Он долго мучился в сомненьях, рождаемых сознаньем в такт волнам, несущим к нетерпенью запретный плод в ее руках...
Она измучилась сознаньем, что все сомненья - однодневки, почившие в шуршанье тканей и знойном трепетанье древка...
В их круг отчаянных движений, в круженье неуемных душ вплеталось нитью исступленье не дюжих, взявшихся за гуж...
Хлестали штормы вожделенья по скальным воли берегам, и сети муки и сомнений в лоскутья рвал гормона шквал...
Настал, желанный до икоты, прорезав таинства туман, миг вожделенного истока... его кармана... ей в карман.