Аннотация: Эта сказка с немного хулиганским названием и почти таким же содержанием опубликована в журнале "Тюменское детство". Иллюстрации Ирины Зубовой
Жили-были... носки.
Странное начало для сказки, верно? Не так уж часто носки становятся центром внимания. Мы привыкли к тому, что эти предметы одежды молчаливо и скромно выполняют свою работу, а именно - носятся на ногах. И ни один носок за всю историю не становился героем сказки.
Вы думаете, носкам не обидно? Нужно срочно исправить это недоразумение, поэтому наша сказка начинается именно так: "Жили-были носки".
Это были самые обыкновенные носки, мужские, светло-серые, слегка растянувшиеся, 42-ого размера. Таких носков в каждом доме несколько пар, разве что размерами они могут отличаться. Но в наших героях было кое-что особенное - эти носки были необыкновенными чистюлями. В то время как хозяин этих носков был чистюлей не всегда.
То есть, я не хочу сказать, что он был грязнулей. Конечно, нет. Просто у всех иногда случается так, что некоторые дела откладываются на потом.
У вас ведь случается так, не правда ли? Вот и у нашего хозяина так бывало. И в таких случаях, когда хозяин снимал носки со своих ног и забрасывал под кровать, вместо того, чтобы забросить их в стиральную машину, носки ужасно страдали. Они чувствовали себя неумытыми.
Вы подумаете, что это странно звучит - неумытые носки. Но, тем не менее, это так и было - наши носки хотели умыться.
И вот в один прекрасный день (а точнее, ночь), носки взбунтовались. Они набрались смелости и выползли из-под кровати.
- Мы так больше не можем, - заявили они.
Но хозяин их не услышал. Он к этому времени уже крепко спал, и храпел так, что хрустальные бокалы, стоящие на полке, слегка позвякивали от его храпа.
Зато в комнате был ещё кое-кто, обративший внимание на носки. Серый полосатый кот по имени Майонез спрыгнул с дивана, где обычно лежал, свернувшись клубочком в ногах хозяина. Нет, если вы подумали, что он там спал, то это неверно. Майонез отсыпался днём, когда оставался один в доме, а хозяин уходил на работу. Ночами же Майонез был хранителем сна своего хозяина.
Так он сам про себя думал.
Поначалу он, правда, честно нес караул, обходил все углы, прислушивался к каждому шороху, но со временем решил для себя, что охранять хозяйский сон можно и другим способом. Например, осматривая окрестности, не сходя со своего уютного места на диване. Все равно по ночам происходило мало интересного, и на сон хозяина никто не покушался.
Но, как это часто бывает, в тот самый момент, когда Майонез меньше всего этого ожидал, произошло кое-что интересное. Из-под дивана вылезли носки.
Майонез сначала решил, что это ему снится, и даже проморгался, пытаясь отогнать наваждение. Носки никуда не исчезли. Они в нерешительности остановились посередине комнаты в очень странных позах.
Майонез заинтересованно мяукнул и спрыгнул с дивана:
- Что это вы тут ползаете среди ночи?
Носки переглянулись:
- Мы не можем это больше терпеть, - сказали они. Носки всегда говорили хором. Они очень хотели сказать одно и то же, но слова почему-то использовали разные. Наверное, так получалось потому, что один носок был левый, а второй правый.
- Что именно вы не можете терпеть? - спросил кот.
- Мы грязные.
- От нас пахнет.
Майонез осторожно принюхался, и сморщил нос.
- Пахнет, - подтвердил он. С обонянием у Майонеза было все в порядке - носки пахли, это был факт, с которым не поспоришь. - Носки всегда пахнут, - философски заметил кот.
Но носки были не согласны:
- Иногда мы пахнем стиральным порошком.
- Или мылом!
- Нам надо помыться.
- Срочно искупаться.
- Где тут есть вода?
- Нужно найти воду.
Майонез слегка растерялся от такого напора и сказал:
- Вода есть в моей миске на кухне.
Носки снова переглянулись, и направились в сторону кухни.
- Эй, а куда это вы? - забеспокоился Майонез.
- Мыться!
- Купаться!
- Как мыться-купаться? В моей миске?
- Угу.
- Ага.
- Стоп, стоп, стоп, не так быстро, - заявил кот, и одним прыжком сцапал носки. Наступил одной лапой на правый, а другой - на левый. Носкам пришлось притормозить.
- Моя миска - это вам не стиральная машина. И не бассейн с подогревом. Эта вода, если хотите, моя частная собственность. В ней купаться нельзя. Поняли?
- Поняли.
- Уяснили.
- Если так захотелось вымокнуть - во дворе стоит кадушка с дождевой водой. Всегда наполнена и доступна для купания.
- Отличная идея.
- Хорошая мысль.
И носки поползли во двор. Майонез пошел следом (просто, ради интереса). Ему редко приходилось наблюдать такое странное зрелище.
Надо сказать, что кот Майонез был воспитан как существо, гуляющее само по себе, а потому хозяин сделал для него кошачью дверцу, чтобы он мог входить в дом и выходить из него в любое время. Именно через эту дверцу носки и попали во двор.
Увидев кадушку, носки с удовольствием выкупались в прохладной воде. Плескались, ныряли и гонялись друг за другом, пока не устали.
Потом, довольные и счастливые сами отжались, развесились на краю кадушки и стали сохнуть.
Майонез скептически все это пронаблюдал, и, решив, что не встречал в своей жизни более безумных предметов, ушел в комнату хозяина. Продолжать охранять его сон. Вдруг, кроме носков, этой ночью из-под дивана выползет ещё что-нибудь?
Но остаток ночи прошел спокойно, и больше никто не появлялся. И у кота было много времени, чтобы хорошенько все обдумать.
И кое-что придумать.
Наступило утро.
Представьте себе, как удивился хозяин, не найдя своих носков на обычном месте (то есть под кроватью). Ещё больше он удивился, когда кот Майонез, хитро прищуриваясь и настойчиво мяукая, помог ему обнаружить носки постиранными и влажными во дворе. К сожалению, носки не успели высохнуть, расположившись на краю кадушки с водой.
Майонез уселся рядом с носками с ужасно довольной мордой, и хитро поглядывал на хозяина.
Тот почесал в затылке, пытаясь сопоставить факты. Кот, носки, кадушка с водой.
- Это, конечно, обычное дело, когда коты играют с носками, - пробормотал хозяин. - Но чтобы они их стирали - о таком я ещё никогда не слышал.
И, подумав ещё чуть-чуть, сказал вслух, обращаясь к Майонезу:
- Если коты стирают носки, им покупают сырные сосиски. Это закон.
Майонез одобрительно замурлыкал. Сырные сосиски - это было его любимое лакомство.
Посмеявшись над собой, носками и Майонезом, хозяин отправился на работу. Конечно, пришлось ему в этот день надеть запасные носки, а чистые, но влажные, оставить досушиваться.
Майонез пребывал в прекрасном расположении духа, и, проводив хозяина, вернулся к кадушке. Он решил поближе познакомиться с носками. Теперь они не казались ему такими безумными, как прошлой ночью.
- Ну, что скажете, чулочно-носочные изделия? - спросил кот, усаживаясь рядом с носками. - Чувствуете себя счастливыми?
- Мы расстроены, - сказал правый.
- Мы несчастны, - подтвердил левый. Вид у них, действительно, был очень поникший. (Хотя, если говорить откровенно, мокрые носки всегда выглядят немного поникшими).
- Мы хотели умыться!
- А не остаться без работы!
- А теперь на ногах у хозяина какие-то самозванцы!
- Всего лишь с 80-ю процентами хлопка...
Майонез оторопел:
- А в вас сколько процентов хлопка? - спросил он.
- Мы стопроцентные!
- Высшего качества!
- О, - неопределенно ответил кот. Не так уж сильно он разбирался в носках, что бы сказать на это что-то другое.
- Что же нам делать? - запричитали носки.
- Как нам быть?
- Спокойно. Без паники! - важно заявил кот Майонез, и уселся на задние лапы. - Надо вас высушить.
- Да, да.
- А как это сделать?
- Для сушки одежды хозяин использует веревки, протянутые между столбами. Но туда вам ни за что не добраться.
Приободрившиеся было носки снова расстроено поникли.
- Но, - продолжил кот, не спеша. - Если что-то надо высушить по-быстрому, хозяин вешает это на батарею.
- Хотим на батарею, - закричали носки.
- Хотим сушиться.
Майонез совсем раздобрился. Он напустил на себя важный вид, распушил хвост и снисходительно произнес:
- Ладно уж, отнесу вас на батарею. А то вы опять запачкаетесь, если поползете своим ходом, и снова полезете купаться, а потом снова поползете и запачкаетесь, и опять, и опять, и я с вами сойду с ума.
И кот, которому на самом деле очень понравилась идея хозяина про сырные сосиски, аккуратно перенес носки с улицы на батарею. Более того, он помог им красиво развеситься. Умный Майонез правильно подумал, что раз хозяину понравились чистые мокрые носки, то чистые сухие носки понравятся ему ещё больше.
Так и вышло.
Хозяин, придя с работы, и не увидев носков на краю кадушки, где они оставались сохнуть, с любопытством принялся искать их.
И нашел. Симпатично висящими на батарее, а рядом снова жмурился от удовольствия Майонез.
- Глазам не верю! - воскликнул хозяин.
- Мур, - ответил на это Майонез. И со значительным видом отправился на кухню.
- Заслужил, кот-полоскун, - сказал хозяин, угощая любимца сосисками и поглаживая его по спине. - А что? Есть ведь в природе такой зверь, енот-полоскун, а у меня теперь кот-полоскун завелся.
Кот Майонез одобрительно мявкнул. Ему было все равно, как называться, лишь бы в холодильнике не переводились сырные сосиски. Хоть полоскун, хоть прачка, да хоть стиральная машина.
А хозяин между тем продолжал разговаривать с любимцем:
- Я всегда думал, что кормлю тебе не зря, и ты ещё удивишь меня своими скрытыми талантами, - тут он задумчиво почесал голову и серьезно предложил. - Значит так, у меня тут грязная одежда поднакопилась - к утру постираешь?
Майонез чуть не подавился сосиской, услышав эту фразу.
Хозяин так хохотал, что не смог удержать равновесие, и сел на пол, рядом с котом.
- Шучу, - сказал он, перестав смеяться. - Но идея была неплохая.
А носки висели на батарее, тихонько хихикали над Майонезом, и радовались, что так все хорошо закончилось. И сами они умылись, и хозяин остался доволен, и Майонез не в обиде.
С тех пор так и повелось. Когда носки чувствовали себя не совсем умытыми, они полоскались в кадушке, а потом, с помощью Майонеза, перемещались на батарею. К утру они уже высыхали, и хозяин находил их чистыми и теплыми. И, надо отдать ему должное, удивлялся и радовался такому чуду как в первый раз.
Зато с тех пор в холодильнике никогда не заканчивались сырные сосиски. Ведь хозяин решил, что такого редкого зверя, как Майонез, надо холить, лелеять, и даже немного баловать. И не только за стирку носков, но и за то, что охраняет его сон по ночам.
