они судили ее не за то, о чем подумал Курт.
  Широкое лицо Вариньки не выражало страха. Слегка раскосые глаза смотрели презрительно. Высокие скулы были пунцовыми от гнева. Она выглядела царственно — львица, загнанная шакалами.
  - Неправда то, что ты говоришь, - сказала Варинька.
  Маленький костлявый офицер хихикнул. “Такэки хорошо бы сыграл в Не драме, сайо?”
  Парень с ожесточенным лицом и глазами черными, как преисподняя, очевидно, высокопоставленный якунин, вероятно, тайсе, заставил костлявого замолчать хмурым взглядом.
   - Ты уже дважды солгал, Такеки. Вы сказали нам, что это была какая-то интрига, которую вы планировали. Офицеры поверили вам, я — нет. Теперь они видят, что мне следовало быть более решительным в своем осуждении ”.
   - Ба, - холодно сказала Варинка, - ты ненавидишь меня, тайсе, потому что я не хотела иметь ничего общего ни с тобой, ни с кем-либо из твоих офицеров. Вы ненавидите меня, все вы, потому что у меня было слишком много власти.
   The Тайсе жестоко улыбнулся. “На этот раз тебе не сбежать. Сегодня днем я получил письмо из Шанхая. Кое-что из того, что вы сообщили нам, было ложью, и вы знаете, что это была ложь. Ваши собственные люди там, при надлежащем принуждении, раскрыли мистификацию. ” Он вытащил из кармана листок бумаги и передал его остальным.
  - Человек во всем признается под пыткой, - сказала Варинька.
  “ Возможно, но есть кое-что еще. Сегодня вечером ты позволил мужчине сбежать от нас под благовидным предлогом. Тамошние тайчо не остановили его, потому что ваш авторитет был выше, чем у тайчо. Этот человек, Такеки,, несомненно, ваш партнер. Вы работаете на Шиналин, а любой, кто работает на китайцев, является врагом Японии, следовательно, предателем”.
  - Но это ничего не доказывает. - сказала Варинька.
  Офицеры переглянулись, улыбаясь, как улыбаются мужчины, когда у них есть еще не сыгранный туз. Они оглянулись на Вариньку. Она стояла прямо и непоколебимо. Голубая туника с высоким воротом оттеняла блеск ее желтых волос. Но они ничего не замечали в ее красоте. Не сейчас.
   “Сегодня ночью было убито много людей”, - сказал тайсе. “И это только что привезли с места происшествия”.
  Мужчина достал из кармана автоматический пистолет, который она подарила Курту, и показал ей.
   - Номер этого пистолета, - сказал тайсе, -совпадает с номером, выданным вам. Это ваш пистолет. Каким-то образом вы передали его иностранцу. Последним доказательством, Такеки, является то, что убитые люди были членами Отряда смерти Линь Вана. Их документы раскрыли это для нас. Каких еще доказательств ты можешь желать?
  Головы мотались из стороны в сторону. С видом завершенности сигареты были брошены на пол и растерты ботинками.
   “Приговор, Такеки, - смертная казнь. Из казарм высылается расстрельная команда. Тайчо Симадзу, отведи эту женщину к Стене. Верни ее голову, чтобы не было никаких уловок. Вот и все.
  Выражение лица Вариньки не изменилось. Она без страха встретила их взгляды.
  С улицы донесся лязг и размеренная поступь марширующих людей. Звук прекратился, и японец забрался в грузовик. Двое мужчин подошли к Варинке и взяли ее за руки, Тайчо Симадзу пролаял команду и вышел через вход, сопровождаемый своей пленницей.
   - Сайонара, Такеки, - сказал тайсе. “Прощай. Я буду беречь твою голову”.
  Варинька не оглянулась. Охранники втолкнули ее в машину и сели по обе стороны. Тайчо Симадзу занял свое место на одном из промежуточных сидений.
  - Поехали! - рявкнул Симадзу силуэту водителя.
  Машина тронулась. Варинька держала голову прямо, не обращая внимания на руки, которые крепко держали ее.
  Занимался ранний рассвет. Мир был холодным и тонким, как будто виделся сквозь тяжелую марлю. Жемчужные стрелы востока не доходили далеко до улиц Калгана.
  Когда стало светлее, китайцы и монголы на улицах обернулись, чтобы посмотреть на туристическую машину, за которой следовал грузовик, полный солдат. Зрелище было не из новых. Очевидно, это была вечеринка по поводу казни. Какая-то несчастная душа собиралась добавить свою смерть к длинному списку тех, кто заплатил за победу.
  Варинька смотрела прямо перед собой, ей было зябко в своей шелковой тунике, которая слегка развевалась на резком ветру.
  “ Водитель, ” сказал Симадзу, наклоняясь вперед, “ это не дорога к стене. Вы едете слишком быстро.
  Курт торжествующе улыбнулся. Он вырубил водителя и спрятал его тело за стеной штаба. В темноте, когда тем, кто находился сзади, была видна только его украденная военная фуражка, он легко избежал обнаружения.
  Он ударил по тормозам и быстро развернулся, направив посиневший ствол 45-го калибра в сторону троих.
   - Тоби-дасу! - крикнул Курт. “ Выпрыгивай! Все вы!”
  Варинька издала тихий возглас облегчения и удивления. Две винтовки со штыками качнулись вперед. Солдаты будут защищать себя и своего пленника любой ценой. Курт увидел блеск стали.
  Капитан схватился за свой собственный автоматический пистолет, не боясь смерти. Курт уловил три отдельных движения и понял, что не сможет стрелять достаточно быстро. Один из этих троих доберется до него.
  Но Варинька была не просто зрительницей. Быстрым движением она протянула обе руки и схватила винтовки за стволы, держа их поднятыми до того момента, пока это было необходимо.
  Сверкнул пистолет тайчо. Курт выстрелил в упор. Курт встал на дыбы, когда капитан завалился набок, и схватил тело за плечо. Быстрым ударом он отправил тайчо через дверь наружу.
  Дымящееся дуло 45-го калибра накрыло двух других японцев. Они выпустили свои пистолеты, как будто те раскалились добела. Варинька бросила оружие на пол машины.
   -Тоби-дасу!-снова закричал Курт.
  Оба солдата отскочили от Вариньки и стремительно бросились наутек.
  Грузовик приближался, и солдаты, находившиеся там, уже увидели мертвое тело капитана на земле. Винтовочная пуля пробила заднее стекло и проделала сверкающую дыру в лобовом стекле.
  Курт включил передачу и нажал на акселератор. Туристический автомобиль дернулся и набрал скорость. Варинка низко пригнулась. Пуля разорвала коробку у нее над головой.
  - На юг! - крикнула Варинька.
  Курт резко повернул машину за угол и помчался по неровной дороге. Перед ними были ворота. Двое охранников, увидев погоню за грузовиком, вышли с наведенными винтовками прямо перед машиной.
  Курт крутанул руль вправо и влево. Японец отпрыгнул в сторону. Машина пронеслась сквозь башни-близнецы и с ревом помчалась по извилистой дороге в сам Китай.
  Варинка перелезла через спинку переднего сиденья и устроилась рядом с Куртом. Она улыбнулась ему.
  Он ожидал какой-нибудь похвалы и был готов отмахнуться от нее. Но она сказала: “Я не думаю, что Энн Карстен могла бы это сделать. Я хочу поймать оружие до того, как оно выстрелит.
  Курт пронзил ее взглядом черных глаз: “Зачем упоминать о ней?”
  Варинька улыбнулась и сложила руки на коленях. Она сидела совершенно непринужденно, хотя машина неслась по извилистому склону со скоростью шестидесяти миль в час.
  - Я думала, - сказала Варинька, - что ты ее любишь.
  - Черт возьми, нет, - сказал Курт.
  Она выглядела разочарованной. - Но она мой друг.
  Ничего о том, как он туда попал, ничего о том, что они будут делать или куда пойдут. Курт фыркнул. Варинька сидела и травила его разговорами о любви.
  Сквозь дыру в лобовом стекле завывал ветер. Взревел мотор. Повозки и стада верблюдов съехали с дороги, освобождая дорогу джаггернауту. Теперь мир полностью проснулся и занялся своими делами. Утреннее солнце пожелтело равнину, которая простиралась от холмов вглубь Китая.
  Грузовик остался далеко позади, затерявшись в пыли, слишком медленный, чтобы поспевать за мастерским вождением Курта и двигателем Western Touring Car.
  Они ехали полчаса, а потом Варинька приподнялась и посмотрела им вслед.
  “ Они уже ушли. Повезло, да? Ты можешь свернуть на следующей дороге и ехать на восток.
  “ На восток? Это приведет нас обратно на японскую территорию.
  “ Тебе надо ехать на восток, ” сказала Варинька. - У меня дела.
  - Послушай, разве тебе не достаточно?
  “ О нет. Я никогда не должен оставлять незаконченные дела. Направляйся на восток.
  Неохотно Курт свернул на дорогу, которая была намного хуже той, которую он покинул. Он начинал думать, что Варинька сошла с ума.
  Ему показалось, что он понял это, когда дорога повернула немного на северо-восток. Он был уверен, что они наткнутся на японские войска и сообщение об этом будет передано по телеграфу. Теперь спасения не будет.
  Но он не хотел спорить с девушкой. Он слишком уважал ее.
  Они подошли к другому перекрестку и подошли к разрушенной каменной башне, основание которой было усыпано камнями. Увядшие лианы сиротливо цеплялись за потрескавшееся строение.
  - Остановись здесь и поставь машину за этим местом, - сказала Варинька.
  “ Остановись здесь? Какого дьявола тебе нужно? Что ты собираешься делать?
  “О, я думаю, очень скоро какой-нибудь японец проедет по этой другой дороге на машине, направляясь на восток. Насколько хорошо ты обращаешься с винтовкой, мой Курт?
  - Достаточно хорошо.
  “ Тогда возьми один из них и иди за ту стену, а когда придут японцы, мы посмотрим. После этого мы отправимся дальше на восток, к некоему заброшенному форту.
  Курт знал, что спорить с ней бесполезно. Он припарковал машину, взял одну из винтовок со штыком и вышел. По другой дороге уже поднималась пыль.
  - Они идут, - сказала Варинька с кошачьей улыбкой.
  
  ГЛАВА ВОСЬМАЯ
  
  Линь Ван
  
   КУРТ просунул винтовку в бойницу и снял с предохранителя. Варинька стояла рядом с ним с другим оружием.
  “Я целюсь в шины”, - сказала Варинька. “Ты целись в водителя. И не дай им проехать!”
  Курт, хотя и не понял этого движения, был вполне готов починить любое количество японцев. Машина ехала прямо на них. Дорога огибала старую башню, как воловье ярмо.
  Варинка выстрелила и выбросила дымящийся патрон. Курт прицелился в основание лобового стекла. Его первый и Варинькин второй взрывы прозвучали как один.
  Машина резко дернулась. Пара рук горчичного цвета была раскинута в стороны. Пыль и движение размыли сцену. Машина, казалось, споткнулась сама о себя. Она заскользила боком к канаве, ударилась о насыпь и перевернулась, раскатываясь, разбрасывая людей по склону.
  Курт выбежал наружу и оказался на вершине насыпи прежде, чем кто-либо из выпавших пассажиров успел пошевелиться. Мужчин было пятеро, все японцы.
  Но подождите! Человек-гора медленно поднимался на ноги. Он повернулся и посмотрел вверх, а затем проревел проклятие. Капитан Ян Чиу запустил непослушные пальцы в карман кителя в поисках пистолета.
  Опустившись на одно колено, Курт навел винтовку и прицелился в боевой прицел. Он выстрелил Янгу в грудь. Янг взревел и, размахивая пистолетом, побежал вверх по склону.
  Курт выстрелил во второй раз и передернул затвор. Янг все еще наступал, его плоское лицо было искажено ненавистью.
  В третий раз Курт послал пулю в атакующее тело, но с таким же успехом он мог стрелять по камням. Янга было не остановить. Охваченный внезапным чувством паники, Курт послал четвертую и пятую пули в возвышающуюся громаду.
  Янг был в ярде от него. Янг готовился к стрельбе, а магазин Курта был пуст.
  Размахивая винтовкой над головой, как дубинкой, Курт вскочил. Автоматический пистолет полыхнул ему в лицо, обдав его горящими крупинками пороха.
  Курт увернулся. Он потерял равновесие и падал. Янг с громким криком нажал на дуло автомата для государственного удара. Курт вскрикнул и откатился в сторону, но от этого намордника было никуда не деться.
  Внезапно Янг сложился пополам. Его огромное тело оцепенело рухнуло в пыль, подняв клубящееся облако. Его пальцы вцепились в землю. На его лице появилось выражение удивления.
  Повернувшись, Курт увидел, что Варинка держит трех живых японцев неподвижно, угрожая им винтовкой. Ее лицо было очень напряженным. Она ни на мгновение не осмеливалась отвлечь свое внимание от этих вооруженных людей.
  Курт оглянулся на Янга. Мужчина был изрешечен. Каждая пуля прошла сквозь человека-гору, три попали в жизненно важные точки. Но огромная жизненная сила китайского капитана до последнего презирала закованный в кольчугу кулак смерти. Обычный человек упал бы под первой же пулей.
  - Свяжи их, - сказала Варинька.
  Курт нашел веревки и ремни и уложил троих японцев аккуратным рядком рядом с их машиной для курения. Закончив, он увидел, что Варинька выудила из-под обломков черную сумку и теперь торжествующе держала ее в руках.
  “Пойдем, ” сказала Варинька, “ я думаю, что, возможно, мы проделали здесь хорошую работу”. Она на мгновение задумалась, а затем сказала: “Подожди. Я думаю, вам лучше взять офицерские сапоги, плащ и фуражку.
  Курт подчинился без вопросов. Он снял свои ботинки, заправил брюки в сапоги, надел плащ и шапочку с красной лентой. - И что теперь?
  “ У меня есть кое-что, чего они не знают, ” сказала Варинька. Она вытащила из-за пазухи телеграфный бланк и показала ему. “Линь Ван ждет нас. Копию принес мне один из моих людей. Пойдем, нам пора. Было бы преступлением заставлять Линь Вана ждать”.
  У Курта появилось какое-то смутное представление о том, что все это значит. Он скользнул за руль и легким шагом поехал по ухабистой, пустынной дороге, по-прежнему направляясь на восток.
  Варинька стянула с талии толстый пояс. - Когда мы пройдем немного, ты снова остановишься.
  Он остановился, и она показала ему, что у нее на поясе спрятаны пузырьки с красителем — частью шпионского снаряжения. Она заставила его натереть им лицо и руки. Она закрепила маленькую резинку у него за ушами, которая приподняла уголки его глаз, придав им раскосый вид.
  Когда она сделала из него презентабельного японского офицера, она забралась на заднее сиденье и легла, накрывшись халатом.
  “ Меня разыскивают. Вы штабной офицер. Езжай дальше, мой Курт, и я расскажу тебе, когда мы доберемся до Линь Вана.
  Весь тот день они пробирались вдоль подножия холмов, которые окаймляли Китай с севера. Они огибали японскую территорию, но японцы, очевидно, ожидали, что они направятся вглубь Китая и найдут там убежище. Они не встретили никаких войск, только туполицых китайцев и монголов, которые были заинтересованы только в том, чтобы заниматься своими делами на этой охваченной бандитами, истерзанной войной земле.
  Нервы Курта были на пределе, но Варинка, казалось, не возражала. Тугая лента на голове делала его глаза умными, но с этим ничего нельзя было поделать. Когда, наконец, наступили сумерки, он был очень рад остановиться.
  “Мы почти пришли”, - сказала Варинька. “Здесь справа есть старый, заброшенный монастырь. Видишь его?”
  Курт так и сделал. Покореженные руины, раскинувшиеся в сумерках на склоне холма, выглядели уныло. Он кивнул.
  План короткий. Линь Ван должен умереть. Мы не можем убить его среди его войск, это невозможно. Ты должен отправиться к Линь Вану — опасно, я знаю, но необходимо — и сказать ему, что капитан Ян и тайсе из японцев ожидают переговоров в этом монастыре. Если капитан Ян должен быть там, то Линь Ван не заподозрит заговора и придет. Пусть он приведет трех или четырех солдат, если захочет. Скажи ему, что тайсе боится, что его увидят идущим к Линь Вану.
  “Линь Ван понимает, что это, должно быть, секретное дело, и он будет последним, кто будет настаивать на многочисленной охране. Он с радостью придет, и тогда ... Я полагаю, вы назовете это убийством.
  “Я буду очень рад увидеть его мертвым”, - сказал Курт.
  “ Ты следуй за ними. Когда они придут сюда, ты возьмешь охрану. Я позову Линь Вана. Его штаб-квартира примерно в двух милях вниз по дороге. Подожди немного, пока я установлю ловушку. Веди его прямо по этой дороге к этому входу, затем оставайся позади.
  “Значит... - сказал Курт, - Линь Ван продался японцам!”
  “ Верно. Он предатель Китая и нуждается в убийстве ради безопасности страны. Он продает поддержку своего полка Японии за деньги, которые находятся в этом черном мешке. Вот оно, в чем дело”.
  - И вы не японский шпион? - спросил я.
  “ Нет. Я сторонник Китая. И мой последний долг - убить Линь Вана. Иди.
  Курт пожал ей руку и обнаружил, что она немного дрожит. Она прижалась к нему, и он поцеловал ее. Она оттолкнула его в сторону штаб-квартиры Линь Вана.
  Он не торопился уходить, дожидаясь окончания ужина, позволяя Варинке расставить свою ловушку. Он припарковал машину за монастырем, готовый к немедленному бегству.
  Однажды он услышал какое-то осторожное движение позади себя, но ничего не смог разглядеть. Когда темнота полностью сгустилась, он изменил курс и ушел далеко вправо от дороги. То, что он, возможно, шел на смерть, его не беспокоило. Он слишком восхищался храбростью Вариньки. Перехитрить целую страну и заслужить себе имя Такеки, Отважной!
  Когда он подошел к древнему форту, то увидел, что у входа стояла охрана, одетая в серое и очень бдительная. Но других солдат поблизости не было.
  Долгое время, почти час, Курт оставался в тени. Он хотел убедиться, что эти двое охранников были единственными людьми снаружи на случай, если возникнет необходимость в поспешном бегстве.
  Он уже собирался спуститься вниз и сообщить о себе, когда по дороге появилась небольшая группа людей. Двое солдат тащили третьего человека, но с такого расстояния Курт не мог разглядеть, кто это был.
  Они пришли с направления, противоположного тому, по которому пошел Курт, развеяв его опасения, что это могла быть Варинка. Все трое прошли мимо охранников, и дверь с лязгом захлопнулась за ними.
  Курт поплотнее запахнул плащ и целеустремленным шагом приблизился к двум охранникам. Его сердце бешено колотилось о ребра, но он никак не показал этого на лице. Он знал, что был слишком высок для японца, но, с другой стороны, некоторые японцы были высокими.
  Охранники наставили на него винтовки. Он поджарил свою китайскую тарелку. “Я Тайчо Симадзу, хочу встретиться с генералом Линь Ваном по делу”.
  Тут они увидели его фуражку и красную ленту и опустили ружья. Один из них сказал: “Он ждет вас, капитан”.
  Это было достаточно просто. Но, возможно, выбраться было бы совсем другим делом. Курт пинком открыл и захлопнул дверь и, по какой-то причине, подумал, что запереть ее было бы хорошей идеей. Он молча опустил цепи на место. Мгновение спустя снаружи послышался рев мотора и визг тормозов. Это озадачило его, но поворачивать назад было слишком поздно. Если бы это был японский офицер ...
  Он пошел дальше по длинному, тускло освещенному коридору, стуча каблуками ботинок и отдаваясь эхом в пустоте. Он толкнул другую дверь.
  Линь Ван сидел в луже желтого света, по бокам от него стояли двое часовых. Остальная часть комнаты была погружена в полумрак. Огромные тени метались по стенам, словно ползущие монстры, готовые наброситься. Линь Ван смотрел сквозь пламя свечи на двух солдат и пленного.
  На Курта никто не обратил внимания. Что-то было знакомое в заключенном. Каштановые волосы, стройные плечи. Военный плащ спадал с шеи. Волосы были растрепаны.
  Курт чуть не вскрикнул. Он подавил этот звук и привалился к двери. Заключенной была Энн Карстен!
  Линь Ван говорил по-английски. Его руки дрожали перед перекошенным лицом. Черные пещеры пересекали его чешуйчатый лик и придавали ему дьявольское выражение. Его глаза были прищурены и превратились в черные точки, в шафрановом свете выделявшиеся грязно-голубыми крапинками. Когда он заговорил, на стол посыпался небольшой дождик чешуек.
  “Я давно хотела тебя увидеть”, - сказала Лин Ван Анне Карстен. “Однажды я увидела тебя выходящей из бального зала. Ты посмотрела на меня, содрогнулась и сказала своей спутнице, что я отвратительна. О, я знаю, что ты чувствовала. Ты красивая женщина. Ты мог бы выбирать людей по своему усмотрению, но теперь выбор за мной. Сегодня вечером я покидаю Китай. Как только некий посланец...
  Энн вздрогнула, и рваный плащ зашуршал по полу. Она была очень бледна, но вздернула подбородок и холодно посмотрела на Линь Вана.
  Ее голос был хриплым. “ Сегодня вечером ты покидаешь Китай. Но я не поеду с тобой. Делай что хочешь, Лин Ван. У меня есть способы покинуть этот мир. В ожерелье на моей шее ... ” Она сжала его. - У меня есть быстродействующий яд. Она сняла крышку. “Одно движение, и он рухнет”.
  Она заговорила слишком рано. Солдат рядом с ней выхватил его у нее из рук. Порванная золотая цепочка мелодично зазвенела по полу.
  Тут Лин Ван увидел Курта. Он выжидающе поднял глаза. “ Прошу прощения, капитан. Но небольшая побочная игра. Она прекрасна, вы не находите? Он говорил по-японски, из вежливости.
   - Кирей на, - сказал Курт. - Она действительно красива, если тебе нравятся белые женщины. Но сейчас не время говорить о женщинах. Он почувствовал, как у него на ладонях выступил холодный пот. Энн Карстен ошеломленно посмотрела на него, не узнавая. После того первого взгляда он не осмеливался взглянуть на Энн.
  “ У тебя есть деньги? ” спросил Линь Ван. “Где находится тайсе?”
  “ Он ждет тебя. Он побоялся подойти к тебе напрямую. Я отведу тебя к нему.
  “Очень хорошо, но вот, сядь вон в то кресло и выпей бокал сакэ. Я пью сакэ, теперь, когда я собираюсь стать стопроцентным японцем”. Он рассмеялся своей шутке, и его пальцы застучали друг о друга, как танцующий скелет. Его сгорбленная спина затряслась.
   - У нас мало времени, тайсе.
  “Не будь таким нетерпеливым”, - раздраженно ответил Линь Ван. “Если я уйду сейчас, эта женщина может покончить с собой до моего возвращения”.
  Курт выбрал стул в тени и поплотнее закутался в плащ. Солдат протянул ему стакан с горячей красной жидкостью.
  Линь Ван снова посмотрел на Энн. Он облизал свои шелушащиеся губы. “Пойдем, не стоит терять время. Тебя привели сюда мои люди. Никто никогда не узнает, куда ты делся. С таким же успехом вы могли бы ... - Он встал и вышел вперед, тяжело ступая одной ногой по полу, ухватившись за край стола и сильно наклонившись вправо.
  Винтовки и солдаты. Охрана снаружи. Курт сидел очень тихо. От выпитого у него перехватило дыхание. Он снова смотрел на Энн. Она стояла не при очень хорошем освещении, и он не мог ясно разглядеть ее лицо. Что-то было в ней странно неправильным, что-то, чего Курт не мог понять.
  Винтовки и солдаты. Рука Курта небрежно скользнула к бедру и коснулась приклада своего пистолета 45-го калибра. Это была верная смерть, но ... Конечно, он не мог так поступить и бросить Вариньку в беде. Он снова столкнулся с двумя женщинами.
  Линь Ван протянул свою странную безжизненную руку и погладил Энн по щеке. Она попыталась вырваться, но двое солдат крепко держали ее. Мужчины в комнате ухмылялись.
  “ И ты сказал, что я отвратителен. О, но ты сказал. И если ты этого не сказал, я увидел это в твоих глазах. Это есть и сейчас. Ты считаешь меня уродливой, но я могу быть очень приятной. Очень приятной”.
  Он отвел прядь ее волос и погладил ее. Он придвинулся немного ближе, глядя на нее, склонив голову набок, посмеиваясь. Курт вспомнил ногти Боннера. . . .
  В комнате было что-то еще, чего, по мнению Курта, здесь быть не должно. Он беспокойно огляделся. У двери стояла черная сумка. Лин Ван посмотрела мимо Энн. Он также увидел сумку.
  “ И что же ты нам там принесла, моя красавица? ” спросил Линь Ван. Он ткнул пальцем в сторону сумки, и солдат наклонился и поднял ее. Линь Ван улыбнулась Энн. “Не будь нетерпеливой. Сначала мы должны привести все в порядок”.
  Курт замер. У него закружилась голова.
  Тут Линь Ван забыл о сумке. Он протянул руку и взялся за край плаща Анны. Быстрым рывком он сорвал его с нее и швырнул на пол. На Энн была синяя туника, сильно порванная у ворота.
  Линь Ван снова усмехнулся. Солдат открыл сумку. “ Деньги! Японские иены! - закричал солдат.
  Линь Ван уставился в сумку, а затем с ревом развернулся и уставился на Курта. Деньги были там - и все же офицер приехал, чтобы отвести его на конференцию и передать ему деньги. Ум Линь Вана хорошо сработал над одной темой — предательством.
  Курт вскочил и прижался спиной к стене. “ Пригнись! он закричал.
  Пистолет 45-го калибра прошел сквозь прорезь его плаща. Из дергающегося дула вырвалось пламя. Свинцовый визг со стен прекратился лишь наполовину.
  Линь Ван получил два выстрела в живот. Его скрюченные пальцы сжались, когда он рухнул, заваливаясь набок. Выкрикивая приказы, он упал на пол, мгновенно поглощенный пламенем, дымом и суматохой.
  Курт, не дожидаясь, пока Линь Ван упадет, бросился вправо. Винтовочная пуля пролетела мимо него на долю секунды. Он выстрелил прямо в лицо солдату, разнеся ему всю челюсть. Он подхватил мужчину прежде, чем тот успел упасть, и, держа труп перед собой как щит, повернулся навстречу остальным.
  Он выстрелил еще в одного. Комната наполнилась оглушительным громом и воплями. Свечи безмятежно мерцали. Мужчина бросился на Курта со штыком. Курт уронил его.
  Внезапно Курт увидел, что на ногах остался только один солдат. Китаец бросился в атаку, сверкая сталью, с искаженным лицом. Курт насадил изуродованный пулями труп своего щита на острие штыка, отступил в сторону и выстрелил китайцу из пистолета в череп.
  Анна ногой перевернула Линь Вана. Она горько улыбалась. Курт схватил ее за руку, но она не уходила, пока не схватила сумку.
  Из коридора, где вход был заперт на цепочку, донесся раскат грома. Мужчины пытались проникнуть внутрь, и звуки голосов указывали на то, что их было не меньше дюжины.
  Автоматический пистолет Курта был пуст. Он потащил Энн по коридору и с воплем начал разбираться с цепями. Энн скорчилась в нише в стене.
  “Давай!” - крикнул Курт по-китайски. “Пока ты говоришь, твой хозяин умирает. Там они смогут сбежать!”
  В дверь ворвались возбужденные китайцы. Они на мгновение остановились и уставились на Курта.
  “ Предатели! Измена! Они убивают его. Не дайте им сбежать!”
  Китайцы бросились по коридору с дикими глазами при мысли, что они могут навлечь на себя гнев Линь Вана, пренебрегая своим долгом - или хотя бы делая вид, что пренебрегают.
  Когда они ушли, Курт схватил Энн за руку и потащил ее наружу. Он испуганно остановился. Их машина была подогнана к воротам. Рядом с ним стоял грузовик, теперь пустой. На шасси были сложены канистры с бензином, как всегда в Северном Китае, за пределами зоны действия заправочных станций. Курт схватил пару из них и бросил в туристическую машину.
  Энн забралась на сиденье. Курт скользнул под руль. Из старого строения доносились крики. Китайцы, поняв, насколько основательно их одурачили, возвращались.
  Энн прижала к груди сумку, набитую деньгами, - расплату за генеральскую измену. Курт направил машину по темной дороге. Позади них резко раздались выстрелы, но темнота была их маской.
  “ Тогда вы ... ” сказал Курт. - Тогда вы обе - Анна Карстен и Варинка Савишна. Но как ? ..
  “Полые капсулы уплощают нос, подушечки приподнимают скулы. Желтый парик скрывает каштановые волосы. Подушечки расширяют плечи. Каблуки могут быть высокими или низкими. Голос и акцент изменить невозможно. Она рассмеялась и прислонилась к нему. “Я была хороша. Мне даже удалось одурачить тебя. Вы не знали, что и думать, когда Энн Карстен спросила вас о Варинке, а Варинка спросила вас об Анне. Они обе одинаковые.
  “ Но сегодня твои свинские ответы были взвешенными. Я думал, они узнают раньше, чем узнали. Но они очень тупые, эти парни. Я полагаю, они видели, как мы подъехали, и двое солдат застали меня врасплох. Третий схватил меня сзади, и я ничего не мог поделать. Они забрали нашу машину и скрылись с дороги. В темноте они не видели, как я сняла маскировку. Если бы Варинку поймали, это было бы ужасно. Но Энн Карстен не умерла бы так внезапно.
  “Как я ждал, когда ты войдешь туда! И ты тоже пришла так красиво. Даже я был одурачен”. Она немного помолчала, наблюдая, чтобы убедиться, что они далеко оторвались от преследования. Затем она вздохнула и теснее прижалась к нему. “Моя работа окончена. Я убил Линь Вана или видел, как его убивали, как я и обещал после того, как он убил моего отца, но я никогда не смог бы этого сделать, если бы не ты.
  “Теперь я свободен, я больше не служу силам Китая. Три дня назад я сообщил им, что Линь Ван - предатель. Он знал, что я это сделаю. О, как он хотел, чтобы меня убили! Он знал, кем я была в роли Вариньки, и он знал, что японцы думали, что я шпионка ... Но вот, все это сделано и отложено в сторону, и нам никогда не придется говорить, откуда у нас столько денег. Мы заслужили это. Мы свободны и живем в мире со всем миром. Японцы никогда не узнают, что Варинка - это Энн Карстен”.
  “ Свободен? ” переспросил Курт. “ Свободен? Боже Милостивый, мне все еще предъявлено обвинение в убийстве в Шанхае!
  “ Ах, это? Забудь об этом, милый, просто забудь. ” Она сунула руку под тунику, вытащила признание и протянула ему. Он взглянул на нее при свете приборной панели и увидел, что она настоящая.
  - Но как ? .. - спросил Курт.
  “ Я достал его из куртки Линь Вана, пока ты был занят тренировками по стрельбе по мишеням в комнате. Я должен был получить все его бумаги, но...
  Она так и не закончила предложение. Несмотря на бешеную скорость их машины, несмотря на ухабы на дороге, Курт прервал ее хорошим, крепким, брутальным поцелуем.
  
  
  
  Предварительный просмотр истории
  
   NОУ, что вы только что прочитали одну из увлекательных историй из сборника "Истории золотого века" Л. Рона Хаббарда, переверните страницу и насладитесь предварительным просмотром Приказов есть приказы. Присоединяйтесь к сержанту-артиллеристу морской пехоты Джеймсу Митчеллу и рядовому первого класса Спивитсу, которым поручено совершить 200—мильный переход, чтобы доставить сыворотку от холеры в отдаленное американское консульство в Шункиене, Китай, в предательской миссии, поставленной перед невозможными трудностями - потому что они должны добраться до американцев, оказавшихся в ловушке под перекрестным огнем вторгшихся японских войск.
  
  Приказ Есть Приказ
  
   THE Обреченный город Шункиен поднял к небу клубы дыма, разрываемого пламенем, чтобы скрыть солнце. Миля за квадратной милей простирались тлеющие рушащиеся стены и заваленные трупами улицы.
  И все же из района Пекина прилетели бомбардировщики страны Восходящего Солнца, чтобы еще больше разрушить руины. Компактные эскадрильи, несущиеся сквозь пелену жирного дыма, разворачивались, пикировали, приближались, оставляя за собой стремительно растущие черные грибы своих мчащихся теней.
  Вдоль высокого утеса к северу от города линия артиллерийских позиций изрыгала пламя и гром, и люди горчичного цвета обслуживали свои орудия.
  Япония превращала обломки в пепел, стирая с лица земли город, процветавший со времен Чингисхана, разрушая железнодорожную станцию, чтобы предотвратить дальнейшую концентрацию китайских легионов.
  Внизу, среди вспыхивающих беспорядков, три полка китайских войск держались, уткнувшись животами в пыль за баррикадами из брусчатки, мешков с песком и колючей проволоки, плечи втиснуты в амбразуры потрескавшихся стен, пристальные карие глаза прикованы к зенитным прицелам на разрушенной железнодорожной станции.
  Они сражались, потому что не могли отступить. Двести миль и два корпуса японской армии стояли между ними и морем. Где-то на некогда плодородных равнинах две китайские армии нащупывали врага. Но боевые порядки были повсюду, идущие параллельно ничему, огромный лабиринт боевых машин и марширующих легионов. У Шункиена не было надежды. Когда-то гордые знаки торчали из-под обломков, которыми были завалены сточные канавы. Улицы были усеяны непогребенными мертвецами, мужчинами, женщинами и детьми. Еще толще были эти рваные свертки возле южных ворот, где вереницы беженцев пытались покинуть город только для того, чтобы быть подстреленными у самого выхода.
  Канонада была оглушительно монотонной. Дым и пыль клубились в воздухе. Стены устало поползли наружу, сначала медленно, затем быстрее, чтобы с грохотом рухнуть, отдаваясь эхом от грохота артиллерии вдоль хребта.
  Здесь была война, справа - Голод, слева - Смерть, а Мор ехал в арьергарде, чтобы завершить зачистку.
  В центре города, рядом с бульваром, ныне изрытым воронками от снарядов и заваленным разбитыми тележками, автомобилями и неподвижными телами, стояло консульство Соединенных Штатов.
  Ворота были плотно закрыты, стены все еще целы, и высоко наверху, на высоком флагштоке, побитом разрывами снарядов, ярко выделялся на фоне темноты дыма "Олд Глори".
  Здание было небольшим, и коридоры были битком набиты ста шестнадцатью американцами, нашедшими там убежище. Без багажа, довольные тем, что все еще живы, они сидели группами, покуривали сигареты, ухмылялись, отпускали шуточки и заключали пари на то, что все снаряды, которые со свистом обрушивались на город, не попадут в них.
  Было трудно разговаривать из-за непрекращающегося рева, но они разговаривали. Говорили о Хобокене, Су-Сити и Денвере и доказывали превосходные достоинства их городов. Хотя все они были увлечены Шункиеном и думали о нем, хотя большинство из них годами не были дома, Фриско, Чи и Большой город были предметом их разговоров.
  Плакал младенец, а его бледнолицая мать пыталась петь, перекрикивая водопад звуков, которые бились о стены снаружи. Продавец машин разорвал свой льняной носовой платок на мелкие кусочки и засунул их ребенку в уши. К счастью, он перестал хныкать, мать улыбнулась, а продавец, внезапно обнаружив, что его поймали, поспешно отошел, прежде чем его успели поблагодарить.
  В консульском учреждении консул Томас Джексон подошел к своему радисту. Джексон был седовласым, маленького роста, с нервными чертами лица и рук. Он посмотрел на множество сверкающих циферблатов, словно пытаясь прочесть надежду на их металлических лицах.
  Оператор, юноша, едва вышедший из подросткового возраста, наклонился над клавишей и повертел ее. Он щелкнул выключателем и прижал наушники к голове. Он зажег сигарету перепачканными никотином пальцами и сунул ее в рот. Он придвинул к себе пишущую машинку и начал писать.
  “Я снова связываюсь с Шанхаем, сэр”, - сказал оператор. “Они хотят знать, как мы держимся”.
  “ Скажи им, что пока у нас все в порядке, и, видит Бог, нам повезло. Джексон наклонился поближе к оператору, а затем огляделся по сторонам, чтобы убедиться, что больше никто в комнате не слышит. “ Скажите им, ради всего Святого, чтобы они дали нам антитоксин от холеры, если они надеются найти кого-нибудь из нас живым после того, как все закончится. Скажите им, что азиатская холера обязательно последует, она уже началась. И затем скажите им, что нам нужны деньги — золото. Наши чеки и бумаги никуда не годятся, а еда на исходе ”.
  Молодой оператор осторожно пристроил сигарету на уже обгоревший край стола и начал заставлять жучок щелкать и дрожать.
  Через несколько минут он подозвал консула. “Говорят, что военный корабль США ”Майами" уже направляется к побережью с сывороткой и деньгами".
  “ Чертовски мало пользы это нам принесет, - простонал Джексон. - Крейсер не сможет пройти двухсот миль вглубь материка.
  “ Они сказали, что попытаются достучаться до нас, сэр. Они хотят знать, как долго мы сможем продержаться.
  Джексон провел костлявыми пальцами по своим растрепанным седым волосам и огляделся. Он выделил маленького толстяка, глаза которого сидели так глубоко, что их вообще не было видно.
  - Доктор, - сказал Джексон достаточно громко, чтобы его было слышно сквозь канонаду, но недостаточно громко, чтобы кто-нибудь другой мог услышать, - доктор, как вы думаете, сколько мы сможем продержаться без прививок от холеры?
  “ С трупами, разбросанными от Ада до Галифакса? - пропыхтел доктор. - Сейчас, завтра, на следующей неделе, может быть, никогда.
  “Пожалуйста, ” взмолился консул, “ вы не ставите на карту свою репутацию. Сколько времени это займет?”
  “По имеющимся сведениям, - сказал доктор, - это заболевание только сейчас начинает распространяться. Я дам ему пять дней, чтобы добраться сюда, потому что через пять дней нам нужно будет начать ходить за едой — если мы сможем найти золото, на которое ее можно купить. В противном случае мы останемся здесь запертыми, будем кипятить воду и умрем с голоду. Всем нам делали прививки от холеры до того, как мы приехали в этот район, но они не окажутся эффективными, если не подкрепить их вторичными, эпидемическими прививками. Если мы доставим сыворотку сюда до субботы, есть шанс, что мы выживем — в том, что касается болезней, - несмотря на эту неразбериху. Но имейте в виду, сейчас вы не можете цитировать меня. Может случиться все, что угодно”.
  - Спасибо, - с благодарностью сказал Джексон.
  Консул вернулся к юноше из "Ключа". “ Скажи им, что это должно быть здесь к субботе, Билли. Ни днем позже. Хотя как они добудут это здесь, может сказать только сам Бог.
  Он выглянул через дверь офиса во внешний коридор, где сто с лишним американцев пытались отнестись к происходящему спокойно. Пол консульства сотрясался так, словно мимо с оглушительным грохотом проехала вереница огромных грузовиков.
  Чтобы узнать больше о заказах - это заказы и о том, как вы можете получить свой экземпляр, перейдите по ссылке www.goldenagestories.com.
  
  
  
  Глоссарий
  
  ИСТОРИИ ЗОЛОТОГО ВЕКА отражают слова и выражения, использовавшиеся в 1930-1940-х годах, что придает рассказам неповторимый колорит и достоверность. Хотя речь персонажа часто может отражать региональное происхождение, она также может передавать взгляды, распространенные в наши дни. Чтобы читатели могли лучше усвоить такие культурные и исторические термины, необычные слова или выражения той эпохи, был предоставлен следующий глоссарий.
  
   ама: (в Индии и на Дальнем Востоке) служанка; горничная.
  
   шарик о, нарисовал: тщательно прицелившись на. Этот термин отсылает к бусинке, маленькому металлическому набалдашнику на огнестрельном оружии, используемому в качестве мушки.
  
   страховка пальца: большой деревянный или металлический штырь, который вставляется в отверстие в рельсе на теплоходе или катере, в которых веревка может быть закреплен.
  
   бихлорид ртути: водорастворимое и смертельно ядовитое кристаллическое вещество, используемое для таких целей, как бальзамирование, консервирование древесины и уничтожение микробов, насекомых и грызунов. Это также полезный, но опасный антисептик. Чтобы отличить его от ядовитого при отпуске в качестве местного антисептика, он выпускается в форме синих таблеток угловой формы.
  
   Большой город: прозвище Нью-Йорка.
  
   бакко: человек, который является властным и задиристым.
  
   помощник капитана: помощник капитана парусного судна, который управляет своей командой силой своих кулаков.
  
   Бунд: слово бунд означает набережную, а “Бунд” относится к определенному участку набережной вдоль реки Хуанпу в Шанхае, вдоль которого расположены десятки исторических зданий. Набережная Бунд находится к северу от старого города-крепости Шанхай. Первоначально это было британское поселение; позже британские и американские поселения были объединены в Международное поселение. Строительный бум в конце девятнадцатого - начале двадцатого века привел к тому, что Бунд стал крупным финансовым центром Восточной Азии.
  
   Чи: Чикаго.
  
   холера: инфекционное заболевание тонкого кишечника, которым обычно заражаются из зараженной воды.
  
   Чоу скамейке: короткий круглый стол с четырьмя стульями, которые подходят под ним.
  
   пресс для одежды: предмет мебели для хранения одежды с местом для подвешивания, а иногда и с выдвижными ящиками или полками.
  
   Colt .45: автоматический пистолет 45-го калибра, производимый компанией Colt Firearms Company из Хартфорда, Коннектикут. Компания Colt была основана Сэмюэлем Кольтом (1814-1862), который произвел революцию в индустрии огнестрельного оружия.
  
   Концессия: что-либо, уступленное правительством или контролирующим органом, в виде предоставления земли, привилегии или франшизы. В Шанхае по договору была выделена земля как место, где иностранцы могли жить и торговать, которая называется Концессией, иначе известной как “Набережная”.
  
   государственный переворот: (французский) завершающий удар.
   катер: корабельная лодка, приводимая в движение мотором или веслами и используемая для перевозки припасов или пассажиров.
  
   внизу рта: удрученный; подавленный; обескураженный.
  
   амбразуры: (в фортификации) отверстия в качестве лазейки, через которую можно выпускать снаряды.
  
   Фриско: Сан-Франциско.
  
   Чингисхан: (1162? -1227) монгольский завоеватель, основавший крупнейшую сухопутную империю в истории и чьи армии, известные своим применением террора, завоевали множество территорий и вырезали население целых городов.
  
   Г-мужчины: мужчины правительства; агенты Федерального бюро расследований.
  
   планшир: верхний край борта лодки. Первоначально планшир представлял собой платформу, на которой устанавливались орудия, и был спроектирован таким образом, чтобы выдерживать дополнительные нагрузки, создаваемые используемой артиллерией.
  
   вкрутую: жестко и цинично.
  
   Ад в Галифакс: вариация фразы “от Галифакса” - т. е. везде, во всех местах, независимо от того, как далеко отсюда. “Галифакс” - графство на востоке Канады, на берегу Атлантического океана.
  
   Хуанпу: длинная река в Китае, протекающая через Шанхай. Она делит город на два региона.
  
   Калган: город на северо-востоке Китая недалеко от Великой китайской стены, который служил одновременно торговым и военным центром. Калган в переводе с монгольского означает “ворота в барьере” или “граница”. Это восточный въезд в Китай из Внутренней Монголии.
  
   кирей на: (по-японски) красивая.
  
   mailed fist:
  
   принц-торговец: чрезвычайно богатый, могущественный и престижный торговец.
  
   Микадо: император Японии; титул, который больше не используется.
  
   Нет: (японская) классическая драма Японии, разработанная главным образом в четырнадцатом веке, использующая стихи, прозу, хоровые песни и танцы в строго условных формальных и тематических образцах, заимствованных из религиозных источников и народных мифов.
   Старая слава: распространенное прозвище для флага США, данное уильямом Драйвером (1803-1886), американским морским капитаном начала девятнадцатого века. Получив флаг в подарок, он повесил его на мачте своего корабля и приветствовал как “Старую славу”, когда покидал гавань для кругосветного путешествия (1831-1832) в качестве командира китобойного судна. "Олд Глори" служил официальным флагом корабля на протяжении всего плавания.
  
   Пекин: ныне Пекин, Китай.
  
   задняя дверь: небольшие ворота или вход в задней части здания, особенно замка или форта.
  
   рапира: небольшой меч, особенно восемнадцатого века, с узким лезвием, используемый для нанесения колющих ударов.
  
   Восходящее солнце: Япония; символы, составляющие название Японии, означают “происхождение солнца”, вот почему Японию иногда называют “Страной восходящего солнца". Это также военный флаг Японии, который использовался в качестве знамени императорского флота Японии и боевого флага императорской армии Японии до конца Второй мировой войны.
  
   сампан: любая из различных небольших лодок Дальнего Востока, приводимая в движение одним веслом за кормой и покрытая крышей из циновок.
  
   сайо: (по-японски) да, действительно, это верно.
  
   сайонара: (по-японски) до свидания.
  
   Шахерезада: женщина-рассказчица из "Тысячи и одной и той же ночи", которая во время "Тысячи и одной полной приключений ночи" спасла себе жизнь, развлекая историями своего мужа, короля.
  
   ятаган: изогнутый односторонний меч восточного происхождения.
  
   гребное весло: единственное весло, которое перемещается из стороны в сторону на корме лодки для продвижения ее вперед.
  
   Шанхай: город на востоке Китая в устье реки Янцзы и крупнейший город страны. Шанхай был открыт для внешней торговли в соответствии с международным договором в 1842 году и быстро процветал. Франция, Великобритания и Соединенные Штаты владели крупными концессиями (правами на использование земли, предоставленными правительством) в городе до начала двадцатого века.
  
   Шина-Лин: (японский) Китайские чиновники.
  
   СС: пароход.
  
   тайчо: (японский) лидер небольшой группы.
  
   тайсе: (японский) полковник.
  
   Тоби-дасу!: (японский) Выпрыгивай!
  
   томодачи: (японский) друг; компаньон.
  
   tonneau: водонепроницаемый чехол, обычно из холста или винила, который можно закрепить над кабиной родстера или кабриолета с откидным верхом для защиты салона.
  
   tramp: грузовое судно, которое не курсирует регулярно между фиксированными портами, но доставляет груз туда, куда пожелает грузоотправитель.
  
   цумешо: (японское) помещение для охраны.
  
   USS: Корабль Соединенных Штатов.
  
   Белый русский: русский, выступавший против большевиков (Российской коммунистической партии).
  
   якунин: (Японский) правительственный чиновник.
  
   Желтое море: рукав Тихого океана между материковым Китаем и Корейским полуостровом. На юге он соединяется с Восточно-Китайским морем.
  
  
   Л. Рон Хаббард в
   Золотом веке
   Криминального чтива
  
  
   При написании приключенческого рассказа
   писатель должен знать, что он ищет приключений
   для множества людей, которые не могут.
   Писатель должен возить их то здесь, то там по всему земному шару
   и показывать им
   волнение, любовь и реализм.
   Пока этот писатель играет роль
   авантюриста, когда он нажимает
   на клавиши, его история преуспевает.
  
  Приключения - это состояние души.
   Если вы идете по жизни с приключениями, у вас есть
   хорошие шансы добиться успеха на бумаге.
  
   Приключения - это,
   точно, не путешествие по миру и не великие подвиги.
  Приключения похожи на искусство.
   Вы должны прожить их, чтобы сделать их реальными.
  
  — Л. Рон Хаббард
  
  
   Л. Рон Хаббард
   и американское
   Криминальное Чтиво
  
   БОРН 13 марта 1911 года Л. Рон Хаббард прожил жизнь, по крайней мере, столь же обширную, как истории, которыми он очаровал сто миллионов читателей за свою пятидесятилетнюю карьеру.
  Родом из Тилдена, штат Небраска, он провел годы своего становления в классической суровой Монтане, изобилующей ковбоями, блюстителями закона и головорезами, которые позже станут героями его приключений на Диком Западе. И чтобы никто не подумал, что эти приключения были почерпнуты из чужого опыта, он не только разгонял бронксов в нежном возрасте, но и был одним из немногих белых, когда-либо принятых в общество Черноногих в качестве настоящего кровного брата. Хотя, хотя бы для того, чтобы дополнить в остальном бурную юность, его мать была редкостью для своего времени — всесторонне образованной женщиной, — которая познакомила своего сына с классикой западной литературы еще до того, как ему исполнилось семь лет.
  Но, как подтвердит любой преданный читатель Л. Рона Хаббарда, его мир простирался далеко за пределы Монтаны. На самом деле, будучи сыном военно-морского офицера Соединенных Штатов, к восемнадцати годам он преодолел более четверти миллиона миль. В него были включены три переезда через Тихий океан в тогда еще загадочную Азию, где он работал с такими людьми, как агент Ее Британского Величества в Северном Китае, и последний в череде королевских магов при дворе Хубилай-хана. Для справки, Л. Рон Хаббард также был одним из первых жителей Запада, получивших доступ в запрещенные тибетские монастыри под Маньчжурией, и его фотографии Великой китайской стены долгое время украшали американские учебники географии.
  По возвращении в Соединенные Штаты и поспешном завершении прерванного обучения в средней школе молодой Рон Хаббард поступил в Университет Джорджа Вашингтона. Там, как, возможно, слышали поклонники его воздушных приключений, он заработал свои крылья как пионер-штурман на заре американской авиации. Он также заслужил место в книге рекордов свободного полета за самый длительный длительный полет над Чикаго. Более того, будучи постоянным репортером для Sportsman Pilot (публикуя свои первые профессионально написанные статьи), он также помог вдохновить поколение пилотов, которые выведут Америку на мировую авиационную мощь.
  
  Л. Рон Хаббард, слева, в аэропорту Конгресса, Вашингтон, округ Колумбия, 1931 год, с членами аэроклуба Университета Джорджа Вашингтона.
  
  Сразу после окончания второго курса обучения Рон отправился в первую из своих знаменитых этнологических экспедиций, первоначально к необитаемым тогда берегам Карибского моря (описания которых позже наполнили целую серию вест-индских детективных триллеров). То, что интерьер Пуэрто-Рико также будет фигурировать в будущих рассказах Рона Хаббарда, также не было случайностью. Ибо в дополнение к культурным исследованиям острова экспедицию ЛРХ 1932-33 годов по праву помнят как проводившую первое полное минералогическое исследование Пуэрто-Рико под юрисдикцией Соединенных Штатов.
  Было много других приключений в этом направлении: будучи пожизненным членом знаменитого Клуба исследователей, Л. Рон Хаббард нанес на карту воды Северной части Тихого океана с помощью первого корабельного радиопеленгатора и таким образом стал пионером системы навигации на большие расстояния, повсеместно применявшейся до конца двадцатого века. Не стоит придавать этому слишком большого значения, но он также обладал редкой лицензией мастера морского дела на право пилотирования любого судна любого тоннажа в любом океане.
  
  Капитан Л. Рон Хаббард в Кетчикане, Аляска, 1940 год, во время своей Аляскинской радиоэкспериментальной экспедиции, первого из трех путешествий, проведенных под флагом Клуба исследователей.
  
  Однако, чтобы мы не забрели слишком далеко, на этом этапе его саги есть примечание ЛРХ, и оно, в частности, гласит:
   “Я начал писать для pulps, писал лучшее, что знал, писал для каждого журнала на стендах, раскосо, насколько мог”.
  К этому можно было бы добавить: его самые ранние материалы датируются летом 1934 года и включали рассказы, почерпнутые из реальных азиатских приключений, с персонажами, примерно похожими на агентов британской / американской разведки, которых он знал в Шанхае. Его ранние вестерны были точно так же приправлены деталями, почерпнутыми из личного опыта. Хотя в этом и заключался первый тяжелый урок из часто жестокого мира pulps. Его первые вестерны были решительно отвергнуты как лишенные аутентичности рассказов Макса Брэнда (особенно неприятный комментарий, учитывая, что вестерны Л. Рона Хаббарда родом прямиком с его родины в Монтане, в то время как Макс Брэнд был посредственным нью-йоркским поэтом по имени Фредерик Шиллер Фауст, который сочинял неправдоподобные шестизарядные истории с террасы итальянской виллы).
  Тем не менее, нет нужды говорить, что Л. Рон Хаббард проявил настойчивость и вскоре заработал репутацию одного из самых публикуемых имен в "криминальном чтиве", поскольку девяносто процентов рукописей первого варианта публикуются. Он также был одним из самых плодовитых, сочиняя в среднем от семидесяти до ста тысяч слов в месяц. Отсюда и слухи о том, что Л. Рон Хаббард переработал пишущую машинку для ускорения работы с клавиатурой и печатал рукописи на непрерывном рулоне плотной бумаги, чтобы сэкономить драгоценные секунды, которые требовались для того, чтобы вставить один лист бумаги в современные ручные пишущие машинки.
  
  Л. Рон Хаббард, около 1930 года, в начале литературной карьеры, которая в конечном итоге растянется на полвека.
  
  То, что все рассказы Л. Рона Хаббарда не выходили за рамки указанной подписи, является еще одним аспектом знаний "криминального чтива". То есть, поскольку издатели периодически отклоняли рукописи первоклассных авторов, просто чтобы не платить большие деньги, Л. Рон Хаббард и компания так же часто отвечали представлениями под различными псевдонимами. В случае с Роном в список входили: Рене Лафайет, капитан Чарльз Гордон, лейтенант Скотт Морган и печально известный Курт фон Рахен — предположительно, скрывающийся за обвинение в убийстве, в то время как сочинял прозу на два кулака в Аргентине. Суть: В то время как L. Рон Хаббард в роли Кена Мартина создавал интригующие истории из Юго—Восточной Азии, ЛРХ в роли Барри Рэндольфа - автор романтических историй о западном мире, которые, охватывая дюжину жанров, помогли ему войти в число двухсот элитных авторов, написавших около миллиона историй в дни славы американского криминального чтива.
  
  
  Человек со многими именами
  В период с 1934 по 1950 год Л. Рон Хаббард написал более пятнадцати миллионов художественных слов в более чем двухстах классических изданиях.
  Чтобы снабдить своих поклонников и редакторов рассказами самых разных жанров и названий, он взял пятнадцать псевдонимов в дополнение к своему уже известному имени Л. Рон Хаббард.
   ______
  
  Винчестер Ремингтон Кольт
  Лейтенант Джонатан Дейли
  Капитан. Чарльз Гордон
  Капитан Л. Рон Хаббард
  Бернард Хаббел
  Майкл Кит
  Рене Лафайет
  148 - й легионер
  Легионер 14830
  Кен Мартин
  Скотт Морган
  Лейтенант Скотт Морган
  Kurt von Rachen
  Барри Рэндольф
  Капитан. Гумберт Рейнольдс
  
  Доказательством именно этого является то, что к 1936 году Л. Рон Хаббард буквально возглавлял элиту криминального чтива в качестве президента Американской гильдии фантастов Нью-Йорка. Среди участников был настоящий зал славы криминальной хроники: Лестер “Док Сэвидж” Дент, Уолтер “Тень” Гибсон и легендарный Дэшил Хэмметт — и это лишь некоторые из них.
  Также это свидетельство того, чего добился Л. Рон Хаббард в течение первых двух лет своей работы в американском криминальном мире: к весне 1937 года он обосновался в Голливуде, взявшись за карибский триллер для Columbia Pictures, известный сегодня как "Тайна острова сокровищ". Состоящий из пятнадцати тридцатиминутных серий, сценарий Л. Рона Хаббарда привел к созданию самого прибыльного дневного сериала в истории Голливуда. В соответствии с голливудской культурой, с тех пор его постоянно просили переписывать сценарии — наиболее известные для давнего друга и товарища по приключениям Кларка Гейбла.
  
   The 1937 Тайна острова сокровищ 1937 года - пятнадцатисерийный сериал, адаптированный для экрана Л. Роном Хаббардом по его роману " Убийство в пиратском замке".
  
  Тем временем — и в этом заключается еще одна отличительная глава истории Л. Рона Хаббарда — он постоянно работал над тем, чтобы открыть ворота в Царство Целлюлозы для подающих надежды авторов. Или, если уж на то пошло, любой, кто хотел написать. Это была довольно нетрадиционная позиция, поскольку рынки и так были узкими, а конкуренция острой, как бритва. Но факт остается фактом: отличительной чертой Л. Рона Хаббарда было то, что он яростно лоббировал интересы молодых авторов — регулярно публиковал учебные статьи в отраслевых журналах, читал лекции для гостей на курсах рассказов в Университете Джорджа Вашингтона и Гарварде и даже основал свой собственный творческий конкурс. Он был основан в 1940 году, получил название "Золотое перо" и гарантировал победителям представительство в Нью-Йорке и публикацию в Argosy.
  Но именно Поразительная научная фантастика Джона У. Кэмпбелла-младшего в конечном итоге оказалась самым запоминающимся транспортным средством LRH. Хотя каждый поклонник "Галактических эпосов" Л. Рона Хаббарда, несомненно, знает эту историю, тем не менее, стоит повторить: к концу 1938 года магнат издательства Street & Smith был полон решимости переделать "Поразительную научную фантастику" для более широкой читательской аудитории. В частности, старший редакционный директор Ф. Орлин Тремейн призвала публиковать истории с более сильным человеческим элементом. Когда исполняющий обязанности редактора Джон У. Кэмпбелл отказался, предпочтя свои рассказы о космических кораблях, Тремейн завербовал Хаббарда. Хаббард, в свою очередь, ответил первыми по-настоящему героическими произведениями в этом жанре, в которых герои сражаются не с пучеглазыми монстрами, а с тайной и величием самого глубокого космоса — и так начался Золотой век научной фантастики.
  Одних имен достаточно, чтобы учащенно забиться сердце любого поклонника научной фантастики, включая друга и протеже ЛРХ Роберта Хайнлайна, Айзека Азимова, А. Э. Ван Вогта и Рэя Брэдбери. Более того, в сочетании с фантастическими историями ЛРХ мы приходим к тому, что справедливо было названо основой каждой современной истории ужасов: бессмертному Страху Л. Рона Хаббарда. Стивен Кинг справедливо провозгласил его одним из немногих произведений, действительно заслуживающих этого перегруженного термина “классика”, например: “Это классическая история о ползучей, сюрреалистической угрозе и ужасе . . . . Это одна из действительно, действительно хороших”.
  
  Л. Рон Хаббард, 1948 год, среди коллег-светил научной фантастики на Всемирной конференции научной фантастики в Торонто.
  
   Чтобы вместить большую часть фантазий Л. Рона Хаббарда, Street & Smith выпустили “Неизвестное — классическую статью, если она когда-либо существовала, и в которой читатели вскоре пришли в восторг от таких фильмов, как "Пишущая машинка в небе" и "Рабы сна", о которых Фредерик Пол сказал: "В работах Рона есть фрагменты, которые вошли в язык так, как это удалось очень немногим другим писателям".
  И действительно, по настоянию Дж. У. Кэмпбелла—младшего Рон регулярно использовал сюжеты из "Тысячи и одной ночи" и таким образом знакомил читателей с миром джиннов, Аладдина и Синдбада - все они, конечно же, продолжают всплывать в культурной мифологии по сей день.
  По крайней мере, не менее влиятельным с точки зрения историй о постапокалипсисе был фильм Л. Рона Хаббарда "Окончательное затемнение" 1940 года. Общепризнанный как лучший антивоенный роман десятилетия и входящий в десятку лучших произведений жанра, когда—либо созданных автором, - это тоже была история, которая будет жить так, как мало кто из других писателей мог себе представить. Отсюда более поздний вердикт Роберта Хайнлайна: “Окончательное затемнение” - самое совершенное произведение научной фантастики, которое когда-либо было написано".
  Как и у многих других, кто жил и писал "Американские криминальные приключения", война стала трагическим концом пребывания Рона в the pulps. Он с отличием служил на четырех театрах военных действий и был высоко награжден за командование корветами в Северной части Тихого океана. Он также был тяжело ранен в бою, потерял многих близких друзей и коллег и поэтому решил попрощаться с "криминальным чтивом" и посвятить себя тому, что оно поддерживало все эти годы, а именно своим серьезным исследованиям.
  
  Портленд, Орегон, 1943 г.; Л. Рон Хаббард, капитан подлодки PC 815 ВМС США.
  
  Но литературная сага ЛРХ никоим образом не закончилась, ибо, как он написал примерно тридцать лет спустя, в 1980 году:
   “Недавно наступил период, когда у меня было мало дел. Это было новшеством в жизни, наполненной напряженными годами, и я решил развлечь себя, написав роман, который был бы чистой научной фантастикой ”.
  Этой работой было "Battlefield Earth: Сага 3000 года". Это сразу же стало бестселлером New York Times и, по сути, первым международным научно-фантастическим блокбастером за последние десятилетия. Однако это не было великим произведением Л. Рона Хаббарда, поскольку это отличие обычно приберегается для его следующей и последней работы: "Миссия Земля" из 1,2 миллиона слов.
  То, как он произнес эти 1,2 миллиона слов чуть более чем за двенадцать месяцев, - еще одна часть легенды о Л. Роне Хаббарде. Но факт остается фактом, он действительно был автором десятитомной декалогии, которая вошла в историю издательского дела благодаря тому факту, что каждый том серии также был бестселлером New York Times.
  Более того, поскольку последующие поколения открыли для себя Л. Рона Хаббарда по переизданным работам и новеллизациям его сценариев, сам факт появления его имени на обложке стал международным бестселлером . . . . Пока на сегодняшний день продажи его произведений не превысили сотни миллионов, и в остальном он остается одним из самых стойких и широко читаемых авторов в истории литературы. Хотя в качестве последнего слова о рассказах Л. Рона Хаббарда, возможно, будет достаточно просто повторить то, что редакторы говорили читателям в дни славы американского криминального чтива:
   Он пишет так, как пишет, братья, потому что он был там, видел это и сделал это!
  
  Истории из
   Золотого века
  
  Ваш билет в приключение начинается здесь с рассказов из сборника "Золотой век" выдающегося рассказчика Л. Рона Хаббарда. Действие этих захватывающих историй разворачивается в калейдоскопе экзотических местностей и изобилует увлекательными персонажами, в том числе одними из самых мерзких злодеев, опасных дам и бесстыдных героев, которых вы когда-либо встречали.
  
  Вся коллекция из более чем ста пятидесяти рассказов выходит серией из восьмидесяти книг и аудиокниг. Чтобы ознакомиться с актуальным списком доступных названий, перейдите по ссылке www.goldenagestories.com.
  
  
  ВОЗДУШНОЕ ПРИКЛЮЧЕНИЕ
  Крылья Арктики
  Боевой пилот
  Бомбардировщик -бумеранг
  Убийца Ящиков
  Пикирующий бомбардировщик
  Запретное золото
  Стремительные крылья
  Лейтенант Покоряет Небо
  Воздушные убийцы людей
  На Пылающих Крыльях
  Красная смерть над Китаем
  Диверсия в небе
  Небесные птицы Осмеливаются!
  Разрушитель Небес
  Неприятности на Его Крыльях
  Крылья над Эфиопией
  
  МАСШТАБНОЕ ПРИКЛЮЧЕНИЕ
  Приключение “Икс”
  Все Границы Полны Зависти
  Варвары
  Черный Султан
  Черные башни - к Опасности
  Смелые Бросают Вызов Всем
  Бакли играет на Интуиции
  Казак
  Барабан судьбы
  Побег на троих
  Пятьдесят на пятьдесят О'Брайен
  Охотники за головами
  Адский легионер
  Он шел на Войну
  Заложник смерти
  Ураган
  Железный Герцог
  Пулемет 21000
  Медали для Махони
  Цена шляпы
  Красный Песок
  Небесный Дьявол
  Маленький Босс Нуналохи
  Отряд , который так и Не вернулся
  Крахмал и полоски
  Могила Десяти тысяч мертвых
  Хитрый солдат
  Пока трубят горны!
  Безумие Юкона
  
  МОРСКОЕ ПРИКЛЮЧЕНИЕ
  Груз гробов
  Затонувший город
  Ложный груз
  Заземленный
  Добыча шанунгов
  Мистер Тидуэлл, артиллерист
  Призрачный Патруль
  Морские Клыки
  Подводнаялодка
  Двадцать морских саженей Вниз
  Под Черным Знаменем
  
  СКАЗКИ С ВОСТОКА
   Дьявол —С крыльями
  Убийца Соколов
  Пять мексиканцев за миллион
  Золотой Ад
  Зеленый Бог
  Рев урагана
  Чернильные коэффициенты
  Приказ Есть Приказ
  Жемчужный Пират
  Красный Дракон
  Убийца шпионов
  Та
  След Красных бриллиантов
  Ветер,сошедшийСума
  Желтая добыча
  
  ТАЙНА
  Убийство паяльной лампой
  Медные ключи к убийству
  Вызываю патрульные машины!
  Карнавал смерти
  Чи-Чалкер
  Мертвецы Убивают
  Летатель Смерти
  Город Пламени
  Жирное пятно
  Обезьяна-убийца
  Закон убийцы
  Убийство Бешеной собаки
  Мундштук
  Убийство на плаву
  Пижоны
  Они убили Его Насмерть
  
  Фантазия
  Заимствованная Слава
  Перекресток
  Опасность в темноте
  Спасение дьявола
  Он не любил кошек
  Если Бы я был на твоем месте
  Последняя капля
  Комната
  Бродяга
  
  НАУЧНАЯ ФАНТАСТИКА
  Автоматический Конь
  Битва волшебников
  Сражаясь с Болто
  Зверь
  Вне Всякого Оружия
  Вакуумный Баллончик
  Дневник Конроя
  Опасное Измерение
  Последний враг
  Великая Тайна
  Жадность
  Захватчики
  Суть дела
  Устаревшее оружие
  Один был Упрямым
  Создатели Планеты
  Профессор был вором
  Работорговец
  Космос Может
  Напряжение
  Крепкий Старик
  240 000 Миль По Прямой
  Когда Падают Тени
  
  ЗАПАДНЫЙ
  Барон реки Койот
  Кровь на Его шпорах
  Босс ленивого Б
  Заклейменный Преступник
  Король крупного рогатого скота на один день
  Приди и Возьми Это
  Смерть Ждет на закате
  Охота дьявола
  Пистолет "Город-призрак"-Ghost
  Оружейный босс Перекати - поля
  Стрелок!
  Список стрелявших
  Стрелок из Геенны Огненной
  Укротитель Лошадей
  Джонни, Городской Укротитель
  Король бандитов
  Волшебная Игла
  Мужчина на завтрак
  "Ганхок" без оружия
  Человек без оружия
  Ранчо, Которое Никто Не хотел Покупать
  Правление монстра Гила
  ОседлайИх, Ковбой
  Руины в Рио - Пьедрас
  Тени с Сапожного холма
  Молчаливые Друзья
  Шестизарядный "Кабальеро"
  Сложенные Пули
  Чужак в городе
  Дочь Тинхорна
  Самый Крутой Рейнджер
  Под Несгибаемым Брендом
  Я отомщу!
  Когда Гилхули был в Расцвете
  
   Ваш следующий билет в приключение
   Опасность нападения В тылу
   врага!
  
  
   Тяпонцы повели тяжеловооруженную атаку на китайский город шункиен, превратив обломки в пепел и уничтожив город времен Чингисхана. Одно из немногих уцелевших зданий - небольшое американское консульство, сейчас переполненное ста шестнадцатью перепуганными американскими беженцами. Продовольствия мало, а смертоносная азиатская холера начинает свирепствовать, на улицах скапливаются кровавые бойни и трупы.
  
  В двухстах милях отсюда бросает якорь военный корабль США "Майами", хорошо оснащенный необходимым золотом для покупки продуктов питания и сыворотки от холеры, предотвращающей болезни и смерть.
  
  Дилемма заключается в том, что, если морские пехотинцы предпримут военные действия, чтобы срочно доставить припасы в консульство, это может вынудить США вступить в тотальную, опрометчивую битву с японцами, что равносильно акту войны.
  
  Сержанту—артиллеристу морской пехоты Джеймсу Митчеллу и рядовому первого класса Спивитсу вместо этого приказано выполнить коварную миссию по снабжению, столкнувшись с невозможными трудностями - добраться до американцев, оказавшихся в ловушке под перекрестным огнем вторгшихся японских войск.
  
  Получить
  Приказ Есть Приказ
  
  ВМЯГКОЙ ОБЛОЖКЕ Или ВВИДЕэлектронной КНИГИ: $ 9,95ЗА
   CALL TOLL-FREE: 1-877-8GALAXY (1-877-842-5299)
  OR GO ONLINE TO www.goldenagestories.com
  
  Гэлакси Пресс, 7051 Голливудский бульвар, Люкс 200, Голливуд, Калифорния 90028
  
  
  ПРИСОЕДИНЯЙТЕСЬ К PULP REVIVAL
  
   Америка в 1930 - е и 40 - е годы
  
   Pхудожественная литература ulp находилась в расцвете, и 30 миллионов читателей регулярно были прикованы к захватывающим историям выдающегося рассказчика Л. Рона Хаббарда. Ибо это был золотой век "криминального чтива", когда почерк был сырым, а каждая страница содержала сокрушительный удар.
  
  Теперь эта магия может принадлежать вам. Захватывающий мир гнусных злодеев, экзотических интриг, отважных героев и героинь — мир, в котором сегодняшнее кино едва дотянулось до рассказов о приключениях и головорезах.
  
  Зарегистрируйтесь сегодня в клубе историй Золотого века и начните получать ежемесячный художественный выпуск, выбранный из более чем 150 историй в сборнике.
  
  Вы можете выбрать их в виде книг в мягкой обложке или аудиокниг по специальной цене членства в размере 9,95 долларов США каждый месяц, а также БЕСПЛАТНУЮ доставку.
  
  ПоВСЕМ ЗВОНКАМ-БЕСПЛАТНО: 1-877-8GALAXY (1-877-842-5299) Или ПЕРЕЙДИТЕ ОНЛАЙН ПО АДРЕСУ www.goldenagestories.com И СТАНЬТЕ ЧАСТЬЮ ВОЗРОЖДЕНИЯ PULP!
  
  Цены указаны только в долларах США. Для нерезидентов США, пожалуйста, позвоните по телефону 1-323-466-7815 для получения информации о ценах. Бесплатная доставка доступна только для жителей США.
  Гэлакси Пресс, 7051 Голливудский бульвар, Люкс 200, Голливуд, Калифорния 90028
  
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"