Лето, 
никто не узнает меня в лицо,
разве что где-нибудь на мокром асфальте
в коробке старых игрушек помнят пропавшим творцом.

Прошлое - черная жирная нефть - проголодалось.
Средства смерти - они становятся все дешевле.
Средства защиты - 
аварийный фасад с металлической дверью 
под наивным замком из шальной нищеты девяностых,
и за ним - чтобы выжить в обнаглевшем кошмаре
невысокого роста 
старушка/реальность с запахом последнего табака 
бережет свои шестеренки:
ветряные мельницы,
сонное утро с мишкой в обнимку,
небо распахнутого во сне первого слова ребенка.

Я, слетая с колес сансары навязанных ипотек,
накопила так много тревог,
такую нежность кайюга.. Медичи.. квидич.. Лоренцо

Перед черной дырой вампиров из соцсетей
капитуляция библиотек
отменяется.
Ну, не зря же я тут и рыжая стерва морей,
и улитка седая - такая, что декаданс,
не змея, не сохраняю покой,
но буду воздушный змей 
на зеленой ленточке в детской руке, 
буду, 
пока каждый мой текст - 
билет в кино на запрещённый сеанс
тебе