Во Славу Истинной Любви Сей скромный труд кладу к ногам Чтеца... Мой слог! - да не гневи Его!... Урок я преподам,
Что нет Любви превыше той, Устремлена что к Небесам; Что именуется Святой - В Ней нету страсти к телесам...
Один владетельный сеньор Звался Альбертом де Лори; Имел свой град, земель простор И замок города внутри.
Он был поэт и был влюблён В одну маркизу - де Монте. И очень часто думал он Об алых щёчек красоте.
Маркиза нежно приняла Любовь из рыцарской руки - Альберту чувства отдала Она без страха и тоски.
Они бродили у реки, Что у градских текла ворот; Альберт читал свои стихи, Где превознёс Красу Красот;
Жюстина, слушая его, Влеклась к Альберту всей душой - Лишь ради графа одного Она теряла свой покой...
И вот однажды граф Альберт Из Рима слышит грозный зов - Всем, кто дал рыцарства обет, Быть в Палестине должен вновь;
И как сказал Святой Отец: " Мы потеряли часть земли! Дать надо битву подконец, Чтоб тьмой неверные легли!
И пусть с собою приведёт Вассалов каждый дворянин!" - И в многих странах сбор идёт В поход крестовый... Бог - един!
Печаль до замка донеслась - В поход собрался де Лори. Жюстина плакала восласть - Но графу что ни говори! -
Важней любимой слава, честь; И так Жюстине он сказал: " Кто ж защитит Священный Крест, Коль каждый рыцарь бы сбежал?!
Не плачь, любовь; я возвращусь - И мы, как прежде, заживём; Не допускай ты в сердце грусть... С тобою будем вновь... вдвоём..."
С мечами, с пикой вперевес, Оставил город полк бойцов; И лязг доспехов до Небес Вознёсся громом без концов.
Из милой Франции идти Им предстояло до морей; И много рыцарей в пути К ним примыкало на заре...
Их по пути встречал отряд Испанских рыцарей Креста; Был каждый воин очень рад Зреть это Воинство Христа.
Тевтонцев армия в пути Примкнула к ним на третий день - Пусть содрогнётся Салладдин: " Аллах хранит своих детей!"
Вот, из Венеции отплыв, Стремится сотня кораблей Сдержать в борьбе свои тылы - И держат курс к Святой Земле...
Попутный ветер гонит вдаль И надувает паруса; У крестоносцев лишь на сталь Надежда, и на Небеса...
Знакомства здесь Альберт завёл С фон Штурмом - немцев он комтур; Дон Лас-Венада подошёл Ему в друзья, эстремадур;
И англичанин, Герберт Уэст - Сир замка Мэн своей страны; Пока до битв добрались мест Они, до смерти став дружны,
Вели беседы обо всём - Тайн не скрывал из них никто; И, собираясь за столом, Всё клали, так сказать, на стол -
Здесь были смелые мечты; Воспоминанья прошлых лет; И, словно как из темноты, Всяк вспоминал жену, что нет
Сейчас на судне, вместе с ним... Но каждый разно говорил - Спор этот главным был одним; Один ругал, другой - хвалил
Любовь на языке своём... Альберт же слушал и внимал: Ведь - как поэт - он с каждым днём Любовь Великую искал.
И как-то раз сказал фон Штурм: " Мы говорим всё о пустом! Ну - что любовь?!" - вскричал комтур, Вина бокал допив потом. -
" Ну что - любовь?! Моя жена Мне словно к замку моему Живым приданным отдана..." Сир Герберт Уэст подпел ему:
"Барон, вы правы! Чем ещё Явится женщина для нас, Как не игрушкой? Для неё Необходим наш строгий глас; Ей Бог навечно уделил Быть в подчиненье у мужчин..." Испанец тоже масла влил В огонь: " Да, множество причин
Нас побуждают с дамой быть - Тщеславье, месть иль эгоизм; Увы! - так можно ли любить?; Любовь - мужчину тянет вниз."
Альберт же слушал разговор, Молчал, но делал свой расклад - Ведь коли так, любовь - позор!!! Его страшней ли будет Ад?
В любви - нет равенства. Всегда Мужчина женщины главней; Да, это ясно без труда - Преобладает он над ней.
Обмана крайнего полна Любовь - и это на века... Ужель везде любовь - одна? И опускается рука
Альберта с устали... А флаг Вился над Бухтою Святой, И крестоносцы первый шаг Ступили смело... Утром бой...
Альберт всю ночь уснуть не мог, С друзьями тихо говоря: " О, помоги, Великий Бог! Неужто пламя в сердце - зря?"
Дон Лас-Венада отвечал: " Всего лишь наша это страсть, Инстинкт природы. Бог так дал... Любовь - глупцам отверста пасть
В пороков яму - глубока, Бездонна пропасть эта, знай! В неё мы смотрим свысока... В любви - нет Истины. Признай,
Что только тяга обладать На нас довлеет день и ночь; И женщин - собственностью звать Любой мужчина бы непрочь!
Здесь эгоизм - тщеславья знак; Мы ль благородным назовём Такое чувство?! Лишь простак Бездумно купится на нём!
Ты прав - неравенство одно В союзе любящих сердец; И так уже заведено, Что благородство здесь глупец
Узрит по слабости ума, Подумать миг себе не дав: Брак - преисподняя сама, Где каждый шаг обложит штраф."
Сказал комтур немецких войск: " Я в жизни много повидал; Готов вести я бой любой, Но от любви - вконец устал...
Мужчине лгать придёться враз, Коль с дамой он связал судьбу; Где ж благородство в этот час? - Известно Богу одному!"
И слушал граф своих друзей, И неизбежно к мысли шёл - Нет у любви прямых стязей; Он в ней - лишь чувственность нашёл,
Тщеславье, ложь, один порок; Любовь предстала перед ним За столь короткий, малый срок, Тем, чем и есть - к Любви иным.
И он подумал, не спеша: " Зачем Жюстину я люблю? Затем, чтоб тешилась душа - Ведь взгляды зависти ловлю,
Когда иду я с ней гулять - Мне всяк завидует притом; И её телом обладать Я буду тоже - день за днём...
Дон Лас-Венада прав: здесь нет Любви; лишь только пустота. Я получил теперь ответ - " Любовь с женою - суета!" -
Так тот сказал, что всех мудрей - И если он уж так сказал, То, значит, Царь средь всех царей Наверняка об этом знал...
И среди битв, и во покой - Всегда любви искал Альберт... Ужели нет Любви такой, Где нет порока?.. Может, нет?.."
Граф написал тогда письмо - ( Чтоб передал его француз, Что ехал, раненым, домой. ) И с плеч его ниспал весь груз,
Жюстине в коем говорил, Что у него всё хорошо; Что враг под копьями бежит... И что - Другую он нашёл,
Которой станет он служить... И милость ждать лишь от Неё; И на века Её любить Он клятву верности даёт...
О Ком же рыцарь сей писал? - Он много думал и решил, Что всё ж Любовь Ту отыскал, Чей Свет всегда пред ним блазнил;
Любовь столь чистую - в Ней нет Ни обладания, ни лжи; Тщеславья нет - но только Свет - Се Матерь Божья, Жизнь души...
А в дальней Франции в тот час О графе помнит де Монте; " О, милый, как тебе сейчас? Я светлым днём, и в темноте
Твоими ласками полна..." Воспоминаний таковых Была картина не одна; Но только слаб мой скромный стих,
Чтоб те виденья передать Влюблённой дамы де Монте - Любовь нельзя нарисовать, Как нет рисунка Суете.
Но дни и ночи напролёт Жюстина, пламенем калясь, Всё речи о любви ведёт; С одной придворной удалясь
Гулять по саду в тишине - Леди Маклауд внимает ей, Слушая повесть об огне, Что жжёт сердца всего сильней...
" Ах!" - тут маркиза говорит. - " Как мог любимый поступить: Любя меня, забрать свой щит, Сесть на корабль - и вдаль уплыть?!"
Шотландка, тягостно вздохнув, Ей отвечала на вопрос: " Маркиза, истину одну Узнайте: граф Альберт принёс
Во жертву чести всю любовь, Что к вашей милости питал... Честь! - вот что движет в людях кровь! - Кто в мир мужчиной попадал.
Маркиза! Так уж повелось: Мужчины только говорят, Что любят нас. А повод брось Судьба, чтоб им сорвать наград -
И вот, невидно никого - Честь выше ставиться любви; Да, видно волею Богов Так положилось... Позови
Мужчину после ратных дел - Он тут же станет уверять, Что принял лишь такой удел, Чтоб честь возлюбленной поднять!
Всё ерунда! Мы служим им Лишь для тщеславных игр мужских; Очаг семейства - мы храним; Бряцать копьём - удел других."
Маркиза слушала, дивясь, Свою подругу: " Ну, скажи: Ужель - мужчиной народясь - Ребёнок станет без души
Или без сердца?! Чувства, что ль, В нём навека и пропадут?" Шотландка ей: " Да сам король - Хоть муж мужам; ан нет и тут
Себя он также поведёт, Как деревенский пастушок - Любовь он бросит и уйдёт В исканьях славы... Вот наш рок."
Жюстина, думая о том, Проводит время без конца: Сколь разно созданы Творцом Мужские, женские сердца!
Что парня к девушке влечёт? - Одна лишь только красота, Чем обладание несёт Мужчине лесть... " Бог создал так" -
Ей раз подруга говорит: " Мужчину телом привлекать Должны мы; множество обид Мы терпеливо принимать
Сынов Адама рождены... Для них любовь - природный зов; Так, лесть и честь наделены У них понятием " любовь" ...
Мужчин немало знала я: Все - как один, как на подбор; Им лишь затем нужна семья, Чтоб успокоить личный взор:
Чтоб взгляды зависти ловить В копилку счастья своего; Но редко голову склонить На нашу грудь от одного
Лишь чувства полного - отнюдь! - Не так любовь их глубока... Наоборот - и в этом суть! - На нас взирают свысока;
Мы подчиняться им должны - Ужасно бремя бедных жён!!! Они над нами всё вольны Творить - таков мужской закон!"
Жюстина в ужасе. Любовь Предстала ей, как лютый зверь; И правда здесь во глаз - не в бровь! - Быть правде - правдой! Верь - не верь...
Немало суток де Монте, С шотландкой тихо говоря, Загадки раскрывала те, Что в сердце прячутся... Заря
Не раз могла её застать За разговором у Маклауд; И вот, однажды, написать Она решила... Невпопад
Ложились мысли на листок Из-под гусиного пера; Но смысл был прост: " Да видит Бог! - Из углей не раздуть костра! -
Мой граф Альберт, я не хочу Тебе болезни причинить; Я жизнь убогую влачу - Хочу суровей только жить:
В любви я правды не нашла - Но, став невестою Христа, Я много б в жизни поняла; Как Агнец, быть хочу проста."
И в том же духе - скупость фраз! - Строка ложилась за строкой; В душе маркизы пыл угас - И разлился Небес покой...
А граф, в то время, далеко, За Церковь бился, словно лев; Не пил вина - лишь молоко - И в разговорах присмирев
В недолгом времени уйти Уж помышляет в Божий Дом, Чтоб сердцу там покой найти; И быть служителем при нём
Любви Единственной Своей - Рыцарь Заступницы готов Снести любой из тяжких дней, Как только б не был он суров.
И, слыша часто у костра Он голоса своих друзей, Не держит слова: уж мудра Его душа... И нет честней
Душевных помыслов его - Он Новым Пламенем горит; И в подтверждение того Испанец честно говорит:
" Мы все скучаем о жене - А для чего? Могу сказать - Нас сладострастье тянет к ней - И глупо было б возражать;
Мы лишь от скуки убежим В объятья женщины своей; А час, за книгой проводим, Объятий всяких там ценней."
Сир Герберт вторил: " Это так! Дон Лас-Венада всё сказал..." А через день победный стяг Корабль графа поднимал:
Альберт решил вернуться вновь К родным французским берегам; Он видит много чудных снов, Пока корабль по волнам
Плывёт... Альберт уж заждался - В Обитель Божью он вуступить Мечтает; но не дождался Письма Жюстины получить...
И тоже - графское письмо Жюстине чтить не удалось - Ведь письмоносец тот на дно Ушёл: ему не довелось
Вернуться с почестью домой - Всего лишь день тому назад Корабль держал с пиратом бой - И всё ушло в морскую гладь...
Дни вслед за днями пронеслись - И граф ступил на брег родной; Молитва к Небу вознеслась, Что он назад пришёл живой;
И, отказавшись от коня, Альберт во град вошёл пешком; Соборный колокол, звоня, Ему приятен и знаком...
В покои замка он входил; Тут вышли все его встречать... И граф Альберт у слуг спросил: " Жюстина где? Хочу я знать..."
И отвечал один слуга: " Она отправилась пройтись На тихой речки берега, Что рядом с градом разлеглись."
Альберт, не мешкая ни миг, К реке дорогою сбежал; И там маркизу он застиг, Что тихо молится, сложа
Прекрасны руки на груди: " О, ты явился, мой Альберт! Себя смогла я вновь найти... Ты - мне пришёл сказать ответ?"
Граф озадачен. Но потом Их завязался разговор - Каждый из них сказал о том, Какой он вынес приговор
Любви полов... И под конец Они за руки взялись - вот Вам рассуждение сердец, Какое к Истине ведёт.
" Как видно, всякий может лгать, Сказав при этом, что люблю; Но ложь в любви - сумей понять; Об этом только и молю!" -
Так граф маркизе сообщил, Что в монастырь уходит он; От клятв её освободил - И ею также был прощён.
Жюстина тоже, повторив Его священные слова, И поцелуй ему дарив, Сказала: " Что теперь молва!
Друг друга любим мы с тобой, Но в Боге, словно брат - сестру. Ничто подарок мне любой В сравненье с этим..." " Я не вру!" -
Ей вторит граф: " Любовь свята, Коль направляема к Святым; Любовь мирская - суета, Кто ввержен в страсть - тот осудим."
Вот суток несколько прошло - И граф Альберт покинул мир; Уйдя в Обитель засветло, Где его принял добрый клир...
Маркиза следует за ним, Святой Любовию полна; И взята Орденом одним В монахини... Любовь видна
Здесь в полной Истине своей - Не разделённая на пол; Страстей телесных нет у ней... Лишь тот, себя кто превзошёл,
Любви сподобится такой - Из Божьих Рук её приняв, Воздержит крепкою рукой, Всю её Славу вмиг поняв...
А граф Альберт - теперь сей муж Матфея имя получил - Вершитель Таинств, бдений, служб Немало в храме проводил;
Жюстина также нареклась Священным именем иным - И Магдалиной назвалась... И у обительской стены
Слушала мессу всякий день, Что посылает в мир Господь; У монастырских твёрдых стен - Своя, неведомая плоть...
И с Магдалиною-сестрой Не раз встречался брат-Матфей, Чтоб петь молитвы под горой И восхвалить Царя Царей...
Вот я, никчёмный, посвятил Любви, что так чиста, светла Свои стихи... И всё молил, Чтоб у меня Она была,
Христа Иисуса - только Он Любовь такую дарит нам; В том вечный зиждется Закон: " Меня просите - Аз воздам."