Бекхэм Брюс
Убийство В Меню

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Links
Кожевенное мастерство: сумки, ремни своими руками
 Ваша оценка:
  
  Убийство в меню
  Детектив - инспектор Скелгилл проводит расследование
  Брюс Бекхэм
  ПРИМЕЧАНИЕ РЕДАКТОРА
  
  БРЮС БЕКХЭМ привносит любовь всей жизни к природе в современный криминальный роман. Он отмеченный наградами автор и копирайтер. Житель Великобритании, он путешествовал и работал более чем в 60 странах. Он публикуется как в художественной, так и в научно-популярной литературе и является членом Британского общества авторов.
  В его сериале "Расследует детектив-инспектор Скелгилл" фигурируют непокорный камбрийский детектив Дэниел Скелгилл и его верные помощники, многострадальный лондонец сержант Лейтон и местная высокопоставленная особа сержант Эмма Джонс.
  Действие этой расширяющейся серии отдельных детективов об убийствах, действие которой разворачивается среди древних пейзажей Озерного края Англии, получило признание на пяти континентах, было скачано более 1 миллиона копий - от Австралии до Японии и Индии, а также от Бразилии до Канады и Соединенных Штатов Америки.
  "Убийство в меню" - это отдельная загадка, двадцать шестая в сериале "Расследует детектив-инспектор Скелгилл".  Действие происходит в сельской местности вокруг озера Бассентуэйт, где можно посетить многие из вымышленных диких мест, а также в небольших городах и деревнях Центральных озер, в частности Эмблсайда, Боунесс-он-Уиндермира, Конистона, Грасмира, Хоксхеда и Уиндермира.
  При написании романов ДИ Скелгилла абсолютно не использовался ИИ (Искусственный интеллект).  Все причуды, повороты и вольности, допущенные в английском языке, являются работой автора.
  
  OceanofPDF.com
  СЕРИЯ DI SKELGILL
  
  Убийство в Адланде
  Убийство в школе
  Убийство на грани
  Убийство на озере
  Убийство с помощью магии
  Убийство в сознании
  Убийство на поминках
  Убийство в лесу
  Убийство во время потопа
  Убийство в Дэд - Крэгс
  Выходные с загадочным убийством
  Убийство в бегах
  Убийство в Shake Holes
  Убийство при встрече
  Убийство на пустоши
  Невидимое убийство
  Убийство среди нас
  Нераскрытое убийство
  Убийство на холмах
  Убийство на мосту
  Убийство на ферме
  Домашнее убийство
  Убийство в раунде
  Убийство Просто Убийство
  Убийство вслепую
  Убийство в меню
  Убийство в поместье Мидсомар
  
  OceanofPDF.com
  УБИЙСТВО В МЕНЮ
  
  В природной кладовой ОЗЕРНОГО КРАЯ невидимо таятся смертельные яды.  Красивые цветы и экзотические грибы могут обманывать, и их не следует недооценивать.  Их токсины выделились в доисторические времена, чтобы отпугивать крупных пасущихся животных, таких как бизоны, лоси и зубры ледникового периода.
  Но по современной моде редкие растения и другие дикорастущие блюда - оленину Гриздейл, арктического гольца, баранину Хердвик – смешивают с традиционными ингредиентами, превращая Камбрию в рай для гурманов.  Это суровое и красивое графство может похвастаться большим количеством звезд Мишлен на душу населения, чем любая другая часть Британских островов.
  И каждый год лучшие шеф-повара региона соревнуются за звание чемпиона Great Cumbrian Menu - изысканного застолья из шести блюд: чем оригинальнее и инновационнее, тем больше шансов, что ресторатор подаст именно ту формулу, которая принесет победу.  В поисках неизвестных ингредиентов участники прочесывают моря и берега, озера и реки, леса и опушки.
  Как для шеф-повара, так и для гурмана, это возможность поэкспериментировать - выйти за рамки условностей и возбудить вкусовые рецепторы.  И заслужить почести, которые могут принести славу и богатство.
  Но для того, кто замышляет убийство ... это предоставляет возможность иного рода.
  
  OceanofPDF.com
  Глоссарий
  ВОТ некоторые ИЗ слов, аббревиатур, британского сленга на камбрийском диалекте и местного употребления, встречающиеся в "Убийстве в меню" :
  A &E – Аварии и чрезвычайные ситуации
  Адам и Ева – верь (рифмованный сленг кокни)
  Парень из Арла – отец / старик /муж
  Старый Рики – Эдинбург ("Олд Смоки")
  Серверная часть – осень
  Тяжело – больной
  Ланч с приманкой
  Bampot – дурак (шотландцы)
  Бек – горный ручей
  Черный напиток – Гиннесс
  Bleaberry – черничный
  Взорвать багор – раскрыть секрет
  Боук – блевотина
  Броссен – пышущий, насыщенный
  Карр – разреженный болотистый кустарник или редколесье
  China – mate (рифмованный сленг кокни, "фарфоровая тарелка")
  Coo-splat – мягкий коровий навоз
  Кадди вифтер – левша
  Кумбрик – вымерший кельтский язык
  Дворняжка – падшая овчарка
  Ущерб – эвфемизм для обозначения счета
  Deek – смотреть/подсматривать
  На пороге – толстый ломоть хлеба
  Доннат – идиот/ни на что не годный
  Доссер – плохо спящий
  Даг – дог (шотландский)
  Герцог Испании – дождь (рифмованный сленг кокни)
  Пачка из–под сигарет - fag packet (приблизительная оценка)
  Фейри – для (шотландцев)
  Фарли – чудеса, замечательные вещи
  Рыбный ужин – рыба с чипсами навынос, завернутая вr в
  Сила – водопад
  Frae – от (шотландского)
  Волноваться
  Багор – место/дом/база
  Gardyloo – искажение “gardez l'eau” (шотландско-французский)
  Врач общей практики (семейный врач)
  Крыжовник – нежеланное третье лицо (third wheel, США)
  Хейм – хоум (шотландия)
  Территория , прилегающая к стогу овечьего стада
  Привет – давай
  Горбатиться (the) – в плохом настроении
  Яшмовая оса
  Кексы – брюки
  Ken – ты знаешь (шотландский)
  Киррок – каменный круг
  Lav – туалет (уборная)
  Мачай – прибрежные луга, богатые флорой (шотландский гэльский)
  Марра – помощник (друг)
  Чай – пюре/заварной чай
  Met (the) – Служба столичной полиции (Большой Лондон)
  Морось – моросящий туман
  Маггинс – доверчивый человек
  Раздраженный
  NHS – Национальная служба здравоохранения
  Сейчас – ничего
  Что угодно
  Padaj! – уходи!/проваливай! (Словацкий)
  Котлеты – обжаренные во фритюре ломтики картофеля с начинкой
  Пелтерс – критика, словесные оскорбления
  Пиклет – блинчик
  Пунами – выброс подгузника
  PNC – Национальный компьютер полиции
  Королевские военно – воздушные силы Великобритании
  Reet – правильно
  Принятое произношение – "шикарный" акцент (королевский английский)
  Протухший эль с потрохами
  Румяная нора – мягкое ругательство (первоначально “кровавый ужас”)
  Скран – фуд
  Сордокин – обыкновенный щавель с высоким содержанием щавелевой кислоты
  Стук – двенадцать снопов кукурузы
  Шлепки – диарея
  Т’ – тот (часто молчащий)
  Тхэ – то (шотландцы)
  Стукнули (в лоб) – по голове, чокнутые
  Троллинг – ловля рыбы с помощью перетаскивания приманки за лодкой
  Ежик – ежиха
  Us – часто используется для обозначения меня / мой / наш
  Пока – пока
  Костюм со свистком (кокни, "свисток и флейта")
  Яловая вода – сильный дождь
  Йе – ты (шотландцы)
  Йове – овечка
  OceanofPDF.com
  ПЕРСОНАЖ-Ы
  КОМАНДА СКЕЛГИЛЛА
  DI Skelgill, 37
  Сержант Джонс, 26 лет
  Сержант Лейтон, 37 лет
  Констебль уотсон, 22
  ДРУГАЯ ПОЛИЦИЯ
  Сержант Эпплби, 58 лет
  DI Smart, 33
  Сержант Финдли, 64 года, полиция Шотландии
  ПОВТОРЯЮЩИЙСЯ
  Профессор Ханс Синисалу, 67 лет, токсиколог на пенсии
  Доктор Харриет Скиптон-Джеймс, 42 года, ветеринарный врач
  Кендалл Минто, 26 лет, репортер The Gazette
  НОВОЕ В ЭТОМ РОМАНЕ
  Миссис Джиллиан Кушьери, 39 лет, консультант-гастроэнтеролог
  Уильям Тейлор-Браун, 56 лет, смотритель дикой природы
  Доктор Хильда Смит, 32 года, преподаватель ботаники
  Ширли Патерсон, 52 года, художница, живет в Эмблсайде
  Морна Форчун, 57 лет, учительница на пенсии, живет в Боунесс-он-Уиндермир
  Джеральд Смитсон, 63 года, писатель, живет в Хоксхеде
  Бренда Смитсон, 57 лет, жена вышеупомянутого
  Натали Сэндс-Лорен, 35 лет, вице-президент по маркетингу Conte-Nice
  Улица Минетт, 28, Напротив дома, отель Laurel Bank
  Антон Дек, 44 года, шеф-повар отеля Laurel Bank
  Тэнси Иссоп, 34 года, жена вышеупомянутого
  Зак Крэддок, 38 лет, шеф-повар ресторана Brossen
  OceanofPDF.com
  КАРТА ОЗЕР
  
  OceanofPDF.com
  КАРТА РЕЗЕРВОВ
  
  OceanofPDF.com
  1. САМАЯ МАЛЕНЬКАЯ КОМНАТА
  Несколькими месяцами ранее
  Женщина:
  - Все чисто.
  Мужчина:
  - Вы уверены?
  Женщина:
  – Да, я никого не вижу.
  Мужчина:
  - Я чувствую запах духов.
  Женщина:
  -Кто-нибудь видел табличку "Занято"?
  Мужчина:
  - Они могли подслушивать под дверью.
  Женщина:
  "Ммм".
  Мужчина:
  - Это не шутка.
  Женщина:
  ‘ Согласен, я говорю совершенно серьезно.  А ты?’
  Мужчина:
  ‘ Конечно.  Но ты должен уйти.  Если ты задержишься, нам будет тебя не хватать.
  Женщина:
  - Что ты собираешься делать?
  Мужчина:
  ‘Подожди здесь.  Отправь мне сообщение, когда все будет выглядеть хорошо".
  Женщина:
  "Не роняй телефон в унитаз!"
  Мужчина:
  ‘Tch.  И удалите отправленное вами сообщение.’
  Женщина:
  –Ну что ж, прощайте - или, скорее, до свидания.
  OceanofPDF.com
  СУББОТА
  14-го июня
  OceanofPDF.com
  2. УКУС
  Озеро Бассентуэйт – 8.20 утра
  TОН НА КОСУЛЮ ПЯЛИТСЯ.  Это лань, она находится не более чем в пятнадцати футах от нас, но, похоже, знает, что рыболов, неподвижно сидящий в своей маленькой гребной лодке, не представляет никакой угрозы.  Он опускает голову за очередной порцией зеленых черенков и, покрывшись усами, возобновляет свое флегматичное наблюдение, теперь уже жуя.  Скелгилл узнает это растение по его глянцевым овальным листьям и розоватым стеблям – по крайней мере, это разновидность лавра, и создать ассоциацию несложно, поскольку он находится недалеко от территории отеля Laurel Bank Hotel, и олень готовит обед из свежих обрезков, сложенных в небольшую пирамидку садовниками-контрактниками, которые слишком ленивы или которым недостаточно заплатили, чтобы забрать свои обрезки.  Есть и другие кучи листвы на различных стадиях разложения, и, без сомнения, оппортунистическое существо регулярно совершает набеги на это место из-под прикрытия близлежащего Молочного леса.
  Сам престижный отель расположен далеко в стороне, вне поля зрения за береговыми ольхами и десятифутовой каменной стеной старого кухонного сада, которая, вероятно, относится к эпохе, когда отель был частным поместьем и мог похвастаться десятком домашних слуг.  В настоящее время сотрудников не меньше; Laurel Bank славится своим ярким континентальным шеф-поваром, а теперь борется за место, уступленное легендарным отелем Sharrow Bay в Уллуотере, закрытие которого, как известно даже Скелгиллу, стало потерей для гастрономической сцены Лейкленда наравне со смертью Черчилля для политического истеблишмента.
  Не то чтобы он был на ужине, да и не стремится к этому.  Он слышал об этих дегустационных меню из нескольких блюд с непонятными ингредиентами и порциями меньше, чем на один укус.  Совсем недавно Джад Хоуп пригласил свою давнюю подругу на знаменательную годовщину – и признался Скелгиллу, что попросил свою маму Глэдис накормить его бутербродом с колбасой, когда он вернется домой.
  Другая жалоба Джада - загар его бумажника.  Рейс с вином, который он счел своим долгом совершить, удвоил и без того внушительный счет.  Скелгилл съежился от этой цифры – некоторые люди тратят меньше на комплексный отдых!  Суммы, в которых он никогда бы не признался, что платил в местном пабе.  “ Ты сильно раскошелился?  Тебе, должно быть, повезло, Скелли, парень.
  Хотя он и сомневается, что это то, что он должен предложить для соответствующего мероприятия.
  Его взгляд отвлекается от зеркальной воды между лодкой и берегом.
  Его мобильный телефон, беззвучно лежащий на корме, начинает вибрировать.
  Олень замечает это первым, но продолжает пировать.
  Скелгилл видит имя звонившего и приподнимает бровь.
  Он отвечает.  Фоновая болтовня и щелканье клавиш во время многозадачности сержанта Джонс подсказывают ему, что она за своим столом.
  ‘ Уже.  Ты все еще на станции.
  Он говорит приглушенным голосом.
  - Да, я просто хотел очистить свой почтовый ящик.  Я почти закончил.  Ты все еще ловишь рыбу.  Его шепот дал ей ключ к разгадке.
  Его взгляд перемещается на перо с флуоресцентно-желтым кончиком, до сих пор упрямо неподвижное.  В качестве компенсации - искрящееся волшебство раннего летнего утра.  Справа от него, за линией деревьев, Скиддоу, великолепный и манящий, с серыми шапками над полосами оливково-матовой травы и липового папоротника; песня ивовой славки, жидким каскадом просачивающаяся сквозь нависающую листву; прохладный воздух, влажный, внезапно становящийся землистым от запаха мириадов диатомовых водорослей, когда он рассеянно обмакивает в него пальцы.
  -Ага.
  Она на мгновение колеблется, читая его реакцию.
  ‘ Я дежурю до полудня– но произошло кое-что, что может вас заинтересовать.  Это связано с поездкой в Уайтхейвен.  Я подумал, что мог бы угостить нас чем-нибудь перекусить в гавани.
  - Может быть, я даже поймаю рыбу!’
  Он прижимает руку к животу; его холодных рулетов с беконом хватило едва ли на час, а он начал ловить рыбу в пять.
  Она издает хриплое бормотание, предполагающее, что она ответила бы по-другому, если бы не какая-то профессиональная необходимость.
  ‘До меня только что дошел звонок от консультанта из больницы Западного Камберленда.  С конца апреля у них произошел третий случай пищевого отравления.
  -Только третий?
  Она издает легкий смешок.
  -Позвольте мне перефразировать: третий по необычной природе.
  -Насколько необычный?
  ‘ Достаточно, чтобы насторожиться.  Но я думаю, что это должен объяснить консультант.  Они готовят краткий отчет.  Он будет готов к десяти.  Я волен уйти в любое время.
  Скелгилл безуспешно отряхивает воду с поверхности и созерцает эффект мерцающей ряби.
  - Я могу быть в "Пил Уайк" через двадцать минут.
  ‘ Ладно.  Я, пожалуй, возьму тридцать.
  - Мне нужно пришвартоваться и уложить это снаряжение.
  ‘ Конечно.  Никакого троллинга.
  Скелгилл подавляет удивленное восклицание.
  – Хах - ты схватываешь на лету, девочка.
  Он заканчивает разговор.  Он качает головой.  Она слишком хорошо его знает.
  Он понимает, что косуля все еще наблюдает за ним, жуя очередную связку вырезок.  Он щурится, чтобы лучше видеть, но огромные глаза цвета блестящих каштанов не являются окном в его душу.
  Он хмурится.  Сколько лаврового листа полезно есть?  Он вспоминает Лофти Уилсона, одного из деревенских парней, который собирал бабочек.  У Лофти была самодельная баночка для убийства, в основании которой лежал комок ваты, положенный поверх измельченных листьев лавра; он предположил, что она выделяет цианид.  Но это же старейшина, не так ли?
  Отвлечение от этих вопросов проявляется в неожиданной форме.
  Поплавок, который за час даже не дернулся.  Боб ... Боб ... исчез!
  Инстинктивно он наносит удар.
  OceanofPDF.com
  3. КОНСУЛЬТАНТПо
  Пил Уайк отправляется в Уайтхейвен в 9.20 утра
  ТПЫТАЕШЬСЯ УСТРОИТЬ автомобильную аварию?"
  Сержант Джонс греется на солнышке на травянистой насыпи под автомагистралью A66, где магистраль почти касается озера.  Вишневый спортивный жилет обнажает ее бронзовые скульптурные руки и плечи; она полулежит на серой толстовке с капюшоном.
  Она машет рукой, не открывая глаз.
  - Буду считать это комплиментом.
  Скелгилл морщится и изо всех сил налегает на весла, делая последний рывок, чтобы провести лодку под мостом к уединенной якорной стоянке.  Он заметно вспотел, бросает весла и задирает рубашку, чтобы вытереть лоб.
  - Просто смотри, чтобы вороны не приняли тебя за жертву на дороге.
  Сержант Джонс садится, слегка моргает и качает головой.  Она натягивает топ, вскакивает на ноги и вприпрыжку бежит за ним по узкому бетонному спуску, поверхность которого влажная в тени. Она догоняет его там, где он уткнулся носом в столб для сбора воды.  Пил Уайк малоизвестен, и его судно - единственное в лесистой бухте.  Росистый утренний воздух наполнен громким пением птиц, а насекомые парят в лучах света.
  Она знакома с двумя степенями его пунктуальности.  Обычная форма - пунктуальный.  Версия для рыбалки - нет.  Он пытался уклониться, и она не позволяет ему так легко сорваться с крючка. 
  - Неудивительно, что ваша яхта называется "Собачья будка".
  - Это не мы дали ему название.
  Она усмехается.
  ‘ Как там говорится?  Яблоко от яблони недалеко падает.
  Он поднимает руки, сдаваясь.
  - Первый кусочек за все утро, как только ты повесил трубку.
  Она складывает руки на груди.
  - Ты приземлился? - спросил я.
  ‘ Неплохой окунь.  Лучший в сезоне.  Он добавляет "райдер", как будто это служит дополнительным оправданием его опозданию.
  - Когда начался сезон?
  Теперь он колеблется.  Он смущенно пожимает плечами.
  -Всреду.
  Сержант Джонс смеется.
  Скелгилл продолжает протестовать.
  ‘ Ты сказал так, будто у нас нет крайних сроков.  Ты же знаешь, каково это - ждать в больницах.
  Без предупреждения он бросает ей пейнтер, и она хватает его быстрым движением, низко влево, как полевой игрок, отбивающий мяч одной рукой.
  - Я подумал, ты захочешь пообедать пораньше.
  Скелгилл прищуривается, глядя на нее, возможно, впечатленный ее ловкостью, пятнистое солнце отбрасывает блики и тени на его грубые черты лица.
  - Ты знаешь, как выиграть спор, не так ли, девочка?
  *
  - В прошлый раз, когда мы были в подобном месте, ты заставил меня катать тебя в инвалидном кресле.
  - Однако фокус удался, а?
  Сержант Джонс кивает.
  И они оба размышляют.  Взаимное удовлетворение без слов.  Недавно вынесены тюремные приговоры.  Естественная справедливость восторжествовала.
  Скелгилл берет свой пустой бумажный стаканчик из-под кофе, покачивает им и оглядывает маленький кафетерий; там еще с полдюжины человек, похоже, в основном ожидающих родственников.
  В больнице, вероятно, тихо, потому что сегодня выходные.  Запланированные процедуры, как правило, проводятся в будние дни, основные операции - по понедельникам.  Но все равно он чувствует несоответствие.  Это мог бы быть аэропорт или железнодорожная станция – за исключением того, что у местных жителей, должно быть, на уме более серьезные заботы и нет табло прилета, которое давало бы им надежду.
  Он наблюдает, как женщина-носильщик примерно его возраста целеустремленно направляется к ним.  На ней зеленая медицинская форма и ремешок с удостоверением личности, и когда она приближается, он может прочитать “миссис Кушьери”.  Она держит в руках лист бумаги, и он задается вопросом, была ли она уполномочена выступить с обещанным отчетом.
  - Вы, должно быть, офицеры полиции.
  Она не дожидается ответа, а садится и кладет газету на стол.  Она уверенна в себе и деловита, а ее глубокие кобальтовые глаза, проницательные и умные, переводят взгляд с сержанта Джонса на Скелгилла и обратно – как будто это все, что ей нужно, чтобы наладить их отношения.
  ‘ Я доктор Джиллиан Кушьери.  Эмма, правильно?
  Сержант Джонс склоняет голову и представляет Скелгилла.
  Женщина улыбается ему, достаточно долго, чтобы это было нечто большее, чем просто выражение лица.  Она стройная и миниатюрная.  Ее темные волосы строго зачесаны назад и собраны в пучок, на бледном лице нет ни макияжа, ни каких-либо украшений.
  Прошу прощения, у меня всего несколько минут.  Сегодня я заступаю в A & E.  У нас только что был маленький мальчик с рыболовным крючком, воткнутым ему над глазом.
  Скелгилл автоматически подносит руку ко лбу.  Он хочет спросить, что это за крюк.  Он хочет сказать, что он был тем мальчиком.  И советовала ли она носить кепку и солнцезащитные очки в будущем?
  Но он видит, что сержант Джонс смотрит на него, читая его мысли.
  И доктор не останавливается на достигнутом.
  Однако она подкрепляет свои слова значительным вздохом.
  "У меня нет желания быть паникером, но в наши дни я не думаю, что когда-либо может быть слишком рано поднимать голову над парапетом".
  Она поворачивает газету так, чтобы детективы могли ее увидеть; ее ногти коротко подстрижены и не накрашены, а руки безупречно чистые.
  "Чаще всего мы сталкиваемся с кишечной палочкой – живым организмом – результатом плохой гигиены.  И у нас есть товары для дома, подобные тем, которые малыш может пить из бутылочки, найденной им под кухонной раковиной.  И, возможно, пожилой человек, запутавшийся в своих лекарствах ".
  Она делает паузу, чтобы посмотреть на сержанта Джонса.
  ‘ Я упоминал, что мое внимание привлекла группа нетипичных случаев.  Сержант Джонс с готовностью кивает.  ‘Первое, в конце апреля, касалось так называемого оксалата сапонина.  Второе, в середине мая, конваллатоксина.  И вчера дигитоксин был идентифицирован как источник отравления.  Сейчас я гастроэнтеролог, а не химик, хотя дигитоксин может использоваться для лечения сердечной аритмии во время операции.  Но эти соединения не всегда можно найти в домашней аптечке.  Все они потенциально смертельны.  К счастью, они были идентифицированы, и пострадавшим была оказана оперативная помощь.
  Скелгилл откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди.  Врач некоторое время смотрит на него, ожидая комментария, но когда он молчит, она легким касанием пальцев указывает на отчет.
  Во-вторых, я чувствую необычное сходство в профиле пациентов.  Люди среднего возраста, профессионального класса, состоятельные, можно сказать.  Если бы они были вместе на круизном лайнере и страдали от одной и той же жалобы, я бы и глазом не моргнул - но, на первый взгляд, такой связи нет.  И, как я уже сказал, три совершенно разных вещества.
  Сержант Джонс делает стенографические пометки в своем репортерском блокноте; она поднимает глаза.
  - Были ли какие-нибудь указания на то, как они были отравлены?
  Консультант качает головой.
  Такой вопрос был бы задан.  Но, согласно их записям, ни один из пациентов не смог идентифицировать что-либо, кроме обычной еды и питья.  В отсутствие доказательств обратного случаи были классифицированы по широкой категории пищевых отравлений".
  Наступает небольшая пауза, во время которой миссис Кушьери проверяет перевернутые часы-брелок, приколотые под ее левой ключицей; Скелгилл сдвигается, как будто хочет что–то сказать - он понял, почему время, похоже, показывает три часа.  Но он снова сопротивляется отступлению, и она продолжает.
  Я должен добавить, что мы в первую очередь клиническое, а не исследовательское учреждение.  Это были якобы единичные случаи, которые были успешно разрешены.  Обычно последующего расследования не проводилось бы.  Вероятно, мне не нужно читать нотации полиции о чрезмерно растянутых ресурсах.
  Скелгиллу предлагается зарычать.
  - Да, но вы правильно сделали, что обратились к нам.
  Сержант Джонс придвигает страницу ближе, чтобы ее было лучше читать.
  Доктор, кажется, понимает, что она ищет.  Это была ее манера излагать факты эффективно, без проволочек и необходимости в разъяснениях.
  ‘Я удалил содержимое с помощью нашего подразделения по защите данных – там указаны контактные данные, но нет личной медицинской информации.  И я бы посоветовал либо MRC в Кембридже, либо Эдинбургскую клиническую токсикологию – в них размещается Национальная служба информации о ядах при Королевском лазарете в Маленькой Франции.  Это может быть ваш первый пункт назначения.  Если потребуется, я могу организовать пересылку сохраненных образцов.
  Очевидно, что врач считает, что есть случай, которым следует заняться.
  Теперь ее пейджер пищит; она поворачивается, чтобы прочитать сообщение.
  ‘У ребенка в ноздре застряла пенопластовая буква алфавита.  Не совсем обычная часть желудочно-кишечного тракта, но ничего такого, с чем не могли бы справиться длинноносые щипцы.  Она криво улыбается.  "Будем надеяться, что это "И", а не "Х."
  *
  - Заставляет задуматься, не так ли?
  Скелгиллу требуется мгновение, чтобы отреагировать.  Он наблюдает, как скальная пипетка добывает пищу, вяленую и похожую на мышь, вдоль стенки гавани, подбирая невидимые лакомые кусочки своим тонким клювом, всего в ярде от их ног, когда они устраивают пикник на деревянной скамейке, защитно склонившись над своим рыбным ужином.  От рыбацких лодок, пришвартованных ниже их линии видимости, доносится зловоние отсыревших сетей, горшков для ловли омаров и гниющих водорослей.  Разделенный каналом плавучий понтон отмечает зону пристани для яхт, маленькие яхты сверкают белизной, их такелаж позвякивает на легком бризе, равномерный ритм дополняют жалобные крики голодных морских птиц.  За ним возвышается город Уайтхейвен, известный своей георгианской сеткой, которая, по общему мнению, послужила образцом для Нью-Йорка.
  -По поводу чего?
  Сержант Джонс указывает на развернутую газету, лежащую у нее на коленях.
  Что мы едим, полагаясь на доверие.  Большая часть наших продуктов обрабатывается кем–то другим - или какой-то фабрикой.  Мы полагаемся на то, что они должным образом произведены, хранятся, приготовлены и поданы.  В процессе есть так много этапов, на которых что-то может пойти не так.  Давно прошли те времена, когда люди безопасно ели с дерева.’
  Скелгиллу это напоминает косулю.  Возможно, спорный момент.
  Затем его отвлекает шум внизу.  Прозрачная соленая вода находится на бирюзовом конце спектра, хотя тонкое пятно дизельного топлива создает эффект радужного зеркала; тем не менее, ему кажется, что он может видеть, как в глубине воды перемещаются очертания рыб.  И, возможно, этот образ отражает его метафору.
  - Ты заходишь на самую глубину.
  Сержант Джонс флегматичен.
  ‘Не волнуйся, я не делаю поспешных выводов.  Это же не начало детективного романа, и поэтому здесь должно быть что-то зловещее.
  Скелгилл поворачивается вбок, чтобы оглянуться на нее, движение, предполагающее несогласие.
  – Кроме того, что вы сказали о мисс Марпл и ее совпадениях?
  На мгновение она кажется озадаченной.
  ‘ О– ты имеешь в виду дважды совпадение, трижды связь.  Перефразируя.
  - Да, что-то в этом роде.
  - Вообще-то, я думаю, что это мог быть Джеймс Бонд.
  Теперь Скелгилл озадаченно хмурится.
  Она меняет позицию и вопросительно смотрит на него.
  – А как насчет вас - вы признаетесь в своих подозрениях?
  Теперь он пожимает плечами.  Он отводит взгляд, не желая встречаться с ней взглядом.
  ‘ Я просто придерживаюсь точки зрения.  Для нее этого было достаточно.
  Сержант Джонс ухмыляется, услышав, что он употребил архаичное существительное.
  Но она оказывается в роли адвоката дьявола.
  ‘ Не очень-то приятно снимать кожу с их носа, не так ли?  Она была откровенна по этому поводу.  Медицинская профессия страдает из-за громких случаев, когда не были замечены необычные закономерности.  Она задумчиво смотрит на гавань, как будто ищет какой-то смысл в лесу мачт.  – Знаешь, именно здесь искусственный интеллект докажет свою ценность - то же самое и для нас.
  Скелгилл морщится и закрывает один глаз, как будто почувствовал внезапную острую боль в виске.
  - А пока мы будем придерживаться метода 007.
  Сержант Джонс предполагает, что в ассоциации с остросюжетным триллером может быть некоторая привлекательность, которой может не хватать уютному детективному роману.
  - Вы хотите, чтобы я связался с Эдинбургом и запустил механизм?
  Скелгилл сохранил остатки своей трески в кляре.  Он встает и шарит по комнате в поисках мусорного ведра, чтобы выбросить обертку.  Он замечает чаек-сельдей, сидящих на батарее чугунных пушек, которые, как известно, отразили нападение американцев в 1778 году.  Импульсивно он подбрасывает кусочек высоко в воздух над водой.  Чайки взлетают в мгновение ока, стайка белых, серых и розовых ног рептилий крутит педали в разреженном воздухе, и кусочек пищи даже не касается поверхности; победитель уносится прочь, преследуемый стаей с кошачьими криками.
  Скелгилл несколько секунд наблюдает, а затем поворачивается к сержанту Джонсу.
  ‘ Привет, девочка.  Я знаю короткий путь.
  OceanofPDF.com
  4. ТОКСИКОЛОГ
  Борроудейл – 2.15 вечера
  - ЯЯ БЫ СКАЗАЛ, давно не виделись, Дэниел, но при случае я замечал тебя на озере.  Ты отбрасываешь очень отчетливую линию даже на большом расстоянии.  Знаешь, тебе действительно стоит заглянуть, Анника была бы в восторге.  И познакомиться с твоей... э–э... спутницей?
  – Сержант Джонс - Эмма.
  То, что сержант Джонс своим вступлением раскрывает обе основы, в то время как Скелгилл колеблется над своим ответом, кажется, забавляет пожилого джентльмена.  Он среднего роста, коренастый, с коротко остриженными седыми волосами, крепким цветом лица и широко посаженными светло-голубыми глазами с тяжелыми веками, светлыми ресницами и бровями, широким носом и ярко выраженными губами, которые каким-то образом усиливают его певучий акцент.
  Доктор Ханс Синисалу, профессор токсикологии Тартуского университета в Отставке, Эстония, а затем, до выхода на пенсию, переехавший в Озерный край, чтобы заняться своей страстью к рыбной ловле, специальный научный консультант британской полиции, появился в ответ на звонок в дверь его коттеджа в Борроудейле и теперь зовет их следовать за ним.
  ‘ Я нахожусь во внутреннем дворике, наслаждаюсь неуловимым английским летом.  Вы как раз вовремя, чтобы выпить кофе.
  Он ведет меня к обветшалой садовой мебели, расставленной вокруг низкого столика, на котором стоит кофеварка Chemex и единственная керамическая кружка.
  – Пожалуйста, располагайтесь поудобнее.
  Он жестом указывает на подходящие места и исчезает в открытой двери кухни.
  Сержант Джонс очарован видом; сад коттеджа, окаймленный фруктовыми деревьями, напоминает фруктовый сад, а ухоженная лужайка спускается к луговой траве, поросшей белыми маргаритками "бычий глаз" и пурпурной малиновкой, а изредка - бледно-сиреневыми побегами пятнистой орхидеи.  К причудливому деревянному эллингу ведет узкая тропинка среди травы, а за ним, если посмотреть на север, открывается просто захватывающий дух вид на Дервентуотер, его поросшие дубами острова, которые, кажется, плавают на зеркальной поверхности, дымчатые очертания шиферных крыш Кесвика и огромные массивы-близнецы Скиддо и Бленкатра, возвышающиеся над дальними лесистыми склонами.
  ‘Это потрясающе.  Представь, что ты живешь здесь".
  Скелгилл вздыхает, но не отвечает.  Она поворачивается, чтобы посмотреть на него.
  - Но это не Басс-Лейк?
  Теперь он печально улыбается, но профессор выходит с нагруженным подносом, и Скелгилл тянется, чтобы отодвинуть кофеварку в сторону.
  - Только у токсиколога могло быть такое хитроумное устройство из лаборатории.
  - Дэниел, насколько я помню, у тебя есть твой возмутительный алюминиевый штормовой чайник.
  Скелгилл наклоняется поближе, чтобы рассмотреть предмет.
  ‘ Что это?  Какой-то армейский излишек советской техники?
  Теперь мужчина произносит это с притворным упреком.
  ‘ Отнюдь нет – он производится в Массачусетсе с 1941 года.  Единственная связь с советским союзом, которую я могу вспомнить, - это эпизодическое появление в "Из России с любовью".
  Скелгилл бросает взгляд на сержанта Джонс и видит, что она иронично улыбается.
  Но профессор продолжает.
  К сожалению, Анника посещает занятия по медитации.  Я все еще не убедил ее, что рыбалка - лучшее упражнение для ума.  Мгновение он задумчиво смотрит на озеро.  - Значит, вам придется обращаться к ее Eesti õunakook по доверенности.
  Он снимает с подноса красно-белое кухонное полотенце в клетку, на котором лежит круглый пирог, разрезанный на восемь равных частей.  Он хорошо подрумянится, имеет деревенский вид и примерно полтора дюйма в глубину.  Он предлагает тарелку с гарниром, а затем торт, сначала сержанту Джонсу, а затем Скелгиллу, который сразу же откусывает кусочек.
  "Вкус яблока".
  Кажется, он удивлен.
  Профессор улыбается ему.  Он протягивает раскрытую ладонь к фруктовым деревьям.
  Выращенный дома.  Õuna-kook.  Яблочный пирог".
  Теперь он наливает кофе, наконец-то наполняет свою кружку и устраивается на своем месте.  На выдвижной полке сбоку от него пара очков для чтения покоится на романе, который выглядит как шпионский триллер, но текст на корешке непроницаемо чужд для глаз английских детективщиков.
  Еще через несколько мгновений, когда сержант Джонс говорит пекарю свои комплименты, профессор смотрит на нее с каким-то огоньком в глазах.  Он переводит вопросительный взгляд на Скелгилла.
  – Дэниел, я подозреваю, что это не совсем светский визит, хотя я и очарована твоим обществом.
  Он галантно кланяется сержанту Джонсу.
  - Но в вашем представлении был ключ к разгадке, юная леди.
  Сержант Джонс немного застенчиво улыбается; она знает, что он имеет в виду, что она назвала свой титул.  Но он отмахивается от ее неуверенности и снова поворачивается к Скелгиллу.  Он тянется, чтобы положить руку ему на предплечье.
  -Верно, Дэниел?
  Скелгилл сглатывает, делает быстрый глоток кофе и причмокивает губами.
  – Да, есть кое–что по твоей части - просто вопрос, например.
  Мужчина усмехается.
  ‘ О, ты слишком хорошо меня знаешь – всегда рад помочь - и никакой оплаты не требуется!  Он задумчиво проводит ладонью по голове.  ‘ Хотя коробка сухих мух, которую ты подарил мне в прошлый раз, творит чудеса.  У тебя есть секретная формула.
  Сержант Джонс замечает, что Скелгиллу на мгновение кажется, что он вот-вот выпячит грудь.  Но он замечает, что она наблюдает за ним, и принимает более скромный вид.
  ‘ Да, но там, откуда они пришли, их еще много – в любое время.  Просто крикни нам, когда у тебя иссякнут запасы.
  ‘ Обязательно, Дэниел, обязательно.  Он делает глоток кофе и некоторое время ждет в тишине.  - И что же?’
  Скелгиллу, похоже, все еще немного неловко переходить к сути.  Он смотрит на сержанта Джонс, и она демонстративно поднимает свою сумку через плечо; он кивком дает понять, что ей следует продолжать.
  Она извлекает страницу, предоставленную хирургом, и протягивает ее профессору, как официантка протягивает меню.  Он берет газету в левую руку, а правой ловко снимает очки и надевает их.
  Ранее у нас была встреча с консультантом-гастроэнтерологом в больнице Западного Камберленда.  За последние два месяца было зарегистрировано три случая, классифицированных как пищевое отравление.
  Профессор читает с непроницаемым видом.
  - Вы ищете зловещую схему?
  Он переводит взгляд с одного на другого, видя, что застал их врасплох.  Он приподнимает бровь с веселым упреком – как бы говоря, зачем еще они здесь!
  Сержант Джонс предлагает еще немного объяснений.
  "Она сочла примечательным, что вещества были нетипичными – и неизвестно, как они попали в организм".
  Профессор, кажется, с готовностью откликается на это предложение.  Он озорно поглядывает поверх оправы своих очков.  "Эти жертвы, они не российские диссиденты в изгнании?"
  – Да, а я Джеймс Бонд, а это мисс Манипенни.
  Скелгилл согласился с забавной стороной дела, но сержант Джонс, похоже, уловил скрытую серьезность в вопросе профессора.
  ‘ Мы пока не связывались с ними.  Но, судя по именам и адресам, они местные.  Обычные респектабельные люди, насколько нам известно.
  Профессор размышляет еще несколько мгновений, а затем возвращает страницу обратно.  Он снимает очки, складывает их и извиняющимся тоном качает головой.
  ‘ Вы должны извинить меня.  С моим опытом – профессиональным и личным – я лучше осведомлен о подобных случаях.  Я помню ужасы, которые таились за Железным занавесом.  Но – нет – это не инструменты профессионального убийцы.  Есть гораздо более смертоносные яды.’
  Его взгляд скользит по озеру, и выражение его лица становится жестче; сержант Джонс видит то, что она узнает в Скелгилле, когда несправедливость уже совершена и еще не исправлена.  Ей хотелось бы знать, о чем он думает, но она придерживается сути дела.  Она поднимает страницу.
  - Профессор, насколько опасны эти вещества?
  Пожилой мужчина вздрагивает, а затем благожелательно хмурится.
  – Эмма, Ханс, пожалуйста, иначе мне придется называть вас сержантом, и, если позволите, вы меньше всего похожи на сержанта, которого я когда–либо встречал.
  -Пока она тебя не ударит.
  Острота Скелгилла благонамеренна, хотя и не идеальна в выборе слов, но она вызывает взрыв смеха и, в свою очередь, способствует серьезному ответу.
  ‘ Конечно, они потенциально смертельны.  Но то же самое можно сказать о морфине, никотине и ... (он указывает рукой на кофеварку "Кемекс") даже о кофеине.  Это алкалоиды, такие же, как в последнем из ваших трех случаев, дигитоксин.
  Сержант Джонс начал делать заметки.
  - Консультант сказал, что дигитоксин используется во время операции для стабилизации работы сердца.
  Ханс Синисалу многозначительно кивает.
  ‘И, следовательно, в избытке это приведет к остановке сердца.  У кого-то с сердечными заболеваниями это сделать проще".
  Он наблюдает, пока сержант Джонс не закончит писать.
  Первый случай - оксалат сапонина.  Сапонины сравнительно безвредны, они обладают пенообразующими свойствами и используются, например, в производстве мыла.  В сочетании с оксалатами – щавелевыми кислотами – они могут быть более проблематичными и связаны с почечной недостаточностью".
  Он снова делает паузу.
  И второй случай, конваллатоксин – это сердечный гликозид.  Гликозиды - это совершенно другое семейство химических веществ; они содержат группы сахаров.  Он также воздействует на сердце и может использоваться для усиления пульса.  Он может представлять риск остановки сердца и также связан с почечной недостаточностью.  Двойная опасность.’
  Лоб Скелгилла все больше хмурился, пока он молча слушал.  Теперь он вмешивается.
  ‘ Так что, Ганс, мы говорим о лекарствах?  Доктор решил, что это не те таблетки, которые продаются в обычных туалетах.
  Профессор поджимает губы.
  Если вы имеете в виду единственный источник, то разумно предположить фармакологическое происхождение.  Возможно, больница или исследовательская лаборатория.  Фармацевтическая компания.  Аптека на главной улице, я думаю, менее вероятна.
  Скелгилл задумчиво кивает.  Его взгляд прикован к береговой линии, где серая цапля тяжело прокладывает путь низко над водой и привлекает внимание пары ворон-падальщиков.  Он никогда не думал о цаплях как о хищниках, пока не увидел, как одна из них целиком проглотила птенца мурхена; тогда он предположил, что теплокровная пища заменила холодную рыбу и лягушек.  Вороны нападают на более крупную птицу до тех пор, пока она не покинет их территорию.
  Сержант Джонс видит, что Скелгилл не хочет пускаться в догадки, но профессор остается неразговорчивым, и поэтому она развивает мысль.
  –Ганс, если эти случаи связаны – и окажутся зловещими по своей природе, - сложится ли у тебя впечатление, что за ними стоят медицинские знания?
  К ее удивлению, профессор хихикает.
  ‘ Возможно, так.  Возможно, нет.  Если это были покушения на убийство, то, похоже, преступник потерпел неудачу.  Но, конечно, если это актер-одиночка, то он, по крайней мере, продемонстрировал некоторое воображение".
  Сержант Джонс кивает.
  "В той мере, в какой больница опрашивала пациентов, они исключали самолечение или любую передозировку в этом отношении".
  ‘ Доступны ли образцы для анализа?  Кровь, моча, содержимое желудка?
  ‘ Мы так и поняли.  Консультант предложил обратиться в Национальную службу информации о ядах Королевской больницы Эдинбурга.’
  ‘ Ага.  Они были бы первоклассными.  Эдинбург – колыбель фармакологии, источник вдохновения для легендарного доктора Джекила, не так ли?"
  При упоминании вымышленного изобретателя сержант Джонс замолкает на полуслове; она поднимает глаза и видит, что профессор широко улыбается.  Он грозит пальцем.
  – Но если серьезно, то чем больше у вас данных, тем лучше.  Если удастся установить концентрацию дозы, это может указывать на то, были ли отравления преднамеренными или нет – и каковы были их предполагаемые последствия ".
  Она постукивает ручкой по блокноту.
  ‘Химические вещества, подобные этим, – как их можно вводить?  Будут ли они порошкообразными или жидкими – их нужно будет вводить?"
  Мужчина качает головой.
  ‘ Большинство веществ либо растворимы, либо способны находиться во взвешенном состоянии в воде, если не в каком-либо другом безвредном растворителе.  И соединения, о которых идет речь, всасываются через слизистую оболочку кишечника, поэтому инъекции не понадобятся.  Он протягивает руку, указывая на кофеварку Chemex.  ‘Посмотрите, как легко сотрудники ФСБ отравили чай Александра Литвинеко.  Я полагаю, что это был распылитель, спрятанный на ладони.  Для этого нужно было всего лишь на мгновение отвлечься.  Мелкодисперсный туман, содержащий радиоактивный полоний.
  Скелгилл хмурится.  Он смотрит на озеро, оскалив передние зубы.  Очевидно, ему не по себе от того направления, которое приняла дискуссия.
  Профессор достаточно проницателен; он немного гребет назад.
  ‘ Я думаю, сначала вы должны поговорить со своими жертвами.  Он делает двумя руками подзорную трубу и, прищурившись, смотрит одним глазом вдаль.  ‘Мы работаем над крошечной частью головоломки.  Я вижу верхушки деревьев.  Я немного уменьшаю масштаб – я вижу лесистый остров.  Я уменьшаю масштаб еще больше – я вижу большое озеро.  И снова – теперь это холмы, горный амфитеатр.
  Он опускает свое воображаемое оптическое устройство и одаривает ошеломленных детективов заботливой гримасой.
  "Путешествие определяется как началом, так и концом."
  Скелгилл кивает, хотя в его действиях не хватает убежденности.  Это эстонская пословица или один из состряпанных афоризмов его старого друга?  Профессор, возможно, уловил его сомнения и снова положил руку ему на плечо.
  ‘ Я еще немного почитаю.  Возможно, в меня ударит молния.
  Скелгилл натягивает благодарную улыбку.
  ‘ Да, это было бы здорово.  Но не езди в город из-за нас.
  Профессор наклоняется, чтобы поднять тарелку с недоеденным яблочным пирогом.
  - Одну на дорожку?
  Сержант Джонс вежливо отказывается, но Скелгилл не нуждается в поощрении.  Профессор допивает остатки кофе, а затем поднимает стеклянный кувшин и рассматривает его на солнце.
  ‘Дэниел, у тебя есть... как бы это сказать? – остустунне суури аухиндаде васту – нюх на крупную рыбу.  Пожалуйста, немедленно дайте мне знать, когда произойдет следующее отравление.
  OceanofPDF.com
  ПОНЕДЕЛЬНИК
  16-го июня
  OceanofPDF.com
  5. ЗАЯЧЬИ МОЗГИ
  Заповедник Уинлаттер Форест - 10.45 утра
  СПРАВДА!"
  Сержант Лейтон проклинает свою удачу ... и хизер ... и солнечный свет ... и мух ... и свою мобильную сеть ... и, прежде всего, самого себя за то, что вызвался присутствовать на утреннем совещании в понедельник, после чего на него свалилось неблагодарное задание такого рода, которое для Скелгилла было бы буквально прогулкой в парке.  Национальный парк.
  И на прогулку, потому что – если он еще не одет для этого – Скелгилл всегда должен сдать на распродажу, которая находится в заднем отделении его shooting brake, необходимое снаряжение для импровизированной прогулки.  У него даже есть достаточно средств, чтобы одеть своих многострадальных подчиненных, не оставляя никаких оправданий для того, чтобы остаться, отказываясь от моды и физической формы в качестве веских причин.
  Но к тому времени, когда совещание шефа закончилось (инспектор Смарт, как обычно, ехидничал, набирая очки в отсутствие Скелгилла), Скелгилл уехал с сержантом Джонсом, оставив на его столе нацарапанную от руки записку: “Дело об отравлении – передано в Эмблсайд”, что, как теперь подозревает сержант Лейтон, с самого начала было его планом.  И дело об отравлении – что это, черт возьми, такое?  Для него это новость, и, конечно же, на собрании старших офицеров об этом не упоминалось.
  И вот маггинсу выпало разобраться с тем, что было зарегистрировано как инцидент повышенной важности, но который, как он подозревает, окажется отвлекающим маневром, с которым полиция слишком хорошо знакома.  На фоне продолжительной серии случаев браконьерства и краж домашнего скота сегодня утром по телефону было получено несколько бессвязное сообщение, содержащее слова-триггеры “боевые патроны".  И, таким образом, он не может быть проигнорирован или отправлен в лоток ожидания.
  Как типичный лондонец северного вокзала и бывший сотрудник Метрополитена, нет ничего необычного в том, что ему поручают участвовать в любых инцидентах с огнестрельным оружием.  Предполагается, что у него есть особый опыт или способности, врожденные для его городского происхождения – ему кажется это иррациональным, когда в Камбрии на душу населения приходится гораздо больше дробовиков, чем на его родной территории.
  Он остановился на поросшем мхом участке, чтобы отдышаться и собраться с мыслями.  Но больше всего ему хотелось бы сориентироваться.  Только что он шел по легкой травянистой тропинке, следуя указателю “The Hide”, а в следующее мгновение, казалось, уже пробирался по крутому склону через спутанный подлесок без видимого пути впереди.
  Он вытирает лоб носовым платком и ослабляет галстук.  Он уже перекинул пиджак через руку.
  Он хмурится; он слышит упрек Скелгилла.
  “Ты доннат, Лейтон– почему ты не надел какую-нибудь подходящую экипировку?  Какая часть ”Лесного заповедника" навела вас на мысль, что вы могли бы отправиться туда в гражданском?"
  Хотя он и посмеивается над этой мыслью, в данном случае его начальник был бы прав.  Он достаточно часто ругал его.  И он потчевал его историями спасателей в горах о застрявших "горожанах", которые пытаются взобраться на Скафелл-Пайк в кроссовках или, все чаще, в ползунках.
  По крайней мере, под ногами сухо, но его лоферы из полированной кожи на гладкой подошве совершенно непригодны для ходьбы по болотам.  Он смотрит вниз, на свои ботинки.
  ‘ Ааа!  Геддофф!
  Он подпрыгивает и исполняет небольшой подпрыгивающий танец, отчаянно притопывая левой ногой.  Он заметил какую-то букашку у себя на носке, которая вот-вот исчезнет в штанине.  Он хлопает крыльями и хлопает по своей икре и задирает материал, обнажая свои волосатые мышцы, где твари могут заполучить добычу.  Это напоминает ему о предупреждении Скелгилла о клещах и болезни Лайма – и, совершенно верно, иногда Скелгилл заправляет свои походные штаны в толстые носки для ходьбы, придавая им убедительный военизированный вид.  По словам Скелгилла, когда он бывает на холмах, ежевечерний осмотр нижних областей является обязательным, поскольку клещи питают склонность к теплым и влажным щелям человеческого тела.
  Он снова чертыхается.  Ему лучше проверить сегодня вечером, но лучше не показывать его жене, она сойдет с ума.
  Он понимает, что закрывает дверь конюшни после того, как лошадь убежала, и пытается заправить собственные брюки в носки, но носки не подходят для этой работы, и он знает, что выглядит нелепо, несмотря на то, что в радиусе нескольких миль его никто не видит.
  Но должен же кто-то быть.
  Сообщение состояло в том, что на смотровой площадке его встретит сотрудник организации, управляющей природным заповедником.  Но, очевидно, это была трещащая линия, которая в конце концов оборвалась – возможно, по той же причине, что здесь, на задворках beyond, у него вообще нет телефонной связи и он даже не может заставить работать свое приложение maps, которое могло бы привести его к неуловимому месту встречи.
  Он размышляет и рассматривает свои варианты.
  Он считает, что, вероятно, сможет найти дорогу обратно к своей машине, припаркованной на площадке для пикников рядом с центром посетителей Уинлаттер-Пасс.  Это будет вопрос следования силе тяжести примерно в направлении солнца – то, что он, по крайней мере, усвоил от Скелгилла.  “Навигация 101, Лейтон.  Отправляясь в путь, помни, где находится солнце и в какую сторону дует ветер”.
  Но если он пойдет гораздо дальше, есть большая вероятность, что он заблудится.  В данный момент он находится в какой-то возвышенной долине.  Слева от него, примерно в сотне ярдов, есть участок соснового леса, в остальном он окружен зарослями высотой по колено.  Неизвестно, когда он получит сигнал.  Скелгилл всегда считает, что нужно забираться выше.  Итак, он мог бы сделать то, что сделал бы Скелгилл.
  Или он мог бы сделать то, чего Скелгилл никогда бы не сделал.
  Зови на помощь.
  ‘ Аллоа!  Аллоа, там!
  Воздух в маленькой долине неподвижен, и его страстная мольба эхом разносится по склонам холмов – на долю секунды ему кажется, что это ответ.  Он стоит и ждет.  Но теперь слышно только жалобное мяуканье патрулирующего канюка; инстинктивно он горбит плечи.
  Он с несчастным видом оглядывается по сторонам - и тут какое-то движение привлекает его внимание.  Из–под сосен появляется отблеск, похожий на вспышку сигнального зеркала, - и он видит, что человек наблюдал за ним в бинокль, и этот отблеск - отражение солнца, когда они опустили полевой бинокль.  Это мужчина, довольно высокий и, судя по виду, средних лет, одетый в оливковое и хаки, как орнитолог.
  Сержант Лейтон выдыхает и поднимает руку, хотя мужчина не отвечает, а просто смотрит на него, когда тот начинает скользить и спотыкаться на неровной местности.
  Поскольку мужчина не проявляет никакого энтузиазма или признаков узнавания, ему приходит в голову, что это, возможно, не назначенный им встречающий – просто случайный твиттер, который просто случайно наблюдает за птицами поблизости.  Тем не менее, в худшем случае он сможет дать указания.
  Когда он приближается на расстояние слышимости, достигая невысокой травы, которая более снисходительна, он видит, что мужчина смотрит на него взглядом, который трудно понять.  Обычно он мог бы счесть это проявлением трепета, но сержанту Лейтону бросается в глаза, что его собственный вид совершенно противоположен, и он останавливается, чтобы вытащить штанины брюк из носков и поправить галстук, хотя сильно потеет и не пытается надеть пиджак.
  - Вы, должно быть, полицейский.
  Редко сержант Лейтон испытывал такое облегчение от того, что его так идентифицировали, хотя во многих обстоятельствах, по причинам профессионального и личного характера, он хотел бы, чтобы этого не было.  И то, что неподвижная фигура заговорила заранее, прежде чем представиться, заставляет его на мгновение заколебаться.
  Теперь, при ближайшем рассмотрении, сержант Лейтон может оценить свою противоборствующую сторону.  Уличное снаряжение немного потертое и (кое-что еще, чему научился у Скелгилла) относится к высокобюджетному бренду.  Скелгилл не является безрассудным расточителем наличных, но, хотя большая часть его снаряжения знавала лучшие дни, все они, без исключения, относятся к линейке performance-брендов.  “Ты получаешь то, за что платишь, Лейтон” – возможно, девиз Скелгилла, хотя он демонстрирует склонность вынюхивать сезонные распродажи и находить продавцов, которые могут предоставить скидки друзьям и семье.  Скелгилл получает больше, чем за него платят.
  И в тандеме с потрепанной одеждой мужчины - его личная внешность.  Его волосы гладкие и довольно длинные для мужчины лет пятидесяти пяти, зачесаны назад с помощью чего-то, что может быть старомодным кремом для волос, а может быть, просто смазано жиром из-за пренебрежения личной гигиеной.  Застывшая гримаса обнажает неровные зубы, которые могли бы соответствовать тому же рисунку, и с момента последнего бритья прошло несколько дней, и нет впечатления, что это намеренный рисунок.  Неопрятные брови над довольно узко посаженными темными глазами с тяжелыми веками, крупный нос и удлиненное лицо, переходящее в скошенный подбородок, завершают образ.  Легкий ветерок доносится со склона из-за спины мужчины, и теперь сержант Лейтон чувствует едкий запах тела, который смешивается с более желанным смолистым ароматом сосен.
  Не совсем тот человек, которого вы хотели бы видеть рядом с собой в поезде на Лондон.
  И все же в речи этого человека явно слышен акцент представителя высших классов, а в его ораторском искусстве чувствуется уверенность человека, получившего образование в государственной школе. Этот парадокс сказывается на укоренившемся чувстве социального уважения сержанта Лейтона и скорее ставит его в тупик.
  ‘ Совершенно верно, сэр.  Сержант Лейтон, уголовный розыск Камбрии.
  - Понимаю.
  Мужчина продолжает смотреть на него с подозрением.
  ‘ Я не расслышал имени, сэр.  Я полагаю, что мобильная связь со станцией была прервана до того, как мы смогли записать все детали.
  Мужчина с легкой болью смотрит на сержанта Лейтона.
  - Это не я звонил.
  Сержант Лейтон ждет, но, похоже, ничего не последует.  Мужчина все чаще проявляет то, что кажется отвращением к своим обстоятельствам.  Наконец, он отвечает.
  ‘ Тогда очень хорошо, офицер, мне лучше показать вам, чтобы вы могли идти своей дорогой.  Я не сомневаюсь, что вам нужно ловить преступников.
  Он поворачивает без дальнейших объяснений, и сержант Лейтон понимает, что его нужно вести сквозь деревья.  Слова и манеры мужчины выражают неожиданное безразличие к предполагаемому браконьерству и даже к его потенциальной серьезности.
  Сержант Лейтон следует за мужчиной.  Хотя лесная подстилка равномерно покрыта мелкими коричневыми иголками, он понимает, что здесь есть своего рода тропинка, где выбранные перпендикулярные ветви, обозначающие годичные кольца роста хвойных деревьев, были отпилены, чтобы расчистить маршрут.  Внезапно становится мрачно, и он двигается осторожно, опасаясь, что вот-вот получит тычок в глаз.  Но полоса укрытий имеет всего лишь тридцать ярдов в глубину, и на дальней ее стороне в поле зрения появляется укрытие для наблюдения из стандартного бруса, похожее на удлиненный садовый сарай, установленный на деревянных сваях в паре футов от земли.
  Мужчина входит, оставляя дверь приоткрытой для сержанта Лейтона.
  Внутри есть узкое сиденье из досок, идущее вдоль передней части, и откидные смотровые щитки, одна из которых открыта.  Соответственно, он достаточно легкий, и в правом ракурсе сержант Лейтон берет с собой термос, установленный на полке, предназначенной для поддержки локтей наблюдателя, и большой зеленый рюкзак, лежащий на скамейке.  Боковые и задняя стены украшены плакатами с изображением птиц, млекопитающих и бабочек, предназначенными для идентификации.
  Сержант Лейтон собирается что-то сказать, когда мужчина разворачивается и протягивает руку со сжатым кулаком.
  - Вот ваши оскорбительные статьи.
  Сержант Лейтон инстинктивно отшатывается.  Это может быть что угодно, от боевых патронов до живых пауков.
  Но он понимает, что должен подчиниться.
  Он протягивает поднятую ладонь, и мужчина разжимает хватку.
  Сержант Лейтон хмурится.
  В его толстой руке около дюжины маленьких серых предметов.
  - Это пули для пневматического оружия, точка два-два.
  Мужчина корчит насмешливую гримасу, как бы говоря: “Ну, а чего ты ожидал, ракет ”Томагавк"?"
  -Совершенноверно.
  Сержант Лейтон выглядит довольно пристыженным, как будто ответственность за срыв лежит на его плечах.
  - Итак, о чем мы здесь говорим, сэр?
  По крайней мере, он переводит мяч на чужую площадку, пока думает.
  Но его тут же возвращают.
  - Мы говорим, что Хильда несколько легковозбудима.
  Мужчина наклонился и несколько безразлично уставился в соседнюю секцию смотровой щели, где пустошь простирается до более круто поднимающегося склона.
  Сержант Лейтон тоже корчит озадаченное лицо.
  – Хильда, сэр?’
  Мужчина продолжает бесцельно смотреть.
  ‘ Насколько я понимаю, именно Хильда подала заявление в полицию.  Она также поговорила с нашим председателем, который попросил меня подняться и посмотреть.
  Теперь тон его голоса меняется в сторону раздражения.
  Сержант Лейтон может оценить его точку зрения.  Как намекнул этот человек, со своей стороны, из всего, что он мог бы сделать, карабкаться по опавшему шиповнику и обливаться потом из-за горсти пульков для пневматического оружия - не лучшее использование полицейского времени.  Как он и опасался, именно это неприятное словосочетание “боевые патроны” осталось неквалифицированным в прерванном телефонном разговоре.
  Но теперь, когда он здесь, он может с таким же успехом связать концы с концами.
  ‘ Не могли бы вы просто ввести меня в курс дела, сэр?  Кто такая эта Хильда – и у вас есть какие-нибудь идеи, почему она могла сообщить об этом?
  Вместо того чтобы немедленно ответить, мужчина перекидывает ноги через скамейку и наклоняется вперед, чтобы посмотреть в бинокль.
  ‘ Это проект по восстановлению дикой природы, сержант.  Возможно, вы заметили, что прошли через калитку в ограде для оленей.  Не опуская полевой бинокль, он тычет большим пальцем через плечо.  "Одновременно мы вновь представляем голубого зайца – горного зайца".
  Сержант Лейтон понимает, что ему предлагают взглянуть на плакаты с изображением дикой природы, один из которых посвящен тем, кого он считал кроликами, но теперь он оценивает иначе.  Горный заяц вернулся после почти двухвекового отсутствия.
  Мужчина тяжело вздыхает, как будто все это ему надоело.
  ‘Хильда не является членом Фонда дикой природы Дервентдейла - она из Камберлендского университета или чего-то в этом роде.  Она ботаник, изучает возвращение видов растений в заново огороженный вольер.
  Сержант Лейтон чувствует, что его уводят из зоны комфорта.  Но кролики – или, скорее, зайцы – и полевые цветы – наверняка не самые лучшие соседи по постели?
  - И она была бы чем-то обеспокоена, сэр?
  - Могу только представить, что она подумала, будто кто-то пытался подстрелить наших зайцев.
  Тон мужчины становится все более нетерпеливым.
  Сержант Лейтон перекладывает шарики на ладони.  Он хмурится.
  - Похоже, кто-то пытался во что-то выстрелить, сэр.
  Мужчина поворачивает к нему презрительное лицо, а затем жестом приглашает сесть.
  – Взгляните, сержант, я думаю, вы увидите свой ответ.
  Сержант Лейтон опускает гранулы в карман рубашки и неопытно, поскольку его более короткие ноги и хорошо сложенное телосложение говорят не в его пользу, умудряется занять позицию на скамейке запасных.
  Мужчина водит биноклем по полке.
  ‘ Направо, примерно в тридцати ярдах, рядом с тем бледным выступом.  Видишь пару ворон.
  Глаза мужчины должны быть близко посажены, так как сержанту Лейтону приходится расширять глаза.  Затем ему требуется несколько мгновений, чтобы настроить фокус.
  - В чем дело, сэр?
  "Мертвый кролик".
  Сержант Лейтон, прищурившись, смотрит в бинокль.
  ‘ У нас есть парень – местный егерь, – он приходит примерно раз в месяц.  Мы пытаемся уничтожить неместные инвазивные виды – кроликов, серых белок, фазанов.  Врановые, в некоторой степени, хотя и являются местными.  Они появились раньше гнезд кроншнепов.
  Сержант Лейтон продолжает смотреть.  Мужчина наклоняется ближе, чем ему хотелось бы.  У него плотное, неряшливое телосложение, и он тихонько хрипит.  В накопившейся жаре душного убежища сержант Лейтон теперь ощущает общую нечистоплотность его одежды, унылый запах табака и – когда он поворачивает голову, чтобы заговорить – явный приторный запах кетонов в его дыхании.
  Он чувствует внезапное сильное желание убраться отсюда.
  Но он берет себя в руки и тайком вдыхает и выдыхает через приоткрытые губы, прижимаясь лбом к краю смотровой щели и приближая лицо к свежему воздуху.
  ‘ Значит, вы хотите сказать, что никакого преступления не совершено, сэр?  Возможно, произошла своего рода ошибка в идентификации.
  - У него есть необходимое разрешение.  А это паразиты или честная добыча.’
  Сержант Лейтон осматривается.  Местность холмистая, представляет собой смесь вереска и папоротника, перемежающуюся более короткими участками матовой травы, мхов и обнаженных скал.
  ‘ А как же твои зайцы?  Я ничего не вижу.
  - Они будут там.  Они сумеречные.  Они лежат весь день в какой-то форме.
  Мужчина прочищает горло, и это вызывает у него мокроту.
  Сержант Лейтон корчит гримасу.  Возможно, это выражение отвращения.
  Однако это также может быть проявлением решимости, поскольку, когда он может сдаться, вместо этого он концентрируется сильнее и даже до такой степени, что мужчина задает ему вопросы.
  - Вы что-нибудь видите, сержант?
  Сержант Лейтон смотрит еще мгновение.
  ‘ Нет, я думаю, просто камень, сэр.  Он опускает бинокль и возвращает его обратно с выражением поражения в глазах.  "Может быть, мне нужно вернуться на выходные с кусачками, провести немного времени, посмотреть, сможем ли мы поймать одного из твоих зайцев".
  С таким же трудом, с каким он сел, он выпутывается из негостеприимного положения.  Его оставшаяся нога наполовину зажата, он отшатывается в сторону и едва не раздавливает рюкзак мужчины, останавливая его падение вытянутыми руками.
  ‘ Эй! Держись на ходу, старина.  Он восстанавливает равновесие.  Мужчина смотрит на него довольно презрительно, но никак не комментирует.  ‘ Как скажете, сэр.  Здесь не на что смотреть.  Ха-ха-ха.  Отстрел кроликов из пневматического оружия на частной земле не является преступлением, и разрешение получено.’
  Мужчина, будучи выше ростом и более тренированный, не испытывает таких трудностей с освобождением ног.  Однако он остается сидеть и складывает руки на груди.
  Сержант Лейтон видит, что он доволен тем, что уходит.
  ‘ Если вы не возражаете, сэр, я просто запишу ваши данные для своего отчета.  Как я уже говорил ранее, у нас не было названия.
  Он вытаскивает блокнот из заднего кармана.
  Теперь мужчина выглядит недовольным.
  ‘ Простая формальность, сэр, чтобы покончить с этим делом.  С нашей стороны я запишу это как недоразумение.
  Кажется, это достаточно успокаивает.
  - Это Тейлор–Браун - Браун с буквой "Е".  Уильям.
  Сержант Лейтон кивает и добавляет дату рождения, адрес и номер мобильного телефона, что, похоже, еще больше раздражает мужчину, но он все равно продолжает задавать вопросы.
  Сержант Лейтон складывает свой блокнот и теперь довольно застенчиво втягивает воздух сквозь оскаленные зубы.
  - Вот что, сэр, не могли бы вы просто указать мне, в каком направлении лучше всего добраться до автостоянки Уинлаттера?  По-моему, я не туда свернул по пути наверх.
  Мужчина не делает попытки подняться или хотя бы жестикулировать.
  Возвращайтесь по тропинке к краю обрыва.  В два часа отправляйтесь в сторону группы шотландских сосен.  Оттуда вы увидите отмеченную тропинку.
  Сержант Лейтон с энтузиазмом кланяется.
  ‘ Слушаюсь, сэр.  Идеальный.  Спасибо, что уделили мне время, и извините, что побеспокоил вас – притащил сюда.
  Теперь мужчина наклоняет голову в неохотном согласии.  Хотя сержант Лейтон задается вопросом, не переусердствовал ли он, извиняясь таким образом, в пудинге.  Есть ли проблеск подозрения в прищуренных глазах Уильяма Тейлора-Брауна?
  Без лишних слов он уходит.  Он закрывает за собой дверь и осторожно крадется прочь, но из-за шкуры не доносится ни звука, что наводит на мысль о том, что мужчина остается сидеть неподвижно, потому что это что-то вроде акустической коробки.
  Но уже была начата небольшая игра в кошки-мышки.
  Когда сержант Лейтон достигает границы плантации, вместо того, чтобы сворачивать через пустошь к группе темных сосен, он поворачивает налево и начинает рысью, насколько позволяют его обувь и физическая форма, двигаться по периметру полосы укрытий.  Небольшая рощица, по сути, представляет собой длинную прямоугольную полосу, и он делает еще два поворота налево, после чего возвращается в направлении наблюдательного пункта.  Деревянная хижина выступает на пару футов, и он прижимается вплотную к линии деревьев.  Смотровая щель открыта, и он может видеть черные дужки бинокля Уильяма Тейлора-Брауна.
  Не доходя примерно сорока ярдов, он замечает справа от себя небольшой холмик, на котором вереск разросся еще буйнее.  Он перебегает его и ныряет в подлесок.  Она сухая и ломкая, и он производит больше шума, чем ожидал.  Он опускается на колени и прислушивается.
  Слышится прерывистое жужжание добывающего пищу шмеля и более неясный фоновый вой, который может быть плодом его воображения или как-то связан с приливом крови к вискам, когда его сердце бешено колотится, восстанавливая силы.  Но из укрытия не доносится ни звука, который встревожил бы его.
  Он чувствует запах чего-то смутно ароматного, напоминающего воскресную кухню и жареного цыпленка, и он срывает веточку травы, раздавливает ее большим и указательным пальцами и подносит к носу.  Может быть, это дикий тимьян?  Он уже собирается попробовать его, когда до него доходит, что он понятия не имеет, а что, если это ядовито?
  Но его внимание отвлекается – он вздрагивает от внезапного резкого треска закрывающейся смотровой щитка.  Сапоги стучат по деревянному полу; дверь открывается и закрывается; ветки хрустят под ногами, и слышно, как что-то похожее на ветки отскакивает от боковой стенки укрытия.  Затем раздается скрежет кремневой зажигалки, и после нескольких секунд задержки у него перехватывает горло от сигаретного дыма.
  Сержант Лейтон медленно продвигается вперед и осторожно раздвигает листву двумя руками, как любопытный паркер отодвинул бы занавески.  Он кивает Скелгиллу: “Никогда не высовывай голову над горизонтом, Лейтон, если не хочешь, чтобы ее прострелили”.
  Уильям Тейлор-Браун небрежно прислоняется к передней части шкуры, сигарета свисает с уголка его рта.  На шее у него висит бинокль, а большой зеленый рюкзак свободно перекинут через плечо.  Он смотрит на часы.
  Сержант Лейтон пристально смотрит на него.  Он совершенно уверен, что знает, что делает этот человек – ждет, пока он, офицер, проводящий расследование, не окажется на достаточном расстоянии от места происшествия.
  Нет никаких признаков термоса, который, как подозревает сержант Лейтон, содержит не чай или кофе, а какой-то напиток покрепче.  Теперь он может находиться в боковом кармане рюкзака: сумка во много раз вместительнее, чем потребовались бы маленькая фляжка и бинокль.  Именно такого размера, как он видел, Скелгилл нанял для недельного дикого похода.  И – когда он "случайно" наткнулся на нее – он смог убедиться, что она совершенно пуста.
  Возможно, мужчина никуда не спешит – конечно, вряд ли в это тихое утро понедельника здесь будут посетители.  Кроме того, люди, которые могут случайно наблюдать за дикой природой, как правило, отправляются посмотреть на скопы по другую сторону перевала Уинлаттер, откуда открывается вид на озеро Бассентуэйт.
  Но если человек никуда не спешит, то этого нельзя сказать о дикой природе в непосредственной близости от сержанта Лейтона.  Вой, который, как он надеялся, ему почудился, усилился, и мошки сделали свое дело.  Он чешет голову и шею и отчаянно трет лицо – но, хотя он не видит ни одного нападающего, кажется, что они идут на него строем, небольшая эскадрилья атакует с военной точностью.
  И теперь, испытывая нарастающий дискомфорт, когда его конечности угрожают сведены судорогой, он начинает представлять, что целый выводок клещей заползает ему под брюки, которые он забыл заправить в носки.
  Сержант Лейтон задается вопросом, как долго он сможет выносить эту незнакомую форму микроистязаний.  Как Скелгилл выдерживает это, когда он на рыбалке?  У него сохранилось смутное воспоминание, что Скелгилл упоминал что-то о ветре со скоростью пять миль в час или о постоянном движении, разъедающем копыта.  Он не думает, что мошки лишат Скелгилла ужина.
  У сержанта Лейтона болят уши от укусов.
  Он снова всматривается; мужчина затягивается мучительно долго.
  Затем Уильям Тейлор-Браун еще раз смотрит на часы и отталкивается от своего наклонного положения.  Он поворачивается и тушит сигарету о шкуру, прежде чем выбросить окурок.
  Теперь он оглядывается по сторонам, берет бинокль и осматривает окрестности, систематически оглядывая открывающуюся перед ним панораму на сто восемьдесят градусов.
  Похоже, удовлетворенный тем, что за ним никто не наблюдает, он снимает рюкзак с плеча и засовывает полевой бинокль в боковой карман.  Он ставит рюкзак на землю, прижимая к шкуре, и двумя руками максимально расширяет основное отделение на шнурке.
  Затем он опускается на одно колено и протягивает руку под шкуру, приподнятую спереди примерно на фут на платформе на сваях, под которой растут высокая трава и колючий тростник.
  Сержант Лейтон на мгновение отбрасывает все мысли об укусах, горящих ушах и болезни Лайма.
  Он не великий натуралист, но, по его мнению, заяц примерно вдвое больше кролика – и если Уильям Тейлор-Браун вытаскивает сначала одного только что убитого кролика, а затем другого из зарослей и бросает в рюкзак, значит, на холмах водятся очень большие кролики.
  И когда мужчина осторожно вытаскивает из-под шкуры винтовку и засовывает ее ствол за пояс брюк и вниз по одной ноге, а также застегивает куртку на прикладе, все последние сомнения сержанта Лейтона рассеиваются.
  Мужчина быстро надевает рюкзак и без предупреждения начинает неуклюже шагать вдоль опушки рощи к тайному убежищу сержанта Лейтона в вереске.
  Сержант Лейтон, двигаясь с бесконечно малой медлительностью, наклоняет голову и опускается так низко, как только может.  Он задерживает дыхание.  Мошки удваиваются.
  OceanofPDF.com
  6. СТИМУЛИРОВАНИЕ СПЕКУЛЯЦИЙ
  Перевал Киркстоун – 11.30 утра
  ‘WЧТО ВЫ поняли из прощального замечания профессора Синисалу в субботу?
  Скелгилл, сидящий за рулем и в данный момент вытягивающий шею, чтобы разглядеть склон справа от себя, довольно пренебрежительно рычит.
  - Он может быть загадочным старым дьяволом.
  Сержант Джонс делает вид, что обращает внимание на то, что привлекло внимание Скелгилла; в ее движениях есть методичность, выдерживание вежливой паузы, предшествующей несогласию.
  - Предположение о том, что есть следующая жертва, не показалось мне таким уж загадочным.
  –Что за...!
  Скелгилл резко дергает руль и жмет на тормоз - сержанту Джонс приходится прижаться к приборной панели со стороны пассажира.  Он свернул, чтобы избежать столкновения со встречной машиной, которая сама объехала, сигналя, невозмутимую овцу Хердвик и ее черного ягненка.
  – Чертовы туристы – они любуются пейзажем - должны следить за дорогой.
  Сержант Джонс смеется с упреком, как заведенный чайник.
  Маршрут из Пенрита в Эмблсайд привел их к Уллуотеру (там Скелгиллу есть чем отвлечься, плоская поверхность вдоль подветренного берега – постоянный источник подъемов, поскольку форель питается поденками, - и подъем к Скелгиллу - крошечному спусковому крючку, который заставляет его буквально дергаться, поскольку инстинкт требует заброса).  А оттуда через перевал Киркстоун.  Вероятно, это самый быстрый перевал в Озерном крае, его извилистая асфальтированная дорога зажата между неумолимыми сухимикаменными стенами, которые унесли жизни многих гонщиков, которые не удержались от одного взгляда на драматический пейзаж.  Достигнув перевала у постоялого двора пятнадцатого века, длинного, низкого, одинокого здания с шиферной крышей, обветшалый Скелгилл теперь разветвляется, выбирая ‘Борьбу", узкий переулок, который спускается в Эмблсайд.  Когда-то это был единственный вариант для дилижансов, когда пассажирам приходилось выходить и идти пешком: мужчины несли свои чемоданы, а женщины волочили нижние юбки по грязи.  Сегодня появились предупреждения о необходимости ездить на пониженной передаче, а не вообще в зимних условиях.
  Скелгилл мрачно хмурится.
  -Что? -спросиля
  Он прекрасно понимает, на что намекает ее веселье.  Но возвращается к ее первоначальному вопросу.
  ‘Он слишком хорошо нас знает.  Он считает, что если я что–то вынюхиваю, значит, это еще не все - будет еще что-то.
  Оба детектива колеблются и, возможно, одновременно облегченно вздыхают - за поворотом дороги открывается далекая панорама Уиндермира, яркой полоски, лежащей, как ртуть, далеко за пределами и внизу, среди пологих лесистых холмов.  Хотя это вряд ли любимое озеро Скелгилла (он склонен называть его “аквапарком”, а в последнее время, более мрачно, “прудом–отстойником”, отсылка к систематическому загрязнению сточными водами, попавшему в заголовки национальных новостей), как крупнейший водоем Англии по большинству показателей и, безусловно, самый знаменитый, оно символизирует замечательные природные удобства Озерного края.
  Итак, в Уиндермире есть что–то такое - этот романтический проблеск, – что останавливает их разговор.  И Скелгиллу, возможно, не мешало бы поразмыслить, может быть, это главная достопримечательность, горшочек с медом, пункт назначения для менее информированных - но именно по этой причине он может найти покой в другом месте.
  - Нью-Йорк, Нью-Йорк.
  Сержант Джонс что-то весело бормочет.
  Она понимает, что он имеет в виду тавтологическую привычку посетителей и СМИ называть это место озером Уиндермир, еще одной иррациональной выдумкой ее коллеги.
  Но она избегает отвлекающего маневра.
  ‘ Я подумал, может быть, этого уже достаточно.  Я знаю, что связи между этими делами непрочны, но любое из них в отдельности может оказаться зловещим.  Мы же не можем закрывать на это глаза.
  Она видит, что Скелгилл недовольно морщится, хотя она знает, что он обдумал эти моменты.  Доказательства были отобраны консультантом, миссис Кушьери, из бог знает скольких случаев.  Они могут только поверить ей на слово, что это нетрадиционные причины отравления и что жертвы имеют нетипичный демографический профиль.  Между тем, со своей стороны, доктор Синисалу отреагировал с явным интуитивным уклоном и, казалось, был полностью доволен (если не сказать удивлен) тем, что Скелгилл также следовал за его нюхом.
  Она повторяет оправдание, на которое намекнул профессор.
  Я думаю, за свою долгую карьеру он повидал множество случаев – и в его аргументации есть справедливость: иногда, прежде чем ты сможешь добраться до сути дела, тебе приходится постоянно отступать и ходить по кругу, пока ты не найдешь лучшую линию атаки.
  Скелгилл делает еще более неопределенное выражение лица, но не отвечает.
  Сержант Джонс задумчиво размышляет.
  - Есть такой роман.
  Скелгилл, не мигая, смотрит вперед.
  - Да. - Но в его ответе нет интонации, которая указывала бы на вовлеченность.
  "К нулю", Агата Кристи.
  Проходит, наверное, с полминуты, прежде чем Скелгилл заговаривает.
  - И это было отравление?
  Сержант Джонс удивленно оборачивается.
  ‘ Э– нет– клюшку для гольфа.  Она поправляет прядь светлых волос, упавшую ей на правый глаз.  ‘ Ну – на самом деле – это было не так – это было сделано так, чтобы выглядеть как клюшка для гольфа, чтобы создать компромат.  Однако – горничную отравили – но только для того, чтобы вырубить ее.  Полагаю, больше одурманенный, чем отравленный.
  Скелгилл внезапно встряхивает головой, как будто его беспокоит муха.
  Сержант Джонс ждет, но его не видно.
  Она подает знак.
  - Есть такой аспект.
  - В каком аспекте?
  Она хихикает.
  - Замечание профессора Синисалу о дозировке.  Что это может быть ключом к разгадке намерений отравителя.
  Скелгилл теперь кивает, но не отрывает взгляда от извилистой дороги и переключает передачу для очередного куплета о пасущихся пастушках.
  Сержант Джонс обращается к следствию из своего предложения.
  ‘ Я подумал, что нам следует заказать тесты в Эдинбурге.  Хотя они обойдутся недешево, и нам может понадобиться убедительное обоснование.
  Скелгилл морщится; это нежелательное напоминание о Шефе и жесткой экономии в организации.  Однако это напрашивается на замечание.
  - Интересно, как там дела у Лейтона.
  -На собрании в понедельник?
  Скелгилл собирается ответить, когда его мобильный телефон в держателе для громкой связи оживает, заиграв веселую мелодию The Lambeth Walk.
  Скелгилл тычет пальцем в экран.
  - У тебя горят уши или что-то в этом роде, Лейтон?
  Сержант Лейтон, готовый заговорить, сбит с толку.
  – Э–э... ну ... забавно, что вы упомянули об этом, шеф.
  Скелгилл, однако, не развивает тему, интересуясь самочувствием своего сержанта.  Фактически, он вообще не отвечает.  Он предвидит, что будут сообщены плохие новости, и в наивном акте неповиновения, не спрашивая, оттягивает неприятный момент.
  В конце концов сержант Лейтон кладет конец многозначительной паузе.
  – Дело в том, шеф, что меня вызвали в этот шикарный природный заповедник в Уинлаттере.
  Глаза Скелгилла сужаются.
  -Почему?
  Его голос звучит немного раздраженно.
  Сержант Лейтон прочищает горло.
  Короче говоря.  Сообщение о подозрении в браконьерстве.  И оставленные боевые патроны.  Это оказались дробинки для пневматического оружия.  Но я думаю, что там творятся какие–то махинации – шикарный чудак, который встретил меня – член общества охраны природы - оказалось, что он прикончил пару этих находящихся под угрозой исчезновения зайцев, которых они предположительно реинтродуцируют ".
  - Это ты его зарезал?
  ‘ Не – а, шеф.  Дело в том, что я вроде как догадался, что он что–то замышляет – хитрый, уклончивый, скрывающий это за негодованием, как будто все это было бурей в чайной чашке.  Я решил пустить все на самотек, прикинуться невеждой.  Как вы знаете, у меня на подходе более серьезное дело – кражи редких пород и все такое.  И пока ни одной зацепки.  Не сосиска.  Кто-то хитрый, как лиса.
  -Ага.
  Теперь Скелгилл мог бы проявить немного больше сочувствия.
  Этот чудак не произвел на меня впечатления вдохновителя – немного неряшливый, но неряшливый, опустившийся - и он был под соусом в десять утра.  Я подыграл ему – подумал, что, может быть, он и есть тот самый "ин", которого мы искали.
  Скелгилл хмурится; он бросает взгляд на сержанта Джонс; она наклоняет голову, как будто думает, что он должен подбодрить сержанта Лейтона.
  Но в более типичной манере он играет адвоката дьявола.
  – Лейтон, ты уверен, что он не какой-нибудь мелкий браконьер, который хочет поживиться?
  ‘ Я понимаю, шеф, но зачем эти порхающие голубые зайцы?  Я имею в виду, разве они не соответствуют всем требованиям как необычная мишень?"
  Выражение лица Скелгилла едва заметно смягчается.
  - Это поможет вернуть несколько цветов со Скидды.
  Сержант Лейтон, кажется, на мгновение оказался в тупике, и не только потому, что его начальник заговорил на диалекте, возможно, подражая старому соотечественнику.
  – Что - синие зайцы?
  -Ага.
  ‘ Серьезно, шеф?  Кажется, я только что читал, что в Озерах их нет?
  ‘ Лейтон– считается, что в Озерах нет больших кошек, но я их видел, и все такое.  Кроме того, с голубыми зайцами не спутаешь – зимой они становятся белыми.
  Сержант Лейтон неразборчиво хмыкает.
  ‘ Я уверен, на плакате было написано, что они вымерли.  И это часть специального проекта по переосмыслению.
  Скелгилл переходит в дидактический режим.
  Они были реинтродуцированы в 1800-х годах.  Существует реликтовая популяция.  Не многие люди ходят этим путем – слишком много проблем и слишком мало мастеров по изготовлению столярных изделий.  Миля за милей по дикой местности.  Это болотные куропатки – они питаются побегами вереска после сжигания, как и птицы.
  Сержант Лейтон снисходительно фыркает.
  ‘ Вам лучше знать, шеф, чем мне.  Но зачем кому–то понадобилось стрелять в них, особенно в заповеднике?
  Скелгилл теперь совершает полный оборот.
  "Рыба в бочке, Лейтон".
  Это на мгновение ставит сержанта Лейтона в тупик, и даже поразмыслив, он не находит аргумент убедительным; подъем в лесную зону вряд ли был легким.  И Скелгилл также не затронул суть своего вопроса; он имел дело с возможностью, но не с мотивом.
  ‘ Но почему именно эти зайцы?  Голубые зайцы?  Разве ваш обычный заяц не по десять за пенни?  Если бы ты просто хотел зайца.
  Вмешивается сержант Джонс.
  - Может быть, он коллекционировал образцы?
  Сержант Лейтон, очевидно, не рассматривал этот аспект.
  – Что - как мягкие игрушки в стеклянной витрине?
  Скелгилл хохочет.
  - Что-то я не вижу заячьей головы на стене, Лейтон!
  Сержант Лейтон решает сократить свои потери.  Встреча с Уильямом Тейлором-Брауном тронула его больше, чем он признался своим коллегам, и не в последнюю очередь – то, что он выдержал судебный процесс над Бушем.  Он пока не хочет оставлять это без внимания.
  ‘ Я проведу пару проверок биографии этого чудака – и, возможно, человека, который позвонил.  И еще одно, шеф, вам придется посвятить меня в свой секрет борьбы с мошкарой.  Вы сказали, что у меня горели уши – меня съели заживо!
  Скелгилл поворачивается и торжествующе улыбается сержанту Джонс; она более заботлива и выражает свои соболезнования сержанту Лейтону.  В голосе Скелгилла зазвучали нотки превосходства.
  Болотный мирт, лейтон или бузина.  Измельчите листья и протрите ими лицо и руки.  Но поосторожнее с бузиной – она ядовитая.
  Сержант Лейтон не совсем уверен, что Скелгилл заводит его – и собирается съязвить, что он не отличит болотную миртл от болотного сиденья, – но он осознает, что его заявление о намерениях, за которым быстро последовала эта отвлекающая тактика, сделало свое дело, и он соглашается подчиниться и в одностороннем порядке завершает разговор.
  Выражение лица Скелгилла могло быть лишь намеком на самоанализ.  Однако он совершает мелкое правонарушение, когда чувствует мягкий упрек сержанта Джонса, но события берут верх, и несколько секунд спустя он притормаживает и сворачивает на затененную платанами подъездную дорожку к отдельно стоящему дому на окраине Эмблсайда.
  OceanofPDF.com
  7. ПО ЗАПАХУ
  Эмблсайд – 11.45 утра
  ‘CПРИВЕТСТВУЮ.
  Это наблюдение сержанта Джонса, и Скелгиллу приходится немного наклониться, чтобы посмотреть через ветровое стекло на внушительный дом, который является их первым визитом.  Он излучает ауру постоянства, которая царит в Эмблсайде, где высокие, скученные здания, казалось, были высечены из самого основания из черного алевролита, а спайность сланца настолько гладкая, что стены кажутся собранными без раствора, с безукоризненной точностью перпендикуляра.
  Скелгилл что-то неразборчиво бормочет, хотя понимает, что имеет в виду его коллега.  Что отличает это особое свойство, так это квадратная каменная башня, выступающая с левой стороны, увенчанная экстравагантным шпилем с шиферной крышей, наклоненным на добрых семьдесят градусов к флюгеру.
  Башня возвышается над тем, что когда-то могло быть отдельно стоящим фермерским домом среднего размера, и возникает вопрос, была ли она пристроена по глупости - или башня появилась первой, и предприимчивый фермер придал ей блеск и пристроил более скромное жилище?
  Сержант Джонс, возможно, все еще размышляет над этим несоответствием, когда они выходят из машины, ее взгляд такой рассеянный; Скелгилл, вытянув шею, вероятно, оценивает, что ветер, судя по бронзовому флюгеру, дует с юго-западного квартала, когда на противоположном конце дома открывается дверь и черно-подпалый кокер-спаниель пробегает по гравию подъездной дорожки.
  -Альба!  Иди сюда, девочка!  Альба – не вскакивай!  Альба – нет!  Плохая девчонка!’
  Альба не обращает на это внимания и, подбадриваемая Скелгиллом, который опустился на одно колено, продолжает прыгать, делая выпад и обрушивая залп лизаний на его так удобно подставленное ухо.
  – О боже, слава богу, что ты любитель собак.
  Хозяйка Альбы, женщина чуть за пятьдесят, спешит к ним, еще раз призывая своего питомца воздержаться, но когда она оказывается в пределах досягаемости, существо уворачивается, чтобы коротко поприветствовать сержанта Джонса, и стремительно исчезает за углом дома, его нос едва ли в дюйме от земли.
  Скелгилл встает, отряхивая брюки, и щедро улыбается.
  – Моя немного похожа на эту - Собачье Пушечное ядро, как ее называют в народе.
  Он разглядывает внешность женщины по мере того, как она приходит в себя.  Она преувеличенно вздрагивает, словно отмахиваясь от непослушного вторжения, расчесывает свои светлые волосы до плеч и дергает за лацканы бледно-розового жилета, который она носит расстегнутым поверх бежевого свитера с круглым вырезом.  У нее стройная фигура, кремовые эластичные брюки и темно-серые ботильоны на меху.  У нее загорелая кожа с легким румянцем на пухлых щеках.  Она чувствует его внимание и смотрит на него яркими, немигающими искрящимися голубыми глазами.
  Скелгилл наклоняет голову в сторону своего коллеги, стоящего рядом.
  СЕРЖАНТ Джонс понимает, что она должна взять управление на себя.
  ‘ Миссис Патерсон?  Мы из уголовного розыска Камбрии.  Я сержант Джонс, а это инспектор Скелгилл.  Насколько я понимаю, детектив-констебль Ватсон звонил от нашего имени.
  Женщина складывает руки на животе; она кажется уверенной в себе и склонной к сотрудничеству.
  ‘ Да, только я не предполагала, что ты приедешь так скоро.  Она указывает на "Рейнджровер" с новыми номерами, припаркованный в нише кустарника.  ‘ Я только что вернулась из магазина и у меня не было времени ничего приготовить.  Но если ты захочешь зайти, я поставлю чайник.
  Она поворачивается и ведет их обратно по широкому, обшитому дубовыми панелями коридору, пахнущему полиролью для дерева, а затем в прохладную просторную гостиную с видом на покрытый листвой сад за домом; обширная лужайка спускается к бордюрам из позднецветущих пурпурных, красных и белых рододендронов, их цвета пятнами выделяются в лучах солнечного света.  Скелгилл, автоматически подошедший к окну, наблюдает, как Альба делает зигзаги, выискивая запах с головокружительной скоростью, характерной для породы флашинг, и исчезает в зарослях чего-то похожего на шалфей.
  Им остается устраиваться поудобнее; мебель отличного качества и в традиционном стиле, хотя может показаться почти новой из-за своего первозданного внешнего вида.  Внушительный стеллаж у одной из стен напоминает книжный магазин: многие обложки расположены лицевой стороной наружу, демонстрируя художественный дизайн и утонченный вкус.
  Сержант Джонс устраивается сбоку от широкого двухместного дивана, но когда хозяин возвращается с подносом, уставленным чайными принадлежностями, Скелгилл стоит спиной к креслам, разглядывая пейзаж маслом, висящий над камином.
  Когда появление прохладительных напитков обычно могло бы привлечь его внимание, Скелгилл остается лицом к картине.  Сержант Джонс наблюдает за ним с легким недоумением; искусство ради искусства - не его обычный интерес.
  Он прочищает горло.
  – Это Уорнскейл- Бек - Форс, ориентированный на северо-запад, к Стогам Сена и Высокому Утесу.
  Миссис Ширли Патерсон, ставя поднос на солидный кофейный столик из тикового дерева, удивленно поднимает глаза.
  ‘ Совершенно верно, инспектор, не многие это осознают.  Я никогда не был до конца уверен в правильном балансе между топографической точностью и собственным восприятием в данный момент.
  То, что в ее заявлении есть что-то слегка загадочное, заставляет Скелгилла обернуться, и теперь он понимает, что другие подобные предметы украшают стены.  Выпадает что-то вроде пенни.
  - Вы художник? - спросил я.
  Женщина изображает скромность и, опустив голову, занимается разливкой чая.
  – Да, это моя ... ну, я бы сказал, работа, но это было бы претенциозно – это мое хобби, и я иногда продаю то, что было заказано.
  Скелгилл оглядывается на картину и теперь видит, что она подписала ее и озаглавила "Майская жара" – и он хмурится, он много раз задерживался у этого самого впечатляющего, но редко посещаемого водопада и пришел к выводу, что камере не хватает чувствительности; и все же эта женщина ухватила суть как поразительных пейзажей, так и яркой атмосферы.
  Ее голос прерывает его размышления.
  ‘ О, и еще у меня есть несколько штук в Farlies – кафе-гастрономе в виллидж, там выставлены работы местных художников.  Но ближе к делу, пожалуйста, присаживайтесь и отведайте их имбирный паркин, приготовленный в духовке.
  Проходя мимо нее, Скелгилл улавливает легкий цветочный аромат, который ускользнул от него, когда они проходили через дом.  Однако он устраивается рядом с сержантом Джонсом и выполняет просьбу хозяина.
  Он отмечает, что она называет Эмблсайд “деревней”, в то время как он стремился бы быть маленьким городком (население около трех с половиной тысяч человек, вспоминает он), и ее акцент, хотя и северный по гласным звукам, трудно различить.
  - Вы из здешних мест, мадам?
  Она смотрит на него снизу вверх с огоньком в глазах.
  -Ширли, пожалуйста, иначе я начну беспокоиться, что меня подозревают.  Она широко улыбается и, прежде чем Скелгилл успевает подобрать слова, отвечает на его вопрос.  ‘Мы с Алексом переехали из Карлайла около шести лет назад.  До этого у нас было небольшое местечко на выходные у озера.  Я читал лекции по искусству в техническом колледже, и мне предложили привлекательный пакет услуг по сокращению штатов, когда они объединились с университетом.  Алекс стал фрилансером, и это означало, что мы оба были достаточно свободны.  Он инженер–проектировщик электрооборудования - у него долгосрочный контракт с Управлением водоснабжения.  Сегодня утром он на канализационном заводе в Уиндермире.
  Если бы Скелгилл не жевал липкий паркин, у него могло бы возникнуть искушение произнести слова “Удачи с этим”, но он просто вежливо кивает и позволяет женщине продолжать.  Она поднимает руку, указывая на то, что их окружает.
  ‘Итак, появилась эта недвижимость, и она была идеальной – башня идеально подходит для мастерской Алекса и моей студии.  Кстати, Алекс родился и вырос в Эдинбурге – следовательно, мы Патерсоны на одну букву ’Т". Она вздыхает; без сомнения, это то, что ей часто приходится произносить по буквам.  – Но ... извините ... я отвлекся.
  Сержант Джонс свободна от паркин, и она открывает свой блокнот, чтобы указать, что она возьмет управление на себя.
  - Все в порядке, миссис Патерсон.  Она воздерживается от обращения по имени, решив, что просьба к ней не относится.  Констебль Уотсон, должно быть, упомянул цель нашего звонка.  У нас есть только очень ограниченная информация из больницы, поскольку они ограничены правилами защиты данных и конфиденциальностью пациентов.  Вы не обязаны отвечать ни на какие вопросы, но, если у вас нет возражений, это помогло бы заполнить пробелы в наших знаниях.
  Женщина покорно склоняет голову, складывает руки на коленях и немного наклоняется вперед.
  Сержант Джонс достает копию больничного отчета из своей сумки через плечо и кладет ее рядом со своим блокнотом.
  ‘ Нас попросили расследовать серию инцидентов – три, включая вашу недавнюю болезнь.  На данном этапе это всего лишь профилактическое расследование.  Чтобы выявить любую возможную общность, мы беседуем с каждой из жертв.
  Ширли Патерсон приподнимает брови и складывает губы в виде буквы "О".  Теперь Скелгилл замечает свеженанесенную помаду.  Она быстро переводит взгляд с одного детектива на другого.
  ‘ Звучит зловеще – называть меня жертвой.  Как будто это было сделано намеренно.
  Сержант Джонс смотрит на нее с сочувствием.
  – Да, прошу прощения, лучшего слова для этого не подобрать – возможно, страдалец.
  - Ну, я, конечно, страдал, хотя все прошло довольно быстро.
  Сержант Джонс держит ручку наготове.
  - Вы можете рассказать нам, что произошло?
  ‘ Ну– болезнь – она особенно проявилась ночью.  Я предполагаю, что до этого у меня могли быть легкие симптомы; я не могу быть уверен – но это было похоже на чувство изжоги – но более системно, если вы понимаете, что я имею в виду?"
  Сержант Джонс кивает, продолжая писать.
  - Вы были госпитализированы 24-го апреля.
  – Да, Алекс привез меня около восьми утра - я не могла уснуть большую часть ночи, – но я не хотела беспокоить его, так как просто предполагала, что это пройдет.  В больнице мне дали много жидкости и поставили капельницу, но я думаю, к тому времени, когда они поняли, что это такое, я более или менее пришел в себя.  Они продержали меня всю ночь, просто чтобы понаблюдать за мной, и отпустили на следующее утро.
  СЕРЖАНТ Джонс слегка наклоняется, чтобы прочесть больничный отчет.
  - В записках, которыми нас снабдили, говорится, что вы не знали о возможном источнике отравления.
  Женщина кивает.
  Сержант Джонс указывает на нее открытой ладонью.
  – И – совершенно очевидно - у вас не было повторения симптомов или каких-либо последствий?
  Ширли Патерсон качает головой.
  ‘В больнице предположили, что мне, возможно, следует обратиться к моему терапевту через пару недель – и что они пришлют ей отчет с результатами анализов крови.  У меня так и не нашлось времени на это – и я ничего не слышал.  Я полагаю, что, как и большинство сотрудников Национальной службы здравоохранения, они перегружены работой и не нуждаются в том, чтобы я отнимал у них время.  Я уверена, что со мной все в полном порядке.
  Сержант Джонс делает пометки.  Она делает вдох, чтобы заговорить снова, когда Скелгилл, доевший вторую порцию "паркина", заговаривает.
  – Ширли, что это было, как ты думала?  В тот момент.  Нутром чую – не хочу каламбурить?
  Женщина довольно весело отвечает на его вопрос и, возможно, на его готовность называть ее по имени.  Она наклоняется и на мгновение кладет руку ему на колено.
  Сержант Джонс внимательно наблюдает за пожилой женщиной.
  - На самом деле, инспектор, я подумал, что это, должно быть, из-за грязи.
  Скелгилл смотрит на нее загадочно, как будто не совсем понимает, что она имеет в виду, или, возможно, его коллегу беспокоит то же самое скрытое чувство.  Но Ширли Патерсон лишь заговорщически улыбается, снимает ботильон на правой ноге и поднимает ногу, демонстрируя, что облегающие кремовые брюки сделаны из стремени.  Это бриджи для верховой езды.
  - Ты ездишь верхом?
  Женщина издает гортанный смешок.
  ‘ Я держу довольно резвого жеребца в Кокшоте, конюшне между этим местом и Уиндермиром.  Можно сказать, это еще один мой порок.
  Скелгилл несколько растерянно кивает, и проходит мгновение, прежде чем он в состоянии ответить.
  – И что... вы решили, что могли подцепить жука?
  Теперь она кивает и обеими руками расчесывает волосы, чтобы убрать их с лица.
  – Такого раньше никогда не случалось, имейте в виду, но в тот день я убирал мусор, и, полагаю, потому, что одна из других лошадей была отравлена, такая возможность пришла мне в голову.
  Она пожимает плечами, как будто теперь считает эту идею несущественной.
  Но Скелгилл прищуривает глаза.
  -Как могла отравиться лошадь?
  Она опускает уголки рта в жесте сострадания.
  ‘ Амброзия с соседнего луга.  Сено было скошено и оставлено сушиться, и бедное животное воспользовалось прорехой в колючей проволоке.  Я считаю, что когда амброзия высушивается, она теряет свой горький предупреждающий вкус ".
  Скелгилл откидывается на спинку стула; амброзия с ее яркими желтыми цветами может быть проклятием горного фермера, и он провел много дней в детстве, зарабатывая себе на чай, потея початками и натирая ладони, вытаскивая непокорную амброзию с грядущих пастбищ.  Женщина совершенно права: попадая в силос или сено, он может вызвать необратимое повреждение печени.  Грундсвейт, как называет это старый Артур Хоуп.
  Небольшой перерыв позволяет сержанту Джонс вернуться к запланированной программе.
  ‘Миссис Патерсон, химическое вещество, которым, как считалось, вы были отравлены" (она бросает взгляд на отчет для уточнения), "называется оксалатом сапонина, а сапонины представляют собой группу веществ с широким спектром применения.  Например, они обладают пенообразующими свойствами и могут использоваться в промышленности для производства мыла, а в фармацевтике они могут действовать как вспомогательные вещества для повышения эффективности других лекарств".
  Женщина обращает на это пристальное внимание, и на ее доселе гладком лбу появляются небольшие морщинки.  Она смотрит на Скелгилла и снова на сержанта Джонса.
  В больнице мне действительно мало что рассказали.  Честно говоря, в то время я не думаю, что они знали, в чем дело.  Но я быстро поправился – и они, очевидно, стремились освободить кровать – и я хотел вернуться домой – ну, с моими животными.’
  Она оглядывается по сторонам и приподнимается, опираясь на подлокотники кресла, чтобы ненадолго выглянуть в окно – вспомнив о своей собаке, она убеждается, что та все еще продуктивно занята.
  Сержант Джонс постукивает ручкой по заметкам, предоставленным миссис Кушьери.
  – В свете того, что вам известно – что это не патоген, не живой организм, не желудочный клоп, – может ли быть медицинское или, как бы это сказать, химическое объяснение тому, с чем вы вступили в контакт?
  Ширли Патерсон медленно качает головой.
  ‘ Я не принимаю никаких лекарств – все, что у нас есть в доме, – это таблетки от головной боли. – О, и у Алекса есть рецепт на применение глазных капель каждый вечер от глаукомы - латанопрост, так это называется.  Она видит, что сержант Джонс быстро стенографирует.  - Но, сержант, я бы не стал с этим связываться.
  Детективы терпеливо наблюдают за ней, и она подчиняется, явно ломая голову и задумчиво покусывая нижнюю губу.  Затем она поднимает взгляд на изображение стогов сена, которое так восхитило Скелгилла.
  "Конечно, есть различные химикаты, которые я использую для своего искусства – сами краски – и фирменный растворитель для чистки, для кистей и так далее, если краска попадет на ногти или пальцы".
  Она переворачивает свои руки и осматривает их, слегка нахмурившись, как будто разочарована их видом.
  ‘ Он гораздо менее пахучий, чем скипидар, и, по-моему, более мягкий.  И его рекламируют как более безопасный, а я использую его очень редко.  У меня есть двухлитровая бутылка, которой мне хватает буквально на годы.  У меня никогда не было проблем".
  Сержант Джонс кивает.
  - Эксперт, с которым мы консультировались, считает, что вещество, скорее всего, попало внутрь.
  Скелгилл, похоже, тщательно высчитывает время, в течение которого осушает свою кружку чая.  Он выдыхает с легким вздохом удовлетворения.
  –Ширли, тебе в рот ничего не попало?
  Но женщина в ответ решительно поднимает указательный палец.
  ‘В тот день я не рисовал – если я иду кататься, я не рисую – мне не нравится, когда одно занятие мешает другому.  Кроме того, полагаю, я бы сразу понял, если бы ...
  Она подносит руку к губам.
  "О".
  Она смотрит в пространство.
  -Миссис Патерсон?
  Сержант Джонс мягко подсказывает ей.
  Женщина вздрагивает, но вместо этого смотрит на Скелгилла.
  - Инспектор, мне действительно что-то попало в рот.  Le Temps Passe.’
  То, что она, по-видимому, переходит на французский, заставляет Скелгилла повернуться к своей коллеге, но женщина снова наклоняется, чтобы сжать его колено.
  – Видите ли, это была годовщина нашей свадьбы, 23–го апреля. В тот вечер мы поехали в Броссен.
  ‘ Броссен?  Скелгилл знает местное слово, означающее насыщение, ежедневные амбиции.
  Женщина слегка лукаво улыбается.
  ‘ Извините, да, это довольно милый ресторанчик в виллидж, на Лейк-роуд.  Владелец Зак замечательный, он только что получил свою вторую звезду Мишлен".
  Сержант Джонс видит, что Скелгилл отвлекся, но это может быть потому, что рука женщины остается на месте.  Она вмешивается.
  – И ... что-то случилось в ресторане?
  В ярко-голубых глазах появляется тревога, когда Ширли Патерсон отстраняется от Скелгилла и резко поворачивается к сержанту Джонсу.
  ‘О, нет – ну, я имею в виду – ничего общего с Броссеном ... или кухней Зака ... У меня была экскурсия по кухне, вы могли есть с пола – все безупречно’.  Она делает паузу, чтобы расчесать волосы, теперь более рассеянно.  ‘ Но – да– была одна вещь.  Видите ли, Алекс купил мне мои старые любимые духи – это были те самые, которые он подарил мне, когда мы впервые встретились.  Его не было на рынке много лет, но он нашел флакон на ретро-сайте - в оригинальной коробке и запечатанной целлофановой обертке.  Le Temps Passe.’
  Очевидно, что она отвлекается, потому что задумчиво повторяет название бренда себе под нос, а затем более отчетливо заявляет:
  - Конечно, помогает.’
  Наступает тишина, и сержант Джонс слегка покашливает.  Этого достаточно для подсказки, и Ширли Патерсон начинает рассказывать свой отчет.
  Алекс не мог дождаться – он подарил мне духи, когда мы пили аперитив в фойе.  Естественно, я была так взволнована – мне захотелось снова понюхать его, – что не смогла удержаться и открыла его.  Но колпачок распылителя был жестким – наверное, из-за возраста, – и он отпустил немного непристойную шутку, которая заставила меня рассмеяться – как раз в тот момент, когда спрей подействовал – и ... да, я случайно брызнула немного себе в рот.  В панике я выпил весь бокал "негрони", чтобы замаскировать вкус – и это сразу ударило мне в голову – и не успел я опомниться, как мне принесли еще один – и я выпил его тоже".
  Она переводит взгляд с одного офицера на другого, слегка надувая губы, прося помилования за двойной проступок.
  Но сержант Джонс четко придерживается намеченного курса.
  - И сразу после этого вы почувствовали себя плохо?
  Женщина, кажется, немного удивлена вопросом.
  Э–э-э... нет, не совсем так, сержант.  Я имею в виду – конечно, мой вкус был испорчен, что было ужасно досадно, потому что мы заказали дегустационное меню из шести блюд - для нашего особого случая.  Мой язык немного онемел и, возможно, немного распух.  После этого, я думаю, я выпил слишком много вина, пытаясь избавиться от этого ощущения".
  Теперь она улыбается с легким раскаянием.
  Сержант Джонс кивает.
  - Итак, вы смогли продолжить трапезу?
  ‘Совершенноверно.  Конечно, я сказал, что еда была превосходной, восхитительной; я не хотел расстраивать Зака - или Алекса, которые оплачивали счета.
  - А что было, когда ты вернулся домой?
  Ширли Патерсон приходится на мгновение задуматься.
  Мы вернулись не слишком поздно.  Возможно, поразмыслив, я начал чувствовать себя немного странно.  Но я списал это на алкоголь.  Я быстро заснул, и только после этого проснулся рано утром с ... ну, вы понимаете... каким–то ощущением жжения?"
  Детективы одновременно кивают и смотрят друг на друга; Скелгилл передает безмолвный вопрос, который возникает между ними, своему коллеге.
  - Миссис Патерсон, у вас сохранились духи "Le Temps Passe"?
  Голубые глаза расширяются.  Она поднимает руку и касается кончиками пальцев своей шеи сбоку.
  – Да, вообще-то, с тех пор у меня не было повода им пользоваться.
  ‘ Можно нам его позаимствовать?  Нам потребуется всего несколько капель для тестирования.  Просто на тот случай, если он заражен – в целях ликвидации.
  То, что сержант Джонс отказывается от своей просьбы, мало что значит для ослабления тревоги, которая читается в чертах лица женщины – что полицейский перешел прямо к делу – с его невысказанными последствиями.
  Но она собирается с мыслями и бросает на Скелгилла взгляд, полный притворного трепета, когда начинает подниматься.
  -Я принесу это вниз.
  Скелгилл тоже пользуется возможностью встать, но он поднимает руку, останавливая ее уход.
  ‘ Нам тоже пора – и, может быть, мы могли бы еще позаимствовать у вас бутылочку с разбавителем краски, раз уж мы этим занимаемся?  Мы вернем его примерно через день.
  Ширли Патерсон, похоже, эта просьба не обеспокоила.
  – Конечно, инспектор, будьте моим гостем.
  Теперь она замечает, как его взгляд скользит по кофейному столику.
  ‘ И ты должен съесть последнюю имбирную парку – я буду есть только ее, и я слежу за своей фигурой.  Она улыбается, спускает руки с талии на бедра и встает, чтобы посмотреть на него, кокетливо склонив голову набок.  - Я подозреваю, что вы человек, который тратит много энергии.
  OceanofPDF.com
  8. ПО ПРАВИЛАМ
  Эмблсайд-Боунесс-он–Уиндермир - 12:30
  СКАЗАЛОСЬ, он отнесся к этому с пониманием.
  Это наблюдение сержанта Джонса; Скелгилл рычит на бездельничающих автомобилистов; Эмблсайд и в лучшие времена является достаточно труднодоступным местом для пробок, а у некоторых людей есть работа, которую нужно делать.  Тем не менее, это дает возможность, пока они стоят на месте, перекусить джинджер паркин, и он сам виноват в замедлении, когда они проезжают мимо "Фарлис", у входа в который стоит очередь, и он регистрирует ее местоположение на случай необходимости в будущем.
  ‘ Уверенная в себе женщина.  Они – лошадиные натуры.  Привычка отдавать приказы делает их напористыми.
  Сержант Джонс одаривает его укоризненной улыбкой.  Он упреждает на случай, если она заметит, что Ширли Патерсон явно чем–то привлекла его внимание - и не особо старалась это скрыть.  Женщина даже поспешно наложила макияж, пока готовила чай.  И Скелгилл был польщен таким вниманием.
  Она отпускает его с крючка.
  - И она никак не отреагировала на эти имена.
  Сержант Джонс ссылается на то, каким был их прощальный вопрос.  Они приберегли упоминание о двух других жертвах до самого последнего.  В поиске связей, если бы эта троица была известна друг другу, это могло бы стать плодородной бороздой для вспашки.
  Но женщина не выказала ни малейшего узнавания.  И не было причин думать, что она должна это делать.  Остальные – жители Хоксхеда и – их следующая запланированная остановка - Боунесс-он-Уиндермир.  В то время как Эмблсайд расположен в верховьях Уиндермира, оба поселения находятся в пяти милях друг от друга, на противоположных берегах озера.
  Скелгилл опускается обратно на водительское сиденье.  Движение на повороте на Конистон замедлилось, и они начинают оставлять город позади, по мере того как едут на юг, и справа от них появляются яркие проблески Уиндермира.  Хотя он и отвлечен соответствующим образом, он все же придерживается своего мнения.
  - Она совершенно спокойно отнеслась к идее отравления.
  Сержант Джонс, в противовес действиям Скелгилла, наклоняется вперед и смотрит вперед.
  ‘ Ее разум лихорадочно соображал - хотя, я полагаю, это неизбежно.  Ты думаешь, что у тебя болит живот, и вдруг появляется полиция, распространяющая зловещие идеи.
  Скелгилл морщится.
  – Ничего зловещего – вы забегаете вперед - мы никогда не заходили дальше предположения, что это мог быть несчастный случай.
  Но сержант Джонс остается задумчивой.  Возможно, она обнаружила что-то, чего не может выразить словами.  Скелгилл опускает окно, и ветерок приносит сливочный аромат придорожного таволги; "любовь и брак" - это прозвище, на которое любит указывать Скелгилл, сладковатый до тех пор, пока его не раздавят, когда он издает едкий аромат.
  Мысли сержанта Джонса, возможно, почти полностью подчиняются подсознательному стимулу.
  ‘ Полагаю, я имею в виду, что мы не можем знать, что происходит под поверхностью, за кулисами.  Например, мы ничего не знаем о ее отношениях с мужем.  Но теперь она хихикает.  - А что, если он недавно оформил на нее страховку или она просто изменила завещание в его пользу?
  Скелгилл потакает ей.
  - Может, он и инженер, но нужно быть волшебником, чтобы подсыпать яд во флакон духов, который все еще в целлофановой обертке.
  Сержант Джонс тянется к своей сумке через плечо, стоящей в пространстве для ног.  Она достает маленькую коробочку с маркой Le Temps Passe и мгновение рассматривает ее; она в хорошем состоянии и выглядит новой, если не считать устаревшей типографии.  Она достает флакон из коробки.
  ‘ Он практически полон.  Должно быть, она почти ничего не распылила.  Она нюхает крышку.  - Хотя я подозреваю, что она только что употребила немного.
  Скелгилл бросает быстрый взгляд, но затем чертыхается, едва не съезжая на обочину, когда дорога плавно сворачивает вправо.
  - Ты собираешься попробовать, девочка?
  Сержант Джонс фыркает.
  - Ты забыл о Солсбери?
  Она оборачивается и видит, что он ухмыляется, разыгрывая ее.
  Тем не менее, она убирает духи, и наступает недолгая тишина, прерываемая противоречивыми обрывками птичьего пения в придорожных дубах, настойчивым щебетанием зяблика и сладкозвучными криками черного дрозда.
  Через некоторое время она заговаривает.
  - Трудно поверить, что люди могут быть такими злыми.
  Скелгилл смотрит на нее так, словно хочет сказать: “Только не тогда, когда ты была копом столько, сколько я”, – но на самом деле она занималась этим достаточно долго.
  Кончиками пальцев она убирает пряди своих бронзово-светлых волос с уголков миндалевидных карих глаз.
  ‘ Нет, ты прав, на самом деле это не так.  Предположи наименьшее, но исключи худшее.  Что-нибудь среднее между несчастным случаем и психопатией.
  Скелгилл приподнимает брови, но на данный момент его внимание сосредоточено на дороге впереди.  Он прочищает горло.
  Эти безумные диктаторы, травящие своих врагов налево, направо и в центре - вы были бы параноиком, зная, что следующим может быть ваш черед.  Вот почему у них есть дегустаторы.  Работа, которую я мог бы выполнить.
  Сержант Джонс смеется, понимая, что он готовился к этой шутке.
  Она заглядывает в пустой бумажный пакет с надписью "Фарлиз", который Скелгилл засунул в центральную консоль.
  -Вы определенно доказали, что паркин в безопасности.
  Он пожимает плечами.
  - Как сказала та леди, мне нужно поддерживать свою энергию.
  *
  Может быть правдой то, что говорится о высоком уровне сахара – что за ним неизбежно следует резкий спад и склонность к ослаблению концентрации, – поскольку Скелджилл испытывает потерю энтузиазма после прибытия в дом второй жертвы отравления.
  Каменная кладка дома, отдельно стоящего коттеджа, выкрашена в тускло-зеленый цвет, а деревянные элементы - в более темный оливковый оттенок, причем оба оттенка нуждаются в обновлении.  Окруженный каменной стеной, в изобилии поросшей девичьей селезенкой и льнянкой с вьющимися листьями, небольшой палисадник перед домом выглядит беспорядочно, его бордюры из многолетних растений испещрены торчащими пурпурными цветоносами ивы розовой, более безобидными ржавыми соцветиями щавеля широколистного и другими менее желательными инвазивными растениями.  Распустившиеся желтые розы беспрепятственно карабкаются по шаткой беседке у входной двери и беспорядочно вьются в обоих направлениях, свободно цепляясь за ржавые шпалеры.
  То же самое впечатление бегства к цели пронизывало и интерьер.  Скелгилл уверен, что их встретил кислый запах вареной капусты – конечно, он испытал острую боль, которая вытеснила из глубин его памяти смутные воспоминания о школьных обедах, – и краткое впечатление, которое он получил от скучного убранства коридора и того, что лежало за ним, прежде чем их провели в боковую комнату, было о доме, обитатели которого потеряли интерес к его благополучию.
  А в самой комнате – мрачной из-за листьев роз, которые свисают, отбрасывая тень на тусклое стекло маленького створчатого окна, и, возможно, когда–то служившей столовой, поскольку в ней стоит восьмиместный стол, - царит затхлый воздух и такая паутина, что он не удивился бы, если бы мисс Хавершем властно поднялась из тени кресла с подголовниками в самой дальней нише.
  Когда-то это была столовая, потому что сейчас это скорее библиотека.  Книги повсюду.  Скелгилл видит нарастающую волну, которая давным-давно просочилась по стенам и которая теперь проникает в другие помещения: стопки книг в углах поднимаются с пола, занимают крышки шкафов и стоящие рядом столики, и даже сиденья нескольких стульев, и лежат неровными стопками на самом обеденном столе.  "Мисс Хавершем" - это тоже стопка книг, хотя явно не диккенсовского происхождения.
  Сержант Джонс заметила, что ее коллега впадает в оцепенение незаинтересованности.  Конечно, обстановка в заведении слегка удручающая, невзрачная сантехника, и ни одна дружелюбная собака их не приветствовала.  Также не было предложено прохладительных напитков.  Но на самом деле эти факторы являются обычным явлением.
  Она задается вопросом, не заключается ли в их несомненно оптимистичном поиске возможных связей то, что женщина, стоящая сейчас перед ними, вряд ли может отличаться больше, чем Ширли Патерсон.  И она подозревает, что он сомневается в теории, выдвинутой из лучших побуждений консультантом миссис Кушьери, о нетипичном общем демографическом профиле жертв.
  И это несмотря на внешнее сходство – в среднем возрасте и статусе представителя среднего класса - и даже во внешности, которая не так уж и отличается.  Хотя эта женщина более худая, угловатая и слегка растрепанная.  Ее светло-серые волосы до плеч частично растрепаны.  С ее бледными серо-голубыми глазами и землистым цветом лица она, как правило, менее крепкий экземпляр.  И хотя ее наряд явно хорошего качества, ее одежда свободная и поношенная, в сдержанном цветочном стиле, который вторгается в спектр хиппи.  И хотя Ширли Патерсон позитивно проецировала свою личность, у этой женщины запуганное поведение интроверта.
  Но, возможно, Скелгилла напугало просто обилие книг.
  Как бы то ни было, сержант Джонс понимает, что не собирается вести допрос, и она берет инициативу в свои руки.
  Она демонстративно открывает свой блокнот; женщина сидит напротив двух детективов, ожидая допроса.  Она сложила руки на столе и опустила глаза.  В ответ на движение сержанта Джонс она украдкой бросает на нее взгляд и снова отводит глаза.
  – Вы миссис Морна Форчун, это верно, мадам?
  "Да".
  Женщина устанавливает короткий зрительный контакт и издает тихий, но приводящий в замешательство маниакальный смешок, но ничего не объясняет.
  Сержант Джонс невозмутимо смотрит на нее.
  – Просто табличка с именем на входной двери... там написано "Блэкстафф".
  Женщина, кажется, обращается к стопке книг в конце стола.
  ‘ Моя девичья фамилия.  Когда я вышла замуж, я была признанным педагогом.  Я решила, что ее изменение приведет в замешательство как колледж, так и студентов.  Более того, на моем счету было более дюжины научных работ.
  Это первые содержательные слова, которые произнесла Морна Форчун, и сержант Джонс на мгновение колеблется, переваривая впечатление: женщина говорит быстро, высоким, почти девичьим тоном, требующим пристального внимания, чтобы разобрать смысл ее слов; кроме того, ее акцент очень заметен в верхней части общепринятого произношения.
  Ее ответ дал ответ на два вопроса сержанта Джонса в одном; остается третий.
  ‘ Понятно.  А вы сами из этих мест?
  ‘ Родился и вырос в Уэстморленде.  Ха-ха!  Тот же быстрый взгляд бледных глаз, частично прикрытых волосами мышиного цвета, и тот же нервный смех, на две ноты повышающейся интонации.  - И теперь мы снова Уэстморленд, ради всего святого!
  Когда сержант Джонс мог бы ожидать реакции Скелгилла, он этого не делает – несмотря на то, что это его собственная любимая обида (“доннаты из окружной администрации” позволили себе новые вольности в старых границах).
  Она делает пару пометок стенографическим почерком, чувствуя, что женщина подозрительно разглядывает ее.  Морна Форчун может нервничать или испытывать дискомфорт, но это не помешало ей высказать свое мнение по несвязанному вопросу.
  Сержант Джонс выжидает мгновение, а затем многозначительно оглядывает комнату.
  - Мадам, какая тема вас интересовала?
  Женщина бросает еще один сомневающийся взгляд, как будто сержант Джонс устраивает ей какой-то тест.  Затем она делает выразительный жест рукой.
  ‘ Английская литература, конечно - ты же не думаешь, что я читал все это ради удовольствия?  Ожидаемый смех на этот раз опущен.
  Сержанту Джонсу требуется еще мгновение, чтобы спокойно оглядеться по сторонам, несмотря на намек на выговор.
  - Вообще-то, я изучал английскую литературу.‘
  Она замечает легкое движение Скелгилла, которое может означать неодобрение, но если он отключился, она должна действовать по–своему.
  И вот женщина наклоняется вперед и смотрит ей в лицо.
  – А теперь посмотри на себя - ха-ха-ха!
  Трудно определить, похвала это или критика.
  Сержант Джонс улыбается, хотя Скелгилл теперь явно напрягается в своем кресле - верный признак того, что его начинает раздражать направление интервью.  Но она стоит на своем; она указывает на небольшую отдельную стопку книг в твердом переплете, некоторые страницы помечены листками бумаги, а также на открытый блокнот и несколько цветных ручек.
  - Похоже, ты все еще учишься.
  ‘Я страдающая тетя’.  Короткий истерический смешок.  А теперь нотка презрения, думает сержант Джонс.
  -Для публикации?
  ‘ Наша местная книжная группа.  Нас называют "Тетушки Агонии".  Не совсем уместно.  Мы читали Golden Age и Victorian Crime – ни название группы, ни жанр не были моим выбором, но я не был одним из основателей.  Я присоединился в декабре, а в январе был избран председателем.  Это трехлетний срок.
  И теперь сержанту Джонс не нужно подсказывать ей; женщина указывает через стол на свою незавершенную работу.
  В этом месяце мы читаем "Странное дело" Стивенсона.  Настала моя очередь делать предложение, поэтому я готовлю свои аргументы.  Можно сказать, препоясывает свои чресла – ха-ха-ха!  Одна из нас так ужасно неприятна – о – я хочу сказать, что она настаивает на роли адвоката дьявола.  Мне придется оправдываться, что она слишком короткая, плохо структурированная – что автор использовал обманы.  Как вообще можно оспаривать такую признанную классику?  Не то чтобы у нее были какие-то литературные таланты.
  Сержант Джонс сочувственно кивает.
  ‘Это похоже на роман в рамках новеллы.  Как "Поворот винта" или "Мыши и люди".
  Морна Форчун смотрит на нее, слегка приоткрыв рот.  Затем она качается в сторону своей рабочей тетради и ручек.  Хотя они вне досягаемости, она выглядит так, словно хочет записать непрошеную сентенцию офицера.
  - Как верно.
  Хотя у сержанта Джонс может возникнуть соблазн написать: “она любит уксус, когда хочет, и не стесняется этого”, похоже, ей удалось приоткрыть завесу над первоначальной сдержанностью женщины, и, подозревая растущее нетерпение Скелгилла, она возвращается к основному пробелу, который еще предстоит заполнить.
  ‘ Ваш муж?  Правильно ли будет сказать, что это мистер Блэкстафф?
  -Доктор Блэкстафф.  Мартин.  Он врач общей практики.  Богом забытая профессия.  Ему не терпится покончить с этим, но адская государственная пенсионная система означает, что ему придется трудиться еще четыре года.
  Это одновременно и ответ, и подходящий переход.  Сержант Джонс может поднять вопрос, который она затронула по их прибытии, но с которым женщина, казалось, не желала связываться, просто бесцеремонно проводив их в столовую.
  ‘ Понятно.  Должно быть, это обнадежило.  Она заглядывает в свои записи.  - В наших записях указано, что вы поступили в больницу в шесть двадцать вечера 17-го мая с жалобами на спазмы в желудке.
  ‘GERD.  Ха-ха-ха!"
  Внезапно всплыла более маниакальная версия этой женщины.
  Сержант Джонс вопросительно останавливает ручку в воздухе.
  – Извините, я не совсем понимаю.
  ‘Гастроэзофагеальная рефлюксная болезнь.  G-E-R-D.  Кислотный рефлюкс, в просторечии.  Ха-ха-ха!"
  Сержант Джонс задается вопросом, является ли хроническая застенчивость или недостаток уверенности в себе причиной частых вспышек гнева и постоянного нежелания смотреть в глаза.  Это манеры, которые могут быть использованы, чтобы уклониться от полемики, или, что более тревожно, раздвоенным разумом, смущенным своим своенравным альтер-эго.  Актуально так – личность в стиле Джекила и Хайда.
  Однако она сосредотачивается на материальном состоянии.
  - И у вас официально диагностировали ГЭРБ?
  ‘ Мне не нужен официальный диагноз.  Я замужем за врачом.
  Это резкий ответ.
  - Вы принимали какие-нибудь лекарства в то время?’
  Мартин дал мне Гевискон в качестве профилактики.  Позже он попробовал омепразол, который сильнее.  Я не помню марку – это не безрецептурный препарат".
  Сержант Джонс записывает названия продуктов от руки.
  - Это были лекарства, отпускаемые по рецепту?
  ‘ Дорогая моя, рецепт не нужен.  Мартин мог бы содержать небольшую аптеку – ха-ха-ха!  У него есть надежный шкафчик, из которого он может пополнить запас патронов.  Его визиты на дом включают в себя обширные фермы на холмах.  Неизвестно, какое лекарство ему может понадобиться в экстренном случае в предрассветные часы.
  Сержант Джонс медленно кивает.
  ‘ Миссис Форчун, в отчете, который мы получили из больницы, обнаружено соединение под названием конваллатоксин.  Это не обычное лекарство, но его используют при лечении определенных сердечных заболеваний.  Вы принимаете что-нибудь от сердца?"
  Женщина, кажется, резко качает головой, но смотрит в сторону, на груду книг в мягких обложках на стуле рядом с ней.
  - У меня есть ингалятор от астмы.
  – Скорее всего, его проглотили - съели.
  - Я знаю, что значит "проглочено", моя дорогая.  Ха-ха-ха!
  В этом смехе слышится нотка сарказма.
  - Мысль о том, что мне удалось отравиться, абсурдна.  Мартин предупредил меня, что они попытаются списать это на что-то неясное, когда не смогут найти очевидного объяснения.
  Довольно необоснованная критика одного подразделения службы здравоохранения другим застает сержанта Джонс врасплох, и она колеблется, обдумывая свой ответ.
  - Вы сказали, что приняли Гавискон в качестве меры предосторожности.
  Сержант Джонс вздрагивает и поворачивается к Скелгиллу - потому что это его заявление ни с того ни с сего.  Похоже, он, в конце концов, обратил на это внимание.
  Женщина отстраненно смотрит на него, прищурившись, как школьная учительница, которая внезапно заметила, что провинившийся ученик ковыряет в носу в конце класса.
  - Потому что меня немного подташнивало, а у нас был заказан ланч.’
  Выражение лица Скелгилла остается неумолимым, и он просто кивает один раз.  Когда становится ясно, что он больше ничего не собирается говорить, сержант Джонс подхватывает тему, которую он случайно задал бесплатно.
  – Миссис Форчун, интересно, где это был ваш обед?
  Женщина рассматривает ее дольше, чем делала до сих пор, прежде чем изогнуться в талии, чтобы предложить свой ответ мисс Хавершем.
  ‘ О, сомневаюсь, что вы это знаете.  Это безумно дорого.  Ха-ха-ха!"
  Сержант Джонс терпеливо отвечает, хотя и догадывается, что Скелгилл предчувствует поражение и соответственно ощетинивается.
  - Это просто для полноты картины, для наших записей, мадам.
  – Ну, в Уиндермире это называется Пайклетс - ап.
  Сержант Джонс пишет медленнее, чтобы не показаться торопящейся со следующим вопросом.
  ‘ Вы сказали, что перед этим почувствовали легкое недомогание.  Ваши симптомы значительно ухудшились после еды?
  ‘ Они так и сделали, но не из-за еды.  Еда здесь изысканная, ты знаешь?
  Она бросает быстрый взгляд на Скелгилла, и по выражению ее лица можно понять, что он этого не сделает.
  Ее манеры вызывают у него резкий ответ.
  - Значит, вы не перестарались?
  Она резко мотает головой и отводит взгляд, ее взгляд падает на окно.
  ‘ Конечно, нет.  У нас было сезонное дегустационное меню – оно искусно разработано, чтобы вызвать желание чуть большего.
  Скелгилл не отвечает, и сержант Джонс, обернувшись, видит, что он морщится – но, возможно, это просто его неспособность переварить мысль о том, что такое качество может быть хорошим.
  Он чувствует, что она смотрит на него, и устанавливает короткий зрительный контакт, одновременно кивая головой в сторону двери.  Она отвечает почти незаметным кивком; женщина становится все более капризной, и они входят в зону убывающей отдачи.
  Но у нее есть последний вопрос.
  - Миссис Форчун, могу я спросить, вам знакомы имена миссис Ширли Патерсон из Эмблсайда или мистера Джеральда Смитсона из Хоксхеда?
  -Ха-ха-ха!
  Женщина обошлась без первоначального ответа и сразу же разразилась странным смехом, самым яростным из всех, что у нее были.
  Но теперь, не глядя на детективов, она отвечает.
  ‘ Патерсон – нет.  Но ты говоришь о Джеральдине Смит!
  Ее голос звучит оживленно.
  Она бросает лукавый взгляд на сержанта Джонса.
  - Я не совсем понимаю вас, мадам.
  ‘Джеральд Смитсон пишет "Уютные тайны Камбрии".  Его псевдоним - Джеральдин Смит.  Едва ли оригинально – ха-ха-ха!"
  Сержант Джонс кивает, делая пометки.
  - А вы, случайно, не знаете мистера Смитсона?
  ‘ О, нет, ни в малейшей степени.  Его работа ниже "Тетушек в Агонии".  В его рассказах кот раскрывает преступления.  Я полагаю, он будет выкачивать из тебя информацию о заговоре – ха-ха-ха!"
  OceanofPDF.com
  9. ДВАЖДЫ СОВПАДЕНИЕ
  Гостиница " Легкомысленный гусак " – 13 : 15
  ‘ЯКАК БУДТО у НЕЕ есть внутреннее существо, заключенное в тюрьму – пытающееся выпалить правду, когда она застигнута врасплох ".
  Скелгилл приподнимает бровь; он принюхивается и опускает нос в пинту апельсинового сока.
  - Если бы она еще раз так сдавленно рассмеялась, мне, возможно, пришлось бы размозжить ей голову Британской энциклопедией.
  - Удивленно бормочет сержант Джонс.
  – Я впечатлен, что вы заметили это среди стольких книг.
  Скелгилл пожимает плечами.
  Я ничего не видел на рыбалке.  Я пытался представить, что бы я прочитал, если бы оказался там в ловушке.  Там была целая стопка статей по садоводству – пожалуй, лучшая из всех.
  - Комната 101.
  -Приходи еще.
  "Твой оруэлловский кошмар".
  - Я все еще ничего не понял.
  ‘ О, роман, 1984 год.  Это была версия одиночного заключения.
  Но она не вдается в подробности, чтобы он не обиделся – и в любом случае он резко меняет тему.
  - Мы не спрашивали у Ширли Патерсон имени ее лечащего врача.
  Теперь сержант Джонс ошеломлен.  Он хотел бы, чтобы они вернулись к своему первому собеседнику?
  - Что вы имеете в виду?
  - Ширли Патерсон не узнала фамилию Форчун.
  Он заставляет ее работать ради этого; ей нужно еще мгновение.
  ‘ А, понятно.  Мы не упомянули Блэкстафф– потому что в то время не знали этого названия.  Но ее терапевт наверняка должен быть в Эмблсайде?"
  Скелгилл внезапно вытягивает шею, чтобы, прищурившись, посмотреть на испещренную солнечными пятнами листву над головой.  Он ерошит волосы и разглядывает ладонь.  Он поворачивается к сержанту Джонсу.
  ‘ Она сказала, что раньше у них был загородный дом на берегу озера.  Возможно, они зарегистрировались в ближайшей клинике.
  Сержант Джонс смотрит на него, не мигая.  Она понимает, что он делает предположение о возможной связи; это не похоже на него - быть таким прямолинейным.
  Она рефлекторно проводит рукой по собственной макушке.
  - На нас что, капает?
  Скелгилл ухмыляется.
  ‘ Медвяная роса – от тли.  Он мотает головой вверх.  ‘ Это платан.  Наверное, нам следовало сесть за тот стол под дубом.
  Сержант Джонс хмурится и разглядывает свою руку.
  Скелгилл явно развлекается.
  - Ты, наверное, не захочешь знать, что это на самом деле.
  Она смотрит на него, прищурившись.
  ‘ Мы говорим о вещах, которые приносят удачу?  Или это просто чайки?
  Скелгилл теперь хмурится, когда нахлынули неприятные воспоминания.
  Из его горла вырывается пренебрежительное рычание.
  - Есть два вида удачи, имей в виду.
  Сержант Джонс задумчиво кивает, но более серьезные из его замечаний всплывают в ее сознании.  Она тянется, чтобы открыть чехол своего мобильного телефона, чтобы посмотреть, есть ли сигнал, но его нет.
  ‘ Вы правы– я попрошу констебля Уотсона проверить, зарегистрирована ли Ширли Патерсон в клинике доктора Мартина Блэкстаффа.  Я думал, Морна Форчун больше всего расстроилась, когда вы уличили ее в том, что он пичкал ее лекарствами.  Ладно, вы могли бы сказать, что она защищала его, но в другой раз ... Знаете, у меня возникло ощущение женщины, которую, возможно, подожгли газом.’
  Скелгилл не отвечает, но когда он отводит взгляд, она подозревает, что он воспроизводит аспекты, из которых состоит ее утверждение.  Она продолжает.
  Он лечил ее сам, даже когда ее симптомы ухудшились – можно было подумать, что терапевт отвезет ее прямиком в A & E, на всякий случай.  Кроме того, есть то, о чем он посоветовал ей подумать – об отношении больницы.
  Скелгилл не возражает, но и не реагирует с каким–либо энтузиазмом.
  Сержант Джонс, однако, довольствуется развитием аргументации.
  И, если профессор Синисалу права, мы могли бы искать кого-то с легким доступом к фармацевтическим препаратам.  Это был бы не первый случай, когда врач–мошенник воспользовался бы своими привилегированными средствами - и возможностью.
  При ее последнем слове Скелгилл скорчил слегка страдальческую гримасу, но позволил себе отвлечься на пеструю лесную бабочку, которая мимолетно приземлилась на край скамейки для пикника.  Она знает, что для него предположение подобно эластичному тросу для тарзанки – чем дальше он натягивается, тем больше вероятность, что он откажется, независимо от того, что именно он инициировал это конкретное направление мысли.  “Опасность кроличьей норы в том, что она ведет в муравейник” - один из его доморощенных афоризмов.
  Она задумчиво наблюдает за ним.  Хотя он не ограничен логикой, идея совместного врача общей практики обладает значительной рациональной привлекательностью как теория, хотя и недоказанная и весьма умозрительная.  И все же между Ширли Патерсон и Морной Форчун есть более ощутимая связь, о которой он избегал упоминать с тех пор, как они уехали из Боунесс-он-Уиндермир и ненадолго свернули с маршрута в Хоксхед, в эту уединенную гостиницу.
  Или это настолько очевидно, что он просто отмахнулся от этого?
  Без предупреждения она вскакивает на ноги.
  -Пойду приготовлю наши сэндвичи.
  - Да, они не торопятся.
  Он говорит немного рассеянно.
  - По-моему, ты бросил им мячик, когда попросил камберлендскую колбасу в коричневом соусе.  Я подозреваю, что они не привыкли к простым комиссионным.  Они должны соответствовать своему статусу гастронома.
  Скелгилл скорчил еще одну гримасу, на этот раз пренебрежительную, несмотря на то, что именно он привел их сюда.  Кажется, он преувеличенно кивает в знак согласия, но на самом деле указывает на другую скамейку для пикника.
  ‘ Я переключу наше снаряжение.  К дубу.  На нас будут падать только долгоносики.
  Сержант Джонс одаривает его обнадеживающей улыбкой.
  – Или, может быть, на солнце?
  Он двусмысленно хмыкает, но когда сержант Джонс возвращается с подносом с их обедами и чем-то похожим на две кружки чая, Скелгилл застывает, как богомол, готовый прихлопнуть осу.  Он действительно перенес их в солнечное место.
  ‘Джасперы выходят рано.  Признак хорошего лета".
  - Будем надеяться, что это так.
  Скелгилл откладывает осу, хмуро смотрит на гарнир к салату, откладывает его в сторону, заглядывает внутрь сэндвича и, похоже, испытывает облегчение, не увидев никаких необычных добавок.  Он ложками намазывает коричневый соус, поданный в крошечной тарелочке.
  "Бутти" щедро сервирован ломтиками хлеба ручной работы и целыми сосисками линк, и он, не теряя времени, откусывает кусочек размером с волчий, но замирает на втором, когда понимает, что сержант Джонс еще не приступила к еде; возможно, он улавливает некоторое предвкушение в языке ее тела.
  Он опускает свой сэндвич.
  -Напомни, что у тебя в кармане?
  Сержант Джонс вздрагивает, но тут же тянется за карточкой меню, которая прикреплена к деревянной доске на каждом из столов для пикника.  Она находит нужную запись и рассказывает.
  "Васдейл-бри с черной колбасой "Эгремонт" с мускатным орехом и мускатно-мускатным орехом и терновым джемом "Торнтуэйт" на поджаренном хлебе Hawkshead Whig, приправленном тмином, с гарниром из дикого щавеля и цветов мертвой крапивы".
  Хорошо, что у Скелгилла не набит рот, потому что от возмущения он бы подавился сосиской.  Как бы то ни было, его ответ не подлежит публикации.  Довольно претенциозное, возможно, тактичное изложение.
  Сержант Джонс ухмыляется.
  - Значит, ты не хочешь перекусить?
  Он меняет выражение лица, показывая готовность к переговорам, что вызывает у нее смешок.  Но теперь она достает брошюру из-под одной из кружек на подносе и кладет ее в поле его зрения.
  ‘Мой сэндвич – это первое блюдо Giddy Gander в великолепном камбрийском меню.  Вы можете проголосовать за него.  Входит в категорию "Лучший завтрак или поздний завтрак" для сельских пабов и кафе.
  Скелгилл возобновил прием пищи, но ясно, что его мысли переключаются со скоростью, близкой к движению его мускулистой челюсти.
  Он делает глоток чая, не проверяя температуру.
  Он берет листовку, и теперь сержант Джонс видит, что у него противоречивый вид.
  - В чем дело? - спросил я.
  Скелгилл поднимает взгляд, в его серо-зеленых радужках появляется беспокойство.
  - Мне нужно выдвинуть кандидатуру Глэдис.  Она была бы нарасхват со своим "Камберленд Фрай".  Люди съезжаются в заведение Хоупс со всех уголков округа.  Он пренебрежительно щелкает тыльной стороной ладони по недоеденному бутерброду на своей тарелке.  – И Хейги – они бы разыграли все это вместе со своими сосисочными рулетиками - Лучшая закуска навынос.
  Сержант Джонс терпеливо рассматривает его; он отвлекается от того, что изначально заметил, что она что-то недоговаривает.
  - Захотят ли они огласки?
  Скелгилл морщится.
  ‘ Не понимаю, почему бы и нет.  Я не думаю, что Глэдис нуждается в обмене, но признание давно назрело.
  Выражение лица сержанта Джонса еще больше смягчается из–за его неожиданной заботливости; его лояльность нелегко завоевать, хотя в долгосрочной перспективе она того стоит.
  Но она решает, что должна высказать свою точку зрения.
  Она осторожно забирает листок обратно.
  - Есть категория для изысканных блюд.
  Скелгилл непроизвольно усмехается.
  – Хах - мы не будем это проверять.’
  ‘ Это лучшее дегустационное меню из шести блюд местного производства.  Просто объедение.
  – Или нет - согласно Морне Форчун.
  Кажется, он доволен своей иронией, но теперь понимает, что сержант Джонс пристально смотрит на него.  Он установил связь, над которой она работала.
  Она разворачивает брошюру, раскладывает ее на потрескавшейся каштановой поверхности и указывает указательным пальцем.
  Категория "Изысканная кухня‘ – рестораны прошли предварительную квалификацию.  Соревноваться могут только шесть лучших.  И угадайте, что?  Броссен и Пикелец оба в шорт-листе.
  Скелгилл моргает и берет свой сэндвич.
  "Люди должны есть".
  Сержант Джонс поворачивает к нему свое лицо, требуя зрительного контакта.
  - Что ты хочешь этим сказать?
  Он оглядывается по сторонам, хотя все соседние столики пусты.
  ‘ Все, с кем мы разговариваем, ели в течение дня.  Скорее всего, три раза в день.  Плюс закуски.
  "Изысканная кухня - это необычно".
  Теперь он издает неопределенное бормотание.
  - Не так уж и необычно среди среднего класса.
  Сержант Джонс откидывается на спинку стула и на мгновение подставляет лицо солнцу, закрывая глаза.
  Затем она переходит к делу.  Она похлопывает по листовке.
  - Я признаю, что то, что мы пришли сюда и увидели это, определенно совпадение.
  Скелгилл откусывает отложенный кусок и пожимает плечами, но на полпути к еде поднимает руку, чтобы прикрыть рот.
  – Послушайте, это ваше расследование.  Я просто зашел за продуктами.
  Сержант Джонс не может удержаться от смеха; она призывает к перемирию.
  Ладно– давайте сохранять непредвзятость – по крайней мере, до тех пор, пока мы не увидим этого другого парня.  Если здесь нет изысканной кухни, то нет и связи.  Я оставлю это.
  У Скелгилла осталось всего около четверти бутерброда.  Он машет им в сторону ее тарелки.
  ‘ Мы никогда туда не доберемся, если ты не укроешься.  Если только тебе не нужна помощь.’
  Сержант Джонс качает головой, но это скорее жест неисправимого, чем прямое отрицание.  Ее сэндвич разрезан по диагонали пополам, и она берет ближайший кусочек и пододвигает тарелку к нему.
  Скелгилл немного застенчиво улыбается.  Он не приступает к еде сразу, а тянется за рекламной брошюрой "Великолепное камбрийское меню" и начинает бегло просматривать ее.
  "Хм".
  В его бормотании слышится интонация, которая привлекает ее внимание.
  - В чем дело? - спросил я.
  Он показывает листовку.
  ‘ Твоя лучшая шестерка – изысканные рестораны.  В нее входит Лорел Бэнк.  Отель на Басс-Лейк.
  Сержант Джонс улыбается.
  - Это может оказаться полезным.
  Скелгилл тщетно пытается сбить осу и издает приглушенное ругательство.
  OceanofPDF.com
  10. БОТАНИК
  Природный заповедник Касл–Хоу, озеро Бассентуэйт, 13.30
  AСержант ЛЕЙТОН хлюпает носом, сосредоточившись, опустив голову, выбирая тропинку через заболоченный лесной подлесок, он думает, что было бы настоящим пером в его шляпе раскрыть в одиночку дело о браконьерстве. Он чувствовал, что его начальник не совсем воспринимает его всерьез.  Во время их телефонного разговора Скелгилл был пренебрежителен - или, по крайней мере, безразличен.  Ладно – достаточно справедливо – когда дело доходит до чтения рун сельских мистерий, он никогда не притворялся, что не является уткой, вытащенной из воды.  Порезавшись на лондонской уличной преступности, он приобрел совершенно иной набор навыков, чем у деревенщины вроде Скелгилла.  Выслеживание браконьеров не входит в их число.  Самое близкое, что он может вспомнить, - это волна догнаппинга, когда заботящиеся о моде владельцы начали тратить умопомрачительные суммы на дизайнерских дворняжек с дурацкими именами, такими как Дорги и Чаг, и - то, что всегда вызывает улыбку на его губах, – бульдога, скрещенного с ши-тцу.  Не то чтобы в старом добром Ист-Энде таких было много (хотя хитрых кокни-БЭ было предостаточно).  Он с нежностью вспоминает свою старую топчаную местность с ее аскетичными многоэтажками и непристойными граффити, и разрушенные телефонные будки, воняющие аммиаком, и недоедающие сорняки, пробивающиеся сквозь потрескавшуюся каменную кладку, и бегство домой с автобусной остановки после школы, выдерживая натиск стаи мстительных дворняг, которые обычно слонялись возле магазина Navid's corner.  Теперь это были настоящие собаки, “миллуолл-терьеры”, как называл их его старый дядя, букмекер.
  - Чертова Нора!
  Ты можешь забрать мальчика из "Дыма".
  Ветка ткнулась в него из ниоткуда, и он едва не упал навзничь в трясину; как бы то ни было, один ботинок оказался повернутым.
  Он собирается выругаться еще громче, когда с близкого расстояния раздается команда.
  - Не шевелись.
  Молодая женщина, похожая на лесную фею, выходит из–за ствола дерева и тянется к нему, ее рука опускается на его макушку.
  Она подносит сжатый кулак и раскрывает ладонь так близко к его лицу, что ему приходится запрокинуть голову, чтобы сосредоточиться.
  - Юргх!  Он отшатывается еще дальше.  Это волосатая гусеница.
  "Это OPM".
  -ОПМ?
  ‘Дубовый моль-процессионер.  Личинки питаются... дубом. Она возвращает извивающуюся личинку на покрытый листьями стебель, который напал на него.  Она отступает назад и внимательно разглядывает сержанта Лейтона скорее в манере врача, обращающегося к пациенту, который не желает этого.  "Волосы, вызывающие крапивницу, могут раздражать человека – точно так же, как жгучая крапива".
  Сержант Лейтон уклоняется от листвы, которая укрывает преступника и, возможно, других представителей его племени.
  Он открывает рот, чтобы заговорить, когда позади него раздается оглушительный крик, похожий на крик какого-то обезумевшего примата.  Он поворачивается и ставит свою сухую ногу в грязь.
  ‘ Это разновидность поганки.  Они гнездятся в камышах.
  - У меня такое чувство, будто я в сумасшедших джунглях.
  Женщина поднимает глаза к пологу леса.
  - Это фрагмент тропического леса умеренного пояса.
  Он смотрит на нее и не совсем понимающе кивает.  Она уверена, что это не обезьяна?
  Он чувствует, что должен перехватить инициативу.
  – Э–э, мадам... мисс... Хильда Смит, верно?
  -Да.
  ‘ Я сержант Лейтон, уголовный розыск Камбрии.  Мой коллега констебль Уотсон говорил вам о моем приезде сюда.
  Она изучает его.
  - Вы не похожи на полицейского.
  Она ведет себя неосознанно прямолинейно.  Кажется, у нее иностранный акцент, возможно, славянский.
  Однако на мгновение сержант Лейтон отвлекается на ее замечание.  Он заехал домой, чтобы переодеться в свои садовые брюки и резиновые галоши высотой по щиколотку, а поверх обычной рубашки надел ворсистую рубашку, обойдясь без галстука.
  Возможно, ему следует расценить это заявление как комплимент.  Люди всегда говорят Скелгиллу, что он не похож на офицера полиции - даже на детектива в штатском, – и разве не в этом все дело?  В противном случае они с таким же успехом могут носить униформу.
  ‘ Тебе следует заправить брюки в носки.  В этом районе много клещей – вокруг озера водятся косули.  Клещи переносят болезнь Лайма.
  Эту он знает, хотя она и вылетела у него из головы.  Он решает последовать ее совету.  Когда он опускается на одно колено, ему требуется мгновение, чтобы оценить ее внешность со своей нижней траектории.
  Чего бы она ни ожидала, она не такая, как ожидал он.
  Не то чтобы, поразмыслив, он понял, как должен выглядеть ботаник.  У него сложилось смутное впечатление из телевизионных шоу о садоводстве, но ведь садоводство - это не ботаника.  Или так и есть?
  И что еще более иррационально, она также не похожа на Хильду.  По какой-то причине имя заставило его ожидать, что это женщина гораздо старше.  У него есть двоюродная бабушка Хильда, в Уайтчепел-уэй.  Но, возможно, это связано с тем, что она иностранка.
  И наоборот, есть знание, что она учится в университете – возможно, он ожидал увидеть студентку.
  Он предполагает, что ей около тридцати, но более поразительным является то, что она намного выше его.  Она стройная, хотя и с хорошей фигурой, и это качество подчеркивают эластичные леггинсы с камуфляжным рисунком и облегающий топ-майка в тон цвета лайма и сосны, под которым явно нет бюстгальтера.  Она выглядит подтянутой, как сержант Джонс, – мышцы ее предплечий рельефны, или, как они говорят, "подстрижены", – и в своем наряде она больше похожа на атлетичную ходунью по падениям или даже скалолазку.
  Ее длинные светлые волосы зачесаны назад, обнажая слегка неправильные черты лица; слегка крючковатый нос и изогнутые брови над настороженными карими глазами, а узкие губы приоткрыты, обнажая верхние передние зубы, чуть искривленные – особенность, придающая ей ястребиный вид, который несколько контрастирует с ее общей элегантностью, подобно тому, как грациозный фламинго увенчан клювом, который мог бы принадлежать другому, более доисторическому существу.
  Теперь он обнаруживает, что у него странно заплетается язык.
  Она широким жестом указывает на их лесистые окрестности.
  - Что ж, ты нашел меня.
  Сержант Лейтон со стоном немного неуклюже поднимается и делает встревоженное лицо.
  ‘ Полагаю, вам повезло, мисс.  Это заняло у меня некоторое время.  Я имею в виду – я нашел вашу машину, достаточно легко.  Я заметил ваше университетское разрешение на парковку.  Вы аспирант?"
  Она смотрит на него проницательным взглядом; возможно, у нее небольшое косоглазие; конечно, ее темные глаза немного близко посажены.  Она вторгается в его личное пространство и без предупреждения задирает подол своей майки, обнажая свой подтянутый живот и черный пояс нижнего белья, и дергает за идентификационный значок на шнурке, который, должно быть, она засунула под топ, чтобы он не болтался.  Она поднимает его, и его тянет наклониться к ней.
  Здесь написано: “Доктор Хильда Смит, старший преподаватель Школы биологических наук”.
  - Я член преподавательского состава.
  Находясь в такой близости, сержант Лейтон может заметить, что она вспотела.  Но это не неприятно, на самом деле, странно притягательно.
  "Ого – го - го!"
  Комар кусает его в шею.
  Он отшатывается назад в тщетном попытке отмахнуться.  Он начинает погружаться в трясину, но Хильда Смит быстро хватает его за руку и тянет к себе.
  – Ступай сюда - земля твердая.
  Она тащит его за собой на несколько шагов к мшистому холмику, из которого вырастает дуб, питающий OPMS; прислоненная к его стволу, похожему на чешую аллигатора, она несет замаскированный рюкзак, а также блокнот для взятия проб, полевой справочник по полевым цветам и полиэтиленовые пакеты, некоторые из которых содержат образцы растительности.
  Она поворачивается к нему лицом.
  ‘ Я удивлен, что вы пришли.  Я думал, полиция должна быть слишком занята.
  Сержант Лейтон выпячивает челюсть; он рассматривает это как возможность быть полезным.
  – Мы очень серьезно относимся к преступлениям против дикой природы ...
  Сейчас он раздумывает, не называть ли ее доктором Смит.
  Однако он продолжает показывать большим пальцем через плечо, указывая направление движения, несмотря на то, что указывает совершенно не в ту сторону, на скрытый берег озера Бассентуэйт.
  Я поднялся на смотровую площадку в заповеднике Уинлаттера.  Там был мистер Тейлор-Браун.  Вы с ним знакомы?
  Он замечает, что она немедленно отводит взгляд, а затем делает явное усилие, чтобы снова посмотреть на него.
  ‘ Он имеет какое-то отношение к Фонду дикой природы Дервентдейла.  Возможно, рейнджер.  Я видел его в нескольких их заповедниках, проверял.  Мое контактное лицо - Председатель.  Я также звонил ей сегодня утром.
  Сержант Лейтон кивает.
  ‘ Да.  Полагаю, именно он предупредил мистера Тейлор-Брауна.
  Она чувствовала себя непринужденно в его обществе – более того, была совершенно уверена в себе, – и ее реакция тревоги при упоминании имени этого человека не прошла мимо него.
  Но прежде чем он успевает развить свои подозрения, она задает вопрос.
  - Ты что-нибудь нашел?
  Он медленно пожимает своими широкими плечами, сохраняя позу в середине действия, как бы в знак извинения.
  ‘ Боеприпасы оказались пульками для пневматического оружия.  Довольно безвредные.
  -Этого не было.
  Ее ответ последовал незамедлительно – прямолинейно, но не сердито; просто констатация факта.
  Она снова подходит ближе и на этот раз поворачивается бедрами и засовывает руку в задний карман леггинсов над изгибом ягодиц.  И во второй раз она выставляет перед ним сжатый кулак.
  – Нет, это были патроны rimfire 22-го калибра.
  Она разжимает пальцы и показывает маленький латунный патрон с пулей, покрытой медью.
  Он осторожно берет его указательным и большим пальцами.
  - Откуда ты это знаешь?
  - Мы с братом охраняли коз моего дедушки.  Хороший выстрел из 22-го калибра может убить волка.
  Сержант Лейтон не может оставить без внимания чрезвычайное заявление.
  - Где ты стрелял в волков? - спросил я.
  Она улыбается, показывая свои слегка искривленные передние зубы и маленькие, но характерные, почти детские клыки.
  Мое имя – Смит – просто англицизировано от Ковач.  Я был бы Лефебром во Франции и Феррерой в Испании.  Я выросла в Словакии, в Высоких Татрах.  Она небрежно поднимает руку.  - В три раза выше твоих холмов.
  Сержант Лейтон изо всех сил старается не отставать от потока информации.
  – Что – например, ты используешь английский эквивалент своего имени, чтобы упростить задачу?
  Она кивает.
  "В каждой стране есть свое наследие кузнецов".
  Возникает соблазн перейти к одной из этих тем – это темы, которые могут произвести впечатление на Скелгилла при пересказе.  Но он возвращается к своим тренировкам и придерживается протоколов.  Он показывает круг между большим и указательным пальцами.  Затем он наклоняется вбок, чтобы посмотреть на бедро женщины, обнажая зубы в знак ужаса.
  – Ты сказал, что у них есть еще что-нибудь подобное?
  Он предполагает, что обеспокоен тем, что у нее в кармане полно боевых патронов.  Но она качает головой.
  ‘ Их было около десяти, рассыпанных по деревянному полу.  Я взяла только одну.  Она бросает на него быстрый, почти лукавый взгляд искоса.  - Этого бы никто не упустил.
  Сержант Лейтон медленно кивает.
  ‘ Ты никого не видела.  Он говорит это, чтобы она не обиделась.
  ‘ Там кто-то был.  Очевидно, пули.  Но я чувствовал его запах.
  -Он?-спросиля.
  -Да.
  Она не вдается в подробности.  Сержант Лейтон обнаруживает, что делает полшага в сторону.  Но от парня действительно воняло – даже он мог бы обнаружить его присутствие, если бы Тейлор-Браун только что покинул душную обстановку укрытия для наблюдения в лесу.  И разве она не говорит, что уже чувствовала запах этого мужчины раньше?  Что это значит?  Он хотел бы надавить на нее, но что-то останавливает его.
  - Доктор Смит, когда вы вошли в убежище, с какой стороны вы приблизились?
  ‘ На открытой площадке перед домом.  На участках песчаной почвы растут двустворчатые орхидеи.  Сейчас они в полном цвету, и я хотела подсчитать количество отдельных цветоносов".
  Сержанту Лейтону приходит в голову, что он должен осветить этот аспект.
  -В чем конкретно заключается ваша работа?
  Теперь она относится к нему спокойно.
  ‘ Моя докторская степень по физиологии растений – науке биохимии.  Она указывает на свое оборудование.  ‘Это всего лишь сезонный проект – короткий промежуток времени, пока однолетние растения проявляют себя.  Это экологический обзор популяций исчезающих видов растений по всему Национальному парку".
  Сержант Лейтон делает вдох и отмахивается от жужелицы, которая угрожает приземлиться на него, и со вздохом разбегается.
  - Растения находятся под угрозой исчезновения?
  Его тон совершенно простодушен – и его вопрос понятен в контексте пышного влажного участка леса, его деревьев, украшенных папоротниками и лишайниками, приторного запаха жимолости во влажном воздухе и богатого ковра мхов под ногами.
  Она хмурится.
  Методы ведения сельского хозяйства уничтожили сотни видов в сельской местности.  Коллекционеры садов несут еще большую ответственность.  И мода TikTok на поиск пищи – она приводит к уничтожению диких кулинарных трав.  Она раскрывает обе ладони, как проповедник в знак благодарности.  ‘Многие растения выживают только в таких маленьких изолированных карманах, как этот.  Это ботанический Ноев ковчег".
  Она издает легкий ироничный смешок.
  - За исключением того, что с изменением климата, в отличие от ковчега, он более уязвим к наводнениям.
  Сержант Лейтон присоединяется, но, не зная, улыбнуться ли ее сардоническому остроумию или скорчить гримасу от зловещего анализа, он забывает, где стоит, и нечаянно наступает в небольшую воронку, из–за чего снова падает на одно колено.
  По неосторожности он хватается за ближайший предмет, что оказывается бесплодным действием, поскольку это всего лишь пучок зеленых травянистых листьев с обильными белыми зонтиками вместо головок цветов.
  Когда он встревоженно вскрикивает, она делает то же самое.
  - Нет – будь осторожен!  Это Oenanthe crocata.  Всего семь листьев убьют человека".
  То, что она говорит на непонятной латыни и делает ударение на “мужчине” и ”семерых", кажется явно пророческим, и он поспешно отпускает ее и поспешно вытирает ладонь о брюки.  Она протягивает руку, чтобы спасти его, и он удивляется силе ее рук, когда она помогает ему подняться.  Он снова ощущает острый аромат ее пота, и в поразительном воспоминании ему вспоминается первая девушка, которую он поцеловал.  Она была почти на фут выше, как будто для переговоров недостаточно было очков в толстой оправе и выступающих передних зубов.  Впрочем, он и сам не был отличной добычей.  Он до сих пор удивляется, что Хозяйка нашла в нем, и благодарит свою счастливую звезду.
  OceanofPDF.com
  11. ГАЗОВЫЙ СВЕТ И ПРЯНИКИ
  Хоксхед – 2.15 вечера
  СРАЗВЕ МЫ НЕ ДОЛЖНЫ ЗАПЛАТИТЬ за парковку?"
  Скелгилл поставил свой стрелковый тормоз на первое попавшееся место.  Обширная общественная автостоянка Хоксхеда – платная и выставленная напоказ - предвещает, что едва ли больше деревушки возглавляет поле для гольфа для посетителей; Хоксхед - настоящая жемчужина в коробке из–под шоколада, всего в нескольких минутах езды от оживленных центров Эмблсайда и Конистона, и вдобавок находится в стране Беатрикс Поттер.
  И он уезжает, спускаясь в гору еще до того, как сержант Джонс выходит из машины.  Но она знает его привычки – не только пренебрежение к неудобствам, связанным с покупкой штрафов за парковку, но также – как показано в данном случае – склонность парковаться как можно дальше от объекта и продолжать путь пешком, в дождь или солнечную погоду.  Она предполагает, что это как-то связано с тем, чтобы слиться с толпой и получить представление о местности, и всегда есть лишние калории, которые нужно сжечь.
  Он поворачивается, нахмурившись.
  - У меня закончились мелочи.
  Сержант Джонс колеблется около метра.
  ‘ У меня есть приложение - я могу это сделать. ’ Она поднимает телефон, чтобы посмотреть на экран.  - И у меня есть сигнал.
  Скелгилл перезванивает.
  - Мы ненадолго.
  – Мы получим уведомление о штрафе – сейчас туристический сезон - надзиратели будут рыскать по округе.
  Скелгилл пожимает плечами, поворачивается и снова уходит.  Кажется, он торопится.
  Но сержант Джонс догоняет его у витрины первого магазина товаров для улицы.  Он поднимает указательный палец левой руки, когда она поравнялась с ним.
  - В чем дело? - спросил я.
  -Хорошее предложение.
  Она внимательно разглядывает витрину с легкой женской одеждой.  Но очевидных предложений на продажу нет.
  – Я не понимаю ...
  "Воробьи, чирикают".
  ‘ Ах. ’ Она легонько толкает его локтем.  Это было нечестное состязание.  Откуда-то сверху, из-под рыхлого сланца, доносится звук лета, ленивое чириканье домовых воробьев.  По меркам Меркурия, день не жаркий, но солнце, приближающееся к своему солнцестоянию, бьет ключом, и в отсутствие сильного ветерка деревенские улочки накапливают континентальное тепло.
  Они идут дальше, минуя старую среднюю школу, ныне музей.  Сержант Джонс читает на вывеске, установленной в 1585 году, что она может похвастаться образованием самого знаменитого сына Лейкленда, Уильяма Вордсворта.  И они сворачивают к скоплению старинных домов из серого сланца с мощеными средневековыми дворами и проходами, крутыми фронтонами и нависающими карнизами, напоминающими швейцарский горный стиль архитектуры.
  Они останавливаются, словно по негласному соглашению, на рыночной площади, над которой возвышается Рыночный зал с датой 1790 года, свидетельствующей о процветающей торговле шерстью в былые времена.  Сегодня деревня – это архетипический горшочек с медом, захваченный магазинами, обслуживающими туристов, хотя, по крайней мере, их витрины до краев заполнены местными продуктами, а не обычным пластиковым мусором, который прибило к берегу с востока.
  Площадь кишит довольными пользователями Инстаграма, а открытые пространства пабов и кафе переполнены, и свободных мест почти нет.  Домашние мартинсы кружат, тихонько щебеча, и атмосфера здесь идиллическая, безобидная, праздничная.
  Сержант Джонс замечает, как Скелгилл провожает взглядом мужчину, который выходит из "Королевского герба" с подносом, на котором стоят четыре полные до краев пинты того, что должно быть бочковым элем, и несет его к столу, за которым сидят еще трое, тоже наблюдающих за ним в ожидании.  Скелгилл облизывает губы.  Она улыбается.
  "Если бы весь год были каникулы, заниматься спортом было бы так же утомительно, как работать."
  Скелгилл возвращается на землю.
  То, что она говорит лирически, говорит ему, что это не ее собственные слова, но он не пытается выяснить их происхождение.
  Вместо этого он хмурится.
  - Ты ведь не считаешь, что работа утомительна, правда?
  Она одаривает его загадочной улыбкой.
  - Нет, не прямо сейчас.
  Он вопросительно смотрит на нее, но ничего не добавляет.
  Через секунду или две она демонстративно поднимает свой мобильный телефон.
  ‘ Думаю, мы ищем "Красного льва".  Адрес: "Ред Лайон Ярд".
  - Я знаю, где это.
  Она хихикает, когда он отстраняется.  Конечно, он знает – он знает, где находятся все пабы.
  Он снова пробивается вперед и через минуту ныряет в проем сбоку от упомянутой гостиницы, который он, вероятно, назвал бы "джиннел", хотя это целый двор, и он достаточно широк, чтобы вместить небольшую машину, на переполненной мощеной улице с покосившимися коттеджами, не изменившимися с течением времени.
  Сержант Джонс смотрит на номера домов и молча считает.
  - Это, должно быть, та, что слева, с геранью и зеленой дверью.
  Не успел Скелгилл постучать, как шикарно выкрашенная дощатая дверь открывается, и на пороге появляется накрашенная женщина средних лет, готовая к выходу.  Среднего роста и телосложения, с прямыми блестящими каштановыми волосами до шеи и правильными, приятными чертами лица, она одета в темно-синий костюм-двойку и носит соответствующие серебряные серьги, ожерелье и браслет с голубыми камнями, которые подчеркивают ее глаза.  Ее манеры несколько чопорны, выражение лица настороженное, а ее реакция на представление Скелгилла еще больше наводит на мысль о предстоящей встрече.
  – Ах, да, мы ждали.
  Сержант Джонс, стоящий в паре шагов позади, замечает, что она почти не смотрит ему в глаза, прежде чем отступить, чтобы пропустить их.  Узкий коридор с обеих сторон заставлен низкими книжными полками, заставленными аккуратно расставленными книгами в мягких обложках, и их дизайн может свидетельствовать о том, что автор живет за их пределами.
  ‘ Сюда, иди сюда!  Хо-хо.
  Громовой голос, сопровождаемый хохотом, приглашает их в гостиную сразу слева от них, в то время как альтернативой является закрытая дубовая дверь справа, за спиной женщины, или узкая лестница, которая поднимается впереди.  Коттедж с низкими потолками и балками, стены оштукатурены между неправильной формы темными стойками, "шпильками" как в современном, так и в старинном понимании.
  Скелгилл входит первым, его ноздри трепещут – ароматы свежеиспеченного хлеба конкурируют с медовым ароматом пчелиного воска, – и его взгляд прикован к арке, открывающей то, что, должно быть, является обеденной зоной кухни открытой планировки, занимающей всю ширину задней части помещения.  Зелень в горшках стоит на подоконнике за освинцованным окном.
  В гостиной центром внимания является сланцевый камин, оснащенный недавно закопченной дровяной печью, при виде которой Скелгилл поднимает бровь, потому что в этот погожий день она горит – хотя сейчас только тлеет.  Здесь есть трехместный номер в цветочном коттеджном стиле, а в самом дальнем кресле сидит обладатель голоса – возможно, не такой крупный мужчина, как предсказывали басовые ноты.  Скелгилл оценивает его как человека среднего роста – примерно пять футов десять дюймов, – но определенно выше среднего по коренастости, на самом деле, вероятно, на добрую пару стоунов избыточного веса; широкие щеки заросли густой каштановой бородой; на румяном лице преобладают неопрятная копна вьющихся рыжих волос и неухоженные брови, и только блестящие каштановые глаза бросаются в глаза при попытке ретроспективной фотосъемки.  Но это добродушное поведение, что-то от дерзкого кокер-спаниеля, ищущего жениха.  Одетый в удобные коричневые вельветовые брюки и мятую рубашку "таттерсолл", он представляет собой разительный контраст со своей женой.
  Первая реакция Скелгилла заключается в том, что мужчина признан инвалидом, поскольку поперек его бедер перекинут поднос для коленей – и не в последнюю очередь в том, что он является самой последней жертвой отравления, поэтому этот диагноз легко приходит на ум.  Но когда его глаза привыкают к довольно тусклому освещению гостиной, он понимает, что мужчина подписывает книги.  По бокам от его стула лежат внушительные стопки одинаковых книг в мягких обложках – и кажется, что он перекладывает их с одной стороны на другую.
  Конечно, это Джеральд Смитсон, он же "Джеральдин Смит".
  Он видит, что мужчина держит ручку левой рукой; мужчина замечает его внимание.
  ‘ Да, я любительница обнимашек, совершенно верно!  Еще один смешок.
  Сержант Джонс встал рядом со Скелгилл, и она с тревогой смотрит на него.  Выдержит ли он еще один взрыв слегка безумного смеха, не совершив угрожающего возмездия?  По крайней мере, здесь нет никаких признаков Британской энциклопедии – на самом деле, в доме мало украшений в виде случайной мебели или безделушек.  Но под рукой есть набор огнеупорных щипцов.
  Скелгилл, однако, кажется расположенным к себе – возможно, потому, что к нему обратились на камбрийском диалекте (и он левша), - и он делает шаг вперед и берет одну из книг.
  - Мое новое издание.  Поступит в продажу на следующей неделе.  Я заранее подписываю экземпляры для местных книжных магазинов.  С перерывами на писательские судороги – хоу-хоу!"
  Скелгилл внимательно изучает обложку.  Газовый свет и пряники.  На главном изображении изображен рыжий кот - кот, который раскрывает преступления?  Их просто совершает его собственный могги, обычный маленький убийца.
  Он переворачивает книгу, чтобы прочесть аннотацию, но прежде чем он успевает придумать неосведомленный комментарий, его прерывает гм от жены этого человека.
  ‘ Не хотите ли чаю?  Только у нас действительно скоро будет посетитель.
  Сержант Джонс наблюдает за реакцией Скелгилла и думает, что ему не понравится, если ему скажут, что у них ограниченное время, но, к ее небольшому удивлению, он с готовностью соглашается, возвращает книгу в мягкой обложке в стопку, усаживается на диван и указывает, что она должна сделать то же самое.
  – Да, у нас самих немного поджимает время.
  Сержант Джонс знает, что это неправда, и может только предполагать, что он уже списал со счетов их перспективы.
  Однако что она замечает, так это то, что женщина теперь, кажется, неохотно покидает их – и это выглядит так, как будто Скелгилл раскусил ее блеф.  Она парит, пока муж вопросительно смотрит на нее, и тогда достаточно одного движения его головы, чтобы подтолкнуть ее.
  – Хорошо, я поставлю чайник.
  Она проходит под аркой и скрывается из виду на кухне.
  Скелгилл поворачивается к сержанту Джонс, и она, не теряя времени, начинает – но начинает озабоченно.
  – Мистер Смитсон, вы уверены, что достаточно хорошо себя чувствуете?
  Мужчина энергично кивает, хотя, по правде говоря, с момента их прибытия он не делал никаких попыток пошевелиться или подняться.
  ‘ Да, я в порядке, милая.  Все функции организма возвращаются в норму.  Он снова хохочет.  - Но мы же не хотим туда идти, не так ли?
  Сержант Джонс отвечает дипломатичной улыбкой и достает свой блокнот.
  ‘ Наш коллега констебль Уотсон объяснил цель нашего звонка– ретроспективная оценка, проведенная больницей, выявила нетипичную группу случаев отравления.  Мы просто проверяем, нет ли здесь какой-то важной связи.
  В глазах мужчины появляется блеск, как будто он прекрасно понимает, что она тщательно подбирает слова, и что он также понимает, что она знает, что он прочтет между строк.  Но он сочувственно возражает.
  - С остальными ребятами все в порядке?
  Сержант Джонс кивает.
  ‘ Да, спасибо.  Но мы хотели спросить, знакомы ли вам их имена.  Ширли Патерсон, которая живет в Эмблсайде, и Морна Форчун из Боунесс-он-Уиндермир.
  Все еще держа ручку, мужчина приглаживает свои взъерошенные волосы.
  ‘ Не могу сказать, что понимаю. ’ Он скорчил извиняющуюся гримасу.  ‘ Я получаю горы почты – ну, вы понимаете, электронной почты.  Но Бренда со всем этим справляется.  Она мой гуру маркетинга.
  Когда он снова готов рассмеяться, на этот раз он сдерживается и даже оглядывается через плечо с резкой гримасой беспокойства, как будто его жена не хотела бы, чтобы ее так называли.
  - И еще мы хотели спросить о вашем терапевте.
  Каштановые глаза переводятся на Скелгилла, а затем обратно на сержанта Джонса.
  ‘ У меня практика в Конистоне, но мы туда не ездили, дорогая, – ты же знаешь, в наши дни нет смысла пытаться, особенно в нерабочее время.  Нет– Бренда отвезла меня прямо в больницу Западного Камберленда.’  Он выпрямляет спину и постукивает по своей грудине сжатыми пальцами правой руки, возможно, имитируя действие стетоскопа.  "Видите ли, я бы не стал их беспокоить – дело было не столько в тошноте и прочем таком, – но старый тикер начал барахлить, – а у меня в семье были внезапные сердечные приступы".
  Сержант Джонс заглядывает в свои записи.
  ‘ Да, нам сказали, что ваши симптомы соответствуют чужеродному веществу, которое было впоследствии идентифицировано, – дигитоксину.  Вы принимаете какие-нибудь сердечные лекарства?
  Он вытягивается во весь рост, чтобы прижать кончик пальца к дубовой обшивке камина.  Он кряхтит, откидываясь на спинку стула.
  "Прикоснись к дереву – меня пощадили – Со мной всегда все было в порядке".
  Сержант Джонс делает паузу, чтобы обдумать свой ответ.  С кухни доносится грохот и щелканье закипающего чайника, а также звуки возрастающей активности.
  ‘ Хорошо.  Мистер Смитсон, эксперты, с которыми мы консультировались, считают, что, скорее всего, что-то, что вы съели или выпили, было заражено.  Я ценю, что они задали эти вопросы в больнице, но есть ли что–нибудь, что пришло им в голову с тех пор?"
  ‘ Да, ну – у меня есть теория – - Мужчина поднимает ручку, словно символически, чтобы напомнить ей, что он, в конце концов, автор детективов.  – Но мне бы не хотелось, чтобы это распространялось... чтобы бросать тень на других, если вы понимаете, что я имею в виду?
  СЕРЖАНТ Джонс пристально смотрит на него, но она склоняет голову, чтобы подбодрить его.
  Она чувствует, что Скелгилл, однако, обратил свое внимание на арку и, очевидно, прислушивается в том направлении.  Хотя, к чему он прислушивается, гадает она, потому что звон посуды прекратился.
  Джеральд Смитсон продолжает.
  ‘ Да, видишь ли– ’ Он тычет большим пальцем через плечо в сторону кухни-закусочной.  ‘Бренда оставила небольшой пакетик с вкусностями из "Сэмпсонз" – местного гастронома, – возможно, вы их передавали.  Ее не было дома целый день, и я подумал, что она, должно быть, принесла его мне на обед.
  По этому сигналу входит женщина с маленьким подносом.  Она ставит его перед детективами и указывает, что они должны налить себе сами.  Есть кружки только для полицейских, а не для кого-либо из домовладельцев.  Она отступает, встает сбоку от кресла мужа и проверяет свои наручные часы.
  Невозмутимый Скелгилл начинает размешивать ложкой сахар.
  Джеральд Смитсон поворачивается, чтобы обратиться к своей жене.
  ‘ Это правда, милая?  Оно лежало на холодильнике в пакете Sampson's.
  Женщина кивает, но если это утверждение, то ему не хватает убедительности.
  Сержант Джонс обращается непосредственно к ней.
  - Миссис Смитсон, вы можете вспомнить, что это была за еда?
  Прежде чем она успевает ответить, вмешивается Джеральд Смитсон.
  ‘Это трогательный праздник’.  Он хохочет и, кажется, доволен тем, что ему удалось забавно сыграть словами.  ‘ Они готовят всевозможные маленькие пробы и прочее – они меняются каждый день.  Насколько я помню, там было одно с перепелиным яйцом.  Немного камберлендской колбасы или что-то в этом роде.  И, случаем, ромовый ники, а, Бренда?
  Его жена по-прежнему выглядит несколько смущенной.
  Сержант Джонс быстро пишет, просматривая меню.  Она заканчивает и поднимает взгляд на мужчину.
  - А можете ли вы напрямую связать плохое самочувствие с употреблением этой еды из "Сэмпсонз"?
  Он откидывается на спинку стула и складывает руки на груди, и ясно, что он находится в конфликте.
  ‘ Мне бы не хотелось, чтобы у них были неприятности.  Они натрудили пальцы до костей – чуть не лопнули во время Covid.  Он кладет ладонь на живот.  ‘И уже значительно позже в тот же день я почувствовал себя плохо – я вздремнул после обеда, и Бренда разбудила меня, когда вернулась, – так получилось, что было пять часов, когда я начал чувствовать себя немного не в своей тарелке.  Мы не поехали в больницу в девять или десять вечера.’
  Сержант Джонс постукивает ручкой по блокноту и обдумывает то, что написала.  Она понимает его заботу о местном бизнесе, но полиция не может позволить себе подобной заботы.
  Внезапно напряженный голос Бренды Смитсон врывается в ее мысли.
  ‘ Мы бы действительно предпочли, чтобы ты не втягивал в это Sampson's.  В конце концов, с Джеральдом все в порядке.
  Сержант Джонс смотрит на нее спокойно; несомненно, в этих голубых глазах кролика в свете фар есть намек.  Но рядом с ней Скелгилл кажется не более чем равнодушным.  Он уже быстро набрасывается на свой чай – признак того, что ему не будет неприятно уйти.  Она ловит его взгляд, и это сигнал, что ей действительно следует перейти к делу – так сказать, к вопросу о шестидесяти четырех тысячах долларов, - и действительно, теперь начинается легкий переход к сути.
  Она делает последний решительный стук ручкой.
  – Откладывая в сторону корзину с деликатесами, за день до или в тот день, когда вам стало плохо, вы случайно не ужинали где-нибудь вне дома?
  Женщина качает головой, а Джеральд Смитсон выглядит озадаченным.
  СЕРЖАНТ Джонс быстро продвигается вперед, но, возможно, больше с надеждой, чем ожидая.
  - У нас есть список из шести ресторанов Лейкленда.  "Броссен" в Эмблсайде.  "Киррок" в Конистоне.  Лорел Бэнк, недалеко от озера Бассентуэйт.  Пайклетс, в Уиндермире.  Стоук, в Кокермуте.  Беспризорник в Грасмире.
  Сержант Джонс чувствует, что Скелгилл наблюдал за Брендой Смитсон, но оплакивает их затруднительное положение супруг женщины.
  ‘ У нас давно не было вкусной еды.  Киррок, однако – Мы продолжаем угрожать, что пойдем туда, не так ли, дорогая?  Он иронично усмехается и ненадолго поворачивается к жене, прежде чем вернуться к сержанту Джонсу.  ‘ Это даже не в десяти минутах езды.  И они получили восторженные отзывы в Cumbria Living.  Мы собирались отпраздновать то, что я закончил эту книгу.  Эх, любовь – это верно, не так ли?"
  Кажется, что женщина смотрит в окно.
  - Да, полагаю, так и было.’
  Скелгилл допивает остатки чая.  Отсутствие печенья всегда ускоряет его.
  Сержант Джонс к своему не притронулся.  Она бросает на него взгляд, и он едва заметно кивает головой в сторону входной двери.  Возможно, он больше озабочен получением штрафа за неправильную парковку, чем готов признать.  Он начинает подниматься.
  Сержант Джонс делает заключительное замечание – Бренда Смитсон явно испытывает облегчение, – но автор хватает роман, лежащий на подносе на коленях, и размахивает им перед Скелгиллом.
  ‘ Я не встану, но, инспектор, пожалуйста, возьмите подписанный экземпляр "Газового света и пряников" с моими наилучшими пожеланиями.  Посмотрим, сможете ли вы угадать преступника – как сказал Эркюль Пуаро, если вы не умеете угадывать, нет смысла быть детективом – ха-ха-ха!"
  *
  Вернувшись на солнечный свет, Скелгилл щурится, прикрывая глаза книгой в мягкой обложке.  Он вглядывается в витрину причудливо оформленной пряничной лавки.  Персонал носит викторианские мафиозные шапочки и переднички, товары выставлены на традиционном комоде, и, возможно, здесь даже есть газовое освещение.  Он хмурится.  Автору ‘Джеральдин Смит’ не пришлось долго искать свою последнюю идею для рассказа.  Возможно, им следует создать маркетинговое партнерство – но, опять же, возможно, нет, если сюжет вращается вокруг отравления.
  Он поворачивается, и морщины на его лбу становятся глубже; у входа в Red Lion Yard сержант Джонс фотографирует вывеску агентства недвижимости "Продается".  Она проверяет снимок и направляется к нему.
  - У тебя нет идей выше твоего уровня, не так ли, девочка?
  Сержант Джонс дружелюбно улыбается.
  Она качает головой и, подойдя к нему, протягивает трубку.
  Скелгилл неохотно подчиняется; он прищуривает глаза; на ярком каменном квадрате изображение трудно различить.  Она просвещает его.
  – Посмотри на номер дома в углу - коттедж Смитсонов выставлен на продажу.’
  Скелгилл бросает взгляд в сторону выхода во двор.  Он пропустил доску в обоих направлениях, и к самому дому ничего не было прикреплено.
  Сержант Джонс продолжает.
  ‘ Я подумал, что, возможно, в магазине все убрали – и тут продавец применила трюк с домашней выпечкой.  Она была нарядно одета, чтобы показать им окрестности.  Я думаю, именно поэтому она нервничала и ждала, когда мы уедем, – ей не хотелось объяснять потенциальному покупателю, что там делала пара детективов.
  Выражение лица Скелгилла остается обеспокоенным и, если уж на то пошло, становится больше похоже на страдальческую гримасу.  Настолько, что сержант Джонс задает ему вопросы.
  - Вы не согласны? - спросил я
  Ему требуется мгновение, чтобы ответить.
  ‘ Да.  Она была нервной.
  Но он не распространяется о степени своего согласия.  Он поворачивается и начинает удаляться, возвращаясь по их стопам к машине.  Нервный, да.  Но также и подслушивание.  Волнуюсь, да – но за потенциального покупателя жилья?
  Сержант Джонс видит, что он качает головой.
  Она перескакивает, чтобы догнать, и теперь переходит к делу.
  - Тогда никаких изысканных обедов.
  Скелгилл рычит.
  "Наше изысканное блюдо идет на расходы".
  Она разражается смехом.
  Только не говори мне, что ты надеялся, что я был прав?!
  Он криво улыбается.
  - В этой работе должны быть какие-то преимущества.
  Сержант Джонс может оспорить его обращение дамаскинца в гурмана, но более примечательным является откровение о том, что он, возможно, действительно верил в ее теорию.
  – Но ... вы думали, что в этом что-то есть?
  Он лениво пожимает плечами.
  ‘ Вы только что чуть не промахнулись, не так ли?  Парень назвал один из ваших шести ресторанов.  Это почти половина связи.
  Сержант Джонс усмехается – ее тон становится печальным.
  К сожалению, все или ничего.  На самом деле, я полагаю, что большинство людей слышали об этих ресторанах.  И, как он сказал, Киррок находится всего в паре миль отсюда.
  Скелгилл задумчиво шагает дальше.  Через некоторое время он заговаривает.
  - Ты знаешь, что значит "Киррок", да?
  - Вообще-то, нет.
  - Это каменный круг.
  Сержант Джонс кивает.
  ‘ Хм.  Теперь, когда ты это говоришь, звучит именно так.  Кумбрик, как ты думаешь?
  Скелгилл протяжно выдыхает, давая понять, что он достиг предела своих местных знаний.
  Сержант Джонс тоже тихо вздыхает.
  ‘ Это может оказаться подходящим.  Возможно, я хожу кругами.  Или наткнулся на каменную стену.
  Но Скелгилл бросает острый взгляд на свою коллегу, как будто либо не согласен, либо разочарован, что она, возможно, помышляет о поражении.
  ‘ Привет, девочка.  Береги то, что у тебя есть, и поищи что-нибудь еще.  У тебя припасена твоя эдинбургская лаборатория.
  -Неужели?
  Скелгилл смотрит направо, когда они проходят мимо молодой пары, делающей селфи перед старой начальной школой, и он улавливает американский выговор в слове девушки “потрясающе”, когда они проверяют свою фотографию.
  Он задумчиво смотрит перед собой, и сержант Джонс выжидает несколько мгновений, прежде чем заговорить снова.
  - Разве вы не предпочли бы охотиться на браконьеров вместе с сержантом Лейтоном?
  Ее тон стал немного жалобным, и ему требуется секунда, чтобы ответить на ее вопрос.
  ‘ Что?  Нет.  Одна дверь закрывается, другая открывается.  Я лишаюсь шикарного ужина - возможно, мне удастся распить пинту шотландского эля с Кэмми.
  Хотя она может быть разочарована его заявленными мотивами – на первый взгляд, корыстными, – кажется, что он поддерживает ее.  И она знает его достаточно хорошо, чтобы понимать, что происходит определенное отклонение – хотя определить, от чего именно оно отклоняется, значительно труднее.
  Но нетрудно понять, почему он вдруг кричит и убегает.
  -Какимобразом!
  Он издает клич скотовода, но не заблудившегося зверя, которого он пытается прогнать.  Они въехали на автостоянку, и примерно в пятидесяти ярдах от них надзирательница склонилась над капотом своей машины и вглядывается в экран своего билетного устройства.
  Сержант Джонс ускоряет шаг и приближается к надвигающейся конфронтации как раз вовремя, чтобы услышать ответ женщины.  Она, кажется, ничуть не испугана неистовой атакой Скелгилла и выходит, чтобы перехватить его.
  – Придержи коней, милая, у тебя еще есть шесть минут в запасе.
  Скелгилл резко останавливается.
  Он поворачивается, уперев руки в бедра, и видит приближающегося сержанта Джонс, небрежно помахивающую мобильным телефоном.
  OceanofPDF.com
  СРЕДА
  18thиюня
  OceanofPDF.com
  12. ЛЕТАЮЩИЙ ВИЗИТ
  Гольф–таверна (est. 1456), Эдинбург - 12 часов дня
  ‘OДа, это был печальный день, парень, когда они закрыли "Кейли".  Последнюю уцелевшую пивоварню.  Старый Рики был пивоваренной столицей Британии в девятнадцатом веке, а некоторые говорят, что и всего мира.’  Сержант-детектив Кэмерон Финдли, находящийся в свободное от дежурства время, взмахом бокала показывает на передний план Брантсфилд Линкс и за ним на поросшие травой просторы Лугов, которые простираются прямо напротив их столика в пабе на обочине.  Еще дальше, над верхушками деревьев и дымовыми трубами многоквартирных домов, возвышаются базальтовые утесы Солсбери-Крэгс и Артурс-Ситч, образующие эффектную неровную заднюю панель.  Эдинбург - город с тектоническим рельефом, застывший во времени.
  Скелгилл задумчиво кивает; он сам пережил потерю любимого местного эля.  Но, как это часто бывало в компании с суровым шотландцем, значительно старше его по годам, он беззаботно отвечает, потакая ему.
  ‘ Ты и твой гид, Кэмми, беда в том, что ты слишком много знаешь.  Ты знаешь, чего не хватает.
  ‘ Ты ничего не можешь с этим поделать, живя здесь.  Когда идет дождь, история всплывает из самых водостоков.
  - Я возражаю против дождя, хватит реет.
  Акцент шотландца проявляется в его собственном наречии.
  Скелгилл поднимает свой пинтовый бокал к голубому небу, словно в знак памяти, хотя вместо этого комментирует само пиво.
  - Хотя пинта приличная.
  Кэмерон Финдли неохотно покачивается.
  ‘Есть несколько микросистем, которые делают все возможное, чтобы восполнить этот пробел.  Но они противостоят мощи транснациональных корпораций и маркетологов, которые хотят заставить нас поверить, что ‘крафтовое пиво’ в модных банках равно бочковому элю.  Мел и сыр, Дэнни.  Мел и сыр.
  Скелгилл бормочет согласие, ужиная.
  ‘ Это было озеро, ты знаешь?  Камерон Финдли снова протягивает руку.  ‘Посмотри, какие ровные Луга – Боро Лох, или Южное Лох, как они его называли.  Он был окружен дюжиной пивоварен, которые добывали из него воду.  Представьте, что это для маленького посещения паба!"
  Но затянувшийся плач его старого друга направил мысли Скелгилла в другое русло.  Давно заброшенное озеро Лох, огромный зеленый эллипс, пересеченный аллеями, обсаженными деревьями, и обильно усеянный пикниками, напоминает о более дикой местности, о равнинах, освоенных не человеком, а природой на северной оконечности озера Бассентуэйт, ныне охраняемого заповедника уиллоу-карр, маршей и тростниковых зарослей, а его бассейны и притоки являются богатой средой обитания для водной флоры и фауны.
  Скелгилл наклоняется вперед.
  – Значит, если бы это было озеро, там была бы рыба?
  Кэмерон Финдли делает глоток, чтобы подкрепить свои размышления.  Он хмурится.  С его седеющими волосами и резкими чертами лица его свирепый вид противоречит мягким манерам.
  ‘ Говорят, что озеро Нор под замком было сильно загрязнено и годилось только для ловли ведьм.  “Гардилу” они обычно кричали, когда выливали ночные горшки из окон.  Он озорно ухмыляется.  ‘ Значит, район Лох использовался для снабжения питьевой водой Старого города.  Она протекала через Лохрин–Плейс, так что – да - она должна была быть пресной.
  Скелгилл, уткнувшись носом в пинту, приподнимает бровь над своим бокалом.  Он предпочитает думать о Боро-Лох.  Интригующая перспектива заключается в том, что лосось и морская форель, возможно, когда-то попадали из залива Ферт-оф-Форт в то, что сейчас является жемчужиной южной части Эдинбурга.  Он представляет себе плоское пространство травы как полночно-синее озеро, на берегах которого под покровом темноты толпятся нелегальные рыболовы.
  Учитывая их общую историю – давнее прошлое, борьба с трансграничной бандой браконьеров по добыче лосося - есть еще одно развлечение для воспоминаний, но мысли Скелгилла переключаются на шумные средневековые рыбные рынки и грязных курильщиков, на копченого лосося, а оттуда на предмет его и сержанта Джонса кратковременного визита в столицу Шотландии.
  - Вы разбираетесь в изысканной кухне?
  - Я могу угостить тебя лучшим ужином с хаггисом, обжаренным во фритюре, если ты это имеешь в виду.
  Скелгилл ухмыляется.
  ‘ Да, может быть, это было бы моим предпочтением.  Он проводит пальцами свободной руки по волосам и, прищурившись, смотрит вдаль.  "Но я говорю о самом шикарном конце шкалы".
  Кэмерон Финдли усмехается.
  ‘ Ты в нужном месте, Дэнни.  Ресторанов здесь больше, чем в любом другом городе Европы.  Эти дегустационные меню сейчас в моде.  И люди достаточно глупы, чтобы платить за это через нос.  Несколько фрикаделек размером с укус, украшенных крошечными цветочками, которые у меня есть в палисаднике.  Алиссум, настурция, виола.  Следующими будут наперстянки.
  Скелгилл с кривой усмешкой смотрит на своего напарника; он вспоминает аккуратные травяные бордюры в доме этого человека.
  - Ты говоришь так, словно знаешь, о чем говоришь.
  Кэмерон Финдли немного неловко ерзает на своем стуле.
  ‘ Да – ну – это была наша коралловая годовщина, несколько недель назад.  Но не поймите меня неправильно – дети объединились и получили нам путевку.
  Скелгилл согласно кивает.
  -Молодец.
  Кэмерон Финдли скорчил гримасу, которая в лучшем случае ни к чему не обязывает, предполагая, что этот опыт пришелся не совсем ему по вкусу и в некотором роде ударил по его достоинству, учитывая традиционную шотландскую строгость.  Но он пользуется случаем, чтобы не зацикливаться на этом воспоминании.
  – Так вот в чем суть вашего дела об отравлении?
  Теперь очередь Скелгилла гримасничать.  Он вдыхает и медленно выпускает воздух.
  - Я думаю, это было бы чем-то вроде погони за диким гусем.
  - Но именно поэтому юная Эмма в "Ройял"?
  ‘ Да.  Нам прислали несколько образцов.  У нее назначена встреча с одним из экспертов, чтобы обсудить результаты.’
  Кэмерон Финдли почесывает короткие волосы над ухом.
  ‘ Отравление – говорят, это женское преступление, Дэнни.  Усугубляет физический недостаток.
  - За исключением того, что две жертвы - женщины.
  Кэмерон Финдли назидательно постукивает себя по макушке.
  Ох– я говорю не о моей шляпе.  У нас здесь было дело Агаттера, не так ли?  Раньше твоего времени, Дэнни.
  Но Скелгилл кивает.
  ‘ Мне говорили об этом.  Ученый, которого обвинили в попытке убить свою жену.
  Кэмерон Финдли многозначительно взмахивает рукой.
  ‘ Он читал лекции по биохимии в университете.  Наполнял бутылки с тонизирующей водой шипучками и оставлял их в супермаркетах – дымовая завеса.  Затем взял одну сигарету, чтобы все выглядело так, будто это была просто неудачная покупка.  За исключением того, что в ней было в пять раз больше дозы яда.
  Кэмерон Финдли делает круговое движение своим пинтовым бокалом.
  Мы сами отправились в погоню за диким гусем.  Думали, что у нас в руках вымогатель.  Пресса устроила настоящий скандал – это было во всех новостях.  Это вызвало хаос у розничных продавцов.  Затем, в довершение всего, какой-то любитель привлечь к себе внимание признался.’
  Он пьет и медленно смакует хмелевой эль.
  - Как поймали этого Агаттера, Кэм?
  Его спутник издает горловое рычание и сглатывает.
  Как обычно – смесь глупости и высокомерия.  Отец одной из побочных жертв был консультантом-анестезиологом.  Он признал симптомы, соответствующие отравлению атропином, и, конечно же, тесты оказались правильными.  Атропин содержится в растении Белладона в природе.
  - Да, смертоносный паслен.
  Кэмерон Финдли кивает.
  ‘ За исключением того, что яйцеголовые из Ботанического сада сказали нам, что в радиусе ста миль отсюда ничего подобного не растет, поэтому мы начали искать тех, у кого мог быть доступ к очищенному химическому веществу - сульфату атропина.  Как только мы узнали, что Агаттер был ученым-исследователем, он стал главным подозреваемым.  Затем один из его студентов выступил вперед – он работал в супермаркете и видел, как Агаттер ставил бутылки на полку.  Оказалось, что у него была интрижка, и он хотел убрать жену с дороги.  К счастью, она выжила, хотя Агаттер сделал все возможное, чтобы отсрочить получение медицинской помощи.
  Скелгилл задумчиво смотрит на меня.  Семейство скворцов жадно добывает пищу на коротком песчаном газоне линкс напротив, возможно, наживаясь на выводке летающих муравьев.
  Камерон Финдли прерывает его размышления.
  - Вы видите какое-нибудь сходство?
  Скелгилл подавляет иронический смешок.  Теперь его взгляд привлекает хлопанье крыльев и воинственные крики – пара чаек поменьше с черными спинками спорят из-за брошенного пакета чипсов, который они вытащили из мусорного ведра.
  – Да, то, что ты говоришь, – это пища для размышлений, Кэмми.
  Хотя Кэмерон Финдли обрисовал в общих чертах правдоподобный сценарий мотивов, средств и возможностей, Скелгилл чувствует, что они находятся за милю от того, чтобы хотя бы мельком увидеть этих трех предводителей апокалипсиса; все, что он видит, - это темный горизонт, где смутные очертания перемещаются под опускающимися облаками.  Приближающийся рискует оказаться окутанным призрачными пальцами тумана, которые манят на передний план и угрожают ослепить исследователя.  Обычно он не нуждается в подобных предупреждениях, хотя ему напоминают о совете Ханса Синисалу держаться от них на расстоянии.
  Кэмерон Финдли замечает некоторую растерянность Скелгилла и пытается зайти с другой стороны.
  -Может быть, Эмма возьмет что-нибудь из "Роял".
  Скелгилл смотрит на свои наручные часы.
  ‘ Она должна быть здесь с минуты на минуту.  Наверное, пытается припарковаться.  Она осторожничает, чтобы не получить штрафов.
  Кэмерон Финдли издает обиженное восклицание.
  ‘ Добрый фейри.  Здешние стражи похожи на стервятников, кен?  Появляются из ниоткуда.
  Он зловеще смотрит в небо и делает движение пригибания, но когда он это делает, это может быть реакцией на спортивный Volkswagen, который резко останавливается на двойной желтой линии всего в нескольких футах от их стоянки.
  Шотландец хихикает.
  – Осторожнее - да, верно.
  “Да, верно” - это знаменитое каледонское двойное положительное, которое может означать что угодно, от абсолютно до абсолютно нет, но здесь он применяет его во всей гамме приложений одновременно.
  Сержант Джонс опускает стекло с электроприводом.
  ‘ Добрый день, джентльмены.  Я не загораживаю вам обзор?
  Кэмерон Финдли показывает ей большим пальцем.
  - Вы только что усовершенствовали его.
  Она воспринимает комментарий так, как он задуман, со старомодной галантностью.  Она выходит из машины и озорно смотрит на Скелгилла, ее карие радужки вспыхивают, как голограммы в ярком северном сиянии.  Он немного грузно поднимается и указывает ей на свободный стул.
  -Мой раунд.
  Скелгилл, выдерживая нехарактерный для него приступ такта, скрывается – возможно, зная, что парень постарше захочет сделать комплимент сержанту Джонс за ее молодость и гибкую внешность.  Со своей стороны, сержант Джонс начинает с того, что говорит, как хорошо он выглядит, и спрашивает о доброй миссис Финдли, что еще больше привлекает ее к своему коллеге-офицеру.  Его глаза сияют тем, что можно было бы приравнять к отцовской гордости.
  ‘ Я слышал, что у вас с Дэнни сложились устрашающие партнерские отношения.  Бонни и Клайд.
  Сержант Джонс опускает взгляд и поправляет подставку для пива.
  "Дело не только в нас двоих – мы команда – мы не смогли бы обойтись без остальных".
  Кэмерон Финдли лукаво смотрит на нее, ожидая, что она признается в чем-то другом.  Но она держит себя в руках, и он не настаивает на своем.
  - Боды из "Ройял" чем-нибудь помогли?  Дэнни ввел меня в курс дела.
  Сержант Джонс откидывает пряди волос с глаз и подставляет лицо солнцу, на мгновение замирая, словно наслаждаясь теплом своей кожи.
  ‘ Они мне кое-что сказали, но я пока не уверен, имеет ли это какое-либо значение.  Во всех трех случаях низкий уровень заражения.  Недостаточно, чтобы убить жертву.’
  – О, да, я только что рассказывал Дэнни о подобном случае – об отравителе, который выступал под чужим флагом.
  Теперь она смотрит на него серьезно, хотя и говорит сдержанным тоном.
  Это осложняется тем фактом, что существуют три совершенно разных химических вещества.  Все они имеют известное медицинское и, в некоторой степени, коммерческое применение.  И из трех жертв трудно определить личного контактного лица, у которого мог быть к этому доступ.  Хотя одна замужем за врачом общей практики, другая – за инженером по водоснабжению, но на этом все заканчивается.  И ни между кем из них нет никакой материальной связи.
  Кэмерон Финдли слушал спокойно, но теперь он вздыхает, как будто может усомниться в этом последнем утверждении.  Однако Скелгилл, насвистывая, выходит из бара (сомнительное исполнение "Шотландии храброй"), сжимая в руках полную пинту пива и два безалкогольных напитка.  Похоже, составив компанию своему шотландскому союзнику за первой кружкой пива, он переключился на дежурную солидарность со своим напарником по вождению.
  Кэмерон Финдли любезно принимает эль и поднимает тост за своих спутников.  Но он еще не совсем осознал, что собирался сказать.  Он украдкой подмигивает сержанту Джонсу.
  - Итак, Дэнни пригласил меня в лучший ресторан изысканной кухни, чтобы угостить тебя.
  Скелгилл брызгает слюной в свою пинту апельсинового сока.
  Сержант Джонс бросает на него озадаченный и, возможно, слегка укоризненный взгляд.  Это второй намек на то, что он все еще не совсем избегает того, что она считает тупиком, но он просто отвечает невинным взглядом.
  - К сожалению, это моя теория, которая несколько отошла на второй план.
  Она поворачивается и видит, что Кэмерон Финдли с сомнением смотрит на нее.
  - За исключением того, почему я вижу, что ты похожа на крошку, вонзившуюся в кость?
  Сержант Джонс складывает руки на груди, откидывается на спинку сиденья и позволяет своему взгляду проследить за падающими волнами дорожек для мини-гольфа до ровного зеленого катка Лугов.  Она решает удвоить ставку. 
  Мы даже не уверены, что имело место преступление – только то, что последствия потенциально серьезны, может оправдать затраты ресурсов.  Мы действительно полагаемся на подозрения врача из больницы Уэст-Камберленд в том, что случай вообще есть.  И она, возможно, перестраховывается.  Она определила социальный профиль как общий фактор – и мы обнаружили, что первые две жертвы до того, как заболеть, ели в лучших ресторанах.  Эти два ресторана даже связаны тем, что они являются двумя из шести, выбранных финалистами регионального конкурса.  Она покорно пожимает плечами.  "Но когда ты хватаешься за соломинку, эти вещи могут приобрести незаслуженное значение".
  Кэмерон Финдли делает глоток пива, одобрительно причмокивает губами и на мгновение поднимает бокал за здоровье Скелгилла.
  Он рассеянно смотрит на вулканический горизонт Холируд-парка.
  – Да, не хочу искушать судьбу, Эмма, но я думаю, что тебе нужно еще одно отравление.
  OceanofPDF.com
  ПЯТНИЦА
  20-го июня
  OceanofPDF.com
  13. ТРИЖДЫ СОЕДИНИТЕ
  Офис Скелгилла – 12.30 вечера
  SКЕЛДЖИЛЛ ПРИЖИМАЕТСЯ лбом к ставшему прохладным стеклу.  Конденсат образуется и испаряется, когда он дышит через приоткрытые губы, его приливы и отливы напоминают отголоски неудачной пятничной встречи с Шефом.
  Он смотрит на дождь, свой старый знакомый, он проникает в его кости.
  Поливать из шланга, рыхлить, заливать, набивать.  Все это причастия настоящего времени, под влиянием которых он вырос, каждое несет в себе свой собственный нюанс, который сообщает слушателю, что понтификатор думает о нынешнем состоянии осадков.  Подсказка, что надеть.  Но британская погода меняется.  Какова бы ни была причина, он не помнит из своего детства эти сильные дожди продолжительностью в полдня, которые могут перемежаться теплым периодом, когда ручьи бурлят, а озера незаметно выходят на свои зимние окраины, неумолимый прилив, который затопляет прибрежные мангровые заросли ивняка и саллоу.
  И для этого нет местного слова, по крайней мере, насколько он знает.  Удар – это резкий, сильный ливень, но удар - это то, от чего вы можете уйти на покой, спрятаться под дубом или в старой шахтной штольне, или плыть на плаву, разворачивать рыболовную удочку, пока озеро кипит вокруг вас, и вынырнуть невредимым через двадцать минут.
  Он размышляет.  Он слышал, как Артур Хоуп упоминал “ял уоттер” – может быть, так оно и есть.  И, возможно, это не изменение климата, а циклы поколений.  Всякий раз, когда наступает суровая зима или палящее лето, Артур Хоуп клянется, что никогда не было ни так холодно, как в 1978 году, ни так жарко, как в 1976–м - и он считает, что его собственный приятель из arl клялся в том же в 1947 и 1955 годах соответственно.
  Он должен спросить его, когда в следующий раз будет в Ситуэйте.  Он вспоминает свой разговор с сержантом Джонсом о том, что Глэдис включила свой Камберленд Фрай в это соревнование – идеальный предлог, чтобы зайти.  Не то чтобы он ему действительно был нужен.  Его желудок урчит в павловском салюте.
  ‘ Старый добрый герцог Испании, да?  Именно то, что заказал гарден!
  Скелгилл оборачивается; сержант Лейтон входит на удивление незаметно.
  Его сержант несет поднос с тремя кружками чая.  Однако он колеблется.
  – Извините, шеф, я не хотел, чтобы вы вздрогнули.
  Но Скелгилла это не беспокоит, напротив, он заинтригован нетрадиционной одеждой своего сержанта.  Он склоняет голову набок, разглядывая резиновые галоши своего коллеги.
  – Вы выпалывали сорняки или упражнялись в выслеживании нас?
  Сержант Лейтон предусмотрительно ставит поднос, прежде чем поднять одну ногу, для чего ему приходится ухватиться за картотечный шкаф для удержания равновесия.
  Он собирается объяснить, что, несмотря на его собственное вводящее в заблуждение упоминание о саде, Скелгилл ближе к истине в своем последнем предположении, когда в дверях быстрым шагом появляется сержант Джонс, и совершенно очевидно, что он должен уступить первенство.
  Скелгилл тоже видит, что она оживлена.
  Он берет свою кружку и устраивается поудобнее.
  Он думает о сухом прогнозе Кэмерона Финдли.
  - Только не говорите нам, что это еще одно отравление.
  Сержант Джонс размахивает своим любимым репортерским блокнотом, который часто является предвестником новостей, передаваемых устно, часто самых горячих.  Но она переступает порог с внезапным благопристойным видом, понимая, что ей следует снизить планку ожиданий, и направляется через комнату к своему обычному месту под окном, скорее, как человек, пытающийся избежать трещин на тротуаре.
  Она относится к Скелгиллу с должным уважением.
  – Не совсем, но могу я сначала привести пару фактов, оправдывающих вас?
  In Подобно тому, как стая гиен чуть ли не прибегает к братоубийству из-за ценных органов сбитой зебры или гну, Скелгилл из тех, кто мгновенно съедает самую вкусную обжигающую колбасу со своей тарелки – и она видит, что ему требуется усилие воли, чтобы выразить свое согласие.
  Сержант Лейтон кивает более сговорчиво.
  ‘Я получил ответ от криминалистов.  Духи и разбавители краски, которые мы взяли у Ширли Патерсон в Эмблсайде, не содержат ни малейших следов оксалата сапонина, как и двух других ядов, конваллатоксина или дигитоксина.
  Она ждет, давая время информации осмыслиться; сержанту Лейтону эти подробности незнакомы.
  Трудно понять, разочарован Скелгилл или испытывает облегчение.  Возможно, он думает, что, если бы имело место заражение, это наводило бы на мысль об отдельном случае бытового отравления среди Патерсонов, не связанном с двумя другими семьями.  Но результат подтверждает его первоначальный скептицизм по поводу того, что, несмотря на то, что духи якобы играли важную роль в событиях вечера– в запечатанную упаковку могли попасть непреодолимые трудности.  Кроме того, чтобы яд был эффективным, его нужно было проглотить, а не распылять на кожу.  И трудно представить, что коварный мистер Патерсон мог предвидеть, что его жена сделает глоток либо ароматизатора, либо заменителя скипидара.
  Соответственно, Скелгилл сигнализирует, что ей следует перейти ко второму пункту.
  – Доктор Мартин Блэкстафф, врач общей практики, муж Морны Форчун из Боунесс-он-Уиндермир.  Констебль Уотсон проверил реестр пациентов в своей клинике, и ни одна из других жертв или их партнеров в нем не значится.  Даже его жена зарегистрирована у другого врача общей практики в Уиндермир-виллидж.
  И снова она ждет.  Скелгилл никак не реагирует – и, возможно, его молчаливость побуждает сержанта Лейтона вмешаться и подбодрить его.
  - Но он мог быть причастен к отравлению своей жены, верно?
  ‘ Мне не следовало его винить.  Ха-ха-ха!
  Имитация - сардоническое междометие Скелгилла.
  Сержант Джонс предпочитает не объяснять это сержанту Лейтону.  Она переворачивает свой блокнот, чтобы открыть страницу со стенографическими заметками.
  - Мне только что позвонила Бренда Смитсон по важному делу.
  Скелгилл приподнимает бровь, но в остальном сдерживает любопытство.  Сержант Джонс бросает взгляд на сержанта Лейтона.  – Она жена Джеральда Смитсона, автора детективов, которого отравили, они живут в Хоксхеде.
  Теперь она колеблется, тщательно подбирая слова.  Она поворачивается к Скелгиллу.
  - У нее было то, что можно назвать связью по сердцу.
  Хотя архаичное выражение привлекает его внимание, он хочет, чтобы она перешла к делу.
  - При чем здесь отравление?
  Сержант Джонс кладет блокнот на колени и немного откидывается назад.
  ‘ Ну, тут есть связь, и она не хочет, чтобы ее муж знал об этом.  Давно потерянная школьная подруга – бывшая возлюбленная, да – связалась с ней.  Он живет в Лондоне, но работал в Лейкс и пригласил ее на ланч.  Она решила увидеться с ним и ничего не говорить Джеральду Смитсону.  Это был разовый случай, и не было смысла ранить его чувства.
  Она видит, что ее коллеги находятся в конфликте – возможно, борются с тем, в чем должна заключаться их лояльность, – или даже разыгрывают роли каждой из сторон, окажись они на том или ином их месте.
  Скелгилл, теперь признающий, что сержант Джонс обладает чем-то существенным, интонирует более терпеливо.
  - Могу я повторить свой вопрос?
  Сержант Джонс услужливо кивает.
  Подруга Бренды Смитсон предложила ей дегустационное меню.  Но она не смогла съесть все и попросила взять немного домой – ей не хотелось его обижать.  Когда она вернулась, чтобы скрыть его происхождение, она положила его в пакет из магазина Sampson's deli.  И ее муж до сих пор считает, что именно оттуда оно взялось".
  Скелгилл кивает.  Он вспоминает, как женщина беспокойно хлопотала вокруг них и явно подслушивала, а также ее настойчивость в том, что она якобы не хотела навлекать неприятности на местный магазин деликатесов.  Почти наверняка, если бы детективы позвонили в "Сэмпсонз", чтобы навести справки, кошка выскользнула бы из мешка.
  Сержант Джонс позволяет своим коллегам поразмыслить; затем она слегка покашливает.
  - Теперь самое интересное.
  Скелгилл бросает на нее острый взгляд.
  ‘ Привет, девочка.  Его увещевание - это упрек в том, что она что-то утаила.
  Она улыбается – хотя и мрачно – и поднимает блокнот над головой, как будто это инкриминирующая статья.
  – Ресторан, где она тайно обедала, назывался "Киррок" в Конистоне.
  Когда Скелгилл не реагирует – что говорит ей о том, что реакция есть, – она усмехается более криво.
  -Можно сказать, мы прошли полный круг.
  Сержант Лейтон, не посвященный в дискуссию своих коллег об этимологии камбрийского языка, выглядит озадаченным.  Скелгилл, с другой стороны, полностью просвещен, но не желает комментировать.
  Она делает это ради него.
  ‘ Связь не в жертвах.  Конечно, у них похожие профили, но именно поэтому они оказались там, где были.  Связь - это рестораны.
  Скелгилл решает, что должен сыграть адвоката дьявола.
  - Это могло быть еще одним совпадением.
  Но у сержанта Джонса не хватает терпения выслушать этот ответ.
  – Шеф, да ладно вам - три ресторана из короткого списка из шести связаны с отравлениями?
  Они оба смотрят на сержанта Лейтона.
  Кажется, он знает, о чем они спрашивают.
  -Насколько велико исходное поле?
  Скелгилл вопросительно смотрит на сержанта Джонса.
  Она размышляет.
  ‘ Я имею в виду, в Камбрии бесчисленное множество заведений общественного питания, возможно, тысячи.  Но ... изысканная кухня – запросто сотня, не так ли?
  Скелгилл кивает, не то чтобы он был каким-то авторитетом.
  Он хмурится.
  - Назовем это сотней.
  ‘ Тонна.  Сержант Лейтон поднимает глаза к потолку, что-то бормоча себе под нос.  ‘ Мы говорим о шести случаях из ста, умноженных на пять, из девяноста девяти, умноженных на четыре из девяноста восьми ... Это тонна- двадцать на – сколько? – назовем это миллионом.  Это было бы ... да.
  Он удовлетворенно кивает и смотрит на своих коллег, а они смотрят на него непонимающе, и он, кажется, удивлен, что они не пришли к собственным ответам.
  Он жестикулирует, размахивая обеими руками в воздухе, как будто настраивает старомодный радиоприемник.
  – Грубо говоря, округляя количество сигарет на обратной стороне, вы ставите десять тысяч против одного.
  Наступает тишина.
  Сержант Лейтон хохочет, довольный впечатлением от своего гостя.
  - Думаю, у меня было бы меньше шансов, что вас выберут открывать боулинг-клуб Англии, шеф.
  Скелгилл пристально смотрит на своего сержанта, несколько сбитый с толку этим намеком.  Вероятно, было несколько вещей, которые он мог бы сделать для Англии – бег с падением, рыбалка, возможно, какие-то соревнования по поеданию еды.  Но, скорее всего, не быстрый боулинг.
  Сержант Лейтон чувствует себя обязанным внести хоть каплю равновесия.
  ‘ Да, шансы невелики.  Но даже большие шансы бывают.  Когда я впервые ехал из Скотленд-Ярда на Собачий остров, все до единого светофоры горели зеленым.  Должно быть, я проделывал это путешествие тысячу раз, и больше оно никогда не повторялось.
  Сержант Джонс возражает против ее точки зрения.
  Согласен, это не окончательно.  Но это самая веская зацепка, которая у нас есть.  У нас есть отравления.  У нас обедают люди.  У нас трое из шести финалистов "Великолепного камбрийского меню".
  Сержант Лейтон, однако, быстро видит перспективу.
  – Что, типа, это ресторатор, саботирующий своих конкурентов?
  Сержант Джонс бросает взгляд на Скелгилла.  Он снова хмурится; он патологически не любит констатировать очевидное, когда к нему все еще могут быть приложены домыслы.  Кроме того, здесь есть очевидный изъян.  Чтобы такая тактика сработала, такой злоумышленник наверняка стал бы добиваться огласки, а ее не было.
  Но сержант Джонс готова согласиться с теорией своего коллеги-сержанта.
  Она протягивает Скелгиллу раскрытую ладонь.
  – Было бы предпочтительнее посмотреть, как работают рестораны, так, чтобы они об этом не знали.
  Скелгилл грызет кончик большого пальца.
  - Я поговорю с Шефом.
  Однако его поведение похоже на то, когда видишь грозовые тучи, собирающиеся на далеком горизонте.  Казалось бы, его подшучивание до сих пор над роскошным ужином за счет расходов было простой бравадой.
  Сержант Джонс огибает проспект.
  – Прежде чем мы перейдем этот мост, я подумала, что лучше всего начать с самого верха.  Она извлекает из своего блокнота рекламный флаер, который сохранила с момента их посещения паба.  Она показывает это в качестве иллюстрации.  ‘Констебль Уотсон назначил мне встречу со старшим менеджером из материнской компании журнала Cumbria Living magazine – они спонсируют конкурс.  В два часа в отеле Laurel Bank.  Мне нужно будет уехать, и как можно скорее.
  Скелгилл трясет головой, как лошадь, преследуемая мясными мухами, и издает раздраженный звук, вполне соответствующий лошадиному типу.  Похоже, он готов отвлечься от этой темы.
  Действительно, он обращается к сержанту Лейтону.
  - Что ты там говорил о своем браконьере-кролике?
  Внезапное возвращение к вопросу, который развивался до прибытия сержанта Джонса, застает сержанта Лейтона врасплох.  И небрежный выбор слов Скелгиллом точно не вселяет в него уверенности.
  – По правде говоря, шеф, я хожу вокруг да около.
  Эта идиома не совсем уместна, но достаточна, чтобы передать разочарование сержанта Лейтона из-за того, что он плохо подготовлен для выполнения своей миссии на открытом воздухе.
  - Лучше не высовывайся, марра.
  Сержант Лейтон издает покорный стон, перенося свой вес, чтобы залезть в задний карман.
  ‘ Ты не так уж далек от истины, шеф, в буквальном смысле.  Он протягивает мне блестящий металлический предмет на ладони.  ‘ Узнал от женщины-ботаника, доктора Хильды Смит.  Встретился с ней в вашем любимом заповеднике Касл–Хау в лесной глуши.
  Скелгилл берет раковину, его глаза сузились.
  "Римфайр .22".
  Сержант Лейтон издает щелкающий звук языком.
  Забавно – она точно знала, что это такое.  По ее словам, она стреляла в волков на ферме своего дедушки.  Словакия.
  Он быстро добавляет имя наездника, чтобы развеять любые предположения о том, что его расследование браконьерства внезапно переключилось на одну-две передачи.
  ‘ На самом деле это то, что она нашла в шкуре у Уинлаттера.  Оказывается, старикашка Тейлор-Браун пытался обмануть меня пульками от пневматического пистолета.
  Скелгилл изучает боевой раунд.
  ‘ У Джада Хоупа есть винтовка, которая стреляет такими.  Того же калибра, что и дробь, но гораздо мощнее.  Он держит гильзу между длинным и большим пальцами.  ‘ Ты можешь вынуть пулю из гильзы и выстрелить из обычного духового ружья, но получишь только половину эффекта.  Я могу спросить Джада, что он знает о людях, использующих их в здешних краях.
  ‘ Это могло бы пригодиться, шеф.  Но, полагаю, мне нужны прямые доказательства того, что задумал Тейлор-Браун.  Хильда Смит утверждает, что видела его патрулирующим в заповеднике Милк Вуд, у озера Бассентуэйт, в пятницу днем.  Он жестом указывает на свою самодельную верхнюю одежду.  ‘ Я планировал съездить туда.  Проблема в том, что теперь он меня знает.
  Скелгилл переплетает пальцы и вытягивает руки, чтобы хрустнуть костяшками, словно готовясь к какому-то действию.
  Он редко нуждается в поощрении, чтобы посещать воду, и нетрудно прочесть между строк крик о помощи его коллеги.  Рыболов инкогнито был бы идеальным решением.
  Сержант Лейтон с надеждой смотрит на него.
  Но как раз в тот момент, когда Скелгилл собирается ответить, он предостерегающе поднимает ладонь.
  Он не без оснований настаивает на том, чтобы дверь его кабинета, как правило, оставалась открытой, и теперь его острый слух первым улавливает стук каблуков, непринужденный в их медленной поступи.
  Таким образом, это подготовленное ледяное приветствие, которое предстает перед пронырливой физиономией инспектора Алека Смарта, когда он выглядывает из-за косяка.
  ИНСПЕКТОР Смарт невозмутим.
  - Все в порядке, петушок?
  Он приветствует Скелгилла, но не ждет взаимности, которой, как он знает, не последует.  Он бегло кивает сержанту Лейтону и с минуту презрительно разглядывает его наряд.  А затем подобострастно кланяется сержанту Джонсу.
  "Эмма".
  Она вежливо кивает, но закрывает блокнот, скрещивает ноги и складывает руки.
  ДИ Смарт выходит полностью в поле зрения, но не переступает порог – его губы раздвигаются, обнажая маленькие острые резцы, язык скользит по тонким губам, а близко посаженные глаза по-змеиному метаются, словно в поисках добычи.
  Он берется за лацканы своего дизайнерского костюма, покачивает бедром в сторону и указывает носком ботинка "Челси" на перпендикуляр - поза напоминает позу мужчины-модели на модной фотосессии.  Он на мгновение окидывает взглядом свою внешность, прежде чем его взгляд снова останавливается на сержанте Джонсе.
  ‘ Эмма– я хотел бы попросить тебя об одолжении.  Его гнусавый манкунианский выговор становится жалобным.  ‘До конца этого месяца я должен выступить с четырьмя аккомпанементами вне моей команды.  Я видел в календаре, что у тебя сольная встреча в том шикарном отеле в Бассентуэйте.  Я подумал, ты не будешь возражать, если я составлю тебе компанию.  Угощу тебя выпивкой после.
  Сержант Джонс застигнута совершенно врасплох, но когда она с паникой в глазах смотрит на Скелгилла, она видит, как он вскакивает со стула и срывает с настенных крючков зеленую куртку cagoule и поношенный пиджак Barbour.  Он швыряет когоул в сержанта Джонса и начинает натягивать куртку, одновременно целенаправленно двигаясь к инспектору Смарт.
  ‘ Неподходящее время, Умник.  Мы как раз уходим.
  Чтобы избежать столкновения, инспектор Смарт вынужден бочком отойти в сторону, что он и делает, заходя в офис через открытую дверь.  Проходя мимо сидящего сержанта Лейтона, Скелгилл незаметно подмигивает и, наклонившись, похлопывает его по плечу.
  ‘ Лейтон с радостью отвезет тебя в Бассентуэйт.  Но тебе понадобится что-нибудь получше этих модных ботинок.  Это поднимает настроение ял Уоттеру.
  OceanofPDF.com
  14. CONTÉ-NICE
  Отель Laurel Bank, недалеко от Бассентуэйта – 14.00
  ‘SО, ЭТО ЗАВЕДЕНИЕ тоже в шестерке лучших.  Оно было прошлогодним победителем.
  Скелгилл рассказывает о великолепных окрестностях.  Они отдыхают в удобных креслах с гобеленовой обивкой на роскошном персидском ковре.  В отделанной дубом галерее создается впечатление большого зала с высокими окнами, выходящими на парковую зону, а напротив центрального камина, изготовленного на заказ, выставлены огромные оловянные тарелки и кувшины.  Задумчивые пейзажи, написанные маслом, и замысловатые гобелены приковывают взгляд от одного шедевра к другому, в то время как с ламбрекена под богато отделанным панелями потолком на вас смотрят охотничьи трофеи, колоссальный лось над камином, а различные олени, антилопы и бизоны окружают комнату.
  ‘ Я бы хотел, чтобы здесь устроили зимний банкет.  Он наклоняет голову в сторону пустой решетки.  ‘ Разожги огонь.  Кружки с медом.  Лебедь, фаршированный гусем, фаршированный фазаном, фаршированный рябчиком, фаршированный перепелом.’
  - Я думаю, ты опоздал лет на четыреста.
  Он пожимает плечами.
  – Да, хорошо - лебедь защищен, достаточно.
  Сержант Джонс ухмыляется.
  Скелгилл, возможно, и прав в своей оценке средневековой атмосферы, но точно так же она права и в том, что рисует контраст.  От исторического здания может пахнуть древним богатством, но это переходное пространство было искусно перепрофилировано явно с прицелом на новые деньги.  В то, что на самом деле является своего рода фойе, ведет парадная лестница из спален с балдахинами и проходы к стойке регистрации, коктейль-бару и столовой и обратно.
  То же самое относится и к кухне.  Отель может похвастаться одним из ведущих ресторанов Камбрии, где готовят современные блюда самого инновационного характера.  Как будто требовалось доказательство, тщательно продуманная пирамида изысканно приготовленных (и, откровенно говоря, неузнаваемых) сладостей размером с небольшой кусочек, которая подается к их чаю, позволяет предвкушать отмеченное наградами основное меню.
  ‘ Я думал, это будет просто пюре.  И все же, кто я такой, чтобы жаловаться, если они подсунут какую-нибудь приманку?
  Скелгилл ссылается на свое согласие с вопросом, заданным, когда их проводили на их места, не желают ли они послеобеденного чая.
  Сержант Джонс бросает на него долгий косой взгляд, но он, кажется, не замечает, что это такой пристальный взгляд, который выявляет неискреннее.
  Он не раскаялся.
  Он выбирает конфету из заварного теста и целиком отправляет ее в рот, а затем причмокивает губами и переходит ко второму кусочку, который может быть миниатюрной кремовой булочкой.
  Сержант Джонс решает, что может с пользой провести время.  Она открывает чехол своего мобильного телефона и переходит к сохраненной странице.
  – Я нашел статью о конкурсе на веб-сайте Cumbria Living.
  Она на мгновение поворачивает трубку, чтобы он мог видеть, но знает, что нет смысла передавать ее ему.
  “Что может быть лучше захватывающих дух пейзажей днем и изысканнейших ресторанов вечером?”
  Скелгилл искоса смотрит на нее, но понимает, что она начала рассказывать.
  Она переводит дыхание, ожидая более длинного предложения.
  “Суровый и красивый Озерный край Англии может похвастаться большим количеством ресторанов, отмеченных звездой Мишлен, на душу населения, чем любой другой регион Британских островов. Гастрономическая традиция восходит к 17 веку, когда экзотические специи, сахар, патока и ром впервые были доставлены из Нового Света в порты Западной Камбрии и смешаны с местными продуктами, что сделало графство традиционным домом ромового масла, имбирных пряников, мятного пирога, острой камберлендской колбасы и культового пудинга с ирисками.
  “Сегодня великие повара со всего мира прокладывают путь на север, и нет большей награды, чем быть коронованным чемпионом по изысканным блюдам в The Great Cumbrian Menu, ежегодном конкурсе, представляющем вершину кулинарного искусства и прославляющем богатую природную кладовую Камбрии”.
  Она делает паузу, чтобы взглянуть на Скелгилла, ожидая, возможно, некоторого скептицизма перед лицом гиперболы, но он просто задумчиво жует, его взгляд прикован к какому-то предмету за окнами или, возможно, просто затерян вдали.
  “Борьба настолько ожесточенна, что участники не остановятся ни перед чем.  Они прочесывают округ в поисках дикорастущих продуктов из моря и берегов, озер и рек, лесов и отвалов - и держат свои источники в строжайшем секрете.  А теперь мы с гордостью объявляем о публикации аппетитных дегустационных меню шести лучших финалистов, с которыми вы можете ознакомиться, зарегистрировавшись в Cumbria Living по сказочному специальному предложению с ограниченным сроком действия, приведенному ниже ”.
  Она поджимает губы.
  - После этого это будет платный доступ.  Они используют это для привлечения подписчиков.
  Скелгилл остается рассеянным - или сосредоточенным, как он мог бы заявить, если бы ему бросили вызов.  Но сержант Джонс просто продолжает, зная, что ее слова в конце концов проникнут в его полубессознательное состояние.
  ‘Я думаю, интересно, что они рассматривают свой рынок как местный, а не туристический.  Но я полагаю, что это возвращает деньги в экономику.  Я читал, что на Скай огромное количество кемперов и приезжих, которые привозят всю еду сами.  Cumbria Living - это журнал для высококлассных резидентов.  Вся съемочная группа округа прочитала это.
  Скелгилл оглядывает фойе; доказательства того, что говорит сержант Джонс, у них перед глазами.  В подтверждение привлекательности бывшего баронского престола, состоятельные пары среднего возраста и небольшие группы занимают щедро расставленные места для сидения.  Снаружи их безлошадные экипажи престижной марки с именными номерами послушно стоят под дождем.  Но он испытывает некоторую симпатию к отдыхающим.
  Он сдержанно рычит.
  - Все это прекрасно, если ты можешь себе это позволить.
  Сержант Джонс понимает, что за его словами скрывается нечто большее.  Камбрия таит в себе скрытый парадокс.  Среди постиндустриальных городов на западном побережье находятся одни из самых неблагополучных районов Британии.  Семьи в течение месяца питаются на сумму, превышающую стоимость обеда в Laurel Bank.  Таким образом, для Скелгилла с приличной зарплатой, но скромного происхождения платежеспособность - это не то же самое, что способность оправдать оплату.
  Но любая подобная растущая моральная дилемма пресекается в зародыше.  Она замечает, что он резко останавливает взгляд, и поворачивается, чтобы проследить за его взглядом.  По плюшевому ковру приближаются две женщины.
  Справедливости ради стоит сказать, что они составляют привлекательную пару, даже учитывая роскошную обстановку.  Один из них высокий, с длинными прямыми волосами цвета воронова крыла и ярко выраженными средиземноморскими чертами лица.  Возможно, ей далеко за двадцать, она стройна и в то же время соблазнительна в алом платье длиной почти до щиколоток, облегающем чувственную фигуру.  Самое поразительное, что она на седьмом месяце беременности, но при этом занимает видное положение с апломбом супермодели с подиума.  Выражение ее лица расслаблено, а темные глаза томно переводятся с сержанта Джонса на Скелгилла, после чего она улыбается, хотя теперь сдерживается, как будто просто сопровождает другую женщину.
  Последняя, возможно, ей за тридцать, представляет собой более сложное предложение. Безукоризненно причесанная брюнетка среднего роста, она одета в элегантный двухцветный темно-белый костюм с яркими лацканами, глубоким вырезом и рельефной баской на талии.  У нее привлекательные черты лица модели с обложки; ее кожа безупречна, а макияж нанесен с предельной точностью; то, что она излучает изысканность, подчеркивается редко носимыми платиновыми украшениями.  Ее проницательные голубые глаза излучают деловую целеустремленность.
  Скелгилл поднимается с несвойственной ему скоростью и смахивает крошки с бедер.
  Но сначала женщина в костюме поворачивается к своему партнеру.
  – Спасибо, Минетт, пожалуйста, передай Антону, что я ненадолго.
  Намек на то, что она считает себя руководительницей процесса, не ускользнул от внимания детективов.
  Минетт – так ее зовут – грациозно наклоняет голову, снова устанавливает краткий зрительный контакт с каждым из детективов и уходит, хотя Скелгилл видит, что она не идет по своим следам, а вместо этого грациозно огибает занятые столики в ненавязчивой манере человека, привыкшего заботиться об удовлетворении клиентов.
  – Сержант Джонс, да ... А вы, должно быть...?
  Внимание Скелгилла возвращается к ближайшему, но сержант Джонс обеспечивает необходимое представление и предлагает заказать дополнительную чашку с блюдцем; однако женщина отказывается.  Она уверена в себе и не нуждается в приглашении присесть.  И она не выказывает никакого стеснения, когда, скрестив ноги, задирает свою облегающую юбку выше колена, обнажая дополнительные дюймы равномерно загорелой плоти.  Из своего кожаного чехла для мобильного телефона с изящным логотипом, который может быть соединенным компакт-диском, она достает две визитные карточки.  Она вручает по одной каждой.
  Они прочитали, что это Натали Сэндс-Лорен, вице-президент по маркетингу компании "Конте-Ницца" в Северо-Западной Европе.  Там есть номер телефона в Лондоне и адрес в Мейфэре.
  Она наблюдает, как они переваривают информацию.
  ‘Можно сказать, что меня сбросили с парашютом из нашей штаб-квартиры в Великобритании.  Вчера Восточная Англия, сегодня Камбрия, завтра Шотландия, затем рейс в Марсель в воскресенье.  Наша холдинговая компания International group находится в Ле-Миди.  Я сожалею, что у меня не так много времени.  Я должен обсудить рекламную программу с каждым из финалистов лично.  На следующей неделе мы запускаем крупную цифровую рекламную кампанию – рестораны должны быть готовы извлечь выгоду из волны интереса ".
  Сержант Джонс готов подхватить нить разговора.
  – Великолепное камбрийское меню - оно имеет ощутимую коммерческую ценность?
  Натали Сэндс-Лорен, кажется, немного удивлена вопросом, – но отвечает со всей серьезностью.
  ‘Это положительно влияет на весь сектор общественного питания – безусловно, есть эффект "просачивания".  Хотя, можно сказать, что победитель получает почти все ’.  Демонстрируя покрытые лаком ногти, гармонирующие с ее нарядом, она поднимает руку в сдержанной, царственной манере, указывая на окружающую обстановку.  "С момента победы Laurel Bank в прошлом году продажи продуктов питания и количество бронирований в отелях удвоились".
  Сержант Джонс кивает.  Она сложила руки на блокноте, лежащем на коленях, и немного наклонилась вперед.
  "Все это независимые предприятия – так какую пользу это приносит вашей организации?"
  Возможно, в проницательных глазах женщины мелькает первая настороженность.  Возможно, этот вопрос несколько более навязчивый – или просто сержант Джонс не сразу перешел к сути их встречи.  Цель интервью пока остается невыясненной.
  Однако она отвечает без обиняков.
  ‘Как, я уверен, вы знаете, Конте-Ницца находится на самой вершине глобального влияния на образ жизни.  Соответственно, мы присуждаем международно признанные награды в области красоты, моды, декора – это основа нашей репутации.  А что еще может быть воплощением хорошего вкуса, как не изысканная кухня?"
  Женщина бросает взгляд на Скелгилла.  Ее взгляд уже несколько раз перемещался на него, ненадолго задерживаясь, как будто в нем есть какое-то тревожное очарование.  В то время как сержанту Джонсу всегда удается выглядеть стильно и ненавязчиво, Скелгилл у любого зрителя может создать впечатление, что он что–то вроде горного гида - возможно, здесь проходит инструктаж перед однодневной прогулкой с VIP-гостями отеля.
  Но сержант Джонс теперь возвращается к своей цели.
  Что ж– спасибо, что нашли время встретиться с нами.  Мой помощник констебль Уотсон передаст, что дело серьезное.  Мы полагаем, что это относится к Великолепному камбрийскому меню, и хотели проконсультироваться с вами по секрету.
  Женщина сохраняет самообладание и не мигая смотрит на сержанта Джонса.
  Сержант Джонс вынимает рекламную брошюру из своего блокнота и кладет ее на журнальный столик из полированного дуба.
  "Прежде чем я объясню, могу ли я спросить, получала ли ваша организация то, что можно рассматривать как нерегулярную корреспонденцию в связи с конкурсом?"
  Натали Сэндс-Лорен делает жест в сторону своего мобильного телефона.
  "К сожалению, в наши дни троллинг - это факт жизни".
  Она не вдается в подробности.
  Сержант Джонс предлагает подсказку.
  - Я имел в виду более конкретную угрозу срыва конкурса.
  - Ты имеешь в виду группу сумасшедших политических действий?
  ‘ Не обязательно.  Возможно, попытка вымогательства.
  Впервые на лице, которое до сих пор контролировалось, появляется тревога.  Возможно, теперь ей приходит в голову, что в ближайшее время может возникнуть какая–то угроза - и что полиция окольным путем сообщает такие новости.
  В том же духе Скелгилл наблюдает за сержантом Джонсом.  Там, где он мог бы опрометчиво сбросить отравляющую бомбу, его коллега применил дипломатию.  Она объединила полицию с Конте-Ницца – в качестве потерпевшей стороны в том, что они расследуют.
  Соответственно, женщина задействована, когда в противном случае она могла бы защищаться.  И, хотя она сбита с толку, она сохраняет самообладание.
  - Вы кого-нибудь задержали?
  Сержант Джонс бросает взгляд на Скелгилла; это что-то вроде “если бы только”.
  Она смотрит на женщину хмурым взглядом, который говорит об извинении.
  ‘За последние несколько недель было зарегистрировано три преднамеренных случая отравления.  Жертвы, все из которых выздоровели, до того, как заболеть, ели в разных ресторанах’.  Она поднимает ладонь, указывая на листовку.  "Все рестораны вошли в окончательный список – шесть лучших – Великолепного камбрийского меню".
  Глаза женщины могут сузиться, но почти незаметно.
  -В каких ресторанах?
  Сержант Джонс прищелкивает языком.
  - На данном этапе нашего расследования мне необходимо сохранить эту информацию в тайне.
  Женщина упорствует.  Она оглядывается по сторонам и немного понижает голос.
  -Здесь?
  Но сержант Джонс держит себя в руках.
  – Извините, но для оперативных целей я не могу сказать.
  Женщина сжимает губы.
  ‘ Ты говоришь, намеренно.  Откуда ты знаешь?
  - Природа веществ делает крайне маловероятным, что это был несчастный случай.
  Очевидно, что ум этой женщины работает быстро.
  – И поэтому вы спросили об угрозе - о шантаже?
  Сержант Джонс берет листовку.
  ‘Единственная связь - великолепное камбрийское меню.  То, что "Конте-Ницца" - известная международная корпорация, делает вас главной мишенью".
  На мгновение женщина важничает, реагируя на такое признание.  Но она внимательно выслушала.
  "Если я правильно расслышал, то у нас есть обвинения – это косвенная конструкция".
  Заявление точное, и в ее тоне слышатся инквизиторские нотки адвоката защиты.  Но сержант Джонс ей ровня.
  ‘Я уверен, вы бы хотели, чтобы мы обратились к вам при первой возможности.  Со своей стороны, мы очень серьезно относимся к роли вашей компании в ключевом секторе.  В экономике досуга занята четверть населения.  Но мы также должны подумать о возможной следующей жертве, которой может не так повезти".
  В то время как в первой части ответа сержанта Джонс женщина одобрительно кивает, ее заключительные фразы содержат язвительное предупреждение против неприкрытого корпоративного эгоизма.
  ‘ Конечно, сержант.  Я совершенно согласна.  Натали Сэндс-Лорен выпрямляется.  ‘ Хорошо, что вы предлагаете?  Я так понимаю, вы еще не связались с соответствующими ресторанами?
  Сержант Джонс качает головой.
  В настоящее время ни один из ресторанов не знает о том, что я вам сказал.  Пока мы не приняли решения о проведении расследования непосредственно в их отношении.  Мы бы предварительно проконсультировались с вами.  Точно так же, если бы мы сочли необходимым сделать публичное объявление.  У вас будут разработаны планы действий на случай непредвиденных обстоятельств?"
  Женщина бросает мимолетный взгляд на Скелгилла, прежде чем снова переводит взгляд на сержанта Джонса.
  ‘ Конечно.  Но то, что вы мне представляете, в некотором роде Дамоклов меч.  Джинн негативной рекламы не возвращается добровольно в свою бутылку.  У нас есть конкуренты и биржевые трейдеры, готовые ухватиться за любую видимую слабость.’
  Сержант Джонс отвечает поднятыми ладонями.
  Мы понимаем, хотя наши руки, возможно, связаны.  В конечном счете, мы должны действовать в интересах общества.  Цель сегодняшнего дня состояла в том, чтобы ввести вас в курс дела, насколько нам известно.
  Натали Сэндс-Лорен обладает неумолимостью, которая, возможно, соответствует ее роли руководителя высшего звена, привыкшего к неумелым отговоркам от тех, кто ниже ее по корпоративной лестнице.  Соответственно, она, похоже, не совсем убеждена мольбами сержанта Джонса, как будто было бы естественно ожидать, что полиция окажется неприветливой.  Но подбитые подкладкой плечи ее жакета, возможно, слегка пожимают плечами в знак смирения.
  Ее телефон вибрирует, и имя на экране на мгновение задерживает ее взгляд.  Вызов переадресовывается всего после нескольких гудков, и сразу становится очевидно, что оставлено голосовое сообщение.
  Она прямо смотрит на детективов.
  - У меня действительно есть неотложные дела.
  Сержант Джонс приготовил визитную карточку.
  ‘ Что ж, спасибо, что уделили мне время.  Пожалуйста, свяжитесь со мной, если будет что-нибудь, что вы сочтете важным.
  Женщина не читает карточку сержанта Джонса, а вместо этого смотрит на Скелгилла.  Она почти не общалась с ним и, возможно, задается вопросом о его роли в разбирательстве.  И, возможно, теперь она понимает, что, озабоченная целесообразностью новостей, ее шанс понять был упущен.
  Под ее пристальным взглядом он зевает и неторопливо потягивается, откидываясь на спинку стула.  Его верхняя рубашка расстегнута, а футболка задирается, и на секунду ее взгляд прикован к нему, и она сглатывает, но затем берет себя в руки, резко встает и обходит свой стул.  Но очевидно, что румянец коснулся ее щек.
  Она начинает отходить, но тут ее осеняет мысль, и она поворачивается обратно.  Она многозначительно обращается к сержанту Джонсу.
  - Еще одно.  Почему именно Камбрия?  У нас проводятся региональные соревнования по всему Соединенному Королевству и за его пределами.  Если бы произошел инцидент в другом месте, он попал бы мне на стол.  Для меня было бы невозможно не знать об этом.’
  Сержант Джонс бросает взгляд на Скелгилла.  В контексте нападения на глобальную корпорацию женщина выдвигает обоснованный аргумент.  Камбрия - это небольшой пруд, в котором можно поплескаться.
  Скелгилл говорит, еще раз зевая.
  - Так получилось, что у нас как раз есть лучшая еда.
  Когда женщина, возможно, захочет поправить его, в его неподчинении есть что-то такое, что покоряет ее.  Впервые она обнажает ровные белые зубы в улыбке, которая превращает ее суровое выражение лица в более привлекательную личность.  В ее глазах появляется вызывающий блеск.
  – Лондон может оспорить это, но я думаю, что да, во многих отношениях вы дали бы им шанс побороться за свои деньги.
  Когда она уходит, ее телефон, должно быть, звонит снова.  Настойчивый абонент.  Она отвечает и подносит трубку к уху.
  И вдруг она свободно заговорила по-французски.
  Детективы молча наблюдают, как она исчезает в проходе, ведущем в приемную.
  Скелгилл произносит первым.
  ‘ Ты расслышал, что она сказала?  Меня постоянно выгоняли с уроков французского.
  Сержант Джонс закусывает губу, чтобы сдержать кривую улыбку.
  - В таком случае вам, вероятно, знакомы слова "il y a un problème".
  Скелгилл бунтующе пожимает плечами.
  – Да, с этим я как раз могу разобраться.
  Сержант Джонс, возможно, воспроизводит то, что еще она подобрала.
  - Ты больше ничего не узнал?
  Но она качает головой.
  - Поразмыслив, все, что я уловил, было зут, алорс.
  - А что это такое, когда оно дома?
  – Э–э... ну... черт, тогда – я полагаю.  Должно быть, это был ответ на что-то сказанное звонившей.  Но она не обязательно имела в виду нашу проблему.  Я полагаю, у нее целая маркетинговая империя проблем.’
  ‘Une beaucoup de problèmes.’  Акцент Скелгилла явно деревянный.
  ‘Хорошая попытка.  Оон, между прочим.’
  Скелгилл шипит.
  Но сержант Джонс ухмыляется.
  - И все же ты узнал больше, чем показываешь.
  Они на мгновение замолкают, прежде чем сержант Джонс задумывается.
  Я не думаю, что она волей-неволей распространит информацию об отравлении.  Вы слышали, что она сказала о конкурентах, рынках и средствах массовой информации.  Она запрограммирована защищать корпорацию.
  Теперь в уголке рта Скелгилла появляется полуулыбка.  Очевидно, что сержант Джонс встрепенулся от соперничества.  Но он не настаивает, пока в фарфоровом чайнике еще есть чай, сахар, который нужно размешать, и пирожные, с которыми нужно разделаться.
  Сержант Джонс с минуту наблюдает за ним.
  - Что вы думаете о ее наряде?
  Скелгилл что-то бормочет сквозь торт, прикрывая рот рукой.
  "Небольшая вспышка".
  Сержант Джонс, похоже, доволен своей оценкой.
  ‘ Средняя зарплата, наверное, за три месяца.  Кристиан Диор, с головы до ног.
  "Нога в "Диоре"".
  Он хихикает над собственной шуткой, но смотрит прямо в коридор, ведущий к выходу, и сержант Джонс замечает, что его взгляд остановился.  Она оборачивается и видит, что к ним приближается молодая женщина, Майнетт.
  Как и прежде, Майнетт обворожительно улыбается.
  ‘ Могу я предложить вам что-нибудь еще?  Может быть, бокал шипучего?  За счет заведения.
  Скелгилл проводит рукой по волосам и полностью создает впечатление, что он обдумывает предложение – и, похоже, с его стороны требуются дополнительные усилия, чтобы отказаться.
  - Только счет, спасибо, дорогая.
  Возможно, теперь женщина немного смущенно складывает руки на животе.
  -О, об этом уже позаботились.
  Скелгилл вздыхает, как будто хочет что-то сказать, но сдерживается.
  – Да, тогда мы просто закончим и отправимся восвояси.’
  Женщина делает небольшой реверанс, но медлит, как будто либо хочет задать вопрос, либо думает, что, подождав, Скелгилл выскажет свое мнение.  Но когда он этого не делает, она благодарит их за то, что они пришли, как будто они были ценными клиентами, и вежливо уходит.
  - Голос у нее определенно был французский.
  Утверждение Скелгилла заставляет сержанта Джонс смотреть на него так, как будто она подозревает, что происходит какое-то отклонение.  Она изучает выданную ей карточку и показывает ее ему.
  ‘ Вы хотите сказать, что не уверены насчет Натали Сэндс-Лорен?  Для человека, не говорящего по-английски, она говорила четко.
  Скелгилл заставляет ее ждать своего ответа.
  ‘ Как ты и сказал, скорее киборг.  Шикарный.
  Они сидят в уютном уголке библиотеки, их стулья и стол расположены под углом к хорошо укомплектованным книжным полкам.  Его взгляд скользит по коллекции старинной и современной классики, расположенной в алфавитном порядке, к разделу путеводителей по путешествиям, садоводству, дикой природе и рыбалке на озерах.  Он лениво тянется за томом из последней категории.
  Чуть дальше вдоль одной стены стоит большой сервант из тикового дерева, на котором разложены газеты и другие периодические издания.  Сержант Джонс встает, оставляет его за учебником и принимается листать журналы.  Через несколько минут она присоединяется к нему и наблюдает, как он пролистывает последние несколько страниц, работая левой рукой от начала до конца.  Он вопросительно смотрит на нее, чувствуя, что она хочет что-то сказать.  У нее есть потрепанный экземпляр "Камбрийской жизни", который она раскрывает перед ним, положив его плашмя на кофейный столик.
  – Смотрите - статья о прошлогодних победителях.
  В центре обложки – фотография искусно позирующей пары: мужчина лет сорока, темноволосый, коренастый, бородатый и довольно смуглый в безупречно белом поварском костюме, и склонившаяся к нему женщина, возможно, на десять моложе, рыжеволосая и светлокожая, с блестящими изумрудными глазами, нарядная, в отглаженном фартуке с логотипом отеля Laurel Bank Hotel.
  Комментарий дает сержант Джонс.
  ‘ Это шеф-повар, Антон Дек.  Здесь сказано, что он франко-польский и обучался в ресторане Train Bleu на площади Казино в Монте-Карло.  Она делает паузу, чтобы дать Скелгиллу переварить детали, но она видит, что его взгляд переместился на женщину.  ‘ Тэнси Иссоп - его жена.  Она камбрийский предприниматель, основавшая веганскую франшизу Cool Beanz Café Co, которую она продала за небольшое состояние – помните, она была в сериале "Логово драконов" – это было во всех местных газетах?"
  Скелгилл питает отвращение к блокам черного текста с их головокружительными реками бегущего белого пространства.  Он хмурится, прочитав заголовок: “Объединение культур, взрыв вкусов”.  Подпись сообщает ему, что навыки Антона Дека в приготовлении cordon bleu были дополнены знаниями местной кулинарии и деловой хваткой Тэнси Иссоп.  Есть вставленные фотографии шеф-повара, разделывающего фазана без костей, и Тэнси Иссоп, возможно, занимающейся исследованиями, отдыхающей с чашечкой кофе в том самом книжном уголке, где они сидят.
  Он говорит, не поднимая глаз.
  - Как ты думаешь, откуда взялась девушка в красном?
  - Прошу прощения?
  Его замечание совершенно ошеломило сержанта Джонса.
  Он наклоняет голову в сторону приемной.
  - Сдается мне, что она тут всем заправляет.
  Сержант Джонс догоняет; он имеет в виду Минетт.
  Она на мгновение задумывается – Скелгилл редко делает замечания такого рода, не требующие некоторого прочтения между строк.
  ‘ Не знаю.  Думаю, она живет напротив дома.
  Скелгилл выглядит сомневающимся.
  "Быть впереди во многих отношениях".
  Но его сардоническое замечание носит косвенный характер, и сержанту Джонсу есть что сказать еще.  Касанием она указывает на вставную коробку с надписью “Останавливаем Хэттрик”.
  Идиома игры в крикет – три калитки тремя последовательными мячами - заставляет Скелгилла наклониться ближе.  Но затем он отшатывается и смотрит на сержанта Джонса в ожидании объяснений.
  ‘Броссен – в Эмблсайде - побеждал в предыдущие два года.  Они были бы первым рестораном, выигравшим три раза подряд, если бы Лорел Бэнк не остановил их".
  Она вопросительно смотрит на него, но он, как и следовало ожидать, отказывается делать какие–либо выводы.
  Соответственно, она начинается с оговорки.
  – Я знаю, Броссена отравили.  Но это заставляет задуматься о соперничестве.
  - Не застрянь слишком далеко в Лейтон-аллее.
  Он ссылается, возможно, немного несправедливо, на интуитивный скачок их коллеги к идее уловок между конкурирующими ресторанами.  Но сержант Джонс не желает полностью уступать.
  ‘ Вот что сказала Натали Сэндс-Лорен об удвоении оборота этого заведения.  Она проводит рукой по фотографии торжествующей пары.  ‘Это больше, чем просто награда – символ статуса гурмана.  Это как сорвать джекпот".
  Скелгилл в ответ доедает последнее пирожное и запивает его остатками чая – возможно, символический акт, свидетельствующий о том, что он намерен получить все до последнего пенни за проезд, несмотря на то, что с них не взималась плата.  Он встает, облизывая зубы, и неторопливо подходит к огромным окнам.
  Когда он не возвращается сразу, а вместо этого стоит, уставившись на дождь, сержант Джонс собирает свои вещи и присоединяется к нему.
  Он что-то недовольно бормочет.
  - Вот и все с местными продуктами.
  - Что вы имеете в виду?
  Он многозначительно кивает.  На другой стороне парковой зоны, укрывшись под раскидистыми ветвями большого конского каштана, пасется с полдюжины коров, отличающихся тем, что, хотя они черные или коричневые, у каждого на брюхе широкая белая полоса.
  "Пояса".
  -Пояса?
  ‘Галлоуэи с поясом.  Шотландская порода".
  ‘ А, понятно.  Сержант Джонс задумывается.  - У нас есть лейклендская порода?
  - Английский лонгхорн.  У Джада есть парочка.  Они были тягловыми животными.  Молоко не годится.  Говядина уже готова.  Джад использует их для управления растительностью.
  Сержант Джонс молчит, обдумывая услышанное.
  Затем она восклицает.
  – Вау, ты думаешь, она прилетела на том вертолете?
  Она внезапно заметила маленький самолет слева от них.
  Скелгилл даже не смотрит; очевидно, он это видел.
  - Она действительно сказала, что ее сбросили с парашютом.
  - Бормочет сержант Джонс.
  - Мм... Она высокого полета, во всех отношениях.
  Скелгилл мог бы кивнуть, хотя трудно сказать, есть ли реакция; он, кажется, загипнотизирован постоянными осадками.
  Когда он ничего не говорит, сержант Джонс стучит костяшками пальцев по стеклу.
  - Я думаю, нам стоит поужинать в "Броссене".  Понаблюдайте, что будет дальше.  Ее тон решителен.
  Скелгилл немного беспокойно переминается с ноги на ногу.  Разговор с Шефом приближается.
  Он останавливается.
  - Почему Броссен? - спросил я.
  ‘ Я не знаю.  Нутром чую?
  Это строка из сборника пьес Скелгилла; он вряд ли может возражать.
  Когда он не отвечает, она пробует более тонкую тактику.
  – Ты жалеешь, что не поехал с сержантом Лейтоном охотиться на браконьеров?
  Теперь он пристально смотрит на нее.
  - Я думаю, шеф Полиции предпочел бы отравителя браконьеру в любой день недели.
  Она выпячивает нижнюю губу.  Хотя он прав, это не то объяснение, на которое она надеялась.  Даже наживка.
  ‘ О, я просто поинтересовался, не передумали ли вы.  Вы выглядите озабоченным.
  Скелгилл наклоняется, чтобы слегка прижаться лбом к стеклу.  Сквозь туманную панораму видна аллея величественных лип, тянущаяся мимо декоративной побеленной беседки к дразнящему виду на озеро Бассентуэйт.
  - Я просто думаю, что эта вода освежит рыбалку.
  Она борется с желанием ткнуть его локтем в ребра.
  OceanofPDF.com
  15. ПОВЫШАЮЩАЯСЯ ВЛАЖНОСТЬ
  Природный заповедник Милк – Вуд - 15.00
  DС. ЛЕЙТОН СТРЯХИВАЕТ капельку с кончика носа.
  И все же, если посмотреть с положительной стороны, Скелгилл был прав в одном.  Инспектор Алек Смарт ни за что не собирался ехать с ним.  Прогулка за город в такую погоду наверняка испортила бы его модный костюм от Армани - и он знал это.  Он не терял времени даром, придумывая оправдание, почему ему нужно было заняться чем-то другим.  Он вышел из кабинета Скелгилла, выпустив на прощание шуточку: “Эмма, она останется.  Разлука делает сердце более любящим, а, петушок?”  Дикое непонимание его личной привлекательности.  Сержант Лейтон не станет упоминать об этом Скелгиллу – он просто подмигнет Эмме.  Хотя будет трудно сдерживать DI Smart бесконечно.
  Струйки дождя барабанят по капюшону и плечам его кагулы.  Он задается вопросом, как долго продержится это одеяние.  В отличие от технического снаряжения, которое носит Скелгилл, его одежда непромокаема; на самом деле, у клана Лейтон есть соответствующий комплект, который он приобрел на весенних распродажах – хотя зачем устраивать распродажу непромокаемых вещей в Лейкс, непонятно.  По крайней мере, на нем есть камуфляжный рисунок, хотя он и встретил неоднозначный прием.  Действительно, семейное расхождение модных вкусов иллюстрируется зонтиком, который он таскает с собой – спохватившись, он прихватил с заднего сиденья своей машины.  Это розовая сахарная вата, и он намеревается использовать ее в качестве последнего средства.  Время от времени он спрашивал Скелгилла, почему тот не носит зонт, и неоднократно получал в ответ испепеляющий взгляд и бесполезное замечание вроде: “Лейтон, от булочки в горах было бы столько же пользы, сколько от чайника с шоколадом на кухне”.
  Он принюхивается.  Возможно, у него течет из носа.  День ни в коем случае не холодный – он мягкий и влажный, – но дождь идет с высоты, где конденсируется водяной пар; он приносит прохладу стратосферы.  Кое-что он действительно помнит из своих школьных лет.
  И теперь он непроизвольно вздрагивает.  Возможно, это просто бездействие.  За последние пять минут его жертва практически не сдвинулась с места.  И он начинает задаваться вопросом, не занимается ли он чем-то вроде дурацкого поручения.
  Он был доволен своей работой по слежке за Уильямом Тейлором-Брауном.  Было достаточно просто войти в PNC и найти регистрационный номер его машины, WTB 130C, а также марку, модель и цвет - фиолетовый Volvo универсал (и домашний адрес, если уж на то пошло, коттедж в захолустье недалеко от Эмблтона) – а затем оставалось только спрятаться в подходящем месте на трассе А66.  Хильда Смит была права в своем утверждении.  По пятницам днем кажется, что Тейлор-Браун совершает свой обход природного заповедника Милк-Вуд, огромного участка практически недоступной поймы, граничащего с северо-восточным берегом озера.
  Он следовал за мужчиной на почтительном расстоянии по извилистым улочкам, пока тот не въехал в лесистые ворота, где было место только для одной машины.  Он припарковался немного дальше и поспешил обратно, осторожно обогнув последний поворот, чтобы обнаружить машину Тейлор-Брауна без присмотра.  Внутри не было выставлено ничего примечательного, хотя брезент скрывал слой неизвестных комковатых предметов, заполнявших платформу.
  Рядом с воротами его остановили противоречивые таблички.  Одна гласила: “Частная собственность.  Заповедник.  Не входить”.  Другая: “Общественная пешеходная дорожка.  Отель ”Лорел Бэнк" в 2 милях ".  По размышлении, оба этих противоположных утверждения могут быть правдой.  Большая часть земли находится в частной собственности, и большая ее часть пересекается общественными проездами.  Судя по объявлениям, ни одно из которых не было подписано местными властями, его интерпретация заключалась в том, что Фонд дикой природы Дервентдейла установил первое и не хочет, чтобы случайные туристы нарушали территорию заповедника, и что отель Laurel Bank разместил второе как часть обозначенного пешеходного маршрута (возможно, вокруг озера Бассентуэйт) для своих более активных гостей.
  Выйдя из ворот, он спустился через густой лес, населенный танцующими тучами крупных мошек и невидимыми птицами, которые время от времени издают звуки флейты.  Здесь преобладают хвойные деревья и разреженный подлесок, и только на краю зарослей кустарник утолщился, удобно прикрывая его нынешнюю стоянку на перелазе, за которым простирается открытая местность.  Справа от него опушка леса изгибается и убегает вдаль, предположительно параллельно озеру, а слегка протоптанная тропинка огибает забор, отделяющий лес от полей.  Забор представляет собой ряд столбов, натянутых простой проволокой и увенчанных куском колючей проволоки на высоте около четырех футов.  Лес, должно быть, является природным заповедником, потому что на пастбищах полно овец – сотен овец, возможно, тысяч.  А поля тянутся все дальше и дальше, как впереди, так и слева от него, по мере того как земля постепенно поднимается к холмам.
  Уильям Тейлор-Браун, очевидно, пошел по этому пути.  Он стоит примерно в пятидесяти ярдах от меня и систематически перегибается через забор и, как кажется сержанту Лейтону, собирает полевые цветы.  Напоминая методы доктора Хильды Смит, он, похоже, собирает образцы в прозрачные пластиковые пакеты и сверяет их с каким-то контрольным списком на планшете, который также находится в водонепроницаемой обложке.
  Сержант Лейтон замечает, что бинокль у мужчины висит на шее, но под мышкой, чтобы он не мешал его действиям.  Жаль, что у него самого нет такой пары, чтобы лучше видеть, что задумал этот парень – ему следовало попросить Скелгилла одолжить старый полевой бинокль военных времен, которым он клянется.
  Но в полевой бинокль или без него – и несмотря на постепенное ощущение промокания – сержант Лейтон не может отделаться от мысли, что он наблюдает за Уильямом Тейлором-Брауном, выполняющим свои настоящие обязанности рейнджера Фонда дикой природы Дервентдейла.  Это гнетущее чувство, когда он отправился в путь с большими надеждами уличить его в каком-нибудь незаконном деянии.  В глубине души у него также мелькает мысль о том, что менее чем в двух милях отсюда Скелгилл и сержант Джонс, должно быть, в эту самую минуту уютно устроились за послеобеденным чаем.
  Он издает непроизвольное восклицание - воинственное рычание, которое означает отказ от негативных чувств и сдувание дождевой воды, стекающей по его лицу.  Вспомни "синих зайцев".  Вспомни винтовку.  И – что не менее важно – вспомни, что он чувствовал к Хильде Смит.  Его охватывает легкая дрожь.  Но он останавливает эту конкретную мысль на полуслове – потому что Уильям Тейлор-Браун наконец-то начал действовать.
  Мужчина кладет последний предмет в свой рюкзак, закрывает его, закидывает на плечо и отправляется в путь, по-прежнему следуя линии забора.  Он хорошо одет по погоде – на самом деле сержант Лейтон узнает его основную одежду – оливково-зеленую куртку для верховой езды из вощеного хлопка длиной до щиколоток.  У Скелгилла есть один – “сухой, как кость”, как он его называет, – он говорит, что ходить по нему бесполезно, но вполне годится для рыбалки, когда он затихает.  Надевается поверх резиновых сапог и дополняется широкополой шляпой, что обеспечивает полную защиту.
  Сержант Лейтон знает, что должен подождать, пока Уильям Тейлор-Браун не перелезет через ступеньку, где живая изгородь, отделяющая следующее поле, встречается с оградой на краю леса.  Но даже когда мужчина делает это, он испытывает момент трепета.  А как же овцы?
  Он знает достаточно, чтобы понять, что это овцы с хорошо выросшими ягнятами, в основном по две на овцу.
  Соответственно, на ум приходит один из любимых афоризмов Скелгилла: “Какое животное самое опасное в джунглях, Лейтон?”  “ Не знаю, шеф... Тигр ... удав... черная вдова?  Презрительный смешок.  “Лейтон, марра – любая мать со своими детенышами”.
  И сержант Лейтон глубокомысленно кивал, принимая совет.
  Итак, насколько опасны овцы, когда в кадре ягнята?
  Уильям Тейлор-Браун, похоже, не обратил на них внимания.
  Чтобы добраться до следующего перегона, сержанту Лейтону, безусловно, было бы быстрее пересечь диагональ, разделив пополам ближайшее стадо.  Но – и это не относится к Скелгиллу – благоразумие является лучшей частью доблести, он осторожно перелезает через забор и начинает красться вдоль него, избегая зрительного контакта.
  Лес справа от него лиственный и неоднородный, с заболоченными краями и густой пышной растительностью.  По его оценкам, до озера, которое скрыто, должно быть четверть мили.  Здесь растут всевозможные полевые цветы, резко контрастирующие с простой травой пастбища.  Он узнает желтые ирисы, которые росли у лондонского канала, “желтые флаги”, как их называли обитатели плавучих домов.  Он предполагает, что овцам понравится настоящий салат для гурманов.
  К его некоторому удивлению, слева от него, примерно в двухстах ярдах, медленно проезжает зеленый "лендровер".  Его первый инстинкт – спрятаться, но спрятаться негде, если только он не был готов перепрыгнуть через забор и нырнуть в заросли.  Затем он напоминает себе, что он офицер полиции и, по-видимому, находится на общественном проезде - и когда он поднимает руку, фермер отвечает ему взаимностью из своего открытого окна.  Он просто осматривает свое стадо и проходит через открытые ворота на соседнее поле, направляясь прочь.
  Теперь следует то, что сержанту Лейтону кажется добрых пятнадцатиминутным полосканием и повторением.
  Сержант Лейтон достигает перелаза в каждой последующей живой изгороди, подкрадывается поближе, наблюдает за Уильямом Тейлором-Брауном, пока тот не покинет следующее поле, а затем пересекает его сам.  Мужчина продвигается медленно, постоянно оглядываясь через забор справа от себя, время от времени останавливаясь, но пока не останавливаясь, чтобы собрать побольше черенков.
  Сержант Лейтон замечает, что поля становятся все более неровными и болотистыми.  Это выражается в том, что овцы в основном пасутся слева от него на более сухой земле.
  У следующего перелаза он обнаруживает, что поле пустое.  На мгновение он думает, что Уильям Тейлор-Браун, должно быть, забрался в лес, но на самом деле это просто меньший размер загона.  Это небольшое поле полностью заболочено, растительность заросшая тростником, более высокая и неухоженная.  Поверхность воды простирается от опушки леса, и та тропинка, которая там есть, теперь поворачивает по касательной от ограды к перелазу примерно в двадцати пяти ярдах вдоль следующей живой изгороди.
  Тем не менее, пересечение границы проблематично.  Земля сильно взрыхлена, местами образовались глубокие грязные лужи, и сержанту Лейтону приходится концентрироваться, когда он поскальзывается и скользит, перепрыгивая с кочки на кочку, как, по его наблюдениям, делал Скелгилл в болотистых условиях.
  Он задыхается от усилий, когда достигает твердой земли у перелаза, но от открывшегося вида у него перехватывает дыхание.
  На соседнем поле Уильям Тейлор-Браун, стоя спиной к сержанту Лейтону, укрылся за одиноким деревом и выглядывает из-за его огромного ствола.  Примерно в тридцати ярдах от него, на стороне поля, за лесной изгородью, грациозно потягивается косуля – лань, чтобы пощипать нависающую листву.  Олень, похоже, не подозревает о присутствии человека.
  Сержант Лейтон наблюдает.
  Уильям Тейлор-Браун по-кошачьи выскальзывает из рюкзака и прислоняет его к багажнику.  Он ныряет под ремешок своего бинокля.  Но когда он мог бы поднять их, чтобы понаблюдать за животным, вместо этого он вешает их на торчащую ветку.  Он методично начинает расстегивать пальто.
  И теперь сержант Лейтон видит в этом двойное назначение.
  Он распознает способ действия.
  Под ним, совершенно незаметная, висела винтовка.
  Сержант Лейтон выдыхает.
  Он ознакомился с законами охоты.  Сезон охоты на оленей длится с октября по февраль, и охотнику требуется специальная лицензия и разрешение землевладельца.  Сейчас не сезон, и этот олень находится в частной собственности.  Он воображает, что даже заповедник арендован у фермера.
  Есть достаточно оснований для вмешательства.
  Но сделай это – и он раскроет свое прикрытие.
  Он может навсегда забыть о задержании Тейлора-Брауна.  Потому что, если этот человек увидит его во второй раз, он будет знать, что он занимается его делом.
  И если он вмешается, Тейлор-Браун просто будет отрицать, что собирался стрелять.
  Но если сержант Лейтон остается в стороне – скажем, снимает на свой телефон – олень умирает.  Его это не радует.  Только в прошлые выходные он взял кусачки, чтобы посмотреть новый фильм "Бэмби".
  Он разрывается.
  Дождь барабанит по его капюшону.
  Затем шестое чувство заставляет его обернуться.
  - ЧЕРТОВА НОРА!
  Всего в нескольких футах от нас маячит животное.
  Он отшатывается назад.
  Под ногами болотисто.
  Он изо всех сил пытается удержать равновесие.
  Животное фыркает.
  Он огромен.
  Чудовище по сравнению с оленем.
  И не только один.
  Их несколько - плотное стадо – у него получается шестеро.  Трое черных, трое коричневых.
  Выстроившись в шеренгу, они выстроились вдоль живой изгороди.
  Это быки?  Бычки?  Телки?  Слонопотамы?
  Имеет ли это значение?
  Его восклицание остановило их.
  Но первый из них блокирует перелаз.
  Он почти мог дотронуться до его огромного скользкого носа.
  А теперь остальные расходятся веером.
  Они зловеще молчат.
  Их нужно покормить?  Или погладить?  Или съесть его?
  Или растоптать его?
  Он слышит голос своего начальника.
  - Лейтон, в Британии коровы убивают больше людей, чем любое другое животное.
  С громким хлюпаньем грязи вожак внезапно кренится.
  Сержант Лейтон инстинктивно вытаскивает зонт – он нечаянно нажимает на защелку, и зонт раскрывается с хлопающим свистом флуоресцентно-розового цвета.
  Животное испуганно вздрагивает, мгновенно пугая своих собратьев, которые пугливо и недовольно сверкают белками глаз.
  Сержант Лейтон, может быть, и новичок в делах сельской местности, но сражаться или спасаться бегством - импульсы, столь же хорошо отточенные в мегаполисе.  Стадо, стоящее на задних лапах, бросается наутек.  Размахивая руками, скользя ногами, разбрызгивая воду и грязь, он мчится к огороженной опушке леса - и каким–то образом наполовину преодолевает препятствия, наполовину переваливается в безопасное место за ними.
  Стоя на четвереньках, сплевывая опавшую листву, он поднимает голову из густой растительности подлеска и обнаруживает, что скот, выстроившийся в ряд у забора, непроницаемо смотрит на него сверху вниз.
  По тонне на зверя, если бы только они понимали законы физики, они бы знали, что могут растоптать его в мгновение ока.
  Сержант Лейтон, пошатываясь, поднимается на ноги.  К нему возвращается толика отваги, и он отпускает несколько хорошо подобранных оскорблений кокни.  Тем не менее, он пятится и отступает глубже в лес.
  Он продолжает двигаться – лучше всего скрыться из виду, пока им в голову не пришла идея прорваться через забор.
  Подождите!
  Он останавливается как вкопанный.
  Борьба и бегство заставили его забыть об олене!
  И Уильям Тейлор-Браун.
  Он не может вспомнить выстрел из винтовки.
  Переполох насторожил оленя?  Возможно, он убежал?
  Значит, Тейлор-Браун слышал его?  Подозревает ли он теперь, что за ним следили?
  Сержант Лейтон натягивает капюшон сбоку и прислушивается.
  За шумом дождя почти ничего не слышно.
  Он медленно поворачивается, делая полный круг.
  Лес выглядит одинаково во всех направлениях: обильная торчащая трава, заросли раскидистых ив и разбросанные деревья, образующие неполный полог.  Местами залегают торфяные лужи, и он чувствует, что стоит в паре дюймов воды; возможно, он близко к озеру?
  Его внимание привлекает движение в растительном покрове.
  Он толкается к ней.
  Кажется, это орехово-коричневая форма.
  Бездомная собака?
  А потом листва расступается, и появляется лицо.
  Огромные уши, блестящий черный нос, большие темные глаза с необычайно длинными ресницами.
  Бэмби!
  Сержант Лейтон не уверен, произнес ли он это имя вслух, и это все, что он может сделать, чтобы не потянуться погладить крошечное существо.
  Она смотрит на него снизу вверх, моргая, принюхиваясь, с любопытством – беспомощная, бесхитростная.  На нее ненадолго садится муха.
  ‘ ПРИВЕТ!  ЭТО ВЫ!  ЭТО ЧАСТНЫЙ ЗАПОВЕДНИК!
  Сержант Лейтон резко выпрямляется.
  Ошибиться невозможно в голосе - изысканный акцент и превосходный тон.  Уильям Тейлор-Браун.
  Человека не видно.  Но треск веток подсказывает сержанту Лейтону, что он направляется в его сторону.
  Он смотрит на олененка сверху вниз.
  Отцовский инстинкт задевает струны его сердца.
  Должен ли он поднять его?  Отнести в безопасное место?
  Представьте, каким популярным он был бы, если бы вернулся домой с настоящим Бэмби!
  Но это было бы неправильно.  Его мать рядом.  Он помнит что–то о том, что нельзя оставлять свой запах на диком животном - что родитель может отвергнуть его.
  – СТОЙ, КТО БЫ ТЫ НИ БЫЛ!
  Голос звучит ближе, но в глазах сержанта Лейтона появляется блеск.  Тейлор-Браун не знает, что это он.
  Он проверяет свой телефон – сигнала нет.
  В какой стороне находятся отель Laurel Bank и Скелгилл?
  Но он понятия не имеет.
  Честно говоря, он потерял ориентацию.
  Еще один крик Тейлора-Брауна – это показывает, что он ходит по кругу.
  Сержант Лейтон быстро фотографирует олененка – на заднем плане, на возвышенном берегу у частично затопленного ручья, виден рудиментарный изгиб, палки, накрытые брезентом.
  Он ломает голову.
  Ручей, должно быть, впадает в озеро.
  Итак, если озеро в той стороне, Тейлор-Браун сворачивает к югу – в направлении отеля.
  Который уезжает на север и возвращается к своей машине.
  Сержант Лейтон опускается на одно колено.
  - Присядь на корточки, мой старый фарфор.
  Он пририсовывает к существу окружающую растительность; послушное, оно, возможно, почти поймет.
  И вот сержант Лейтон отправляется в путь.
  Он собьет Тейлор-Брауна со следа.
  Он шумно спотыкается, ломая ветки, продираясь сквозь кусты и шлепая по лужам.
  И, кажется, это работает – когда он ненадолго останавливается и задерживает дыхание, он слышит, как мужчина движется.
  Он идет дальше.
  Крэк!
  Отличный выстрел!
  Старик, должно быть, обожает крекеры!
  Этим ружьем можно убить волка!
  Пуля попала в ствол в десяти футах от него, но Тейлор–Браун, должно быть, заметил его мельком.
  Сержант Лейтон переходит на бег трусцой, теперь уворачиваясь.  И чертыхаясь.
  Грунтовые воды становятся глубже – теперь с каждым шагом его ноги погружаются в воду, – но, по крайней мере, ивы становятся гуще – он, должно быть, близко к краю озера.
  Крэк!
  - Я ИДУ ЗА ТОБОЙ! - КРИКНУЛ я.
  Он напрягает каждое сухожилие.
  Он растягивает возможности своих легких до предела.
  Он вымок насквозь внутри и снаружи.
  Его створки кагула распахнулись там, где они порвались, когда он перелезал через колючую проволоку.
  Его ноги промокли и отяжелели.
  Подлесок цепляется за его ноги, как тысяча лилипутов.
  Острые ветки, кажется, со злым умыслом лезут ему в глаза.
  Кусачие мошки заползают в его капюшон.
  И хотя за мангровыми зарослями слева от него серебристые отблески открытой воды говорят ему, что он направляется в нужную сторону, под биением пульса в висках он наверняка слышит звон дуэльных банджо.
  Но мысли о олененке – и о том, чтобы остаться незамеченным, мысли о справедливости – подгоняют его вперед.
  Живи, чтобы сражаться в другой раз.
  OceanofPDF.com
  16. ПОСЛЕ ДОЖДЯ
  Озеро Бассентуэйт в отеле Laurel Bank Hotel – 9.45 вечера
  SКЕЛГИЛЛ ЧЕШЕТ висок.
  Мошкара просто обожает такие условия, везде сыро, неподвижный воздух насыщен, влажность стопроцентная.
  В таком резонансном эфире одинокий певчий дрозд поет перед сном, в долине уже давно сгустились сумерки.
  Пряди ватных облаков тянутся, как брошенное белье, по темнеющим нижним склонам Скиддо.
  И все же, словно разделенные часовые пояса, заходящее солнце освещает покрытую осыпями вершину грейт-фелл, а над головой, на какой–то неопределенной высоте (но не очень высокой), лучи раскаляют слой тонкого золотистого тумана.
  Под ним озеро Басс–Лейк - его тугой мениск, похожий на ртуть, – выглядит почти идеально, на нем можно кататься на коньках.  Действительно, конькобежцы на пруду бросаются быстрыми угловатыми рывками; они не оставляют следов, и только кое-где всплеск рыбы нарушает великолепную равномерность и доносит плеск до внимательных ушей Скелгилла.
  Но у него нет выхода.
  Как и прежде, он наблюдает за оленем, который копошится на куче добычи; возможно, это та же самая лань, хотя она кажется более встревоженной, чем раньше.
  Он слегка взмахивает веслами.
  Олень поднимает голову.
  Поколебавшись, он делает любопытный шаг в сторону, затем возвращается к своему ужину.
  Собачья будка дрейфует под его новым напором.
  Отсюда открывается вид на окруженный стеной сад с лесистым фоном и поднимающуюся парковую зону мимо декоративной беседки к отелю Laurel Bank.
  Хотя здесь есть пристань, она слишком бросается в глаза; попивая чай, он знает, что за ним могут наблюдать.
  Он осматривает место происшествия.
  Вертолет исчез.
  Бельты тоже разошлись; без сомнения, они наверстывают упущенное из-за ливня.
  Но есть одно дополнение.
  Из беседки вырывается струйка сигаретного дыма.
  Кто-то сидит под конструкцией с открытым каркасом.  Слышится легкое покачивание – человек в белом – и вот мелькает копна черных волос.  Это шеф-повар, Антон Дек.  Это то, чем он занимается?  Переключись.  Ругань приспешников завершена.  Время распаковываться.
  Мужчина стоит спиной к озеру, но он находится между Скелгиллом и его объектом – хотя, по правде говоря, ‘объект’ – понятие расплывчатое - есть просто некоторое желание произвести разведку.  И – возможно, только – мотивы, о которых он не желает расспрашивать.
  Скелгилл корчит гримасу.
  Возможно, Антон Дек докурит свою сигарету и уйдет.
  Но нетерпение берет верх, и Скелгилл присматривается к возможному маршруту через укрытие, окаймляющее парковую зону.  Он мягко гребет и причаливает ярдах в тридцати дальше, под защитой прибрежных ивняков.  Он начинает пробираться сквозь заросли деревьев, которые приведут его совсем близко к беседке.
  Не доходя ярдов тридцати, он бесшумно подкрадывается к краю рощицы.  Он окружен зрелыми липами, и он пользуется их обильным прикорневым присасыванием для маскировки.  Он стоит невидимый.  Прохладный воздух обволакивает его плечи, и вьющаяся жимолость распространяет свой липкий сладкий аромат, прозрачные щупальца которого привлекают ночных мотыльков и других ночных опылителей, которые, в свою очередь, привлекают хищников: он замечает летучую мышь на крыльях, легкий намек на завихрения рядом с его головой.
  Мужчина не подозревает, что его преследуют.
  Появляется еще один клуб дыма; теперь его землистая терпкость достигает Skelgill – возможно, французской табачной марки.
  Он напрягается.
  Женский голос.
  Второй человек подходит к беседке со стороны отеля.
  Подумай о дьяволе, мог бы он сказать.
  Женщина в красном.  Красавица с волосами цвета воронова крыла.  Минетт.
  Ее движения излучают извилистое очарование, которое каким-то образом только усиливается благодаря ее аккуратно вздутому животу.
  Его пульс непроизвольно учащается.
  Сержант Джонс видел, как он наблюдал за Майнетт, он это знает.  И он не пытался оправдаться профессиональным любопытством, несмотря на то, что оно действительно было главным в его чувствах ... если только справедливо.
  Он сосредотачивается: она несет поднос.
  Он вытягивает шею, чтобы лучше видеть; он рискует быть замеченным.
  Она наклоняется, чтобы поставить поднос – и медлит.  Дольше, чем необходимо для выполнения действия.
  Поцелуй?
  Скелгилл морщится; ему не нравится ощущение вуайеризма.  Или – это из-за крыжовника?
  Затем внезапно она смотрит в его сторону.
  - Восклицает она и указывает пальцем, теперь стоя полностью прямо.
  Медленным непрерывным движением он откидывается на покрывало.
  Шеф-повар полуоборачивается, кажется, неохотно.
  Мужчина впивается взглядом, словно пытаясь разглядеть присутствие Скелгилла.
  Но теперь Скелгилл понимает, что они смотрят мимо него.
  Он поворачивается на каблуках, чтобы проследить за их взглядом.
  Внизу, у береговой линии, олень забрел на пристань.
  Скелгилл хмурится.
  Он сразу же понимает, что здесь что-то не так.
  Животное пошатывается.
  Он раскачивается и кренится – и опрокидывается в воду!
  Скелгилл видел много плавающих оленей – олени хорошие пловцы.
  Но этот - нет.
  Он пошел ко дну.
  ‘ЧЕРТ ВОЗЬМИ!  АНТОН!
  Это безудержный крик молодой женщины.
  Она направляется в сторону Скелгилла.
  Она ненадолго останавливается, чтобы сбросить туфли.
  Беременна она или нет, но быстроногая; босиком, прирожденная спортсменка.
  Она проходит мимо него через несколько секунд.
  Он предвидит, что она собирается сделать.
  Он выходит из укрытия.
  ‘ ПОДОЖДИ, ДЕВОЧКА!  ОСТАВЬ ЭТО!
  Он догоняет ее, когда она достигает пристани.
  Он хватает ее за руку.
  - Подержи это.
  Он вкладывает ей в руку свой мобильный телефон.
  Он шагает к концу понтона.
  Олень так и не всплыл на поверхность.
  Его глаза, как зеленые лазеры, сканируют воду.
  Его ум рыболова ориентируется на водоворот, воронку, смещение внизу.
  Он ныряет.
  Он наполовину слышит ее крик – затем на него обрушивается оглушающий шум водного мира.
  Неважно, что уже смеркается – дождь смыл мелкую взвесь ила с Борроудейла; видимость близка к нулю.
  Но он достаточно порыбачил здесь, чтобы знать, что глубина достигает восьми футов.
  Он бьет ногой вниз – давление на его барабанные перепонки усиливается.
  Он извивается и вертится, раскинув руки.
  И он это чувствует!
  Олень движется.
  Он обхватывает его рукой за грудную клетку.
  И все же, несмотря на свое затруднительное положение, существо инстинктивно сопротивляется ему.
  Он рад, что это не олень – рогом можно выколоть глаз.
  Сила животного иссякает.
  Он благодарен – его легкие готовы разорваться.
  Он выбивается на поверхность – и вырывается с громким вздохом.
  Свободной левой рукой он наносит удар в сторону берега.
  Но животное сильно бьется в спазмах, и в попытке сдержать их он погружается под воду и выныривает, кашляя.
  Затем его хватают!
  Минетт вышла из воды, одной рукой задирая платье до талии.
  Она тянет его за запястье, и вместе они вытаскивают оленя на берег.
  Скелгилл склоняется над ним, тяжело дыша, с него капает, он принюхивается.  И все еще время от времени кашляет.
  Женщина опускается рядом с ним.
  - Это она?..
  Он кладет кончики пальцев на брюшко животного.
  – Она дышит - посмотри.
  Небольшая милость – его обучение оказанию первой помощи горным спасателям не включало в себя искусственное дыхание косули.
  Он наверняка дышит, хотя и слабо, а в остальном неподвижен, глаза закрыты, из ноздрей и уголков рта течет пена.
  ‘Secours!  Что нам делать?"
  Скелгилл бросает взгляд на девушку, а затем оглядывается по сторонам.
  -Мой телефон.
  ‘Là – il est là!’  Она указывает на невысокий газон, где вошла в воду, и распластывается, чтобы дотянуться до него.
  Скелгилл проводит пальцем, постукивает и кладет трубку на камень, включив динамик.
  - Возможно, нам просто повезло.
  Он свирепо смотрит на собеседника, желая, чтобы тот взял трубку.
  И – успех – резкий женский голос с британским акцентом – и усиленная фоновая болтовня и звон бокалов.
  ‘ Хо-хо! Инспектор, отчаянно ищете собутыльника?
  Скелгилл позволяет себе сардоническую усмешку.
  ‘ Да, может быть, позже.  П– ты ведь не поблизости от Басс-Лейк, не так ли?
  Женщина восторженно фыркает.
  – Ну да, я в "Партридже" с пятничным ночным клубом.
  - Ты можешь добраться до Лорел Бэнк?
  - Ты имеешь в виду, не перешел ли я границы дозволенного?
  – Да, что ж ...
  Не бойся, я пью безалкогольную черную дрянь.  Позже у меня вызов на дом.  У Джека Николсона впервые естьтелка, подозреваемая в растлении.
  Скелгилл не ждет.
  ‘ Я только что вытащил оленя из воды.  Состояние стабильное, но вряд ли в сознании.
  ‘ Ранен?  Ранен?
  ‘ Ничего не вижу.  Некоторое время назад оно питалось из компостной кучи.
  Возникает малейшая пауза – возможно, для того, чтобы осушить бокал.
  – Хорошо, через десять минут.
  ‘ Мы внизу, у пристани.  Обойдите старый особняк сбоку, и вы увидите выкрашенную в белый цвет беседку.  За ней.
  "Уилко".
  Она вешает трубку.
  Теперь Скелгилл предлагает ряд объяснений.
  ‘ Харриет Скиптон-Джеймс.  Она ветеринар.  Специализируется на крупных животных.
  Минетт откидывает с лица пряди своих длинных волос.
  - Что мы можем сделать?
  Скелгилл кладет ладонь на животное.  Его дыхание по-прежнему поверхностное и неровное.
  Он хмурится.
  ‘ Думаю, так же, как если бы это был человек.  Поддерживай дыхание.  Сохраняй тепло.
  Минетт встает и указывает на беседку.
  - Здесь есть коврики для коленей?
  "Идеально".
  ‘J’irai.’
  Она спешит прочь.
  И только теперь со стороны появляется Антон Дец.
  Скелгилл почти забыл о его присутствии.
  Безупречная белизна его поварского халата кажется неуместной после всего этого хаоса.
  Темные глаза мужчины прищурены.
  Такое впечатление, что он ждал, когда Минетт уйдет, – тогда он обнаружил, что она каким-то образом знает Скелгилла.
  –Вы... кто? - спросиля.
  Скелгилл решает сделать выбор между любителем и профессионалом.
  Он небрежно указывает рукой в сторону отеля.
  – Я был здесь на послеобеденном чаепитии - встреча с Натали Сэндс-Лорен.
  Мужчина щурится сквозь дым своей сигареты.
  ‘ А.  Понятно.
  Возможно, он этого и не делает, но Минетт возвращается с клетчатым пледом в каждой руке.
  Мужчина отступает назад и, нахмурившись, наблюдает, как она укрывает оленя.
  Скелгилл прикидывает шансы самки на выживание; если у нее истечет срок годности, как это, похоже, возможно, он напрасно оторвет ветеринара от ее веселой компании.
  Но им не придется долго ждать.  Торжествующий гудок заставляет их синхронно поднять головы, и – водитель отбрасывает осторожность на ветер – винтажный Land Rover огибает крыло отеля и, подпрыгивая, мчится по парку – скрипят рессоры, стучат передачи, двигатель заглушен.
  -Тэлли-хо!
  Харриет Скиптон-Джеймс приветствует их из открытого окна, резко разворачиваясь, разрезая ухоженный газон.
  Ее крепкая фигура, одетая в твидовый костюм, пятится назад, волоча за собой ярко-желтые брезентовые носилки для животных.
  Она окидывает присутствующих быстрым изучающим взглядом, представляется и останавливается на пострадавшем.
  – Итак, давайте устроим шуфти.
  Она быстро оценивает ситуацию.
  Она некоторое время наблюдает за дыханием животного, а затем ощупывает внутреннюю сторону его задней лапы.  Она смотрит на Скелгилла, продолжая считать про себя.
  ‘ Бедренная артерия.  Пульс умеренный, но неровный.
  Она приподнимает веко, наклоняется ближе, проводит руками по животному и осторожно ощупывает то, что может быть вздутым животом.
  "Грудная самка".
  Она бросает взгляд на Скелгилла, и тот мрачно кивает.
  Внезапно оленя рвет, и он выделяет небольшую массу зеленого вещества.  Он открывает глаза, но снова закрывает их, дыша чаще.
  Харриет Скиптон-Джеймс быстро убирает рвотные массы в пакет.
  ‘ Вы сказали, компост?  Для начала я обращусь с ней, как с раздутой овцой.  Она поднимает пакет.  ‘Я протестирую это вещество – возможно, оно вам подойдет.  Попутный ветер, мы развернем его и быстро вернем обратно".
  Она снова окидывает Скелгилла понимающим взглядом.  Время июня, и у самки-молокососа, вероятно, поблизости прячется один или два олененка.  Они могут искать, но материнское молоко и защита могут иметь решающее значение, когда дело доходит до выживания.
  - Давайте перенесем ее на борт "старого воздушного змея".
  Ветеринар подтягивает носилки поближе, и они со Скелгиллом поднимают оленя и переносят его в заднюю часть "Лендровера".  В грузовом отсеке есть глубокая подстилка из соломы.
  Скелгилл подавляет чих.
  - Хочешь, чтобы мы пошли с тобой?
  Харриет Скиптон-Джеймс качает головой.
  ‘ Не нужно, моя ассистентка наготове.  Она с усмешкой смотрит на Скелгилла.  ‘ Не буду вас задерживать.  Похоже, вам нужна горячая ванна.  Мы вернемся в "Партридж" за последними заказами.  Она подмигивает и от души смеется.
  Пока они наблюдают за Land Rover, который теперь ведет себя более осмотрительно, Антон Дек поворачивается к Майнетт и рявкает что-то по-французски, чего Скелгилл не понимает.  Хотя он пытается запомнить последнюю фразу, “Дебаррассе-той де луи”, чтобы передать сержанту Джонсу.
  Майнетт отвечает тем же, и мужчина, бросив короткий взгляд на Скелгилла и, возможно, коротко кивнув на прощание, поворачивается и уходит.
  Майнетт ждет, перекидывая одеяла через руку.
  Теперь Скелгилл смущен тем, что они стоят вместе немного неловко.
  Ему приходит в голову фраза, и он выпаливает ее прежде, чем успевает обдумать последствия.
  – Я не мог отделаться от мысли, что, пока вы смотрели на бедное животное, ваш мужчина рассматривал ингредиент.
  Майнетт шепчет – это хриплый, сдержанный смех.
  Она встает перед ним.
  - У нас есть свободные комнаты.  Твой друг предложил принять горячую ванну.  Я могу найти тебе запасную одежду.
  Он чувствует, что она разглядывает его телосложение, но меняет ситуацию.  Он указывает на юбку ее платья, которую она с ограниченным успехом удерживала выше ватерлинии.  Оно облегает ее с особой точностью, и среди суматохи спасения он вспоминает о самом скудном нижнем белье.
  Он сжимает челюсть.
  ‘ Не обращайте на меня внимания, у меня в лодке есть сухое снаряжение – профессиональная опасность.  Он протягивает руку, чтобы дотронуться до одеял.  ‘ Вам следует завернуться в одно из них.  Я имею в виду – в твоем состоянии.
  Она благодарно улыбается, но не двигается и продолжает смотреть на него.
  - У вас есть лодка?
  Скелгилл тычет большим пальцем через плечо.
  ‘ Он пришвартован вон там.  Я регулярно ловлю рыбу на озере.
  Она кивает, на мгновение закрывая глаза, как будто получила ответ на маленький вопрос.
  ‘Le detective de la pêche.’
  По крайней мере, он понимает слово “детектив”, и ему интересно, ждала ли она ухода Антона Дека, чтобы таким образом опознать его.  Она проявила любопытство.  Он собирается вернуться к своему ремеслу, но чувствует себя прикованным к месту – по разным причинам.
  Затем она берет инициативу в свои руки.
  Она полуоборачивается и дергает его за рукав.
  –Антон не притронулся к своему кофе – он обжигающе горячий - ты должен хотя бы немного выпить.
  Он сопротивляется, но ненадолго.
  - Наверное, лучше, чем полный желудок холодной озерной воды.’
  Они направляются к беседке – по пути она передает одно одеяло Скелгиллу, а другое обвязывает вокруг талии.  Он подчиняется и накидывает свой на плечи.
  ‘Asseyez-vous, s’il vous plait.’
  Она посмеивается про себя, возможно, из-за того, что говорила по-французски по привычке, как перед Домом.  Взмахом руки она указывает, что Скелгилл должен занять освободившееся место Антона Дека.  Фляжка закрыта, а блюдо накрыто чистой белой салфеткой.  Она совершает откровение.
  ‘ А теперь ешь.  Это свежеприготовленное блюдо – одно из блюд для завтрашнего обеда.  Шеф–повара - фирменная мизансцена ресторана - а также несколько блюд, приготовленных накануне вечером.  После обслуживания Антон ждет ужина, чтобы одобрить завтрашнее блюдо.  Или мы едим что-нибудь на завтрак.  Обычно за столом шеф-повара в зимнем саду.  У нас там есть холодильник.
  Скелгилл смотрит на подношение, отдаленно напоминающее маленькие камбрийские котлеты.  Столовых приборов нет.  Он внезапно проголодался.
  Тем не менее, он колеблется – и, возможно, она думает, что ему нужно знать, что это такое.
  ‘ Из нашего дегустационного меню.  Арктический голец с картофельным пюре Моубрей, смешанным с яйцом дикой утки и измельченным чесноком, слегка обжаренным на сливочном масле с добавлением тимьяна.  И рулет с местными сливками и листьями петрушки с нашего огорода.  Bon appétit!’
  Отточенный концерт заставляет Скелгилла приподнять бровь.  Английская кухня с сильным французским акцентом; однако звучит как рыбные котлеты.  Он воздерживается от того, чтобы сказать это, и съедает один кусочек целиком.
  Она наливает кофе, пока он жует.
  Он одобрительно кивает и берет еще.  Он должен признаться – вкусы просто взрываются.  Они уже умеют готовить.  Хотя ему приходит в голову, что дикие утки находятся под защитой.
  Девушка что–то бормочет - он чувствует предвестие предложения.
  Она серьезно смотрит на него.
  - У нас проблемы с добычей гольца.  Может быть, вы могли бы наловить немного для нас?
  Он не уверен, говорит ли она серьезно или это что-то более сложное, тонкая интрига.  Просто что она может задумать?  Признайте факт – возможно, она выкачивает из него информацию, и он понимает, что должен остерегаться этого.  В конце концов, это он приказал сержанту Джонсу не упоминать об отравлениях в ресторанах.
  Но его так и подмывает дать волю собственному любопытству.
  Ибо это варьируется от того, сказала ли что-нибудь Натали Сэндс–Лорен, до того, каков статус Майнетт здесь – и всего остального, что сержант Джонс, без сомнения, рассматривает – целый калейдоскоп возможностей - от междоусобного соперничества и поваров с обнаженными ножами до какого-то случайного сумасшедшего отравителя.
  Вместо этого он рычит, изображая подавленный иронический смех.
  ‘ На памяти живущих в озере Басс не было арктического гольца.  Видите ли, оно эвтрофное.
  Она вопросительно смотрит на него.
  Он хмурится и задумчиво опускает взгляд, как будто эта мысль беспокоит его.
  "Сток удобрений".
  "Мерде".
  Он удивленно смотрит на девушку – он достаточно хорошо знает это слово – кажется, она свободно им пользуется.
  Он собирается ответить, но вспоминает момент, когда она впервые выругалась, – как раз в тот момент, когда начался настоящий ад, и он отвлекся.  Это был поцелуй?
  Затем ему приходит в голову вторая мысль.
  Где, черт возьми, Тэнси Иссоп?
  Он задается вопросом, может ли спросить ее напрямую, но отвергает эту идею как невозможную, хотя сержант Джонс мог бы отругать его за то, что он не выяснил больше.
  Он случайно бросает взгляд на свой телефон.  Он отключен, но сообщения нет ни от нее, ни от Лейтона, если уж на то пошло.  Должно быть, он стряхнул с себя Оцепенение – иначе в ближайшее время поступила бы жалоба.  И прямо сейчас, как он предполагает, сержант Джонс будет отыгрываться в "Куинз Армз" с учениками своего класса самообороны.  Этот класс самый посещаемый в участке – и он точно знает почему.  Эвен Смарт начал заводиться, пока она не втянула его в демонстрацию и не уложила плашмя на спину.
  Скелгилл сердито смотрит.
  Поговаривают, что это не помешало Смарту пристраститься к напиткам после тренировки.
  Он, должно быть, погрузился в задумчивость, потому что его разбудило легкое прикосновение к предплечью.
  ‘Я бы хотел взглянуть на вашу лодку.  Un bateau d’amour, n’est-ce pas?’
  OceanofPDF.com
  СУББОТА
  21st June
  OceanofPDF.com
  17. ПРИЕМ
  Телефонный звонок от сержанта Джонса – 11.15 утра
  ‘ЯПЫТАЮСЬ связаться с тобой со вчерашнего вечера.
  – Да, я понимаю это, девочка.
  Тишина.
  – Я давно хотел сказать тебе, что мне удалось добиться отмены бронирования столика на двоих сегодня вечером в "Броссене".  Нам просто нужно одобрение.
  Тишина.
  Затем на том конце провода сержанта Джонса раздался звук трубки Скелгилла, поспешно положенной на твердую поверхность, и звук открывающейся и закрывающейся двери.  Через минуту снова хлопнула дверь и послышалось поскрипывание телефонной трубки.
  Затем тяжелое дыхание Скелгилла.
  Но она должна подсказать ему.
  ‘ Что происходит?  Где ты?
  – Гостеприимный Вест-Камберленд - ааа!
  Тишина.
  ‘ Больница Уэст-Камберленд?  Вы встречаетесь с миссис Кушьери?
  Тишина.
  - Меня приняли.
  "ЧТО?!"
  - Меня отравили.
  Тишина.
  Затем раздаются стоны Скелгилла.
  ‘ Ты в порядке?  Ради всего святого– что они говорят?
  ‘ Да.  Да.  Со мной все будет в порядке.  Как только они разберутся, в чем дело.  Они считают, что я стабилен.  Если вы называете спецназ стабильным.  Ах, ты, б ...
  - И эти спазмы в животе у тебя продолжаются?
  -Ага.
  – Какие еще ... я имею в виду симптомы?
  ‘ Немного лихорадит.  Кланяться – не то чтобы что-то осталось.
  Тишина.
  ‘ О, нет, извините.  Я приду, как только смогу выйти из системы.  Сержант Лейтон за своим столом – он закончит отчет, который я пишу.
  – В этом нет смысла, девочка, к тому же я в изоляции – на случай, если это заразно.
  – Но ... вы сказали, что вас отравили?
  Тишина.
  Сдерживаемые стоны.
  –С таким же успехом я могу сказать тебе ... ааа.
  - Сказать мне что?
  - Вчера вечером, пока ты был на занятиях.  Я ходил на озеро Басс.  Короче говоря, я наткнулся на Антона Дека, ужинающего в саду.  Девушка по имени Минетт принесла ему пример сегодняшнего меню.  В итоге я попробовала рыбные котлеты.
  Тишина.
  – Вы предполагаете... ну... что они вас отравили?
  – Насчет них ничего не знаю, если только ты не имеешь в виду рыбные котлеты.
  ‘ Ну, я полагаю– … Я не знаю.  Но это было после того, как вы поели?
  ‘ Да, я только что пришвартовался.  Укладываю снаряжение в машину.  Поклонился Пилу Уайку.  Потом начались спазмы в животе – я рванул к себе домой.
  Тишина.
  -Почему ты мне не позвонила?
  Я зашла узнать, не оставит ли соседка собаку на ночь.  Не успела я опомниться, как она позвонила в NHS 111 и соединила меня с ними.  Они задают тебе вопросы – о твоей работе и тому подобном.
  – На случай ... чего... если бы вы стали мишенью?
  ‘ Да, может быть.  Мне пришлось бросить телефон и бежать в туалет.  В следующее мгновение снаружи замигали синие огни.  Настоял, чтобы я поехал с ними – на случай, если у меня возникнет что-то, заслуживающее уведомления.
  Тишина.
  Снова сдавленные стоны.
  - Были ли вы мишенью?
  Тч.  Как они могли?  Они не могли знать, что я появлюсь.  Они бы меня даже не заметили, если бы не олень, который упал в озеро – мне пришлось остановить француженку, чтобы она не прыгнула в воду.
  Тишина.
  ‘ Понятно.  А как насчет оленя?
  - Я позвонила Харриет Скиптон-Джеймс.  Она забрала его.  Вот тогда–то они и предложили мне рыбные котлеты и кофе.
  - И это предназначалось Антону Деку?
  ‘ Да, насколько я мог видеть – и, возможно, девушка.  Но она вынесла это для него на подносе.  Только одна тарелка и термос.
  Тишина.
  -Может, нам реквизировать образцы с их кухни?
  ‘ Я задавался этим вопросом, но, думаю, нет.  Если, конечно, ты не хочешь сорвать куш, как выражается Лейтон.  Сейчас они думают, что я ловил рыбу.  Кроме того, я съела все рыбные котлеты.
  Тишина.
  – Они могут заподозрить неладное, учитывая, что мы были там раньше.
  ‘ Это возможно.  Но если они не знают, что я здесь, и они не знают о других ресторанах, тогда ничего не изменилось".
  - Вы не думаете, что Натали Сэндс-Лорен им что-нибудь сказала?
  - Насколько я мог сказать, не спрашивая, нет.
  Тишина.
  - Это ведь не может быть совпадением, правда?
  Тишина.
  ‘ Да, может.  Аааа.
  -Извини.
  - Тебя это не касается, девочка.
  -Я чувствую себя отчасти ответственным.
  ‘Тч.  Ааа.’
  Тишина.
  ‘ А как насчет сегодняшнего вечера?  Я имею в виду Броссена.
  - Возьми Лейтона.
  -Что? -спросиля
  ‘ Возьми с собой Лейтона.  Иначе будешь выделяться, как больной палец.
  - Ты думаешь, у тебя нет ни малейшего шанса выкарабкаться?’
  – Я мог бы сделать это уже, но тогда я привлек бы к себе внимание, бегая в туалет каждые пять минут...
  Звук поспешно брошенной трубки и звук открывающейся и закрывающейся двери кабинки.
  Затем линия отключается, как будто у Скелгилла разрядился аккумулятор.  При повторном вызове он переключается на голосовую почту.
  OceanofPDF.com
  18. РЕМИССИЯ
  Телефонный звонок сержанту Лейтону в 21 : 15
  ‘GУФ?’
  -Ага.
  - Что это за номер, по которому ты мне звонишь?
  ‘ Позаимствовал телефон медсестры.  Мой разрядился.  Они перевели его на зарядку.
  ‘ Ах да.  Эмма считает, у тебя есть доза старого "Монтесумы"?
  ‘ Можно и так сказать, Лейтон.  К счастью, они разместили нас на кровати рядом с туалетом.
  - Задумчиво бормочет сержант Лейтон.
  ‘ Я полагаю, они хорошо привыкли к такого рода вещам, шеф.  Наш малыш сейчас переживает что–то вроде фазы пунами - я могу тебе посочувствовать.
  - Спасибо, что подбодрил нас, Лейтон.
  – Нет ... извини, шеф ... Я имею в виду ... у нас у всех это было, не так ли?  Они хоть немного приблизились к разгадке причины?"
  Нет, но они дали нам кое-что, что, по крайней мере, облегчило желудочные спазмы.  Проблема в том, что вы не получаете предупреждения.
  – Что ж, не обращайте на меня внимания, если вам придется внезапно сбежать.
  -Я не буду.
  ‘ Ну, я просто хотел кое-что сказать тебе, шеф.  Насчет этого чудака Тейлора-Брауна.  Помнишь, я вчера следил за ним?
  - Я так понимаю, Смарт так и не поехал?
  Сержант Лейтон издает презрительное рычание.
  – Я бы отчасти хотел, чтобы он это сделал, шеф, - хотел бы я посмотреть на него в его модном свистке, по колено в грязи и болотной воде.
  ‘ Да, озеро Басс вышло из берегов.  Мне стало жаль тебя.
  Сержант Лейтон задается вопросом, уловил ли он нотку скептицизма в тоне своего начальника – что тот, возможно, не выполнил свое задание.
  ‘ Со мной все было в порядке, шеф - у меня есть замаскированный кейгоул, видите?  Никаких проблем, вообще.  Я выследил Тейлора-Брауна – он даже не знал, что я сел ему на хвост.
  - Итак, чем же он занимался?
  - Во-первых, я, кажется, изучал полевые цветы и собирал образцы.  Следующее, что он замечает оленя и – представьте себе, Адам и Ева! – невозмутимый как огурчик, вытаскивает винтовку из–под пальто.
  ‘ Что – и застрелил его?  Это не по сезону.
  ‘ Нет, дело в том, шеф, что мне удалось отвлечь внимание – я наблюдал с соседнего поля и подогнал это стадо коров - быков, бычков – кем бы они ни были.  Я почти уверен, что суматоха отвлекла его от удара, и олень убежал.  После этого я услышал, как он топает по лесу.  Я думаю, он мог бы попытаться последовать за мной, но я держался на шаг впереди.  Я думаю, он отказался от этой плохой работы.
  Сержант Лейтон решает остановиться на этой упрощенной версии событий – все подробности могут усилить сомнения его начальника в его способностях.  Кроме того, он держит удила за зубами.  Столкнувшись с перспективой осиротевшего олененка, последствия незаконной охоты ударили по дому.
  - Ты уже второй раз видишь, как он занимается браконьерством.
  ‘ Совершенно верно, шеф, он определенно не тот человек.  Я думаю, он прячется за респектабельной ролью смотрителя заповедника, а потом, когда появляется возможность, убивает дичь.  Действует у всех на виду.
  Сержант Лейтон слышит резкий вдох.
  - Дай нам минутку, Лейтон.
  Следует тишина, прерываемая странным электронным писком.  Проходит, наверное, минуты три, прежде чем Скелгилл возобновляет разговор.
  "Рит".
  - Ты уверен, что с тобой все в порядке, шеф?
  ‘ Не беспокойся обо мне.  Удваивай очки брауни, если поймаешь браконьера, Лейтон.
  Сержант Лейтон принимает робкое поощрение.
  Дело в том, шеф, что уже несколько месяцев, а может, и дольше, происходят какие–то темные дела.  Этот чудак может стоять за сообщениями о пропавших диких животных и редких породах.
  - Где он живет? - спросил я.
  - У него коттедж недалеко от Эмблтона.
  - К вам кто-нибудь заглядывал через его окна?
  - Через окна? - спросил я.
  - На случай, если у него на стене висят головы.
  Скелгилл издает нечленораздельный звук, свидетельствующий о дискомфорте – если только, воскрешая маловероятную теорию коллекционера, он не подавил смех, несмотря на свое состояние.
  Но, несомненно, слежка – это именно то, что сделал бы Скелгилл, и сержант Лейтон высказывает эту идею, с оговоркой, что такое предприятие сопряжено с риском его собственного разоблачения.
  Он издает покорный стон.
  – Проблема в том, – как я понял, - что браконьера нужно ловить с поличным.  Все или ничего.
  Скелгилл что-то бормочет в знак согласия.
  ‘ Ты повторяешь то, что сказал бы тебе легион егерей.  Они слышали все оправдания под солнцем.  Погиб на дороге.  Умер естественной смертью.  Я купил его у парня в пабе.  Я выращивал его как домашнее животное, и он сдох.  Если это лосось – его уронила скопа.
  Наступает тишина; затем сержант Лейтон переходит к своему предложению.
  ‘ Я тут подумал, шеф, я мог бы неофициально привлечь Хильду – вы знаете доктора Смита, ботаника?  Кажется, она дружит с Тейлор-Браун.  Я не думаю, что между ними пропала большая любовь – если только я не ошибаюсь в оценке.  В конце концов, она позвонила по поводу боеприпасов, которые нашла в тайнике для наблюдения.  Если я расскажу ей о наших подозрениях, возможно, она подмигнет мне, когда увидит его на охоте, – может быть, даже заснимет его на пленку.
  Скелгилл отвечает не сразу, хотя сержант Лейтон слышит неглубокое дыхание, словно сквозь стиснутые зубы.
  ‘ Помните, я сказал, что Джад Хоуп должен знать о .22 винтовках?
  -"Да?"
  ‘ Возможно, пройдет день или два, прежде чем меня выпишут.  Отправляйся к Ситуэйту – поговори с ним.  Скажи ему, что тебя послал я.  Возможно, он слышал о вашем человеке Тейлоре-Брауне.  Большинство заповедников Фонда дикой природы Дервентдейла находятся на выделенных сельскохозяйственных землях.  Он будет знать людей, которые знают людей.
  Сержант Лейтон не решается согласиться.
  – Э–э... ладно ... если ты думаешь, что у тебя ничего не получится.
  ‘ Еще одно, Лейтон.  Позаимствуй у Джонса брошюру –Великолепное камбрийское меню".  Пока будешь там, покажи это Глэдис и скажи ей, что ей нужно войти.
  – Но ... разве это не просто фермерское кафе?
  ‘ Да, есть категория.  Она с этим справится.
  Скелгилл издает протяжный стон.
  - Ты в порядке, шеф?
  - Я мог бы убить Камберлендского Фрая.
  -Хах!  Поверить не могу, что тебе хочется есть.
  ‘ Лейтон, они морят нас голодом.  Я под капельницей, и все тут.
  Сержант Лейтон подозревает, что сержант Джонс, сообщая ему о заключении их начальника под стражу, получил приказ Скелгилла экономно подходить к фактам.  Он не хотел бы поднимать шумиху.  Конечно, он не хотел бы, чтобы инспектор Смарт знал о его недомогании.  Но у них есть только его утверждение, что он идет на поправку.  И это обстоятельство поражает его как невероятное совпадение.
  Нет ничего плохого в том, чтобы спросить.
  – Шеф, это как-то связано с тем, что расследует Эмма?
  Хотя Скелгилл может испытывать еще больший дискомфорт, задержка с ответом наводит на мысль об уклонении от ответа.
  Привет, Лейтон, пришел консультант.  Мне нужно идти.  Буду держать тебя в курсе.  Приятного аппетита.
  -Поесть?
  Но вызов завершен.
  OceanofPDF.com
  19. ДИЛЕММА ЭММЫ
  Штаб – квартира полиции - 15.00
  ‘CБУДЬ ты ПРОКЛЯТА, ЭММА – считай, я только что чудом избежал растерзания.
  - В чем дело? - спросил я.
  ‘ Шеф - она помешана на последних сокращениях бюджета – Джордж предупредил меня.  Кажется, она взорвалась, как Везувий.  Я как раз собирался встретиться с ней по поводу посвящения доктора Хильды Смит в нашу тайну, но это может подождать, пока она не остынет.
  "О".
  Сержант Джонс прикусывает нижнюю губу.
  - Что случилось, девочка?
  Бюджет – звучит не слишком многообещающе.  Мне нужно получить одобрение на некоторые расходы – на самом деле, я как раз собирался вам об этом упомянуть.
  "Ааа".
  Она двигается, чтобы успокоить его тревогу.
  ‘ Все в порядке, это по поводу одного из ресторанов "Броссен" в Эмблсайде.  Я хочу провести кое–какое наблюдение - инкогнито, понимаешь?  Забронировать столик практически невозможно, но я получил отмену на сегодняшний вечер.  Я понимаю, что времени мало, но я собирался спросить, придешь ли ты?
  Сержант Лейтон проводит рукой по волосам.
  – Так вот что имел в виду хозяин.
  Но сержант Джонс видит, что он встревожен.
  – Если возникнут проблемы ...
  Он раскачивается на носках.
  Дело в том, Эмма, что это не для меня, но миссис только что начала новое вечернее занятие, которое ей действительно нравится – горячая йога, как она считает.  В этом что-то есть?  (Сержант Джонс кивает.)  – Из–за моего сумасшедшего графика она нечасто выходит из дома, так что по субботам я ложусь спать и дежурю с няней ...
  Сержант Джонс тянется, чтобы коснуться его руки.
  ‘ Все в порядке, не волнуйся, ты должен это сделать.  Я что-нибудь придумаю.
  Сержант Лейтон хмурится, как будто чувствует себя обязанным предложить решение.
  Но он решает не предлагать одну очевидную альтернативу: что инспектор полиции Смарт ухватится за это предложение и даже побьет олимпийский рекорд в прыжках в длину.  Это не бегун – более того, ни один из них не хочет, чтобы крадущаяся гиена обнаружила, что их лидер повержен, а его команда стала легкой добычей.
  Он сжимает кулак.
  ‘ Вот что я тебе скажу, девочка: я поднимусь наверх и поговорю с шефом вместо тебя.  Каков предполагаемый ущерб?
  Сержант Джонс на мгновение закрывает глаза.
  - Я бы подумал, что, вероятно, пятьсот.
  Сержант Лейтон не может удержаться от непечатной реплики.
  - Прошу прощения за мой французский.
  Она качает головой.
  ‘ Говорю тебе, это было бы полегче с выпивкой.  Это дегустационное меню из шести блюд - вы можете более или менее удвоить счет, если добавите винный рейс.
  Сержант Лейтон задумчиво поднимает палец, словно проверяя направление ветра.
  - Ты всегда можешь предложить отвезти ее.
  ‘ К шефу?  К Броссену?
  Глаза сержанта Джонса расширяются от тревоги.
  Сержант Лейтон может видеть недостатки, но нет худа без добра.
  - Это один из способов заставить ее одобрить расходы.
  Пытаясь скрыть, что ее передергивает от такой перспективы, сержант Джонс обнаруживает, что играет адвоката дьявола.
  ‘ Но если ей только что урезали бюджет?  И тебе не кажется, что она слишком узнаваема?  Она очень самобытна.
  Сержант Лейтон неохотно кивает.  Это правда, что его коллега говорит о огненноволосой головорезке, которая правит насестом.
  ‘ Да, это хорошее замечание.  Если ее не показывают по телевизору, то о ней пишут в газетах.
  Но теперь сержант Джонс повторяет свое действие, указывая в небо.
  ‘ Вообще–то, ты только что подал мне идею.  Она оглядывается по сторонам и как ни в чем не бывало начинает подниматься.  Она понижает голос.  ‘ Мне просто нужно позвонить, наедине.  Если я не перезвоню тебе до окончания игры, считай, что это сработало.
  OceanofPDF.com
  20. ДВА ДО КОНЦАО
  Эмблсайд – 18:50, суббота, 21 июня
  ‘EММА – СЛАВА НЕБЕСАМ, вот ты где.  Я бы с радостью взял тебя на руки.  Ты пропустил эффектное вращение в софт-топе.  Я приехал через Уллуотер и перевал Киркстоун.
  - Возможно, мне понадобится моя собственная машина.
  - Звучит не слишком многообещающе.
  Сержант Джонс не настолько жестока, чтобы указывать на то, что нищим выбирать не приходится, тем более что она в немалой степени подпадает именно под эту классификацию.
  - Я подумал, ты будешь рад пойти куда-нибудь перекусить.
  Кендалл Минто быстро поправляет себя.
  ‘ О – я – я, действительно – ты принимаешь решения.  Но, позвольте заметить, все это очень секретно.
  Сержант Джонс ждал на скамейке в тихом переулке рядом с небольшим общественным садом.  Купаясь в ласковых лучах вечернего солнца, она наблюдала за разноцветными бабочками на длинных, ароматных кистях раскидистой буддлеи, прислушиваясь к шелесту их крыльев– когда они гоняются за остатками дневного нектара.  Теперь она встает, как балерина, и делает то, что называется взлетающим жестом, поднимая руки, и, возможно, это просто для того, чтобы позволить полюбоваться ее гибкими формами, одетыми в облегающее летнее платье с воланами на рукавах, украшенными серебряными украшениями и даже легким макияжем.
  Кендалл Минто буквально разевает рот.
  ‘ Я говорю – ты выглядишь – э–э... впечатляюще.  Возможно, она отреагирует не так сильно, как он надеялся.  – Я хочу сказать, что ты всегда выглядишь потрясающе, просто я не привык видеть тебя разодетой в пух и прах.
  Она оспаривает его утверждение, неуверенно качая головой.
  Они колеблются, глядя друг на друга.
  - Эмма, кстати, куда мы направляемся?
  "Броссен".
  -Броссен?  Ты шутишь!  Это заведение телевизионного шеф–повара Зака Крэддока - там нельзя получить столик ни за любовь, ни за деньги".
  - Ну, у меня есть.
  Кендалл Минто делает шаг назад.
  – Но ... они требуют королевский выкуп.
  Сержант Джонс сокращает расстояние между ними и кладет руку ему на предплечье.  Она ободряюще улыбается, и ее карие глаза встречаются с его взглядом.
  Он сглатывает.
  ‘Вау.  Э–э... мою зарплату не будут получать еще неделю.  А мой домовладелец Эбенизер Скрудж только что снова взвинтил мне арендную плату.
  Сержант Джонс невозмутим.
  ‘ Я могу заплатить, но я подумал, что вы, возможно, захотите предъявить иск.  Это работа.  В ней есть история.  У вас что, нет кредитной карточки "Газетт"?
  Она все еще слегка сжимает его, и он опускает взгляд на ее руку.  Пенни падает.  Но если он склонен упрекнуть ее в том, что она заманила его в ловушку под ложным предлогом, он уже явно уступает.
  -Насколько масштабная история?
  Сержант Джонс выполняет небольшой пируэт и финиширует в пяти футах от него.
  ‘ Я не могу тебе сказать, пока нет.  Но ты знаешь о Великолепном камбрийском меню, которое спонсирует Cumbria Living?
  Он кивает.
  ‘ Конечно.  Но "Камбрия Ливинг" принадлежит "Конте-Ницца" – конкуренту нашей материнской группы.
  - Вот именно,конкурент.
  Ее тон наводит на размышления.
  Он прищуривается, удерживая ее взгляд.
  "Обнаруживаю ли я схему Макиавелли?"
  – О, я бы оставил это на ваше усмотрение.
  ‘Touché.’
  К нему подходит сержант Джонс.
  ‘ Итак, что скажешь?  Она покачивает своей блестящей сумочкой-клатчем на браслете.  - Или в паб, чтобы перекусить на скорую руку и съесть пирог со стейком и почками?
  Кендалл Минто подтягивает брюки.  Он достает бумажник из заднего кармана и вытаскивает кредитную карточку.  Он театрально целует ее.
  - Еще раз к пролому.
  Он поворачивается и теперь набирается смелости выставить локоть.
  Сержант Джонс легко берет его за плечо; она довольно улыбается.
  Кендалл Минто, кажется, не знает, что сказать.
  – Это я выудил из уроков английского - "Генрих IV"?
  ‘Генрих V.  Акт третий.  Сцена первая.  Но давайте не будем раздираться, когда у нас все так хорошо получается".
  "Тчч!"
  Затем он резко останавливается и поворачивается к ней лицом.
  Он указывает на ее наряд.
  ‘ Если я не ошибаюсь, вы тонко представляете Вивьен Вествуд.  Достаточно ли я умен?
  Она оглядывает его с ног до головы.  Дело в том, что он всегда стильно одет.
  ‘ Ты выглядишь … безупречно обходительным.
  Возможно, он предпочел бы более личное прилагательное, но он довольствуется комплиментом в адрес портного.  Он возобновляет их прогулку.
  -Достаточно для "плюс-один"?
  Сержант Джонс знает, что здесь подразумевается более глубокий вопрос.  Но это просто за ее пределами.
  Она отвлекает его вопросом по порядку.
  ‘ Маловероятно, что нас втянут в разговор.  Но я не офицер полиции, а вы не журналист.
  Он, конечно, ценит эту уловку, но решает просто рискнуть своей удачей.
  *
  -Как поживает твой навороченный "Хердвик"?
  - Оно восхитительное.  Интересно, что придает ему тонкий анисовый привкус.’
  Кендалл Минто берет похожую на закладку карточку меню, которую он держал рядом для справки.  Он декламирует.
  “Слегка обжаренная баранина "хердвик" с горкой, подается с вином из бузины борроудейл и сладким джусом "сисели джус” на подушке из пюре из дикой моркови".  Ну, это, должно быть, "Милая Сисели", что бы это ни было.  Звучит как название итальянского романса.
  Сержант Джонс слегка приподнимает брови, склоняясь над тарелкой; ей приходится откинуть прядь бронзово-светлых волос, которая падает ей на щеку.
  "Они, безусловно, соответствуют критерию местного происхождения".
  - У тебя полный рот, Эмма.
  Она чувствует, что Кендалл Минто нехарактерно неуверен в себе, и что они вели высокопарную светскую беседу, обмениваясь банальностями, танцуя вокруг темы – возможно, не одной темы, по мнению Кендалла Минто, – и она чувствует себя немного виноватой.  Хитрость, обман и даже лесть даются ей нелегко, хотя лесть - это качество, которое она научилась использовать в общении со Скелгиллом; он чувствителен, несмотря на свое толстокожее поведение.  Кендалл Минто с радостью проглотит кусочки, как невинный щенок аскетичную дворняжку Скелгилла.
  Однако ее опасения разоблачения развеялись.  И, честно говоря, с этой точки зрения Кендалл Минто - лучший компаньон.  Скелгилл, благодаря своей сети контактов и родственников, всегда имеет гораздо больше шансов быть узнанным – здесь, возможно, не другими посетителями ресторана (это не его круг общения), но, безусловно, кем-то из обслуживающего персонала.
  Как бы то ни было, будучи привлекательной молодой парой, они привлекли к себе несколько любопытных взглядов – и продолжают это делать, - но она считает, что они носят скорее вуайеристский, чем подозрительный характер.  Их коллеги–клиенты постарше, от среднего до высшего среднего класса и, по мнению сержанта Джонса, социально разборчивые - физическое воплощение читательской аудитории журнала Cumbria Living.
  Кендалл Минто нажимает на карточку меню, и она понимает, что не ответила, но он продолжает тему.
  - Итак, это их первое блюдо в Великолепном камбрийском меню этого года.’
  Возможно, это предварительная попытка найти какой-то ключ к разгадке их цели.
  -Да.
  ‘ Хм.  Не то чтобы у меня была возможность сравнивать – да и вряд ли получится, – но трудно представить, что кто-то превзойдет это.
  Когда сержант Джонс не отвечает, он пробует соответствующий ход.
  ‘Я завидую своим коллегам из Cumbria Living.  Представьте, если бы я работал у них ресторанным критиком.  Неограниченное количество изысканных блюд.  Я был бы отличной добычей!"
  Сержант Джонс не клюет на наживку.
  ‘ Вы же не уйдете из "Газетт"?  Ты у них первоклассный репортер – дни твоего сыска были бы сочтены – Cumbria Living - это уютные тематические статьи ".
  Он выглядит немного удрученным.
  “Что ж, может быть, мне стоит написать рецензию на tonight's meal – и отправить ее внештатно под псевдонимом – как ты думаешь, ”The Gallivanting Gourmand" подойдет в качестве подписи?"
  Сержант Джонс поднимает брови– хотя и ценит его усилия поддержать их настроение.  Она оглядывается по сторонам.
  Они были бы рады пятизвездочному отзыву.  Они выигрывали этот титул два года подряд, пока отель Laurel Bank не отобрал его у них в прошлом году.  Они захотят вернуть свою корону.  Ты видел сертификаты в фойе.
  Кендалл Минто рассеянно кивает, просматривая меню.
  ‘ Ну, они определенно делают все возможное.  Это настоящий кулинарный шедевр, не говоря уже о дразнящем вкусе вина".
  Он немного печально смотрит на бокал подогретого шабли, который он, как и сержант Джонс, потягивает в перерывах между более основательными глотками газированной минеральной воды Eden Valley.
  ‘ Я заметил, что у них есть комнаты.  Он берет свой кубок с вином и взбалтывает его содержимое.  ‘ Я полагаю, чтобы угодить тем, кто увлекается своими эпикурейскими приключениями.  Было бы легко уступить, а?
  Его тон задумчивый, но сержант Джонс отвечает тем же, когда протягивает руку, чтобы поприветствовать.  Он может быть всегда оптимистом, но он не жуткий.
  И теперь он разглядывает ее более свободно.
  Декор минималистичен, но в то же время эффектен.  На белую мраморную стену позади сержанта Джонс с помощью хитроумного приспособления проецируется колесо с множеством спиц, излучающее бледно-золотистый свет, который окутывает ее, создавая образ Мадонны в византийской базилике.
  Она отвлекается, потому что вокруг кипит деятельность; прибывает следующее блюдо.  Интерьер ресторана имеет вытянутую Г-образную форму, спереди пробиты три соединенных зала, и первые два из них вмещают двадцать восемь обедающих.  В промежутке находится ‘проход", открытая рама с видом на кухню, которая скрывается из виду справа.  На проходе расставляют тарелки и добавляют последние штрихи – шеф-повар в белой куртке налетает, чтобы выдавить из пипетки крошечные капельки ярко-зеленой жидкости и нанести пинцетом крестообразный узор из крошечных фиолетовых лепестков.
  - Пенни за твои мысли.
  Сержант Джонс вздрагивает и корчит гримасу, которая неубедительно отрицает ее озабоченность.
  Кендалл Минто наклоняется к ней.
  – Послушай, Эмма, я не питаю иллюзий, но с таким же успехом ты могла бы скормить мне несколько объедков – вдруг я придумаю что-нибудь неожиданное.  Давай, распусти волосы.  Ты же меня знаешь – то, что отправляется в тур, остается в туре!"
  Она поднимает бокал с вином и смотрит на него поверх края.
  Дело в том, что если бы она была со Скелгиллом, то, скорее всего, оказалась бы в тупике при таких обстоятельствах.  Ибо происходит прямое столкновение методов, стилей, мыслительных процессов.  В то время как она склонна разрабатывать и исследовать гипотезы, Скелгилл склонен к молчаливости – как будто он буквально испытывает дискомфорт из-за нарушения того, что может быть почти аутичным ритмом.  Конечно, бывают моменты, когда Скелгилл прерывает размышления и действует молниеносно – но это боевой режим, а это гимнастика ментального характера.  В этом отношении Кендалл Минто - скорее попутчик, для которого раскрепощенность естественна.
  – Эмма, для танго нужны двое.
  Она снова вздрагивает – он, кажется, почти читает ее мысли, – и теперь ее захлестывает волна облегчения, и она залпом допивает вино, ставит пустой бокал перед собой и наклоняется, чтобы обнять его, понижая голос до хриплого шепота.
  – Ты понимаешь, что проболтаться – это было бы преступлением на уровне отлучения от церкви?
  Он сглатывает.
  -Понял.
  Она знает, что может доверять ему в том, что он будет держать язык за зубами.  Он честен, несмотря на соблазны своей профессии.  И он знает о санкциях.  Дело не только в ее власти над ним.  Есть невысказанная угроза Скелгилла.  И – пусть это не будет забыто – он хочет громкую историю, и она видит, как подергиваются его ноздри теперь, когда в воздухе пахнет сенсацией.
  – Ладно, дело вот в чем.  По меньшей мере три человека были отравлены.  Они выжили.  Между ними нет очевидной связи – за исключением того, что каждый из них заранее поел в ресторанах, которые являются финалистами "Великолепного камбрийского меню" этого года.  В каждом случае яд был разным, и нет никаких указаний ни на то, как он был введен, ни на то, что целью были отдельные лица.  Два других ресторана - "Пайклетс" в Уиндермире и "Киррок" в Конистоне.  Возможно, здесь был отравлен один человек.
  Кендалл Минто откидывается на спинку стула с открытым ртом.
  Она считает, что, возможно, даже к лучшему, что она не предположила, что теперь это может распространиться на четыре ресторана и четырех жертв – и что одна из них Скелгилл.
  Как бы то ни было, она может видеть всевозможные заголовки, появляющиеся за белками глаз ее подруги-репортерши.
  - Ей-богу.
  Сержант Джонс берет свой пустой бокал и машет им проходящему официанту.  Она показывает, чтобы ему налили еще.
  Кендалл Минто слишком занята, чтобы возражать.
  - Насколько я понимаю, у вас нет подозреваемых?
  Она вздыхает.
  - Прямо сейчас я бы предпочел другой способ действия.
  Ага – так вот почему вы смотрели "орлиный взор"?  Не просто восхищаетесь работой заведения изысканной кухни.
  Она кивает.
  Теперь он уделяет пристальное внимание пропуску.  Следующее блюдо готово для сбора и раздачи.
  Он многозначительно откашливается.
  – Это займет всего минуту, но они, очевидно, не оставляют тарелки без присмотра.
  -Нет.
  Кажется, он уловил суть того, о чем она думала.
  Он берет в руки неиспользованный маленький нож для масла с ручкой из слоновой кости.
  - Хочешь, я попробую?
  - Что вы имеете в виду?
  ‘ Держу пари, что до конца вечера я смогу выложить это безобидное блюдо на тарелку.  Я изображу очарованного гурмана и попрошу сделать селфи с Заком Крэддоком".
  Сержант Джонс пристально смотрит на бурную деятельность при передаче.
  – Но это привлекло бы к вам внимание персонала - и гостей.
  Он скорчил гримасу, сочетающую риск с вознаграждением.
  - Просто моя первая мысль.
  ‘ Все в порядке – нас учили действовать методом исключения.  От этой привычки трудно избавиться.
  Кендалл Минто кивает.
  ‘ Послушайте, я не сомневаюсь, что вы подумали и о половине того, что я мог бы сказать.  Но как насчет шеф-повара-мошенника, для начала?
  Она ободряюще кивает, но теперь он применяет свое собственное предостережение.
  ‘Хм.  Но в трех разных ресторанах?
  ‘ Вот именно.  Шеф-повар имеет полный доступ, но только в своем заведении.
  ‘ А как насчет странствующего су-шефа?  Или обслуживающего персонала.  Носильщиков.  Мойщиков.  Они все передвигаются.
  - Это правда.
  -Какой это был промежуток времени?
  - В течение шести или семи недель.
  Кендалл Минто кивает.  Но его мысли витают дальше.
  ‘ Яд мог попасть в пищевую цепочку раньше.  Вероятно, все они пользуются услугами местных поставщиков.  Это объяснило бы, как кто-то попал в несколько разных ресторанов.’
  Им приносят вино, и они замолкают, пока его тщательно расставляют.
  Сержант Джонс берет свой стакан, но не пьет.  Она вытирает свежий конденсат кончиком аккуратно наманикюренного среднего пальца.
  ‘ Как вы сказали, я обдумывал эти возможности.  Если бы это было выше по течению, за кулисами, трудно было бы понять, почему каждый раз отравлялся только один человек и почему были разные яды.  Большинство блюд собирают или готовят целиком, а затем делят на порции.
  Кендалл Минто берет меню и, нахмурившись, вопросительно смотрит на него.
  “Морской гребешок Солуэй, приготовленный вручную, с гарниром из обжаренного самфира по-равенгласски”.  Ты мог бы наколоть отдельный гребешок.
  ‘ Но зачем доставщику это делать?  Зачем поставщику кусать руку, которая его кормит?
  Кендалл Минто демонстративно ломает голову, медленно проводя пальцами по своей модной челке.
  – Что ж, я согласен ... Но если вы ищете мотив, тогда– конечно?  Он машет карточкой, многозначительно указывая на комнату.  - Но я полагаю, вы подумали и об этом тоже?
  - Саботаж конкурентов?
  Он кивает, но на его лице появляется тень сомнения.
  ‘ Это выглядело бы довольно неуклюже.  И не так уж очевидно, когда ты последний, кто остался на ногах.
  Сержант Джонс теперь делает глоток вина.  Она слегка пожимает плечами – просто намек на то, что осторожность отброшена на ветер.  Она делает второй глоток, побольше.
  На карту поставлено много денег для победителя – или проигравшего.  Но, конечно, это имело бы смысл только в том случае, если бы пострадали целевые рестораны.  Мы поговорили с "Конте-Ницца" – они утверждают, что находятся в полном неведении.
  Теперь Кендалл Минто пьет и одобрительно причмокивает губами.  Он входит в курс дела.
  - Мотив, безусловно, раскрыл бы это дело, не так ли?
  Он опускает стакан и начинает подниматься.  Он берет нож для масла.
  - Давайте проверим одну идею.
  Сержант Джонс поворачивается и вопросительно смотрит на него, когда он проходит позади нее.  Он наклоняется, чтобы прошептать ей на правое ухо.
  ‘ Смотри внимательно.  Я положу это на тарелку другого посетителя – на их стол.
  Она выполняет приказ, но, пока он немного бродит, кажется, держится на расстоянии вытянутой руки от других гостей – и он выходит в коридор, где расположены туалеты.
  Вскоре он возвращается таким же образом и садится на свое место с довольным видом.
  - Ты этого не делал.
  - Я так и сделал.
  -Я наблюдал за тобой, как ястреб.
  Он откидывается на спинку стула и складывает руки на груди, самодовольная улыбка появляется на его красивом мальчишеском лице.
  Сержант Джонс пристально смотрит на него, а затем замечает, что ее взгляд скользит к ее собственной тарелке.
  Есть два ножа для масла.
  - Очень умно, Кендалл.
  Он оспаривает иронию в ее тоне.
  ‘ Не отрава, я признаю, но посмотри, как легко это может быть.  Возможно, сосед по столу спрашивает дорогу к раздевалке?  Как у любого стоящего карманника, держу пари, у преступника есть свой любимый метод отвлечения внимания.
  Она понимает, что, разговаривая с жертвами, они сосредоточились на своих повседневных передвижениях и привычках.  Верно – это привело к установлению связи между конкурирующими ресторанами, – но они не рассматривали жертв как возможных свидетелей их собственных отравлений.  Она решает исправить это.
  Она медленно кивает – ее взгляд сосредоточен, но в нем Кендалл Минто, должно быть, читает одобрение.
  – В самом деле, вы не думали о том, что это мог быть просто убийца, создающий дымовую завесу?
  Сержанту Джонсу вспоминается случай, описанный сержантом Кэмероном Финдли – коварным убийцей, который, казалось бы, нацеливался на случайных покупателей, хотя с самого начала намеревался совершить бракоубийство.
  Она сжимает губы.
  – Но дымовая завеса - разве это тоже не зависит от огласки?  Ну, ты понимаешь – Сумасшедший на свободе?
  Кендалл Минто качает головой.
  ‘ У сумасшедшего есть своя реклама.  Он указывает на нее свободной рукой.  ‘ Этим делом занимается полиция.  Публике не нужно знать.
  Он делает решительный глоток вина, как бы подкрепляя свое предложение.
  Сержант Джонс остается менее убежденным в этом отношении.
  Но мы – "копы” - знаем об этом только случайно.  Именно наблюдательный консультант привлек наше внимание к инцидентам.  Отравитель не мог полагаться на то, что это произойдет.
  Кендалл Минто невозмутим.
  ‘ Я не согласен.  Они держат тебя именно там, где хотят.  Ты в курсе, но одурачен.  Если есть еще одно дело, ты должен думать, что это твой серийный псих.
  Она задумчиво смотрит на него; ему есть что добавить.
  – Я имею в виду - что, если ваш убийца отравил себя сам - как часть прикрытия?  Или что, если попытка провалилась и они попытаются снова?"
  Тень замешательства омрачает глаза сержанта Джонса.  Все предположения очень хороши, но точки не совсем сходятся.  И все же пульс в ее груди участился.
  - Возможно, мы чего-то не совсем понимаем.
  Кендалл Минто вяло пожимает плечами.
  - Это, конечно, в порядке вещей?
  Сержанту Джонсу требуется время, чтобы ответить.  Вот головоломка.  Мозговой штурм - это очень хорошо, но у него есть свои ограничения.  Именно здесь проявляется своеобразие Скелгилла.
  Кендалл Минто понимает ее нерешительность.
  - Доказательство полезности пудинга заключается в том, что его едят?
  Его пословица могла бы лучше подойти для их следующего курса, чем интеллектуальная головоломка.  Однако, когда сержант Джонс собирается ответить, ее внимание привлекает появление из коридора молодой, элегантно одетой рыжеволосой женщины.  Женщина входит в кухню и исчезает из виду.  Но быстрым оценивающим взглядом она окинула комнату – и, конечно же, ее кошачьи зеленые глаза остановились на них.
  Это Пижма Иссоповая.
  Сержант Джонс поворачивается к Кендаллу Минто и видит, что он тоже смотрит ей вслед.
  Он чувствует пристальный взгляд и встречается с ней взглядом; он многозначительно приподнимает бровь.
  Она набрасывается.
  - Ты что-то знаешь.
  Он не оказывает сопротивления и корчит виноватую гримасу.
  – На самом деле ... сначала я подумал, не она ли была целью вашего тайного визита.
  Интуиция сержанта Джонса срабатывает.
  - Ты знаешь Тэнси Иссоп.
  Он возится со столовыми приборами, выравнивая углы.
  ‘ Не совсем – я брал у нее интервью для "Газетт" несколько лет назад.  Для делового раздела – после того, как она побывала в "Логове драконов" со своими веганскими кафе.  У меня все еще было довольно мокро за ушами.
  ‘ И что... вы думали, мы здесь для того, чтобы ... для чего – шпионить за ней?  Но прежде чем Кендалл Минто успевает ответить, сержант Джонс задает другой вопрос.  ‘ Какого черта она здесь делает?  Броссен и отель "Лорел Бэнк" - заклятые конкуренты.
  Кендалл Минто на несколько секунд замачивает бокал с вином; он понимает, что обязан устранить двусмысленность.
  – Э–э, ну ... ты знаешь, что у нас в "Газетт" есть обозреватель светской хроники - ее зовут Кендра Ментор?
  То, что он заканчивает свое предложение резким вдохом, дает сержанту Джонсу достаточную подсказку.
  - Это ты?  Это ты написал!
  Он морщится, как будто она слишком громко раскрыла его личность.
  - Мы всего лишь маленькая команда.  Универсальность - вот название игры в наши дни, Эмма.  Вы были бы поражены, узнав, сколько разных шляп я носила за эти годы".
  Когда сержант Джонс может сделать паузу, чтобы отругать его за такой прозрачный псевдоним, у нее возникает более насущный вопрос.
  Она указывает резким наклоном головы в сторону прохода.
  Он понимает – и наклоняется ближе, чтобы понизить голос.
  ‘ Эта история не дошла до последней главы.  Мои источники еще не доставили товар.  Он настороженно оглядывается по сторонам.  - Но на улицах ходят слухи, что с января Тэнси Иссоп сожительствует с Заком Крэддоком.
  -Что? -спросиля
  ‘ Кажется, они поладили на прошлогодней церемонии награждения в олд-Шэрроу-Бэй, как раз перед Рождеством.  Было уже за полночь – Антон Дек был без сознания от шампанского – и бывшие противники были замечены на территории, где они обменивались чем-то большим, чем просто интимная сигарета.  Кендалл Минто небрежно вскидывает голову.  "По общему мнению, Дек - вспыльчивый медведь, а Крэддок – порядочный, аккуратный парень".
  Сержант Джонс слишком озабочен, чтобы извлечь что–либо из того, что могло бы быть оптимистичным рассуждением, и когда она не отвечает, он возвращается к дополнительным слухам.
  ‘ Конечно, Тэнси Иссоп известна как вспыльчивая девушка.  Ходили слухи об интрижке с мужем ее делового партнера из Cool Beanz Café Co - и это послужило причиной ее распродажи.  В какой-то момент произошла кошачья драка, и обе женщины были арестованы.  Но все это было замято с помощью NDA и приказов заткнуть рот.’
  Сержант Джонс смотрит на большое произведение искусства импрессионистов, написанное яркими масляными красками на противоположной стене; оно могло бы олицетворять неизменность пейзажа, яростно переплетающихся озера, водопада и неба.  Она озадачена.  В статье в Cumbria Living восхвалялось объединение Антона Дека и Тэнси Иссоп, творческое столкновение, которое вывело отель Laurel Bank на первое место.  Но дело было не только в острой журналистике.  То, что картинка стоит тысячи слов, произвело неизгладимое впечатление на ее внутренний взор – особенно на довольную Тэнси Иссоп, уютно устроившуюся на плече своего мужа.  Неужели это было только для камеры?
  ‘Oh-oh.’
  Размышления сержанта Джонс прерывает шипящий сигнал тревоги ее спутника.
  Случайно она следит за выразительным движением его глаз – к их столику приближается Тэнси Иссоп.
  Теперь сержант Джонс видит во плоти копию той же самой удовлетворенной улыбки; она сразу понимает, что это сразит Кендалл Минто наповал.  Она решает сопротивляться.
  Женщина меньше, чем можно было предположить, – ненамного выше пяти футов, хотя каблуки делают ее ростом ближе к среднему, – а ее легкое телосложение и стройные пропорции делают ее еще выше.  На ней безупречно сшитый костюм нежно-бордового цвета, который является одним из основных тематических цветов декора, и золотая булавка с изображением овцы на лацкане - логотип Brossen.
  Ее рыжие волосы роскошно уложены: на макушке пучок и конский хвост, заплетенный в замысловатые косички, из которых ниспадает каскад челок и локонов.  Было бы несправедливо утверждать, что Медуза вызвана в воображении, поскольку Пижма Иссоп обладает естественной красотой благодаря своим точеным чертам лица, светлой коже, полным розовым губам и поразительно зеленым радужкам.
  Она одновременно излучает энергию, интеллект и индивидуальность, окутанную уверенностью в себе, основанной на осознании своей привлекательности; она излучает грозную ауру авторитета, но при этом приближается с безобидной вежливостью.  По осторожной улыбке и томному взгляду сержанта Джонс чувствует, что ее оценивают.
  Действительно, она получает легкий поклон в знак признательности, но, не говоря ни слова, женщина плавно переключает свое внимание на своего собеседника за ужином.
  - Это Кендалл, верно?
  У нее чистый голос с легким местным акцентом.
  – Да, э-э-э... да, это я.
  СЕРЖАНТ Джонс знает его достаточно хорошо, чтобы распознать панику под наспех наигранной подчиненной ухмылкой – и она догадывается, что он испытывает что-то от маленького мальчика, пойманного пальцами в банке из-под печенья.
  Улыбка женщины не исчезает.
  - Вы все еще работаете в "Газетт"?
  СЕРЖАНТ Джонс тихо вдыхает.
  – Да - за мои грехи.
  Тэнси Иссоп протягивает руку и кладет ладонь ему на плечо.
  – Ты ... повзрослел ... с тех пор, как мы виделись в последний раз.’
  Сержант Джонс задается вопросом, слышит ли она хотя бы намек на удовольствие, испытываемое женщиной, когда она смотрит в глаза Кендалл Минто.
  - Мы же не устраиваем таинственный ужин, не так ли?
  ‘ О – нет – нет. Я не готовлю еду.  Нет ... мы... мы здесь по особому случаю.
  - И что же это может быть?
  Кендалл Минто смотрит на сержанта Джонса, и она видит мольбу в его глазах.
  ‘ Э–э... ну – мы только что обручились.  Это Эмма.  Она... э–э... она преподает английский в нашей старой школе в Пенрите.
  Он выпалил эти слова, и все, что сержант Джонс может сделать, - это деревянно улыбнуться.
  Теперь Тэнси Иссоп протягивает другую руку, чтобы коснуться сержанта Джонса, оказываясь в центре легкого объятия.  Она переводит взгляд с одного на другого, и сержант Джонс радуется, что она сложила руки на коленях и ее не видно.
  Мои поздравления.  Я пришлю пару бокалов Perrier Jouet – оно прекрасно дополняет наши конфеты Blencathra bleaberry.  За счет заведения, разумеется.
  "Ого, ничего себе – посредственному обзору нет оправдания!"
  Хотя у Кендалла Минто, по крайней мере, хватает ума пошутить, по мнению сержанта Джонса, он, тем не менее, выражает облегчение.  Но женщина никак не показывает, что догадывается об этом.  Она делает шаг назад.
  ‘ Меня не было весь день.  Я не проверял кассу.  Ты тоже остановишься у нас?
  Кендалл Минто немного восстановила самообладание.
  ‘ О, нет–нет, по воскресеньям Эмма играет в женскую хоккейную команду.  Встает ни свет ни заря на хулиганскую игру.
  Должно быть, кто-то зовет из-за перевала, потому что Тэнси Иссоп оглядывается через плечо.  Она переминается с ноги на ногу, словно собираясь отойти.
  ‘ Я приготовлю ваши пузырьки.  Она на мгновение складывает руки и делает легчайший реверанс.  Ее взгляд задерживается на каждом из них по очереди.  – Дай мне знать ... если передумаешь ... при таких благоприятных обстоятельствах ...
  Избегая зрительного контакта со своим спутником, сержант Джонс вместо этого молча наблюдает за уходом Тэнси Иссоп.  Женщина ненадолго отвлекается, чтобы задержать сомелье и проинструктировать его; он смотрит в их сторону и послушно кивает.
  ‘Боже мой!’  Кендалл Минто тяжело вздыхает.  "Она как горящий коктейль Молотова в бутылке марочного кларета".
  Сержант Джонс поворачивается и хмурится – и это не по поводу его красочного сравнения.
  - Кендалл! - крикнул я.
  - Как я справился?
  "Как ты справился?!"
  Он смотрит на нее невинными глазами.
  ‘ О, брось, брось, Эмма, меня осенило в одно мгновение – я не думал, что ты будешь возражать.  Ну, знаешь, учительница английского?  Если бы она спросила тебя об этом – ты бы настоял на своем.
  Сержант Джонс раздраженно фыркает.
  – Кендалл, я говорю не об английском ...
  Но она видит его самый обезоруживающий вид.
  "Тьфу!"
  В щеку.  Когда ей очень хочется ударить его, она пренебрежительно протягивает руку – и держит ее перед ним, левую, – чтобы напомнить ему, что на ней нет кольца.
  Он просто ухмыляется и заговорщически наклоняется.
  ‘ Но я думаю, она купилась на это.  И я увел ее за много миль от причин, по которым ты здесь.  Это меня она выпытывала.
  Сержант Джонс откидывается на спинку стула, а затем тянется за бокалом вина, но он пуст.
  Она качает головой.  Возможно, он прав – женщина не может знать о своей миссии, – но она не уверена, что "купилась" на его альтернативный сценарий.  Пижма Иссоп достигла таких признанных высот не без избытка проницательности.
  Однако в одном она не сомневается: Тэнси Иссоп сменила лошадь.  Судя по всему, она является частью обстановки здесь, в Броссене.  И – если оставить в стороне личные дела – наверняка теперь у нее увеличились шансы на отель "Лорел Бэнк".
  Ее размышления прерывает появление двух высоких бокалов с шипучим шампанским, ярко сервированных, привлекающих любопытные взгляды других посетителей.
  Она представляет себе дополнительный пристальный взгляд из-за перевала и поэтому подыгрывает буйному, хотя и двусмысленному тосту Кендалл Минто.
  – Все хорошо, что хорошо кончается, Эмма, - за счастливую пару!
  *
  -Эмма?
  Сквозь завитки сна, не желающего отпускать ее, сержант Джонс слышит свое имя - но голос звучит неуместно.  Она все еще наполовину в стране грез?
  ‘ Эмма– уже утро.  Я принес тебе кофе.
  Она пытается открыть глаза, но веки сначала сопротивляются, и она дрожит, нащупывая одеяло, которое сползло до талии.
  - Сейчас половина седьмого, я так и думал, что тебя не будет.
  Она открывает глаза.  Пока она пытается сосредоточиться, перед ними парит предложенный белый пластиковый стаканчик, от которого исходят струйки пара, а сразу за ним на шнурке болтается идентификационный значок, размытые буквы которого медленно складываются в слова: “Джули Симпсон, приходская сестра”.
  –Где?..
  Но вопрос становится ненужным, когда усики отпадают и внутрь проникает свет.  Она выпрямляется.  Она пытается сказать что-то еще, но у нее липкий рот.
  – Я принес одеяло и укрыл тебя, когда заканчивал смену, но тебе, должно быть, было неудобно здесь всю ночь, любимая.
  Сержант Джонс что-то бормочет и отхлебывает напиток, вдыхая его целебные пары.
  - Между прочим, красивое платье.
  Сержант Джонс опускает взгляд на помятую одежду и пальцами свободной руки расчесывает волосы.
  Она прочищает горло.
  – Спасибо тебе ... и за кофе ... и за одеяло, я имею в виду.
  - Не за что, любимая.
  Теперь она серьезно поднимает затуманенные глаза.
  – Но ... как он? - спросил я.
  -Ваш инспектор?
  Приходящая сестра явно переходит на постельный режим, вводя паузу для размышлений излишним вопросом и немного машинально устраиваясь на следующем в ряду кресел в приемной, которое служило импровизированной кроватью сержанту Джонсу.
  -Да.
  ‘Ну, я только что разговаривала с врачом–ординатором, – говорит она, - и теперь вам не о чем беспокоиться – он находится под легким успокоительным.  Прошлой ночью его состояние ухудшилось – в основном, просто поднялась температура, – и у него начались галлюцинации – что-то вроде бреда.  Состояние стабильное, но высокая температура.  Нет никаких опасений по поводу жизненно важных показателей, органной недостаточности или чего-либо подобного.  Консультант придет в девять, и мы уверены, что скоро выясним причину и сможем начать лечение ".
  Сквозь размазанный макияж сержант Джонс чувствует, что напускает на себя смелый вид.
  – Значит, я все еще не могу его увидеть?
  Сестра тянется, чтобы положить руку ей на левое предплечье.
  ‘ В этом действительно нет смысла, дорогая.  И пока мы не будем уверены, лучше держать его в изоляции.
  – Но ... яды не заразны.
  - Это просто стандартная мера предосторожности.
  Медсестра переводит взгляд на руку сержанта Джонса.
  - Вы его ближайший родственник?
  СЕРЖАНТ Джонс пытается вспомнить, что она сказала дежурной медсестре прошлой ночью.
  ‘ Я не кровный родственник.  Но...
  Сестра, кажется, чувствует ее затруднительное положение.
  – Знаешь, милая, наверное, это не лучшее место для твоего ожидания.  Пройдет несколько часов, прежде чем мы что-нибудь узнаем.  Мы сможем связаться с вами, как только появятся какие-нибудь новости получше от HDU.
  СЕРЖАНТ Джонс неохотно кивает.
  - Могу я ему что-нибудь предложить?
  Видя, что ее мягкое убеждение увенчалось успехом, приходящая сестра широко улыбается.
  ‘ В его записях действительно сказано, что он просил пинту горького "Дженнингс"!  Для тебя это бред.  Но я думаю, он просто будет рад тебя видеть, когда будет готов.
  В ее тщательно подобранных словах звучит еще больше заботы, и сержант Джонс чувствует себя немного увереннее.
  -Хорошо.
  Медсестра похлопывает ее по руке, встает и делает шаг назад.
  - Тебе далеко идти?
  – Моя машина в Эмблсайде - я поймал такси здесь.
  - Это хороший способ приехать на такси.
  Сержант Джонс качает головой.
  – Это не проблема - я могу организовать поездку с коллегой по работе.
  "Чемпион".
  Предоставленная самой себе, сержант Джонс звонит; она связывается с дежурным сержантом Джорджем Эпплби, наперсником Скелгилла и товарищем по рыбалке, с которым поделилась информацией о его госпитализации.  Она объясняет свое затруднительное положение.
  – Да, сиди тихо, Эмма, я позвоню в Уайтхейвен и узнаю, кого они пригласили на гастроли.  Может быть, нескольким констеблям захочется съездить в Эмблсайд.
  Он озорно хихикает, но, когда собирается заканчивать, кое–что из того, что она сказала ему, должно теперь до него дойти.
  ‘ Вы сказали, он в отделении неотложной помощи?  Разве это не отделение с высокой степенью зависимости?
  OceanofPDF.com
  ВОСКРЕСЕНЬЕ
  22nd June
  OceanofPDF.com
  21. НАДЕЖДЫ
  Ситуэйт, Борроудейл – 8.15 утра
  ‘YТЫ сам по себе, любимый?
  Сержант Лейтон понимает, что Глэдис Хоуп никогда не видела его без Скелгилла, и задается вопросом, уловил ли он нотку разочарования в ее тоне.  Но, возможно, удивительно, что он отважился в одиночку подняться на холмы, к уединенной усадьбе.
  Следуя примеру Скелгилла во время предыдущих визитов, он припарковался на дорожке и обошел кухню кругом – хотя Глэдис перехватила его у открытого окна, из которого теперь выглядывала в ожидании его начальника.
  Соответственно, сержант Лейтон не совсем уверен в своих силах и делает такое лицо, которое могло бы просто передать что-то от осажденного напарника; это вызывает понимающую усмешку Глэдис Хоуп.
  - Я полагаю, юный Дэниел на рыбалке, не так ли?
  Сержант Лейтон обнаруживает, что борется с уколом вины - потому что вот простой выход, который позволит избежать каких-либо прямых упоминаний о реальной ситуации Скелгилла.  При поступлении в больницу Скелгилл настаивал, что не хочет, чтобы семья или друзья слышали китайский шепот о незначительном заболевании, которое пройдет через день или два.  Теперь, получив тревожное сообщение рано утром от сержанта Джонса – и не имея возможности ничего с этим поделать напрямую, – сержант Лейтон почувствовал себя вынужденным поработать немного сверхурочно.
  - Он всегда думает о рыбалке, миссис Хоуп, если на самом деле ею не занимается.
  Его ответ, кажется, произвел желаемый эффект.  Она смотрит на сержанта Лейтона, как на недоеденного ягненка, забредшего во двор фермы.
  - Итак, вы будете завтракать?’
  Он чувствует, что она внимательно разглядывает его одежду, пытаясь определить, на службе он или нет - конечно, хотя он одет небрежно, он явно не приспособлен для прогулок по холмам.  Он медлит, всего лишь на мгновение.
  – Ну... э–э... вообще-то, мы надеялись перекинуться парой слов с Джадом.
  Хотя использование им местоимения множественного числа, возможно, сглаживает ситуацию, первая реакция Глэдис Хоуп - нахмурить брови.
  – Полицейский , повар, фермер – некоторым ведь нет покоя, не так ли – в воскресенье или без воскресенья?  Она немного высовывается из окна и, прищурившись, смотрит на противоположную сторону холма.  ‘ Джад у Фаун Крэг – там есть несколько старых йоу, которые пропустили собрание.  Потом ему придется помочь поменять сцепление на тракторе в Маттердейле.
  -А, так и есть.
  Но Глэдис Хоуп решительно машет деревянной лопаткой.
  ‘ Садись в кафе, я приготовлю тебе жаркое.  Джад спустится, чтобы перекусить наживкой, прежде чем уйдет.
  Сержант Лейтон чувствует запах шипящего бекона, и его не нужно уговаривать, но это ощущение освежает его память.
  ‘ Было кое-что еще – Меня попросили передать вам брошюру – о еде.  Он похлопывает себя по карманам и хмурится, упрекая себя.  ‘ Я оставил его в моторе – сейчас заеду и достану.  Я довезу его до конца, хорошо?
  Глэдис Хоуп качает головой и возвращается на свое верное место.
  Сержант Лейтон повторяет свой маршрут через двор фермы, разумно выбирая шаги, уклоняясь от того, что Скелгилл называет "ку-шлепком".  Из приоткрытой двери старой кузницы, где полуотставший от дел Артур Хоуп реставрирует старинные мотоциклы, доносится металлический стук и цветистая ругань.  Над головой на телеграфных проводах вереница галдящих молодых амбарных ласточек - неохотные ученики, наблюдающие, как взрослые ястребы охотятся за клегами и слепнями, подростки по-прежнему предпочитают доставку сбору.  Куры, наполовину довольные, наполовину взволнованные, попеременно мурлыкают, кудахчут и отрывисто клюют траву, которая пробивается из трещин в бетоне.
  Он смотрит на возвышающийся склон холма примерно в том направлении, куда смотрела Глэдис Хоуп.  Он задается вопросом, который из них Фаун Крэг – и на небольшое совпадение названия.  Затем он слышит отдаленный свист и шорох осыпающихся камней и замечает темных пастушьих собак, струящихся, как бусинки ртути, по невероятно крутой осыпи, делая движение клешнями, когда они загоняют плотную группу из пяти или шести овец – последние кажутся слишком массивными, чтобы двигаться с проворством преследуемых.
  Он делает паузу, чтобы поразмыслить – и сравнить, – как он делает время от времени, виды, запахи и звуки, которыми они обменивались по профессии: бетонные многоэтажки заменяются высокими утесами; дверной проем магазина ammonic dossers - запахом фермерского двора; гул уличного движения - жужжанием насекомых.
  Он принял несколько правильных решений в жизни, и переезд на север занимает одно из первых мест среди них.
  На дорожку, где его машина не первая, заезжают другие, и пешеходы поднимаются пешком, некоторые рысью - возможно, это перевал Три-Пикерс, Ситуэйт, а оттуда и перевал Стих-Хед, который является самым популярным маршрутом доступа к Скафелл-Пайк, среднему, английскому этапу mountain challenge.  Они выглядят в хорошем настроении, несмотря на то, что им предстоит преодолеть две вершины, а еще предстоит поездка либо в Шотландию, либо в Уэльс.  Это напоминает ему о разговоре со Скелгиллом – конечно, Скелгилл проделывал это не один раз и поддразнивал его, говоря, что ему следует попробовать.  Его ответом было предложение сесть за руль – на том основании, что это может привести к рекорду, что явно заставило Скелгилла задуматься.
  *
  - Уже, марра? - спросил я
  Сержант Лейтон выныривает из своих грез – сейчас он в середине завтрака и не совсем уверен, как он туда попал, снаружи внутрь, и ему подают небольшую гору еды, знаменитое Камберлендское жаркое Глэдис Хоуп, которое десятилетиями обеспечивало ее семью и которое теперь приводит всех гуляющих на скромный фермерский двор.
  Джад Хоуп, соответственно крепкий и одетый в заляпанный жиром комбинезон, опускается на скамейку напротив, вооруженный пинтовой кружкой чая и пухлой деревенской булочкой, от которой уже не осталось и кусочка – очевидно, он завтракает копытцем.  Сержант Лейтон видит руки фермера с крепкимипальцами, которые в противном случае, без сомнения, произнесли бы сокрушительное приветствие.
  - Что такого важного помешало Дэнни пройти обследование?
  Сержант Лейтон, сам жующий, улыбается и кивает в знак подтверждения.
  Он проглатывает и указывает вилкой.
  – Я бы не хотел говорить, что у него есть дела поважнее - вряд ли это можно назвать короткой соломинкой.
  Джад Хоуп смотрит на него невозмутимо.
  Сержант Лейтон решает, что может быть откровенным, до определенного момента.  Он похлопывает себя по животу.
  - Ему немного нездоровится.
  -Хах! – это, должно быть, Дженнингсы снова в моде в "Голове королевы".
  Сержант Лейтон не пытается разубедить фермера в его заблуждении.  Вместо этого он лезет в карман и достает патрон 22-го калибра.
  - Он думал, ты знаешь об этом.
  Морщинистые черты лица слегка нахмурены, как будто Джад Хоуп на мгновение осознает сценарий, по которому ему предстоит сделать выговор и что Скелгилл отправил своего заместителя выполнять грязную работу.
  Сержант Лейтон быстро прозревает.
  ‘ Это давнее дело о браконьерстве.  Материалы низкого уровня.  Один здесь, двое там.  Дикие существа и странные сельскохозяйственные животные редких пород – в основном домашняя птица - ничего слишком крупного.  Мы начинаем думать, что виноват один человек.
  Джад Хоуп мрачно смотрит глазами буравчика; сержанту Лейтону приходит в голову, что было бы глупо вторгнуться во владения Хоупов.
  Он продолжает.
  Похоже, он пользуется винтовкой – ‘римфайр" 22-го калибра.  На первый взгляд кажется пневматическим оружием, но, судя по всему, оно довольно эффективно.
  Теперь Джад Хоуп кивает.
  Да, с оптическим прицелом вы можете подстрелить кроликов на приличном расстоянии.  Время от времени у нас случается заражение.  Они неравнодушны к нашей прощальной траве.’
  Сержант Лейтон корчит рожу, чтобы выразить свое сочувствие; вечная битва фермера с силами, которые отнимают у него средства к существованию.
  Джад Хоуп искренен.
  - Итак, кто ваш подозреваемый?
  Обычно этот вопрос заходил бы слишком далеко.  Но сержант Лейтон понимает, что Джад Хоуп спрашивает его как лейтенанта Скелгилла – и что Скелгилл без колебаний поделился бы закрытой информацией, зная, что он может быть уверен, что дальше этого дело не пойдет.
  Тем не менее, он хмыкает, пытаясь подобрать подходящие слова, не содержащие обвинений.
  Джад Хоуп терпеливо ждет, откусывая солидный кусок от своего рулета с камберлендской колбасой так, что расплескивается растопленное масло; он вытирает щетину рукавом.
  Сержант Лейтон поворачивает ладонь к окну, выходящему на север, что дает приблизительное представление о направлении.
  – Есть один чудак, он связан с заповедниками Фонда дикой природы Дервентдейла – в каком–то качестве рейнджера - он ...
  - Билли Бушмит?
  Сержант Лейтон широко раскрывает глаза.
  -Придешь еще?
  ‘ Билли Бушмит – так они его называют.  Он вроде двуствольный, да?
  Сержант Лейтон интересуется, могут ли они быть разнокалиберными - но двуствольными, да – и - подождите минутку – Билли?  Это Уильям.
  - Уильям Тейлор-Браун?
  Джад Хоуп хмурится.
  – Да, возможно, так оно и есть.
  Сержант Лейтон отложил вилку.
  – Что ты знаешь – я имею в виду, “Билли Бушмит” - это ведь прозвище, верно?
  Джад Хоуп, отпивая, кивает над своим чаем.
  ‘Случилось - это был последний сервер’.  Он указывает через плечо.  ‘Кажется, он приходил сюда, рекламировал игру и все такое.  Девчонка из Эрла обошлась с ним без обиняков.  Отправила его восвояси с блохой в ухе – а ты этого не хочешь.  Она сказала ему: "Мы ничего не покупаем сами – производим все это на ферме".
  Сержант Лейтон ободряюще кивает, хотя Джад Хоуп пропустил его вопрос мимо ушей.  Он пытается снова.
  – Это имя – прозвище – Билли Бушмит - так он широко известен?
  Джад Хоуп снова кивает.
  – Да, думаю, что да – я слышал, как о нем говорили несколько человек, управляющих фермерскими магазинами или кафе, и что он как-то связан с природоохранными проектами.
  Еще один кусочек головоломки встает на место для сержанта Лейтона.
  – Ну и что, что это похоже на небольшую махинацию на стороне?
  Джад Хоуп пожимает плечами, но это жест согласия.
  ‘Частный доступ к дичи, неохраняемым запасам и продуктам.  Сколько у тебя стоит – немного бензина, коробка патронов – это почти вся чистая прибыль, рит?
  Его утверждение согласуется с первой реакцией Скелгилла, и его тон говорит о том, что паразита лучше уничтожить.  Это заманчивое развлечение – и, без сомнения, Скелгилл и Джад Хоуп с удовольствием его обдумали бы, – но сержант придерживается своего более практичного сценария.
  – У нас есть адрес в Кокермут - Эмблтоне?
  Джад Хоуп качает головой.
  ‘ Я могу спросить о – Теперь я знаю, чего ты добиваешься.  Я просто напишу Дэнни "Привет", хорошо?
  – Да, это было бы здорово.
  Сержант Лейтон предпочел бы получить информацию напрямую - но он узнал гораздо больше, чем мог надеяться, – и завтрак в придачу.  Теперь он горит желанием действовать.
  Дверь кухни открывается, и появляется Глэдис Хоуп с фаянсовым чайником в руках.
  Она говорит что-то на широком диалекте Джаду Хоуп, но сержант Лейтон не расслышивает.
  Разговорный ответ Джада Хоупа менее двусмысленен.
  -Его босс был на взводе.
  Глэдис Хоуп смотрит на сержанта Лейтона, ее губы сложены в беззвучное оханье беспокойства.
  - Юному Дэниелу плохо?
  Сержант Лейтон понимает; он делает жест рукой, туда-сюда.
  - Судя по всему, он идет на поправку.
  Джад Хоуп хохочет.
  - Скорее, он на Басс-Лейк!
  Они дружно смеются, и Глэдис Хоуп повторяет, что таково было ее первое предположение.
  Теперь Джад передает суть своего разговора с сержантом Лейтоном.
  ‘ Я только что говорил об этом типе Билли Бушмите, который пытался всучить вам кучу старой требухи.  Он указывает кружкой на сержанта Лейтона.  - Они считают, что это вареное мясо.
  Глэдис Хоуп энергично кивает.
  ‘ Да– я не удивлен.  Он был подозрительным типом.
  Сержант Лейтон пользуется возможностью, чтобы продвинуть свое дело.
  - Вы можете описать его, миссис Хоуп?
  Она ставит чайник на стол, словно он мешает ей думать, и вытирает пальцы о фартук.
  ‘ Это было давно, милая.  Но он был довольно высоким, лет пятидесяти.  От него пахло алкоголем и сигаретами.  Но говорил вроде шикарно.
  Это острый, убедительный профиль.
  Сержант Лейтон выражает свою благодарность и говорит, что ему следует уйти – Глэдис Хоуп пытается навязать ему вторую порцию.  Он встает и хватается за свой пояс.
  ‘ Миссис только что расстегнула мои брюки.  Я позову пелтерса, если это повторится.  И у меня будут двойные неприятности, если я не смогу поужинать в воскресенье.
  И теперь он вспоминает – вытаскивает из заднего кармана листовку о соревнованиях.
  - Но, раз уж речь зашла о еде, хозяин попросил меня показать вам вот это.
  Он передает ее.  Глэдис Хоуп, возможно, с трудом читает без очков; Джад Хоуп наклоняется, чтобы лучше видеть.
  - Великолепное камбрийское меню?
  Сержант Лейтон помогает перелистывать брошюру.
  – Смотри, есть награда за лучший завтрак из местных продуктов.  Мы все считаем, что на нем стоит твое имя.
  Джад Хоуп издает радостный смешок , как будто приз уже в сумке, но его мать хмурится и опускает взгляд.
  – Нам нужно купить фасоль с фермы Джонсона рядом с Эгремонтом.
  Сержант Лейтон оспаривает ее условие.
  - Это все равно местные продукты.  В большинстве заведений все ингредиенты должны поступать из собственных источников.  Говорю вам, миссис Хоуп, входите, и я сразу же спущусь к букмекерам!
  *
  Сержант Лейтон с некоторым удовлетворением съезжает с однопутной полосы из Ситуэйта на чуть более широкую B5289, которая соединяет Борроудейл с Баттермером через перевал Хонистер.  Тем не менее, он поворачивает направо, в сторону от перевала, поскольку у него на уме особый маршрут.  Переполненный снотворными последствиями "Камберленд Фрай" Глэдис Хоуп, он не торопится.  Есть еще одно удовлетворение в том, что он сможет сообщить Скелгиллу, что оставил жену фермера - несмотря на ее явные сомнения – с блеском решимости в глазах.  Кажется, он пустил зайца бежать.
  Думая о зайцах и тому подобном, он размышляет о том, как используется местная виноградная лоза.  Он задается вопросом, действительно ли Скелгилл знал – или, по крайней мере, предполагал, – что Джад Хоуп предоставит нечто большее, чем просто комментарий по поводу незаконных боеприпасов.
  Соответственно, теперь он намерен применить сопутствующее предложение Скелгилла на практике.
  У Грейндж–Бридж он поворачивает налево, пересекает реку Дервент через деревушку, а оттуда выезжает на извилистую поднимающуюся дорогу, с которой открываются опасные виды на сверкающую реку Дервентуотер и величественные холмы за ней – опасные виды, потому что – такие захватывающие - они просто требуют внимания, когда глаза водителя должны быть прикованы к следующему повороту.
  Но он выбрал этот маршрут не из–за его живописных качеств - по этому пути он может пройти мимо природного заповедника Уинлаттер Форест.  Если на примерный маршрут, предоставленный доктором Хильдой Смит, можно и дальше полагаться, то Уильям Тейлор-Браун, он же “Билли Бушмит”, может присутствовать.
  Добравшись до уединенной общественной автостоянки, он сразу же замечает обшарпанный Volvo с именными номерами.  Он расположен ближе всего к воротам в заповедник, что наводит на мысль о том, что его владелец жил здесь уже некоторое время.
  Сержант Лейтон выбирает место в тридцати ярдах друг от друга и выходит, щурясь от пахнущего соснами воздуха, как будто он здесь впервые.  Припарковано с полдюжины пустых машин – за исключением внедорожника Hyundai с поднятым задним бортиком, под которым сидит пожилая пара с биноклями, свисающими с шеи, и методично завязывает шнурки.
  Он небрежно подходит к воротам, где висит информационное табло.  Он стоит, засунув руки в карманы, изучая.  Хотя это действие предназначено для того, чтобы дождаться ухода пары, его внимание привлекает сюжет о реинтродукции синего зайца.  И снова он изо всех сил пытается разглядеть на фотографиях, насколько это существо заслуживает описания ‘голубое’, когда оно явно коричневое.  Конечно, слово "белый" имело бы больше смысла, даже если это всего лишь зимнее пальто?
  - Вам понадобятся ваши ботинки, молодой человек.
  Его выводит из задумчивости проходящая позади него пара; они вооружены прогулочными палками, и мужчина теперь указывает одной из них вверх.
  - Там, наверху, неровно.  И местами топко.
  Сержанта Лейтона подмывает ответить, что он все это знает, но он сдержанно улыбается.
  ‘ Да– спасибо.  Думаю, мне, возможно, придется вернуться.  Удачной прогулки.
  Он возобновляет свой притворный интерес к вывеске, но наблюдает за ними краем глаза.
  Затем он, кажется, замечает развязавшийся шнурок и опускается на одно колено, как будто хочет его завязать.
  Однако вместо этого он ловко отвинчивает пылезащитный колпачок с ближайшего колеса "Вольво", бросает в него крошечный камешек размером с чечевицу и завинчивает обратно, пока не слышит первое шипение воздуха при открытии клапана.
  Напевая первые несколько тактов марша "Разрушители плотин", он встает, возвращается к своей машине и уезжает.
  Никто не пострадал.  У Тейлора-Брауна, вероятно, будет помпа, или у кого–нибудь будет, или у него будет запасная, которая подойдет к этой машине того года выпуска.  Но это дает ему по меньшей мере десятиминутный старт, возможно, полчаса.
  Добравшись до Эмблтона пятнадцатью минутами позже, сержант Лейтон паркуется у деревенского паба.
  Может, он и новичок на равнине, но он определенно разбирается в улицах – и эти второстепенные тактики даются ему так же легко, как Скелгилл бездумно следует за прикрытием стены или приближается к цели, когда солнце светит ему в спину.  На тот маловероятный случай, если там есть камеры видеонаблюдения, он натягивает капюшон толстовки и втягивает голову в свои широкие плечи.
  Скромный отдельно стоящий коттедж Уильяма Тейлора-Брауна - одноэтажный; его мучнисто-коричневые стены скрывают его возраст, и им давно пора покрыться слоем грязи.  Неухоженная живая изгородь из бирючины, обильно цветущей и сладко пахнущей, скрывает участок от вида со стороны дороги, а палисадник представляет собой заросли низких кустарников и сорняков, поросших семенами.
  Он дребезжит почтовым ящиком.  Насколько он знает, у него есть жена или партнер, хотя больше всего он думает о верном друге.  В городе и сельской местности собаки встречаются повсеместно.
  Он ждет.  Ответа нет.  No yap.
  Систематическое отсутствие ухода усложняет следующую задачу сержанта Лейтона.  Два маленьких окна на фасаде с облупившимися рамами грязные, а комнаты внутри темные, и в них трудно что-либо разглядеть.  Он пробует включить фонарик, но безрезультатно – он может различить лишь общее впечатление неряшливости; в гостиной кофейная кружка и тарелка со свернувшимися корочками стоят на подставке рядом с креслом, которое могло бы быть обращено к телевизору; спальня столь же невзрачна.
  На стенах нет никаких трофеев.
  Конечно, Скелгилл пошутил.
  Сержант Лейтон заходит в тыл.
  Сад на заднем дворе так же, если не больше, зарос, а дикие кусты поднимаются примерно на десять футов.  Линия лиственных деревьев, должно быть, отмечает границу, а сзади доносится блеяние овец.
  За окном маленькой кухни, за обычной раковиной, сушилкой и столом с пластиковой столешницей, нет никаких признаков того, где могла происходить бойня.
  Другое окно в задней части коттеджа покрыто непрозрачным стеклом и, предположительно, относится к ванной комнате.
  Он дергает дверь; она заперта.  Он смотрит на нее несколько секунд, корча гримасы, которые чаще всего ассоциируются с бритьем.
  Затем он замечает черный электрический кабель, который выходит изнутри на высоте голени, утопленный довольно любительской стамеской в косяк.  На уровне земли она исчезает во влажной земле сбоку от каменного порога.  Он наклоняется и для пробы дергает ее.  Она заглублена неглубоко и проходит в перпендикулярном направлении, прочь от здания.  Он разгребает рыхлую почву и утрамбовывает ее.
  Теперь он замечает едва заметную тропинку, ведущую в кустарник.  Он осторожно пробирается между терновником и боярышником и обнаруживает пристройку без окон, напоминающую старый гараж, обшитый асбестовыми панелями.
  Двустворчатые двери защищены тяжелым висячим замком на засове, но они плохо пригнаны.  Ему кажется, что он что–то слышит, и он прикладывает ухо к щели - несомненно, слышится механический шум, который ему не кажется незнакомым.
  Он подносит факел к трещине над головой и обращает все свое внимание на задачу.
  Ага!
  Не трофеи - не таращащиеся чучела голов и позированные трупы диких животных, – а холодильное оборудование!  Вдоль стен гаража выстроены морозильные камеры, а в дальнем конце над прочной деревянной скамейкой висят пучки сушащихся растений и мелкая дичь: фазаны, куропатки, голуби и – да – пара зайцев.
  -Черт возьми.
  Тонкие волоски на затылке сержанта Лейтона встают дыбом.
  Ни с того ни с сего голос Уильяма Тейлора-Брауна нельзя ни с чем спутать – акцент представителя высшего класса пронизывает даже единственное гневное ругательство.  Мысли проносятся в голове сержанта Лейтона.  Неудачная поездка в заповедник?  Спустившая шина.  Разочарование, усугубленное подозрительностью.
  Он зашел прямо за дом.
  Заметил ли он недавно потревоженную землю?
  Через двадцать секунд сержант Лейтон будет скомпрометирован.
  Знай свой выход.
  Это максима Скелгилла.  Войдя в незнакомую комнату, первое, что он делает, это подходит к окну - и не ради эстетики вида, хотя он и заставляет его выглядеть именно так.
  Сержант Лейтон ознакомился с "видом".
  Низкий забор из каштановых палисадников отделяет участок Тейлор-Браун от линии деревьев.  Между забором и деревьями протекает глубокая река из свежей зеленой растительности.
  Стингеры.  Даже горожанин узнает стингеров.
  Он протискивается между задней стеной гаража и забором, использует комбинацию столба и карниза конструкции, чтобы перебраться через него, и, стиснув зубы и подняв руки, продирается сквозь заросли крапивы высотой по грудь.  Он проходит прямо под деревьями и перелезает через вторую проволочную изгородь на пастбище для овец за ней.  Он быстрым шагом направляется в направлении, которое приведет его к машине.
  Он не уверен, но, возможно, он слышал скрежет замка – Тейлор-Браун проверял, никто не трогал его?  И тут раздался скрип открывающихся дверей и топот шагов внутри.
  Он время от времени перезванивается.  Преследования нет.  Это становится привычкой - избегать Тейлор-Брауна.  Он ловит себя на том, что тихонько насвистывает "Великий побег".
  Но чувство возбуждения длится недолго.  По мере того, как частота пульса спадает, ноги и низ живота начинают сначала покалывать, а затем саднить.  Жала проникли ему в брюки и нашли голый живот.
  Начинает проявляться медленная пытка.
  Он морщится и оглядывается по сторонам.  За оградой растет множество трав, недоступных прожорливым овцам.  Листья щавеля – это то, чего он хочет, но разве Скелгилл не клянется чем-то другим?  Soordockin, как он это называет, меньше и предположительно эффективнее.
  Но сержант Лейтон сомневается, что может доверять себе даже в том, что узнает лист щавеля – что, если он натрется на ядовитый плющ и только усугубит ситуацию?
  Он рычит – прямо сейчас ему не помешало бы столкнуться с доктором Хильдой Смит – и не по одной причине.
  OceanofPDF.com
  22. БРЕНДА
  Хоксхед и Конистон – 10.30 утра
  ТБЛАГОДАРЮ ВАС ЗА то, что вы встретились со мной так быстро.
  ‘ Это не проблема, хотя я не должен отсутствовать слишком долго.  Джеральду понадобятся его "одиннадцатые", и он придет меня искать.
  -Конечно.
  Бренда Смитсон протягивает руку, чтобы коснуться лежащей на столе сумки с логотипом Sampsons.
  - Он не может насытиться этими бисквитами с Ястребиными головками, и они, должно быть, вредны для его сердца.
  СЕРЖАНТ Джонс кивает, хотя она занята своим мобильным телефоном, и кладет его между ними лицевой стороной вверх.
  - Вы не возражаете, если для ускорения я запишу наш разговор?
  ‘ Вовсе нет.  Должно быть, трудно придумывать вопросы и писать заметки.
  ‘ Может быть.  Но у меня не так уж много вопросов.
  Сержант Джонс оглядывается по сторонам.  Несмотря на то, что сегодня воскресенье, в гастрономе многолюдно, и у прилавка стоит очередь, создавая фоновый шум, который служит прикрытием для их разговора.  Увиденные в окне прохожим, они могли оказаться двумя знакомыми - возможно, даже матерью и дочерью, – пьющими утренний кофе.
  Сержант Джонс в первую очередь хочет узнать у Бренды Смитсон, не происходило ли чего-либо предосудительного во время ее незаконной связи в ресторане "Конистон".  Но она переводит дыхание, чтобы напомнить себе, что все возможности остаются в силе и что вежливая, хорошо одетая пожилая женщина перед ней, возможно, не такая, какой кажется.
  Однако Бренда Смитсон нервничает только из-за того, что ее застукали в компании полицейского, и именно она быстро приносит извинения.
  – Мне жаль, что я не смог сразу рассказать тебе о своей поездке в Киррок.
  -Все в порядке, я все понимаю.
  Женщина складывает руки вместе.
  ‘ Просто Джеральд такой– ну– он параноик.  Он никогда не смог бы выкинуть это из головы, если бы услышал, что я обедала с другим мужчиной – неважно, что это было совершенно невинно.
  Сержант Джонс улыбается; она видит, что женщине есть что сказать.
  ‘ Как бы то ни было, с тех пор как пришли вы и ваш коллега, он придумывает всевозможные теории заговора.  Он настаивает, что это не мог быть обычный звонок.  Он говорит, что если полиция посылает инспектора и сержанта, значит, это еще не все.  Но он пишет о преступлениях, понимаете?  Поэтому он делает поспешные выводы.
  Бренда Смитсон смотрит сквозь зеркальное стекло на пряничную лавку, откуда должен был появиться ее муж.
  Она снова поворачивается к сержанту Джонсу.
  - С другой стороны, именно то, что он сказал, что это серьезно, заставило меня подумать, что я должен связаться с вами.
  - И мы ценим это, миссис Смитсон.
  Сержант Джонс не говорит, насколько важным было ее сообщение о своем обеде в третьем ресторане, факт, который решительно склонил чашу весов в пользу связи с Великолепным камбрийским меню.
  Женщина тихо вздыхает.
  - Что ж, к счастью, убийства не произошло.
  Сержант Джонс держит руки на коленях, вне поля зрения, и с трудом подавляет желание скрестить пальцы.  Ей определенно кажется, что в меню значится убийство.
  Она предпочитает обратить внимание на спорный, хотя и маловероятный аспект замечаний Бренды Смитсон.
  – Когда вы говорите о теориях заговора, не могли бы вы пояснить?
  Женщина поднимает брови в знак своего раздражения мужем, но, тем не менее, наклоняется ближе и понижает голос.
  - Ну, например, вы упомянули нам имена двух дам, которые были отравлены.  Позже Джеральд вспомнил, что знал одну из них – ту, которую звали Морна, не так ли?
  Сержант Джонс кивает.
  - Вы хотите сказать, что он знает ее лично?
  Бренда Смитсон качает головой.
  ‘ Видите ли, на самом деле он ее не знает.  В том-то и дело.  Но он узнал имя и просмотрел свои записи.  Она руководит книжным клубом – читательской группой на Уиндермир–уэй, - и они пригласили Джеральда выступить на одном из их собраний.  Ему не нравятся подобные вещи – он может показаться дерзким и уверенным в себе, но на самом деле он довольно застенчивый – вот почему он пишет под псевдонимом.  Он не стремится к публичности.  Я думаю, он был раздражен тем, что эта женщина узнала его личность и раздобыла его адрес.  Поэтому он отправил резкий ответ.  Ей это не слишком понравилось, и они немного повздорили.  Как бы то ни было, в итоге это одна из его теорий – что она прислала ему яд.
  Сержант Джонс широко раскрывает глаза.
  – Но ... как бы она это сделала?
  ‘ Ну, я знаю, я сказала это Джеральду.  Но, полагаю, когда твоя голова забита детективами, возможно все, не так ли?  Я имею в виду, что сейчас я читаю сериал о Томе Рипли.  Их хорошо ценят, но вам действительно нужно перестать сомневаться в некоторых возмутительных вещах, которые ему сходят с рук.  У Джеральда богатое воображение.  Сообщник его детектива - кот!"
  Сержанту Джонсу приходится сдерживать улыбку и искушение порассуждать об истинных чувствах этой женщины к своему мужу.
  Но время дорого.
  ‘ Миссис Смитсон, о чем я особенно хочу вас спросить, так это о том, не запомнилось ли вам что-нибудь необычное во время вашего ужина в Кирроке.  Что-нибудь о том, как персонал или другие клиенты взаимодействовали с вами, что-нибудь о том, как подавалась еда".
  Эта женщина не глупа.
  - Вы хотите знать, не подделывали ли его.
  Сержант Джонс рефлекторно поднимает руку.
  - Ну, да, полагаю, к этому все и сводится.  Очевидно, что в цепочке поставок есть много точек, куда токсин мог быть случайно введен – и мы расследуем это, – но если бы это было на финальной стадии, вы могли бы быть наиболее вероятным свидетелем ".
  Бренда Смитсон, похоже, серьезно относится к этой ответственности; она постукивает кончиками пальцев друг о друга и медлит с ответом.
  ‘ Ну, я уверен, вы должны были подумать об этом, но если и было что–то необычное в еде, так это то, что я не смог съесть больше половины.  Я полагаю, это были нервы – я придумал оправдание, что выздоравливал после сильной ангины.  Это было так дорого, и я лечился.  Но я хочу сказать, что они забрали некоторые блюда обратно, и я не видел, что случилось с едой, пока они не отдали мне коробку с едой навынос, когда мы уходили ".
  Женщина справедливо отмечает, что ее еда подвергалась дополнительной обработке.
  – Подходил ли к вашему столику кто-нибудь, кого вы не знали, хотя бы случайно?
  Но Бренда Смитсон качает головой.
  – Мы забились в маленький уголок - хотели быть незаметными.
  ‘ Хорошо.  А что насчет ресторана – были ли какие-нибудь происшествия, которые показались вам необычными?
  Она снова качает головой, отчего по аккуратной стрижке проходит рябь – до тех пор, пока она не поднимает палец.  Голубизна ее радужек, кажется, становится ярче.
  ‘ О, я точно помню, что кто–то из посетителей, должно быть, попросил сделать селфи с шеф-поваром - он вышел во всем белом.  Мы были рады его видеть, потому что, как вы знаете, иногда в таких заведениях готовит не настоящий знаменитый шеф–повар, что может показаться мошенничеством ".
  Сержант Джонс обдумывает этот факт, но идет дальше.
  ‘ Миссис Смитсон, ваш– ваш друг.  Он съел все блюда из дегустационного меню – и был в полном порядке, верно?
  Бренда Смитсон энергично кивает, но затем, похоже, хочет взять свои слова обратно; она прикусывает нижнюю губу.  Это, конечно, молчаливое признание того, что у нее впоследствии был контакт с этим мужчиной.
  Сержант Джонс ведет честную игру – хотя лишь на самый мимолетный миг ей приходит в голову мысль, что женщина и ее кавалер, возможно, сговорились отравить ее мужа, – но она отвергает это как невероятное лакомство, исходящее от сыскной школы Кендалла Минто.
  Однако она пользуется возможностью, чтобы чуть-чуть повернуть винт.
  – Вспоминая, как заболел ваш муж - я так понимаю, это он не хотел ложиться в больницу?
  Но, к удивлению сержанта Джонса, женщина признается во всем.
  ‘ Боюсь, это зависело от меня.  На самом деле есть две вещи.  Во-первых, Джеральд немного ипохондрик, так что я не совсем воспринимал его всерьез.  Потом, когда я начал ему верить и он рассказал историю своей семьи – ну, видите ли, – я выпил пару бокалов вина за обедом – мой друг забрал меня с деревенской автостоянки.  Так что я старался ждать как можно дольше, пока не решу, что смогу безопасно вести машину.  Естественно, я почувствовал себя ужасно, когда узнал, что его отравили.
  Сержант Джонс заботливо улыбается.  В целом, рассказ Бренды Смитсон кажется аргументированным и убедительным.  Хотя она помнит из их первого интервью в присутствии Джеральда Смитсона, что он заявил, что его жена обрабатывала всю его корреспонденцию.
  *
  Надвигается буря.
  Когда сверкающая вода Конистона начинает мерцать сквозь придорожные дубы и ольхи, сержант Джонс бросает взгляд на небо, его лазурное полотно теперь испещрено свободными мазками перистых облаков – кобыльи хвосты, как называет их Скелгилл, яркая передовая кавалерия совершенно темных сил вторжения.  Такова погода в Лейкленде: как только вдали появляется горизонт, надвигается еще один теплый фронт.
  Деревня Конистон находится всего в четырех милях от Хоксхеда и в восьми от Эмблсайда и основного маршрута с севера на юг через Озера, и все же Конистон живет в стесненных условиях.  Как таковой, он не напоминает ни о сказочной фантазии Хоксхеда, ни о высококлассной альпийской атмосфере Эмблсайда.  В его голубом сланце чувствуется утилитарная атмосфера строгости и гнетущий фон из голых холмов, бугристых и корявых, на которые прохожие, похоже, готовы взобраться.  Это центр, созданный не для легкомысленных походов по ресторанам и магазинам, а для организации экспедиции.
  Но у него есть звезда Мишлен - хотя этот кулинарный шедевр прячется под спудом – и сержант Джонс пропускает Киррок с первого захода.  Его затмевает пара больших полотняных баннеров, рекламирующих местный музей, в частности: “Культовая Bluebird K7 Дональда Кэмпбелла полностью отреставрирована и возвращается домой в Конистон”, эти слова сопровождаются изображением легендарного, но злополучного гидроплана с реактивным двигателем в натуральную величину.
  Со второй попытки она замечает неброский логотип с круглым рисунком над узким фасадом, состоящим всего из одного портретного окна и двери рядом с ним.  Элегантная кобальтовая краска придает соответствующий оттенок голому местному сланцу террасы.  Ей вспоминается перевод Скелгилла, согласно которому Киррок - это "каменный круг".
  Она паркуется напротив и переходит улицу пешком.  Табличка на двери сообщает ей, что закусочная закрыта до полудня.  Она прижимается лбом к прохладному стеклу и прикрывает глаза.  Это бижутерия, крошечная, узкая и простоватая по сравнению с роскошью Броссена, всего с пятью столиками, которые она может видеть, и полудюжиной дополнительных табуретов, четырьмя у стойки бара и двумя у окна.
  Признаков жизни нет, хотя на стене горит слабое освещение, и она пытается открыть дверь, но та заперта.  Она стучит четыре раза.  Ничего не происходит.
  Она собирается отойти и попытаться позвонить по мобильному телефону, когда ее внимание привлекает какое-то движение.  Молодой человек – студенческого возраста и в одежде – подходит, протирая кухонным полотенцем бокал с вином.  Выражение его лица дружелюбное, но он указывает на табличку ‘Закрыто’.  Он также может произнести одними губами: “У нас все занято”.
  Сержант Джонс предвидела такую реакцию и показывает свое служебное удостоверение.
  Это срабатывает, и мальчик открывает дверь.  Он кажется немного испуганным, но взволнованным и готовым помочь.  Похоже, ему одному поручено подготовить заведение к прибытию другого персонала и шеф – повара.
  Молодой и впечатлительный сержант Джонс считает его идеальным человеком, над которым можно возвышаться.
  Сейчас самое время действовать быстро и действовать так, как поступил бы Скелгилл.
  Она поднимает свой мобильный телефон, как будто собирается делать заметки.
  - Мы пытаемся найти человека, который обедал здесь 12-го июня.  Не могли бы вы показать мне журнал бронирования на этот день?"
  Она говорит так, как будто это обычная просьба, к которой она ожидала бы удовлетворения.
  И, не колеблясь, парень заходит за стойку и приносит на стойку ежедневник встреч в кожаном переплете; похоже, Kirrock использует традиционную систему бронирования вручную.
  Он находит нужную страницу, поворачивает дневник и поочередно показывает на каждую сторону.
  – Слева - обед, справа - ужин.
  Записи сделаны карандашом несколькими разными почерками, некоторые зачеркнуты и вписаны новые имена.  Это не совсем разборчиво.
  - Я просто сфотографирую это.
  -Мило.
  Прилагательное "Поколение Z" вызывает улыбку в уголках ее рта.
  - Вы были здесь в тот день?
  Он вытягивает шею, полуоборачивая голову, чтобы прочесть, ища какой-нибудь знак, который обозначил бы его присутствие.
  "А-а-а!"
  Сержант Джонс делает широкий жест рукой, приглашающий, что бы это ни было, он может быть готов.
  – Ну, видишь ли, у нас был Тим Клюз.
  Она прищуривает глаза.
  - Тот актер, Тим Клюз?
  Мальчик энергично кивает, по-видимому, испытывая облегчение от того, что секрет раскрыт.
  – Да, они снимают "Синюю птицу" – вы знаете – рекорд скорости движения на воде - трагедию – 1967 года?  Тим Клюз играет Дональда Кэмпбелла.’
  Сержант Джонс на мгновение чувствует себя сбитой с толку.  Обычно она в курсе подобных вещей.  Но - звездочка Голливуда?  С другой стороны, почему бы им не приехать в Конистон на съемки?  Тим Клюз - признанный англофил.
  Она бросает взгляд на записи в дневнике.
  - Я не вижу его имени.
  Теперь мальчик бросает на нее взгляд, как будто сомневается, что она может быть такой наивной и поэтому, должно быть, сомневается в его честности.
  ‘ О, нет, но это нормально.  Если к нам приезжает знаменитость, у них заказывает суслик.  Он тычет пальцем.  ‘Это вход, мистер Шорт, столик на четверых.  Мы не знали, пока он не вошел.  Он был очень скромным – он не хотел, чтобы с ним обращались по красной ковровой дорожке.  Только пообедает и возвращается к работе.’ Теперь мальчик поднимает к ней лицо с самым ошеломленным видом.  ‘Можете поверить – на самом деле он просто хотел, чтобы мы приготовили ему бутерброд с камберлендской колбасой, и не притронулся ни к капле алкоголя.  И он оставил солидные чаевые наличными – стодолларовую купюру".
  Сержант Джонс продолжает хмуро читать список, когда кто–то, очевидно, входит через заднюю дверь и сразу же начинает греметь кастрюлями, сковородками и металлическими подносами; мальчик немного встревоженно оглядывается через плечо - и, возможно, чувствует, что превысил свои полномочия, потому что закрывает дневник.
  Сержант Джонс решает вложить свой выигрыш в банк.  Время поджимает, и у нее есть главное, чего она хочет.  Другие вопросы можете оставить себе.
  Она благодарит мальчика и уходит.
  Выходя, она оборачивается, чтобы посмотреть на фасад, и видит, что он наблюдает за ней.  Она подходит, делая вид, что изучает меню.  Но она просто хочет привести в порядок кое-какие мысли.
  Она сердито уставилась на список забронированных мест потому, что не только не увидела Тима Клюза, но и отсутствовало имя знакомого Бренды Смитсон.  Он тоже написал книгу с заимствованным эпитетом?  И почему Бренда Смитсон не упомянула Тима Клюза?  Она вообще была здесь?
  OceanofPDF.com
  23. ПОДСЛУШИВАНИЕ
  Природный заповедник Бассентуэйт – Дабс - 11.30 утра
  WНА что смотрит ЭТОТ чудак Тейлор-Браун?
  Сержант Лейтон в отчаянии прихлопывает муху.
  Он терпеливо ждал в своей машине у паба в Эмблтоне.  Фиолетовый "Вольво" был припаркован у коттеджа.  Примерно через двадцать минут Уильям Тейлор-Браун появился с пухлой сумкой cool от супермаркета и уехал.  Оттуда сержант Лейтон проследил за ним до их нынешнего местонахождения, заповедника Бассентуэйт Дабс.  Это место представляет собой низменное болото ольхового карра с участками густых зарослей тростника и темными лужами – дубами, по местному названию.  Сержант Лейтон потерял связь, когда парковался, но с помощью разумного подхода обнаружил мужчину в пятидесяти ярдах впереди на тропинке и наблюдал за ним из-за густой ивы.
  Примечательно, что Уильям Тейлор-Браун представляет уменьшенную версию самого себя.  Он без своего длинного пальто и большого рюкзака. Ясно, что он не может прятать при себе свое ружье - и у него нет средств, чтобы утащить дичь или что-то в этом роде.  Вместо этого он одет только в ворсистые походные брюки и ботинки – и носит свой бинокль в обычной манере орнитолога.  Возможно, в кои-то веки он действительно выполняет свои обязанности рейнджера и наблюдает за дикой природой.
  Но почему он пристально смотрит в одну точку?  Насколько может судить сержант Лейтон, птицы летают повсюду, и они дают о себе знать постоянным шумом воинственных криков, пронзительных свистков и настойчивых трелей.
  Он осторожно маневрирует, пока не оказывается в поле зрения на открытом пространстве болота.
  Хильда.
  Даже без бинокля он узнает двухцветный зеленый топ в стиле майки и загорелую кожу обнаженных рук и плеч.
  Тейлор-Браун наблюдала за доктором Хильдой Смит.
  Облако рассеивается, и сержант Лейтон щурится от мгновенно яркого солнечного света, отражающегося от воды и глянцевой листвы.  Кажется, она изучает какую-то растительность, тщательно передвигаясь по мшистому участку на краю группы деревьев на возвышенности позади нее.  Она сутулится – и время от времени прерывается, чтобы размять спину, без сомнения, демонстрируя свои гибкие формы вуайеристу с помощью оптического увеличения.
  Сержант Лейтон испытывает растущее чувство беспокойства.  Он не хочет раскрывать себя, но быстро разрабатывает альтернативный план.  Карта на вывеске указывала тропинку, идущую по периметру – если он пойдет против часовой стрелки, то сможет добраться до рощицы за доктором Хильдой Смит незамеченным Уильямом Тейлором-Брауном.
  Он пускается в лучший вариант пробежки, на который только способен.  Внезапно становится жарко, и он проходит через очаги душистого запаха, исходящего от кустов полевых цветов, и – стараясь не вдыхать – мерцающие столбы мошек в решительном ухаживании.  Время от времени раздается хлопанье крыльев, когда он застает врасплох фазана или вытаскивает утку из канавы, но он скрещивает пальцы, чтобы они его не выдали.
  Через десять минут он добирается до деревьев и, прикинув, что должен быть недалеко от позиции доктора Хильды Смит, сворачивает в подлесок.
  Снова соблюдая осторожность, сержант Лейтон издает беззвучное восклицание удовлетворения.  Чуть впереди, прислоненный к массивному дубу, стоит замаскированный рюкзак и пакеты для образцов quadrat и прозрачного полиэтилена, в которых он узнает ботаника.  Более того, примерно в тридцати футах дальше, сквозь редкую листву, он замечает ее, стоящую к нему спиной.  Он поздравляет себя; у него получается все лучше выслеживать нелепицу.
  - Доброе утро, юная леди.
  Изысканный мужской голос, знакомый, останавливает его на полпути.  Он тихо ругается.  Тейлор-Браун, должно быть, сделала круг по часовой стрелке.
  Сержант Лейтон скользит за дуб.
  Он не совсем расслышал ответ доктора Хильды Смит, но сразу становится ясно, что она направляется в его сторону, к своему оборудованию (и, предположительно, следовательно, мужчина последует за ней).
  Недолго думая, сержант Лейтон вскакивает на низкую ветку и начинает карабкаться.
  Стиснув зубы, он пытается вспомнить совет Скелгилла – что-то вроде того, что если бы ваши руки были предназначены для лазания, они были бы размером с ваши ноги.
  Но как далеко он должен зайти?
  Он насчитал пять ветвей – и у него сразу закружилась голова, когда он посмотрел вниз – там, должно быть, футов тридцать!
  Он садится верхом на настоящую ветку и обхватывает ствол руками.
  Они более или менее под ним – но, к счастью, вне поля зрения с противоположной стороны от основания дуба.
  – Хильда, дорогая, ты случайно не следила за мной?
  Уильям Тейлор-Браун звучит так, словно он поддразнивает, но сержант Лейтон чувствует укол вины.
  Молодая женщина отвечает спокойно.
  "У меня нет времени на преследование – но зачем мне это делать?"
  У сержанта Лейтон складывается впечатление, что Уильям Тейлор-Браун придвигается к ней поближе.
  - Ты был так любезен, когда мы впервые встретились.
  - Я рад быть полезным.
  ‘ А теперь ты сдал меня полиции.  Думаю, ты у меня в долгу.
  Сержант Лейтон не смеет пошевелиться, но чувствует, что доктор Хильда Смит отошла в сторону от дерева.
  ‘ Я не сдавал вас полиции – я сообщил о боеприпасах в природном заповеднике, – если вы об этом.  С чего бы вам беспокоиться?  Ты рейнджер – я помогаю тебе.’
  Наступает пауза, и сержант Лейтон слышит, как мужчина с сомнением бормочет что-то.
  - Значит, в пятницу вас не было в Милквуде?
  – Я был в Милквуде, но не с прошлого понедельника.
  - Вы не искали меня сегодня утром у моего дома?
  - Я и близко не подходил к вашему дому.
  И теперь сержант Лейтон, возможно, замечает легкую неловкость в ее отрицании того, что она знает, где он живет.
  ‘ Хм.  Жаль, что больше.  У меня есть несколько образцов, которые могли бы вас заинтересовать.
  - Я так не думаю.
  ‘ Да ладно тебе, Хильда.  Мы так хорошо ладили, когда ты впервые приехала на Озера.
  - Я бы предпочел, чтобы вы называли меня доктор Смит.
  - Только если ты пообещаешь принести свой стетоскоп.
  Раздается непристойный смешок Уильяма Тейлор-Брауна.
  - Я не такой врач.
  - Я уверен, ты могла бы поиграть в ролевуюигру.
  - Я так не думаю.
  О, перестань, перестань...
  ‘Не прикасайся ко мне!  Padaj!’
  В ту долю секунды, когда сержант Лейтон решает, что он должен вмешаться, голос Уильяма Тейлор-Брауна повышается на октаву.  Слышен треск сучьев, вызванный резким движением ног.
  ‘Боже милостивый!  Ты всегда носишь это с собой?
  Теперь ответ молодой женщины подсказывает сержанту Лейтон, что пара ниже находится дальше друг от друга.  Ее словацкий акцент становится более заметным.
  - Я ношу с собой все, что мне нужно для моей работы.
  Уильям Тейлор-Браун пыхтит и отдувается.
  - С каких это пор это распространилось на сдирание кожи?
  - Я уверен, вы слышали о вторжениях.
  Немедленного ответа нет, но когда Уильям Тейлор–Браун заговаривает снова, становится ясно, что теперь он находится в нескольких ярдах от нас.
  ‘ Хильда, дорогая.  Тогда я оставляю тебя наедине с твоими вторжениями.  Его тон успокаивающий и сдержанный, как будто ничего предосудительного не произошло.  – Но просто будь осторожен - я подозреваю, что среди нас бродяга.  Возможно, мы сможем встретиться позже – позовите нас на полдник, если хотите, – я приготовлю тарелку вкусного супа из крапивы специально для вас.
  Сержант Лейтон начинает сожалеть о своем выборе безопасной позиции по мере того, как он все глубже погружается в неумолимую букву "V’ между веткой и стволом.  Он сильнее хватается за шероховатую кору.
  Хруст примятого подлеска внизу стихает по мере того, как Уильям Тейлор-Браун удаляется.  Доктор Хильда Смит, очевидно, стоит и молча наблюдает, чтобы убедиться, что мужчина уходит.
  ‘ Теперь можете спускаться, сержант Лейтон.  Вы похожи на медведя коалу.
  Что?!  Как?
  Сержант Лейтон скользит, соскальзывает и с глухим стуком падает на землю.  Он вскакивает на ноги и обнаруживает хитро ухмыляющуюся докторшу Хильду Смит так близко, что она протягивает руку, чтобы успокоить его.
  - Ты, должно быть, тот самый сталкер.
  ‘ Кор, у меня не очень–то получается.  Как раз тогда, когда я думал, что набираюсь сноровки.
  - Он не знал, что ты там был.
  Сержант Лейтон усмехается.
  –Ха-ха - но ты это сделал.
  - Я родом из деревни.
  Но ее нижняя губа выпячивается, и он обнаруживает, что она была напугана.  Он прослеживает за ее взглядом на ее рюкзак, который потревожен и лежит на боку.  Карман на молнии открыт, и из него торчит предмет спора – рукоятка армейского мачете с латунными заклепками.
  - С вами все в порядке, доктор Смит?
  Она придвигается еще ближе и крепче прижимается к нему.  Ему не нравится встречаться с ней взглядом, но теперь он не может не заметить, что она снова без лифчика.  Он чувствует запах мяты в ее дыхании, а также то, что она потеет.
  ‘ Зовите меня Хильдой, пожалуйста.  Я была счастлива, что вы здесь.
  У сержанта Лейтона возникает внезапное желание одновременно обнять ее и признаться во всем – рассказать ей все о своем расследовании, несмотря на то, что он не согласовал это с шефом.  В конце концов, он только что более или менее проинформировал Джада Хоупа, и он не сомневается, что если бы Скелгилл был на его месте, он не позволил бы церемониям встать на пути прогресса.
  Но в подслушанном разговоре есть что–то, что насторожило его – и он испытывает прилив противоречивых эмоций, несмотря на то, что его тянет к ней, – и что она отвечает ему взаимностью, явно отвергнув нежелательные ухаживания Уильяма Тейлор-Брауна.
  Это многозначительная пауза – до тех пор, пока доктор Хильда Смит не разрушит заклинание.
  –Боеприпасы - они принадлежали ему?
  ‘ А?  Что... э–э... да... в общем, он это отрицает.
  Сбитый с толку ее резким переключением на практическую тему, сержант Лейтон проговаривается кое о чем из своего дела.  Но теперь он думает, что может, по крайней мере, признать этот момент.
  – Он пытался обмануть меня пульками от пневматического ружья - считал, что они принадлежат стрелку, который контролирует паразитов в Фонде дикой природы Дервентдейла.
  Она хмурит брови.
  - Такого человека не существует.
  Сержант Лейтон резко откидывает голову назад.
  – Что... ты хочешь сказать, что он все это выдумал?
  Доктор Хильда Смит криво улыбается.
  – Могу вам сказать - он многое выдумывает.
  Сержант Лейтон хмурится – отчасти из-за самобичевания за то, что приняла утверждение Уильяма Тейлор-Брауна за чистую монету, – но теперь он улавливает ее двусмысленность.
  - Этот Тейлор–Браун ... У вас раньше были с ним неприятности?
  Доктор Хильда Смит немедленно ослабляет хватку и делает полшага назад.  Она с раскаянием опускает взгляд.  Сержант Лейтон видит, что она сжимает кулаки.
  ‘Когда я начинал свой проект, он водил меня по заповедникам.  Он был довольно обаятелен.  И я помог ему определить некоторые растения, которые он искал – его специализация – птицы и млекопитающие - фауна, а не флора.’
  Сержант Лейтон чувствует, что ему не следует позволять заботе взять над ним верх – в конце концов, женщина может быть искренней и раскованной, но она не кокетлива и, по правде говоря, даже не теплая; более того, в ее поведении кроется суровый прагматизм.
  Соответственно, он ступает немного наискосок.
  ‘ Насколько я понимаю, в свободное время он что-то вроде собирателя.  Я полагаю, что, находясь в заповедниках, все попадает ему в руки.
  Доктор Хильда Смит оправилась от приступа самоанализа; у нее есть небольшая эмоция – она притворяется, что плюется.
  - Надеюсь, его ужалила крапива.
  Сержанту Лейтону вспоминается его собственная встреча; он печально усмехается.
  - Хах – Мне бы не помешал твой совет раньше – я наткнулся на чертовски большое скопление ’стингеров’.  Он решает не вдаваться в подробности обстоятельств.  – Я искал листья щавеля, но испугался, что по ошибке сорву ядовитый плющ.
  Доктор Хильда Смит смотрит на него немного непонимающе.
  ‘ Сержант Лейтон, у вас в стране нет ядовитого плюща.  Toxicodendron radicans – произрастает на востоке Северной Америки.
  Сержант Лейтон оказывается немного загнан в угол ее небрежным опровержением.
  ‘ А – ну– вот и все.  Так на одну причину для беспокойства меньше.
  Она мгновение наблюдает за ним, а затем опускается на одно колено, расстегивает молнию на рюкзаке и достает маленький прозрачный полиэтиленовый пакет.  Она оглядывается, встает и делает пару шагов к замшелому холмику, поросшему низким кустарником.
  – Пойдем, я тебе кое-что покажу.
  Сержант Лейтон выполняет приказ.
  Она вырывает древесный стебель с мелкими листьями, чтобы лучше видеть его.  Сержант Лейтон наклоняется вперед в талии и издает небольшой непроизвольный стон.
  - Тебе знаком этот фрукт?
  Сержант Лейтон хмурится.
  – Похоже на чернику - хозяйка считает, что я должен есть их с йогуртом на завтрак.’
  ‘ Почти верно.  Черника.  Vaccinium myrtillus.  Голубика из супермаркета - это Vaccinium myrtilloides.
  Для неподготовленного уха сержанта Лейтон она просто повторила латинскую терминологию.
  – Вау - теперь ты ослепляешь меня наукой, Хильда.
  Он понимает, что назвал ее по имени всего лишь в первый раз, несмотря на ее предыдущие увещевания.  Кажется, это смягчает ее манеры – и она снова тянется к его руке и заставляет опуститься на колени рядом с ней.
  - А теперь посмотри.
  Она поднимает прозрачный пластиковый пакет для образцов, и он видит, что в нем ягоды, похожие на те, что растут на кусте.  Она держит их так, чтобы они были рядом.
  - Сержант, вы можете почувствовать разницу?
  Сержант Лейтон всматривается так близко, насколько позволяет его фокусное расстояние.
  - Они ведь одинаковые, не так ли?
  Доктор Хильда Смит бросает на него острый взгляд и приветственно взмахивает сумкой.
  – За исключением того, что три или четыре порции этого с вашим йогуртом - и вы бы не пришли на работу.
  Сержант Лейтон сглатывает, но ничего не замечает.
  ‘Atropa belladonna.  Смертоносный паслен.  В моей стране мы называем его черной сиренью.  Предпочитает известковые почвы.  В Камбрии встречается редко, но, как видите, не совсем отсутствует.
  Сержант Лейтон встречается с ней взглядом.  Она улыбается, почти торжествующе, как ему кажется.
  – Черт возьми, девочка, хорошо, что я никогда не любила йогурт.
  OceanofPDF.com
  24. МОРНА
  ГородаУиндермир – 12 : 15
  F"От ФАР СОУРИ до Ферри Наб" звучит для сержанта Джонса скорее как название буколического романа викторианского реализма, пропитанного непосредственными окрестностями в литературе Вордсворта, Беатрикс Поттер и Артура Рэнсома – действительно, пересекая Уиндермир, наблюдая, как сверкают и переворачиваются паруса, а маленькие шлюпки проходят так близко, что поднимают пахнущие диатомовыми водорослями брызги великого озера, вызывает прилив детских воспоминаний о Ласточках и Амазонках.  Ласточек она видит, но амазонки – в наши дни принято думать о детективных загадках.
  Паром значительно сокращает количество обратных рейсов, которым он мог бы подвергнуться в противном случае, и делает остановки против часовой стрелки в Хоксхеде, Конистоне, городах-близнецах Уиндермир и Эмблсайде.  То, что он запускается примерно каждые двадцать минут, приводит к потенциальной задержке такого порядка, но даже в этом случае решение принимается не хуже, чем “шесть с половиной дюжин”, как сказал бы Скелгилл.
  Она задумчиво смотрит на мерцающее отражение слегка сгущающихся перисто-слоистых облаков, которые сейчас образуют первую волну, следующую за тонкой перистью.  Скелгилл - законченный реакционер, когда дело доходит до его предпочтения имперских размеров, унаследованных от корявых авторитетов, которые вырубили его детство на склонах холмов, фермах и лесах.  Фаренгейт для погоды, фунты аво-дюпуа для рыбы и фарлонги для полей.  Как он быстро указывает, английский закон устанавливает цену за пинты и мили, и – с добавленной иронией – никогда не будет супермаркета, который пытается продавать яйца по пять штук.
  Она печально улыбается; это время для размышлений приносит с собой, подобно облакам, возвращение придирок, которые преследовали ее с тех пор, как медсестра осторожно разбудила ее этим утром.  Невозможно вспомнить Скелгилла без того, чтобы эта проблема не всплыла на поверхность.
  Но она решает не впадать в уныние – вместо этого подумать о том, что нужно сделать.  Сначала сделай, а потом уже не волнуйся.  Еще один скелгиллизм.
  Поскольку восточное побережье Уиндермира совсем рядом, она может, по крайней мере, переключить свои мысли на следующее "дело". Она возвращается к своей машине и послушно пристраивается к медленно расходящемуся потоку машин.  От пристани до заброшенного коттеджа, который Морна Форчун делит со своим мужем, врачом общей практики доктором Мартином Блэкстаффом, всего миля.
  Хотя сержант Джонс выдвинул идею о терапевте как о человеке, представляющем интерес, особенно учитывая необычный токсин, на первый взгляд, сильных связей здесь нет.  Это самый надежный общий фактор для ресторанов изысканной кухни - все участники Великолепного камбрийского меню.  Но есть также любопытная связь – которая, говорит она себе, наверняка должна быть совпадением – разногласий между Морной Форчун, в ее качестве организатора книжной группы, и автором уютных детективов Джеральдом Смитсоном.  Хотя она согласна с женой этого человека в том, что это фантазия с его стороны – не в последнюю очередь в том, что если зараженная еда поступила из Киррока в Конистоне, то отравлена должна была быть Бренда, а не Джеральд Смитсон.  Сержант Джонс принимает исполнительное решение не исследовать эту зацепку – это, скорее всего, только спровоцирует колючую Морну Форчун и загонит ее в свою раковину.
  Подойдя к калитке и немного повозившись с ее ржавой щеколдой, сержант Джонс слышит скрип открывающейся входной двери; она поднимает голову и видит, как одновременно появляется женщина. На ней разноцветный шарф в цветочек, а в руках она держит плетеную корзинку, как будто собирается за покупками.
  Они обмениваются выражениями удивления – и сержант Джонс уверена, что в них читается недовольство, если не откровенная враждебность, – но когда она делает шаг вперед и закрывает за собой калитку, происходит внезапная трансформация, и то, что можно истолковать только как приветственную улыбку.
  ‘ Сержант Джонс, я так и думал, что вы вернетесь.  Проходите в дом, выпьем чаю.
  Сержант Джонс извиняется; она указывает на корзину.
  ‘ Я не хочу вмешиваться в твои планы.  Это всего лишь пара быстрых вопросов – я могу задать вам здесь – или пройтись с вами минутку.
  ‘ Нет, нет, я настаиваю.  Мартин уехал с вызовом на дом, я свободен и буду рад вашему обществу. Давайте устраиваться поудобнее – я только что испекла сочный фруктовый пирог "Уиндермир" – вы действительно должны его попробовать.
  Теплый и располагающий, когда в прошлый раз была строгость и нежелание, контраст разительный.  Сержант Джонс пытается понять разницу – это просто непостоянный характер женщины, раскрывающий его противоположную грань; встретив Хайда, стал ли он теперь Джекиллом?
  Доверительные беседы продолжаются, пока ее ведут в библиотечную комнату – она кажется светлее, окно открыто, проникают ароматы роз – и ее поощряют осматривать полки, пока Морна Форчун не появится снова с чайными принадлежностями.
  Женщина заводит небольшую беседу о домашней выпечке - но в ней нет ощущения промедления - и ничего из прежней манеры, которая была кондитерским изделием замкнутых и покровительственных людей.  И ни следа нервного тика, маниакального смеха, которые сопровождали многие ее высказывания и, образно говоря, заставляли Скелгилла лезть на стены.
  Скелгилл.  Было ли дело в его сердитом присутствии?  Неужели женщина неверно истолковала его молчаливую антипатию к обстоятельствам как некую форму пассивной агрессии плохого полицейского?  В конце концов, его дискомфорт – без сомнения, усугубленный избытком книг – был написан у него на лице.  И поведение женщины – перемена, поворотный момент - произошло с ней только тогда, когда она поняла, что сержант Джонс, закрывающий садовую калитку, был один.
  – Я вижу, вас привлекла моя коллекция "Золотой век" - такой недооцененный жанр, вам не кажется?
  Морна Форчун вопросительно наклоняется, и теперь сержанту Джонс приходит в голову – возможно, в том смысле, в каком искренне спрашивают ее мнение, – что женщина считает ее равной себе и упивается ее литературными способностями и интересом.  Возможно, ее предыдущее замечание – “посмотри на себя сейчас” – вызвало уважение, когда сержант Джонс перевел его как презрительное.
  Она решает, что должна ответить откровенно, расслабиться.
  Она улыбается.
  "Я должна быть осторожна с теми, кому признаюсь в этом – мой босс дразнит меня и называет мисс Марпл".
  Женщина, кажется, удивлена, хотя и квалифицирует свой ответ прагматичным подходом.
  ‘ Я бы счел анахронизмом сравнивать вероятных подозреваемых с жителями Сент-Мэри-Мид.  И, между прочим, какое это, должно быть, было маленькое гадючье гнездо!  Но у вас есть наука и технология, которые помогут вам – и, как я слышал, в наши дни раскрывают преступления с помощью ДНК.
  Сержант Джонс могла бы согласиться, но она избегает отвлекаться и наклоняет голову из стороны в сторону, на мгновение задумавшись.
  "Честно говоря, мне нравятся они за эскапизм и ностальгию – я имею в виду, возможно, привлекательную rational puzzle, – но больше всего мне нравится проводить время с персонажами – даже если это всего лишь Пуаро и Гастингс или Холмс и Ватсон, закутанные в свои пальто в купе для курящих в паровозе, грохочущем ненастной ночью от лондонского Паддингтона до глубокого Девона".
  Глаза женщины сверкают.
  ‘ Вполне, моя дорогая, я чувствую то же самое.  Я полагаю, Диккенс был величайшим образцом в этом отношении – я уверен, он не осознавал, что описывает социальную историю, благодаря которой его книги сегодня читают вдвое больше, чем в то время.  То же самое касается Элиота, Остин и Бронте.
  Сержант Джонс оглядывается по сторонам, хотя, возможно, в тщетных поисках, и женщина пытается истолковать ее интерес.
  ‘ А как насчет американской художественной литературы – ты ее изучал?  У них был свой Золотой век, конечно, сваренный вкрутую.
  Сержант Джонс слегка качает головой.
  – Всего один семестр, но это был Девятнадцатый век – Марк Твен, Эдгар Аллан По, Генри Джеймс.
  Морна Форчун взмахивает рукой, указывая на полки поблизости.
  – Что ж, прежде чем ты уйдешь, выбери что–нибудь – с моего благословения.
  Сержант Джонс, должно быть, испытывает некоторую неловкость из–за такого нарушения протокола, хотя ей напоминают, что Скелгилл беспечно приняла подписанный экземпляр Gaslight and Gingerbread.  Женщина уточняет свое предложение.
  ‘ Оставить себе или одолжить, как вам будет угодно.  Она тянется, чтобы снять с полки старинную книгу в твердом переплете.  – Здесь нет лучшего места для начала, чем "Мальтийский сокол".
  Сержант Джонс внимательно рассматривает суперобложку, ее живописный рисунок с грубо набросанной птицей противоречит элегантному качеству обложки.
  – Я это слышал - я смотрел старый фильм.
  - Богарт был бесподобен, тебе не кажется?
  Сержант Джонс кивает, но теперь она чувствует, что должна воспользоваться своей удачей, застав своего собеседника в таком настроении на разговор.  Но как раз в тот момент, когда она задается вопросом, как изменить тему разговора, женщина хватает ее за руку.
  ‘ Кстати, об авторах, как у вас сложились отношения с Джеральдом Смитсоном - вытянул ли он из вас сюжет, как я предвидел?  Хах!"
  Впервые легкий нервный смех самоуничижения играет эпизодическую роль - и сопровождается мимолетным взглядом в угол, который раньше занимала мисс Хавершем.
  Однако сержант Джонс считает это замешательство несущественным – Морна Форчун хотела бы знать, говорил ли Джеральд Смитсон о размолвке, на которую намекала его жена.  Соответственно, она пытается успокоить чувства пожилой женщины.  Она считает, что ложь во спасение в порядке вещей.
  Она щедро улыбается.
  – Нет, он этого не делал, но сказал, что слышал о вашей книжной группе и что она пользуется большим уважением.
  Морна Форчун не готова к такому ответу и реагирует с застенчивостью человека, неожиданно получившего комплимент от поклонника за свою привлекательную внешность.
  Сержант Джонс ухватился за шанс сохранить контроль над ситуацией.
  ‘ Естественно, эти обсуждения мы должны рассматривать как частные.  Она жестом указывает на их нынешние обстоятельства.  – Но что я могу сказать, так это то, что наше расследование установило связь отравлений с ресторанами - в вашем случае с "Пайклетс" в Уиндермире.
  От этого предположения угловатая фигура женщины покачивается, как будто калейдоскопическая череда несовместимых эмоций – досады, гордости, а теперь и неверия – слишком сильна, чтобы ее переварить.
  – Но... но ... как я вам уже говорил, еда была безупречной.
  Сержант Джонс не пытается спорить; она просто уточняет спокойным тоном.
  ‘Абсолютно вероятно, что это было случайно – и, следовательно, непреднамеренно, насколько это касается вас лично, – но нам нужно определить, что могло произойти.  Вот почему я хочу поговорить с вами – спросить, можете ли вы вспомнить что–нибудь, что показалось вам необычным - инцидент, что-то о персонале, других клиентах, какую-то проблему или жалобу".
  Морна Форчун серьезно относится к этому вопросу; пока она собирается с мыслями, выражение ее лица постепенно разглаживается, маленькие глазки сузились, тонкие губы сжаты, и она прижимает кончики пальцев к вискам.
  "Извините, я ничего не помню, кроме того, что там было очень оживленно, многолюдно и шумно от разговоров и музыки, но такова атмосфера Pikelets".
  Сержант Джонс кивает.  Она раздумывает, что еще она может спросить, когда женщина задает свой собственный вопрос.
  - Больше никого не было?
  - Ты имеешь в виду, под влиянием?
  ‘ Да, разве обычно это не массовое мероприятие?  Однажды у Мартина была вспышка сальмонеллы – целый детский сад в Траутбеке – из-за яичницы-болтуньи местного производства".
  Сержант Джонс неохотно раскрывает суть своего дела, если оно у нее вообще есть; она качает головой.
  - Мы знаем только о тебе.
  – Но я заранее чувствовал себя не в своей тарелке ...
  В почти незаметной паузе сержант Джонс слышит, что объяснение Морны Форчун неполное, и, хотя разыгрывать эту комбинацию становится непросто, она молча наблюдает, доверяя своим чувствам.
  Конечно же, вынужденный перерыв приносит свои плоды.
  – Мартин дал мне кое–какие лекарства - кажется, я вам говорила - ему нравится держать меня “под завязку”, как он это называет.
  -Ага.
  Сержант Джонс ждет с растущей уверенностью в своей технике.
  Теперь женщина наклоняется ближе.
  - Вы, конечно, читали "Предначертанную Злобу"?
  Она прижимает руку ко рту.
  Сержант Джонс подозревает, что это делается для того, чтобы подавить легкий непроизвольный смешок, который так часто является неискренним отрицанием того, что было раньше.
  - Разве это не о деревенском враче, который отравил свою жену, чтобы жениться на своей любовнице?
  Морна Форчун протягивает руку, чтобы слегка ущипнуть сержанта Джонса за запястье – в этом жесте чувствуется не столько тревога, сколько доверие.
  ‘ Что ж, по крайней мере, часть этого правда.  Роман.  Жена фермера из Соури, недалеко от вершины холма Беатрикс Поттер.  Мартин регулярно приезжает лечить ее мужа.
  Сержанту Джонс требуется мгновение, чтобы переварить то, что ей сообщают.
  - Вы хотите сказать, что у доктора Блэкстаффа роман?
  Она чувствует, как хватка женщины усиливается. 
  - Недавно я узнал, что муж умер два года назад.
  Теперь сержант Джонс хмурится и тихо произносит нараспев.
  - Мне жаль это слышать.
  Морна Форчун отпускает руку, откидывается на спинку стула и совершенно спокойно берет свое блюдце.  Она поднимает чашку в показательной манере.
  - По-твоему, мне следовало бы его отравить?
  *
  Сержант Джонс знает, что ей следовало бы думать о посетителях и ресторанах – конкретных посетителях и конкретных ресторанах, – но, когда она едет по Боунесс-он-Уиндермиру с экземплярами "Мальтийского сокола" и "Предусмотрительной злобы" на пассажирском сиденье, ее разум занимает удобное аналогичное открытие.
  Соответственно, она почти не замечает проплывающих мимо достопримечательностей, слева от нее - приморская атмосфера, многолюдные причалы и понтоны, пирожные с мороженым, крики кружащих черноголовых чаек и постоянное движение судов по воде.  И затем, между деревнями – всего в полутора милях – бесформенная зелень придорожных деревьев и кустарников, закрывающая любые виды, позволяющие ориентироваться, кроме рельефа, создает ощущение удаления от озера.
  Она признается, что была немного шокирована откровенным признанием преподавателя на пенсии о романе ее мужа - предполагаемом романе, уточняет она.  И было ли это причиной такого неожиданного приема - рассказать историю своего мужа офицеру полиции?
  Но теперь сержанта Джонс выводит из задумчивости целесообразность.
  Уиндермир больше похож на Эмблсайд своей суетой, хотя и более разнообразен по своей архитектуре и торговым центрам, а также находится на несколько более открытой местности, в меньшей степени похожей на горную деревню.
  Улицы оживлены – магнетизм приятного летнего воскресенья притягивает туристов, как нити железных опилок из городских районов Ланкашира.  Дорожное движение, в частности, в том смысле, что оно замедляет ее движение, усугубляет ее растущее чувство срочности.
  Проходя мимо "Пайклетс", прежде чем она осознает, что в заведении жарко – днем оно больше похоже на кафе "в порядке живой очереди" с навесами и деревянными скамейками, расставленными прямо на тротуаре.  Столики полностью заняты, и очередь змеится мимо этих посетителей и удваивается сама собой.
  Она призывает своего внутреннего Скелгилла.
  Она разворачивается и сворачивает на другую сторону, чтобы остановиться на белой зигзагообразной полосе, запрещающей парковку, прямо перед рестораном.  Действие привлекает внимание зрителей; настороженное выражение лица, которое переходит в тихое ворчание британки, когда она перепрыгивает очередь и шагает в помещение.
  Все столики заняты, и болтовня больше похожа на шум в шумном пабе, поскольку посетители увеличивают громкость, соревнуясь, чтобы их услышали поверх зажигательной народной мелодии.  Женщина протискивается между столиками, чтобы добраться до туалетов, и ей приходит в голову, что двигаться рядом с другими посетителями не привлекло бы излишнего внимания.  Она подходит к тому, что может быть проходом, который также служит прилавком с едой навынос.  Девушка, работающая с протестующей эспрессо-машиной, оборачивается и безучастно смотрит на нее.  Сержант Джонс ободряюще кивает.
  - Мы не разливаем кофе на вынос – у нас не хватает персонала.
  - Здесь есть управляющий?
  Девушка хмурится, как будто это слишком сложный вопрос.
  - А вот и Лесли.
  Сержант Джонс делает легкий жест двумя руками; девушке требуется мгновение, чтобы до нее дошло, но затем она кричит через плечо в направлении расшитой бисером занавески.
  – Лесли, тебя разыскивают!
  Сержант Джонс не уверен, какого пола ожидать, но Лесли показывает себя хорошо сложенной женщиной за пятьдесят, у которой пышный бюст и верхняя половина тела просвечивают сквозь нитки бус.  На ней поварской фартук, и на ее широком лбу виден налет пота.  Ее румяные черты лица нельзя назвать гостеприимными, но она выглядит скорее раздраженной, чем воинственной.
  СЕРЖАНТ Джонс решает, что она должна предъявить свои полицейские удостоверения.
  Глаза женщины расширяются.
  ‘ Что бы это ни было, любимая, это последнее, что мне нужно.  Вчера вечером персонал уходил, и дневной повар и два официанта позвонили, причем неудачно. Ты можешь вернуться?  Мы сорвемся с места, пока в два часа в городе полно туристов.
  Сержант Джонс переходит к сути дела.
  ‘Я отниму у вас всего одну минуту.  Мне нужна копия вашего заказа на ужин на вечер 17-го мая.  Мне срочно нужно разыскать кое–кого по имени Грэм."Имя клана Скелгиллов по материнской линии приходит ей на ум без раздумий.
  Женщина полностью выходит из-за занавески, и становится видно, что в руках у нее окровавленный разделочный нож, хотя она возвращает его обратно внутрь и должна положить на подходящую поверхность.  Она снова выходит вперед, вытирая пальцы о фартук.
  Сержант Джонс сразу понимает, что ее задача может оказаться более сложной, чем соответствующая просьба к неопытному юноше в Кирроке.  Женщина хмурит брови.
  ‘ Не уверен, что мы можем это обнародовать.  В наши дни существует защита данных, не так ли, дорогая?
  Несмотря на это, женщина придвинулась к экрану компьютера в конце прилавка.  Тем не менее, она в защитном жесте кладет ладони на клавиатуру.  Как будто она намеревается охранять его до тех пор, пока незваный гость не уйдет.
  СЕРЖАНТ Джонс знает, что ей требуется ордер на разглашение информации, и не может придумать убедительных аргументов.  Женщина не настроена враждебно, но она стоит на пути флегматичных английских йоменов, выигравших гражданскую войну.
  Внезапный звенящий металлический треск раздается из-за занавески.
  ‘ Терри!  Только не мои йоркширцы!
  Не имея отношения к сержанту Джонсу, женщина Лесли шторм исчезает из поля зрения.  Но, оттолкнувшись от компьютера, она включила экран, и сержант Джонс сразу же увидела, что он открыт в сетке для заказов на вечер. На боковой панели есть календарь, и она хватает мышь и переходит к 17 мая.  Она фотографирует экран, закрывает приложение и уходит.
  Мужчина-регулировщик, смуглый мужчина лет сорока, нависает над передней частью ее машины.  Его мопед припаркован неподалеку.
  Она подходит к водительской двери сзади и открывает ее.
  - Спасибо, я уже ухожу.
  Мужчина выпрямляется и с самоуверенной развязностью обходит машину сбоку, чтобы положить удерживающую руку на дверную раму.  Он похотливо смотрит на нее.
  ‘ А почему бы мне не выписать тебе штраф, дорогая?  Ты загораживаешь переход.
  Сержант Джонс чувствует, как у нее поднимается температура.
  Окно опущено, как она его и оставила.  Она опускается на водительское сиденье и захлопывает дверцу.
  -Эй, вставай! - кричу я.
  Мужчина просто вовремя убирает руку.
  Когда он наклоняется к ней, она тычет ему в лицо своим удостоверением личности.
  - Почему бы мне просто не выписать тебе штраф за препятствование работе полиции?
  Она набирает скорость и заезжает на мопед углом бампера, сбивая его с ног.
  Ей кажется, что она слышит негромкие аплодисменты собравшихся на бранч на свежем воздухе; кажется, она покорила их.
  Но она злится на себя и на самом деле не понимает почему.
  В ее растущей воинственности есть что–то такое, что вполне удовлетворяет, но то, что она вызвана разочарованием, возможно, и является источником ее недовольства.  Время поджимает, и она медленно продвигается вперед. Она чувствует тяжесть предотвращения нового нападения и выяснения сути дела.  А как еще она может разгадать тайну отравления Скелгилла?
  OceanofPDF.com
  25. СЛЕЖКА
  Из Кесуика в Эмблсайд – 12.15 вечера
  AСержант ЛЕЙТОН придерживает фиолетовую "Вольво" на удобном расстоянии в восточном направлении по оживленному шоссе A66, его мысли возвращаются к встрече с доктором Хильдой Смит - и он снова ощущает странную и необъяснимую дрожь, которая, кажется, сопровождает подобные воспоминания.  Его беспокоит, что его влечет к ней – обнаженные плечи, запах тела, ее грубоватая прямота, то, как она прикасается к нему и сохраняет такую близость, - все это ему чуждо.  Ее манеры одновременно лестны и неотразимы – но просто ли что-то упущено в переводе, в ее словацких обычаях и культуре?  Возможно, это лежит в основе трений, которые он наблюдал между ней и Уильямом Тейлор-Брауном.  Может быть, она при их первой встрече и после подавала сигналы, которые ввели пожилого мужчину в заблуждение на садовой дорожке.  (Есть ли такая поговорка?  Но он знает, что имеет в виду.)  Хотя у Тейлор-Брауна не было оправдания нападению на нее – такого, что Хильда почувствовала себя обязанной обнажить клинок в целях самосохранения, - возможно, этому есть объяснение.
  Или это глубже?  Были ли у пары когда–то какие-то отношения - и, следовательно, их связывает связь, которая все еще сохраняется?  Эта идея раздражает его.  Но это также заставляет его насторожиться.  Он пережевывает это.  Правда, Хильда была откровенна – она сообщила о боеприпасах, хотя наверняка подозревала, что они принадлежат Тейлору-Брауну, и охотно предоставила график его регулярных перемещений.  И все же Тейлор-Браун казалась, по крайней мере, наполовину серьезной, что она зайдет позже.  Поесть и помочь ему определить растения – и что еще?
  Она боится Тейлор-Брауна?  Он думает, что да.  Она явно крепкая и подтянутая и, очевидно, может постоять за себя, но Тейлор-Браун обладает внушительным, угрожающим видом – он сам испытал желание нанести мужчине упреждающий удар.  Но, возможно, дело не в физической угрозе, а в каком–то знании, которым он обладает - в том, что Хильда ранее совершила какую-то неосторожность.  Ей есть что скрывать?
  Сержант Лейтон хмурится.  Он не должен позволять своему защитному инстинкту затуманить профессиональное суждение.  Неужели блеск, который он испытывал к Хильде, необоснованно усиливает его недоверие и неприязнь к Тейлор-Браун – и заставляет его смотреть на нее сквозь розовые очки?
  Например, какого черта она делает с пакетом ядовитых ягод?  Он тяжело вздыхает – прямо сейчас ему не нужна еще одна тайна.  Он предполагает, что это для экспериментов в лаборатории ее колледжа.  Она оказала ему услугу, обращаясь с ним как с одним из своих студентов, наглядно продемонстрировав, как легко одно растение можно ошибочно принять за другое.  Что грубая ошибка при поиске пищи может иметь фатальные последствия.  Она искоса бросила на него лукавый взгляд, когда он упомянул чернику и йогурт – ее это позабавило или было что-то более зловещее?
  Он показывает идиота, который совершает опасный обгон с противоположной стороны, и видит в зеркале заднего вида средний палец, высовывающийся из окна водителя.  Он рычит – в другой раз он мог бы развернуться и привлечь негодяя к ответственности.  Но у скольких полицейских есть на это время?  Наступит день, когда каждое транспортное средство будет отслеживаться с помощью GPS и может быть дистанционно обездвижено, предпочтительно распылено.  Это ненадолго; вероятно, у них есть такое в Китае.
  У него нет времени.
  Поскольку сегодня воскресенье, у него целая домашняя программа, с которой он, как предполагается, должен справляться, но тут пришло тревожное известие о недомогании Скелгилла.  Он ничего не может с этим поделать, но сейчас он нажимает на кнопку своего мобильного телефона и диктует короткое сообщение сержанту Джонс, чтобы подбодрить ее и поддержать.  Он выступил в знак солидарности с ней - и тем временем он может, по крайней мере, попытаться раскрыть это дело о браконьерстве.  Это поднимет настроение Шефа, пока он все еще плохо себя чувствует, и даст ему что–нибудь позитивное, что он сможет передать Шефу по возвращении.  И, по правде говоря, маленькое перышко в его собственной шляпе – когда перья не являются его сильной стороной.
  Несмотря на догадки и замешательство, он все более полон решимости прижать Уильяма Тейлора-Брауна.  В конце концов, не может быть никаких сомнений в том, что он задумал, и есть откровение Хильды о том, что он солгал о несуществующем контролере паразитов.
  Но сейчас он должен быть осторожен.  В сотне ярдов впереди Уильям Тейлор-Браун приближается к кольцевой развязке Кесвик.  Не сигналя, он сворачивает с первого съезда на шоссе А591 к северо-западу от города.  Сержант Лейтон знает, что это дорога с несколькими поворотами на север, узкими улочками, которые ведут к лесистым деревушкам, расположенным вдоль подножия Скиддо: Орматуэйт, Эпплтуэйт, Андерскиддо и Милбек.
  На кольцевой развязке он вынужден уступить дорогу машине, буксирующей фургон, который назойливо едет в его сторону.  А591 можно было бы назвать магистралью, но на этом участке она представляет собой извилистую полосу, и линия обзора впереди редко превышает пятьдесят ярдов.
  В конце концов он проезжает мимо, а затем подбегает к трактору – Тейлор-Браун, должно быть, обогнал его, если только он только что не выехал на дорогу.  Сельскохозяйственные машины редко ездят далеко, но это еще больше задерживает его.
  Когда дорога расчищается, он нажимает на педаль газа и едет дальше на скорости, быстрее, чем, по его мнению, мог бы Тейлор-Браун.  Но когда он проезжает две мили до последней боковой дороги, фиолетового "Вольво" нигде не видно.
  Он потерял его.
  Он поворачивает на ручнике на обочине и как раз подумывает о том, чтобы свернуть на узкую проселочную дорогу через деревушки, когда не может поверить своим глазам – или своей удаче, - или своему невезению.  Прямо впереди из ворот выезжает фиолетовая "Вольво".
  Инстинктивно он натягивает капюшон толстовки, отворачивает голову и проносится мимо, молясь, чтобы Уильям Тейлор–Браун не узнал ни свою машину, ни его за рулем.
  Он морщится, глядя в боковое зеркало заднего вида.
  К его великому облегчению, Уильям Тейлор-Браун выезжает из машины и следует за ним.
  Сержант Лейтон ведет машину уверенно.  Добравшись до кольцевой развязки Кесвик, он указывает направо и медленно трогается с места – его тактика срабатывает – Уильям Тейлор-Браун сворачивает с первого съезда обратно на A66, а сержант Лейтон объезжает его сзади.  Они продолжают движение в восточном направлении по двухполосной дороге.
  Уильям Тейлор-Браун плохо водит машину.  Его скорость непостоянна, а дорожная дисциплина шатается.  Он не указывает, когда ему следует это сделать: в одну минуту выезжает на обгон фургона, в следующую подрезает грузовик и получает выговор.  Очевидно, что он уделяет мало внимания – и, возможно, пользуется своим мобильным телефоном.
  Но сержанту Лейтону это подходит, он может расслабиться.
  Он мысленно возвращается к воротам, из которых вышел Уильям Тейлор-Браун.
  Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что это вход в отель с необычным названием "Стоук".  Это наводит на мысль – хотя он и не может точно вспомнить почему, – но подозревает, что это одно из "бутиковых" заведений, которые стоят дорого и где подают изысканную еду.  Но в этом отношении кое-что становится на свои места.  Билли Бушмит.
  Джад Хоуп предположил, что под видом “Билли Бушмита” Тейлор-Браун поставляет фермерские кафе и тому подобное, но, возможно, он обслуживает и более престижные заведения - в конце концов, он в некотором роде зануда, и это легко достанется ему.  Возможно, он просто что-то обронил.
  На мгновение сержант Лейтон подумывает вернуться и допросить кухонный персонал.  Но это будет означать потерю человека – и, в отличие от его жертвы, отель никуда не денется.  Он решает оставаться у него на хвосте.
  А теперь маневр.
  Без сигнала Уильям Тейлор-Браун съезжает с автомагистрали A66.
  Это долгий путь в обход, если он направляется в Кесвик.
  Но когда они спускаются через лес к окраине города, "Вольво" резко сворачивает налево, чтобы подняться на Каслригг-Броу.
  На Уиндермир-роуд.
  Трасса A591 к югу от Кесуика проходит быстрее и позволяет сократить расстояние.  Но сержант Лейтон держит своего человека в поле зрения на случай, если тот снова свернет в один из небольших загородных отелей или старых постоялых дворов, которые разбросаны по все более гористому маршруту.
  Чуть более чем в пяти милях справа находится Тирлмер - живописное озеро в частично заросшей лесом долине, хвойные деревья которой создают больше ощущения Шотландии, чем обычные озерные дубы и березы.  Но сержант Лейтон хмурится, глядя на уродливый шрам, опоясывающий береговую линию, похожий на отлив, обнаживший голые скалы, поскольку Тирлмер перегорожен плотиной выше своей естественной глубины, и в наши дни водохранилище обслуживает Манчестер в ущерб совершенству, а низкий летний уровень, который не восстановил даже пятничный ливень, портит в остальном фотогеничную картину.
  Впереди наседает Уильям Тейлор-Браун.  Проезжие части разделяются за перевалом Данмэйл Райз – сержант Лейтон отмечает еще одну достопримечательность, огромную груду камней, которая, по утверждению Скелгилла, обозначает могилу какого-то древнего кельтского короля–воина, но он никогда не знает, когда его босс заводит его – это может быть просто куча мусора, оставшаяся после расширения дороги в 1970-х годах.
  Но за перевалом открывается восхитительный вид на Грасмир – крошечную жемчужину озера, расположенную подобно оазису среди ласковых дубов, – и дымчато-серые крыши одноименного поселения.
  Дорога заманчиво идет под уклон, и Тейлор-Браун теперь значительно превышает разрешенную скорость, но при резком повороте направо следует резкое торможение и мигающие красные огни.
  Сержант Лейтон следует более осмотрительно, но у него в поле зрения оказывается Volvo, которая задолго до центра деревни сворачивает налево на зеленую подъездную дорожку к отелю в стиле швейцарских шале на берегу реки Ротей.  Еще одно шикарное заведение.  Сержант Лейтон проезжает мимо, украдкой бросая взгляд.
  Это называется "Ежик" – слово, которое, как он долго думал, Скелгилл использовал для обозначения дорожно-транспортных происшествий, пока не узнал от своего начальника, что оно применимо исключительно к ежам.
  Сержант Лейтон паркуется на небольшой боковой дорожке рядом с паддоком, так что он выходит на главную улицу и может с одинаковой легкостью ехать в любую сторону.  Он ждет.
  Не прошло и пяти минут, как неосторожно появляется "Вольво".
  Сержант Лейтон садится за руль, потому что, когда Тейлор–Браун может вернуться тем же путем, каким приехал, вместо этого он продолжает движение мимо и въезжает в деревню.
  Проезжают еще две машины, прежде чем сержант Лейтон встает в очередь.
  Грасмир скромен по пропорциям, едва ли вдвое меньше Эмблсайда, но, тем не менее, пожалуй, самая гостеприимная и доступная из деревень Лейкленда, поскольку его обходят стороной (таким образом, он свободен от сквозного движения) и имеет приятно извилистую главную улицу, вдоль которой расположены магазины ремесленников и кафе, великолепные отели среднего размера, и все построено из традиционного сланца.  Здесь царит атмосфера процветания, чистоты и опрятности.  На деревенской лужайке посетители угощаются мороженым.  Сержанту Лейтону нравится Грасмир, хотя он редко здесь останавливается.  Он думает, что должен привезти семью – возможно, позже, если будет время и погода продержится.
  Хотя некоторые люди смотрят на небо; оно затянуто тучами.
  Маленькая колонна проходит мимо оригинальной пряничной лавки с ее вечной очередью, растянувшейся вдоль церковной стены под огромными темными тисами, и направляется обратно к объездной дороге.
  Без сигнала Уильям Тейлор-Браун поворачивает направо.
  Теперь на указателях написано "Райдел", "Эмблсайд" и "Уиндермир".
  Проезжает еще больше машин, прежде чем сержанту Лейтону удается выехать с перекрестка, но, свернув, он обнаруживает, что вздыхает – виды, особенно справа от него, сначала на Грасмир, а затем на Райдел-Уотер в их покрытых деревьями горных бассейнах, настолько необычайно красивы, что трогают его.  Темза в Миллуолл-Доке никогда так не выглядела.
  Движение медленное и согласованное; на повороте, обозначенном как дом Вордсворта на Райдел-Маунт, происходит короткая остановка; далее дорога уходит глубоко в лес, извиваясь, без возможности обгона, и "воскресный водитель" где-то впереди определяет весь прогресс.
  Въезжая в Эмблсайд, кортеж замедляет ход, и забитые тротуары несут пешеходов быстрее, как конвейеры в аэропорту.
  Сержант Лейтон размышляет.  Где будет парк Тейлор-Браун?  Двойная желтая линия вдоль главной улицы, и кажется, что все отведенные места заняты.
  И со временем он начинает думать, что Эмблсайд - не место назначения этого человека.
  Они добираются до участка с односторонним движением, известного как Лейк-роуд (поскольку она ведет на юг от города к верховьям Уиндермира), и "Вольво" сворачивает на полосу встречного движения, указывающую на Конистон.  Они проезжают заправочную станцию – и он краем глаза следит за указателем уровня топлива – он был бы счастлив, если бы мог заправиться, и его мучает жажда, – но сейчас не время для пит-стопа.
  Более того, он понимает, что Уильям Тейлор-Браун следует односторонней системе, чтобы удвоить свои шансы.  Когда боковая улочка поворачивает, соединяясь с Лейк-роуд, "Вольво" резко сворачивает в узкий переулок.  Это плотная посадка, и сержанту Лейтону кажется, что это отработанный маневр.
  Со своей стороны, он съезжает на обочину – здесь нелегко припарковаться, есть только выемка для покупателей с ограниченными возможностями.  Он сидит и ждет.
  Уильяму Тейлору-Брауну требуется всего минута, чтобы выйти пешком из промежутка между зданиями.
  Он берет сумку cool и поворачивает по тротуару в сторону Лейк-роуд.
  Сержант Лейтон выскакивает из машины и видит позади себя инспектора дорожного движения, слезающего с мопеда с погнутым передним брызговиком.  Мужчина снимает шлем, открывая смуглое лицо и насмешливое выражение.  Сержант Лейтон достает свое полицейское удостоверение.
  ‘ Ладно, старина, сделай нам одолжение, присмотри за мотором.  Я ведь на работе, верно?
  Он не может дождаться ответа и оглядывается как раз вовремя, чтобы увидеть Уильяма Тейлора–Брауна, который сворачивает за угол слева от него и исчезает из виду.
  OceanofPDF.com
  26. ШИРЛИ
  Конюшни Кокшота, к югу от Эмблсайда – 12.30 вечера
  LВЕРЕСК, СЕДЕЛЬНОЕ МАСЛО, лошадиный мускус, сладкое цветочное сено, смолистая древесная стружка – и не в последнюю очередь бодрящий запах аммиака - этот букет навевает сержанту Джонс приятные воспоминания о работе на выходные на конюшне.  И ржание, и фырканье, и мурлыканье пасущихся лошадей – и случайный стук копыт по деревянным стойлам.
  Но вот знакомый человеческий голос, совсем рядом – и ее мысли возвращаются к настоящему.
  Именно таким смехом рассмеялась Ширли Патерсон, прощаясь со Скелгиллом, многозначительно заметив, что он похож на человека, которому нужны калории.
  Сержант Джонс сворачивает в открытую дверь соседней конюшни.
  Женщина сидит верхом на внушительном гнедом "хантере", а высокий темноволосый мускулистый мужчина лет под тридцать в сапогах для верховой езды, начищенных джинсах Levi's и обтягивающем жилете стоит рядом, повернувшись к ней, держа поводья в левой руке.  Его правая рука лежит на левом колене Ширли Патерсон.
  - Сержант Джонс.
  В голосе женщины достаточно предупреждающей нотки, чтобы мужчина убрал руку, повернулся и сделал полшага в сторону, но остался невозмутимым.  Его широкая челюсть твердо сжата, и он бросает на сержанта Джонса взгляд, полный легкой интриги.
  Со своей стороны, сержант Джонс не может избежать дальнейших воспоминаний – исповедального упоминания Ширли Патерсон о содержании жеребца в конюшнях Кокшота.
  Теперь мужчина пытается извиниться.  Он привязывает поводья к коновязи и поднимает обе ладони выше уровня плеч в жесте, означающем, что он оставляет их заниматься своими делами.
  Но сначала он поворачивается к Ширли Патерсон.
  - Итак, помните, миссис Патерсон, что для этого нужно сильнее сжимать колени и наклоняться вперед от таза.
  Ширли Патерсон с трудом сдерживает смех – и не может подавить улыбку – из–за того, что он отпустил непристойную личную шутку - и, возможно, так оно и было.
  Он встречается взглядом с сержантом Джонс, проходя мимо нее в тесной кабинке.  Она спокойно выдерживает его взгляд.  От него пахнет одеколоном.  Чтобы стоять твердо, нужна сталь.
  Пожилая женщина наблюдает за происходящим с огоньком в глазах.
  - Инспектора сегодня не было?
  На слух сержанта Джонса, она звучит разочарованной.  Она, несомненно, флиртовала со Скелгиллом, а теперь появилась эта тонко завуалированная близость с хозяином конюшни.
  Она спешивается с отработанным апломбом.  У нее хорошая фигура, и в своих обтягивающих белых бриджах для верховой езды она могла бы сойти с обложки журнала Джилли Купер "Riders".
  Но сержант Джонс возвращает ее мысли в нужное русло – потому что женщина ждет ответа.
  Лошадь шарахается и проявляет признаки беспокойства – и по негласному взаимному соглашению они выходят из конюшни.
  - Мадам, я уверен, вам будет приятно узнать, что лабораторные анализы не обнаружили токсинов.
  - Ты проделал весь этот путь, чтобы сказать мне это?
  Сержант Джонс отводит взгляд в сторону, на посыпанную гравием площадку, где припаркованы машины.
  Ну, откровенно говоря, я был поблизости.  Я проходил мимо и увидел вашу машину.  Извините, у меня нет вашей собственности, которую я мог бы вернуть.  Но я хотел бы просто спросить вас о вашем визите в Броссен.
  Ширли Патерсон простодушно моргает своими голубыми глазами.
  – О, что там говорил Зак - надеюсь, он не жаловался на меня?
  Сержант Джонс напрягает антенны.
  ‘ Простите?  Зачем ему это делать, мадам?
  ‘ Ну– я ужинал там в пятницу и только что упомянул о вашем визите.  Надеюсь, это не проблема?
  Сержант Джонс встревожена – но она ничего не может поделать – в разговорах с жертвами всегда был риск, что кто-то из них поведет себя подобным образом.
  Ширли Патерсон видит ее реакцию, подходит на шаг ближе и трогает сержанта Джонса за руку.
  ‘ Дальше этого дело не пойдет.  Естественно, Зак не собирается распространять необоснованные слухи о своем собственном ресторане!
  -Нет, конечно.
  Но сержант Джонс сбита с толку.  Ей требуется мгновение, чтобы собраться с мыслями.  Она обнаруживает, что наполовину противоречит этой женщине.
  – С момента нашего первого разговора с вами мы пришли к выводу, что источником этих отравлений были местные рестораны.  Она читает сомнение на лице Ширли Патерсон и уточняет свой ответ.  ‘Скорее всего, это связано с цепочкой поставок - и мы расследуем это.  Но просто для того, чтобы расставить точки над I и поставить крест на "Т", нам нужно заполнить пробелы.  Следовательно, хотя вероятность этого невелика, можете ли вы вспомнить что-нибудь необычное о том вечере, когда вы ужинали?
  Женщина наклоняется еще ближе и изображает раскаяние.
  ‘ Ну, как я уже объяснял, двойной негронис и вино – я слишком много выпил за короткое время.  Мои воспоминания о том, как я был там, немного размыты – а ведь прошло уже два месяца с нашей годовщины.  Если не считать моего несчастного случая с духами, я уверена, что остаток ночи прошел совершенно нормально.
  Сержант Джонс кивает и бормочет свое согласие, но, возможно, Ширли Патерсон считает, что ей следовало бы предложить что-то получше.  Она делает полшага назад и складывает руки на груди.
  ‘ Может быть, тебе стоит поговорить с Алексом?  Я имею в виду – он тоже немного выпил – мы дошли туда пешком и взяли такси обратно, – но он может что-нибудь вспомнить.  Вообще–то, на его работе большое внимание уделяют отравлениям - насекомым, которые заводятся в Уиндермире, когда идет слишком сильный дождь и сточные воды выходят из берегов.’  Она кричит.  "Слишком много дождей!"
  Сержант Джонс колеблется.  Собеседование с партнерами входит в ее список дел, но она откладывает это по уважительной причине.  Она ловит себя на том, что увиливает от прямого ответа.
  ‘ Разумеется, я слышал о цветении водорослей – это показывали в национальных новостях.  Но я думал, это вызвано утечкой удобрений.
  ‘ Я верю, что бывают вещи и похуже.  Лучше не думать об этом слишком пристально.  После карантина все это стало модным - дикое плавание.
  Сержант Джонс теперь подходит к первоначальному предложению.
  – Ваш муж ... он был бы дома?
  Ширли Патерсон небрежно встряхивает своими светлыми локонами.
  ‘ Он уехал на конференцию.  Это называется “Водные отходы” в Блэкпуле.  Она с тоской смотрит в сторону фермерского дома.  - В эти выходные я совсем одна.
  Раздается хруст ботинок по гравию, и теперь сержант Джонс тоже поворачивается, чтобы увидеть хозяина конюшни, целеустремленно шагающего к черному джипу.  Это что-то вроде монстра, приподнятого на негабаритных внедорожных шинах.
  Женщина вздыхает и протягивает руку, чтобы дотронуться до сержанта Джонса.
  ‘ О, Чед сказал, что собирается посмотреть лошадь в Траутбеке – ты не возражаешь?  Мне нужно с ним поговорить.
  Она не ждет ответа, но сержант Джонс довольствуется тем, что таков вывод.  Она оставила свой мобильный телефон в машине и горит желанием проверить, нет ли сообщений.
  Она сразу видит, что там сообщение, но надежда оказывается недолгой, когда она понимает, что оно от сержанта Лейтона.  Хотя она улыбается из-за неправильного озвучивания – отсылка к “sticky Tom” Скелгилла, она подозревает, что это “Дикки там”, – а “Guvnor” предстал во всей красе как “Губернатор”.
  Но она проверяет уже в сотый раз, а обещанного звонка из больницы по-прежнему нет.  И даже сообщения от самого Скелгилла.  Она послушно воздерживалась от звонка ему, но теперь она это делает.  Он переключается на голосовую почту.  Она жалеет, что не попросила номер телефона отделения, хотя по опыту знает, что ей просто скажут, что кто–то из начальства позвонит, когда появятся новости.
  Она обнаруживает, что нетипично для себя грызет кончик ногтя, и корит себя.  Но почему они не могут идентифицировать яд?  Они ничего не нашли - или держат это при себе?  И почему они не позволили ей увидеться с ним?  Ей следовало быть более откровенной в отношении своего статуса.
  Рев двигателя врывается в ее размышления - и она видит, что джип отъезжает.  Ширли Патерсон нигде не видно, но теперь она замечает белокурую головку на пассажирском сиденье.
  Она сидит еще мгновение, не моргая – но она отгоняет образы, которые вторгаются и угрожают затуманить ясное мышление.  Она должна двигаться дальше.  Контролируйте управляемые устройства.  Прямо сейчас ей нужна третья часть головоломки – список заказов в ресторане от Броссена, – и она опасается, что получить его будет труднее всего.  Однако без этого два списка, которые она получила, будут иметь ограниченную полезность; это, безусловно, ее лучший шанс на прорыв.
  Она черпает силы в оптимизме Кендалл Минто: она верит, что картина попадет в фокус.  И, заводя зажигание, она прокручивает в уме оценку Кэмерона Финдли и мрачно кивает.
  OceanofPDF.com
  27. РАЗДВИЖНЫЕ ДВЕРИ
  Лейк–Роуд, Эмблсайд - 13:00
  DС. ДЖОНС НАЖИМАЕТ на звонок и ждет.
  Ароматы того, что, как она теперь знает, является изысканным блюдом, напоминают ей, что она сегодня ничего не ела.
  Ресторан Brossen, в силу того, что он является "рестораном с номерами", оборудован стойкой регистрации в просторном фойе, которая одновременно служит местом регистрации как посетителей, так и постоянных посетителей, последние приходят и уходят в любое время.  В отеле есть удобная прихожая открытой планировки, где можно встретить ранних посетителей и угостить их выгодными коктейлями – предположительно, там Ширли Патерсон познакомилась со своими духами accident – и где жильцы могут выпить кофе.  На модно низких столиках разложены аккуратные веера журналов, а на полках – коллекция новых романов в твердом переплете от известных авторов, которые можно взять с собой в комнаты.  И копии последней кулинарной книги Зака Крэддока.
  Арка в передней части коридора ведет в главный ресторан.  По другую сторону стойки регистрации широкая лестница с табличкой “Комнаты 1-6”.  За ней находятся туалеты.  И, самая дальняя, дверь, которая должна обеспечивать доступ к кухне и помещениям для персонала.  Она приоткрыта, и она видит, что это магазин и, вероятно, отделение доставки, а полоска яркого света указывает на то, что внешняя дверь тоже открыта.
  Время от времени она слышит голоса и инструкции и мельком замечает серые комбинезоны кухонных подчиненных, которые берут необходимые ингредиенты.  Возможно, он обычно не открыт – безупречно одетый Brossen демонстрирует свое нижнее белье – чтобы подышать свежим воздухом в этот теплый и все более душный день.
  Но влажность не является причиной появления струек пота, которые она чувствует подмышками.
  Хотя она смогла вернуться домой из больницы и принарядиться, факт остается фактом: едва ли более двенадцати часов назад она была здесь во всем своем наряде, выдавая себя за посетительницу.  Она завязала волосы на затылке, смыла все следы макияжа и украшений и одета в простую бледно-голубую рубашку и темно–синие брюки, но ей приходится ожидать, что ее узнают.  Как ‘недавно помолвленная пара’, они были замечены персоналом.  Чтобы усугубить ее мучения, прежде чем она смогла остановить его, Кендалл Минто выпалил, что она школьная учительница.  Она действительно не хочет объяснять Тэнси Иссоп, что та совсем не такая, и страдать от подозрений в том, что она была здесь прошлой ночью под ложным предлогом.
  Подобно любознательной лисе, женщина вынюхала Кендалла Минто и его род занятий; под ее дружелюбием было ясно, что она настороже.  Теперь сержант Джонс знает, что Ширли Патерсон уже выпустила кота из мешка – сказав владельцу и восходящей звезде шеф-повара Заку Крэддоку, что ее отравили.  Тэнси Иссоп, несомненно, должна была знать – и генеральный штаб, возможно, будет проинформирован о необходимости держать язык за зубами.
  Более того, "Броссен" явно самое профессиональное из трех заведений, и сержант Джонс сомневается, что столкнется с наивностью или беспечностью, которые сослужили ей хорошую службу в "Киррок энд Пайклетс".
  По мере того, как эти препятствия разрастаются в ее сознании, она начинает струсить.  У нее нет никакого плана, и, возможно, было бы лучше прийти в другой раз – возможно, даже обратиться к шефу и запросить ордер.  Но это может быть и во вторник.  Список у нее под рукой – и он ей нужен.
  Она снова нажимает на звонок.
  Между тем, каким бы профессионалом ни был Броссен, штат бюро, похоже, никто не укомплектовывает.  Возможно, в передней части дома новоприбывших приглашают к обеденному столу и они вовлечены в беседу.
  Она звонит в третий раз.
  И вот дверь в кладовую распахивается, и, к ее легкому ужасу, появляется Зак Крэддок в белом поварском костюме, вытирая руки чистой салфеткой.
  Он ногу строить, на пару сантиметров выше среднего роста, в конце тридцатых годов с довольно длинными волнистыми каштановыми волосами и веснушками и здоровый цвет лица, широкий рот и сильные челюсти и мягкие голубые глаза с длинными русыми ресницами, и эти характерные особенности всех вместе взятых – она не может помочь, но сделать сравнение – передать в общее чувство спелый версия Skelgill.
  Он целеустремленно шагает к ней.
  Он сияет.
  - Здравствуйте, чем могу помочь?
  Хотя у него местный акцент, он мягче, чем у Скелгилла, а тембр доброжелательный.
  Он прибывает с легким ветерком, поскольку оставил дальнюю дверь широко открытой.
  Она видела его прошлой ночью, но только на заднем плане, спокойно руководя, время от времени подходя к стойке, чтобы осмотреть блюдо и, возможно, подправить или добавить завершающий штрих.
  Теперь, к ее облегчению, его приветствие лишено узнавания.
  Также отсутствует какой-либо намек на тщеславие и нетерпимость; возможно, быть сквернословящим хулиганом не является обязательным условием для того, чтобы стать знаменитым шеф-поваром; вместо этого он сразу становится приятным местным парнем, дружелюбным и непритязательным.
  Она немного понимает, почему Тэнси Иссоп влюбилась в него.
  Но она заставляет себя быть внимательной, сосредоточиться на поставленной задаче.  Это его место; у него будет власть; нет приспешника, который мог бы помешать ей.  Есть шанс, что она добьется успеха и уйдет до того, как Тэнси Иссоп положит на нее глаз.  Она должна лететь за счет своих штанов.
  Она чувствует себя немного ошеломленной.  Она ощущает влажные пятна у себя под мышками и гадает, будут ли они заметны.  Но ее рука тверда, когда она предъявляет свое удостоверение личности.
  И тут до нее доходит фраза.
  ‘ Мистер Крэддок, я сержант Джонс из Уголовного розыска Камбрии.  Я только что встречался с одной из ваших постоянных клиенток – миссис Ширли Патерсон – полагаю, она рассказала вам о нашем расследовании?
  У нее не было особого выбора, и она нарушила свое правило не доверять ресторану.  Но когда можно предвидеть тревогу или осмотрительность, он отвечает горловым смешком.
  ‘ О, да, Ширли, она замечательная леди и прекрасная художница.  Его взгляд ненадолго перемещается на картину.  - Но я думал, она меня разыгрывает.  Представляю себе это.
  Есть предположение, что теперь он понимает, что это не так.
  Сержант Джонс копается в своем мысленном счастливом мешочке невинной лжи.
  ‘ Миссис Патерсон - одна из нескольких человек в округе, которые пострадали от какого-то пищевого отравления.  Ввиду Большого конкурса камбрийских меню мы тесно сотрудничаем с "Конте-Ницца" – мы не хотим, чтобы это было чрезмерно – естественно, мы на стороне местной экономики ".
  Зак Крэддок кивает и серьезно смотрит на нее.
  ‘ Мне жаль, что я не могу сказать слишком много о наших направлениях расследования.  Она изображает солидарность.  ‘ Но вы сможете прочесть между строк то, что я собираюсь сказать.  Я запросил у каждого ресторана список посетителей.  В случае с Броссеном это был бы вечер 23-го апреля.  Вы вполне вольны отказаться, но это могло бы нам помочь.
  Она много раз наблюдала, как Скелгилл задает вопрос, а затем замолкает, в то время как большинство людей продолжили бы продавать. Она прикусывает язык.
  Зак Крэддок буквально чешет затылок, задумавшись на минуту, хотя выражение его лица остается доброжелательным.
  Происходит мгновенное отвлечение внимания – звук повышенных голосов из открытой задней двери.  Но пока Зак Крэддок смотрит в ту сторону, сержант Джонс пытается вообразить себя невидимкой - потому что один голос она наверняка узнает как принадлежащий Тэнси Иссоп.  Возможно, она разговаривает с кем-то снаружи, с мужчиной.  Его слова неразборчивы, хотя она улавливает что-то от театральной подачи. В их тоне слышится нотка напряжения, как будто ведутся переговоры.
  Но как раз в тот момент, когда сержант Джонс думает, что это отвлекло Зака Крэддока от принятия решения, он поворачивается к ней и жестикулирует раскрытыми ладонями с растопыренными длинными, безукоризненно вымытыми пальцами.
  ‘ Ну– ну... я имею в виду... нам нечего скрывать.  Я полностью уверен в наших методах поиска, хранения, приготовления и подачи блюд".
  Сержант Джонс выказывает быстрое одобрение.
  - Миссис Патерсон сказала, что здесь можно есть с пола.
  Он ухмыляется и приподнимает бровь с бронзовыми волосами, как будто принимает это за комплимент, сделанный не сразу.
  Но он отходит в сторону.
  - Давайте посмотрим, хорошо?
  Она следует за ним к стойке администратора.  Он проскальзывает за спину и наводит справки о тонком серебристом ноутбуке, и почти сразу же, кажется, оживает невидимый принтер, и он тянется за страницей.
  Он изучает его, нахмурившись, а затем преподносит с размаху, как меню.
  ‘ Вот ты где.  Обезьянка Кэтчи, слышь?  Он подмигивает.  - Читаю между строк.
  Сержант Джонс, подобно взломщику Джеку из "beanstalk infamy", с курицей-несушкой золотых яиц под мышкой, ничего так не хочет, как броситься к выходу.  Но Зак Крэддок, похоже, не спешит – и она догадывается, что он хотел бы, чтобы она рассказала что-нибудь о том, что происходит.
  Но облегчение приходит в неожиданной форме.
  Тэнси Иссоп – ибо это действительно ее бестелесный голос – внезапно взрывается.
  - ЭТОГО ПРОСТО НЕДОСТАТОЧНО, ТЫ НЕКОМПЕТЕНТНЫЙ ЧЕЛОВЕК!
  Раздается хлопок входной двери.
  Зак Крэддок бросает на сержанта Джонса восторженный взгляд.
  ‘ Мне лучше уйти.  Полейте мутную воду оливковым маслом первого отжима!
  *
  - Некомпетентен?
  Что, черт возьми, сделала Тейлор-Браун, чтобы заслужить такой отпор?
  Сержант Лейтон выследил его в переулке между погрузочными площадками и пожарными лестницами анонимных магазинов, баров, закусочных и Airbnb – и углубился в один из таких дворов, прокрадываясь в пределах слышимости за большим зеленым стеклянным мусорным баком - только для того, чтобы мужчина получил недвусмысленный выговор – от женщины, которая не сдерживается.
  Но у сержанта Лейтона нет времени обдумывать свой вопрос - и снова ему угрожает неминуемая опасность разоблачения.  Тупиковый двор находится в добрых пятидесяти футах от выхода, а Тейлор-Браун - не более чем в десяти шагах.  Некоторое время он неохотно тушился, сердито глядя на дверь, а теперь, выругавшись себе под нос, наклоняется, чтобы застегнуть молнию на своей термосумке.
  Повинуясь импульсу, сержант Лейтон поднимает тяжелую резиновую крышку бункера.  Он хватает винную бутылку, в которой на дюйм осталось осадка, и покачивает ее рядом с собой.  Встав на цыпочки, он наклоняется еще дальше, почти теряя равновесие, и крышка падает ему на плечи.  Он продолжает шумно рыться среди бутылок – и начинает пьяно напевать “Это было на хорошем корабле ”Венера"".
  Он продолжает номер до тех пор, пока может вспомнить слова, и для пущей убедительности повторяет припев пару раз.  Он понятия не имеет, как эта непристойная трущоба пришла ему в голову и где он этому научился.  Возможно, он подсознательно впитал это в детстве, когда слонялся по Миллуоллскому доку со своими приятелями.
  Проходит минута, прежде чем он осторожно вытаскивает голову из мусорного контейнера.  Пары алкоголя заставляют его пошатнуться– но он сразу видит, что на заднем дворе никого нет.  Ему остается только надеяться, что его импровизация сработала и Уильям Тейлор-Браун его не узнал.
  Но теперь он потерял своего человека.
  Он отряхивается и подводит итоги.
  Он, прищурившись, смотрит на небо.
  Несмотря на водянистость за слоем облаков, летнее солнце все еще высоко, и впереди добрая половина дня.  Он чувствует себя достаточно удовлетворенным.  По крайней мере, у него есть свидетельства очевидцев о способе действий Тейлора-Брауна - это еще один маленький шаг к его поимке.  Он добился прогресса и, возможно, может убрать ногу с педали газа.  Ему действительно следовало бы наверстать упущенное в семейных делах.
  *
  Прежде чем она осознает это – возможно, опасаясь, что ее оттащат назад, положив руку на плечо, как магазинную воровку, преследуемую охранником на хай–стрит, – сержант Джонс обнаруживает, что ныряет в первую попавшуюся удобную дверь - небольшое кафе с уютным темным интерьером.
  И есть еще один аспект мотивации.  Дело не только в мысли о вспыльчивой Пижме Иссоп, дышащей ей в затылок, но и в том, что ее машина находится на общественной парковке в северной части города, и ей не терпится узнать полную информацию, которой она теперь располагает.
  Кроме того, хотя и не столь важно, здесь витают соблазнительные запахи жареного кофе и поджаренного сыра.  В кафе много оживленных семейных компаний, но есть свободные места.  Она ловит взгляд молодой официантки с длинными прямыми волосами и большими робкими карими глазами, в безразмерной футболке для регби "Лестер Тайгерс" и парусиновых оксфордских сумках - как она догадывается, студентки выходного дня – и указывает, что займет столик на двоих у дальней стены.  Девушка протягивает ей меню, но она может сделать заказ сразу.
  Она начинает вытряхивать содержимое своей сумки через плечо.  Она достает два романа, которые ей навязала Морна Форчун, и откладывает их в сторону.  А потом ее ноутбук – она открывает его и передает со своего мобильного телефона фотографии списков посетителей из Kirrock и Pikelets.  Она раскладывает их рядом на экране и кладет страницу, предоставленную Заком Крэддоком, на клавиатуру.
  Она кладет локти на стол и кладет подбородок на переплетенные пальцы.
  Она вдыхает и выдыхает.  Последнее выходит как вздох.
  Там, должно быть, триста имен.
  Может ли она применить свою технику составления кроссвордов?  Отправьте кажущиеся несвязанными факты в свое подсознание и предоставьте ему самому устанавливать связи?  Это должно быть сравнительно легко.  Все, что ей нужно, - это одно имя, которое появляется в каждом из списков.  Она вспоминает подсказку, которую разгадала на прошлой неделе.  Авторское двустишие? (5 писем).  Это пришло к ней, как будто произнесенное внутренним голосом.  “Твен”.
  Она пытается расслабиться, хотя ее сердцебиение не пришло в норму с тех пор, как она поступила в Броссен, и оставалось учащенным, пока она была как на иголках – получала информацию, рискуя разоблачением.  Ничего не поев, она чувствует головокружение, и персонажи плывут у нее перед глазами.
  Она издает легкий ироничный смешок.  Конечно, есть пара Смитов – и Джонсов – и даже Грэм, который действительно обедал в Pikelets!  Это могло бы вызвать неловкость.  Она отмечает Патерсона из Brossen и супруга Морны Форчун Блэкстаффа из Pikelets.  Но при первом прохождении ни одно имя сразу не выделяется в трех экземплярах.
  Ей приносят кофе и сэндвич, она благодарит девушку и делает глоток, хотя напиток горячий и ей приходится втягивать воздух над покрытой шоколадной пеной поверхностью.  Она проводит языком взад-вперед по верхней губе, пробуя ее сладость.
  Ей приходит в голову, что она должна сфотографировать третий список и отправить все три изображения констеблю Уотсону.  Она могла бы ввести их в искусственный интеллект и выполнить работу за считанные минуты.  За исключением того, что сегодня воскресенье и констебль Уотсон находится в летнем лагере по регби для английской полиции в возрасте до 21 года.
  Она задумывается.  Есть и другие данные, которые она хотела бы сравнить.  Некоторые, но не все записи сопровождаются номерами телефонов.  И в системе учета каждого ресторана будут храниться данные кредитной карты.  Она уже столкнулась с осознанием того, что не все заказы такие, какими кажутся – ни имя Тима Клюза, ни имя старой пассии Линды Смитсон не появлялись в Kirrock.  В то время как люди могут лгать, мобильные телефоны и кредитные карты - нет.
  Она снова просматривает имена, но масштаб задачи кажется ей неподвластным.  Она устала и встревожена, жалобы не способствуют разгадыванию загадочных подсказок; это медитативный процесс.
  Она пьет еще кофе; это двойная порция - по крайней мере, это должно поднять ей настроение.
  Ее взгляд скользит к хищной птице на обложке "Мальтийского сокола".  Она снова размышляет о любительском исполнении.  Но, возможно, на момент публикации не ожидалось того признания, которое это вызовет.  Автор был всего лишь обычным автором криминального чтива.  Относительно неизвестный.
  Она откидывается на спинку стула и складывает руки на груди.
  Возникает ощущение, что, выходя из дома, ты что-то забыл, но не можешь вспомнить, где это было.  Сейчас у нее такое же чувство, но оно более ощутимо здесь, в кафе, у нее под носом.
  И внезапно она понимает, что это такое.
  Она поднимает Мальтийского сокола.
  Автор Дэшил Хэммет.
  Необычное сочетание.  Далеко не обычное – редкое.  Даже Хэммет редок.
  И все же... – она перелистывает страницу вверх.
  Да!  Человек по имени Хэммет забронировал столик в отеле Brossen на 23-е апреля.
  Это еще не все.
  Она наклоняется к экрану.  17-го мая Хемингуэй забронировал столик в Pikelets.
  А 12-го июня в Кирроке обедал Хайсмит.
  Хэммет, Хемингуэй, Хайсмит.
  Возможно, она и не изучала современную американскую литературу, но эти три великих имени, расположенные в строгом алфавитном порядке, не могут ускользнуть от ее внимания.
  Что это значит?
  *
  Сержант Лейтон нашел свой путь обратно на Лейк-роуд и, возможно, увлеченный коллективным намерением толпы, толпящейся у витрин, был вынужден забрать домой несколько мирных подношений.  Вместо того чтобы сразу вернуться к своей машине, он направился в центр города, чтобы побаловать себя выбором сувенирных лавок, кондитерских и других деликатесов.  Он приобрел банки с мятным пирогом и книжки-раскраски для нипперов, а также кулинарный журнал и каравай ручной работы для хозяйки.
  Успешно справившись со своей задачей, он поздравляет себя, начиная возвращаться по своим следам на юг.  Но теплое ощущение буханки на сгибе руки напоминает ему, что он пропустил завтрак и не обедал.  Осознанное признание этих фактов вызывает приступы голода и урчание в животе.  Обычно до этого никогда не доходит – он может положиться на Скелгилла, который отвезет его в придорожную забегаловку или булочную.  Философия Скелгилла - это философия охотника-собирателя, который никогда не отказывается от дареного коня.
  Недалеко впереди сержант Лейтон замечает вывеску кофейни.  Ресторан, должно быть, открыт, потому что довольно молодая женщина, маленькая и стройная примерно его возраста, элегантно одетая и с рыжими волосами, смотрит сквозь стекло витрины, возможно, пытаясь разглядеть, есть ли свободный столик.  Когда он приближается, она, очевидно, решает отказаться, потому что поворачивается и быстро уходит.  Может быть, там полно народу – город кипит, и он бы не удивился.  Хотя он замечает, что она сворачивает в другой подъезд дальше по улице.  Он подходит к окну и прижимается лбом к стеклу.
  "Побейте ворон камнями!"
  В стороне – один за маленьким столом, опустив голову и глубоко сосредоточившись над книгами и бумагами – сидит сержант Джонс.
  Он входит.
  Она не поднимает глаз ни на звенящий колокольчик, ни даже когда он подходит ближе.
  Он предупреждающе покашливает.
  - Эмма, что ты здесь делаешь, девочка?
  Теперь она поднимает голову, моргая – ее большие карие глаза расфокусированы, как у сони, пробудившейся от зимней спячки.
  И хотя она улыбается, он замечает печаль в ее поведении.
  -Есть какие-нибудь новости о хозяине?
  Ей требуется секунда, чтобы осознать его вопрос.
  - Нет, больше ничего.
  Он опускается на стул напротив и обдуманно оценивает стол.
  ‘ Хм.  Похоже, ты не притронулся к своему сарни.
  Она рассеянно жестикулирует.
  – О, пожалуйста, съешь, у меня что-то нет особого аппетита.
  Сержант Лейтон усмехается.
  ‘ Нужно набираться сил, девочка.  Подожди, я принесу тебе пончик или что–нибудь в этом роде – сладкая каша - это то, что нам обоим нужно.
  Подходит официантка, и он делает заказ.
  Тем временем сержант Джонс закрывает свой ноутбук и укладывает на него свои вещи.
  Сержант Лейтон горит желанием поделиться своими приключениями, но забота на мгновение останавливает его.  Он кивает на небольшую кучку с мальтийским соколом наверху.
  ‘ Читал. Эмма?  Отличная идея.  Жаль, что у меня нет времени – не могу вспомнить последнюю книгу, которую я читал – взрослую, я имею в виду.  Он вздыхает.  ‘В наши дни это все детские книжки.  "Стиг из помойки", мы сейчас в эфире – хах!  И еще одно – у него иммунитет к крапиве.
  Она с любопытством разглядывает его.
  Он поддается желанию разрядиться.
  ‘ Что за утренняя слежка за Тейлор-Брауном.  Мне приходилось спасаться от "стингеров", залезать на дерево и прятаться в мусорном контейнере за каким–то притоном - притворяться нищим!  Три раза этот чудак чуть не поймал меня.
  Теперь он в ударе, и, возможно, рассказывая о своих выходках, испытывает двойной оптимизм.
  ‘ И все же, мне кажется, я его раскусил.  Думаю, у него есть список клиентов по всей округе.
  Сержант Джонс якобы слушает внимательно, но на самом деле находится в своем маленьком мирке – на самом деле слушает вполуха, ее взгляд непроницаем, - но она вздыхает и хмурится, как будто что–то из сказанного им задело за живое, – когда он подает мяч на ее площадку.
  ‘ А как насчет тебя, девочка?  Твои жертвы отравления и все такое?  Прольют какой-нибудь свет на это дело?
  Кажется, она пытается ухватиться за ниточку, но та ускользает, и вместо этого она поднимает глаза к потолку.  Она медленно качает головой.
  ‘ Ну, да, мне кажется, я кое-что нашла, только не знаю, что это значит.  Она неуверенно кладет руку на обложку "Мальтийского сокола".  "Кажется, есть какая–то связь, связанная с именами, но я не знаю, случайна ли она или существенна".
  Сержант Лейтон приносит кофе и два пончика – и в небольшой паузе, пока сержант Джонс ждет, пока официантка отойдет, звонит ее мобильный телефон.
  Они оба видят код Уайтхейвена.
  Они обмениваются понимающими взглядами.
  Она подходит к телефону и принимает вызов.
  Сержант Лейтон наклоняется поближе, стараясь расслышать.
  -Алло?’
  ‘ Мисс Джонс?  Эмма?
  –Э-э...да.
  – Эмма, это Джули Симпсон, приходская сестра, мы разговаривали сегодня утром.
  -Конечно.
  ‘ Это мистер Скелгилл– ’ Ее голос звучит немного запыхавшимся.  ‘ Есть некоторое улучшение.  Хотя его состояние все еще переменчиво – у него бывают хорошие приступы и плохие.  Но консультант говорит, что вы можете прийти.
  – Спасибо, мы приедем, как только сможем.
  Она встречается взглядом с сержантом Лейтоном, понимая, что приняла его участие, но он коротко и решительно кивает.
  Она заканчивает разговор и садится прямо, беспокойно оглядываясь по сторонам.
  - Сначала наберись сил, девочка.
  Сержант Лейтон кладет пончик на свою тарелку.
  ‘ Запиши это сам – это займет всего минуту - кроме того, у меня есть идея.  Послушай.
  Она улыбается – он прав – и, протянув руку, откусывает кусочек и умело смакует струйку алого джема, стекающую на перепонки ее рук.
  ‘ Вот это настрой.  Теперь, я думаю, мы можем отправиться через Кесуик.  У меня есть пара вещей, которые я хотел бы занести – перекинуться парой слов с хозяйкой, - а потом мы должны забрать мотор хозяина.  Я знаю, где он прячет запасные ключи – они понадобятся ему в ту же минуту, как его отпустят.  И нет никакой гарантии, что мы сможем его подвезти.  Я подъеду на нем; ты можешь поехать за мной и отвезти меня обратно.  Что скажешь?
  Сержант Джонс получает неожиданное удовольствие от пончика, но одобряет предложение и с энтузиазмом кивает.
  Сержант Лейтон теперь меняет номера.
  "Обменяйся, девочка, – возьми второй пончик, – я съем твою тосту".
  Довольные как своим планом, так и личным прогрессом – хотя любой взаимный обмен идеями был сокращен или отложен по соображениям целесообразности – они быстро отправляются пешком, чтобы преодолеть небольшое расстояние до машины сержанта Лейтона, откуда он отвезет сержанта Джонс к ее "Фольксвагену", удобно припаркованному по пути.
  Когда они проходят мимо портика Броссена, сержант Джонс протягивает руку и собирается заметить, что именно это ее коллега пропустила субботним вечером, когда он опережает ее, выкрикивая.
  Но он смотрит в другую сторону – через дорогу по диагонали, туда, где едва виден его автомобиль на боковой улице.
  Его клятва заставляет ее следить за его взглядом: к его ветровому стеклу прикреплено уведомление о штрафе.
  Сержант Лейтон ускоряет шаг – несмотря на то, что это безрезультатно.  Он добегает до машины и встает, подбоченившись.
  Черт возьми, ты не поверишь!  Я позвонил начальнику тюрьмы и сказал ему следить за моим мотором – я на дежурстве!  Учитывая, что шеф сократил расходы, это все, что мне чертовски нужно!"
  Сержант Джонс осторожно отклеивает ленту, удерживающую талон на месте.  Она читает написанные от руки данные, в частности идентификационный номер парковщика.
  - О боже.
  Сержант Лейтон поворачивается к ней.
  - В чем дело, девочка?
  Она обнажает зубы и сокрушенно вздыхает.
  - Думаю, это из-за меня.
  OceanofPDF.com
  28. МАНЕРЫ ПОВЕДЕНИЯ У ПОСТЕЛИ БОЛЬНОГО
  Больница, Уайтхейвен, 15:15
  ‘YТЫ ВСЕ ЕЩЕ С нами, шеф?  Думаю, медсестра вернется с минуты на минуту, чтобы выставить нас вон.
  Два сержанта обмениваются взглядами – мимолетный зрительный контакт поверх масок.  Вызывает замешательство тот факт, что им пришлось их носить.  Им говорят, что это просто мера предосторожности.  Но Скелгилл выглядит длинноволосым, бледным, худым и слабым, он находится под капельницей, с проводами, контролирующими его жизненно важные показатели, и, что наиболее тревожно, с назогастральным питательным зондом.
  Сержант Лейтон проверяет в иллюминатор двери, нет ли медсестры.  В отделении для особо нуждающихся есть собственная стойка регистрации, которая встречает прибывающих, с отделениями в широком коридоре от восьмиместных до одноместных палат, таких как Skelgill's.
  Он поворачивается, роется в кармане толстовки и вытаскивает то, что могло быть продолжением его брюшка.  Это бумажный пакет с фирменным логотипом, мятый и в жирных пятнах.  Он подходит к той стороне кровати Скелгилла, где есть шкафчик.
  ‘ Купил тебе это, шеф.  Лучше спрячь в ящик.  Пару булочек с сосисками от Хейгса.  По дороге сюда мы заскочили в подсобку – выпечка готовится к утру понедельника.  Славный старик, этот Дэвид, который управляет заведением – передает наилучшие пожелания.  Эмма слышала, что вы хотели пинту "Дженнингса", но мы подумали, что это будет чересчур ... хах!  Он перебирает вещи в ящике, освобождая место.  "Вот так – как только ты почувствуешь, что немного проголодался – Боб твой дядя!"
  Глаза Скелгилла следят за действиями сержанта Лейтона.  Он не отвечает, но облизывает губы, которые пересохли и покрылись чешуйками; он явно обезвожен.  Он практически не реагирует - и почти не разговаривает.  Трудно понять, происходит ли это из-за того, что он борется с болью или на самом деле находится в полубессознательном состоянии.
  Сержант Джонс чувствует, что он смущен - и предпочел бы, чтобы их там не было.  Не видеть его таким.
  Им было сказано не обсуждать рабочие вопросы.  Но Скелгилл явно не согласился – он нахмурился, услышав приказ медсестры.  Но они знают, что перегибают палку, заполняя неловкое молчание болтовней. 
  И сержант Джонс знает Скелгилла.  Лучшее, что они могут сделать, это относиться к нему как к нормальному человеку и рассказать, что они задумали.  Проинформируйте его так, как если бы они все трое были вместе в его кабинете.  Она мечтает о знакомой, обыденной обстановке – часто погруженной в полумрак комнате, опущенных венецианских жалюзи и проникающем сквозь них пении птиц; старом сером картотечном шкафу, который в последний раз открывали десять лет назад; карте Озерного края Скелгилла, на которую часто смотрят; каждый сержант на своем обычном месте держит на коленях рулеты с беконом и обжигающе горячий чай из столовой - "Скелгилл" в его огромной кружке и две булочки для него.
  Она задумчиво улыбается.  Возможно, она не скучает (но восприняла бы) случайный гниющий запах сушеной рыбьей чешуи, в те дни Скелгилл приходил на работу прямо с рассвета на Басс-Лейк в своей поношенной куртке Barbour.  Теперь здесь только фенольный запах дезинфицирующего средства и резкое искусственное освещение.
  И она чувствует, что любая дискуссия будет казаться пустой – что она и сержант Лейтон будут действовать по правилам – без регулярного рычания и гримас Скелгилла.
  Словно по бессознательной привычке, она заняла место справа от Скелгилла под окном, а сержант Лейтон - по диагонали слева, как партнеры в обычных позах для сна или участники занятий физкультурой, занимающие свои обычные места на коврике.
  Она слегка покашливает.  В радужках Скелгилла преобладает серый цвет, но они все равно переходят к ней.
  ‘Мне все еще кажется, что я не вижу леса за деревьями – но, возможно, деревья редеют.  Сегодня я встретился с тремя дамами и посетил три ресторана.  Но, хотя я почти уверен, что тарелку посетителя можно испачкать, никто из них не помнит ничего подозрительного.’
  Она колеблется, наблюдая за реакцией Скелгилла, но сержант Лейтон подбадривает ее.
  - Похоже, ты попала прямо в сорняки, Эмма.
  Чувство вины заставляет ее опустить взгляд, но она поправляется и пожимает плечами, словно отвергая похвалу.  Есть аспекты ее исследований, которые прямо сейчас не предназначены для ушей Скелгилла.  Заметка о ужине при свечах с Кендалл Минто на первой полосе нуждается в тщательной проработке, не говоря уже о том, что в заголовке может отсутствовать упоминание о фиктивной помолвке.
  Что ж, я буду краток.  Начнем с того, что Ширли Патерсон слишком близка со своим тренером по верховой езде, чтобы чувствовать себя комфортно.  Она была довольно увлечена этим.  Я не совсем уловил их за этим, но он положил руку ей на колено, и они ушли вместе, якобы посмотреть на лошадь, пока ее муж в отъезде, на конференции инженеров–канализационщиков.
  Она делает паузу – возможно, ожидая сухого замечания от сержанта Лейтона, – и он должным образом подчиняется.
  - Я полагаю, вы доберетесь до сути этого вопроса.
  Они смотрят на Скелгилла, и он приподнимает бровь.
  Сержант Джонс движется дальше.
  В случае с Морной Форчун это– ну– как бы это сказать?  Она была еще более откровенной.  Поговорить об изменении личности – это было все равно что встретиться с другим человеком.  Раньше она была настороженной и замкнутой – сегодня она практически затащила меня в дом и, прежде чем я успел опомниться, она рассказала мне, что у ее мужа, врача общей практики, давний роман с женой одного из его последних пациентов ".
  Сержант Лейтон реагирует широко раскрытыми глазами.  Сержант Джонс кивает в знак подтверждения.  Поскольку они ехали в разных машинах, для него это тоже в основном новость.
  А потом Бренда Смитсон – жена писателя, которая тайно пообедала со старым другом.  Я не думаю, что она была до конца откровенна по поводу количества контактов, которые у нее были с ним.  Она также рассказала мне о безумном предложении Джеральда Смитсона из книжной группы Морны Форчун послать ему отравленный торт в отместку за то, что он отклонил приглашение выступить.  Я подумал, не было ли это попыткой отвлечь внимание.  Но есть и другой поворот.  Мало того, что имени ее бывшего нет в реестре бронирования, но также я обнаружил, что актер Тим Клюз снимался в сериале "Конистон Уотер" и одновременно ужинал в Kirrock.  Можно подумать, Бренда Смитсон упомянула бы об этом.  Трудно поверить, что она его не узнала.  Она вспомнила, как кто–то сделал селфи с шеф–поваром - но если это правда, то наверняка все было бы наоборот - шеф-повар попросил сделать селфи с Тимом Клузом".
  Сержант Лейтон взволнован историей знаменитости.
  - Вау.  Это тот новый боевик "Синяя птица", который они снимают, не так ли?  Один из отцов на футболе рассказывал мне – он управляет компанией по подводному плаванию, которая обеспечивает их средствами безопасности.  Считает, что старик Клюз немного обременителен – ему за шестьдесят, и он все еще настаивает на том, чтобы выполнять все свои трюки самостоятельно.  Что вы на это скажете, шеф?
  Он поворачивается к своему начальнику, но Скелгилл не отвечает; его глаза открыты, хотя сейчас они кажутся расфокусированными.  В отсутствие обычной защиты дьявола сержант Лейтон удваивается и играет третьего собеседника.
  – Итак, Эмма, что все это тебе дает?
  Она ерзает на стуле и отворачивается, чтобы на мгновение выглянуть в окно; они находятся на третьем этаже крыла, которое выступает из главного здания как одно из серии, между ними подстриженная трава, а слева – автостоянка для персонала в задней части больницы; за ней виднеется ряд платанов, но она размышляет о том, что Скелгиллу особо нечем развлечься - всего лишь пара пегих ловцов устриц, исследующих газон своими длинными оранжевыми клювами.
  ‘С другой стороны, существует логическая проблема, заключающаяся в том, что ни один отдельный случай не объясняет трех - или четырех отравлений’.  Она избегает смотреть на Скелгилла, считая его возможной жертвой.  "С другой стороны, мы знаем по опыту, что сердечные дела могут быть сильными мотивами".
  Сержант Лейтон что-то бормочет в знак согласия.
  - Да– ты знаешь, я думал об этом вместе со своей подругой–ботаником, доктором Хильдой Смит.  Сегодня утром у нее была небольшая перепалка с Уильямом Тейлор-Брауном - я прятался – залез на огненное дерево – вы бы гордились мной, шеф.  Он поворачивается к Скелгиллу, но не получает ответа.  ‘На минуту я подумал, что мне придется вмешаться.  И хотя она сказала мне, что надеется, что он упадет в заросли крапивы, я не был убежден.  Я не мог отделаться от ощущения, что у них что–то не так – или, по крайней мере, было в прошлом, - так насколько я могу на нее положиться?  Он пригласил ее к себе в ресторан – как будто думал, что она появится.
  Наступает небольшая пауза – пока сержант Лейтон размышляет над тем, что он сказал.  Затем он осознает, что взял слово, но сержант Джонс кивает, показывая, что она рада, что он продолжает.
  – Ну , с другой стороны , она его достала насчет боеприпасов – ха!  Грасс – ботаник!  Она бы так и сделала, не так ли – Эй, шеф?  (Скелгилл, кажется, слегка шевелит уголком рта.)  – И она сказала мне, что он солгал о существовании контролера по борьбе с паразитами - она считает, что такого человека нет.
  ‘ И вот что, шеф– вы попали в точку, уговорив меня поговорить с Джадом Хоупом.  Он мало что знал о винтовке rimfire, но они с мамой знают о Тейлоре-Брауне - Билли Бушмите, как они его называют.  Однажды он появился, пытаясь выпороть их дикую дичь.
  СЕРЖАНТ Джонс издает негромкий вздох, и сержант Лейтон смотрит на нее, серьезно кивая.
  ‘ Да, совершенно верно, это, так сказать, его игра!  Незаконная и все такое.  Я проверил реестр местных властей, и у него нет лицензии.  Он снова поворачивается к Скелгиллу.  ‘ Итак, я последовал твоему дальнейшему совету и отыскал его багор.  Через окна особо смотреть было не на что, но за домом у него был запертый гараж, полный морозильных камер, и зона для приготовления мяса, и развешанные фазаны и зайцы.  Его специальность – фауна, так Хильда это называла.
  Он добавляет "всадник", чтобы не претендовать на то, что является автором латинского термина, но при этом поднимает палец в своем характерном стиле, когда ему приходит в голову какая–то мысль.
  Скелгилл остается неподвижной, но сержант Джонс слегка наклоняется вперед из своего сидячего положения, как будто это действие подтолкнет сержанта Лейтон пойти ей навстречу.
  Он щелкает большим пальцем, как будто кролик вылезает из шляпы.
  – Да, фауна... и флора ... может быть, это все.
  Сержант Джонс решает, что ей следует надавить на него.
  - Это что?’
  ‘ Я думаю, она помогала ему определять растения – я полагаю, он продает травы и еще много чего, – а также дикие фрукты, ягоды и все такое.  Я видел, как он боролся с контрольным списком в Milk Wood.  Я думал, он проводил опрос.  Хильда, она бы знала, где искать.  Она начала показывать мне ягоды черники и указывать на опасность принять их за смертоносный паслен ...
  Когда он мог бы усложнить ситуацию, упомянув, что у нее, по-видимому, был небольшой запас последнего, вместо этого он придерживается своего основного тезиса.
  Наверное, поэтому Тейлор-Браун под кайфом.  Она опустошила его запасы.  Эти шикарные рестораны – они все делают ставку на необычные ингредиенты, не так ли?  И когда я проследил за ним от его коттеджа, он прихватил с собой классную сумку.  Он остановился в паре модных маленьких отелей со странными названиями – один назывался Stook, а другой - Urchin.’  Он наклоняется ближе к Скелгиллу и говорит, возможно, излишне громко.  – Напомнило мне о тебе и твоих насмерть сбитых на дороге ежиках, не так ли?
  Скелгилл просто моргает – тем временем сержант Джонс отреагировал с большим интересом.
  - Это недалеко от Кесуика, а потом в Грасмере?
  – Да, это, должно быть, они.
  Она хмурится.
  - Они есть в списке.
  -Придешь еще, девочка?
  "Стук" и "Ежик".  Это два других ресторана, которые входят в шестерку финалистов в номинации "Великолепное камбрийское меню" в категории "Изысканные блюда".  Основу конкурса составляют мясо, рыба, овощи и зелень местного производства".
  Сержант Лейтон жестикулирует, выставив обе ладони.
  ‘ Ты бы поверил?  Неудивительно, что мы столкнулись в Эмблсайде.  Если бы только я был на день раньше – возможно, я смог бы прийти на тот шикарный ужин.  Как все прошло, в конце концов?"
  Сержант Джонс бросает предупреждающий взгляд.  Стремясь вести себя как подобает коллеге, он задал неудобный вопрос.  Скелгилл меняет позу, и она поворачивается, чтобы встретить его пристальный взгляд на себе.
  Она прибегает к отвлекающей тактике.
  ‘ Вообще-то, произошел небольшой скандал.  Тэнси Иссоп... (она смотрит, чтобы объяснить сержанту Лейтону) – она успешный предприниматель в сфере общественного питания.  Она замужем за шеф–поваром отеля Laurel Bank Антоном Деком, за исключением того, что сейчас работает в Brossen и, по слухам, живет с владельцем, Заком Крэддоком.
  Сержант Лейтон что-то многозначительно бормочет.
  ‘ Тот парень из телика - "Камбрийская кухня"?  Хозяйке это нравится – и ему тоже. - Он складывает руки на груди.  ‘Не знаю, что она в нем нашла.  Я всегда думаю, что он немного придурок – над ним издевается ведущая-женщина, и, кажется, ему это нравится".
  Сержант Джонс небрежно поворачивается к Скелгиллу; его не трогает саркастический взгляд сержанта Лейтон, он все еще наблюдает за ней, и кажется, что на его щеках появился легкий румянец.  Она поджимает губы под маской и чувствует, что ткань влажная от ее дыхания.  Она продолжает.
  ‘ Похоже, это вызывает волну среди окружения.  И в гастрономических кругах.  Последние несколько лет Антон Дек и Зак Крэддок боролись за титул чемпиона".
  У сержанта Лейтона есть быстрый ответ.
  –И теперь они дерутся из–за ... как вы ее называете ... Дейзи Как там ее?
  "Пижма Иссоповая".
  На обычно гладких бровях сержанта Джонс появляются морщинки, а глаза затуманиваются.
  ‘ Судя по всему, она сбежала с корабля.  У нее репутация вспыльчивой – ее арестовали за ссору с женщиной-партнером по бизнесу из-за мужа этой женщины.  Должно быть, это унизительно для Антона Дека – у меня складывается впечатление, что он гордый мачо".
  Она вопросительно смотрит на Скелгилла, который, как она знает, встречался с этим человеком, и хотя она не ожидает ответа, на ее лице появляется подобие гримасы.
  Возможно, он испытывает волну дискомфорта, и она пользуется небольшой возможностью еще больше отдалить разбор полетов от своего визита к Броссену.
  – Я тут подумала, учитывая связь с Лорел Бэнк... (она показывает раскрытыми ладонями, что имеет в виду затруднительное положение Скелгилла), – не запросить ли мне их список приглашенных на ужин в пятницу вечером.
  Сержант Лейтон хлопает ладонью по коренастому бедру.
  – Ах да, ты как раз начал рассказывать, когда нам позвонили и попросили приехать сюда – что-то насчет имен?
  Сержант Джонс бросает взгляд на Скелгилла; его глаза на мгновение закрылись, и трудно сказать, проснулся ли он.
  Она испытывает волну сомнений – или, по крайней мере, нежелание озвучивать то, что является несовершенным и абстрактным понятием, когда Скелгилл не в состоянии участвовать в дебатах.
  Но она решает, что может, по крайней мере, изложить факты.
  ‘ Это немного левая тема, но Морна Форчун настояла, чтобы я взял книгу – точнее, две.  Но одна была автора по имени Хэммет.  Мне удалось забронировать столик для каждого ресторана.  Во всех трех нет ни одного названия, которое выделялось бы.  Но я заметил Hammet – это было в Brossen.  Потом был Хемингуэй в Пайклетсе – и Хайсмит в Кирроке.
  Она бросает взгляд на своих коллег.  Скелгилл все еще держит глаза закрытыми, и его дыхание кажется поверхностным.  Сержант Лейтон вцепился пальцами одной руки в свои волосы.
  Она уточняет.
  ‘ Хэммет, Хемингуэй, Хайсмит.  Это известные американские писатели.
  - С той же книжной полки!
  Проницательность сержанта Лейтона противоречит его озадаченному выражению лица.
  Сержант Джонс медленно кивает – он озвучил какой-то фрагмент ее неоформленных мыслей.  И она видит, что он скажет что-то еще; она ободряюще расширяет глаза.
  ‘ Ты думаешь, это и есть твой отравитель?  Назвался вымышленным именем?
  Сержант Джонс хочет сказать "да и только", но она знает, что, если Скелгилл помолвлен, он не допустит такого шага в темноте.
  Она гребет назад на пару гребков.
  ‘ Мы придерживались непредвзятого мнения.  Мы не выявили никакой существенной связи между жертвами – кроме Великолепного камбрийского меню, – и в этом случае наиболее вероятный виновник - инсайдер.  Она раскачивается взад-вперед на своем стуле.  - Но если эти имена авторов что-то значат ... Этозаказы, сделанные посторонним человеком.
  Скелгилл стонет, как будто они явно лают не на то дерево и он не может этого вынести, но других признаков осознания он не проявляет.
  Сигнал тревоги с мобильного телефона сержанта Джонс заставляет ее вытащить его из кармана и взглянуть на экран – и ее глаза сужаются так, что сержанту Лейтону приходится сделать замечание.
  - В чем дело, девочка?
  ‘Натали Сэндс-Лорен – из Конте-Ницца’.  Она продолжает щуриться, читая.
  Сержант Лейтон терпеливо ждет.
  "О".
  Поначалу это все, на что способна сержант Джонс, но она предпочитает делиться содержанием, а не домыслами, от которых встали дыбом тонкие светлые волоски у нее на затылке.
  ‘ Они получили анонимное сообщение.  Там написано – я прочитаю то, что она скопировала: “Почему этим так называемым лучшим ресторанам сходят с рук случаи заражения продуктов питания?  И вообще, кто выбирал шорт-лист?”  Вот и все.
  Из-под маски сержанта Лейтона вырывается приглушенное восклицание триумфа.
  - По-моему, это звучит как обида неудачника.
  Сержант Джонс пристально смотрит на него; она не кивает и не качает головой, а просто наклоняет ее из стороны в сторону.  Она думает о своем разговоре с Кендаллом Минто.  Загадка, которая беспокоила ее, но не ее пылкого партнера по ужину, заключалась в том, что от отравлений без огласки было мало толку.
  – Но если это недовольный конкурент, откуда им знать?
  Ее мысли лихорадочно работают.  Конечно, было невозможно провести расследование без какого-либо упоминания об отравлении, но для кого-то, особенно в более широкой сфере, идентификация его специфического и систематического характера кажется невероятной.  Не в последнюю очередь это касается финалистов изысканной кухни.
  Но теперь происходит еще одно вмешательство – без предупреждения на мониторе за изголовьем кровати Скелгилла начинает пищать сигнал тревоги.  Они оба встают, но ни один из них не знает, что им делать, – но почти сразу же незнакомая медсестра входит в палату и подходит к кровати, не обращая на них внимания.
  Она быстро оценивает ситуацию и тянется, чтобы выключить монитор.  Теперь она обращается к ним.
  - У него поднялась температура.  Мне нужно увеличить дозу лекарства.  Тебе лучше уйти сейчас.
  Она произносит это так, как будто "должен" "необязательно", и спешит прочь, вытаскивая ключи на выдвижном шнурке из кармана своего небесно-голубого комбинезона.
  Сержанты смотрят друг другу в глаза, теперь в их глазах над масками читается беспокойство, карие радужки сержанта Джонса блестят в ярком больничном свете.  Сержант Лейтон кивает, отворачивается, медленно подходит к двери и ждет, выглядывая в коридор.  Когда сержант Джонс присоединяется к нему, он открывает дверь, пропуская ее первой, но затем поворачивает голову в сторону Скелгилла.
  - Догоню тебя.
  Он придерживает пружинящую дверь, пока сержант Джонс не выйдет, и на цыпочках возвращается к кровати.  Он склоняется над Скелгиллом; его глаза остаются закрытыми.
  ‘ Шеф, в вашем ящике– за рулетиками с сосисками, ключи от вашей машины.  Мы оставили ваш автомобиль на парковке для персонала – секция S, место 37 – вы можете видеть его из окна.  Вы очень скоро вернетесь на Басс-Лейк.
  Он ждет реакции, но ее нет.  Он хлопает своего босса по плечу и направляется к двери.
  - Лейтон.
  Голос Скелгилла хриплый и скрипучий, почти шепот.
  Сержант Лейтон разворачивается.  Скелгилл все еще сидит с закрытыми глазами.
  – Это черника, а не черника.
  Сержант Лейтон пристально смотрит на мгновение – но больше ничего, – и Скелгилл испускает вздох, как будто он говорил во сне.
  Сержант Джонс стоит у стойки администратора лицом к лицу с невысокой женщиной в зеленой медицинской форме, миниатюрной, с бледной кожей и темными волосами, собранными сзади в конский хвост.
  Она представляет сержанта Лейтона, когда он подходит.
  – Это миссис Кушьери, консультант, которая определила тип отравлений.’
  Женщина улыбается сержанту Лейтону, но не тратит времени на любезности.
  ‘ Я только что объяснял вашему коллеге – инспектор Скелгилл, кажется, справился с самой серьезной частью проблемы, но у него продолжаются рецидивы.  Боюсь, два шага вперед и один назад, но, по крайней мере, все не наоборот.
  Сержант Лейтон прищелкивает языком.  Это может быть как поощрение, так и разочарование.
  - Но ты еще не докопался до сути?
  Женщина спокойно смотрит на него.
  Пока что все стандартные тесты оказались отрицательными.  Мы многое исключили, но пока ничего не исключили.  Вот почему я рад вас видеть.  Очевидно, он мало что смог рассказать нам о том, что произошло.  Высокая температура может вызвать бред и галлюцинации, поэтому мы не можем полностью полагаться на его ответы.  И хотя я не скажу, что он совсем уж отказывается сотрудничать, я скорее чувствую, что он из тех, кто не сдастся под пытками.
  В ее тоне слышится вопрос, и оба сержанта пытаются заговорить, но сержант Лейтон уступает сержанту Джонсу.
  "Он съел небольшое количество еды в отеле, который косвенно связан с другими инцидентами – другими ресторанами, где обедали жертвы отравления".
  Консультант кивает.
  ‘ Да, я думаю, мы получили это количество и описание приема пищи до того, как его состояние ухудшилось.  Я подумал, не следует ли нам рассмотреть что-нибудь еще.
  Сержанты обмениваются взглядами, и на этот раз отвечает сержант Лейтон.
  ‘ Он действительно вытащил раненого оленя из озера – в итоге промок насквозь.  Он же не мог заразиться от него чем-нибудь, не так ли?  Не похоже на бешенство или что-нибудь в этом роде?
  Консультант улыбается, но не раньше, чем поднимает брови.
  ‘ Думаю, что нет, если только его не укусили.  Хотя вы были бы правы насчет симптомов лихорадки и бреда.
  Сержант Джонс накручивает на палец прядь своих волос.
  – Бешенство - редкое заболевание, не так ли?’
  ‘ Не волнуйся, это практически неизвестно. Женщина ободряюще касается ее руки.  - Но что это было за озеро, если уж на то пошло?
  ‘Озеро Бассентуэйт … ".
  Сержант Джонс добавляет существительное запоздало, зная, что Скелгилл набросится на нее за то, что она его опустила.
  Консультант задумчиво смотрит на нее некоторое время.
  ‘ Ладно, оставь это мне. ’ Она смотрит на свои часики с брелоком.  ‘ Я опаздываю на свой обход.  Мы дадим ему что-нибудь, чтобы он как следует выспался.  Возможно, ты захочешь вернуться в восемь утра.
  Два сержанта медленно проходят через здание больницы, поднимаясь по лестнице, а не на лифте, и останавливаются, чтобы определить местонахождение главного входа среди множества указателей, развешанных над головой, на стенах и дверях.  Жизнерадостные носильщики, толкающие пациентов в инвалидных колясках, быстро проезжают мимо них, в то время как находящиеся на скорой помощи заключенные, их родственники, врачи и медсестры пересекают съемочную площадку в качестве статистов.
  Пока это остается невысказанным, они явно не хотят уходить и должны либо предложить зайти в кафетерий, на что другой, вероятно, согласился бы, но они доходят до вращающихся стеклянных дверей, за которыми находится общественная парковка.
  Выйдя на открытое пространство, они замечают явную перемену в воздухе, он посвежел и похолодал, облака сгустились, превратившись в серое ватное одеяло, а свет стал ровным.  Ветерок может быть даже влажным.  Сержант Лейтон инстинктивно обнимает своего коллегу за плечи.
  – Не волнуйся, девочка, с ним все будет в порядке.
  СЕРЖАНТ Джонс печально улыбается и слегка наклоняется к успокаивающему телу своего коллеги-офицера, а сама поднимает взгляд к небу, как будто его слова приведут к надвигающемуся падению.
  ‘ Я знаю, ты прав.  Я просто беспокоюсь, не произойдет ли еще одно отравление.
  OceanofPDF.com
  29. НЕЖНЫЙ В НОЧИ
  В глубочайшем темном, пропитанном каплями сновидений лесу бреда меняются очертания.
  Моросит дождь; хойинг, стоптинг, сайлинг; заглушая шаги брока, приглушая крик совы.
  Тень повторяет форму.
  Под дрожащим глазом фаун, черной радужкой глаза, ночным глазом, всевидящим глазом,
  Затем тень скользит рядом.
  Олененок съеживается, дрожит, голодный, пугливый.
  Топкий болотный запах нападает:
  Запах Земли, запах спор, запах следов.
  Бальзам от пота и соленой жажды утоляет.
  Форма колышется, раскачивается, ищет.
  Тень возвращается в воронье-черный оттенок, терново-черный оттенок.
  Форма собирает, подбирает, злорадствует.
  Форма меняется, теперь быстрее.
  Фигура может потерять свою тень.
  Но тень едина с формой.
  Из темноты - свет, булавочный укол.
  Ни одна звезда, ни светило, ни луна не могут проникнуть сквозь черное небо, черный дождь, черную ночь.
  Форма - черный мотылек света, ястреб мертвой головы.
  Под светом пространство поглощает форму, превращаясь в источник.
  Тень ложится на стекло.
  Внутри - луч взломщика, занятый своими шалостями.
  Тень задерживается.
  Сердце бьется, в висках пульсирует, время тянется.
  Пока форма не изменится.
  Тень может проходить везде, где может проходить форма.
  Через окно, через дверь, не нужно ходить на цыпочках.
  Тень может искать все, обволакивать все, забирать все.
  И когда наступает рассвет и очертания становятся четкими перед мысленным взором, все следы тени исчезают.
  Тень - это сон.
  Бред.
  OceanofPDF.com
  ПОНЕДЕЛЬНИК
  30-го июня
  OceanofPDF.com
  30. УТРО ПОСЛЕ
  Больница, Уайтхейвен – 8.00 утра.
  СЭРГАНТ ДЖОНС, сержант Лейтон.
  Пара поворачивается.
  Консультант должен прибыть в то же время и перезвонить им, прежде чем они смогут войти в палату Скелгилла.
  На их лицах написано беспокойство.
  К ним спешит миссис Кушьери.
  - Это хорошие новости.
  Хотя она и расплывается в улыбке, но поднимает руку, чтобы поправить себя.
  – Что ж, если криптоспоридий вообще может быть хорошей новостью.
  Сержант Лейтон ахает.
  ‘ Крипто-что?  Звучит отвратительно.
  Она качает головой.
  ‘ Твой рассказ об олене прошлой ночью.  У меня возникло подозрение – он, вероятно, наглотался зараженной воды.
  Теперь сержант Джонс громко вздыхает.
  - Уж не из Басс-Лейк, конечно?
  Она использует сокращенную терминологию Скелгилла.
  Консультант дотрагивается до ее руки.
  Я разговаривал с нашим местным эпидемиологом.  Озеро является частью системы реки Дервент.  Оно находится ниже по течению от очистных сооружений Кесвика.  В пятницу завод был затоплен проливным дождем, и в течение шести часов происходил сброс неочищенных сточных вод".
  - Вмешивается сержант Лейтон.
  ‘ И это причина?  Сточные воды?’
  ‘ Да, без лечения.  Вот почему вокруг Уиндермира столько споров.  На озеро Бассентуэйт, как правило, не обращают внимания, потому что у него мало посетителей".
  На лице сержанта Джонс читается ужас, хотя на мгновение она замечает, что шок прошел.
  ‘ Загрязнение Басс-Лейк – у него будет апоплексический удар.  Миссис Кушьери, вы уверены в диагнозе?
  Женщина решительно кивает.
  ‘ О, абсолютно никаких сомнений – мы идентифицировали организм.  Жаль только, что мы не заметили этого в первый раз, но мы искали яд, а не паразита.  И даже тогда требуется микроскопический анализ кала – яйцеклетки едва достигают трех микрон в поперечнике – их можно уместить тысячу на булавочной головке.
  Сержант Джонс бросает взгляд в сторону двери в палату Скелгилла.
  - В чем заключается лечение?
  Консультант делает жест "руки прочь".
  Ну, честно говоря, это для того, чтобы позволить иммунной системе организма выполнять свою работу.  Это объясняет, почему после того, как она достигла пика, он постепенно справлялся с ней.  И каждый рецидив был менее тяжелым, чем предыдущий.  Мы выпишем некоторые антибиотики и противодиарейные средства – возможно, пояс и брекеты, но они смягчат любые остаточные симптомы.  И тогда это всего лишь вопрос времени и хорошего увлажнения. Мы выпишем его в полдень, при условии, что он пройдет последнюю стандартную проверку.  Его жизненные показатели стабильны, сознание и ориентация в норме, тошнота прошла.  Это всего лишь вопрос мочеиспускания.  Кажется, он любит чай, так что я не думаю, что это будет проблемой.
  Сержант Лейтон переминается с ноги на ногу и начинает теребить эластичные ремешки своей маски.
  ‘ Маски вам не понадобятся – просто соблюдайте обычную строгую гигиену.  Консультант улыбается и начинает отходить.  ‘ Я оставляю вас на его попечение.  Он недавно проснулся, но сегодня утром вы увидите, что он изменился.
  Несмотря на ободряющие слова консультанта, они все еще с некоторым трепетом входят в комнату.  Когда вчера Скелгилл лежал навзничь, его голова безжизненно покоилась на подушках, они обнаружили его сидящим без поддержки, придвинутый к кровати столик доедал остатки жареного завтрака.  Также на подносе лежит пустой бумажный пакет с маркой Haighs.
  Однако он по-прежнему одет в легкую больничную рубашку, выглядящую неуместно теперь, когда она стала более заметной.  Он неопрятен и небрит; его волосы неопрятно прилипли ко лбу.
  Он бросает на них быстрый взгляд и снова опускает взгляд в свою тарелку, продолжая жевать, как будто они только что нашли его в полицейской столовой и у него есть более важное дело.
  СЕРЖАНТ Джонс издает сдавленный возглас облегчения и вынуждена сдержаться, чтобы не броситься вперед, но сержант Лейтон, похоже, знает, как взять нужную ноту.
  ‘ Черт возьми, шеф, что за состояние.  Ты выглядишь как Эбенезер Скрудж после ночи, проведенной с призраком Джейкоба Марли!
  Скелгилл смотрит на него и указывает на потолок вилкой с последним кусочком сосиски.
  – Я не знаю, что они мне дали, Лейтон, но мне приснился чертовски странный сон ...
  Он застывает с занесенной вилкой, его лоб хмурится, и он перестает жевать.
  Сержант Джонс ястребиным взглядом наблюдает за ним – она распознает откровение.  Его глаза сверкают, как изумруды, в слабом утреннем свете.
  Сержант Лейтон, вместо того чтобы подойти к кровати, отошел к окну.
  Теперь он издает негромкое восклицание.
  ‘ Шеф– они переставили ваш мотор?  Я его не вижу. ’ Он прижимается носом к стеклу, чтобы посмотреть левее.  ‘ О, нет, подождите, он там.  Но я его оставил не там.
  Он оборачивается и видит, что Скелгилл пристально смотрит на него.
  Не говоря ни слова, Скелгилл лезет в ящик стола и достает ключи.  Он бросает связку сержанту Лейтону.  Он сглатывает и прочищает горло.
  – Лейтон, пойди и посмотри в подсобке – ни к чему не прикасайся без перчаток.
  Сержант Лейтон стоит, все еще сложив руки чашечкой перед грудью, в позе, в которой он положил ключи.
  - Вы не оставили там гнить лосося или что-нибудь в этом роде, шеф?
  Скелгиллу требуется мгновение, чтобы ответить.
  - Возможно, ты не так уж и далек от истины, Лейтон.
  Но его ответ остается загадочным, и он мотает головой, показывая, что сержанту Лейтону следует уйти.
  "Вернусь через месяц".
  Сержант Лейтон искоса бросает взгляд на сержанта Джонса – неужели у их босса все еще наполовину галлюцинации?
  С другой стороны, машина была перемещена.
  Сержант Джонс ждет, пока за ее коллегой захлопнется дверь.
  Немного неуверенно она подходит к кровати.  Хотя в этом нет необходимости, она понижает голос.
  ‘ С тобой все в порядке?  Что случилось?
  Скелгилл указывает на свою пустую тарелку.
  ‘ Физически я в порядке.  Но подожди Лейтона, детка, на случай, если я сойду с ума.
  Его юмор вселяет уверенность, и сержант Джонс светлеет.
  Она протягивает руку, чтобы положить ладонь ему на лоб, словно для подтверждения померить температуру.
  – Что ты делаешь? - бормочет она, и теперь ее голос приобретает дразнящий оттенок.
  - Значит, вас отравили не в отеле "Лорел Бэнк".
  Скелгилл криво усмехается.
  -Извините, что вмешиваюсь в вашу теорию.
  Она корчит гримасу, хотя это посредственная попытка изобразить профессиональное уныние, хотя под ней скрывается эйфория.
  Скелгилл допивает остатки чая из большой белой кружки.
  – Не волнуйся, девочка, мы все еще ждем вестей от Харриет.
  - Харриет Скиптон-Джеймс?
  "Ага".
  - И какое это имеет значение?
  Скелгилл проверяет, пуста ли кружка, и морщится.
  – Может, меня и не отравили, но я думаю, что олени были отравлены.
  Она смотрит на него с недоумением – возможно, он просто не полностью пришел в себя и восстанавливает какой-то неясный фрагмент из своих бессвязных снов.
  Ее взгляд скользит к индикатору температуры на дисплее над его кроватью – но там 37 градусов.  Без сомнения, он предпочел бы видеть 98,6F – но все равно это нормально, и подтверждает ее прикосновение.
  Она решает отложить подобные вопросы до возвращения своего коллеги.
  Она оглядывает его с ног до головы.
  ‘ Не хочешь одеться?  Она указывает на дверь туалета.  - Я так понимаю, здесь есть душ?
  "Ага".
  Она обходит кровать и подходит к его шкафчику.
  - Принести тебе одежду? - спросила я.
  - Да, почему бы и нет.
  Она открывает шкафчик и делает резкий вдох.
  - В чем дело, девочка?
  – Твои брюки ... они промокли насквозь.
  Она поворачивается и видит, что он, скрестив руки на груди, смотрит на нее немигающим взглядом.
  - Я сказал, что мне приснился чертовски потрясающий сон.
  Она смотрит на него несколько мгновений – возможно, его вызов сменяется чем-то более близким к застенчивости, хотя трудно быть уверенным.  Она снова хватается за одежду, которая безвольно висит в шкафу; очевидно, она непригодна для ношения.  Она на мгновение задумывается.
  - У тебя ведь в машине будут запасные рыболовные снасти, верно?
  "Ага".
  - Я, пожалуй, пойду.
  "Рит".
  Он ухмыляется, теперь уже более озорно, и она качает головой, проходя мимо изножья его кровати и выходя из комнаты.  Она отвечает на жизнерадостное приветствие молодой медсестры за стойкой регистрации довольно торопливой улыбкой и уже поднимается по ближайшей лестнице, когда сообщение с ее мобильного телефона останавливает ее на полпути.
  Снова Натали, из Конте-Ниццы.
  У нее отвисает челюсть при первых же словах, появившихся в сводке на экране: “Взлом в отеле ”Лорел Бэнк"".
  Затаив дыхание, она читает дальше – когда запыхавшийся сержант Лейтон преодолевает последний пролет под ней и неуклюже карабкается вверх.
  - Эмма!  Ты ни за что не догадаешься, что у него в машине – все спрятано в холодильнике.
  Сержант Джонс делает вдох и снова вдыхает.
  ‘ Думаю, я так и сделаю.  Она смотрит на телефонную трубку и рассказывает.  - Как насчет двух заранее приготовленных блюд из атлантического лосося на гриле на подушке из листьев только что добытого водяного пастернака ... и трех романов американских авторов в твердом переплете?
  OceanofPDF.com
  31. СОВЕЩАНИЕ ЭКСПЕРТОВ
  Гостиница " Партридж Инн " – ранний вечер
  SКЕЛГИЛЛ НАБЛЮДАЕТ За пятнистой мухоловкой.  По крайней мере, он думает, что это так и должно быть – она не такая пятнистая, в основном серая и невзрачная, в отличие от своего щеголеватого пестрого родственника, – но это, безусловно, искусная мухоловка, совершающая акробатические воздушные вылазки, чтобы с набитым клювом вернуться к символическому веревочному забору, отделяющему заросший край сада Куропатки от болотистой ольховой рощи, за которой густеет сосновый бор, а Сале Фелл выделяется зеленым и лиловым на фоне бледно-голубого неба.
  Он смутно обращает внимание на разговор между доктором Хансом Синисалуом и коллегой-академиком доктором Хильдой Смит; один на пенсии, другой гиперактивный – так он мог бы судить, поскольку это его первая встреча с высоким угловатым ботаником.  Хотя именно старейшина в настоящее время высказывается, когда они сравнивают распространенные до-и постсоветские травмы.  До сознания Скелгилл доходит, что Ганс только что сказал ей, что эстонцы его поколения были вынуждены готовиться к получению докторской степени на русском языке.
  Взрывное приветствие, которое может издавать только доктор ветеринарных наук Харриет Скиптон-Джеймс, отвлекает его взгляд от вольной птицы и мысли от блуждания по недостаткам автократии.
  ‘Извините!  Прошу прощения, ребята!  Вам следовало начать без меня – не уверен, что я тут при чем.  Пришлось выпросить чертов подъемник – "Дефендер" как раз возвращается из Трелкельда.  Моя помощница Эми вытаскивала телку из силосоуборочного комбайна.  Глаза больше, чем его брюхо!’
  Харриет Скиптон-Джеймс выглядит так, словно сама приехала прямо со двора фермы.  Поверх своего обычного твидового костюма она носит забрызганные грязью резиновые сапоги и поношенный вощеный жакет и, кажется, не подозревает о стетоскопе, висящем, как маленький питон, у нее на шее и на пышной груди.  Она проводит пальцами по своим взъерошенным каштановым кудрям и обнажает свои ширококостные черты.  Она дружелюбно улыбается.
  Сержант Джонс поднялась со стульев, расставленных вокруг низкого столика, специально вынесенного из гостиницы для их собрания.  Она проводит необходимую презентацию новоприбывшей и ее коллег-профессионалов.  Всех трех детективов ветеринар хорошо знает.
  В их распоряжении небольшой лесистый сад, залитый отфильтрованным ранним вечерним солнцем, порция теплого воздуха – единственный недостаток, о чем свидетельствует присутствие мухоловки, это что-то вроде убежища для крылатых насекомых, хотя, к счастью, в настоящее время здесь нет мошек.
  Со своей стороны, Скелгилла не раз передергивало при мысли о том, что он находится в такой близости от гордого парада ручных насосов Дженнингса.  Из открытого окна старинного бара доносятся ароматы пива и дрожжей, звон бокалов и обрывки дружеской болтовни.  Находиться в "Партридже" и не выпить пинту горького – это анафема, но он по-прежнему очень много времени проводит на дежурстве и по-прежнему очень много получает указаний о правильном способе регидратации.  Ему придется довольствоваться большим количеством чая и домашним имбирным пряником Бассентуэйт, приготовленным лучшей половиной хозяина Чарли Брауна.
  Из последних Харриет Скиптон-Джеймс с энтузиазмом вкушает щедрый кусок; ее яркое присутствие и яркая личность добавляют то, чего, возможно, не хватало собравшимся, как группе без барабанщика.  Завершается раздача прохладительных напитков в знак того, что отныне собрание собралось в кворуме и может начаться без дальнейших перерывов.
  Сержант Джонс ставит чашку с блюдцем и говорит в паузе.
  Спасибо вам за ваши быстрые ответы и циклическую рассылку электронных писем - и, как я понимаю, вы по отдельности обменялись некоторыми мыслями.  И спасибо вам за то, что пришли сюда без предупреждения.  Мы подумали, что это удобная промежуточная точка.
  На самом деле там есть пустой стул, и она указывает рукой в его направлении.
  – Миссис Кушьери вызвали в больницу по неотложному делу, но прав ли я, полагая, что она распространила результаты анализа токсинов в больнице и симптомов у пациентов?
  Доктор Ханс Синисалу и доктор Хильда Смит кивают, но Харриет Скиптон-Джеймс не скрывает своего замешательства – это выражение она адресует Скелгиллу, который в ответ подмигивает, намекая, что она должна доверять ему за то, что он втянул ее в это дело.
  Сержант Джонс делает вдох из тех, которые предшествуют важному заявлению.
  ‘Сегодня днем мы произвели превентивный арест по делу об отравлении’. Теперь она находится под пристальным вниманием троицы экспертов.  "С вашей помощью, чтобы мы могли принять решение о предъявлении обвинения в течение двадцати четырех часов, мы надеемся достичь консенсуса по научным аспектам".
  Она оглядывается – три любопытных лица задают один и тот же невысказанный вопрос.
  Она снова вдыхает, на этот раз обнажая стиснутые зубы.
  - После этого мы сможем сделать объявление.
  Раздаются кивки в знак неохотного согласия.
  Она удваивает полицейский протокол осмотрительности.
  – Сегодня вечером мы ищем не доказательства причастности к преступлению, а понимание метода – modus operandi - и того, что это может дополнительно рассказать о мотиве.
  Серьезные глаза впились в нее; напряжение в воздухе ощутимо.
  ‘Корона не обязана доказывать ни метод, ни мотив в суде, но такие доказательства могут быть убедительными в глазах присяжных.  Таким образом, ваш вклад может иметь решающее значение ".
  Харриет Скиптон-Джеймс Хутс.
  - Ха!  Тогда никакого давления!
  Ее вспышка гнева вызывает ропот.
  Доктор Ханс Синисалу прочищает горло и поднимает ладонь.
  – Должен ли я начать - раз уж мы начали с токсинов?
  Сержант Джонс жестом показывает, что слово за ним.
  Он надевает очки для чтения, которые лежали на бумагах на столе, и поднимает документы, чтобы внимательно их рассмотреть.  Когда он собирается заговорить, истребитель королевских ВВС выбирает момент, чтобы разорвать долину, и все они поднимают глаза – но самолет обогнал свой звуковой след, и все, что они видят, - это небольшое извержение галок из дымоходов старой гостиницы.
  ‘ Возможно, благоприятный перелет? Пожилой мужчина ухмыляется и ждет, пока воздух осядет.  ‘ Итак, у нас есть три человека и три химических соединения – нетипичные соединения.  Первый - оксалат сапонина.  Второй - конваллатоксин.  И третий - дигитоксин.
  Он смотрит поверх очков на Скелгилла и коллег.
  ‘Существуют сотни, если не тысячи химических веществ, которые мы используем для получения выгоды, облегчения боли или удовольствия, которые имеют огромную полезность.  Когда вы обратили на них мое внимание, моей первой реакцией был коммерческий или фармацевтический источник, поскольку каждый из них находит применение в промышленных и медицинских процессах.  Однако теперь есть вещи, которые мы понимаем немного по-другому.
  Свободной рукой он демонстративно поднимает свою чашку.
  ‘ Чай содержит кофеин.  Это наиболее часто употребляемое психоактивное вещество в мире.  Он многозначительно смотрит на Скелгилла.  ‘ Как я уже говорил, чистый кофеин - смертельный яд.  Но даже ты, Дэниел, не смог бы выпить столько чая, чтобы подвергнуть себя опасности.  Для этого потребуется что-то вроде веса твоего тела.
  Сержант Лейтон фыркает, как будто думает, что Скелгилл мог бы провести такой челлендж за свои деньги.
  Профессор на пенсии продолжает.
  ‘Еще одним известным веществом является аспирин, распространенный противовоспалительный препарат – его промышленно синтезируют в виде ацетилсалициловой кислоты.  Но, как и кофеин, аспирин имеет естественное происхождение в растениях – первоначально его получали из коры рода Salix – ивы?
  Он смотрит на доктора Хильду Смит, и она кивает.
  ‘ Я уверен, вы все понимаете, к чему я клоню.  Я исследовал три токсина – трех виновников отравления ваших жертв, – каждый из которых, как мы понимаем, ел из дегустационных меню известных ресторанов.
  Он снова оглядывается, чтобы убедиться, что его изложение принято.
  ‘ Итак, вот в чем дело.  Он ставит чашку и энергичнее размахивает бумагами.  - Все три токсина можно найти в местных британских диких растениях.
  Доктор Хильда Смит медленно кивает, как будто ей что-то известно об этом заключении; действительно, теперь он поворачивается к ней.
  Пожалуйста, поправьте меня, если я споткнусь на научных названиях.  Оксалаты сапонина связаны с Arum maculatum.  Конваллатоксин с Convallaria majalis.  И дигитоксин – возможно, тот, который покажется наиболее знакомым, – с наперстянкой пурпурной.
  "Наперстянка".
  Это имя произносит Скелгилл.
  – Верно, Дэниел, и, возможно, здесь мне следует уступить нашему эксперту-ботанику и продолжить рассказ.
  Сержант Лейтон, сидящий под углом, ближе всех к доктору Хильде Смит, исподтишка наблюдал за ней.  Она одета в свой знакомый скудный, облегающий наряд, как будто приехала прямо с полевых работ, и прислонила свой замаскированный рюкзак к ножке стула.  Она нервно слушала, а теперь наклоняется вперед, ее поведение одновременно нервное и уверенное, такова ее привычка.
  ‘ Да– вы правы.  Наперстянка пурпурная имеет английское название обыкновенной наперстянки.  Arum maculatum больше известен как кукушечья пинта или лорды и леди.  А Convallaria majalis - это ландыш.
  Не глядя, она машет рукой мимо сержанта Лейтона в сторону лесистой опушки сада.
  - Все это можно найти поблизости.
  Сержант Лейтон слегка вздрагивает, как будто таится опасность, – и она замечает его движение.  Она улыбается и наклоняется, чтобы коснуться его руки.  Затем она указывает на поляну на склоне холма.
  – Вот... пурпурные наперстянки.
  Возможно, есть предположение, что они не представляют непосредственной угрозы, но она больше ничего не говорит об этом и вместо этого берет планшет с зажатыми в нем бумагами.  Она подносит его поближе к лицу, и во время чтения кажется, что ее глаза почти косятся.
  ‘ Ты прислал мне меню для– (она листает) ‘ для Броссена, Пайклетса и Киррока.  И подробности конкурса, Великолепное камбрийское меню.  Важным требованием является то, чтобы ингредиенты были получены в пределах округа.
  Читая, она хмурится – на полях есть крошечные пометки, сделанные красными чернилами.
  Поляну заполняет тишина, нарушаемая только воркованием лесного голубя и жужжанием насекомых.
  Она поднимает голову и обводит взглядом круг нетерпеливых лиц.
  - Наперстянка, пинта кукушки, ландыш.
  Она презрительно постукивает костяшками пальцев по планшету.
  - Ни в одном меню нет ни одного из этих растений.
  Стон Харриет Скиптон-Джеймс говорит о всеобщем разочаровании.
  Но ветеринару есть что добавить.
  ‘ Это сюрприз, Хильда?  Мы все знаем, что наперстянку нельзя трогать.  Ведьмины перчатки, мы называли это в детстве – хах!  Это не помешало нам сделать из него перчатки для рукоделия!  Но если бы я увидела наперстянку в меню, я бы пробежала милю.
  Доктор Хильда Смит смотрит на нее не мигая.
  ‘ Совершенно согласен.  И тебе становится теплее.
  Сержант Лейтон замечает, как загадочно ботаник прищуривает глаза, а в ее голосе, кажется, появилось больше исконно славянских интонаций.  Она протягивает руку Харриет Скиптон-Джеймс.
  - Итак, доктор Харриет, позвольте спросить вас, если бы в меню был окопник, вы бы возражали?
  Харриет Скиптон-Джеймс хмурится.
  - Полагаю, правильный ответ - нет?
  Доктор Хильда Смит пренебрежительно взмахивает рукой.
  - Прежде чем они распустятся, не могли бы вы отличить листья наперстянки от листьев окопника?
  – Я не знаю... стал бы я?
  Настороженные карие глаза ботаника передают скрытую ястребиную настойчивость.
  – Могу вас заверить - их легко сбить с толку.
  Она позволяет своим словам осмыслиться; тем временем она сверяется со своими записями.
  ‘По поводу окопника ведутся некоторые споры, но он по-прежнему широко используется в кулинарных целях и в растительных препаратах.  А в июне ваша жертва, Джеральд Смитсон, ел еду, принесенную домой из ресторана Kirrock, – образцы из дегустационного меню, которые содержали ... да, листья окопника.
  Она привлекает пристальное внимание группы.  Она берется за свой светлый конский хвост и, кажется, туго затягивает его.  Она произносит нараспев без эмоций.
  - Две другие ваши жертвы, Ширли Патерсон и Морна Форчун, ели в "Броссене" и "Пиклетсе" соответственно.  В дегустационных меню обоих ресторанов был дикий чеснок.  Она поднимает взгляд.  "Allium ursinum – возможно, вы знаете это как черемшу.  Растет большими массивами в тенистых лесах.  Это одно из самых популярных кормовых растений – например, альтернатива песто.
  Кажется, что она улыбается, и ее узкие губы раздвигаются, обнажая слегка кривоватые передние зубы, когда она делает бросок по кругу.
  – Но ... мы ищем не дикий чеснок, а кукушкину пинту и ландыш.  И я могу сказать вам, что оба вида растут в тесной связи с диким чесноком.  И их блестящие копьевидные листья, на нетренированный взгляд, очень похожи.  Было бы легко набрать дикого чеснока и вернуться домой с пинтой кукушки или ландышем в корзинке.
  Харриет Скиптон-Джеймс Харрамфс.
  Она смотрит прямо на ботаника.
  ‘ Кажется, я улавливаю суть.  Замена, верно?
  Доктор Хильда Смит искоса поглядывает на сержанта Лейтона – возможно, она чувствует, что именно он, как ее союзник, поддержит ее тезис.  Он слегка наклоняется к ней, ободряюще приподнимая брови.
  -Да.
  Харриет Скиптон-Джеймс быстро продолжает работу.
  – Но если "кукушкина пинта", так сказать, заменяет дикий чеснок - почему злоумышленник в следующий раз выберет ландыш?
  Доктор Хильда Смит снова улыбается своей тревожащей улыбкой.
  "Один из ответов может заключаться в том, что cuckoo pint не справилась с этой работой!"
  Она оглядывается по сторонам, бросая взгляд за пределы группы на опушку леса.
  Но есть и другое простое объяснение.  Первое отравление – предположим, пинтой с кукушкой - произошло в апреле.  Второй был только во второй половине мая – к тому времени "пинта кукушки" снова начнет вымирать.  Но к тому времени ландыш будет расти среди дикого чеснока.
  Харриет Скиптон-Джеймс щелкает большим и средним пальцами.
  – Так что ... скорее из соображений целесообразности.
  -Да, возможно.
  Харриет Скиптон-Джеймс не из тех, кто отводит удары.  Она поворачивается к Скелгиллу.
  Итак, о чем мы здесь говорим?  Похоже, это могло быть случайное отравление – перепутали безвредный ингредиент и выбрали вместо него ядовитый.  Но ... это ведь не случайно, не так ли?  Вы, дьяволы, произвели арест.
  Она многозначительно поводит бровями.
  Сержант Джонс наклоняется, как будто хочет вмешаться, но во взгляде на Скелгилла она читает, что он заставляет ее замолчать.  Он имеет в виду, оставь их в покое.
  И действительно, доктор Ханс Синисалу протягивает вперед раскрытые ладони.
  ‘Позвольте мне вспомнить мою долгую карьеру судебного токсиколога, в ходе которой я много раз выступал в качестве свидетеля-эксперта.  Есть кое-что, что следует обдумать, прежде чем сломя голову бросаться в лес.
  Он не встречает возражений.
  Во–первых, если то, что мы предлагаем, верно – это подразумевает знания, значительно превосходящие знания среднего непрофессионала, как о ядовитых растениях, так и об их морфологии, - умение оценивать меню и выявлять сходства, которые могут рассматриваться как “разумные ошибки”.
  Он пристально смотрит на доктора Хильду Смит.
  Сержант Лейтон, который знает ее лучше всех, считает, что она, кажется, немного покраснела или ощетинилась.  И он почти уверен, что чувствует характерный запах ее обнаженного тела.  Он хмурится.  С Хильдой он никогда не бывает до конца уверен.  Но она неловко ерзает на своем стуле и бросает на него еще один косой взгляд, который может что-то значить, но снова теряется в переводе и ничего ему не говорит.
  Доктор Ханс Синисалу продолжает.
  Во-вторых, в криминальном контексте результаты анализов из больницы и эдинбургской лаборатории - концентрации токсинов во взятых образцах – не были смертельными дозами.  Перед присяжными было бы трудно доказать, что кто-то намеревался убить.
  Харриет Скиптон-Джеймс снова сбивается.
  - А что, если они просто намеревались отравить?  Причинить вред.  Причинить вред?
  Сержант Лейтон теперь слушает вполуха.  Хильда ставит его в тупик.  Очевидно, она сдерживает какую–то реакцию - возможно, ей не нравятся противоречия, которые обсуждаются, – поскольку она главная фигура в этой гипотезе.  Но с Хильдой он никогда не знает наверняка.
  Она внимательно оглядывается по сторонам, но в особенности смотрит на край лужайки, где скошенная трава понижается и переходит в заболоченную опушку леса.  Не говоря ни слова, она встает, достает из заднего кармана нитриловую перчатку и быстрым движением наклоняется, чтобы выхватить из рюкзака мачете - и заносит его над головой.
  Он ослеплен внезапным калейдоскопом мелькающих мыслей, когда она подходит к нему – неужели она думает, что он обманом втянул ее во все это, в то, что она пришла сюда, – что они определили ее как виновницу?  Что это хитрая ловушка для слонов?  И она не сдастся без боя!
  Инстинктивно он уклоняется от сверкающего лезвия ... И она проносится мимо – и, словно ему нужно напоминание о ее долговязом атлетизме, она перемахивает веревочное ограждение и углубляется в подлесок высотой по пояс.
  Все они смотрят, по-разному, широко раскрыв глаза и рты (Скелгилл невозмутим), как она рыщет повсюду и, наконец, издает триумфальный возглас, пикирует - и рубит – и возвращается, неся в руке в перчатке длинный покрытый листьями стебель, увенчанный зонтиками белых цветов.
  Она бросает его на стол.
  Все они стремятся найти то, что им положено видеть.
  Она ловко вонзает острие мачете в мягкий дерн.
  Она поворачивается к сержанту Лейтону.
  - Помнишь свой первый урок?
  Сержант Лейтон делает виноватое лицо, его щеки внезапно краснеют.
  - О–о-о - Я помню чернику и смертоносный паслен?  Он бросает взгляд на Скелгилла.  ‘Blaeberries, eh, Guv?’
  Однако доктор Хильда Смит качает головой.
  – Мы впервые встретились – ты поскользнулся - и чуть не схватил пригоршню этого.
  Она указывает на растение.
  ‘ А.  Я так и сделал.
  Харриет Скиптон-Джеймс осторожно тычет в него пальцем.
  ‘ Что это, коровья петрушка?  Борщевик?
  Доктор Хильда Смит медленно качает головой.
  Она достает свой планшет и переворачивает несколько листов, чтобы извлечь две страницы.
  Она поворачивается к сержанту Джонсу.
  – Вы прислали мне фотографию двух блюд... еды.
  Сержант Джонс кивает.
  Доктор Хильда Смит кладет фотографию рядом с растением для сравнения.  Затем она кладет копию меню.
  Пальцем в синей перчатке она указывает на строку текста на последней.
  На нем написано: “Атлантический лосось на гриле на подушке из листьев водяного пастернака”.
  Она поднимает растение за стебель.
  ‘ Да, похоже на водяной пастернак.  Растет в таких же влажных условиях.  Даже пахнет пастернаком.
  Она подносит его поближе к сержанту Лейтону – довольно услужливо, он делает вдох.
  - Но семь таких листьев убьют человека.
  Он в тревоге отшатывается – фраза повторяется!
  Доктор Хильда Смит поднимает черенок, как трофей.
  ‘ Это цикута водяная.  Вероятно, единственное самое смертоносное растение на Британских островах.
  Она прижимает руку к фотографии.
  А это еще и болиголов водянистый.  И на каждой тарелке больше семи листьев.
  Она поворачивается к доктору Хансу Синсалу.
  "Ты говоришь не убивать" … эти пластины были предназначены для убийства.  Болиголов обыкновенный – Oenanthe crocata – содержит яд энантотоксин.
  ‘Armas taevas!’
  Токсиколог на пенсии испытывает неподдельный шок.  Но быстро собирается с мыслями и переходит в дидактический режим.
  - Боже мой, ведь энантотоксин - сильнодействующее судорожное средство.  Он вызывает быструю асфиксию – коллапс легких - и смерть.  Это известно как угроза для пасущихся животных.  Он смотрит на Харриет Скиптон-Джеймс.  "Коровья петрушка не безвредна – ее симптомами являются слюноотделение, расширенные зрачки, нарушение дыхания, судороги".
  Ветеринар уделяет ему особое внимание и собирается ответить, когда ее мобильный телефон разражается пронзительной песней "Самое необходимое".
  Она оглядывается с извиняющейся гримасой.
  – Бесстрашная Эми, вы меня извините?
  Она вскакивает со стула и раскачивается в такт музыке.
  ‘ Эми!  Алло – алло там?  Она сердито смотрит на трубку и снова подносит ее к уху.  - Я в "Партридже"... в "ПАРТРИДЖЕ"! – ты же знаешь, какой здесь может быть сигнал.  Держись, я наберу высоту.  Она подходит к одному из постоянных деревянных столов для пикника и забирается прямо на него.  Тот зловеще скрипит под ее весом.  ‘ Повтори еще раз?  Так лучше.  Что ты сказал?  Она слушает, искажая черты лица таким образом, чтобы показать взлеты и падения того, что с ней связано.  ‘Да –да, приведите ее сюда, и мы сделаем это.  Вас понял.  Вообще–то, я с детективами - возможно, они захотят ее увидеть.  Точно, да – сколько - двадцать минут?  Точно, увидимся – что это?  Ладно– рассказывай быстрее, пока меня не прервали. - Теперь она внимательно слушает.  - Ей-богу!  Но, конечно!
  Она, очевидно, теряет связь, но несколько мгновений гордо стоит, облокотившись на стол, в глубокой концентрации – и даже тогда смотрит так, словно собирается обратиться к ним со своей импровизированной сцены.
  - Так, так.
  Сержант Лейтон первым поднимается и подходит к ней, чтобы подать руку.
  Она стоит перед группой, теперь немного неуверенная, что сказать первой.
  ‘ Это косуля – твоя потрепанная лань, которая бросилась в воду.  Она выздоровела и готова к выпуску.  Хах!  Ничего такого, с чем не смогли бы справиться доза активированного угля, обезболивание и регидратация.  Избежал ядерного варианта руменотомии!"
  Она поворачивается к Скелгиллу.
  ‘ Ты же знаешь, я хотел вытащить ее обратно как можно скорее.  Как я уже сказал, она кормящая мать – на тот случай, если есть хоть какой-то шанс, что детеныш выживет.
  Скелгилл кивает, но ничего не говорит.
  – Эми сейчас везет ее сюда - в клетке на заднем сиденье "лендровера".  Если бы я мог попросить кого–нибудь еще подвезти ее, мы могли бы встретить их и отпустить недалеко от того места, где вы ее нашли, - я предлагаю конец Милк-Вуд, граничащий с отелем "Лорел Бэнк".
  Наступает коллективное молчание – кажется, не только Скелгилл почувствовала, что ей нужно рассказать о чем–то большем - более важном.
  Она протягивает руку, чтобы взять распечатанное меню, которое доктор Хильда Смит положила рядом с образцом болиголова.
  Она протягивает его себе двумя руками, как будто собирается зачитать заготовленную речь.
  ‘ Хм. ’ Она кивает и оглядывается по сторонам.  Затем машет меню.  - Я думаю, нам лучше взглянуть на их компостную кучу.
  Скелгилл выпрямляется в кресле и складывает руки на груди.  Он искоса смотрит на сержанта Джонс и видит, что она пристально смотрит на него.
  Харриет Скиптон-Джеймс указывает меню в его сторону.
  ‘ Я не знал, что это из отеля "Лорел Бэнк".  Вы сказали, что видели оленя, поедающего компост.  Как ты думаешь, они бросают туда свои кухонные обрезки?
  Скелгилл кивает.
  – Да, это в глубине сада, обнесенного стеной, у самого озера.
  Харриет Скиптон-Джеймс обращается к своим коллегам-ученым.
  ‘Эми только что получила отчет токсиколога из ветеринарной лаборатории – образец содержимого желудка - угадайте, что в нем было?  Нет, позволь мне сказать тебе.  Энантотоксин.
  Оба ученых двигаются, словно собираясь заговорить, но быстрее всех сориентировался сержант Джонс.
  - Но это было в пятницу.
  Она смотрит на Скелгилла.
  Он пожимает плечами.
  - Субботний вечер был не первой попыткой.
  Харриет Скиптон-Джеймс поворачивается к нему – она улыбается, – но при этом протягивает ладонь и делает энергичный жест пальцами "дай мне".
  ‘ Ну же, инспектор, будь умницей, неужели ты не можешь признаться?  Мы тут как на иголках!
  Скелгилл рычит, но смотрит на сержанта Джонс и слегка наклоняет голову; это не карт–бланш, но она понимает, что может сказать что–то еще.
  Она слегка покашливает.
  ‘Мы находимся в процессе сбора доказательств – в основном электронных данных из ресторанов, частных и полицейских камер видеонаблюдения, а также мобильной связи, – которые помогут нам установить личность и передвижения.  У нас все еще впереди. - Она тянется, чтобы взять фотографию приготовленных блюд.  ‘ Однако у нашего подозреваемого есть небольшая история – столкновение с законом.  В досье у нас есть совпадение с отпечатками пальцев, снятыми с этих тарелок, и с пищевой пленкой, которая их покрывала.
  Сержант Джонс по очереди смотрит на каждого из трех ученых; очевидно, что она не собирается раскрывать личность упомянутого подозреваемого.  Но она снова протягивает руку и ногтями осторожно приподнимает водонос болиголова за один из его листьев.
  Она поднимает взгляд, теперь только на доктора Хильду Смит.
  Что я могу сказать, так это то, что мы нашли несколько стеблей растения, которое выглядит идентично этому, стоявшему в ведре с водой рядом с задней дверью коттеджа, принадлежащего Уильяму Тейлор-Брауну.  И отпечатки пальцев на ведре совпали с отпечатками на тарелках.
  OceanofPDF.com
  32. ЛАНЬ, ОЛЕНЬ
  Молочный лес рядом с отелем Laurel Bank Hotel – вечер
  ‘WДа, ТАМ БЫЛ олененок – совсем как крошечный Бэмби!"
  - О чем ты говоришь, Лейтон?
  Вспотевший сержант Лейтон безуспешно пытается вытереть лоб предплечьем и чуть не теряет равновесие на болотистой почве.  На секунду Скелгиллу приходится выдержать напряжение клетки с животными, которую они таскают между собой, как незадачливые перевозчики, заблудившиеся на незнакомой территории.
  - Держись, Лейтон! - крикнул я.
  – Извините, шеф, пот слепит глаза, и мошки кусают за уши.
  Скелгилл несимпатично фыркает; мошки и его съедают, но годы рыбной ловли приучили его к медленной пытке.
  ‘ Любой дорогой– Что ты хочешь сказать?  Ты видел олененка?
  - Да, это было, когда я выслеживал Тейлора–Брауна - вообще-то, когда он собирал растения.  У меня произошла небольшая стычка с коровами, и в итоге я оказался в этом лесу.  Это не могло быть далеко отсюда – я и не подозревал, что нахожусь так близко к отелю "Лорел Бэнк".
  Скелгилл просто хрюкает, но это может быть связано с тяжелыми условиями под ногами.  Гниющие ветки скрыты под слоем травы и могут подвернуть лодыжку.
  ‘ Это была всего лишь пятница, шеф.  Может, с малышкой все будет в порядке?  Если только он не ушел и не разбрелся, умирая от голода, в поисках своей Мамы, типа того.
  За ними гуськом следуют Харриет Скиптон-Джеймс, ее помощница Эми, худенькая и в очках, и сержант Джонс.  Ветеринар подслушал разговор.
  ‘ Скорее всего, оно крепко сидело.  Новорожденные могут облизывать листву примерно с двух недель.  В зависимости от возраста, оно могло выжить.
  Сержант Лейтон морщит свои податливые черты лица.
  Потому что, если бы я только знал, что ты позаботишься о Маме, я мог бы поймать ее, и ты смог бы удержать их вместе.  Но он действительно присел на корточки, и это правильно.
  Харриет Скиптон-Джеймс придерживается возможного.
  - Где именно вы были? - спросил я.
  Сержант Лейтон делает пару вдохов; напряжение берет свое.  Он осматривается.  Как и в его предыдущем опыте, заболоченные мангровые заросли на берегу озера выглядят одинаково во всех направлениях.  Затем он кое-что вспоминает.
  ‘ Подожди, я сделал фотографию, чтобы показать кусачкам.  Он поворачивается.  – Эмма ... у меня в заднем кармане.
  Вечеринка прекращается, пока сержант Джонс проталкивается сквозь толпу, достает свой телефон и быстро находит фотографию.  Она бросает на нее один взгляд и тут же показывает Скелгиллу.
  Он издает довольно презрительное рычание и мотает головой в сторону скрытой береговой линии озера Бассентуэйт.
  – Это вон там, в пятидесяти ярдах, у Милк–Бек.
  Харриет Скиптон-Джеймс, заинтригованная его очевидным мастерством в полевых условиях, наклоняется, чтобы рассмотреть изображение.  Милое оленье личико - но на заднем плане деревенский рыбацкий бивак, затопленный пятничным паводком.
  ‘ Ага!  Один из ваших, инспектор?
  Скелгилл не отвечает прямо.
  - Похоже, мне следовало выбрать место повыше.
  Ветеринар, однако, думает об олене.
  – Если мы так близко, я думаю, мы можем выпустить ее здесь.
  Сержант Лейтон вздыхает с облегчением.  Но Скелгилл продлевает агонию.
  – Давай просто сделаем небольшой круг, чтобы оказаться с подветренной стороны.
  Олень был удивительно спокоен, спокойно сидя на глубокой подстилке из соломы в основании клетки, но теперь, когда они осторожно опускают его на лесную подстилку, существо начинает проявлять признаки волнения.
  Гарриет Скиптон-Джеймс расстегивает защелку.  На мгновение лань колеблется.  Затем она выпрыгивает из отверстия в густую растительность, прыгая, как дельфин, преодолевающий прибой.
  Примерно в тридцати футах от нее она останавливается на небольшом чистом участке, поросшем мхом холмике.
  Она издает одиночный короткий лай.
  Они наблюдают, затаив дыхание.
  Чтоб тебе провалиться – ты только посмотри на это!  Разве природа не прекрасна?
  Перепачканный и нетвердо стоящий на ногах крошечный орехово-коричневый олененок с белыми яблоками, ковыляя, выходит из подлеска и встречается нос к носу со своей матерью.  Он не теряет времени на сосание, энергично ударяя по вымени, чтобы стимулировать рефлекс выброса молока.
  Скелгилл что-то бормочет себе под нос.
  - Именно так я отношусь к пинте пива.
  Сержант Лейтон остается более сентиментальным.
  -Если бы только кусачки могли это видеть.
  Взрослый стоит твердо, но нервно поглядывает в их сторону.
  Харриет Скиптон-Джеймс прищелкивает языком.
  "Пора начинать отступление".
  Они подчиняются, поначалу молча.
  Скелгилл руководит сержантом Джонсом, который сейчас идет впереди.
  Сворачивайте направо.  Мы выйдем на опушку леса.  По полевой тропинке идти надежнее.  Вот и все – целься в тот старый бук, это признак более сухой земли.
  Сержант Джонс делает, как ей велят, и когда они приближаются к пограничному забору, она издает восклицание.  Они видят, как она ныряет в подлесок, чтобы подняться и повернуться, держа в руках маленький флуоресцентный розовый зонтик.
  "Побейте ворон камнями!"
  Это крик сержанта Лейтона.
  ‘Я совсем забыл об этом!  Должно быть, я уронил его, когда перепрыгивал через забор, а потом отвлекся, стараясь держаться подальше от Тейлора–Брауна и его крутого охотничьего ружья!"
  Сержант Джонс застегивает обертку и вручает бролли, сначала ручкой.
  ‘Фух, Эмма.  Ты спасла меня от выговора.
  Скелгилл ухмыляется.
  - Держу пари, это хорошо сочеталось с твоей камуфляжной курткой.
  Сержанту Лейтону не хочется признавать, что замаскированный зонт, возможно, и не спас бы его от мародерствующих бычков, тогда как шокирующий розовый наверняка спас.
  - Я уже добираюсь до цели, шеф.
  Им осталось пройти всего пару сотен ярдов до "Лендровера Дефендер", припаркованного там, где неровная парковая полоса отеля Laurel Bank пересекается с южным периметром Милк-Вуда.
  Харриет Скиптон-Джеймс проверяет свои сообщения.
  – Нам нужно отстреливаться - приближается колли, которую лягнул пони.
  Скелгилл вытягивает руку в направлении озера.
  ‘ Мы заглянем в ту компостную кучу.  Может быть, накроем ее брезентом.
  Но сержант Лейтон возражает.
  ‘ Шеф, есть одна вещь, которую я хотел бы сделать – ковать железо, пока горячо ... или, по крайней мере, теплое.  Тот первый отель, "Стоук–, куда вчера заходил Тейлор-Браун.  Это всего в паре миль вниз по дороге – возможно, я смогу конфисковать то, что он там выпорол.  Если Гарриет и Эми будут так любезны, подбросьте меня к моей машине.  Я не забыл, что этот чудак пару раз выстрелил в меня травкой.
  *
  - Когда вы впервые узнали, кто это был?
  Скелгилл, кажется, вздрагивает, а затем, словно для отвода глаз, наклоняется, не сбавляя шага, срывает стебель позднецветущего лугового лисохвоста и вставляет его между передними зубами.
  -Нуичто?
  Он пожимает плечами в ответ на настойчивость сержанта Джонса.
  - Когда вы сказали мне, чьи это отпечатки пальцев.
  Они достигли того места, где Молочный лес сужается к изломанной линии прибрежных ольшаников; чуть дальше - деревянная пристань, с которой сначала косуля, а затем Скелгилл бросились в озеро Бассентуэйт.
  Она прыгает вперед и поворачивается к нему лицом, преграждая ему путь, прежде чем он успевает сменить тему.
  ‘ Но это было позже, когда все было сделано.  Ты знал, за кем идти.
  Он шевелит соломинкой губами.
  - Я никогда не говорил, что знаю, кто это был.
  Сержант Джонс мгновение смотрит на него; она привыкла к тому, что он разыгрывает из себя недотрогу.  Она смягчает свой подход.
  ‘ Знаете, я, честно говоря, мог бы возбудить дело буквально против дюжины человек.  Обычно ты попадаешь в цель, но из–за всей эмоциональной шрапнели в воздухе я не знал, в какую сторону повернуть.  Ханс был прав, не так ли, когда предупреждал нас сделать шаг назад и увидеть общую картину, прежде чем нырять?"
  Скелгилл смотрит на воду; бриз улегся, и жизнь, обитающая на границе раздела жидкости и газа, проявляет себя множеством колец, всплесков и водоворотов - диким языком, который говорит с ним.  Но ее косвенное приглашение, кажется, делает свое дело.
  - У нее было все.  Знание заводов и ресторанов.  Она знала их меню и то, как они работают, слабые места, бреши в их броне.  Он мотает головой в сторону суши.  - Особенно это место.
  Что-то привлекает его внимание, и сержант Джонс следует за его взглядом к беседке.
  Он говорит ровным тоном.
  - Именно там они дали мне поесть после того, как я спас оленя.
  То, что он повернулся и уставился на пустое строение, его глаза сузились и приобрели зеленоватый оттенок, побуждает ее бросить ему вызов.
  ‘ Ты что-то видел.  Что-то, связанное с Майнетт и Антоном Деком.
  Он морщится так, что можно предположить, что он не согласен.
  - Мисс Марпл снова наносит удар.
  Она бьет его по руке.
  -Ты этосделал!
  Он уступает.
  – Да, я видел, как она поцеловала его – до того, как я показался, – когда они думали, что здесь больше никого нет.
  Сержант Джонс упирает руки в бедра.  На ней облегающий спортивный костюм, и она похожа на бегунью трусцой, которая остановилась спросить дорогу.  Она наклоняет голову набок, и прядь бронзово-светлых волос падает на выступающую щеку.  Она хочет, чтобы все складки были разглажены.
  Но поцелуй не обязательно был ключом к разгадке.  В конце концов, они оба французы.  В декабре Тэнси Иссоп была замечена в интимной близости с Заком Крэддоком.  И вскоре после этого она уехала отсюда в Броссен.
  Скелгилл делает такое лицо, как будто это не имеет особого значения.
  Если ты о сроках – взгляни на Минетт – булочка готова.  Я думаю, мы можем рассчитывать на хороший год, который продолжается.  Я предполагаю, что она уже сказала Тэнси Иссоп, что беременна, и назвала имя отца.
  Сержант Джонс смотрит на него широко раскрытыми глазами.  Это не то, о чем она думала.  Слишком много внимания уделяется средствам и возможностям.
  Она тихонько присвистывает.
  - Это меняет представление о мотиве преступления.
  Они стоят в тишине, их взгляды горят друг в друге.  Скрытые в камышах, ссорящиеся лысухи создают какофонию, но это не разрушает чар.
  Первым заговаривает сержант Джонс.
  ‘ Ты думаешь, Зак Крэддок был всего лишь частью ее плана?  Что она выставила все так, будто она была причиной ее разрыва с Антоном Деком?
  ‘ Да, почему бы и нет.  Как там говорится о женщине, которую презирают?
  ‘ Но, по-твоему, было бы достаточной местью переспать с заклятым врагом ее бывшего мужа.  А потом попытаться отобрать у него титул.
  Скелгилл пожимает плечами.
  - Это ты мне скажи, девочка.
  Теперь она смотрит на него менее пристально, более задумчиво.  Она качает головой.
  - Я все еще думаю, что ты должен быть в некотором роде психопатом.
  - Значит, так оно и есть, не так ли?
  Сержант Джонс складывает руки на груди; на мгновение она поджимает губы.
  Я просмотрел старые материалы дела.  Во время ссоры со своим бывшим деловым партнером Тэнси Иссоп буквально вырвала женщине волосы.  Неудивительно, что ее арестовали.  Но потерпевшая сторона не стала бы выдвигать обвинения, если бы плохая реклама снизила продажную цену Cool Beanz Café Co.’
  Скелгилл не отвечает.  Его внимание привлекает пролетающий низко над головой канюк, и он следит за его безмятежным скольжением, пока он не исчезает над верхушками деревьев Молочного леса.  Голуби взлетают, панически хлопая крыльями.
  Сержант Джонс пробует еще раз, в другом ключе – еще одна складка в ее мысленной карте событий.
  ‘ А как насчет трех книг – американских авторов?  Они тоже тянули меня не в ту сторону, но ты знал, что нужно прийти сюда.  Как ты вообще их заметил?
  В нахмуренном лице Скелгилла можно было уловить намек на застенчивость.
  ‘ Пока ты рылся в большом зале.  Просто привлек мое внимание.  На Дервентуотере есть парень, который руководит рыболовным бизнесом – знает свое дело - он называет это "Хеммингуэйз".  Всегда шутит, что он написал это слово неправильно, но обнаружил это слишком поздно, после того как напечатал свои брошюры, и какой-то клиент-умник указал ему на это.  Это имя, должно быть, застряло у меня в голове – а потом ты рассказывала Лейтону о нем в больнице.
  - Пока вы тайно строили козни!
  - Я ни в коем случае не замышлял ничего подобного.
  ‘ Но ты, должно быть, понял, что это они подали ей идею насчет вымышленных имен, чтобы делать заказы.  И ты знал достаточно, чтобы поехать в лес.  И проследить за ней до отеля.
  Скелгилл засовывает руки в карманы.
  ‘Девочка, я был на автопилоте - и все лекарства, которыми меня пичкали в больнице, – я почти ничего не помню.  Если бы ты сказал мне на следующий день, что багажник машины был пуст, а мои ягодицы сухими, я бы поверил, что это сон.
  – Но вы знали, что нужно перехватить еду - заражение.
  ‘ Да, ну ... должно быть, я действовал по мышечной памяти или какой там еще ментальной версии.  Он указывает рукой в сторону беседки. – То, что Майнетт рассказала мне о Столе шеф–повара - о том, как они пробуют блюда накануне вечером или заказывают их на стол, чтобы попробовать первым делом утром.
  - Вы думали о том, чтобы задержать ее, как только она проникнет в дом?
  Но Скелгилл решительно качает головой.
  ‘ Говорю тебе, девочка.  Это затихало.  Мурашки по коже.  Полночь.  Меня накачали наркотиками.  Она была просто силуэтом в темноте.  Это было лучшее, что я мог сделать, чтобы проследить за ней.  Кроме того, если бы я напортачил, она могла бы сбежать с номерными знаками, и улик не было бы.
  СЕРЖАНТ Джонс медленно кивает, оценивая его доводы.
  ‘ Вы поступили правильно.  Вы предотвратили отравление.  Вероятно, отравления во множественном числе.  Она заметно вздрагивает.  ‘ Об этом невыносимо думать.  У меня было ужасное предчувствие, когда "Конте-Ницца" получила анонимное сообщение.
  Скелгилл смотрит на нее прищуренными глазами.
  – Да, ну, в этом ты был прав.  Это вы с Лейтоном оказывали на нее давление.  Как Кэмми тебя назвала?  Крошка выковыряла косточку.
  Комплимент застает ее врасплох, и она иронично смеется.
  ‘ Мы просто не знали об этом.  Но для нее это выглядело так, будто мы что-то вынюхиваем.  Приближаемся.  Это подтолкнуло ее к отчаянному поступку.  Уильям Тейлор-Браун подвел ее с заказом.  Она знала, где растет растение.  Но она слишком старалась заставить нас думать то, что мы должны были думать.  Ей действительно не нужно было этого делать.  Это вышло бы наружу при стирке – Кендалл была права.
  Сержант Джонс переплетает пальцы на макушке, и ее взгляд теряет четкость.  Действительно, она произнесла эти последние слова почти самоанализом – и ей требуется мгновение, чтобы осознать, что она произнесла их вслух.
  Она чувствует, что Скелгилл напрягается и уплывает от нее, ближе к береговой линии.  Он выдергивает соломинку, которую жевал, и бросает ее в воду.
  Она знает, что это крапива, за которую она должна ухватиться.
  ‘ Я собирался упомянуть об этом – вы были больны, а сержант Лейтон не смогла приехать в Броссен.  Она думает на ходу.  "Шеф был не в настроении одобрять расходы, поэтому я заставил Кендалл Минто заплатить за обещание рассказать историю".
  Но теперь она закусывает губу – если бы это была игра в покер, она бы плохо справилась с проигрышной комбинацией.  Ее защита – от того, что красивый молодой репортер платит за ее ужин, – палка о двух концах, и даже ее выбор слов влечет за собой неприятности.
  И когда Скелгилл не хмурится, не хмурится и не гримасничает, это может быть более значимым, чем когда он это делает.
  И если раньше молчание было эффективной уловкой, то теперь она чувствует, что у нее нет другого выбора, кроме как выговориться из этой путаницы.
  ‘ Могу вам сказать – это было мучительно.  Но, сказав это, она сразу обретает уверенность, потому что это правда – Кендалл Минто - совершенно хорошая компания, но он позволил себе такие вольности, что ей захотелось провалиться под землю.  ‘Я не знаю, как я не ушла.  Но дело в том, что он знал все о Тэнси Иссоп – ее характер, ее прошлое и недавний скандал, ее роман с Заком Крэддоком.  Без этого я бы никогда не вложил ее имя в твои мысли.
  Скелгилл принюхивается, но по-прежнему ничего не говорит.
  Она разыгрывает своего джокера.
  - Тогда вы блестяще решили эту проблему.
  Она борется с желанием умоляюще повернуться к нему и вместо этого небрежно идет рядом, раскинув руки и ноги - и нет никаких сомнений, что он обезоружен, что один основной инстинкт превалирует над другим.
  - Ты собираешься включить это в отчет?
  Густые ивы теперь вынуждают их повернуть назад, подальше от озера, к роще, в которой прятался Скелгилл, и направиться к беседке и отелю за ней.
  Сержант Джонс бормочет что–то среднее между горловым смешком и намеком на согласие.
  Еда тоже была посредственной.  Мясо было недожаренным.  И порции были крошечными.
  Но теперь она задается вопросом, не слишком ли сильно это сказано, потому что он не отвечает и вместо этого смотрит на свои наручные часы.
  - Тебе нужно идти?
  Они достигли небольшого, неглубокого ручья с заболоченными берегами, который пересекает их путь, и Скелгилл остановился, и она остановилась, и он посмотрел на нее.
  - Да, нам обоим нужно идти.
  - Ты имеешь в виду, чтобы что-то сделать с компостной кучей?
  Теперь он смеется, отворачивается и осторожно, избегая шипов, срывает с живой изгороди стебель шиповника и отщипывает незапятнанный желто-розовый цветок.  Он представляет это.
  – Воткни это себе в волосы - я заказал столик на двоих в "Лорел Бэнк".
  ‘ Что?!  Для нас?
  - Да, почему бы и нет?
  Золотые искорки в ее карих глазах сверкают в последних лучах солнца, но она поднимает руки и демонстративно проводит ими от плеч к бедрам.
  – Но ... но ... на мне... ну, это... а ... на тебе?
  Скелгилл расставляет ноги и засовывает большие пальцы рук за пояс, распахивая расстегнутую рубашку лесоруба, обнажая мускулатуру гребца под облегающей футболкой.
  ‘ Не важно – Мы одни ... В оранжерее ... У нас есть столик шеф-повара.  Он касается ее плеча и покачивается, предлагая двигаться в сторону отеля.  "Привет".
  У нее не хватает слов.  Затем она указывает на ручей, а затем на своих тренеров.
  – Мне снять их - и перейти вброд?
  Прежде чем она успевает опомниться, Скелгилл сбивает ее с ног и шагает в воду.
  -То, что Минто может сделать.
  Она издает негромкий смешок, когда он укладывает ее на сухой газон, и вместо того, чтобы обсуждать сравнение, делает что-то, о чем не будет сказано в отчете.
  Она ловит ртом воздух.
  ‘ Что ж, я рада, что к тебе вернулся аппетит. ’ Она снова смеется.  - Я только надеюсь, что у них в меню нет водяного пастернака.
  Он криво усмехается.
  - Или оленины, а, девочка?
  ***
  OceanofPDF.com
  НЕСКОЛЬКО НЕДЕЛЬ
  ПОЗЖЕ
  OceanofPDF.com
  33. ЭПИЛОГ
  Статья в " Вестнике"
  “УБИЙСТВО В МЕНЮ”
  еще одна сенсация от Кендалл Минто
  ВЧЕРА В КОРОЛЕВСКОМ СУДЕ КАРЛАЙЛА местный предприниматель и ресторатор высокого полета Тэнси Иссоп признала себя виновной по четырем типовым обвинениям в злонамеренном применении яда, создающего угрозу жизни, в соответствии со статьей 23 Закона о преступлениях против личности 1861 года.  Разбирательство было отложено для вынесения приговора на дату, которая будет определена позднее, после заключения психиатра и оценки риска.
  То, что мисс Иссоп признала себя виновной по менее тяжким обвинениям, когда было предъявлено обвинение в применении яда с намерением убить, стало для некоторых наблюдателей разочарованием.  Но, выступая на ступенях суда после слушания, детектив-сержант Эмма Джонс из полиции Камбрии сделала следующее заявление:
  “Когда яд отпускается в виде сырых растений или их экстрактов, заменяется или добавляется в пищу, почти невозможно доказать, что человек намеревался убить, когда его защита может заключаться в том, что это было просто для того, чтобы причинить дискомфорт.  Королевская прокурорская служба, приняв во внимание все факторы, включая внутренние обстоятельства– которые побудили мисс Иссоп поступить так, как она поступила, решила, что признание вины по менее тяжкому обвинению было приемлемым исходом и экономией для государственной казны во избежание длительного судебного разбирательства.  Это все еще влечет за собой вероятность значительного наказания в виде лишения свободы ”.
  СЕРДЕЧНЫЕ ДЕЛА
  Отсутствие судебного разбирательства отрицает публикацию непристойных подробностей, но ваш бесстрашный репортер может заполнить некоторые пробелы, понимая, что общественность ожидает не чего иного, как должной осмотрительности.  Постоянные читатели, возможно, помнят из невероятно популярной колонки Кендры Ментор "Окружной циркуляр", что в январе, по слухам, мисс Иссоп оставила своего мужа, шеф-повара Антона Дека, отмеченного наградами, и их дом в отеле Laurel Bank Hotel, чтобы жить и работать с его главным конкурентом Заком Крэддоком в не менее известном ресторане Brossen.  Мистер Крэддок известен своими выступлениями в сериале "Камбрийская кухня".
  Чего не было известно, но о чем теперь может сообщить исключительно ваш покорный слуга, так это того, что Антон Дек зачал ребенка от молодого сотрудника своей компании, чьи имена мы сохраним в тайне, – и это выставляет действия Тэнси Иссоп в ином свете.  Не оправдание, а объяснение.
  БОТАНИЧЕСКИЙ ДВОЙНОЙ БЛЕФ
  Мисс Иссоп, конечно же, была основательницей успешной сети веганских закусочных Cool Beanz Café Co, и она является экспертом по растениям и травам местного производства.  Будучи студенткой, она получила диплом по ботанике в университете Сент-Эндрюс.  Действительно, ей приписывали творческое чутье, благодаря которому прошлогодний титул чемпиона по гастрономии в меню Great Cumbrian был отобран у двукратной победительницы Броссен в ее тогдашней резиденции Laurel Bank Hotel.  Такой опыт лежал в основе ее образа действий.  Ее план состоял в том, чтобы обвинить поставщика дикорастущих продуктов в лучшие рестораны Озерного края, создав впечатление, что сочетание некомпетентности, халатности и жадности с его стороны привело к фальсификации путем ленивой замены токсичных растений-двойников.
  Мисс Иссоп начала с того, что спровоцировала инцидент с отравлением в Brossen, обслуживая постоянного клиента, прежде чем перейти по крайней мере к двум другим ресторанам, о которых известно полиции.  Она ужинала под вымышленными именами и, как предполагалось, использовала свое знакомство с организацией общественного питания для заражения блюд экстрактами, выдаваемыми из тщательно спрятанной пипетки шеф-повара.  Когда в конце концов стало известно об отравлениях, можно было бы предположить, что настоящие растения были случайно завезены в ресторан.
  Это было создание дымовой завесы, выстраивание схемы – так что, когда она в конце концов отравила своего бывшего мужа и его новую партнершу – я должен добавить, что в то время она была на седьмом месяце беременности, – полицейское расследование выявило бы схему, и вина легла бы на плечи козла отпущения.
  ЛУЧШИЙ РЕСТОРАН КАМБРИИ
  Но она не рассчитывала на мозги детективов Камбрии.  Местный инспектор Скелгилл возглавил команду, которая раскрыла это дело – и особая заслуга принадлежит вышеупомянутому сержанту Джонсу – и, да, без желания трубить в собственную трубу, капельке помощи от вашего покорного слуги.
  Мисс Иссоп использовала свой ботанический опыт для получения смертоносных растений и свои внутренние знания о своем бывшем месте жительства, отеле Laurel Bank Hotel, чтобы приготовить блюда для мистера Дека и его партнера. По иронии судьбы первая попытка мисс Иссоп была сорвана, когда зараженный корм был выброшен, а олень съел выброшенные растения из компостной кучи.  Прозвучали тревожные звоночки – и когда несостоявшаяся убийца с зелеными пальцами попыталась снова, ее поймали - с поличным!
  Неопровержимые доказательства в виде отпечатков пальцев, свидетелей и электронных данных, собранные для надежного расследования.  Единственные оставшиеся сомнения касаются намерений преступника.  По правде говоря, здесь требуется умение читать мысли.  Но мы оставим судить об этом нашим читателям – и, без сомнения, в следующем номере страница писем будет полна мнений – не пропустите!
  “МЯСО БИЛЛИ БУША”
  А как насчет вольного торговца, возможно, спросите вы?  Возможно, достаточно знать, что в местных фермерских кругах и общепите его называют “Билли Бушмит” за то, что он добывает дичь сомнительного происхождения.  Заявляемого, но сомнительного аристократического происхождения, зарегистрированного банкрота, его настоящее имя Уильям Тейлор–Браун - и этот отчет был бы неполным, если бы в нем не рассказывалось о его возмездии.  После бесстрашного расследования, проведенного вторым доверенным лейтенантом инспектора Скелгилла, сержантом Лейтоном, мистер Тейлор-Браун был пойман на продаже незаконно убитого охраняемого голубого зайца, добытого браконьерами в рамках проекта rewilding в заповеднике Уинлаттер Форест.  Мистер Тейлор-Браун продал пару голубых зайцев ресторану Stook.  Они были конфискованы полицией, и тесты ДНК редких животных доказали, что они принадлежат к научно контролируемой популяции, завезенной с Шотландского нагорья.  Внимательные судебные наблюдатели, возможно, заметили, что на прошлой неделе мистер Тейлор-Браун признал себя виновным в изъятии охраняемой дичи и растений в соответствии с Законом о дикой природе и сельской местности, а также в поставке дичи без лицензии.  Он получил штраф в размере 10 000 фунтов стерлингов и пятилетний запрет на торговлю дичью и продуктами.  Его лицензия на огнестрельное оружие была отозвана.
  Воздерживаясь от комментариев до окончания дела Иссопа, сержант Лейтон заметил: “Он был полностью прав, благодаря совпадению ДНК и показаниям очевидцев – и это бич сельской местности, с которым покончено.  Но в деле об отравлении – быть глупым не запрещено законом, и мы считаем, что он был просто полезным идиотом – или, как их называют в американских фильмах, козлом отпущения, неудачником ”.
  В САДУ ВСЕ В РОЗОВОМ ЦВЕТЕ
  Что касается несчастных жертв серии отравлений Тэнси Иссоп, the Gazette может сообщить (со стиснутыми зубами, упоминая конкурирующую организацию), что Conte-Nice, спонсоры the Great Cumbrian Menu, согласились организовать особый изысканный ужин для пары в ресторане-победителе этого года.
  Отсюда возникает вопрос, кто ресторан-победитель этого года?  "Конте-Ницца" еще не объявила результаты.  Ага!  Вы можете положиться на вашего покорного слугу – последние новости!  У нас есть свои источники (можно сказать, соусы!) – и, принося искренние извинения "Конте-Ницца" за то, что украли их славу, мы можем проговориться, что в этом году победителем в номинации "Изысканная кухня" стал новичок в квартале, "Еж в Грасмире", который местные узнают как названный в честь ежа.  Скрестим пальцы на том, что это не их фирменное блюдо!
  О, и пара заключительных фрагментов – предварительное уведомление для читателей Gazette, если вы хотите посетить эти места до того, как на них обрушатся орды Instagram.  Победителем в номинации "Лучшая закуска навынос" стала компания Haighs с их аппетитными рулетиками с колбасой, а приз за лучший завтрак от a Country Mile (извините за переименование) достался Gladis's Cumberland Fry в Hope Farm.  Ферма Надежды, Хейгс, Ежик.  Аллилуйя!
  ***
  OceanofPDF.com
  Следующий в серии ...
  ПЛАЩ И КИНЖАЛ
  GКамбрию ОХВАТЫВАЕТ НАСТОЯЩЕЕ ВОЛНЕНИЕ, когда поместье Мидсомар, небольшой частный отель в Лейкленде, выбирают местом съемок "ДРУГ или ВРАГ?", реалити–шоу, которое захватило воображение нации - и это "Выпуск знаменитостей", ни больше ни меньше.
  Бывшее колониальное поместье Midsomar Manor, расположенное на частной территории недалеко от берега живописной воды Сомар, кажется идеальным выбором.  С его тринадцатью спальнями и классическими удобствами загородного дома в георгианском стиле – гостиной, бильярдной, коктейль-баром, винным погребом, кладовой, мансардой, оружейной – это мечта кинопродюсера.  И, для придания пикантности, у него есть мрачный секрет ... Конечно, есть.
  В игре участники должны создавать неожиданные союзы и голосовать, чтобы спасти свои шкуры.  Но кто друг, а кто враг?  Когда сталкиваются эго и всплывает старая вражда, жертвы могут быть выбраны по неправильным причинам.
  И когда случается трагедия, виновата ли в этом игра, или затевается зловещий оппортунизм ... Или это рука сверхъестественного?
  "Убийство в поместье Мидсомар" Брюса Бекхэма доступно на Amazon.
  Вот ссылки на популярные территории Amazon:
  США
  https://www.amazon.com/dp/B0G53Y5PDL
  Великобритания
  https://www.amazon.co.uk/dp/B0G53Y5PDL
  Канада
  https://www.amazon.ca/dp/B0G53Y5PDL
  Австралия
  https://www.amazon.com.au/dp/B0G53Y5PDL
  Индия
  https://www.amazon.in/dp/B0G53Y5PDL
  Или, пожалуйста, обратитесь к "Книгам этого автора" в следующем материале.
  OceanofPDF.com
  БЕСПЛАТНЫЕ КНИГИ, НОВЫЕ РЕЛИЗЫ, КРАСИВЫЕ ОЗЕРА... И ГОРЫ ПИРОЖНЫХ
  Подпишитесь на авторскую рассылку новостей Брюса Бекхэма
  Спасибо вам, что зашли так далеко!
  Если вам понравилась встреча с инспектором Скелгиллом, то вам стоит ознакомиться с растущей серией детективных сериалов, действие которых разворачивается в суровом и красивом Озерном крае Англии.
  В моей новостной рассылке часто публикуется один из предыдущих каталогов, который можно скачать бесплатно, а также подробная информация о новых выпусках и специальных предложениях.
  Ни одна загадка Скелгилла не была бы полной без посещения одного–двух кафе, и каждый месяц здесь готовят традиционный камбрийский рецепт, проверенный вашим покорным слугой (он же Bruce Bake ’em).
  Чтобы зарегистрироваться, перейдите по ссылке:
  https://mailchi.mp/acd032704a3f/newsletter-sign-uп
  Ваш адрес электронной почты будет надежно сохранен в США компанией Mailchimp и не будет использоваться ни для каких других целей. Вы можете отказаться от подписки в любое время, просто нажав на ссылку в нижней части информационного бюллетеня.
  Еще раз спасибо – наилучшие пожелания и приятного чтения!
  Брюс Бекхэм
  OceanofPDF.com
  Книги этого автора
  Убийство в поместье Мидсомар
  СЛЕДУЮЩИЙ В СЕРИИ ...
  
  Камбрию ОХВАТЫВАЕТ БОЛЬШОЕ ВОЛНЕНИЕ, когда поместье Мидсомар, небольшой частный отель в Лейкленде, выбрано в качестве места съемок ‘ДРУГ или ВРАГ?’, реалити-шоу, которое захватило воображение нации – и это ‘Выпуск знаменитостей’, ни больше ни меньше.
  
  Бывшее колониальное поместье Midsomar Manor, расположенное на частной территории недалеко от берега живописной воды Сомар, кажется идеальным выбором.  С его тринадцатью спальнями и классическими удобствами загородного дома в георгианском стиле – гостиной, бильярдной, коктейль-баром, винным погребом, кладовой, мансардой, оружейной – это мечта кинопродюсера.  И, для придания пикантности, в нем есть мрачный секрет ... конечно, есть.
  
  В игре участники должны создавать неожиданные союзы и голосовать, чтобы спасти свои шкуры.  Но кто друг, а кто враг?  Когда сталкиваются эго и всплывает старая вражда, жертвы могут выбираться по неправильным причинам.
  
  И когда случается трагедия, виновата ли в этом игра, или затевается зловещий оппортунизм ... Или это рука сверхъестественного?
   OceanofPDF.com
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"