# Солнце сияло

Амар Анталов

Анталов АмарСолнце сиялоOrigin: http://samlib.ru/a/antalow_a/solncesijalo.shtmlСоздан: 07/12/2010, изменен: 07/12/2010, 68kРассказ: Проза============================================================

Солнце сияло

"Дорогая мама! Сейчас пол первого и наверное ты уже спишь, поэтому я не стал тебе звонить. Но мне просто очень хотелось поделится своей радостью в связи с тем что я так скоро снова буду дома и увижу вас всех. За эти четыре года я так устал и мне очень хочется отдохнуть, но сколько бы здесь у меня не было выходных, у меня такое ощущение что за все это время не было ни одного. Я не умею находить тишину и спокойствие в этой сумасшедшей суете. В таком большом городе почти невозможно найти уединенное местечко и моя маленькая квартирка это единственное место где я действительно могу побыть один. Но и здесь я не чувствую себя так уютно как в нашем маленьком саду. В этих четырех стенах мне становится душно и тогда я закрываю глаза и представляю нашу яблоню под тенью которой так приятно прилечь в жаркий летний день. Все эти четыре года это была моя мечта - вернуться в наш садик, сесть под яблоню и вдохнуть аромат ее цветов. Здесь же через открытые окна ветер приносит запах бензина. Я сказал четыре года но наверное это желание началось год спустя после моего приезда. Сначала конечно все виделось совсем в другом свете, были мечты и иллюзии о ярком будущем в большом городе. Поначалу меня пленили его ночные огни и казалось что именно здесь бурлит вся жизнь. Здесь источник жизни, здесь все зарождается и отсюда течет дальше. По сравнению с этим большим городом наш городишко казался просто деревушкой, застоялым болотом по сравнению с мощным потоком реки. Но я ошибался, ощущение жизни здесь чувствуется не больше. Наоборот, здесь оно увядает. Быстро несущиеся машины, такси, набитые автобусы и вагоны метро. Люди все время куда то спешат и забывают жить. Эта мысль пришла ко мне год спустя после приезда и с тех пор угнетает меня. Мне кажется я сам потерял часть себя мотаясь в попехах.

Но ладно, это теперь все позади и я наконец то возвращаюсь домой. Я думаю что как только я открою калитку нашего дворика то все негативные мысли мигом улетучатся и останется лишь осознание красоты нашего сада. Ведь природа всегда так прекрасна, в любое время года. Как мне ее здесь не хватало. Завтра мама, мы уже увидимся. Осталось всего лишь несколько часов до самолета. Не знаю если я буду ложится спать. Мне бы хотелось заснуть как только я саду в самолет и проснуться уже дома и тогда все эти четыре года покажутся смутным сном. Спокойной ночи, до завтра!" Асан нажал кнопку что бы отправить письмо и продолжил сидеть глядя в окно. Со второго этажа был виден соседний дом и тратуар, с лева на перекрестке можно было увидеть маленькое кафе. У подъезда соседнего дома какая то женщина громко спорила со своим собеседником. В одной руке она держала сигарету и размахивала ей, топая каблуком по асфальту. Мужчина опирался рукой об стену и наклонившись что то кричал в ответ. Оба были неопрятного вида и очевидно в нетрезвом состоянии. "Ты совсем не прав, опять ты о своем, но ты не слышал что я сказала. Как ты можешь со мной спорить если ты не выслушал что я сказала, у меня тоже есть свое мнение, у меня есть право на свое мнение - возмущалась женщина. "Да ты балаболишь не понятно что - отрезал ее собеседник - даже Томми сказал что ты слишком нервная." "Это я нервная? Да он сам псих. Псих! Я тебе спокойно говорю свое мнение.." Крик продолжался но Асан попытался дальше не вслушиваться в спор. Он посмотрел на часы, до выхода оставалось всего лишь шесть часов, но спать не хотелось. "Посплю в самолете, - подумал он. Асан открыл страницу для нового письма, курсор замигал на белом листе. "Привет... - напечатал он первое слово, с которого обычно начинались все письма. Но только здесь еще были три точки, "они здесь как раз - подумал Асан - я ей давно не писал о чем то важном. Наверное эти три точки говорят о том что я замешкался перед тем как писать." "Привет Элли! - написал Асан на следующей строке, ему именно захотелось написать ее имя потому что оно ему всегда нравилось так как ассоциировалось с детской сказкой, а значит с детством. Воспоминания о самой Элли тоже вели далеко в детские годы, ведь они жили по соседству с семи лет. Он помнил ее еще маленькой девочкой когда она с подружками строила шалаш в лесу а он с мальчишками бегал и им мешал. В детстве не бывает особой дружбы между противоположным полом.

Но потом они оба подросли. Теперь он понял что у нее это случилось быстрее. "В обоих значениях этого слова - улыбнулся Асан - лет в тринадцать девочки становятся похожими на девушек, а мальчики все еще остаются такими же, с желаниями несоответствующими их возрасту."

Асан и Элли никогда не были в одной близкой компании но так как жили близко и их маленький городок был большой деревней то часто пересекались в обоснованных и всем известных подростками местах. Иногда когда они случайно встречались на улице то шли дальше вместе гулять. Помниться они один раз решили пойти в лес за грибами и нашли в глубине шалаш. В то время они уже были не дети и сами не строили шалаши но очень обрадовались когда его увидели и забравшись туда они долго просидели в тени ветвей издавая разные крики диких животных и птиц, и с трудом сдерживая смех когда какой нибудь заблудившийся прохожий показывался на тропинке. Асан закрыл глаза и попытался ощутить лесной запах сырости и сосен. Сколько бы он сейчас отдал что бы очутится там, в этом маленьком лесу за школой который тогда он совсем не ценил. Сколько воспоминаний детства из этого леса, он знал все тропинки по которым они с ребятами гоняли на велосипедах, он знал все заросли в которых они прятались когда играли в казаков-разбойников. Он знал этот лес в часы рассвета так как иногда ходил туда с Элли гулять с ее собакой, он знал этот лес в полдень когда весной начинали таять сосульки на крышах и все компанией прогуливали уроки в этом лесу. Он знал этот лес в ночные часы когда иногда один прогуливался там пытаясь понять те странные эмоции что наполняли его душу.

Но только сейчас он осознал насколько родными стали для него эти места. Именно в этой прохладе леса он мог собраться со своими мыслями и тогда ему становилось тоскливо то он шел именно туда. Ему всегда казалось что деревья были живыми и они могли услышать и понять его волнения, они могли его поддержать. В этом же городе леса нигде по близости не было. Выход из подъезда выводил на тротуар, по бокам находились другие дома, маленькая улочка поворачивала на большое шоссе по которому с шумом неслись машины. По бокам шоссе находились магазины и кафе, у входов в заведения стояли серьезно одетые люди в пиджаках и нервно курили сигареты, другие что то кричали в мобильные телефоны второй рукой затыкая ухо, они все куда то опаздывали, они спешили. У них было время только на чашку кофе и утреннею газету. Они читали о том что акции Микрософта сегодня упали на три процента. Некоторых это огорчало а некоторых радовало. Мужчины читали газеты нахмурив брови. У них были туго затянутые галстуки и черные портфели. У женщин были серые юбки и накрашенные ресницы. Они никогда не улыбались. Они все были похожи друг на друга. Асана всегда удивляли эти люди, разве у них не было детства. А если оно было то как они могли его забыть и вырасти такими. Ведь в детстве не было ни брюк ни галстуков. Не было черных чемоданов с папками и расписанного распорядка дня в электронном календаре. В детстве были рваные джинсы, грязные кроссовки и велосипеды. Заброшенные дома и крутые берега с которых хорошо было нырять. Чем же занимались эти люди в детстве, неужели они всегда интересовались финансовой секцией в газете? Разве они не читали Остров Сокровищ или Робинзона Крузо и не делали плот из старой фанеры которая конечно не удержала вес пяти ребят но которым все равно было очень смешно и ни чуть не страшно упасть в речку.

Нет, здесь были не такие люди. Асан вспоминал женщин в кафе с их каменными лицами и представлял себе смеющееся лицо Элли когда она бежала по мокрой траве за собакой и подскользнувшись упала в лужу. Он подбежал к ней а она продолжала сидеть в грязной воде и хохотать. Подумаешь испачкались джинсы, разве их нельзя постирать. Асан улыбнулся вспоминая ее смех. Жаль что четыре года назад он был еще так наивен и глуп, был бы он поумнее у них может что нибудь и могло быть но он тогда еще не мог понять что за этими приколами над друг другом и смехом могло скрываться что то большее. Только теперь ему казалось что наверное это и была любовь. На секунду ему стало грустно от мысли что он упустил ее но тут же он взбодрился. Уже завтра он будет опять дома. С тех пор как он уехал он с ней переписывался. Сначала часто, потом реже - так бывает всегда, расстояния и время отдаляют людей друг от друга. Но недавно он ей писал и сообщил о том что возвращается вскоре и она ответила что будет очень рада его увидеть и что летом будет в городе.

Не все еще потеряно. Он упустил время, он упустил четыре года воспоминаний которые могли бы быть с ней но ведь еще так много времени впереди. Разве в двадцать один год уже поздно что то начинать? Асан посмотрел на часы, прошел час с того времени как он сел писать письмо. До выхода оставалось пару часов, в самолете он заснет и когда проснется то будет дома. Эта мысль настолько его обрадовала что даже не верилось в то что это могло быть действительностью и что возвращение домой было так близко. Асан посмотрел на экран, открытое новое письмо все еще было пустым. "Я прилетаю завтра. - продолжил писать он - у тебя все еще такой же номер? Если другой, то напиши. Позвоню когда приеду. Встретимся. До встечи." "Смешная комбинация слов, подумал он. Но ему именно хотелось написать встретимся что бы это уточнить. Он не просто приедет и позвонит пару раз. Нет, он возвращается домой и хочет наверстать все упущенное, он хочет встретися с ней, он хочет увидить всех своих друзей, снова пойти в лес с гитарой, прыгать через костер. Он не хочет тратитъ свою молодость на чтение финансовой секции в газете и разговоре об акциях. Ему не интерестно что Dloomberg в этом году набирает на два студента меньше на работу на лето чем в предыдущем. Да пусть хоть они вообще разорятся. Разве от этого звуки гитары станут хуже или запах сосен менее приятным а сумерки менее загадочными? Асан еще раз посмотрел на экран, затем отослал письмо. Он не стал писать более, хотя сначала хотел рассказать об о всем о чем сейчас думал. "Не нужно, - решил он, - лучше я просто уточню что я приезжаю. Этого достаточно. Лучше я все это расскажу при встрече, лучше об этом сейчас не писать. При встрече это будет более искренне. Это уже не будут просто черные слова на экране значение которых ясно но нет уверенности в том что они выражают действительные мысли или просто были настрочены на клавиатуре от скуки. Нет, это будет совсем по-другому когда мы выйдем вместе на улицу и сядем на лавочке в нашем дворе. Тогда каждое слово будет иметь смысл, в них не будет сомнения."

Поначалу поступив в университет и переехав в большой город, Асан был полон мечтаний об этой новой студенческой жизни. Высотные здания и тысячи ночных огней вдохновляли его, сердце билось быстрее от переполняющих волнений. Вот она жизнь! Здесь строится будущее, здесь каждый человек ведет уникальную жизнь. Профессора, разные факультеты, уроки на любой вкус - здесь развивается и расширяется поле человеческих познаний. На первом курсе Асан чувствовал себя как ребенок в конфетной лавке - ему нравилось все что он видел вокруг себя и он не знал с чего начать. Он записывался во всевозможные студенческие клубы, ходил на собрания, хотел участвовать в проектах. Но после года суматохи и ярких мечтаний, Асан начал замечать "это". "Это" - он не знал какими другими словами описать свои наблюдения, но "это" относилось к той черте характера которая он заметил присутствовала у большинства людей в этом городе. Ее можно было назвать фальшивостью или эгоизмом, но эти слова не совсем точно подходили к описанию. Скорее всего "это" был набор характеристик. "Это" не видно было сразу, но его можно было определить как только человек начинал говорить. Какая то особая нотка в голосе и Асан тут же чувствовал как холодок пробегал по спине. Как только слышалась эта нотка он уже знал что никогда не сможет по настоящему общаться с этим человеком. У него присутствовало "это". Но в чем же оно заклучалось? Асан сам не мог точно ответить на этот вопрос. Это было больше ощущение чем логический анализ. Но результат был один - это были не те люди с которыми Асан мог бы когда нибудь сблизиться. Он не понимал их, он не мог им открыться, они как будто бы ограждали себя от искреннего общения и никак нельзя было переступитъ за эту черту. "Я очень люблю кататься на лыжах". "Да, я был в Италии, это очень красивая страна." Они могли поддерживать разговор на разные темы, но Асан не чувствовал что во время этих разговоров они становились ближе, укреплялась какая то связь. " С вершины той горы очень хороший вид на лес. Советую вам там побывать." Вот и все что от них можно было услышать, и то если добиться темы разговора о горах. Нет, это были не те люди. Асан вспомнил как они с приятелями ездили в поход, еще там, дома. Они не особо знали местность и долго блуждали по лесным тропинкам. Наконец то они увидели просвет и вышли на обрыв с которого в дали виднелся их маленький городок. Вершины домов сливались с небом, лучи солнца освещали верхушки деревьев и казалось что листья отражали солнечный свет. Костик тогда первым выбежал вперед и подошел к самому краю обрыва. Он вытянул руки вверх и подпрыгнув на месте громко закричал "ура!". Ветер подхватил его голос и понес по окрестностям. "Ура!" опять закричал он.

Другие тут же поддержали его крик и сбросив рюкзаки на землю, подбежали к краю и начали кричать. Чему они так радовались в тот момент, ведь они всего лишь были в лесу за городом, не в первый раз. Они не блуждали там неделями и наконец то увидели просвет, они всего лишь ходили пару часов в поисках подходящего места. Они не опасались за жизнь, и даже потеряв тропу они всегда знали что с какой нибудь стороны всегда могли выйти так как лес был не очень большой. В тот момент они просто радовались жизни. Может это был теплый ветер что обдувал их лица, ветер всегда дает чувство движения, ветер перемен. Может это была беззаботная молодость и эта она издавала эти радостные вопли "посмотрите на меня, я здоров, я полон энергии, мне еще жить и жить." Асан не знал что именно тогда вызвало эти чувства но главное что в этот момент они полностью ощущали жизнь. Стоя на этом обрыве и смотря в даль на свой маленький городок хотелось расправить руки и полететь. И если бы это в тот момент и случилось это не вызвало бы общего удивления, наоборот казалось что так и должно было бы быть. Потом они разложили вещи и начали костер. Костик достал кастрюлю с маринованным мясом из рюкзака и начал нанизывать шашлыки. Обычно этим занимался он так как он вкуснее всего умел мариновать мясо. Но когда у него спрашивали рецепт то он терялся в объяснении и не мог вспомнить что именно он туда положил. У него просто на это было чутье. Он наверное обладал шестым чувством, так некоторые про него говорили. Куда бы они ни ездили, даже если гуляли в парке рядом с домом, Костик всегда умел найти какую нибудь диковинку. В основном он искал толстые упавшие ветки или бревна так как он занимался вырезкой из дерева. Ему часто удавалось найти совершенно необычные обломки деревьев которые были причудливых форм. Из них он потом вырезал разные фигуры и выжигал на них узоры. Еще он знал историю средневековья лучше любого преподавателя у них в школе, но оценки у него были не очень так как историк еще преподавал и литературу и русский язык, а он недолюбливал Костю. Скорее всего это было от зависти. Но ведь Костя был не виноват что для того что бы вырезать меч из дерева надо было прочитать об его исторических корнях и применениях. Он же не хотел вырезать обычный меч, как это часто делают дети из картона. На самом деле чаще всего у людей совсем не правильные представления о мечах, объяснял он, и форму рукоятки и длину лезвия вырезают совершенно не правильно. Такими мечами воевать было бы совершенно не удобно, как можно за это нормально схватиться, возмущался Костя. Остальные ребята кивали головами в ответ и улыбались, увы, они мало что знали о мечах.

Но историю учили все. К этому предмету почему то относились с большим уважением и если по математике можно было бы получить тройку по причине того что вчера вечером все ходили играть в футбол и не было время на эти косинусы и синусы, то незнание какого то исторического факта не одобрялось. На этом уроке заводилось больше всего споров и каждый пытался доказать свою правоту своим знанием какого нибудь маленького факта о которым другим было неизвестно. Костя обычно в начале спора сидел молча и через некоторое время, выслушав обе стороны, он выбирал ту с которой соглашался и тогда уже противнику было несдобровать. Асан любил урок истории еще с детства. На дом им задавали обводить разными цветами контурные карты на которых обозначались походы тех или иных войск и территории завоеванных земель. Иногда он делал домашнее задание вместе с Костей. Они расставляли на бумажной карте пластмассовых солдатиков и потом играли в поход, двигая фигурки по начертанным линиям. Маленькие пластмассовые фигурки на разукрашенной бумаге но для детского воображения уже раскрывались обширные поля на которых лежали тысячи убитых воинов, уже слышался грохот пушек и крик командира "в атаку!". Асан опять подумал об его сверстниках в университете, играли ли они когда нибудь в солдатиков. Наверное все дети в это играли но смотря на эти серьезные лица и серые костюмы сложно было представить что эти люди когда то могли звонко смеяться и участвовать в детских играх. Может быть они с детства играли в банк или в магазин, подумал Асан. С детства любили пересчитывать бумажки и записывать их количество в тетрадку вместо того что бы в ней рисовать бабочек или животных. Разные цвета фломастерой их интересовали только потому что ими можно было разделить доходы и убытки, им неинтересно было разукрасить море всеми цветами радуги. В университете Асан продолжил брать уроки истории и когда он говорил об этом кому нибудь из сокурсников, то первый вопрос обычно был "тебе это нужно для твоей программы?". Когда Асан объяснял что ему просто интересно, собеседник обычно удивленно говорил "но ты же платишь за это, ты бы мог взять какой нибудь полезный урок." Под словами полезный урок подразумевалось что нибудь как таксы или бухгалтерских учет. "Ведь ты же знаешь насколько сейчас сложно пробиться, для этого нужно брать как можно больше курсов о которых ты потом сможешь написать в твоем резюме." Как всегда, любое мнение сводилось на то полезно ли это для резюме. "Какой вы бы хотели выучить язык?". "Испанский. Он вроде не очень сложный и сейчас очень много иммигрантов приезжают из Мексики и Южной Америки, я думаю это мне будет на пользу если я буду знать испанский, с этим будет легче получить работу в банке." "Французский хорошо бы знать но не в этой части страны, здесь мало кто говорит по французски, поэтому после первого курса я его перестал брать. Не было особого смысла." "Если бы у вас была бы возможность, где бы вы хотели побывать? - летом я надеюсь поехать в Нью Йорк, одна компания там каждое лето набирает студентов на работу. Я скоро буду подавать аппликацию, надеюсь меня примут." "Читали ли вы сегодняшнюю газету? Представляете, там пишут что кризис может еще продлиться три месяца, а мне нужно найти работу! - нет, извините, и редко читаю газеты, больше книги. - а что вы сейчас читаете? - вот, у меня с собой, Пруст. - но ведь она такая длинная! сколько же там страниц?!"

За все эти четыре года Асан так ни с кем и не сблизился. По началу он хотел участвовать в студентческой жизни и для этого стал членом сразу нескольких клубов. Там они любили устраивать собрания и приглашали разных выдающихся людей которые когда то тоже участвовали в таких клубах, те рассказывали студентам о том как они пробились на верх. Еще они любили говорить о том какую пользу этот клуб приносит университету и обогащает жизнь студентов. На собрания могли приходить не только участники клубов, приходили и новички и все презентация в основном делалась для того что бы они тоже захотели участвовать. Зачем были нужны новички Асан не очень понимал так как участников было и так много но толком ничего кроме собраний не организоваволось. Один из клубов должен был помогать студентам открывать свой бизнес. Асан не помнил что бы кто нибудь в течении года что нибудь открыл, только пару раз они продавали печенье в общежитии и говорили что деньги пойдут на пользу начинающим но мотивированным студентам. Где прятались эти мотивированные студенты никто не знал. Университет выделял ежегодно какую то сумму клубу за счет которой они могли поддерживать свои проекты. Сколько уходило на проекты и что это были за проекты было неизвестно но после собраний все члены клуба обычно шли в ближайший бар и заказывали пиво с жаренной картошкой. Некоторые из новичков обычно приходили тоже, это было для того что бы они могли поближе познакомиться с участниками клуба и почувствовать себя комфортней. Асан был рад такой возможности встретить новых людей так как ему не хватало общения но вскоре он понял что все разговоры сводились к одному и тому же. "На какой программе вы учитесь? На котором вы курсе? Где вы работаете?" были три основных вопроса. Затем начинались расспросы о том как можно устроиться на работу и о том что он думает насчет экономической обстановке в стране, сложно ли сейчас из за большого процента безработицы? Иногда заводились разговоры о курсах которые брали студенты и тогда разговор становился немного интересней. Но в чаще всего это сводилось к обсуждению того какой курс был более полезным для резюме или на каком курсе можно было бы познакомиться с профессором что бы потом получить от него отзыв. Об истории средневековья разговор ни разу не заводился. "И почему им так интересно где я работаю, - думал Асан, - пусть я буду даже начальником самой престижной корпорации, разве они думают что я сразу захочу их взять к себе? Или это их способ знакомства с человеком? Но для того что бы поближе познакомиться с кем нибудь, надо для этого попытаться их узнать. А разве то где я работаю много говорит обо мне. Один день я могу быть официантов а на следующий мне повезет и меня возьмут на позицию бухгалтера. Хотя я не уверен что лучше, но так вот это здесь считается. Но разве за этот день я стану совершенно другим человеком? Почему они не хотят меня спросить например какую музыку я слушаю, мои музыкальные вкусы не так изменчивы и не зависят от обстоятельств." Но они этого не спрашивали, ведь это считалось здесь совсем не принято, задавать такие вопросы не совсем знакомому человеку. Так же как и нельзя было спросить про любимый фильм или о том какие книги вы прочитали. "Здравствуйте, меня зовут Дженнифер и я много раз перечитывала Портрет Дориана Грея, это моя любимая книга". Так было не положено. Нужно было представиться и сказать "я учусь на такой то программе, беру такие то и такие то уроки, я волнуюсь об экономическом кризисе. Да, я знаю что Dloomberg уволил еще семьдесят человек, это меня беспокоит, когда же это все кончится?" Конечно это все было важно - работа и шансы найти ее, но разве был смысл каждый раз это обсуждать когда все равно ничего нельзя было сделать. Или она была или ее приходилось искать, вот и все. А в литературе и в музыке было столько всего больше чего можно было бы обсудить, но нет, это было не принято. А когда то хотелось уехать. Было все равно куда, казалось что если смотреть в даль, то там за горизонтом, где кончались крыши домов маленького городка в котором жил Асан, начинался совершенно другой мир. Там города выглядели совершенно по-другому, дома и дороги - все это должно было быть великолепным и по эти другим дорогам ходили совсем другие люди. Впрочем так оно и оказалось но эти люди Асана совсем не устраивали. Он ожидал что большой город будет полон приключений и жители его будут проживать удивительные жизни. Но после года он понял что каждый день здесь был такой же как и предыдущий, разговоры в разных ресторанах были об одном и том же. Жаль что так быстро разрушились иллюзии о жизни в далеке от дома. Жить было гораздо интересней когда казалось что можно было столько всего еще изведать и названия больших городов манили к себе. Какой выбрать университет? Но ведь все эти города на фотографиях смотрелись так заманчиво с ихними яркими разноцветными огнями и грозными небоскребами. Какой вид должен быть из окон последних этажей! Асан вспомнил как однажды он встретил Элли по пути домой из школы. Он не помнил когда это точно было, но погода была жаркая и солнечная, скорее всего был Май месяц. В такой день совершенно не хотелось идти домой и поэтому Асан предложил прогуляться в обход через парк. Они пошли медленным шагом, блуждая по разным тропинкам что бы продлить путь. Наконец то они заблудились, скорее всего специально, потому что все время сворачивали на ту тропинку в направлении который не были уверены. Последняя тропинка упиралась в перелесок. "Что же теперь делать? - с напущенным испугом вскрикнула Элли, - мы потеряны!" "Спокойно, дело житейское, за мной! - провозгласил Асан и начал раздвигать ветки деревьев что бы пройти сквозь. Они прошли совсем недолго и вот уже стал видел просвет. Асан переступил через очередную ветку и остановившись посмотрел вниз, "тут обрыв - сказал он. Элли вышла с боку, они оба смотрели вниз. Обрыв был не высокий и внизу сразу начиналась галька, за ней были рельсы."Я помню, мы здесь были раньше! Вот там справа мостик на другую сторону - обрадовавшись вскрикнула Элли. Точно, Асан теперь вспомнил, - "мы клали монетки на рельсы и ждали пока по ним проедет поезд, потом проделывали в них дырочки." "Да, у меня где то даже остались монетные бусы, по монеткам можно определить их точную стоимость - улыбнулась Элли. "Пойдем на мост." Они пробрались по краю к мосту, хватаясь за ветки. Мост был сделан из бетона и проходил прямо над рельсами. На другой стороне продолжался лес. Мост был старый и заросший, было не очень ясно для чего он был именно в этом месте так как дорожки к нему не вели. В щелях бетона была земля и из нее торчали ростки травы.

Элли подошла и облокотилась на железные перила, "смотри как далеко тянутся рельсы, - наверное там хорошо." "Почему?" "Там далеко, значит там все по-другому, - она обернулась к Асану и посмотрела ему в глаза, - давай куда нибудь уедем. Дождемся поезда и запрыгнем на него." "Хорошо, но я надеюсь ты это сумеешь и мне не придется тебя вытаскивать." Элли усмехнулась и подняла ногу на перекладину от перил, за ней поставила вторую. Теперь она уже не держалась руками и только упиралась своим весом. "Осторожно! - воскликнул Асан. Элли не обратила внимания на этот оклик, "я очень люблю поезда", задумчиво сказала она.

Асан подошел к ней и на всякий случай схватил ее за руку, он боялся как бы она не упала. А она продолжала стоять лицом к солнцу и смотреть вдаль куда устремлялись железные полосы. В тот момент ее лицо, освещенное мягким светом солнца, показалось ему таким милым, ее щеки были румяными от ветра, захотелось подойти и обнять ее, шепнуть на ухо "мы с тобой уедем, вдвоем." Ему показалось что Элли ощутила этот взгляд и едва заметная улыбка проскользнула на ее губах, как будто говоря "я знаю о чем ты думаешь". Асан быстро отвел взгляд, "пойдем", сказал он.

Несколько раз после этого он жалел что так засмущался своих чувств и не подошел, но кто же в семнадцать лет может переступить через свою гордость и высказать искренне свои чувства. "Все еще впереди, - снова подумал он, - теперь то я не стесняюсь быть искреннем, это единственный способ общения. Без искренности любой разговор трата времени, предложения становятся просто набором слов и ответ не имеет значения, так же как и вопрос. Разговор должен быть передачей информации, для этого был придуман язык, звуковыми символами обозначать существующие объекты, матерьяльные как и абстрактные. Но если собеседники не искренны с друг другом то весь изначальный смысл общения теряется. Каждый из них произносит слова но в целом информация не передается так как она не действительна. Разговор становится бесполезной тратой энергии, слова тратят добытые трудом калории, ". Слово калории проплыло перед глазами белыми буквами и развеялось на черном фоне, кондуктор в фуражке с медным значком замахал флажком и велел пассажирам забираться на поезд. Потом все почернело и Асан очнулся. Компьютер уже не показывал белую страницу, на экране была заставка с изображением горного пейзажа. "Неужели я все это думал уже с закрытыми глазами, - удивился Асан, - наверное я почти заснул, поэтому в конце пошел какой то бред." Асан кликнул мышкой что бы появился нужный экран, на часах было три утра. "Есть время чуть чуть поспать, сегодня я уже буду дома." Солнце сияло. Небо было почти безоблачно и горячие лучи в полдень безжалостно палили землю, не оставляя тени что бы укрыться от зноя. Такси оставило Асана вблизи с его городом и развернулось в обратную сторону, взметая облако пыли на обочине. Что бы доехать до дома надо бы было ехать в обход и это было бы гораздо дольше, с этой стороны можно было пройти пешком через мост. Асан взвалил сумку через плечо и свернул с дороги. Мост лежал через реку, на другом берегу виднелись дома старого фасона с черепичными крышами и кирпичными трубами. Посредине моста Асан остановился и облокотившись на перила посмотрел вниз. Вдалеке внизу поблескивала вода, течение было спокойное и поэтому небо хорошо отражалось в воде, от этого она становилась еще голубее. В округе никого не было, только изредка доносился шум проезжающих машин по шоссе, но его было почти не видно за кустарником. "Как хорошо и спокойно, - подумал Асан. Ему захотелось прилеч прямо здесь и смотреть на воду с края моста, пригреваясь на солнышке. "Люди не знают чего они теряют живя в больших городах. У них даже нет таких мест где бы они могли бы об этом подумать, поэтому они никогда не догадаются. Как это смешно, что люди так усердно ищут работы в городах что бы им хватило денег потом переехать в двух метровую квартирку с видом на чужой балкон. И они даже не могут представить себе что в маленьких городках тоже идет жизнь, здесь люди встают приветствуя рассвет и поливают свой садик, идут пешком за хлебом, вечером сидят на лавочке и слушают журчание сверчков. И эта жизнь не чем не менее полноценна чем вечная суматоха под тенью небоскребов." Вечерело. Рядом с плитой посвистывая кипел чайник, на конфорке стояла сковородка и с шипением разбрызгивала масло по бокам. За окном сгущались сумерки и летний день подходил к концу но Асан только проснулся. Придя домой и поздоровавшись с мамой он не смог поддержать с ней разговора более пяти минут и забросив вещи к себе в комнату сразу завалился на кровать. Теперь проснувшись он сидел на кухне и ждал пока мама суетилась вокруг плиты, он хотел было помочь но после такой долгой разлуки мать хотела позаботиться о сыне и поэтому не дала ему ни к чему притронуться. "Сейчас, - сказала она в попыхах, - котлеты почти готовы." Асан улыбнулся в ответ. Как приятно было сидеть в этой кухне где все осталось на своих местах. Старые занавески с голубыми колокольчиками, кувшик на подоконнике с отбитым носиком, теперь выполнял роль лишь артифакта. Березовые ветви за окном через которые виднелась железная калитка. Здесь не было слышно шума несущихся машин, крики соседей не нарушали тишину.

"Павел к нам сегодня зайдет,- сказала мать Асана переворачивая котлеты на сковородке. Павел был рабочий в банке с которым как то раз мать Асана разговорилась когда пришла туда по делам и с тех пор они продолжали общаться. Полный мужичок невысокого роста с начинающейся лысиной на затылке. Асан никогда не видел что бы он смеялся, только пыхтел прищуривая глазки. К Асану он относился хорошо, часто похлопывая его по плечу и приговаривая "смышленый парень растет", но что то в нем было хитроватое и из за этого Асан его недолюбливал. "Он теперь часто к нам заходит, - зачем то добавила мама. Асан промолчал. Чайник вскипел, мама разлила кипяток по двум чашкам и поставила их на стол. "Павел теперь как год уже стал помощником директора, и они теперь еще один банк построили, рядом с рынком." Асан конечно очень обрадовался за Павла и продолжил молча хлебать чай. "Ну ты я вижу все еще уставший, поесть тебе надо - мама встала из за стола и направилась накладывать котлеты с макаронами. Запах жаренных котлет сразу привел всплеск воспоминаний, сам Асан готовил себе более простые блюда и поэтому этот запах ассоциировался только с этой кухней. С обедами после школы и до футбола. Между утреннем походом на речку и вечерним костром с гитарой. Самое приятное было то что этот запах не вызывал ностальгию так как это все было не в прошлом, оно продолжалось. Скоро Асан наберет знакомые номера и снова встретится с друзьями у речки.

Интересно что за последнее время сделал Костик, хотелось бы взглянуть на его коллекцию мечей. "Надо будет сегодня же позвонить ему и Элли, - решил Асан, - договориться встретиться на завтра." "Возьми Асан - мама протягивала тарелку с обедом. Асан поставил тарелку перед собой и вновь вдохнул знакомый запах. Воспоминания хлынули вновь, сколько раз он сидел за этим столом, видел тот же самый вид из окна. Теперь ему было сложно представить его маленькую комнатку с видом на соседний дом где он провел последние четыре года, все это казалось так далеко, в каком то смутном сне, в прошлом. "Как будто я и не уезжал - подумал Асан.

Послышался стук в дверь, "а вот и Павел как раз, - воскликнула мама и побежала открывать. Асан обернулся и посмотрел в сторону двери. "Здравствуйте, здравствуйте, - сказал мужчина снимая кожаные ботинки, - вот уж не ожидали! - обратился он к Асану. На Павле были одеты серые брюки и бежевая глаженная рубашка, казалось что он пополнел. "Здравствуйте, - сказал Асан и встал что бы пожать руку Павлу. "А ты вырос, и борода уже наверное растет - шутливо говорил Павел, - ну как долетел?" "Вроде приземлились". "Но все еще такое же острое чувство юмора, это всегда радует!" "Да это он просто не выспался, проходи Павел, как раз котлеты готовы."

"Так, так, значит я вовремя, - сказал Павел проходя к столу, - приятного аппетита." Асан молча посмотрел на него. Павел довольно изменился, его лицо располнело и как будто расплылось, глазки теперь казались совсем маленькими под нависающими бровями. Щеки были выпуклые как у ребенка но в его улыбке давно не было той детской наивности и искренности. "Целых три котлеты себе наложил - усмехнулся про себя Асан, - комфортно себя чувствует в гостях." Тут одна мысль промелькнула у него в голове но он сразу же отстранил ее, - не может быть, мать бы сказала."

После обеда мать подала на стол чай. Асан, отхлебнув несколько глотков, собрался было уходить, но мать его остановила. "Павел тут хотел с тобой поговорить." "Не совсем поговорить, - поправил Павел, - а предложить. " "Ты конечно только приехал, но раз уж Павел здесь и я знаю что планов у тебя не было." "Ну давай я все по порядку расскажу, - прервал Павел, - если ты знаешь, у нас в ГлавСбер открылось еще одно отделение, на площади. Это подальше, но в разумной дистанции. Люди еще нужны и я думаю это тебе как раз, по специальности." "Большое спасибо, я подумаю." "Тебе понравится, - подбодрил Павел, - дела у нас развиваются хорошо, все время открываем новые фонды, клиентура растет. Работа не просто за экранон, тут дело с людьми, много разнообразия." "А когда машину купишь то совсем недалеко ездить будет, - добавила мать. "Большое спасибо за предложение, - тихо повторил Асан, - я пойду прогуляюсь, мам." Поблагодарив за ужин и убрал тарелку в раковину Асан быстро удалился в прихожею и надев кросовки вышел из дома. Хотя был уже поздний вечер, прохлады не чувствовалось, на улице стояла духота. Многие люди выбрали это время для прогулки и можно было часто встретить прохожих но Асан пытался выбирать самые безлюдные улицы. "Не сейчас, встречусь со всеми завтра - решил он. "Все это не то, не то - мелькали мысли у него в голове, - посмотрите на звездное небо, огненные шары за миллионы километров. Манящая темнота меж ветвей деревьев. Шелест листьев и крик совы. Вот она, жизнь. Не в беттоных стенах прямоугольных помещених ГлавБанка. И что это Павлу так приспичило меня туда устроить, ему то что? На помощь обществу собрался? А взгляд лукавый. Банкир."

"Глазам не верю - Элли стояла прислонившись к автобусной остановке и радостно улыбалась. Асан подошел поближе, - Привет, ну вот и я." "А я уж подумала что пошутил, пришла бы сюда и стояла как дура. А ты бы сидел за сотни километров от сюда и смеялся." "Я тебе запомнился таким жестоким? - ухмыльнулся Асан. "Нет, но со временем это приходит. Куда идем?" "Давай просто погуляем."

"Нам на право - сказала Элли когда они пересекали дорогу по пути на бульвар. "Я не турист, я все помню - посмеялся Асан. "Знаешь, здесь многое что изменилось. Посмотри там, вдалеке. Куча подъемных кранов, они строят еще целый район. " "Там же раньше было поле, где мы когда то землянику собирали." "Его там уже нет, там будут жилые дома и торговый центр. А вот здесь открыли новый детский мир - Элли махнула рукой в сторону большого здания с яркой вывеской. Магазин имел несколько этажей и был окружен широкой парковкой которая была на половину заполнена. Здание было сероватого цвета, почти без окон и лишь яркие цветные буквы давали покупателю знать что внутри действительно могут находиться товары для детей а не больничные койки или тюремные камеры. "Быстро они устроились, - подумал Асан. Он попытался вспомнить что было раньше на этом месте. В голове всплывала картина маленького лотка с мороженный и лавочка под деревом, газон по бокам дорожки ведущей к палатке и фонтанчик для питья. Но он не был уверен, теперь все это было сложно здесь представить.

"Там нет ничего особо интересного, кроме погремушек, - обратилась Элли к Асану который продолжал смотреть в сторону здания, - пойдем дальше." Элли шагала быстрым и уверенным шагом как человек знавший округу и испытывающий чувство гордости в этом. "А вот там, видишь то синенькое - показала она пальцем, - это новое кафе. Кофе на любой вкус, со взбитыми сливками, или с мороженным. Очень вкусно." "Кискис?" "Откуда ты знаешь? - удивленно спросила девушка. "А у нас в универе такое же есть. Там в основном собирается молодежь в галстуках и с навороченными лаптопами и строят из себя деловых бизнесменов." "В нашем же Кискис чаще всего можно увидеть малолеток на каблуках такой же длинны как и рост их самих - надменно усмехнулась Элли, - Но не только, там вкусное мороженное и вафли, я тоже туда часто хожу." "Ну тогда давай я угощу тебя мороженным."

Асан и Элли сели за одним из столиков на веранде кафе. Они сидели напротив друг друга и теперь у Асана было время заметить изменения в своей старой знакомой. Черты лица не то что бы изменились, но уточнились. Веки подкрашены матовыми тенями а брови подведены карандашом. Челка аккуратно причесана на бок, волосы спадали до плеч. Новая Элли выглядела более уверенной чем та четыре года назад.

"Я хочу такую машину! - воскликнула Элли проводя взглядом пронесшуюся легковую по дороге, - а у вас многие ездят на Акурах?" "Честно говоря не знаю, я не особо разбираюсь в машинах." "Да я тоже, у меня ее никогда не было. Я просто знаю ту которую я хочу. Вообще конечно Лексус еще классный, но его нет смысла здесь покупать. Что бы по нем шумно проехаться по бульвару и похвастаться перед местной тусовкой в десять человек? Хорошая машина нужна в большом городе где надо действительно часто ездить и где есть куда."

"По правде это так кажется, я тоже так думал - сказал Асан чертя ложкой по пустому блюдцу, - А приехал и понял что идти там совсем некуда. Везде очереди, шумно и дорого. " "Конечно дорого, так во всех больших городах. Но не обязательно идти каждый раз в какое нибудь заведение, хотя бы просто погулять по улицам. Здесь у нас один бульвар и больше делать нечего, скучно." " А в лес? Я кстати туда бы очень хотел сходить." "Лес? - удивленно переспросила Элли, - опять? Просто я там бываю через день, ну ладно, можем сходить."

По дороге к лесу Асан то и дело оглядывался по сторонам. Сверкающие витрины магазинов, манекены безупречной формы в витринах пронизывающие пронзительным взглядом пластмассовых голубых глаз. "Прада", "Визажио","Максфактор" - все эти названия были прекрасно знакомы Асану. Те же названия которые он видел повсюду проходя по многолюдным улицам большого города. Куда же делся маленьких и уютный магазинчик безделушек тетушки Клары? А вот на этом углу раньше была палатка со свежими пончиками и добрый полный продавец всегда добавлял еще несколько штучек, "на дорогу". Чем теперь занимались эти люди? Ведь у них были семьи, их нужно кормить. "Нам налево - прервала его мысли Элли. "Зачем? Тут же тропинка." "Не, там теперь не пройдешь, там два года назад построили несколько домов с видом на канаву и продали по пол миллиона - сказала Элли с презрением, - если бы у меня бы были такие деньги, я бы сразу отсюда смотала." Они прошли чуть дальше и Асан увидел слева забор, на том месте где раньше были раскидистые ели. Справа от дороги домов не было но уже стоял трактор и виднелись несколько пней, строители явно расчищали участок. "Разве это не государственный лес, - спросил Асан, - как они здесь строят?" "Был государственный, заплатили деньги и стал проэктом Домката. Или просто договорились. Ведь люди глупые - им разрекламикруй место как пристижное и они на него набрасываются. А на самом деле на такие же деньги в том же Бортоне, где население почти семь миллионов, можно купить квартиру на двадцатом этаже с балконом и кондиционером. " "И с этого балкона смотреть на соседнюю стену? - усмехнулся Асан. "Ну хотя бы не на деревенскую канаву которую они назвали речкой. Еще бы сказали "горный проток", - Элли звонко рассмеялась но тут же ее лицо опять приняло озадаченный вид, - нет, здесь с деньгами делать нечего. А без денег темболее."

Они прошлись дальше немного по лесу и затем Элли сказала что ей надо было сходить куда то по делам. "Но ты выходи вечером, - сказала Элли когда они прощались, - все соберутся, там и Костик наверное будет, ты же говорил что хотел его видеть." "Да, я обязательно выйду, до вечера."

Зашев домой Асан увидел маму и Павла сидящих за столом. "А вот и ты, давай обедать, - воскликнула мать. "Ну как погулял? - спросил Павел. "Многое изменилось." "Да, город процветает, - гордо сказал Павел, - а наш новый отдел видел? На углу Римской и Повелецкой." "Нет, я туда не дошел. " Ну тогда в следующий раз, мы можем все вместе туда сходитъ." "И Асан тогда бы смог осмотреть место работы, - радостно добавила мать. Асан молча налил себе суп в тарелку и сел за стол, " я еще ни на что не соглашался", подумал он. "А если мы когда нибудь переедем поближе, то тебе будет совсем удобно туда ходить, - сказала мама ставя рядом с Асаном чашку чая. "Переедем? - Асан подумал про себя не понимая этих слов, подняв глаза он посмотрел на мать, пытаясь уловить объяснение в ее выражение лица. "Что то здесь не то, - гадал Асан, - она чего то не договаривает." Но мама так больше ничего на эту тему не добавила и разговор пошел в обычное русло - как прошел день у Павла на работе, когда заканчивается внутренняя отделка второго отдела Главбанка и о том как сын парикмахерши собирается заграницу но никак не может решится сообщить об этом своей девушке. Обед уже давно закончился но разговор продолжался и Асан с нетерпением поглядывал на часы. Разве Павлу не пора было уходить? Асан хотел поговорить с матерью на едине и вообще присутствие этого мужичка со сладким певучим голосом и маленькими глазками его стесняло. "У меня такое ощущение как будто он всегда пытается мне что то продать, - подумал Асан смотря на Павла, - такой конечно в жизни не пропадет, но обедать с ним не очень приятно."

Через некоторое время Павел наконец то распрощался и ушел. Асан проводил его взглядом и встал что бы налить чаю себе и маме, ему надо было продолжить разговор. "Мам, ты почему то все время говоришь о переезде, - прямо начал Асан, - что то случилось?". Мама обернулась и посмотрела на Асана, - сынок, ты же знаешь что я одна, зарплата у меня небольшая и я уже не молода, мне сложно будет найти новую работу если с этой уволят." "Мам, не волнуйся о деньгах, я скоро начну работать. Еще пару дней отдохну и сразу же пойду искать работу, я обещаю, - Асан вдруг почувствовал себя эгоистом за то что он очень давно не осведомлялся у мамы о деньгах. Лишних у него не было так как надо было платить за учебу и за квартиру и его работа в университете еле еле это все оплачивала, еще нужны были деньги на еду. Но он мог хотя бы узнать о том если у мамы всего хватало, но ему не припоминалось что бы он спрашивал об этом. "Мам, я все устрою, не волнуйся. Да и потом разве это будет дешевле платить за новую квартиру, нанимать грузчиков для перетаскивания вещей. Теперь знаешь какие цены на все? Мне тут Элли рассказывала что дома по полмиллиона стоят."

"Асан, - в голосе мамы послышался нервный оттенок, - мы с Павлом решили переехать вместе и подумали что будет удобней найти место поближе к центру." Что то екнуло в сердце и Асан застыл с чашкой в руках. Он понял что случилось что то плохое, что то чего он не хотел, но о чем он догадывался, но четкого восприятия сказанный слов еще не произошло. "Я об этом раньше не говорила, -тихо сказала мама, - потому что я не была уверена, а я не люблю говорить о вещах заранее, что бы не испортить. Я очень долго была одна."

Асан молча посмотрел на маму, на ее сухие и тонкие руки, маленькие плечи и родинку на щеке. Добрая, родная мама, которая в детстве читала ему на ночь Карлсона, которая делала ему молоко с медом когда он болел. Эта заботливая женщина которая любила свой садик с яблоней и своего сына. Пусть она была проста, нет она не читала цитаты Аристотеля или Шекспира. Она не стала доктором и не преподавала в университете, мама усердно работала в маленькой фруктовой лавке. Раскладывала фрукты по корзинкам, расставляла их по прилавкам. Она не знала из чего состоят черные дыры и что такое импульс в финансовых терминах, но зато мама делала милые подарочные корзинки, аккуратно кладя малину и голубику по форме медвежонка. Она любила поболтать с парикмахершей и читала женские романы, изредка подтирая слезу рукавом. Мама не читала Маркса или Волтера, но она умела любить и Асан за это любил ее. Поэтому мамины слова пронзили его внутри. Он не мог представить ее рядом с этим типом, в одной комнате, разделяющими одну кровать, еду, дом. Павел, которого интересовали корзиночки с медвежатами только как прибыльный товар, а яблони являлись препятствиями для расчищения земли под строительство. Павел, который из мелкого помощника, используя свой слащавый голос и безжалостную настойчивость, выплыл в заместителя директора. Мама, бедная, как же тебя обманули. Я знаю таких людей, сотнями. Они умеют стильно одеваться и красиво говорить, но душа, если она у них где то есть, давно завалена кучей бумажек и скрепок, из под чеков, счетов, резюме и контрактов. Это не такие люди, мама. Они не слышат шелест листвы или чириканье синицы под окном, не чувствуют аромат цветущей яблони.

"А когда? - вот и все что сумел сказать Асан. Он хотел сказать более, все о чем только что подумал, но не получилось, мысли не сформировались в предложения. "Вроде мы уже выбрали место, - весело сказала мама, радуясь что разговор обошелся так легко, - на Повелецкой, недалеко от бульвара." Да, без него уже все решили, понял Асан. Конечно, четыре года это долго, кто о тебе вспомнит через столько лет? У людей продолжается своя жизнь и ты больше не входишь в их планы. "На пятом этаже, просторный балкон - продолжила мама, - мы скоро можем сходить и ты посмотришь." "Так это квартира? - безразлично спросил Асан. "Ты сам знаешь какие дома сейчас дорогие, да и потом там удобное для всех место." Как они могли знать какое место для него будет удобным если его даже не спросили что он собирается делать. Конечно же, Павел все решил, Асан пойдет в новый отдел ГлавБанка, мама будет рада, будет гордиться Павлом - молодец мужчина, о всех позаботился, и даже неродного сына присвоил. Так будет удобно, Павлу. Он больше не будет один и вечером на кухне его будет ждать горячий ужин и тишина не будет устрашающе напоминать о неизбежной старости. "А как же яблоня?" Мама засмеялась, не сочла нужным отвечать на этот вопрос. Она была рада что сын ничего не спросил о Павле, о том как они будут все вместе жить. "Значит все уладиться, - радостно подумала она. Асан зашел в свою комнату и присел на кровать. Все происшедшее казалось мутным сном. Сном который часто приходит когда вы с нетерпением ждете какой то поездки и вот несколько дней до отъезда вам сниться эта долгожданная поездка но в ней начинают происходить кошмары. И небо серое, в аеропорту вас никто не встретил и вы теряетесь в безлюдном городе и не узнаете знакомых мест. Находите квартиру куда вам было нужно но она залита водой. Нет, подумал Асан, я еще не приехал, мне только надо проснуться и я снова буду у себя в маленькой комнатке с видом из окна на бетонную стену. Затем я сяду на самолет, прилечу домой, и все будет по-другому. Мама будет дома, поливать цветы, в духовке будет готовиться плов и на столе закипать чайник. Все будет так как было всегда. Не будет запакованной коробки маминых вещей в коридоре. Мама не будет вынимать чайные сервизы из шкафа укладывать комплекты постельного белья по пакетам. Павел ни разу не был у нас дома и мы лишь общались с ним по делам в банке. Мы не переезжаем, не бросаем наш сад с яблоней и кусты роз. Это все не так. Но тут же мысли трезвели и сон становился реальностью. "Так всегда бывает, - с горечью подумал Асан, - когда с нами случается что то плохое то мозг еще не привык к этой грусти и поэтому вместо того что бы ее чувствовать, он пытается он нее избавится говоря себе что это сон и как только вы проснетесь то все станет на свои места. Так было когда мне было очень грустно в дали от дома и иногда было так плохо что сложно было вынести эти эмоции и тогда казалось что надо всего лишь проснуться и тогда я бы очутился дома. Так же кажется и теперь." Асан чувствовал себя в совершенно безвыходном положении. Ему уже представилось все его печальное будущее которое будет продолжаться на прояжении многих лет. Они переедут вместе с Павлом в квартиру где у Асана будет только своя маленькая комната, так же как и последние четыре года, с видом на соседнюю стену. Утром он будет уходить на работу в банк. Подписывать бумажки, складывать цифры, во весь рот улыбаться клиентам и уверять их что тот фонд в который они вкладывают самый надежный - ведь ГлавБанк любит своих клиентов как родных и заботится об их будущих сбережениях. Разве они сумеют их когда нибудь подвести и в конце года выслать отчет на котором подведенный итог красным шрифтом будет указывать убытки в пятнадцать процентов? В шесть часов Асан будет приходить с работы домой и быстро поев запираться опять у себя в комнате. Больше ни где ему не будет место - с момента как они переедут, у него не будет своего дома, эта квартира будет ему чужой, в которой будет обитать совершенно чужой человек. За ужином Павел будет рассказывать о том как ацкии Газпрома идут вверх но мало кто знает что через недели две они скорее всего упадут в цене и поэтому следует их продать сейчас что бы затем купить обратно. Мама будет улыбаться и кивать головой, ведь она ничего не смыслит в финансовых играх но она будет рада что Павел все знает и делает все как лучше. "Как Павел нам помогает, - будет говорить мама, - он многое для нас сделал." Не для нас мама, не для нас, а для себя, но ты этого не поймешь, ведь ты такая хорошая. Как же ты так... Асан не хотел больше оставаться наедине со своими мыслями и он решил позвонить Элли. "Где вы? Хорошо, я скоро подойду." Асан быстро оделся и вышел из дома. Когда он выходил то увидел как мама на кухне продолжала доставать сервизы из комода. "И зачем они нам нужны - подумал Асан, - к нам больше никто не придет. У Павла нет друзей, только должники."

На улице было уже темно и зажглись фонари. Асан шел по пути к лесу, где он договорился встретиться с Элли. Как только Асан свернул с дороги и вышел на тропинку то сразу почувствовал запах травы. На маленькой поляне между деревьев располагалась компания подростков. Три парня, двое из них в кожаных куртках, и две девчонки, стараясь удержаться на каблуках на сырой земле. "А мы когда то, в этом возрасте, - вспомнил Асан, - на этой вот полянке с Костиком распиливали бревно что бы можно его было утащить домой. Оно, как утверждал Костик, было самое подходящее для модели меча семнадцатого века. Разве им интересно вот так вот тут просто сидеть и ...впрочем какая разница. Пусть веселятся сейчас, если им так нравится. Пусть смеются, гуляют всю ночь, обнимают своих девчонок с темных аллеях. Пусть они вдыхают аромат шмали и видят небо оранжевым, думая что вся жизнь у них впереди. Пусть им будет хорошо сейчас, потому что кем бы ты ни был, эллюзии детства в конце концов растают и станет ясно видно серые стены которые нас окружают."

Все сидели на бревнах вокруг костра, было человек десять. Асану было знакомо лишь несколько лиц но это не мешало незнакомцам наброситься на него с вопросами о "том большом городе." Асан не стал вдаваться в объяснения и попытался описать все в общих терминах, ему не хотелось распространять на всех свою злость. "Так у тебя там еще осталась квартира, - поинтересовалась одна из присутствующих, - пригласи нас." "К сожалению уже нет, я только снимал." "Жаль! - сказала она и надула губки, - но давайте все равно поедем, ты нам все покажешь, а то мы там одни конечно потеряемся. Как только приедем, я сразу иду в Марциано, там наверное все носят?" "Очень ты им нужна, - засмеялась Элли, - у тебя в Марциано даже на носки денег не хватит." "Если своих денег не хватит, то найду того кто заплатит, - ухмыльнулась девушка. "Ладно, Наташ, хватит прикалываться - серьезно сказала Элли, - но поехать действительно надо. Не будет же мы здесь все лето торчать. Тут даже если деньги и есть, то сходить все равно некуда."

"И куда это мы все собрались? - раздался голос сзади. Асан обернулся и при свете костра увидел парня стоящего у дерева, в модной кожаной куртке и фирменных джинсах. "Костик! - воскликнул Асан. "Тот самый, - улыбнулся парень и подошел ближе, старые друзья обнялись и пожали друг другу руки. Затем Костик поздоровался с девчонками, поцелуями в щеку. Костик устроился на бревне возле Асана и достав сигарету из пачки, закурил. "И на долго вы к нам, - улыбнулся он. "Планов уезжать пока что нет." "Это радует, а то как я вижу, все остальные уже куда то собрались" - сказал Костик выдыхая табачный дым, - пива что ли?" Костик наклонился к рюкзаку стоящему возле ног и достал оттуда картонный ящик пива, "желающие?". Он вытащил две бутылки, и протянув одну Асану, отодвинул ящик в сторону, "разбирайте". Ящик быстро опустел, разговор в компании продолжился. "И чем ты собираешься заниматься? - спросил Асан делая еще один глоток из бутылки. Асан посмотрел на собеседника. Пламя костра хорошо освещало его лицо и было можно разглядеть жесткую щетину на щеках, отблеск серебренной цепочки на шее и пронзительный взгляд. Асан помнил его совсем не таким, четыре года назад это был худой парнишка, неопрятно одетый в слишком длинную футболку которую ему купила мама, и в кроссовках со шнурками тянущимися по полу. " Еще не уверен, - сказал Асан, - мне Павел, который из банка, предлагал работу, он теперь..." "Да, я слышал, мать сказала, женщины любительницы сплетничать, и в таком маленьком городе все новости известны не позже чем на следующий день." Асан нахмурился, ему стало неприятно от мысли что решения его матери были известны всем до того как она успела ему об этом сообщить. Для него эта новость стала шокирующей тогда когда все уже успели ее обсудить и прокомментировать. "Только я еще не решил, если честно, то я даже еще и не пытался задуматься о том что я буду делать дальше. Как то казалось что все само собой уладиться, но это оказалось не так." "Правильно, подожди пока с решениями, ведь надо все обдумать - серьезным тоном сказал Костик, - разве ты хочешь каждый день вставать пол восьмого что бы через час уже сидеть в офисе?" Асан ухмыльнулся, - да уж, вот она наша мечта." " И я о том же, это не жизнь - уверенно сказал Костик, - я вижу как все прыгают возле босса в надежде что их когда нибудь повысят. Может быть, через десять лет. Сидят за экраном в коробке метр на метр и думают что чего то добились в жизни. И потом с гордостью восклицают, а я работаю в ИБМ!" Слова Костика, описывающие будущее работы в банке, не былин полны оптимизма, но Асану было приятно слышать их, так как наконец то он видел перед собой человека который его понимал. "Просто жалко смотреть, - продолжил Костик, - как эти люди трясутся за свои никчемные места, боясь даже попросить один день отгула в день рождение своего отца." "Ты совершенно прав, - согласился Асан, - на моей программе все эти четыре года люди тратили все свое время на то что бы скорее попасть в это квадратное пространство в котором они проведут остаток своей жизни. Они уже на первом курсе подготавливались к своим мечтам, надевая пиджаки и галстуки. Как будто от того что они одели на себя костюм к ним бы тот час же подбежал на улице начальник какого нибудь СберБанка и предложил работу."

"Многие люди не особо отличаются интеллектом, - грустно усмехнулся Костик, - но ты меня понимаешь." Во время разговора Костик за каждым предложением делал очередной глоток из бутылки пива и алкоголь уже начинал воздействовать, его речь становилась более оживленной. "Мы конечно давно не виделись, - продолжил он, - но я друзей не забываю и на тебя я всегда мог положиться. Людей которым можно доверять я никогда не забуду, не подведу, - он внезапно прервался и несколько секунд молча смотрел на завораживающие пламя костра. "Как мне этого не хватало, - радостно подумал Асан, - такого теплого и искреннего разговора о тех вещах которые в жизни действительно имеют значение. А не о том какой минимальный бал нужен для поступления на МБА." "Ведь у меня никого почти нет, - произнес Костик продолжая смотреть на костер, - все эти знакомые, встречи, звонки - их так много, но разве кому нибудь из этих людей можно доверять? Все они так дрожат за свои мелкие работы, за свои две тысячи в месяц, что наверное если у меня посреди дороги сломается машина во время рабочего дня, никто из них не отлучится на пару часов мне помочь. Я это вижу, по их глазам, этот вечный страх перед авторитетом. Они умеют громко гонять на своей машине и грубо отвечать своей девушке, но при виде номера босса как только зазвонит мобильник, они трепещут." Асан молча слушал своего собеседника и не нашел что ответить, ему показалось что в какой то момент Костик перестал замечать происходящее вокруг и больше говорил сам с собой. Его глаза, устремленные в сторону желтого пламя, казалось смотрели куда то вдаль и видели совсем не то что его сейчас окружало.

"Но я не хочу ни от-кого зависеть, с чего бы это у кого нибудь могут быть права надо мной? Будут решать во сколько мне вставать, что мне делать, сколько мне получать. Нет, Асан, я после школы пошел в универ на год, да потом понял - это все я делаю не для себя, а для того что бы затем работать на толстого мужика сидячего в кресле." "Я тоже многое через год понял, - воскликнул Асан, - но было уже поздно. Уже были долги, надо было продолжать учиться и в остальное время работать. Или просто я боялся что нибудь изменить, я не знал чем займусь если брошу универ. Но я точно знал что это все не то, все эти галстуки, дребезжащие мобильники, пустые собрания по пятницам полные бесполезных высказываний, и все это в бетонных кубических пространствах. Это все зло, это отдаляет человека от его естественной природы." "Мы с тобой на одном пути, - утвердительно качнул головой Костик, - я давно понял что каждый сам за себя, нужно быть самодостаточным, иначе ты становишься рабом. Нужно иметь свое дело. Когда я это понял то сразу бросил универ и начал продавать машины, с тех пор тем и занимаюсь. Мы с тобой давно знакомы, ты хороший парень, я знаю что на тебя можно положиться, так что давай лучше со мной займись делом, чем сидеть в пыльном офисе, да еще и с Павлом." "Машины? - усмехнулся Асан, - конечно спасибо за предложение, но только.... только мне кажется что я не гожусь для этой роли, я не умею ни на чем настаивать. Ты совсем другое дело, так солидно выглядишь, убедительно- улыбнулся Асан оценивая прикид своего приятеля. "Вот еще проблема, - засмеялся Костик, - в этом то все и дело, люди в основном, как стадо овец. У них нет своего мнения. Или как обезьяны - тянутся ко всему блестящему, пусть это будет пустая стекляшка. В этом то и весь прикол - одел кожаную куртку, ты теперь уже пацан. Добавил наручные часы- вот мужик. Закури сигару и ты джентльмен. Уметь ничего не надо, надо прикидываться что ты умеешь и знаешь, проверять это никто не будет. Надень на одну из макак шапочку из фольги и все остальные ей будут подчиняться." "Это уж точно, - согласился Асан, - люди хотят считать себя высшими созданиями, в то время как тряпки в их обществе играют главную роль." "Главное что бы у тебя они не играли главную роль, нужно только делать вид - Костик вытянул левую руку, показывая собеседнику большие серебренные часы, - убеди людей что ты успешен и умен, и сразу появятся клиенты. Клиенты значат деньги, а именно это и есть то что нужно для самодостаточного существования. Теперь у меня они есть, и мне плевать на всяких менеджеров в галстуках." "Деньги, деньги - подумал Асан, - он прав насчет самодостаточности, но деньги тоже зло, они легко могут утянуть за собой, как зыбучие пески. "

"А что насчет твоей коллекции мечей, - вдруг вспомнил Асан, - там прибавилось что то новое?" "Да не, - ответил Костик, - сейчас у меня времени не хватает, я очень занят. Вот когда все уладится, когда у меня будут стабильные клиенты -я уже сам не буду работать, а найму людей. И тогда я смогу заниматься чем угодно, может быть съезжу в Грецию."

Домой Асан ехал с Костиком. Сидя на переднем сиденье, он рассматривал интерьер машины. Кожаное покрытие, затемненные стекла, новая аудио система с суббуфером занимавшим пол багажника. Все как надо. Конечно у Костика в его кожаной куртке и серебреных часах могла быть только такая машина. Не то что на кожаных креслах было более удобно сидеть а громкость суббуфера улучшала музыку, но это все нужно было для другой цели. Ведь Костик работал с людьми, он был у них на виду. А люди, как известно, всегда смотрят на чужое добро, оценивают, сплетничают. Значит надо что бы все выглядело так что бы другие одобрили, восхитились, свистнули вслед, завидовали. Костик был неглупый парень, смекалистый. В десятом классе он лучше учителя знал историю западной Европы. Костик лучше всех разбирался в мастерстве средневековых мечей. Костик был неглупый парень, теперь он понял что история не приносила прибыли, прибыль приносили вольцвагены и аудио. А прибыль значила свободу, независимость от всех этих завистливых людей. Прибыль значила серебряные часы, кожаная куртка и дорогие кресла. Конечно можно было бы обойтись и без всего этого, но так уж было устроено, пришлось приобрести. Оставался день до переезда, сегодня надо было собрать все оставшиеся вещи в коробки, помыть полы, протереть окна. Дом был выставлен на продажу, значит нужно было его привести в порядок. Мама мельтешила из угла в угол, то и дело перезваниваясь с Павлом который уже перевозил вещи на новую квартиру. Асан медленно доставал свои вещи из шкафа, он не знал что взять. "Как можно минимум - все время напоминала мама, - места у нас будет меньше, а у нас завалялась куча ненужного барахла, его пора просто выбросить." После завтра Асан начинал работу в ГлавБанке. "Поначалу конечно может скучно показаться, - говорил Павел, - но потом вверх пойдешь, будешь уже и сам с клиентами делать переговоры. Этому спокойно можно научиться за три месяца, ты парень смышленый." Уже через три месяца он сам сможет втирать людям то что благополучие будущего их и их семьи зависит от того сколько они вложат в Евро-фонд, который в среднем за последние три года был в минусе на десять процентов, но об этом, людям заботящимися о благополучии их семьи, знать конечно не следовало.

Месяцев через пять, наверное он, Асан, сможет купить себе машину, новую, хорошую, договорившись с Костиком. Тоже с затемненными окнами и саббуфером. И тогда он сможет сам ездить в ГлавБанк и надев пиджак подороже, его слова станут более убедительными. На машине Асан сможет съездить с Элли в большой город, она пройдется по магазинам, посмотрит на сногсшибательные небоскребы, такие же сногсшибательные цены и затем сводив ее в ресторан и поев крабов, он сможет отвести ее в номер гостиницы. Жизнь налаживалась.

"Асан, - голос мамы прервал его мысли, - сбегай за порошком, пожалуйста. Нужно будет помыть полы." "Да, мам - машинально ответил Асан. Он тут час же надел кроссовки, взял кошелек и ключи и вышел из дома.

Было около полудня, на улице стояла знойная жара. Асан оглянулся и посмотрел на яблоню в саду, от нее на землю падала прохладная тень. Асан прошел по тропинке к калитке, тюльпаны по бокам утоптанной дорожки улыбались ему на встречу. Юноша вышел на улицу и собирался уже свернуть на право, в сторону прилавка, но какое то неизвестное ощущение манило его в другом направлении. "Прогуляюсь, - подумал Асан, - собраться еще успею." Асан прошел дальше по улице, не думая о том куда именно он направлялся. Асан все шел и шел, иногда сворачивая, следуя внутреннему чутью. Дома и прохожие стали попадаться реже, по бокам дороги начались заросли кустарника. "Где я? - подумал Асан, оглядываясь вокруг он не узнавал местность, - это должно быть конец города. А вон и мост!" Асан вдруг заметил знакомый ему мост по которому он вернулся домой и то шоссе по которому он ехал на такси. "Странно, как это я вышел именно здесь." Асан взобрался по каменным ступенькам и взошел на мост. Здесь, на открытом пространстве, ветер дул в лицо. Было слышно журчание реки внизу, шум колес изредка проезжавших машин. Мост переходил через овраг который располагался между двумя буграми и отсюда был хорошо виден весь дорог. Вон там, за куполом старой церки, где то находился домик Асана и сад с яблоней. Только это теперь было в прошлом, воспоминания детства, новая взрослая жизнь начиналась в квартире многоэтажного бетонного здания, с видом на соседний дом. Вдалеке виднелись верхушки деревьев, это был тот самый лес знакомый Асану с детства. Рядом, нависая над елями, виднелись длинные шеи подъемных кранов. Бульдозеры раскапывали землю, вырывали с корнем ненужные столетние дубы - им пора было посторониться и дать место новым поколениям людей, которые хотели жить в новых квартирах и ездить на новых машинах. Экскаваторы разбрасывали по сторонам кусты и поляны проводя новые дороги и заливая их бетоном. Город процветал. Асан привстал на перила, что бы было лучше видно, и смотрел в даль. Мелькали детские воспоминания но они быстро затмевались картиной нового города перед глазами. Вспомнилось звонко смеющееся лицо Элли но тут же на место его пришло новое, с густо накрашенными ресницами и надменной ухмылкой. Вспомнился и Костик в своих коротких джинсах с протертыми коленками но картина тут же изменилась и теперь отчетливо был виден уверенный и расчетливый молодой бизнесмен в фирменной одежде и наручных часах от Праги. Детство теперь было далеко позади и начиналась новая взрослая жизнь, начиналась та долгожданная свобода и молодость, полная приключений. Детские игры и глупости можно было теперь забыть, ведь впереди ожидали быстрые машины, модные куртки и длинноногие девушки. Теперь все это было просто, возможно, разве он, молодой и умный парень, не сможет обхитрить их всех и добиться своего, добиться успеха. Окончены четыре года нудного образования, хорошо оплачиваемая работа уже найдена. Разве теперь красавицы с игривыми улыбками не потянутся к нему, ведь добиться их сложно лишь для дураков, как говорил Костик. Нужен всего лишь хороший прикид, который доступен в любом нормальном магазине и пару остроумных фраз, а за ними, такой начитанный парень как Асан, в карман не лазил. Будут и поездки в Грецию, ужин в кафе на берегу средиземного моря, пиво на пляже и легко доступные молодые туристки. Будут так же и серебренные часы как и у Костика, важные собрания в ГлавБанке и свое собственное имя на хорошо оформленной бизнес карточке. Все это уже наступало, Асан был частью процветающего города в котором бурлила жизнь, в душе у Асана бурлила молодость. Вещи о которых раньше можно было только мечтать становились возможными, теперь ему уже не придется быть замкнутым в себе ботаником и ходить в одной и той же футболке, теперь он становился привлекательным молодым человеком, личностью. Будут и важные встречи с клиентами, дорогие солнечные очки и затемненные окна в машине для вечеров пахнущих женскими духами. Все это будет, но пускай только не у него. Асан отпустил руки от перил и переставил ногу выше и затем шагнул в за борт моста, в манящую даль. Слышались звуки изредка проезжающих машин, где то подъемный кран опускал бетонные плиты и было слышно как они ударялись друг об друга. Далеко внизу бурлила река, ее потоки весело бежали то и дело расплескиваясь о камни. На улице стояла знойная жара, изредка поддувал теплый июльский ветер. Солнце сияло.