1989-ый год ознаменовался летним походом на Урал со сплавом от верховьев реки Торговой, далее по Щугору до впадения в Печору. Очень ярко вспомнилось это событие вчера, когда я встречал "Зарю" (водомётный теплоход), пришедшую из Вуктыла. Из него вылезло четверо бородатых мужиков с рюкзаками. Туристы встали неподалёку от меня и закурили. Разговорились. Оказалось, что они прошли почти по нашему маршруту. Очень захотелось вернуться в то прекрасное время, когда мы были ещё достаточно молоды, для того чтобы творить чудесные глупости. О, Воха, неужели ты забыл наши похождения на ПГ-2? Неужели ты уже супер-стар?
 
  Ещё одно подвигло на написание этой байки - утрата дневника похода в силу странных и, казалось бы, необъяснимых причин, которые будут описаны ниже.
 
  Приступаю к рассказу. Сначала, как водится, знакомство с героями событий, правдиво описанных автором. Итак, участники экспедиции: Кэп - он же капитан похода. Шоня - он же КОМИ-сэр, Димыч - боцманюга (вреднючий, надо сказать, тип, но кормил справно), Воха - матрос 1-го класса с веслом, по совместительству горный инструктор. Сплав-средство: океанский спасательный трёхсекционный плот с обрезанным тентом ПГ-2 ("Пронеси, господи", вторая модификация).
 
  Способ и место заброски: вертолётом ("на шару") в район горы Лорцемпея в верховьях рекиТорговой.
 
  Сроки: 6-19 июля 1989 года.
 
  Все иногородние участники экспедиции собрались в Печоре 3 июля. Вылет был назначен на 5. Я задолго до вылета обговаривал проблему нашего присутствия на борту. Ещё в апреле лётный отряд запланировал сей чудовый полёт в горы. Дело в том, что Северный Урал обычно не обслуживается Печорским авиапредприятием. Наши вертолёты обычно бороздят отроги Приполярного Урала. А этот рейс - исключение. Таких бывает не больше двух-трёх за лето. Повезло нам в том, что многие в отряде хорошо помнили моего отца, который уехал из Печоры в 1985 году. Через бортмеханика-инструктора вышел на начальника ПАНХ (применение авиации в народном хозяйстве). Тот назвал примерную дату вылета и предварительно дал добро на посадку четырёх жизнерадостных туристов вне заявки. Это дало мне уверенность на согласование сроков с Шоней и Вохой.
 
  3 июля - встреча с бесцельным шатанием по набережной и обильными возлияниями. 4 июля - сборы и утрамбовка груза. 5 июля сидим в ПАНХЕ. Вылета нет. Горы закрыты. Перенос начала экспедиции произошёл для команды безболезненно - оторвались на пляже. Наутро глянули в оконце и ужаснулись. Туманище стоял почище, чем в сильный мороз. Но к назначенному сроку двинули в аэропорт. Сидели, нервничая, часа три. Вдруг выбегает начальник ПАНХ. Живо на погрузку! Горы открылись.
 
  Заказчиков на рейс было два - Академия наук республики Коми и Пермская геологическая экспедиция. Этот факт и дал возможность для манёвра. Сам начальник ПАНХ внёс четвёрку туристов в полётный список, а нас предупредил, чтобы в полёте особо не болтали. Но если спросят академики, говорить тихонько, что мы из экспедиции, а геологам - нагло врать, что, дескать, из Академии наук. Влезли мы на борт и - в добрый путь.
 
  Скоро показался Северный Урал. По западным склонам бегали дикие олени, а со стороны Азии паслись цивилизованные стада из Саранпауля. Иллюминаторы вертолёта были открыты, по кабине гулял вольный ветер странствий, хотелось петь и смеяться.
 
  В районе плато Мань-Пупу-Нёр (или Болвано-Из) подсели, чтобы высадить академиков. Место это славно каменными болванами, выточенными вековой работой воды, ветра и солнца. Они напоминают идолов с острова Пасхи. Правда, мы оказались несколько в стороне от них, видели только в иллюминатор. Зрелище грандиозное. Стоунхендж - жалкая поделка в сравнении с Малыми Богами Мань-Пупу-Нёра.
 
  За 15 минут успели размяться, покурить, а бортмеханик вытащил пару здоровенных хариусов на спиннинг. Дальше - полёт вдоль по руслу Щугора. У Большого порога высадили геологов. Затем наша очередь покидать временное летающее жильё. Пролетели гору Тельпос, где Торговая впадает в Щугор. Я зашёл к экипажу и на карте показал желательное место посадки. Вертушка юркнула в ущелье, и вот мы уже стоим на левом берегу Торговой. По другую сторону реки виднелся хребет Ларцемпеи.
 
  Но пилоты и штурман промахнулись, вот что значит редко летать в горы на этом участке. Примерно на тридцать километров промахнулся. Эти лишние километры и не позволили дойти до горы Неройка из-за дефицита времени. Но, по-моему, никто из нас в обиде не остался.