# Как выйти из тупика. Безногий солдат

Татьяна Евгеньевна Абрамова

Как выйти из тупика. Безногий солдат.


Он проснулся от боли в левой стопе - привычной, почти родной, хотя ноги давно не было. Посмотрел на пустоту под одеялом и смахнул слезу. Как бы он был счастлив, если бы у него опять была левая нога... Хоть на один день. Просто чтобы встать и пойти, не думая о костылях, не прикидывая каждый шаг, как боевую задачу.


На поле боя он не слышал звука разорвавшегося снаряда. Всё случилось мгновенно, без предупреждения, как это часто бывает в самых страшных историях. В последний момент перед потерей сознания он увидел свою летящую окровавленную ногу в чёрном берце - будто кто-то вырвал кадр из фильма и подвесил в воздухе. А потом наступила темнота.


Очнулся в госпитале. Первым делом посмотрел на ноги. На месте левой - пустота. Сердце сжалось от боли и отчаяния. В голове тут же закрутились мысли, острые, как осколки: "Наверно, его невеста Лена найдёт другого. Инвалид ей точно не нужен".


Через месяц он приехал домой к родителям. Они ждали его у порога, не скрывая слёз радости. Только им он был нужен. Только они смотрели на него так, будто ничего не изменилось. Но мир изменился. И он это чувствовал каждой клеткой.


Новость о том, что Лена вышла замуж за "нормального парня с ногами и руками", принесла "сорока на хвосте" - так в их городке говорили про сплетни, которые летят быстрее ветра. Он опять смахнул слезу, когда соседка, не подумав, выпалила эту весть между делом, будто сообщала прогноз погоды.


Он ещё не научился обходиться без ноги. Иногда, словно по старой команде: "Взвод, с левой ноги - шагом марш!", он будто слышал голос командира и машинально выбрасывал культю вперёд. И падал. Потом вставал с большим трудом, цепляясь за мебель, стулья, стены - за всё, что могло удержать.


В машине он правой ногой давил на газ и думал, как странно устроена жизнь: как хорошо, что потерял левую. Потому что именно левая мешала бы сейчас вести машину. Эта мысль казалась ему одновременно горькой и спасительной - словно он нашёл крошечный повод не чувствовать себя полностью сломленным.


Когда выходил из авто, всё шло по отработанному, но мучительному ритуалу: сначала выбрасывал костыль, потом правую ногу, затем подбирал костыль и с огромным трудом выпрямлялся. Каждый раз это было как маленькое сражение, в котором он не всегда побеждал с первого раза.


Протез ему никто и не предлагал. "Очередь большая, нет денег", - говорили в соцзащите будничным тоном, будто речь шла не о его жизни, а о какой-то далёкой статистике. А с костылём была одна морока: выскальзывал, натирал подмышку до красноты, гремел при каждом шаге, как при артобстреле, - и этот звук преследовал его даже во сне.


Работу он, конечно, потерял. Кому нужен безногий тренер по баскетболу? Баскетбол был его жизнью, его страстью, его способом говорить с миром. Теперь он оформил инвалидность, стал получать пенсию и целыми днями сидел, уткнувшись в компьютер. Иногда смотрел старые записи матчей, где он сам ещё бегал, прыгал, кричал игрокам: "Не стой! Двигайся!"


- Сынок, тебе надо девушку найти, - говорила мама, стараясь говорить легко, будто это самое обычное дело на свете. - Посмотри на сайте знакомств, женись, вдвоём будет легче.


- Мама, кому я нужен, безногий? - он отворачивался, чтобы она не видела его слёз, и смахивал их быстро, как будто это была просто пыль на щеке.


Мать никогда не видела, как он плачет. Он берег её от этого. Плакал по ночам, в темноте, когда дом затихал, и даже часы на кухне переставали громко отсчитывать секунды. Плакал тихо, чтобы никто не услышал и не назвал его слабаком.


Но он не был слабаком. Он был человеком, который учился жить заново. День за днём, шаг за шагом, даже если шаг получался не таким, как раньше. Он повторял про себя: "Я сильный. Я справлюсь". И в эти минуты, когда слова становились опорой крепче любого костыля, он верил в них.


***


Продолжение следует.