Бурель Любовь Леонидовна Голиаф эротичней Давида.
Спор о вкусах опять актуален..
И возможно, что всадник Майн Рида
для кого-то вполне сексуален.
Чваков Димыч А Давид веселей Голиафа -
он подрезал резинку в трусах.
И скелет показался из шкафа:
- Голиаф, ты попался впросак!
Голова закатилась под койку,
у Майн Рида в запасе ещё...
Ты Давидову яму не рой-ка,
проповедуя тонкий расчёт...
Бурель Любовь Леонидовна Посещая запасник Майн Рида,
пропадала веселость Давида:
даже были позывы на рвоту -
триллер этот смотреть невозможно.
Но костяшками щелкают счеты.
На душе и легко и тревожно.
Чваков Димыч У Давида такая Планида -
ужасаться коварству Майн Рида.
Он привыкнет, наверное, вскоре
к ужасающей песне горгульи,
проклиная античную долю...
Возрождение в мраморе рулит!
Бурель Любовь Леонидовна Возрождение в мраморе лихо
дорулило до нас без потери.
Перед ним остановимся тихо,
в совершенство такое не веря.
Чваков Димыч В совершенстве владея английским,
ты грызёшь на сеансе фисташки,
веришь в то, что хот-доги - сосиски,
Леонардо же был черепашкой.
Бурель Любовь Леонидовна Черепашка на череп присела,
словно тень, бедный Йорик! Сосиску
он попробовал так неумело,
но что жизнь без экстрима и риска?!
Чваков Димыч А у Йорика нынче свиданье -
он с Офелией чуточку дружен.
Не свои... ну, так всё-таки - сани!
Да и Гамлет им в склепе не нужен...
Бурель Любовь Леонидовна Офелия немного не в себе,
бледна, как приведение, к тому же.
Тенями склеп изрядно перегружен,
но сыщется местечко на гробе.
Чваков Димыч Искать местов - такой жеж моветон,
не в поезде мы едем, право слово...
Офелия по жизни бестолкова,
как царь один... по имени Додон...
Бурель Любовь Леонидовна Додон Гвидона в гости пригласил,
с лапшой куриной коротали время.
А петушок потом Додона - в темя.
Гвидон сел в бочку, по волнам уплыл.
Чваков Димыч Додон Гвидона в гости пригласил,
такое, понимаешь, сучье время -
там царь Салтан давно уже гостил
с бандитом-петухом, который в теме.