Надела второпях пальто,
Сбежала - чтоб никто
Не видел.
Смеялась -
Господи! За что, ты сильно так
Меня обидел?
Не опустил ресниц, сказав, -
Две чашки на хрустальном столике,
Из пачки сигарет достав -
В моем мозгу -
Сплошные колики.
Троллейбус-
Гудел.
Задохнулась от копоти,
Вставила
Невидимое -
Лицо в окно -
Захлопните,
Прошу, захлопните!
Среди людей
Увидела
Светлое -
Его лица -
Чело.
Даже римлянин гордый
На колени пал бы,
Если средь тысячи
Одну нашел,
Ты ведь не римлянин,
И даже не галл - ты.
Не взглянув в глаза мне -
Встал и пошел....
Поцелуев ожоги - оставила.
На твоем ли теле? -
Грудь слезами вымыла.
За губы твои
На твоей постели
Я бы...
Душу...
Выменяла.
Даже солнце могучее,
Красоту луны
Увидав, -
Задрожало б.
Ты ведь не солнце,
И даже не туча - ты.
Сердце растерзав,
Оставил яд
Изысканных
Жалоб.
Лоб твой
В одночасье
Ласками накрыла,
Пухом путь твой
Выстелила
Дай хоть
Твое священное
Имя
Стоном страсти
Выстонать.
Если б олениху
Замучили до смерти,
Она бы, усталая,
В лес убежала.
А я и не знаю,
Какому господу
Излить поток
Чудовищных жалоб.
Даже если
Господь
Озверело.
С небес
Послал бы проклятия -
Кроме твоего
Усталого тела -
Нету мне
Иного
Распятия.
***
И с дуги балконной -,
Я сойду скорей,
Белая, как -
Сон,
Ты - один лишь
Темной,
Любви моей
Пигмалион.