> я хотела сказать, что зачем стремиться к чему-то, то по небу, то по морю. Там опасно. Ходить на земле, довольствуясь тем, что уже познали, и беречь себя... Не так ли мы все живем? Утром проснуться и продолжать жить. И возвращаться к себе домой, выбирая спокойные жизненные дороги...
Пробую... Не болела б голова... Проще - заново... Не в обиду, и не по злобЕ... - "... но истина дороже!"
Довольствуясь познанным малым,
Как можешь, себя береги.
Пешком возвращайся устало
С работы, пеки пироги,
И прежде, чем сунуть в духовку
С начинкой пирог дрожжевой,
Смажь маслицем верхнюю корку,
А нет - так драченым яйцом,
Вы - Тьма, Вас невозможно видеть.
Такой я Вас создал, сказав: "Да будет свет!",
И Вы на Вашей темной половине Мира
С тех пор незыблемо владычествуете,
Для большинства - под псевдонимом.
А светлую - оставил я себе.
Лилит...
Покой. Реинкарнация.
Однажды - не отпустишь от себя.
И никаких реанимаций!
Что проку в нищем и безумном старике, В бреду играющем словами И управляющем мирами В своей косматой голове? Как сувенир возьми его, на память, Чтобы показывать друзьям Потом - когда его не станет, При свете будущего дня.
четверг, 10 июля 2008 г.
"Все время Мира" - слышать Вам в новинку.
Отсюда вывод, что Восток
Для Вас - таки неведом и таинственен,
И Вас, быть может, развлечет
Старик, сидящий на краю большой пустыни,
Поплевывая косточки от фиников
И прозревая наперед
Во чреве матери сокрытый плод.
Всему свой срок:
Развитие и взлет,
Падение с заоблачных высот,
Забвение и забытье...
http://zhurnal.lib.ru/editors/i/iw/therelationstheme140720081848doc.shtml - Hide quoted text - On 7/15/08, Yves Nault <yyves.nault@gmail.com> wrote: Закончил работу над "Отношениями". Передохну и размещу на сайте. - Спасибо. Почитаю, но не сразу напишу. Пока нет настроения, Ив, простите!
Да что уж там, Лилит! Пустое...
Какие между нами церемонии!
Я рад, что из флудильни убежал,
От мимоходных ни к чему не обязующих поглаживаний
Мирка "Служебного романа", "Гаража"
И многих прочих в этом жанре.
Нам, саблезубым, выть с волками?
С гиенами ночами хохотать?
Да, в этом времени мы снова вымираем...
Не привыкать!
- Вы просто не хотите ни с кем подружиться. Одиночка саблезубый. А я одиночка лилейная.
Тигровой лилии рядиться ли - в одежды анемии?
Не ставьте белых лилий в изголовье.
Едва заснете, как тотчас вопьются в Вас по рукоять
Кривыми иглами клыки пьянящих лилий-вамп,
И до утра не успевает рассосаться
Их трупно-сладкий яд.
Да хоть ипросто кипяток, согретый на неверном пламени, от ветра защищенном кирпичами, в консервной банке из-под прошлых благ, Чтоб отогреть иззябшее нутро, Забывшее о кофе и о чае, И на мгновение, Хотя бы лишь в воображении своем - Оттаять.
Какими бы обидными словами
Не называли мой цикорий в полемическом запале,
Вам ничего не изменить.
Взамен классической цикуты
Или настоя из окурков -
Цикорий пустоши моей,
Поджарый и неприхотливый,
Милее опиума белых лилий -
Не завернув во флуд,
Не замаскировав,
Зевак рычаньем отогнав,
И не приму обратно Дар -
Он Вам,
А я, специалист по черным небесам,
Меняю каждый божий вечер их на новые,
Чтоб не летать (быть может, что в последний раз)
В линялом и застиранном, надеванном.
(http://samlib.ru/editors/i/iw/daryudoc.shtml)
10.
Спарринг с ЛилиТ ("О жаре")
среда, 23 июля 2008 г.
Истаял ломтик лунный, льдистый, тонкий, И на туманном краешке горы Открыло солнце - печь свои заслонки, Пугая новым всполохом жары.
По пятницам я - правоверный мусульманин,
Пожалуй, даже, правоверней мусульман.
В четверг, в субботу - я не идеален,
А в пятницу - я с чистыми руками
Листаю, правлю, дополняю и толкую свой Коран для большинства,
И иногда подряд семь пятниц выпадает -
Мактуб, так захотел Аллах.
И в пятницу, скажу я Вам, мадам,
Дум несерьезных - не бывает.
Соотноси себя с Аллахом,
Дочь правоверных!
Солнце жидкий горячий мед Льет на кожу. Ах, осень, где ты?
"Осень, где ты?"
Вы же знаете где - над Тайшетом...
На зазубринах горных,
На игольных подушках - макушками хвойных,
Сизым облаком,
И по тихой погоде
Я в Маскате своем, по ту сторону,
Слышу осень, зовущую шепотом
На свиданье с багрянцем и золотом.
Белый всадник костлявой рукой прижимает
Желтой кости мундштук к поредевшим зубам,
Из трубы извлекая шуршание.
Он играет отбой. Час настал.
Хладный мрак восстает из подвала.
За звездою звезда угасает.
Открывается в небе провал,
И оттуда тоска иссушающей влагой
Пролилась, как смола,
Разогретая адом.
Недреманные ока по темным углам
Ловят взгляды,
Что украдкой бросают упрямые
Из-под пыльных своих одеял.
Оттрубил, как положено, всадник.
Час отбоя настал.
Линия светораздела (терминатор), отделяющая освещенное Солнцем (дневное) полушарие Земли от неосвещенного (ночного)...
Итак, прижили Ночь и День дитя,
И получился непоседа Терминатор -
Кому рассвет, кому закат,
Что, разделив собою Свет и Мрак,
Послужит противозачаточным,
Предотвратив физический контакт
Как нежелательный для матери.
Устала Ночь - вынашивать, рожать и нянчить...
>И что? Она лишь ночь и ночь, >А Вы лишь день и день?
Я утром занимаюсь как рассвет,
С восходом солнца обращаюсь в полдень,
Закат - агония и смерть,
Чтоб, как Осирис, в Темноте воскреснуть
И снова выйти в Мир,
И Сету дать себя пленить и умертвить...
Считалась я лилией снежною, А ты говоришь, я тигровая. Я думала, что я нежная, А ты говоришь, я бедовая. ...
(Лилия Фаизовна Тухватуллина, "Просчиталась")
Смотри-смотри, над "i" роятся точки!
И по одной, и многоточия,
И я спешу добавить к ним...
Хрущи - охотники до белых лилий.
Уцепится, ничем его не выманишь!
И силой не извлечь - небезопасно для цветка.
Не знаешь, чем ее опрыскать и когда, и как,
Чтоб лепестков не сжечь, не запятнать,
Не уронить достоинства расцветшей
В недобрый час в неподходящем месте,
- По- моему неудобоваримо. Нужно сделать удобочитаемо. - Чтение - это труд... И нет легких путей. - Трудиться, читая, не нужно. Стихи должны быть ясными. Я так считаю.
Трудиться нужно даже созерцая,
Чтобы проникнуть в суть вещей,
Укрытую от созерцания тенями,
Тогда как маскировочная сеть,
Затейливо испятнанная камуфляжем -
Провокативно-нагло заявляет о себе:
Я - объективная реальность!
Широкий бинт стеснил, как обруч, груди,
И, по совету патронажной медсестры,
Старается поменьше пить.
Моя Лилит! Ты снова - на тропе войны,
Ища того, кто мог бы быть
Не мальчиком, но действующим мужем.
А я - до вечера стоически лежу в остывшей луже...
пятница, 8 августа 2008 г.
Который день моя Лилит в весеннем гоне...
По малолетству не умея расспросить
О том, что с нею происходит,
Я лишь пускаю пузыри,
"Малюткой" из бутылочки покормленный,
Резиновый сосок резцами прикусив.
Сбивают, видите ли темп.
Как будто я бойцов в атаку поднимаю,
А мне приспичило в клозет...
Предпочитаю заполночь вернуться,
Потом под душ, потом - на кухню,
Не зажигая в кухне свет,
Чтоб твой покой случайно не нарушить,
Потом, естественно, - к тебе...
И рвать зубами тело молодое
Под тонкою ночною кожурой...
И я в ответе за свои плохие,
За часть себя ответственность неся
И ошибиться не боясь нисколько,
Поскольку важен лишь конечный результат,
А не процесс, сопровождаемый страданием и болью.
Моя медведица рожает,
Себе назначила родить
Стихотворение - до завтра.
Что я? Я - в принципе, не возражаю!
Решила - значит, так тому и быть...
В такие дни медведица бывает агрессивна,
И, будучи видавшим виды тертым калачом,
Я предпочел до родов - погулять между осинами,
Как будто я тут совершенно ни при чем.
Чу!
Из-за оконных стекол заскулил детеныш...
Посмотрим, на кого похож...
Кто тут у нас новорожденный?
Настасья родила - очередную дочь
Об облаках, о небе, о березах...
Я, обладая равным правом голоса,
Рожу мальчишку от другой.
Мои стихи зовут Настасью тетей
И рыжих девочек ее
На переменках дергают за хвостики.
Как Вам хотелось это спеть!
Полет снежинок уподобить новогоднему балету!
Колонный зал, обутые в пуанты тренированные дети,
Оркестр играет, заглушая учащенные дыхания,
Но топот приземлений сотрясает первый ряд.
И я - участник представления, центральный.
Мой мозг его поставил сам,
Без музыки, без балерин и балерунов, без пуант.
И мы, влача наш жалкий жребий,
Столкнулись в круге первом (двадцать первом?),
В столице коротая время
Между приездом и отъездом
В очередях за маслом-сыром-колбасой.
Согласно договору между нами
Работает по собственному плану,
Ожидая,
Что я, пресытившись Игрой, подам ей Знак -
Меня забрать
Туда, в далекое молчание,
Откуда более не возвращаются,
По доброму взаимному согласию,
Придя ко мне в последний грустный раз.
Она, конечно, может передумать,
Но - не забыть о данном обещании.
Летел, как сейчас, совершая турне
По диким и странным пустынным местам,
По часто и густо неточным и вымышленным,
Но связанным с кем-то живым или жившим,
Иль будущим жить после нас - адресам.
Он сам пришел. Негаданно-нежданно и немоленно,
И лишь теперь, с его уходом осознав,
Насколько важен и угоден богу наш дуумвират,
Я вою вдаль тоскливо и протяжно.
Храни Вас Бог с безбожной Вашей красотой,
Явленной миру плотской и невидимой духовной,
Дневной, вечерней и ночной,
И предрассветной - теплой и спокойной.
Пребудут со мной - пусть не вместе, но рядом
Ваш нервный покой, Ваша сильная слабость,
И ангелы -
Беленький Ваш и каштановый мой
Привычно продолжат служенье свое,
Друг друга порой на посту подменяя.
Давайте и реплики, и письма оставим на более удобное время! Предлагаю Вам отдохнуть от моего ока!:)
Как Вам угодно. Я - присмотрен Вашим оком,
Покуда Вам угодно помнить,
Что есть такой, и есть его Большое Одиночество,
Которого коснувшись теплою рукой,
Вы ощутите нестерпимый холод.
Как жаль, что нам соприкоснуться - невозможно!
Какое счастье - одиночество вдвоем!
Упорствуя безвольно, лишь бы правды не сказать,
Свидетель-осень будет многолико лгать,
Сжигая пожелтевшие улики
В кострах из горьких погребальных листьев...
Я должен это снять с крючка и проглотить,
И посмотреть, переварив, а что же выйдет
Из этого, что Вам угодно предложить
В развитие сюжетных линий нашей жизни...
Вы соглашаетесь делить меня с другими,
Детали плана - неважны.
Но я - един и неделим,
Увы!
Но - многорук и многолик для тех, кто ищет
Объятий, поцелуев ли, войны...
Я - Ваш Поэт в блестящей Вашей свите,
И счастлив оставаться таковым,
Пока однажды не решите
Меня в ней заменить Другим.
Гомер, ..., Лонгфелло, ..., тот же мной любимый Рильке:
"
И он уже не тот, что был вначале.
Чужие судьбы, став его судьбой,
Позвав его, уводят за собой...
"
Плутая непротоптанной тропой,
Я не хочу быть уведенным по ошибке
Чьей бы то ни было судьбой.
Прогресс средств связи сократил до сантиметров
Путь мысли, высказанной письменно,
Между мыслителями разных лиг,
Из уст в сердца корреспондентов - без посредников.
И, грешным делом, я привык
Шептаться со своей медведицей,
И каждый клик, что не приносит новых сообщений,
Меня тревожит и томит,
С меня подписку взяли "доктора"
О непересечении границы полушария,
В котором ты изволишь проживать.
А мне плевать!
Что суждено - то непременно сбудется,
И я пересеку однажды океан.
Дадут мне перед смертью в самолете курицу
И в меру - красного вина.
Я на такси к тебе приеду из аэропорта
И обниму тебя в дверях, как в первый раз,
И - пусть!
Пол-полушария взорвется к черту
В слияньи субкритических давно не видевшихся масс!
Я знал, что так оно и будет...
Что дети, внуки, хлопоты, покупки...
До дежа вю и до фантомной боли мне знакомо:
Непостоянна постоянная Ньютона.
И массы те же, но слабеет тяготение
При неизменном расстоянии в пространстве-времени...
Медведица у дочери неделю гостевала.
Готовила, стирала и держала на руках внучка.
Вернулась. Полчаса невнятно-ласково ворчала,
Нехитрый холостяцкий сор из избяной берлоги выметая,
Бретельку сарафана то и дело поправляя,
Что поминутно падала с плеча...
Им овладело беспокойство, Охота к перемене мест... (Пушкин А.С., "Евгений Онегин")
Навязчивы объятья поля тяготения.
Я тяготею к каждой точке местонахождения,
Но затрудняюсь примириться с тем,
Что это место - может стать последним
В цепи мной посещенных на Земле,
И я бегу его, и дух мой развивает ускорение,
Что позволяет мне преодолеть
"навязчивость объятий поля тяготения",
Что, сократив до НОПТ,
Я делаю привычной и безвредной
В своей "охоте к перемене мест",
Столь неизбывно беспокойной.
- Сейчас жду в гости сестру. Так что пока не на связи. - Хорошо. Жду. - ... - А говорили, что Вы не на связи... - Сестра поторопилась на сериал, а погода такая, что я не пошла с ней гулять и провожать.
Слава, слава сериалам и героям мелодрам!
Их заслуга, что ласкает стих мой нежная "ля фам"
И змеею в нежной лайкре вяжет буйного меня.
В молчании твоем мне слышится упрек,
Мол, на базар не ходят так надолго,
И ты права. Я на базаре - дома.
Конечно, не на всем.
Известно, что хватает на базаре
Придурков, крыс и тараканов.
Но за годом год
Я нахожу душевное тепло
В тени неброских неказистых лавок,
Предпочитая продавца - товару.
Я покупаю - продавца,
А он меня коварно подкупает,
И год за годом обрастаю я друзьями,
И с ними год за годом старюсь.
У птички, что, любя, назвал я именем Лилит,
Есть клеточка в моем пустынном сердце,
И дверца клетки снабжена замком лишь изнутри,
Чтоб можно было птичке запереться
И всласть уединенно погрустить.
Он: А в воскресенье возьмете тайм-аут и пересмотрите тактику ведения боя... Она: Какой бой я веду? Скажите мне! Ка-кой? вы понимаете, что Вы не понимаете меня? Не понимаете совсем, что мне нужно?
Нокдаун... За спиной нет ощущения канатов...
Держаться на ногах... двоится тренер парой секундантов...
Арбитр берет технический тайм-аут.
Пусть выясняют... Я должна поплавать...
Как будто ласты... Море... Освежает...
С чего вы решили, что я вас люблю, Поэт мой, ушедший в Маскат?
В Маскате, на привале по пути в Икстлан
Я поклонюсь от Вас пирамидальным тополям,
Араукариям, драценам, эвкалиптам - всем-всем-всем,
Увитым-перевитым разноцветьем,
Колючим серпантином бугенвиллей.
Когда б Вы не любили, Лиля,
Вы б не писали: "Мой поэт..."
Вы будете меня безумно ревновать,
Застав меня по возвращении - румяным,
Со щек моих сухой ладонью отирать
Следы несуществующей помады,
И, губы пробуя на вкус,
Их подозрительную сладость
Замените на хмель своих горячих уст.
О, сколько нам еще в разлуке быть осталось?
Разлука только началась...
Без Вас я пуст...
Без Вас мой голос - трепетание
Колеблемых Эолом струн...
Я не могу себе вообразить,
Как можно не любить свою подушку!
Как можно жить с ней, оставаясь равнодушным -
К ней, принимающей тебя любым - желанным и любимым,
К ней, в контррельеф ложащейся послушно
Без прекословья господину,
К зовущей и при каждой встрече неизменно льнущей,
Зла не держа за горечь встречи предыдущей.
Далек я от того, чтоб быть уверенным
И полагать, что - непременно,
Но - уговор дороже денег!
Надеюсь, что напишет Лиля мне
На согласованную тему -
О ней, единственной и верной,
И неизменной спутнице ночей,
О ней, что успокаивает нервы
И у кого так сладко плакать на плече,
О той, кто терпеливо слушает,
К кому прижмешься ушком, и - покой...
Никуда не уйдет наше прошлое: Ты в своем, я в своем задержусь. И не пройдены нами, не прожиты Ни нирвана, ни адова жуть. ... Что же делать, когда вдруг завертится И подхватит безудержный смерч? Не понять, не простить, - и не верится, Что любви уготована смерть. (Лилия Т., "Никуда не уйдет наше прошлое")
Я не согласен ни с одной строкой.
Во-первых, прошлое уходит.
Не вспомнить с прежней остротой
Позавчерашнего "сегодня",
И мы, чтоб удержаться в памяти вдвоем,
Должны не отпускать руки друг друга,
Гребя против течения другой -
До судорог.
Лилит претит любая ограниченность.
В ней жажда действия от прежней дьяволицы,
А ритм и рифма, и приличия...
Ее гневит напыщенность косноязычных.
Наедине сама с собой безлунной и беззвездной ночью
Летит Лилит, под облаками отливая черным серебром,
Куда захочет,
Меня оставив, чтоб присматривал в ее отсутствие за домом.
Я - не против.
Заслышав шорох крыльев за окном, встречаю на балконе.
Даю посадку. Входим в дом. Темно.
При мне - и то стесняется расправить кожистые крылья.
Закрыв глаза, я глажу шрамы и ожоги боевые, равно как и бытовые.
Козьма Прутков: " Когда в толпе увидишь человека, Который наг (на коем фрак)... " Поэт в толпе - нелеп и неуместен.
Поэт -
Он Призрак Галереи
И раздвигает рамки избранных фрагментов
Батальных сцен, пейзажей и портретов,
Как и произведений в целом,
И Галерея превращается в смешение
Времен, культур, событий, настроений...
Поэт - посредник между миром духов и людей.
Он - каскадер и проповедник
И дегустатор выдающихся явлений.
"
Я плавно выплыл из постели
И чайной ложечкой отведал новый день...
"
(http://samlib.ru/i/iw/poetvtolpe-nelepineumestendoc.shtml)
94.
среда, 15 октября 2008 г.
В Истинной Женщине - многая мужество!
Чтоб не скатиться и не оскотиниться
До скотоложства и многомужества,
Чтобы сберечь свою женскую истинность,
Ах, разгадать меня...
Каждый ли так удивит?
...
Я замурлыкала... кошкой,
Лапками нежно избив...
(Лилия Т., "Так разгадать меня")
Я в этом круге ада обетован Вам -
Дать толкованье Вашим быстрым снам...
Порою мне приходится вмешаться,
Чтоб сохранить контроль над ситуацией,
А иногда - во снах являться,
Чтобы заполнить рамку чем-нибудь приятным...
Случается, я не справляюсь со своей задачей
Быть деликатно-ненавязчивым,
Чтоб быть забытым на исходе сна,
И сню себя частично въявь,
И попадаю в Ваши лапки,
И пропускаю панч за панчем.
(
Панч - запрещенный, обжигающий удар
Открытой (иногда - намеренно) перчаткой.
)
На ринге скор и быстр,
На суше становлюсь тяжел и неуклюж.
Таким, как я - не место за канатами...
Я за канатами - боюсь...
А на улице снег, снег.
Даже стыдно чуть-чуть лужам.
Почему ты всегда с ней,
Может, мне ты сильней нужен?
А в запястьях моих стук -
Разобьется вот-вот сердце.
Накормило меня с рук
Небо снегом...куда деться?
Ветер вечером был груб,
Ведь ветра могут быть злыми.
Был ты вновь у моих губ:
Я шептала твое имя.
(Лидия Т., "А на улице снег, снег...")
Ветер зол. Как ни дуй во все легкие,
Запыленной поверхностной пленки
Стылых ртутчатых луж -
Не поморщить и не всколыхнуть.
Злобно колет
Мириадами снежных иголок.
Затянув на висках капюшон,
Против ветра пригнувшись,
Слышу пульс.
Это азбука Морзе.
День начался тревожно, беспокойно, странно...
Ни шороха из-за закрытых ставен.
Боюсь дотронуться до дверцы сердца -
Вдруг незаперта?
И к горлу поступает пустота...
Я все проспал!
Я думал, сон мне - по заслугам,
И спал - самодовольно, тупо, глупо,
А ты... Да что я знаю о тебе?
Ищи-свищи тебя теперь в ноябрьском небе.
Я так хотел тебя согреть!
Играет дверцей сердца ветер...
Играет дверцей сердца ветер,
Скрипят несмазанные петли,
Проходит вечность...
Тень прутьев клетки на сердечной стенке,
На дне - слой скверны толще век от века:
Помет, останки голубей
поверх половика, что был тобой постелен
за миллионы лет до нашей эры.
Теперь не стало сил терпеть потерю.
И объяснишь, да не поверят.
А кто б поверил, перемёрли все.
"
Дважды два - четыре! Дважды два - четыре!
Это всем известно, в целом мире!
"
Игра:
Как на речном песке, на теплой сухости спины любимой
Пишу прохладным пальцем - буквы, цифры и спецсимволы.
Порою - ласковое имя, порою - 2х2=4.
Она читает по складам.
Потом, когда глаза привыкнут к темноте,
Я повернусь спиной, одетой в темное, к прохожим
И буду гладить кожу сухоньких ветвей
Деревьев голых, белокожих.
me: Ах, Лилинька! У Лили линька...
Лилия: Ух, нет слов...
me: Воспользуйтесь телепатированием мыслечувств посредством
стихосложения...
Лилия: Не хочу, стихам бой!
me: Сомкнув объятия в последней рукопашной...
...
Лилия: Я наблюдаю осторожно
За милым ангелом своим...
За "ангелом своим" и иже с ним.
Вот Вам "ужимки и прыжки",
Что согревают мерзнущих у мониторов...
Со мной Вы можете порвать... да что угодно! - в клочья, на кусочки...
Я - Ваша книга...
Можете читать, а можете - задвинуть,
И там, на дальней полке Ваших мыслей
Держать меня между другими, из которых выросли.
Я между ними - в тесноте, да не в обиде.
"
Разведка боем, из которой если возвращаются,
То как-то ... сторонятся окружающих.
"
В ночное, в шумный рейд по вражеским тылам
На лучших в армии бортах,
Приняв на борт двойной боезапас,
Беру лишь добровольцев,
И далеко не все - вернемся.
По одному взлетают джинны и ифриты.
Одни - с оружием, другие - без,
Из тех, что убивают взглядом или криком.
В планшетах - терминалы GPS.
Ячейка за ячейкой загружаю
Оперативно-вычислительную сеть.
Эх, пошумим!
Названый внук!
Деды уходят молодыми...
Чтоб ты так жил!
Пожалуйста, пройди
Крещение огнем, квалификационный поединок
На звание защитника Любви!
Не увядайте, Лилия, не надо!
Вот только чем бы поддержать
Упрямство в Ваших лепестках?
То тот, то этот - никнут долу.
Не унывать!
Стакан - всегда наполовину полон.
По крайней мере, так должно быть...
Я не позволю Вам увясть!
Упрямства мне - не занимать...
116.
среда, 4 февраля 2009 г.
Ваш сон привел Вас под мое окно.
По тонкому гуляя между облаков,
Я провалился и ушел под воду,
И через полынью теперь мерцают звезды,
И лунный свет засыпал сединой
Заледенелые просторы...
И Вы, копытом рыхля снежный мох,
Пасетесь под небесной полыньей,
На крыльях снов и ветра залетев так далеко...
А философский камень, что зажат в моей ладони,
Соприкоснется со свинцом придонного покоя,
И из-за горизонта встанет золотое солнце!
От каждой радуги в своем маскатском небе
Я фиолетовой полоске заповедал
Лететь за тридевять земель
И в Вашу честь собой окрасить небо
В Стерлитамаке на реке Стерле.
И шаль небесная окрасится любовью,
И Вас согреет под большой собою...
118.
воскресенье, 15 февраля 2009 г.
Вы прозвучали эхом мне:
"И этим скрашу уходящий день..."
Так день же - лишь перевалил за полдень!
Что - ощущение, что он уже уходит?
Натяните вожжи!
Спешьтесь, спутайте ему передние,
Расчистьте до сухого снег и отогрейте
Вокруг костра в степи немного места,
Чтобы спокойно посидеть - себе и мне...
Я, моя руки, снова незаметно побывал в Эдеме, Чтоб повидать свои знакомые деревья. Ты снова вырос, старый сад! Цветы ли, облака ли на твоих ветвях? Я рад приветствовать тебя...
... и отпечаток пальца вымытой руки,
Хранящий ауру Эдема,
Я Вам - на холодильник прикрепил.
За облаками - яркий свет, но очень холодно,
И временами зубы самопроизвольно
Шлют в стынущий эфир отрезок штрихпунктира Морзе:
"Кей-би-кей-зед" - призыв о помощи.
Лилия: Пока Вы ударяете в меня, Вы чувствуете свою силу... me: ...Вы - гонг! 9:21 AM Я ударяю Вас, творя молитвы... Лилия: Можете в качсетве эпиграфа взять мое высказывание.
me: ударяю в Вас... Лилия: Вы не имеете привчки за что-то меня хвалить, так хоть эпиграф вставляйте... 9:22 AM me: И вы торжественно звучите: "Ом-м..."
"
Ярилось солнце на балконе...
Ты положила на меня бедро, и было нам просторно -
На крашеном железном ложе с инвентарным номером,
На койке, тесной для тебя одной...
"
me: Vzyali by i napisali knigu obo mne... Лилия: А что я про Вас знаю-то? 7:10 PM me: Koe-chto-taki znaete... Лилия: Аб-со-лют-но ничего... me: Ostal'noe - neinteresno...
А почему бы Вам - не написать о наблюдаемом?
Верхушка айсберга подставлена усталыми боками -
Пингвинам, лапкам чаек и лоснящимся морским млекопитающим,
И - солнечным губительно ласкающим лучам...
А снизу - непрерывно подмывает...
Ворочаюсь вокруг блуждающего центра внутреннего мира...
Вокруг дрейфующего центра масс,
Что составляли прежде - монолитное единое...
Рыхлею... Распадаюсь... Таю... Возвращаюсь.
В который раз, в который чертов раз!..
Пылинку-грусть мою не сдуть - С плеча пальто, пошитого уродски. Я провожу тебя в последний путь - Шипеть на порционной сковородке... (litutu, "Тоска", Русско-русский перевод - мой)
Кто навязал Вам пресловутое "пальто, пошитое уродски"?
Кто - навязал?
Как он посмел Вам навязать -
Его, и - "порционность сковородки"?
"Облако" вышло перистое. Цензура в него дула. Страниц шесть сплошных точек" (Маяковский, "Я сам").
Под дулом внутренней цензуры - Пишу дистиллированной водой...
Вечор, Вы помните? - Вы мне пустили кровь,
И, ею истекая,
Я написал: "Сегодня Л. пущает мне кровя..."
Кровавый яд -
Сжег лепестки и листья запятнал,
И - уронил достоинство расцветшей -
В недобрый час в неподходящем месте...
К концу строки - бледнея, надпись расплылась.
Дальнейшее - лишь на просвет - угадываемо...
Просвета нет, окончено последнее сказание,
И летопись окончена моя...
Всплыву ли я в цепи перерождений?
Всесожжение...
Как знать, что сохранится в новом Фениксе - от прежнего?
Сгорает - персонифицируемое.
Не птица я, но - способ истины.
Как способ - я предельно эффективен,
А истина - непостижима и недостижима.
Но - приближима, и -
Асимптотически...
Вы не поехали, а медвежонок Ваш - осмелился посметь...
Он расколол кокосовый орех и превратил его в карету,
А Вам осталось лишь по телевизору смотреть -
Как он - имел успех,
И - плечи пудренных и бледных,
И - Синдерелла! -
Одетая подростком из фавел.
Неделя, как не вхож Ваш медвежонок к Вам в постель.
Где ночевал, что пил и ел он - целую неделю?
С кем?
Не можете изгнать из мыслей Синдереллу?
Я в этом больше преуспел.
Моя пинетка тонет в полынье...
Я не отвечу на "агу" и не пойду на руки,
Пока большие не найдут и не пришьют -
Мне на пинетку - оторвавшуюся пуговку.
Я эту пуговку люблю!
Вам ли давать уроки здравомыслия
Тому, из уст кого глаголет Истина?
Вряд ли.
Вы - не там искали.
Плакучий Ив -
Не для любви - для яростной печали...
"
В час "Ч" - не все проснутся к новой жизни.
Кому-то - суждено иначе.
Укрывшись в самой сердцевине,
Моя дриада тихо плачет...
"
Он для неё держал руками небо... (Лилия Тухватуллина, "Он для нее держал руками небо...")
По вечерам Атлант пониже небо опускал,
И солнышка - закатывалась в спальню...
Она - спала, а он - по-прежнему стоял,
Держа над ней - не балдахин, но - наковальню...
Она ловила дождь губами: короткой верхней и припухлой нижней...
А кое-кто, не допроизойдя от обезьяны,
Смотрел, и - занимался онанизмом...
пятница, 19 сентября 2008 г.
Я с изумленным облегчением смотрю на ледяные иглы В глазах одетой в черное вечернее прекрасной белой лилии. Кто знает, что таится в рукавах? Пока Вы замечательно справляетесь сама. Не взять ли Вам свои слова назад, О незадачливый обидчик?
Я выдам Вам в дорогу Слово сухпайком.
Ржаным каленым сухарем и полудюжиной консервных банок -
На случай, если полевая кухня заплутает
И не доедет до передовой.
Я выдам Вам в дорогу Слово пригоршней патронов.
Я дам Вам Слово-антидот...