# Гибель ишака Великого Поэта

Татьяна Евгеньевна Абрамова

Гибель ишака ВЕЛИКОГО ПОЭТА.


По вечерам стучали в домино,

Не в домино, вот то-то и оно!

Играли наши дяди в "дурака",

Плясали каждый вечер "трепака".


"Иа, иа", - скучал из них один.

Имел осла наш дядя Насреддин.

Ишак служил премудрому поэту,

А шею гнуть - паршивая примета.


- Гей! - понукает дядя Насреддин,

И тащит ослик дядин паланкин.

Был ослик враг моим страницам белым,

И часто на чужих дорогах делал:


Guavno блестело, растекалось жижей,

И кто же задницу ослу залижет?

Несправедливость жизнью правит, миром:

И ж-а грязная, и бедный он, и сирый.


Но бедность не порок, простим его за это,

Он носит на хребте своём поэта,

В макушку бог его поцеловал!

Стихи его сверкают, как опал!


Но бойся их! Ему не прекословь!

Великий наш поэт с фамилией Дурнов

И хладнокровно "бездаря" замочит,

И пустит кровь, и гибель напророчит.


Опять луна, как дыня, в небесах,

Мне бросит ломтик царь речной Инах,

Но голуби засрали мне окно,

Guavna же в жизни всякого полно:


Опять играют дяди в "дурака",

Им крутит ветер пальцем у виска.

И руки заломив, всё спорят с ураганом,

Как дети, тешатся они самообманом,


Бодаются, как старые быки,

И об заборы чешут языки,

И всё своё им кажется "шедевром"!

А на Парнасе только Дядя первый!


Оле-оле! Не дай нам, бог, болеть

"Величием", и потеряв ум-разум

Переполнять белибердою сеть,

Спаси нас, боже, от маразма.


Заснули у реки осины и берёзы,

Склонились сонно ивы, воду пьют,

У них испарина на лбах и проза,

Козлы с ослами очень громко ржут.


Опустятся тяжёлые туманы,

Дорогу лунную зальёт свинцовый дождь,

На Пикадилли или на Монмартре?

В колхозе "N" начнётся вдруг падёж


Скота... И что же, боже, делать?

Пандемию нельзя предотвратить?

Чума скосила поэтическую мелочь,

И хочется нам всем её забыть.

2019.05.31

Чем занимаются от безделья "наши дяди"?