Если один из двоих принялся оценивать сделанное в жизни, и соразмерять остаток ее с тем, насколько еще хватит пороху в пороховницах и ягод в ягодицах, то второй либо сам становится на этот путь, либо остается в стороне, по другую стороны расходящейся во льду черной трещины. Можно перекрикиваться, да. А также внутренний раскол. Война не кончается при жизни нашего поколения, и сладости победы не вкусить. И вот "который год нам нет житья от этих фрицев". Наутро у Гидры отрастают отрубленные головы. С другой стороны - а что такое Валгалла! Мир бесконечной войны и охоты. Это - каждый может устроить себе в своей Внутренней Монголии.
И мне не взять тебя туда,
И не вернуться мне оттуда,
А это значит - навсегда,
А потому - прости-прощай.
Мне иногда случается бывать
На родине, в Шеоле, по делам.
Как вдруг - в гостинице встречаю юную кентавру.
Мой бог!
Кентавра, видно заплутала.
Ведь есть Валгалла травоядных -
Для бега в даль по заливным лугам,
А эту - занесло каким-то ветром в Ад.
Остатки сна на девичьих щеках.
Зубная щетка, полотенце, тюбик с пастой.
Она умылась, причесалась.
Я - курил и ждал,
Просматривая коридор с опаской.
Кого я только в этом коридоре не встречал!
Пошла к себе. Который час-то? Семь пятнадцать.
К восьми ей, видно, по делам...
Неделю я ее, как мог, сопровождал
В ее маршрутах по родному Аду.
Она привыкла и уже не удивлялась,
Когда клыки я ненароком обнажал,