Сыр бор. Весна. Подтопленная тундра.
На кочках запеклась брусника, словно кровь.
Через окно, чтобы не будить вахтера,
Я ухожу из номера с наплечным багажом.
По насыпи шагаю ранним утром
В аэропорт,
И солнышко встает,
И тень сползает с крон под изумрудной пудрой
Неразличимых издали хвоинок-волосков,
И в тон им набухают почки на березах,
И серебрятся почки ольх.
Я ухожу. Лишь на мгновение. Надолго.
До осени, что снова для меня зажжет
Сыр бор у насыпи, что по дороге в город.
Горит в моей душе сыр-бор, уже который год...
Сыр бор...
И стол, и дом, и внутренний покой,
И ветер тундры арфою эоловой
В кустах багульника и голубики,
В стволах деревьев с руку толщиной
Сопроводит закат осенний, что наискосок
Уходит невообразимо долго
За недалекий горизонт.