# Глава 11

Стейси Ана

Не прошло и полтора столетия после окончания Эпохальных войн и истребления магов, как убийство эльфийского наследника ставит Орбиол на грань нового кровопролития, угрожающего поглотить весь континент. Ниара, юная адептка ордена Сказителей, хранителей знаний и тайн прошлого, вместе с наставником пытаются убежать прочь от войны. Но вместо этого оказываются втянуты в самую гущу противостояний и интриг. Действительно ли Эпохальные войны окончены или призраки прошлого пришли потребовать свое? Кому выгодно начало новой войны? Какие неожиданные союзы сложатся в этот раз, а кто из друзей окажется способен на предательство? Чтобы развеять тучи, угрожающие будущему, героям придется заглянуть в скрытое туманом тайн прошлое. Смогут ли они преодолеть все опасности на Пути Сказителя?

***

Первым очертания домов среди деревьев разглядел остроглазый Фениас. И очень вовремя. Ночь неумолимо приближалась. А вместе с ней приближались темнота и холод.

- Знаете, о чем я сейчас думаю? - феникс уверенно шел впереди, указывая путь друзьям, которые следовали за ним вдоль высокого, в полтора человеческих роста, плотно сложенного частокола.

- О том, где здесь ворота? - предположила Ниара.

- И об этом тоже, - согласился парень. - Но главное о том, что я сделаю в первую очередь: выпью целый самовар горячего чая или завалюсь на теплую печь. А может...

Феникс осекся на середине фразы.

- А может, тебе придется довольствоваться теплом костра и бессонной ночью на страже, - закончил за него Раайз.

Эльф остановился и внимательно вгляделся в запустение, царящее по ту сторону частокола. Ворота друзья все-таки нашли. Левая створка была распахнута настежь, а правая держалась на одной петле и нещадно скрипела при каждом порыве ветра.

Раайз оттеснил спутников и первым шагнул внутрь. Фениас не заметил, когда эльф вынул меч из ножен, возможно, маг все время держал оружие в руке. Не дожидаясь приглашения, феникс последовал за другом. Кажется, Раайз оказался прав - одного беглого взгляда за ворота хватило, чтобы мечты Фениаса о горячем чае и натопленной печи рассыпались прахом.

То, что с высоты птичьего полета обещало быть небольшой оживленной деревенькой, на деле оказалось давно заброшенным хутором. Феникс не смог сдержать разочарованного стона, глядя на дом с просевшей крышей, покосившейся дверью и ставнями. С одной и с другой стороны к дому жались две пристройки, понять назначение которых теперь было невозможно. Фениас подозревал, что стоит лишь подойти к ним, как постройки сложатся внутрь, словно карточные домики.

- Кажется, ошибаются не только старые маги, да? - в голосе Ниары было столько грусти, что вопрос даже не звучал как издевка.

Феникс не ответил.

- По крайней мере, мы здесь, похоже, единственные гости, - Раайз тем временем обошел по периметру участка и вернулся к друзьям, - и ночевать будет под крышей.

- Если эта крыша не рухнет на наши головы, - с сомнением проговорил Фениас.

Эльф взглянул на друга и пожал плечами. Все понимали, что варианта быстро отыскать для ночлега какое-нибудь более подходящее место, у них не было.

Покидая хутор, хозяева не потрудились повесить замки на двери. То ли не сочли нужным это делать, то ли пожалели денег на покупку. Но даже несмотря на это, задача проникнуть в дом оказалась не такой уж простой. Деревянная дверь за долгие годы бездействия словно вросла в землю. Пришлось подкопать ее, прежде чем удалось сдвинуть с места и приоткрыть узкую щель.

Фениас первым пролез внутрь. За дверью прогнившие и неприятно прогибающиеся под весом тела ступени вели на небольшое крылечко, за которым располагалась просторная комната. Когда-то она наверняка была светлой и уютной, но сейчас здесь царило запустение и сырость.

Слева от входа приютилась небольшая печь. Фениас представил, как еще недавно это была настоящая хозяйка дома, хранительница тепла и уюта. Теперь же, покрытая слоем пыли и грязи, печь казалась брошенной, одинокой и сиротливой на фоне общего запустения. Последнее напоминание о том, что когда-то эти стены наполняли разговоры, смех, счастье и любовь.

Деревянный настил под весом печи заметно просел, кое-где даже виднелись внушительные трещины. Доски скрипели при каждом шаге, прогибались, но не проваливались. Хотя, Фениас и был уверен, что это лишь вопрос времени.

Дальняя часть комнаты была завалена обломками досок и бревен - там обвалился потолок. Феникс с опаской посмотрел вверх. Не хватало еще, чтобы на них посреди ночи рухнул чердак.

Уезжая, бывшие владельцы хутора, похоже, забрали с собой все, что смогли увезти. Не осталось ни столов, ни лавок. Фениас уже предвкушал ночь на жестком, холодном, сыром и скрипящем деревянном полу.

- Ну, - Раайз вошел вслед за другом и огляделся, - могло быть хуже.

- Они могли увезти и печь?

Лично феникс считал, что хуже могла быть только ночь в лесной чаще. Хотя и не сильно хуже.

***

Растопить печку Раайз, Ниара и Фениас смогли только спустя час, а то и полтора. Отсыревшие дрова и растопка не сразу поддались даже магическому пламени. Не говоря уж о том, что за несколько лет забвения печь, похоже, забыла о своих прямых обязанностях и вместо тепла наполнила комнату удушливым дымом.

Фениас уже хотел было лезть на крышу, проверить, не свила ли какая-нибудь особо хитрая птица в трубе гнездо, но Ниара остановила его. Ловким движение девушка засунула в прочистку трубы горящую растопку, и спустя несколько минут воздушная пробка исчезла, и тяга вернулась.

- Неплохо, - Фениас с уважением посмотрел на адептку.

Ниара в ответ улыбнулась.

- Я жила в деревенском доме, так что ничего удивительного, - проговорила девушка, отряхивая перепачканные руки.

Несмотря на то, что печь все-таки растопилась, желаемого тепла это не принесло. Больше жара исходило от пылающего внутри пламени, поэтому путники решили поддерживать огонь всю ночь. Кроме того, все дружно сошлись во мнении, что нужно организовать дозор, мало ли кто еще мог облюбовать это заброшенное место ночью.

- Полагаю, тянуть жребий, чья стража первая, не будем? - с самодовольной ухмылкой спросил Фениас.

Раайз усмехнулся. Ниара непонимающе посмотрела сначала на наставника, а потом на Фениаса.

- Фениксы не спят, - пояснил эльф.

Парень при этом горделиво задрал голову и с наигранным высокомерием оглядел друзей.

- Совсем? - изумленно переспросила адептка.

- Такими уж уродились, - просто ответил Фениас, пожимая плечами, но было видно, что он доволен произведенным эффектом.

- Помнишь, я говорил, что фениксы - это воплощение стихии? - произнес Раайз в ответ на невысказанный вопрос Ниары. - Ты когда-нибудь видела спящее пламя?

Ниара призадумалась.

- Но это не значит, что мы не можем дремать после сытного обеда, - прервал феникс мысли девушки, - или расслабленно нежиться в лучах солнца, закрыв глаза. Просто сон для нас - это не необходимость, вырывающая из реальности на несколько часов.

- Вот поэтому ты и остаешься на страже, - шутливо-приказным тоном заключил Раайз.

- Как прикажете, беллатор.

Парень вытянулся по стойке смирно, выпятил грудь и пристукнул каблуками. Но через несколько мгновений друзья все-таки не выдержали серьезности минуты и весело рассмеялись.

В лесу темнело быстро. Скоро тьма за окном поглотила последние силуэты деревьев. Ниаре казалось, что сейчас в целом мире существует только эта крохотная комнатка с печкой, она и ее друзья. Но, как ни странно, эта мысль не пугала девушку. Наоборот, появлялось своеобразное чувство уюта и защищенности, словно ночь скрыла их троих от всех неурядиц и сложностей. И пока темнота не поднимет вновь свои крылья, ничего плохого с ними не произойдет.

***

Несмотря на усталость, ложиться спать на пустой желудок и без глотка горячего друзьям не хотелось.

- А что случилось с магами после войны? - спросила Ниара, протягивая наставнику пустой котелок.

Эльф в ответ кивнул, давая понять, что услышал ее вопрос и ответит на него, но чуть позже. А пока, маг обхватил котелок руками и закрыл глаза, сосредотачиваясь. Маджикор, в ответ на усилия хозяина, забился чаще.

Раайз слышал разные версии происхождения магии. Кто-то говорил, что эта сила рождается в мыслях и формируется в мозгу. Кто-то утверждал, что она исходит из щекочущего чувства в животе. Однажды Раайз общался с женщиной, которая была убеждена, что ее магия совершенно точно происходит из большого пальца левой ноги. Впрочем, насколько эльф помнил, женщина эта и с сушеной жабой разговаривала, да и маг из нее был так себе.

Раайз же был убежден, что его магия рождается в маджикоре, но попроси его кто-нибудь описать, как это происходит, эльф бы не смог. Это было особое, ни с чем несравнимое чувство, словно внутри тебя скрывается нечто огромное и могущественное, и каждый раз, обращаясь к этому источнику, ты не знаешь, ответит он на твой зов или останется глух. Но если источник отвечает, то магия от маджикора разносится по всему телу, наполняя собой каждую его клеточку, и на миг возникает странное чувство - это магия часть тебя, или ты лишь небольшой ее фрагмент?

Эльф направил магию в котелок, заставляя ее принять форму прозрачной питьевой воды, представляя до мельчайшей капли, как плещется сила, наполняя собой сосуд. Несколько секунд спустя Раайз уже аккуратно пристраивал полный котелок среди дров, засунув его прямо внутрь печи. Маджикор продолжал пульсировать в груди, но уже медленнее и размереннее, а остатки магии постепенно рассеивались, покидая его тело. Может быть, они растворялись в воздухе вокруг, а, может быть, возвращались обратно в тот внутренний источник, из которого появились. Этого эльф наверняка не знал, но считал второй вариант наиболее близким к истине.

- Полагаю, что те из магов, кому удалось выжить после войны, ушли в глубокое подполье, - вернулся к прерванному разговору Раайз.

- Например, спрятались в Обители среди насквозь пропыленных сказителей и их книг? - спросил Фениас, вынимая из сумки припасы.

К немалому удивлению эльфа, в голосе друга не было колкой иронии, разве что понимание с легким оттенком похвалы.

- Согласись, это был неплохой план, - с улыбкой ответил Раайз, - до поры, до времени.

- Карагиуз выглядит довольно неплохо для того, кому пришлось больше сотни лет скитаться в изгнании, - задумчиво произнесла Ниара, закидывая в котелок листья брусники и черники, собранные по пути.

- Я не знаю, как Карагиуз жил все эти годы, - эльф покачал головой, помешивая чай, - я считал, что его уже давным-давно нет в живых.

Раайз замолчал. Действительно, нужно было поподробнее расспросить друга о его судьбе, в конце концов, они ведь были не чужими людьми. С другой стороны, в сложившихся обстоятельствах скрытность - это все, что есть у мага, и, если Карагиуз не захотел сам рассказать о своей жизни, то, может быть, и не стоило задавать лишних вопросов. В любом случае, его друг был жив, а это уже не мало.

- Я вам вот что скажу, - Фениас зачерпнул чай прямо из кипящего котелка, не обращая ни малейшего внимания на пылающие вокруг дрова, - Карагиуз всегда умел отлично устраиваться. И, по-моему, за это стоит выпить. За хитрого старого волшебника, который так и не научился создавать порталы.

Феникс гордо вознес свою кружку, ожидая, что друзья разделят его энтузиазм, и вопросительно посмотрел на них, не получив ответа. Ниара и Раайз с сомнением поглядывали на свои пустые кружки и кипящий в самом центре не на шутку разгоревшегося пламени чай. Они-то не были любимыми творениями владыки Игниса.

***

Солнце не торопилось подниматься из-за горизонта. Его лучи еще не успели взобраться на небосклон и озарить Орбиол ярким светом. У леса и путников, заброшенных в его глубины волею вездесущего провидения, было несколько минут перед наступлением следующего дня.

Фениас сидел возле печи, обхватив колени и укутавшись в плащ. Парню не раз говорили, что перед рассветом наступает самый темный час, но он был в корне с этим не согласен. Самый серый час, возможно, но темным он однозначно не был. Все вокруг Фениаса буквально тонуло в сером мареве. Сквозь щели в дом проникали тусклые лучи восходящего солнца. Им не доставало яркости, чтобы наполнить мир красками, но вот серые оттенки удавались с лихвой. Дым, поднимающийся от огня, был серым, как и горсти пепла, клубящиеся в печи. Даже плащи, которыми укрывались его спящие друзья, были серыми.

Парень на всякий случай осмотрел правую руку, чтобы убедиться, что сам-то он не посерел за ночь. Нет, все было в порядке. Огонь, извечная и неотъемлемая часть феникса, блуждал по коже загадочными, непонятными узорами. Фениасу очень захотелось сорвать с плеч этот пропитавшийся сыростью плащ, раскинуть в стороны руки и обратиться в птицу. Почувствовать, как вырывается наружу неудержимое пламя, взлететь высоко-высоко, прямо к солнцу, а потом упасть обратно на землю и загнать эту серую хмарь так далеко, как только получится.

Но парень знал, что желания так и останутся всего лишь желаниями. Время, когда создания Божеств, такие как фениксы, могли беспрепятственно существовать в этом мире, давно ушло. Теперь Фениас и ему подобные были не более, чем легендой, сказкой, о которой рассказывают детям, как когда-то рассказывал Ниаре ее отец. И, наверное, Раайз был прав, говоря, что лучше так, чем повсеместное истребление. Да и чего уж таить, мысль, что он теперь легенда, почти как его Создатель, вызывала у Фениаса торжествующую улыбку.

Снаружи послышались резкие птичьи выкрики, словно бедную птицу резали заживо. Воробьиный сыч, определил парень, чуть прислушавшись. Неудивительно, ведь болото совсем рядом. Немного подумав, феникс натянул капюшон на голову, уж крайне неприятные звуки могла издавать эта маленькая птичка.

Распевшись и, видимо, решив, что его песня получается уже достаточно отвратительной, сыч умолк.

"Надеюсь, тебя все-таки съели", - мстительно подумал феникс, скидывая с головы капюшон и с завистью глядя на друзей.

Раайз, похоже, окончательно вспомнил бурное походное прошлое, в том числе и полезную привычку засыпать в любом месте и в любом положении. Хотя поначалу сон на жестких досках давался эльфу с заметным трудом. От феникса не укрылось, как долго ворочался его друг в попытках найти более удобное положение. Вернее, менее неудобное. Фениас даже подшутил над ним пару раз, мол, не старость ли это и не превратится ли друг во вторую копию Карагиуза. Получив в ответ сердитый взгляд эльфа, феникс шутки оставил, но лишь на время.

Ниара же, кажется, так вымоталась, перелезая через постоянные буераки и пробираясь сквозь топь, что ей было все равно, где и как спать. К чести адептки, она не жаловалась, только становилась тише обычного, когда слишком уставала. Но это с легкостью компенсировал сам Фениас. Уж он-то, когда особенно уставал, как раз, начинал ворчать вдвое больше.

Сейчас девушка крепко спала лицом к огню, подложив руку под голову и свернувшись калачиком. Черные пряди упали ей на лицо, оставив открытыми только глаз и нос. Феникс улыбнулся, уж очень милое и одновременно забавное зрелище представляла из себя спящая адептка.

Глядя на Ниару, Фениас в очередной раз задумался. Что же заставляет людей отказываться от своих жизней и становиться сказителями?

С Раайзом все было понятно. После окончания Эпохальных войн маг лишился всего, а клятва сказителя стала способом укрыться от преследований и гонений. И не только от них. Как ни парадоксально, но убежать от собственного прошлого эльф решил как раз в Обитель, в место, где все насквозь пропитано прошлым, где это прошлое живет на страницах книг и в памяти наставников.

А что же Ниара? Красивая, с живым умом, с горящим огнем в глазах. И такая послушная. Наверняка девушка не стала противиться тому, что ее отправили в Обитель. Фениас слышал об этом устое ордена. Если сказитель или сказительница отказывается от своего предназначения, "уходит в мир", перестает служить ордену, то взамен обязуется отправить на становление в Обитель своего первенца, дабы орден продолжал жить.

Феникс считал подобные порядки дикостью и варварством. Каждый волен сам выбирать свой путь, не оглядываясь на то, умирает ли сообщество дряхлых стариков в библиотеке или нет. И тем более, не оглядываясь на решения и поступки родителей. Если мать Ниары выбрала свое счастье дома, с детьми и мужем, вместо блужданий по деревням, рассказывания сказок и поиска древних манускриптов, то почему ее дочь должна платить за это?

Смерть матери лишила Ниару материнской любви и заботы, которые никогда не восполнит даже самый любящий и заботливый отец. Но, что важнее, смерть матери лишила девочку возможности самой выбрать свое предназначение и свой жизненный путь. Клятвы, данные на смертном одре, самые нерушимые. Даже, если эту клятву приносит кто-то другой.

Фениас вздохнул и подкинул в прожорливое пламя небольшую деревяшку, заставив взвиться в воздух сноп сверкающих искр. Действительно ли Ниара счастлива жить жизнью сказительницы или она просто смирилась со своей участью? Изменила бы девушка свой путь, если бы могла? И обрекла бы она своего первенца на подобную участь? Феникс невесомым движением поправил сползший с плеча адептки плащ. Конечно, можно было спросить Ниару напрямую, но это казалось Фениасу не таким интересным, и он продолжал украдкой разглядывать спящую девушку и строить догадки.

***

В ставке Бурого Капила, главнокомандующего армией Барии, царила непривычная тишина. То ли дело было в позднем часе, то ли в том, что количество солдат, пребывающих в данный момент в лагере, значительно сократилось после заключения мира с гоблинами. Старший личной дивизии главнокомандующего, Сибор, полагал, что здесь замешано и первое, и второе.

Гном со всех ног спешил к шатру Бурого Капила с донесением, последние данные для которого получил несколько минут назад. Перед входом в шатер Сибор немного сбавил темп, восстанавливая дыхание.

"Дрига права, староват я уже для этого", - ненароком вспомнил гном слова своей супруги.

Но тут же тряхнул бородой, все еще черной, без единого седого волоска, как и тридцать лет назад.

- Да что может знать эта женщина? - проворчал он.

Два часовых, увидев командира, вытянулись по стойке смирно и приложили правую руку к сердцу, выражая приветствие. Сибор ответил им таким же жестом и, откинув завесу, заменявшую дверь, ступил внутрь.

В центре шатра, на специально выкованном походном костровище, полыхало пламя, дым от которого поднимался вверх и исчезал через отверстие в крыше. Огонь давал достаточно света, что позволяло экономить на факелах и свеча, и ровно столько тепла, чтобы не изнывать от холода, но и не чувствовать излишней неги.

Внутреннее убранство шатра было скромным: стол, несколько стульев и трон, отличающийся от стульев лишь чуть большими размерами и резной спинкой. В отдалении виднелась походная кровать и несколько ящиков, часть из них - с личными вещами Капила, остальные - с необходимым деловым скарбом: картами, схемами, чернилами и личной печатью главнокомандующего. Здесь же, рядом с кроватью, на стойке располагались доспехи Бурого Капила. Сибор успел заметить, что доспехи были залатаны и вычищены после последней битвы. Рядом с доспехами примостилось и излюбленное оружие главнокомандующего - покрытая шипами булава.

Бурый Капил сидел на троне, а на столе перед ним виднелась аккуратная стопка пергаментов. Главнокомандующий мельком взглянул на вошедшего, сверкнув единственным глазом, и вновь склонился над бумагами. Его борода едва касалась Соглашения о мире с гоблинами, которое Капил внимательно читал, лица гнома не было видно.

Сибор застыл перед троном главнокомандующего, приложив руку к сердцу, в ожидании приказа. Капил, впрочем, не торопился его озвучивать. Гном был слишком поглощен чтением. На памяти Сибора, главнокомандующий перечитывал Соглашение уже в восьмой раз. Что нового он хотел там открыть, оставалось загадкой, похоже, и для самого Капила. Лично Сибор видел документ один раз и до сих пор не мог отделаться от неприятных воспоминаний на сей счет. Гоблинская бумага на ощупь подозрительно напоминала свежевыделанную кожу, а чернила - кровь.

- Докладывай, - наконец велел главнокомандующий, не поднимая глаза.

- Принято к исполнению, - как положено по регламенту, ответил Сибор, опуская руку, - потери с нашей стороны за минувшую компанию составляют пятнадцать тысяч семьсот семь погибших и двадцать пять тысяч двести девятнадцать раненых, утрачено девятьсот семи единиц боевой техники.

Капил, услышав цифры, поднял голову от Соглашения. На его лице не дрогнул ни один мускул, но Сибор представлял, что творится в душе главнокомандующего. Еще бы. Из строя выбыла почти треть армии, казна истощена, а союзные силы людей в скором времени затребуют причитающуюся им долю. Мир дался Барии дорогой ценой. Гораздо более дорогой, чем все они рассчитывали.

- Основные силы противника перегруппировались и отступили на север, сейчас они базируются у подножия Ледяных холмов, - продолжал Сибор. - Разведка докладывает о нескольких отдельных взводах, замеченных у переправы через Ущелье рока, но, по нашим сведениям, они направляются к основной армии.

- А союзники? - Капил всячески избегал называть людей людьми и предпочитал использовать регламентные термины.

- Союзники по-прежнему занимают западный фронт и тыл, - отрапортовал Сибор.

Главнокомандующий вздохнул и пристально посмотрел на старшего.

- Это все, что ты можешь сообщить о союзниках? - чуть понизив голос, спросил гном.

Сибор понял, что официальная часть аудиенции окончена, и вздохнул свободнее. Несмотря на то, что они с Капилом прошли бок о бок не одну войну и были, что называется, старыми боевыми товарищами, положения регламента требовали неукоснительного соблюдения. Дисциплина, по мнению Сибора, являлась тем стержнем, который не давал армии рассыпаться на части. Но на личных аудиенциях, подобных этой, Капил позволял себе беседовать со старым другом чуть более открыто и свободно, за что Сибор был ему благодарен.

- Не все, - старший заговорил тише, - в армии все чаще вспыхивают недовольства по поводу союзников: оскорбления, воровство, стычки.

Сибор прервал список на половине, увидев сдвинутые брови Капила. Старший приготовился выслушать тираду о необходимости поддерживать дисциплину в войсках, невзирая на расовые различия. Но тирады не последовало.

- Ты был прав, Сибор, - устало произнес Капил, протирая ладонью лоб, - соглашаться на этот союз было неразумно.

Главнокомандующий сделал паузу перед последним словом.

- Но присутствие союзников укрепило наши позиции в глазах противника и позволило заключить мир, - Сибор кивнул на Соглашение.

- Вот только, получив союзника, мы обрели и еще одного врага. Скажи мне, Сибор, как старший моей личной дивизии и как боевой товарищ, - Капил поднялся с трона и подошел к другу, - наша армия готова вступить в войну с эльфами?

Сибор промолчал. Ответ и так был очевиден.

- Их посланник еще здесь? - спросил главнокомандующий.

- Его разместили в отдельной палатке, недалеко от пятой бригады.

Капил грустно ухмыльнулся. Похоже, в глубине души он надеялся на иной ответ.

- И что ж ему не улетелось сразу, как прибыл? - главнокомандующий устало потер глаза.

- Он ждет вашего решения, - аккуратно напомнил Сибор.

- Да знаю я, знаю, - махнул рукой Капил, - ну раз ждет, то придется предоставить ему это решение. Пошли за ним, Сибор, и возвращайся перекинуться парой слов. Только скажи гонцу, чтобы сильно не торопился. Я не слишком горю желанием видеть эту смазливую остроухую мордашку.

Старший направился к выходу, но все-таки успел услышать недовольный голос Капила за спиной.

- Насмотримся еще.

Сибор отдал страже распоряжения привести эльфа, а сам возвратился в шатер главнокомандующего, который вновь обратился к созерцанию Соглашения.

- Думаете, стоит принять их предложение? - аккуратно спросил старший, подходя к столу.

Лицо Капила перекосило от нескрываемого презрения и отвращения. Такое же выражение было у него, когда десять дней назад эльфийский гонец, прибывший верхом на амистре, вручил главнокомандующему послание от своего беллатора. Капил едва не бросил пергамент в огонь в ту же секунду. Но Сибор уговорил командира прочитать и обдумать письмо, а не вышвыривать гонца из лагеря сразу по прибытии.

- А разве я могу отказать, Сибор? - Капил откинулся на спинку трона и развел руками. - Эльфы развязали войну, которой на Орбиоле еще не было. Рано или поздно их беллатор дойдет и до Барии. Случись это пятьдесят лет назад, мы бы первые дали остроухим отпор и загнали бы их обратно к океану, а, может быть, и вовсе выгнали бы на острова. Но не сейчас. Ты знаешь, что сейчас у нас нет ни сил, ни ресурсов, чтобы выступить против эльфов.

Главнокомандующий вздохнул и с горечью закончил:

- Лучше я буду пожимать Прэсс-Торреллю руку, как союзнику, чем целовать ему ноги, как властелину.

Сибор понимал, что Капил прав. Но идея союза с эльфами ему все равно не нравилась.

- А если их остановят?

- Кто? - Капил посмотрел на Сибора с грустной усмешкой. - Люди? Мы уже видели, на что способна их военная мощь.

Главнокомандующий звучно сплюнул под ноги.

- Отсиживаться в тылу, поставлять испорченный провиант и вносить хаос в ряды. Одно только название - Шесть объединенных армий Патрии. Шесть кучек шутов в латах и с мечами, а не армий. От одной нашей бригады больше толку, чем от всех них вместе взятых. Да они первыми же побегут с поля боя, едва завидев эльфов.

С этим тоже было трудно спорить. Сибор был сыт по горло людьми в качестве союзников, он читал достаточно рапортов о стычках, драках, провокациях и прочих нарушениях дисциплины. Люди подписались помочь им в борьбе с гоблинами только из-за того, что побоялись видеть тех своими соседями. И, конечно, из-за обещаний щедрой платы.

- Тем не менее, люди остаются нашими действующими союзниками, - проговорил Сибор после минутного раздумья, - не будет ли наш союз с эльфами предательством?

- Люди - наши союзники в войне с гоблинами. Война с гоблинами окончена, - главнокомандующий потряс Соглашением, - на этом заканчиваются и наши взаимные обязательства.

Сибор хотел было что-то возразить, но Капил продолжил с хитрой улыбкой.

- И потом, раз эльфы начали эту компанию, значит - имеют средства. А раз имеют средства, то им по карману наши услуги.

- Но ввязываться в очередную войну...

- А кто говорит о масштабных баталиях? - хмыкнул Капил. - Перейдем Великую, возьмем под контроль парочку ключевых городов... Где там этот остроухий посол? Нам, похоже, многое нужно обсудить.

***

- Если у тебя вдруг появились сомнения относительно того, правильно ли мы идем, ты всегда можешь обратиться ко мне. Я с превеликой радостью развею их, вновь обратившись в птицу. Воспарю в небеса и окину своим зорким взором все близлежащие окрестности.

- Нет, Фениас, - сквозь зубы проговорил Раайз, это было уже пятое или шестое показательное выступление друга, и у эльфа начинало заканчиваться терпение. - Ты не обратишься в феникса. На берегу реки может быть много поселений. Нам не нужны неприятности.

- Ну, Раайз, - феникс спрыгнул с пня, который выбрал своей трибуной, и нагнал сказителя, шагающего впереди. - Мы идем уже четыре часа, впереди уже должна была показаться река. А вокруг только ёлки, ёлки. И ёлки.

Парень отодвинул особенно раскидистую ветвь.

- Ты уверен, что правильно определил направление? Я слышал, что старые маги временами ошибаются. Особенно насчет местоположений. Да и потом, созвездия могут быть не так надежны: что-то где-то погасло, что-то где-то зажглось, а ты им вверяешь свою жизнь и жизнь своих спутников.

Раайз не ответил. Лишь крепче сжал кулаки и прикинул, чем бы таким кинуть в друга: шишкой, палкой или чем-то потяжелее.

- А, может, мы вообще ее прошли? - зашел с другого края Фениас.

- Не прошли. Невозможно пройти мимо Великой. Это самая...

- Чшшш.

Голос Ниары заставил друзей прекратить спор и обернуться. Девушка стояла, приложив палец к губам, и прислушивалась.

- Слышите?

Мгновение спустя лицо Фениаса озарилось торжествующей улыбкой.

- Я же говорил, что мы совсем близко, - наставительно произнес он и с удвоенной скоростью направился вперед.

Раайз вздохнул и покачал головой. Теперь, когда стихла бесконечная болтовня феникса, эльф тоже различил отголоски бегущей воды. Наставник уважительно посмотрел на свою адептку. Отчасти ему было досадно, это же он, негласный лидер со своим хваленым эльфийским слухом, должен был первым расслышать близость реки. И вместо того, чтобы быть начеку, отвлекался на пустые разглагольствования Фениаса. С другой стороны, то, что начеку была Ниара, не могло не радовать. Девушка все больше вливалась в роль странника. Адептка в ответ на взгляд наставника лишь улыбнулась и последовала за фениксом.

Пройти мимо Великой действительно было невозможно. Великая, Зачарованная и Неистовая были крупнейшими реками на Орбиоле. Зачарованная огибала Зачарованный лес, а Неистовая раскинула свою дельту на территории Дриалиса. Великая же, самая полноводная и длинная из троицы, перерезала континент от Северного моря до Скального залива и служила естественной границей между Барией и Патрией.

Раайзу много лет назад доводилось видеть Неистовую, с ее отвесными берегами, крутыми порогами, бурным, неукротимым течением. Но Великая была совсем другой. Она несла свои воды с достоинством и грацией, неторопливо шествуя по руслу, которое сама же и сотворила. Временами, как сейчас, разливаясь и подчиняя своей власти окрестные земли.

- Волшебно, - выдохнула Ниара, и Раайз был полностью с ней согласен.

Зрелище, и правда, было фантастическим. Путники стояли на обрывистом берегу, а перед ними до самого горизонта раскинулась бесконечная водная гладь. Лучи солнца играли на ее поверхности, и река словно светилась. Потоки воды мелодично журчали, пробираясь между камнями, корягами и корнями деревьев. Легкий ветерок, разгоняясь на просторах, то и дело обдавал лица ласковыми дуновениями. Свет, звуки, свежесть - все это казалось путникам странным и непривычным после блужданий по болоту и лесу, полным темноты, тишины и влажной затхлости.

- Нам ведь не нужно на другой берег? - Фениас с сомнением поглядывал то на Раайза, то на разлившуюся реку.

Эльф покачал головой, и друзья с облегчением выдохнули. Признаться, Раайз и сам с трудом представлял, как бы они переправлялись на другую сторону, если бы была такая необходимость. Даже для верховного жреца заморозить такое количество воды было непосильной задачей, как и построить мост над ней. А лодки под рукой у них не было. Впрочем, это были не более чем размышления. Раайз надеялся, что они встретят поселения и на этом берегу, раздобудут карты и припасы и продолжат путь.

***

Идти вдоль берега разлившейся реки было непросто. Хотя бы потому, что не всегда было понятно, это еще берег или уже нет. Сапоги тонули в грязи и влажной почве, промокали, от чего быстро становилось холодно. Углубляясь в лес, путники только делали лишние крюки, снова и снова возвращаясь ближе к реке. Временами, конечно, попадались нетронутые паводком отвесные склоны, но забираться на них тоже было той еще задачкой. Привалы становились все чаще. В результате, к закату они прошли меньше трети того, на что рассчитывал Раайз. И на пути им не встретилось ни одного поселения. Не улучшало настроение и то, что на небе начинали собираться темные тучи.

- Если через час мы, по счастливой случайности, не наткнёмся на какую-нибудь деревеньку, то придется ночевать в лесу, - озвучил неутешительный вердикт эльф.

Он думал об этом последние пару часов, прикидывая, как бы избежать холода и темноты дождливой ночи. Ниара и Фениас в ответ покорно склонили головы. Они выглядели усталыми и изможденными. Но перспектива ночлега на сырой земле под аккомпанемент ливня не прельщала и их. Путники постарались ускорить шаг.

- У меня галлюцинации на почве голода, или вы тоже чувствуете запах жареного мяса? - Фениас старательно принюхался.

- Ты же недавно ел, - укоризненно посмотрела на него Ниара, но, на всякий случай, тоже вдохнула поглубже.

- Это не значит, что я не голоден, - возразил феникс. - К твоему сведению, за день птицы съедают количество пищи, равное их весу. Так что, я сейчас очень голодная птица.

- К твоему сведению, ты сейчас не птица, - в тон ему отозвалась девушка, шутливо стягивая с головы парня капюшон, - а людям объедаться вредно.

Феникс ничего не ответил, только хмыкнул и снова натянул капюшон, на этот раз поглубже.

Раайз шагал впереди, стараясь выбирать места посуше и поддерживать темп, не слишком быстрый, чтобы не утомить и без того усталых друзей, но достаточный, чтобы успеть пройти до заката еще лигу-другую. Эльф поглядывал вокруг, примеряясь, не подойдет ли та или иная поляна для ночлега. Но нежелание ночевать посреди леса раз за разом заставляло Раайза двигаться дальше. Где-то в глубине души у него еще теплился огонек надежды, что за следующим поворотом или деревом он увидит огни деревни или почувствует запах дыма из печной трубы.

Дым. Эльф остановился и принюхался. Сомнений быть не могло. Легкий, мимолетный, ощутимый только при очередном дуновении ветерка, но все-таки знакомый аромат определенно витал в воздухе.

- Вот, я же говорил, - Фениас, похоже, заметил, что друг остановился и сосредоточенно принюхивается, - мясом пахнет.

- Не мясом, - остудил его пыл Раайз, - просто дымом.

- Костер? - с надеждой в глазах предположила Ниара.

Эльф пожал плечами. Пожары весной был редкостью, особенно с учетом окружающей сырости, но давать ничем не подкрепленную надежду спутникам не хотелось. Даже если это костер, кто знает, друзья вокруг него собрались или враги.

Следующие несколько минут странники шли осторожно и медленно, стараясь двигаться как можно тише. С каждым шагом запах дыма становился все отчетливее. Даже Ниара смогла различить его среди прочих ароматов леса.

Вскоре к запаху добавились голоса. Что говорили незнакомцы, разобрать было сложно, но голоса звучали мужские, и навскидку Раайз бы сказал, что мужчин было четверо или пятеро.

До стоянки незнакомцев оставалась пара десятков ярдов. Ниара, Фениас и Раайз притаились среди деревьев, наблюдая.

"Прямо как дикие звери", - вдруг пришла в голову эльфа странная мысль. - "Выжидаем и думаем, что получим - кусок хлеба или дровиной поперек спины".

Теперь среди сонма голосов можно было вполне отчетливо различить отдельные слова. Говорили, в основном, трое мужчин, еще двое время от времени бросали отрывистые фразы. Самих незнакомцев разглядеть не получалось - их фигуры надежно укрыли от глаз часто растущие деревья.

- Люди, - прошептал Фениас.

Раайз кивнул. Уже неплохо. Встретить своих соплеменников эльф, пожалуй, хотел бы сейчас меньше всего. В конце концов, и он, и Ниара все еще считались беглыми пленниками.

- Пойдем? - одними губами спросил феникс.

Чуть поразмыслив, Раайз кивнул. Фениас сделал шаг вперед, намереваясь подобраться ближе, но маг его остановил. Не стоит подкрадываться к незнакомцам, так им доверия не заслужить. Эльф схватился за ближайший куст и изо всех сил потряс его.

***

Марк стоял ближе всех к лесу, когда из чащи раздался подозрительный шорох. Это был первый рейс Анны после начала войны. И капитан очень надеялся, что не последний. Марк бросил на землю охапку собранных веток и внимательно вгляделся в чащу. Шорох повторился, а за ним раздался и громкий хруст, словно на берег пробирался огромный старый лось, который сослепу ломал на пути все кусты и деревья.

Марк попятился. Ни один дикий зверь не шумел бы так громко и не шел бы прямиком на человека. Воображение услужливо подкинуло капитану картину из двух десятков вооруженных эльфов, которые стройными рядами маршируют к пришвартованному кочу. Марк схватился за саблю, висевшую на поясе. Она придала ему сил и осадила разыгравшееся воображение. Даже полк эльфов не издавал бы столько шума. А вот полк гномов...

- Эй, кто здесь? - стараясь вложить в вопрос как можно больше угрозы, прокричал Марк.

Странный шорох и окрик капитана услышали ребята из его команды. Краем глаза Марк заметил, что Рик и Дик подошли ближе с дубинами в руках.

- Не волнуйтесь, мы не причиним вам вреда, - раздался из зарослей приятный мужской голос, - мы всего лишь заплутавшие путники.

Мгновение спустя показался и обладатель голоса. Высокий светловолосый эльф вышел из-за дерева и почтительно остановился в нескольких ярдах от Марка. Слева и справа от эльфа показались его спутники: молодой щуплый парень и девушка. На всех троих были серые дорожные плащи, за спинами виднелись сумки, а на поясах - клинки в ножнах. Незнакомцы, и правда, выглядели усталыми, заблудившимися странниками. Вот только, что привело их в эти края? Марк про себя ухмыльнулся. Ладно, похоже, у него еще будет время, чтобы это выяснить.

***

Поначалу Фениас держался с новыми знакомыми настороженно. Искоса поглядывал на них, следил за каждым движением, жестом и словом. Был готов в любой момент предать каждого жаркому пламени. Но, вопреки опасениям парня, торгаши оказались ребятами гостеприимными. Особенно после того, как Раайз невзначай намекнул, что с радостью вознаградит их за это самое гостеприимство.

Эльф представился странствующим сказителем, что было чистой правдой, хоть и не самой полной, который путешествует в компании своих адептов. Услышав это, Фениас возмущенно воззрился на друга. Мог бы и предупредить. Не то что бы феникс был против подобной роли, но хотелось бы вжиться в нее заранее.

Обычно сказителей встречали радушно, как дорогих гостей. Иногда в деревнях даже устраивали гулянья по такому поводу. Сказителя сажали во главу стола, угощали самыми вкусными яствами, устраивали на ночлег в лучшем деревенском доме. Разумеется, не требуя со странника платы, кроме историй и мудрых советов, если в таковых была необходимость.

Но с торгашами о подобном не могло идти и речи. Фениас припомнил давние сетования Карагиуза, который на дух не переносил этот народец. Старый маг называл их жадными и ленивыми проходимцами. Насчет жадных, тут феникс был отчасти с ним согласен. А вот ленивыми этих путешественников и торговцев назвать было сложно.

Торгаши происходили из горных кланов, которые однажды в поисках лучшей доли спустились со скал и вдруг увидели, что мир гораздо шире и многообразнее, чем они себе представляли. И, самое главное, в этом мире все продается и все покупается. Торгаши были энергичны, легки на подъем, бесстрашны, практичны и от природы бережливы. Кроме этого, они прекрасно знали цену вещам и своему труду. Торгаши быстро освоили все возможные средства передвижения, за исключением разве что амистров, и несколько десятилетий спустя заслуженно заняли свою нишу в экономике Орбиола.

- Эй, адепт, плеснуть тебе ещё? - зычный голос Марка грубо вырвал Фениаса из пучины размышлений.

- Нет, спасибо, - отозвался парень, покачнув кружкой, чтобы показать, что она почти полная.

Пожалуй, чая было уже достаточно. Еще пара глотков - и он сам забулькает. По мнению Фениаса, вокруг него и так было слишком много воды. Фениксы не созданы для путешествий на хлипких деревянных посудинах по бесконечным водным просторам. Но чего не сделаешь ради друзей?

- Ну как знаешь, - пожал плечами Марк и в очередной раз до краев наполнил свою кружку.

Сразу после встречи, взаимных представлений и обмена оценивающими взглядами капитан коча предложил странникам присоединиться к его команде у костра, который те развели на берегу в честь удачного начала торгового сезона. Но стоило гостям и хозяевам присесть вокруг огня и приняться за аппетитное мясо, как небо окончательно заволокло тучами. Через несколько минут на головы нерасторопных путешественников обрушился ливень, промочив до нитки и угрожая вот-вот затушить костер. Команда коча, сказитель и адепты, спешно похватав пожитки и остатки трапезы, были вынуждены перебраться на судно.

И сейчас путники сидели прямо на дощатом полу в небольшой каюте на коче торгашей. Собственно, это была единственная каюта. Здесь помещалась походная печурка, стол и несколько табуреток. Чуть в стороне висели два ряда корабельных коек. Несмотря на то, что судно стояло на якоре, подвешенные на канатах койки раскачивались взад и вперед. И Фениас искренне надеялся, что им не хватит места в этих гамаках, и придется спать на твердом, надежном полу.

- Что, не слишком роскошно выглядит? - Марк перехватил блуждающий по каюте взгляд парня.

"Да что он ко мне прицепился-то?" - возмутился про себя феникс.

Хотя парень прекрасно понимал, что виноват в этом только он сам. Не надо было с самого знакомства строить из себя подозрительного и недоверчивого типа. Теперь, вот, будь добр, расхлёбывай. Улыбайся Фениас чуть побольше, как Ниара или Раайз, и не пришлось бы ловить в свой адрес одну колкость за другой.

- Для нас крыша над головой - уже роскошь, - поспешил ответить Раайз, бросив на друга многозначительный взгляд. - Просто интересно, вы действительно обходитесь одной каютой?

Марк добродушно хмыкнул. Команда поддержала его снисходительными смешками.

- Для весны и осени этого вполне достаточно, - ответил капитан, - проще сохранять тепло. А летом ребята предпочитают спать прямо на палубе, под навесом.

- И потом, - хитро добавил Дик, заговорщически понизив голос, - больше каюта - меньше груза.

Торгаши дружно засмеялись. Кроме капитана, в команде было еще четверо бравых искателей приключений и наживы. Близнецы Дик и Рик, оба рослые детины с хитрыми физиономиями, так и норовили вмешаться в разговор. Боцман Роб, которого команда неизменно звала Посох. Он присоединился к ужину позже остальных, проверяя, все ли в порядке на палубе. И Блейк - самый юный член экипажа. Парнишка был одновременно и матросом, и юнгой, и мальчиком на посылках. Фениас слышал, что для юнца это первый рейс, чем Блейк, похоже, очень гордился.

- А почему ваше судно называется Анна? - спросила Ниара, согревая замерзшие руки о теплую кружку.

- В честь моей дражайшей супруги, - охотно ответил капитан, - чтобы и в дальних землях она была рядом со мной.

- Пффф, да проспорил он своей дражайшей однажды, - влез в разговор Рик, - вот и пришлось вместо Повелителя Вод назвать коч в ее честь.

Команда снова рассмеялась.

- Чшшш, - Марк с притворной злостью шикнул на остряка и с наигранной печалью произнес, - не бережете вы авторитет капитана перед гостями.

Рик улыбнулся, но язык все-таки прикусил, не преминув игриво подмигнуть Ниаре. Что не укрылось от пристального взгляда Фениаса.

- А вы, сказители, сами-то куда направляетесь?

Капитан, наконец, отставил в сторону свою кружку и вместо нее принялся за трубку. Неспешно набивая ее табаком, торгаш по очереди скользнул взглядом по каждому из путников.

- Мы надеемся добраться до Зачарованного леса, - спокойно и несколько небрежно ответил Раайз.

- Зачарованный лес, значит, - Марк хмыкнул и раскурил трубку. - Да уж, пожалуй, это единственное спокойное место на Орбиоле, куда пока что не дотянулись когти войны. Но, думаю, это лишь вопрос времени.

- Неужели дела обстоят столь скверно? - сказитель, заинтересовавшись, подался вперед.

- Еще хуже, чем вы думаете, - отозвался капитан. - Эльфы нанесли несколько ударов по приграничным городам Грах Карта. Некоторые из них сдались сразу, некоторые - спустя пару дней. Так или иначе, остроухие ровными рядами маршируют по княжеству, и, похоже, останавливаться не планируют. А тут еще гномы зашевелились в своих окопах. Говорят, эльфийское командование им сделку предлагает, чтобы общими силами против людей пойти. Но что на это решили коротышки, пока не ясно. Великую-то, сами видите, они еще не перешли, иначе бы мы тут так спокойно не сидели.

Раайз и Фениас переглянулись. Значит, план возмездия Прэсс-Торрелля не ограничивался одним лишь захватом Обители. Они явно недооценили размах и возможности беллатора.

- Надеюсь, гномы не согласятся на союз, - вступил в разговор Роб, до этого предпочитавший молча жевать свой кусок мяса, - это может сильно повредить нашему делу.

- Точно, - поддакнул Дик, - пусть и дальше сидят на севере, нечего к нам лезть. Неужели им своих стычек с гоблинами мало?

- Гоблины гоблинами, а Патрия - лакомый кусочек. Ради него можно и остроухих потерпеть, - задумчиво проговорил Марк.

В каюте воцарилась тишина, только изредка потрескивали дрова в печурке.

- Вашему делу? Вы торгуете на Великой? - минуту спустя спросил Раайз.

- Да, курсируем вверх и вниз по течению. На Великой много деревень и городков, кому-нибудь где-нибудь всегда что-нибудь нужно. Не золотые горы, конечно, но монету-другую в кармане имеем, - отозвался капитан, похоже, с радостью, что можно отвлечься от неприятных мыслей о войне.

Раайз едва открыл рот, как Марк перебил его.

- И, предвосхищая ваш вопрос, да, мы идем в сторону Зачарованного леса, - капитан затянулся. - И с радостью подвезем вас туда. За небольшую благодарность.

Марк, да и вся команда, многозначительно посмотрели на Раайза.

- Мы будем очень признательны, - эльф как бы невзначай приложил руку к карману куртки, где лежал кошель.

Капитан, убедившись, что собеседник верно его понял, расплылся в улыбке.

- Все-таки приятно иметь дело с порядочными людьми.

Фениас про себя фыркнул, представляя, во сколько монет обойдется им это "дело с порядочными людьми".

***

Ниара плохо спала этой ночью. Ей снились орды марширующих гномов, разрушенная Обитель и горящий дом в Вирте. Девушка резко открыла глаза. Возвращаться обратно к кошмарам адептке не хотелось, как и сидеть среди храпящих торгашей. Ниара осторожно встала и поднялась на палубу.

Снаружи было темно, за исключением небольшого пятна света от фонаря, висевшего у самой лестницы. Здесь же пристроилась крохотная скамейка, на которой неподвижно сидел Фениас. Услышав приближение девушки, парень улыбнулся и подвинулся, приглашая сесть рядом.

- Не спится?

- Вроде того, - Ниара была рада компании друга, - а тебе?

Во взгляде адептки на мгновение промелькнули озорные огоньки. Фениас в ответ улыбнулся, давая понять, что шутку он оценил.

- И мне.

Они замолчали. Волны Великой с тихим шорохом бились о борт пришвартованного коча, раскачивая судно. Дождь, наконец, прекратился, оставив после себя ощущение чистоты и свежести. Ветер резвился на палубе, играя парусами и снастями. Ниара поежилась. Весна весной, но ночи все еще хранили память о зимних холодах.

- Держи, - феникс снял куртку и протянул ей.

Ниара с сомнением посмотрела на парня, сидящего в одной рубашке.

- Надевай, надевай. Меня не так легко заморозить.

Фениас подмигнул ей. Ниара улыбнулась и с благодарностью приняла куртку.

Они снова замолчали, каждый думал о своём. Мысли Ниары витали далеко-далеко от этих волн, от судна и от окружающего леса. Перед ее глазами снова и снова возникали картины войны. Как тогда в Germ`Inaret. Только ярче и реалистичнее. Война уже не казалась чем-то далеким, она была здесь.

За спиной раздался скрежет металла о металл, словно кто-то точил огромную косу. Ниара вздрогнула и обернулась, но не увидела ничего, кроме лестницы и двери в каюту.

- Тише, тише, - феникс ободряюще погладил девушку по спине, - это Роб точит саблю у штурвала. Капитан распорядился выставить стражу на ночь.

Ниара привстала и, разглядев отсветы фонаря на капитанском мостике, облегченно выдохнула.

- Испугалась армии гномов? - Фениас улыбнулся, но улыбка вышла невеселой.

- Боюсь того, к чему все идет, - неожиданно для себя ответила девушка. - Я все время думаю о своих друзьях в Обители. Кто знает, что с ними сотворили эльфы.

Ниара вздохнула и продолжила.

- А теперь еще и о семье. Знаешь, раньше я наивно думала, что, нападением на Обитель эльфы насытятся. Но теперь понимаю, что нет. После того, что рассказал сегодня Марк про планы совместного вторжения эльфов и гномов, после этого я понимаю, что Обитель была лишь крохотным упреждающим ударом.

По мере того, как девушка говорила, ее голос становился все тише и тише.

- Они не остановятся. Война не остановится. Она будет захватывать все больше и больше земель, пока не зальет весь Орбиол кровью. Я буквально чувствую ее дыхание за спиной. Мы словно птицы, спасающиеся от лесного пожара. Летим прочь от огня, но рано или поздно пламя охватит весь лес.

Ниара почувствовала на губах привкус слез и только тогда поняла, что плачет. Фениас крепко обнял дрожащую девушку и прижал к себе. От него исходило тепло, спокойствие и уверенность. Адептке стало легче. Она не собиралась изливать фениксу душу, рассказывать все, что у нее на сердце и в мыслях, но остановиться не смогла. Говорить с ним было на удивление легко. Ниара чувствовала, что Фениас не рассмеется, не отмахнется от нее. И, даже если ничем не сможет помочь, то, по крайней мере, выслушает. А это было уже не мало.

- Ты ведь из Вирты, да? - несколько минут спустя спросил феникс. - Где это?

- На севере Ордэнии в нескольких лигах от границы Зачарованного леса.

Адептка всего пару раз упоминала в разговоре название родной деревушки и то, что Фениас его запомнил, приятно удивило девушку.

- Это же почти по пути. Почему ты раньше не сказала?

- Потому что добраться до Первой Сказительницы важнее, - Ниара говорила так тихо, что сама едва слышала свой голос. - И потом, я ведь адептка, мы не поддерживаем связь с родными и близкими, мы посвящаем себя ордену.

- Какие глупые правила, - возмутился феникс и добавил уже мягче, - уверен, твой наставник не будет против, если мы немного отклонимся от маршрута и заглянем в Вирту.

- Главное, чтобы было куда заглядывать, - произнесла девушка.

- Я бы не был так пессимистичен. Насколько мы знаем, союз с гномами еще не заключен, а эльфы не успели бы так быстро вторгнуться в глубь Ордэнии.

Ниара подняла на него глаза. Парень говорил искренне, его взгляд лучился теплотой и сочувствием.

- Думаешь?

- Уверен, - убежденно кивнул Фениас, - несколько дней пути, и ты убедишься, что я прав.

***

Раайз действительно не возражал против того, чтобы заглянуть в Вирту. Он внимательно выслушал Ниару. Вернее, сначала магу пришлось выслушивать упреки неуемного Фениаса и только потом, когда феникс, наконец, иссяк, адептка смогла внятно донести свою просьбу.

Эльф прекрасно понимал беспокойство девушки и не собирался играть роль деспотичного тирана. Правила правилами, традиции традициями, но война не вписывалась ни в одно, ни в другое. Само их путешествие рушило на корню все традиции и правила ордена сказителей, так что на фоне этого встреча адептки с близкими была сущим пустяком.

Более того, в глубине души Раайз корил себя за то, что не замечал тревогу и беспокойства Ниары. Мог бы и повнимательнее быть к своей адептке, а еще наставник называется. Это он, старый, закаленный битвами, лишениями и преследованиями, маг, не имеющий ничего и ни к чему уже не привязанный. Он мерил чувства других по своим собственным чувствам. Ниара же совсем не такая. Как бы то ни было, она всего лишь хрупкая девчушка. Отважная, смелая, но совсем еще девчушка, на долю которой выпали первые в ее жизни по-настоящему взрослые и тяжелые испытания. И, как наставник и друг, он должен быть рядом, поддерживать и направлять.

"А вместо этого, верховный жрец, ты не видишь ничего дальше собственного носа, собственных желаний и собственных стремлений. Совсем забыл, что значит быть наставником", - прошептало подсознание в голове эльфа почему-то ехидным голосом Карагиуза.

- Кажется, я начинаю забывать, какого это, ходить по твердой земле, - голос Фениаса отвлек Раайза от размышлений.

Парень стоял у борта, неторопливо разматывая леску удочки. Заняться рыбалкой ему предложил Дик после того, как за три дня пути феникс осмотрел все, что можно было осмотреть и потрогал все, к чему можно и нельзя было прикоснуться на судне. И, кажется, Фениас, наконец, начал получать удовольствие от путешествия. В ведре у ног парня уже плескалось шесть мелких рыбешек, но феникс не оставлял надежду поймать огромную рыбину, чтобы хватило на уху всей команде.

- Не волнуйся, у тебя будет достаточно времени, чтобы вспомнить, - успокоил его Раайз. - К полудню мы прибудем в Мельничный, купим там карту Ордэнии, а дальше отправимся прямиком в Вирту. Ниара вроде бы упоминала, что от Мельничного до Вирты несколько дней пути.

- Надеюсь, она не имела ввиду путь напрямик через непроходимый, сырой лес, - проворчал феникс.

Раайз не ответил, но полностью разделял надежды друга. Эльф поднялся со скамьи, намереваясь пойти обсудить с капитаном плату за проезд и проживание. Но в это самое мгновение судно покачнулось, да так сильно, что Раайза швырнуло обратно на скамью. Фениас же едва сумел устоять на ногах. Ведро с уловом опрокинулось, и рыбешки заскакали по палубе, молотя блестящими хвостами.

- Что за черт?

Феникс ловко выровнялся и перегнулся через борт, видимо, чтобы посмотреть, не наткнулись ли они на подводную скалу или отмель. Это едва не стоило парню купания в Великой. Анну качнуло в другую сторону, но подоспевший Раайз успел схватить Фениаса за плечо и вернуть на палубу.

- Спасибо, - выдохнул парень.

- Не за что.

С капитанского мостика раздавались грозные вопли Марка, что нельзя доверять штурвал криворуким, и жалкие оправдания Рика, что он здесь не причем.

- Все в порядке? - по лестнице на палубу взбежала взволнованная Ниара.

- Не знаю.

Раайз прислушался, внимательно оглядывая обманчиво спокойную и тихую водную гладь. В тот же момент нечто толкнуло судно в корму. Члены экипажа и пассажиры, которые не успели ни за что ухватиться, попадали на палубу. Следующий удар пришелся снизу, по днищу. Раайз изо всех сил надеялся, что треск ломающейся древесины ему только почудился.

- Что за...

Ругательство феникса потонуло в шуме вздымающихся волн, и нечто явило себя во всей красе. Из воды на мгновение показалась огромная зубастая рыбья голова, и в следующую секунду судно содрогнулось от очередного удара в борт.

- Царь-щука, - раздались крики команды, - царь-щуку проглядели.

- Да как ее можно было проглядеть-то? - со второй попытки Фениасу все-таки удалось подняться. - Эта тварь в длину с полкорабля.

Раайз решил, что сейчас не подходящий момент напоминать фениксу, что они тоже были на палубе все это время и тоже не заметили приближение рыбины. Нужно было действовать, а не искать виноватых. Эльф потянулся к мечу, но понял, что сейчас клинок почти бесполезен. Команда уже во всю выполняла распоряжения капитана, хваталась за оружие и готовилась отстаивать Анну до последнего.

Царь-щука сделала круг и зашла с носа, но экипаж встретил ее копьями и стрелами. Большинство из них отскочили от крепкой чешуи рыбины, но кое-какой толк все-таки был. Чудище перестало нестись на судно напролом и сменило тактику. Несколько раз щука с силой ударила хвостом по воде. Корабль закачался на волнах, как игрушечный, нет-нет, да и грозя зачерпнуть то одним бортом, то другим.

- Она собирается перевернуть нас, - прокричал Дик.

- Черта с два у нее это получится, - сквозь зубы процедил Марк.

Капитан изо всех сил старался совладать со штурвалом и выровнять судно, но оно продолжало раскачиваться. Царь-щука, кажется, поняла, что под водой она в полной безопасности, и скрылась на глубине, продолжая наносить по днищу удар за ударом.

- Капитан, в трюме течь, - Блейк с трудом вскарабкался по лестнице.

Чудище тоже видело, что кораблю не долго оставалось барахтаться на поверхности. Чешуйчатая голова вынырнула в нескольких ярдах от судна.

"Не иначе, как для разгона. Готовится нанести последний удар", - понял Раайз, ему даже показалось, что морду рыбины искривил торжествующий оскал.

- Как бы ни так.

Эльф на мгновение сосредоточился и воззвал к маджикору. Магический центр сразу ответил на призыв, словно только этого и ждал. Магия волной хлынула от сердца к ладоням и дальше.

Мощный поток воздуха вырвал Царь-щуку из воды. Кувыркаясь налету, рыбина с громким шлепком упала, подняв вокруг себя волны и тучу брызг. Плавное движение руки мага, и волны успокоились, не дойдя до корабля.

Раайз покачнулся, но устоял. Схватка продолжалась. Быстро придя в себя после падения, щука взмахнула хвостом и нырнула, исчезнув из поля зрения. На мгновение все стихло.

Маг терпеливо ждал. Один удар сердца. Два. Три. Четыре.

Раайз, взмахнув руками, поднял перед кораблем огромную волну и тут же обратил ее в ледяную глыбу. Из середины ледяной ловушки на путешественников таращились хищные рыбьи глаза.

Несмотря на все старания Раайза, в заточении оказалась только передняя половина чудища. Царь-щука все еще была жива и изо всех сил пыталась освободиться, молотя мощным хвостом и плавниками. Но лед держал крепко.

Эльф покачнулся, и на этот раз силы его подвели. Если бы не подоспевшие Ниара и Фениас, Раайз скорее всего упал бы на палубу. Маджикор медленно затихал в груди мага.

Над палубой повисла тишина, нарушаемая только попытками рыбины обрести свободу, да скрежетом челюстей. Экипаж Анны посматривал друг на друга и на капитана, не спеша складывать оружие и кольцом обступая пассажиров. Ниара и Фениас по-прежнему держали мечи наготове, но Раайз видел, что в этой схватке им не победить. Эльф понимал, что сейчас самое время сказать что-то успокаивающее, придумать какое-то объяснение, но у него не хватило бы на это сил.

- Что ж, - проговорил Марк, спускаясь с капитанского мостика и подходя к пассажирам, капитан держал в руках оголенную саблю, - как насчет ухи на ужин?