Сознательно ли, мимовольно ли,
Я примерял по молодости роли,
В итоге выбрав - ну и что ж, что роль практически без слов?
Зато уж очень правильную роль -
Быть неизменно главным, оставаясь посторонним,
Единожды в нее сознательно войдя
И слившись, сжившись - с ролью самого себя.
Непрошеное внешнее чужое
Трепещет из последних сил, ведя неравный бой с защитным полем,
Лишь на излете попадая в поле зрения,
И - в мусоропровод, в открытый космос, нежизнеспособное.
По вечерам выходит кошка
На каменный широкий подоконник,
Протискиваясь между планок жалюзи,
И, созерцая улицу, сидит
Или гуляет взад-вперед небрежно-осторожно.
А по утрам выходит поглядеть
На дерзких невоспитанных ворон
И встретить-проводить мусоровоз.
14 октября 2004 г., воскресенье, 7 декабря 2008 г.
Весь в мире майонез, тунец и кукуруза из консервов,
Турецкий кофе и китайский ширпотреб
И вся фруктово-овощная полуконтрабанда,
Раскосые компьютеры и Web -
Инфраструктура моего воображения. Скелет.
В то время как семья и чай с ванилью - меры поощрения усердия...
Но подойти к младенцу - ну не то, чтобы совсем не допустили,
А просто феи не орудуют локтями,
Чтобы пробиться к цели,
Пусть к той же самой колыбели -
Между зеваками и просто дураками.
И ей пришлось вернуться восвояси,
Попив-поев от королевского стола,
Но все-таки несолоно хлебавши.
И, не вручив подарок, фея раньше времени ушла.
Потом наврали: мол наслала порчу, сглазила.
Дурацкая придворная фантазия.
На самом деле - просто все пошло не так.
И если ищет кто-нибудь принцессиной руки,
Так непременно выдающийся дурак.
20 октября 2004 г., воскресенье, 7 декабря 2008 г.
Буквально только что на крыше твоего авто -
Бродячий кот
Для поддержания растяжки разминался с удовольствием,
И не без пользы,
Непринужденно доставая языком - да где угодно!
И яростно выкусывая насекомых.
Мне нравится, когда картины прошлого спонтанно возникают на экране -
Пейзаж. Семья на пикнике. Случайные знакомые. Папайя.
Ни следствий, ни причин, ни плана ни сюжета - бессистемно,
Бессмысленно, бесцельно и никчемно.
Дай охватить себя безвременью,
Ничем не загружай процессор,
Доверься полностью скринсэйверу,
Он преподаст тебе урок:
Не принимай себя на веру.
Как мог ты разбазарить столько времени!
Жизнь промелькнула чередою пустяков.
Пытаясь ухватить ее за хвост,
Что было силы, я рванул вперед...
Темно.
Лишь фейерверк фосфен на фоне век.
Лишь кровь и мысль ускорили свой бег,
Ища, за что бы зацепиться
И создавая в темноте и пустоте
Забытую ли, новую действительность.
Писать на случай смерти тела завещание -
Несправедливо и неправильно,
Поскольку разум смертен в той же мере.
Я откажу правопреемникам в наследстве в завещании своем,
Пусть только поместят меня в дурдом,
Поскольку дисциплина, процедуры, распорядок дня -
Смертельный яд для собственно меня,
И нет против него противоядия,
Против утраты собственного "Я",
Стоящего на силе отрицания,
Отринувшего узы бытия,
Как нет наследства, нет и завещания,
Лишь болтовня маниакальная,
Попытка убежать от жребия.
Впав в детство, по деньгам и прочим атрибутам прошлого не плачут,
А плачут по вещам естественно-понятным:
По непреложной логике вещей,
По объяснимости мотивов, по закономерности поступков,
И упрекать, по-моему, преступно
Второе детство в слабоумии и поднимать его на смех.
Отсрочка приговора смехотворна,
И та же участь ожидает каждого и всех
В свой срок - не рано и не поздно,
И ты поймешь, что мировой порядок невозможен
При беспорядке в малом, среди тех же самых
Бамбуковых прищепок для белья,
Неразличимых - лишь на первый, посторонний взгляд,
Здоровый детский основной инстинкт
Велит грехи отцов по разумению потомков искупить -
Построить дом, создать уют и завести семью,
Жить друг для друга, наслаждаться жизнью.
Сын с дочкой, кошка с попугаем, черепаха и жена
Мне не дают спокойно выжить из ума
И, претерпев каскад метаморфоз, прийти в себя иного,
Сменить личину, сохранив незыблемой основу -
Играть в свою игру по правилам своим,
Лишь ненадолго допуская на свою площадку посторонних
Из милосердия и состраданья к ним.