# Дневник Петра Аскомина. Пыточная

Татьяна Евгеньевна Абрамова

Брат! сжалься над его слезами!

Не режь его на старость лет...

Мне дряхлый крик его ужасен...

Пусти его - он не опасен;

В нем крови капли теплой нет...

Не смейся, брат, над сединами,

Не мучь его... авось мольбами

Смягчит за нас он божий гнев!

А.Пушкин.


Очень жаль, что выжил я опять, сдается мне, что если б не был я доктором, я бы давно почил, живу и продлеваю свои мучения и нравственные, и физические, квартира типа концлагеря, в которой из каждого угла смотрят на меня скрытые камеры, живу под ними, как червь, извиваюсь, испражняюсь, раздеваюсь, без стыда и без совести смотрят на меня скрытые глаза денно и ношно, что употребляю в пищу, подвергаю ли блюда термической обработке, какие предпочтения у меня в музыке, в чтении, чем занимаюсь, интересно им, как живет простой обыватель на пенсии, хобби неудачно я себе выбрал, писательство запрещено для простых смертных - это дыба, как у меня, мучительная смерть, которую я растянул на несколько лет, применяя лекарственные препараты, не был бы я доктором, давно бы умер от стрептококка, вот и собака моя умирает, от меня заразилась, хуже ей с каждым днём, умираем вместе с ней мучительной смертью под пытками, обработанные бакпрепаратами, испытывая тяжелейшие нравственные и физические страдания, и все из-за писательства, неправильное хобби я себе выбрал, у нас, говорят, идут чистки среди населения, укрепляется вертикаль власти...

А как не хочется умирать, поэтому и продлеваю свои страдания, живу, как арестант, боюсь выйти на улицу, собаку жалко, она тоже заражена стрептококком.

Очищают от нас страну, не так живем, а бабы других нарожают, в 21 веке пытают, как в средневековье, истязают живую плоть и ничего не доказать...

Теперь каждый день буду писать о мучениях, которые испытываю, как неоднократно обработанный бакпрепаратами. Как чистенько убивают... без крови и шума...

Четыре дня назад вышел на полчаса в магазин за колбасой, собачка колбасу любит стародворскую докторскую, магазин в соседнем квартале, там на нее акция "1+1", вернулся что-то с'ел в холодном виде, к вечеру началась тошнота, а дня через два уже обложило сознание туманом, привык я уже к стрептококковым менингитам, колюсь антибиотиками, продлеваю свои мучения, не был бы я врачом, давно бы умер, но и в моем случае мне тоже грозит летальный исход, вопрос времени - когда?

Пытают меня стрептококком примерно 3,5 года, в 2017 году осенью гуляли мы с сестрой на территории Кремля, пили кофе в буфете Законодательного Собрания, неделю меня жутко тошнило, это была первая обработка, вторая - в начале мая 2018 года, когда лечил зубы у стоматолога, тогда я запустил воспалительный процесс, у меня уже были симптомы менингизма - гиперакузия, напряжение мышц в затылочной области и страшные головные боли, тогда дней 10 не принимал антибиотики, провел курс а/б - 6 дней и поехал на выставку, но успел схватить менингит в самом начале, продромальный период тогда был у меня длительный на фоне здорового иммунитета, а сейчас уже через два дня стрептококк валит с ног.

Третий раз меня обработали 8 марта 2019 года, а 12 марта я уехал в путешествие (люблю путешествовать), вечером почувствовал, как земля уходит у меня из-под ног и сделал антибиотик широкого спектра, тогда я бы точно умер, обработали меня почти до септического шока.

Мучения такие, не передать словами, не хватит жизни, чтобы описать нечеловеческие страдания.

На следующее утро у меня ныли зубы, все сразу - на верхней и нижней челюсти, кандидомикозный отек сдавил ветви тройничного нерва, боль при такой невралгии адская, как будто пытают тебя раскалённым железом, прижигают "бедного раба" клеймом, жарят его кожу вместе с мышцами искрящимися металлическими розгами.

Красные железные прутики больно бьют по лицу, застывают на несколько секунд и прожигают мягкие ткани до кости. Кость белая, обескровленная, самое главное - крови нет, а если ее нет, должно быть не больно.

- Отрекаюсь! - кричу от нечеловеческой боли.

- Помилуйте! - гримаса ужаса сковала моё некогда молодое и красивое лицо.

Но пытки продолжаются...

- Я не хочу умирать! - крик переходит на шепот, - пощадите, за что казните? Зачитайте приговор, не убивайте, как воры вора, казните цивилизованно.

Я должен знать, в чем обвиняет меня моя страна.

Какое преступление я совершил?

Я имею право...

А боль опять накрывает, как снежная лавина, не спрятаться за тройными дверями с гаражными замками.

Я кричу про себя, чтобы никто не слышал, но вибрации нечеловеческой боли превращаются в электромагнитные волны:

- Отрекаюсь! Пощадите, изверги!

В пыточную заглядывает солнце через жалюзи, за окном смеются дети в песочнице, скрипит карусель, как в далеком детстве, я на ней лечу, зацепившись одной рукой, краснощекий и кудрявый мальчишка, веселый и смышленый. Цветут липы, густым ковром покрывает землю спорыш, солнце стоит высоко в чистом весеннем небе.

Я родился в самой счастливой стране...

Пыточная - самая простая квартира в спальном районе, я в ней умираю под пытками спустя 50 лет в самой счастливой стране, испытывая тяжелейшие физические и нравственные мучения. На фотографии септическая сыпь на коже, такие кровоизлияния везде по всему телу.

В самой счастливой стране опять чистка.

Всё совершенствуется с течением времени, методы убийства тоже претерпели радикальные изменения, пыточные располагаются по месту жительства, все движения жертвы мониторируются, современная техника позволяет наблюдение в любое время суток, убивают без шума и крови, почему не сразу, жизнь в муках - это тоже своего рода наказание, смерть - это слишком гуманно, поэтому устраивают пыточные и убивают медленно, высасывая кровь по капле, одно из самых больших наслаждений при склонности к садизму каждый день наблюдать физические и нравственные мучения жертвы, самоутверждаясь в роли Бога, говорят, что все комплексы проходят, когда вершишь человеческую судьбу. А сознание рабов, затуманенное апологетами, пусть создает веру в судьбу, удачу, труд, любовь и всё это называет счастьем или несчастьем. А они - Боги пока создают пыточные, это замкнутое пространство в вашей же квартире с минимумом социальных связей, желательно без выхода в интернет, вы сами от всего откажетесь под пытками, боль настолько невыносима, что вы постепенно будете отрекаться от всего, от всех своих убеждений:

У меня нет мировоззрения, нет убеждений, остались только физическая боль и стремление от нее избавиться.

Я сдаю свою "Трою", сжигаю свои книги и холсты в пыточной, потому что пытки терпеть уже невозможно, под пытками я могу оговорить себя и своих родственников, признаться в преступлениях, которые не совершал, моя воля и сознание парализованы болью, я бессознательная аморфная масса, над которой господствует боль, унижает, уничтожает мое человеческое достоинство, мозг идет на компромисс с палачом, я подпишу всё, что вы мне подсовываете, а мне взамен одну минуту без рвущей на части боли...

В чем меня обвиняют? Какое преступление я совершил?

Ничего я не совершал, ни в чем не виноват, я даже не числюсь в оппозиции к действующей власти, лидеры наши приходят и уходят, а Россия остается, я - за Россию.

Занимаюсь писательством, правда для нашей власти тяжела, как шапка Мономаха.

- Я отрекаюсь от правды.

"Отче! прости им, ибо не ведают, что творят" (Лк. 23:34). Творящие зло никогда не понимают, что делают. Убивая праведника, себя убивают, а его прославляют. Преступая Закон Божий - "Не убий", они не видят спускающегося на них жернова, который сокрушит их. Они не видят своих лиц, постепенно превращающихся в звериные морды. Объятые злобой, они никогда не ведают, что творят. "Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?" (Мф. 27:46) Эти слова говорят не только о немощи человеческой... Великие и страшные слова: "Боже Мой! Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?" Если б я не был старым и больным, я бы просил политическое убежище в какой-нибудь стране. Вокруг же люди, пусть и иноязычные, но милосердные.

Но я стар и болен. Я только сейчас почувствовал, как я стар в 57 лет, мой отец говорит, что передал мне сильные гены (скоро ему исполнится 95 лет). Генетическая сила моих предков иссякла во мне под натиском неубиваемых высушенных стрептококков, миллиарды бактериальных тел даже моя генетика не смогла победить.

Официальная версия будет гласить, что это был ковид. Не верьте официальным версиям, пандемия на 90% не ковидная.

Господи! Для чего ты меня оставил? Неужели ты глух к мольбам моим, неужели ты не слышишь стоны мои? Когда же мучители мои напьются крови моей? Соверши чудо, Боже, верни этим озверевшим людям человеческий облик и сострадание. Помоги им понять, что это они не меня мучают и убивают, а себя и своих детей. Злоба в их сердцах прорастет в душах их детей, в старости и немощи их будут истязать родные дети.


P.S. Похороните меня вместе с моей собакой, её зовут Лу. Эпитафию для неё я напишу позднее, завтра, если, конечно, для меня наступит моё "завтра". Я буду бороться до конца за свою жизнь, до последнего вдоха. Но мой предсмертный писк, наверно, никто не услышит. Но за какие грехи я так страдаю, в чем виноват?


*. *. *


Руки и ноги не слушаются, нет сил сделать шаг, но можно двигаться маленькими шажками, опираясь на стенку:

в голове вы создаёте образ своих шагов, посмотрели один раз,

прокрутили, как черно-белый фильм ещё раз...

и один шаг сделан,

потом второй и третий,

сейчас надо отдохнуть,

паузу лучше сделать у стены...

В глазах темнеет, в голове начинает звенеть...

это, наверное, стучит колесами уходящий поезд моей жизни...

Сажусь, вернее, падаю прямо на пол, стена поддерживает, у родного дома стены держат и не дают упасть, правильно говорят, что дом - это крепость, а двери я никому не открою, я создал цель и к ней иду... за стаканом воды...........................

..........................

.......................

Сейчас я буду делать клюквенный морс...

буду отпаивать свое умирающее тело...

он мне всегда помогал, пробуждая во мне аппетит, я думаю поможет и на этот раз, поможет... я верю...

Жаль мне маленькую Лу, она уже старенькая, и я ей жевал пищу и кормил с ладони, наверное, передал инфекцию, у нее очень сильный кашель.

Моя маленькая девочка...

себя мне не так жалко, как её.

В чем же провинилось это крохотное живое существо?


Продолжение следует.