# Работы четвёртого конкурса(девочки)

Шпилька-Конкурс

Шпилька-Конкурс

Работы четвёртого конкурса(девочки)

Origin: http://samlib.ru/a/arhiw_eksperikona/rabotyn1.shtml

Создан: 15/02/2013, изменен: 29/04/2018, 139k

Статья: Проза

Series: @Архив Шпильки-4

____________________________________________________________

© Copyright Шпилька-Конкурс(suzetta@narod.ru)

Добавление работ: Хозяин конкурса, Голосуют: Номинанты-4

Жанр: Любой, Форма: Любая, Размер: от 2k до 10k

Подсчет оценок: Среднее, оценки: 0,1,3,5,7,10

Аннотация:

## Журнал Самиздат: Шпилька-Конкурс. Ежеквартальный Экспериментальный Конкурс

Конкурс. Номинация "Номинация, девочки, тема: "Карты, деньги, два ствола" ( список для голосования)

Список работ-участников:

1 Аникеева А. Брюльки и немного шумно   7k   Оценка:9.00*4   "Рассказ" Приключения

2 Бондарева О.И. Трое и зелень   10k   Оценка:9.53*4   "Рассказ" Проза, Приключения

3 Frost V. Боевик "Красиво уходят в закат"   10k   Оценка:9.00*7   "Рассказ" Проза

4 Петрова О.А. Ш-4: Фокусник   10k   Оценка:9.00*3   "Рассказ" Проза

5 Калугина Л. Ш-4: Отнюдь   10k   Оценка:7.53*24   "Рассказ" Проза, Приключения, Сказки

6 Ида М. Подфартило   10k   Оценка:9.00*4   "Рассказ" Юмор

7 Мудрая Т.А. Сплошные антиномии   10k   Оценка:10.00*6   "Рассказ" Проза, Фантастика

8 Васильева Т.Н. За баб-с!   10k   Оценка:8.93*5   "Рассказ" Проза

9 Юрина Т.В. Ш-4. Недоигранная партия   10k   Оценка:8.00*3   "Рассказ" Проза

10 Леля Р. Музыкант   5k   Оценка:9.00*3   "Рассказ" Проза

11 Карелина А.В. Я и мой друг Джонни   10k   "Рассказ" Проза

12 Фельбер Д.В. Home, sweet home   7k   Оценка:10.00*4   "Рассказ" Проза

13 Крутоус К. Ш-4. Семейное достояние   10k   "Рассказ" Проза

14 Елина Е. Миссия невыполнима   6k   "Рассказ" Приключения


## 1


Аникеева А. Брюльки и немного шумно   7k   Оценка:9.00*4   "Рассказ" Приключения

> - Чёрт! Чёрт побери, вот дьявол! У ног ещё раз трепыхнулся почти труп. Всё, теперь точно труп. По франтовской рубашке расплывается паршивое пятно. Я крутанулся направо-налево - откуда его достали? - и углядел короткий отблеск в окне напротив. Не надо бы дёргаться, но я всё равно шмальнул наугад пару раз. Ясен пень, без толку - этот урод уже удрал. А я остался в навороченном кабинете Дона. Один. Хотя нет, на пару с трупом парня, который десять минут назад должен был приволочь Дону сюда, в этот самый кабинет, камней на полмиллиона. Ну всё, ну попал, надо резко делать ноги; вы как хотите, ребята, а я на главную роль в анатомическом театре не рвусь, другие планы на вечер. Это я додумывал, обыскивая карманы трупа, а потом, уже на ногах, тыча пальцем в кнопки на сейфе. Ни хрена нет; пусто, как у боксёра в черепушке. Красиво, гады. Подстава первый сорт. Когда сзади мелькнуло, я рванул с бедра Сигму, развернулся и отправил парня с пушкой к чертям прямым рейсом. Второй тоже сполз по стене, затылком размазывая кровь. А вот третий с порога застрочил, как маньяк, прошивая дубовую мебель, так что пришлось прыгнуть за шкаф, где я скрючился, отдавив сам себе ногу. За щёлканьем пуль скрипнула дверь. - Чейз, ты что, думаешь, это весело? Или тебя заклинило? Тут никого нет. Сказал и сделал неправильный шаг влево, и я снял его, а потом и Чейза, который, застряв пальцем в спусковом крючке, припадочно дёргал рукой. Он сник и так и повалился в обнимку с пулемётом. Вроде чисто, идти можно, только б о ребят не заляпаться. Я обернулся взглянуть ещё разок. А модная была комнатка, ничего так, стиль викторианский Лас-Вегас. Бульдога я заметил поздно. Мелькнул пиджак гармошкой и вздёрнутый рукав - и тут же поперёк шеи встряло бугристое предплечье, а на затылке я почувствовал его ладонь, вроде мокрой подушки, набитой щебнем. Чёрт, замок намертво, одно движение - и мне свернут шею. - Ага, не дёргайся. Сигму быстро отобрали, запасную тоже. Даже пару гранат, хотя я их так, на чёрный день. Дверь стукнула, и в проёме появился небеспонтовый костюмчик, в голубизну белый воротничок, лакированные туфли, и что-то мне совсем не хотелось всего этого видеть. Следом ввалилась шайка ребят вроде Бульдога. Дон обвёл глазами кабинет, покосился на стену. На обоях подсыхали мозги. - Я смотрю, Марку совсем башню снесло, - заметил он. Сзади подхалимски хихикнули. Огромный бриллиант с холёного пальца засадил мне лучом прямо в глаз и, пока я промаргивался, меня остервенело обыскивали. Дон - это вам не барахло, Дон работает по-крупному. Он щёлкнул пальцами - появилось кресло, такое же блестящее и лоснящееся, как и сам. За спиной у него пять, нет, шесть ребят и чикса. Блонди высший класс, сапожки до колена, шортики... пояс с блёстками на самых бёдрах, ммм... Бульдог чуть не хрястнул моими позвонками от избытка чувств. Чёрт, полегче, парень... Так можно и воротничок помять. Вместив себя в кресло, Дон огляделся, вздохнул и значимо произнёс: - Это японские обои, - он пальцем обвёл комнату, - чистый шёлк, вытканный нежными-нежными ручками азиатских девстенниц. Ты хоть знаешь, что они мне стоили? - Дон... Дон, меня подставили... Он был занят сигарой, аккуратно доставая её, поглаживая и раскуривая. Кто-то подпихнул на ручку кресла пепельницу. - Я здесь случайно, я не знал... правда... тебе моя голова ещё пригодится, Дон, - что за жалкий хрип, самому противно, - скажи Бульдогу, чтобы не откручивал. - Голова... - он постукивал пальцем по сигаре, стряхивая пепел. - Слушай, Райт по кличке Дикарь, а зачем тебе вообще голова? Вот скажи, а? Знаешь, зачем большой вселенский Папа придумал эти смешные дыньки на отростках? Не просто так, нет. Головой нужно думать, Райт. А если ты думать не умеешь, тебя гасят. - А если умеешь? - Тебя гасят чуть позже, - он весьма любезен. - Так какой у нас расклад? Мой курьер мёртв, ты здесь, а мои камешки - нет. Вот и чем ты думал, когда подрядился на такое? Кто тебя послал? В ушах опасно зазвенело. - Никто... шшш, никто, честно! Чёрт... - Рич Теос, - задумчиво проговорил Дон, теребя сигару, - вот кто. Этот скользкий ублюдок. У него есть люди, есть имя, есть пара крупных дел, а теперь, похоже, и мои полмиллиона, но у него нет лица, я про гадёныша ничего не знаю! - он развёл руками и скорбно покачал головой. - Меня это расстраивает. Серьёзно. Тебя тоже должно это расстраивать, Райт, ты разве не чувствуешь? Я чувствовал. Хорошо чувствовал. - Да я... Я сам его ищу. - В моём доме? - он затянулся под завязку и выдыхал минуты две. - Совсем туго. Попробуй ещё раз. Блондинка, шикарно виляя шортиками, проплыла к дивану и опустилась на подушки, закинув ногу за ногу. Бульдог сглотнул и ослабил хватку. Итак, один у двери, один в кресле у книжного шкафа, по одному справа и слева от Дона, один у стеклянного столика стоит, широко расставив ноги, и один подбрасывает ножичек, присев на подоконник. Шестеро. Надеюсь, Бульдог тщательно зарядил пушку. Я сунул руку у нему за пояс, первую пулю послал туда же, назад, потом уложил двоих у двери, отходя за шкаф. Дон скользнул под стол, но двоих секьюрити я достал. Резче надо быть, ребята, резче. В дубовые доски застучало. Я высунулся с другой стороны и распластал ещё одного по журнальному столику. Надо же, какая мебель прочная, рожа в мясо, стеклу ничего. Спросить, что ли, каталог. С подоконника прилетел нож, но мимо, я развернулся и ответил снарядом помельче. Парень откинулся и залепил в окно затылком. Всё-таки разлетелось. Нет, ну его, этот каталог. - Хватит. Если б я не дёрнулся, мне продырявило бы шею. Так всего лишь жгуче мазнуло по пальцам, вышибив пушку. Я замер, потом медленно повернулся. В руке Дона чистенькая Беретта, в каменном взгляде как будто сквозит недовольство. - Я вижу, ты совсем дурак, Райт, - спокойно сообщил он. Я видел кое-что другое. За его спиной красотка, по-кошачьи изогнувшись, потянулась к своему сапогу, потом подняла руку - сухой щелчок пригасил Дона и повалил на пол. Блондинка небрежно отбросила пистолет на подушки. Хищно улыбнулась. Провела пальчиком по своему поясу, с которого отклеился, сверкая, один из бриллиантов. Она встала и прошлась ко мне, перецокивая ножками, как первостатейная скаковая лошадка. Я бы на такую поставил. - Меня зовут Рич, - она ослепительно сверкнула зубками и подалась ко мне. - Рич Теос. Неплохо сработано, Дикарь. Пойдёшь ко мне в банду? Хороша она. Серьёзно, чертовски жаль. Я плавно притянул её за руку, развернул... щёлкнул наручниками. Она взвизгнула, спружинила, как кобра, и едва не вырвалась. - Стоять, полиция. При исполнении, детка!


## 2


Бондарева О.И. Трое и зелень   10k   Оценка:9.53*4   "Рассказ" Проза, Приключения

Я на цыпочках просунулся из квартиры в подъезд и притворил за собой дверь. А она, подлюка, звонко щёлкнула замком.

- Вячеслав! - раздался приглушённый льющейся водой голос матери. - Ты куда? Вернись!

Но я уже кубарем скатился по лестнице и выскочил на улицу. Завернул за угол и перевёл дух: фу-у, выбрался.

Ничего, долго мать злиться не станет. У неё намечается очередная свиданка с этим её жирно-белозубым Фрицем - не зря два часа в ванной торчит. А мне не кайф слушать полночи, как они возятся за фанерной стенкой нашей хрущобы, потом бегают в душ через мою проходную комнату, громко шепча и смеясь, бабахают шампанским и шуршат фольгой немецких шоколадок. Я накрываюсь с головой, чтобы не видеть бледного складчатого тела Фрица, нависшего над трусами. И не ругаться с матерью назавтра: чего там, у неё своя жизнь, а Фриц не жадный. Вот бы она ещё меня оставила в покое, не приставала с уроками и не заикалась про колледж. Я-то знаю, что ей не оплатить учебу, а на бесплатное я точно не поступлю. Так нафиг башку засорять?

- Привет, - буркнул кто-то над ухом, и я аж подпрыгнул.

- А, это ты...

- Чё трясёшься, опять мать пасёт? - Дашка усиленно жевала жвачку, будто решила непременно её съесть. - Хавчик принёс?

- Котлеты. Будешь?

Даша шмыгнула носом, но не устояла:

- Дай одну.

Плюнула резинку и сразу запихнула котлету в рот. Я смотрел, как она жадно глотает, почти не жуя - в отличие от жвачки. И смотрит на пакет у меня в руках, но крепится.

Дашка ужасно некрасивая, но нам с Илюхой почему-то её жалко. Прыщавая, с вечно немытыми волосами, собранными в пучок, не толстая, а какая-то квадратная, бесфигурная. Ей четырнадцать, и она твердит, что когда вырастет, станет моделью, но никто не верит. С чего бы? Мамаша у неё точно такая же: ширококостная, грузная, крикливая тётка. Разве что, ещё с багровым лицом и мутным от выпивки взглядом. И с тремя детьми от разных папаш, которые отпрысков и не видели.

Они живут в бараке, в одной комнате с краном холодной воды, газовой плитой и тремя кроватями. Стол поставить некуда - едят на подоконнике. Туалет на улице. Сейчас у них стало свободнее: старший брат ушёл в армию. Дашке прибыль: она донашивает его кожаную куртку и почти новые, неаккуратно укороченные спортивные штаны.

Но я у них все равно не могу бывать: младший, трёхлетний Ваня, всё время орет от голода. Даша говорит, что устроится на панель, и тогда им будет хватать еды и красивой одежды. Мы смеёмся: кто её, такую страшную, туда возьмёт? Она только и может, что помогать черномазым дворничихам - а вернее, делать почти всё за них, - и те чуток платят. Тогда Дашка покупает много батона, жвачку и черные карандаши, которыми зачем-то рисует себе на веках толстые кривые стрелы.

- Ладно, пошли, - сказала Дашка.

Мы двинули в сторону заброшенных частных домов. Их расселили еще в прошлом году, под снос. Собираются расселять и бараки - Дашкина мама мечтает о трёхкомнатной - но всё никак. Бомжи там не живут: милиция шмонает. А нам что? Мы дети. Словят - отпустят домой. Мы и вернемся в Илюхину новую квартиру. Как отчим его из дому выжил, так он туда перебрался: в пустых хатах полно старых тряпок на одеяла, есть даже продавленная панцирная кровать.

Мы повернули в переулок - и кинулись наутёк. Но дорогу уже перекрыли. Здоровенный Муха одной рукой схватил меня поперек туловища, другой Дашу за шиворот.

- Та-ак, - протянул, подходя, Белый, главный среди нашей взрослой шпаны. Ну, какой взрослой - таких, кто косит от армии или только вернулся. - Что в кульке, показывай!

Белый никак не может нам простить одной из Илюхиных затей. А тогда классно выглядело...

Однажды Илюха нашёл в брошенном огороде куст конопли - давно, ещё его мать жива была, и он жил дома. Осенью собрал семена, а весной мы вскопали небольшую грядку и посадили. Всё лето, как проклятые пропалывали, поливали, прятали. В августе выдрали развесистые кусты, порубили, высушили. Получилось много. Первым делом пыхнули сами, на пробу: торкнуло. Вечер хихикали и подсчитывали прибыль от продажи травки. Крутой фильм все смотрели, видели, сколько это бабок приносит... Илюха продал Белому и его пацанам кило дури.

А назавтра светил фингалами под обоими глазами. Оказалось, это не конопля, а какой-то вид лебеды. Ну, похоже немножко. Мы чё, ботаники? И чё было так беситься? Бабки-то мы вернули.

Белый заржал, увидев котлеты. Да, это не выручка, которую мы как-то спёрли у карточного кидалы, а шпана отняла.

- Отпусти их! - грозно рявкнул тощий рыжий Илья, вдруг появившись из-за забора. - А то пальну.

Он, и правда, целился из пистолета.

Белый фыркнул:

- Ой, боюсь!

Илюха молча нажал на спуск.

Пуля срикошетила о камень под ногами Мухи и выбила кирпичную шрапнель из стены рядом с моей головой. Мы запоздало пригнулись: звук - точно как из фильмов о войне. Блин!

Шпана порскнула в стороны и сгинула. Ну, нафиг. Я бы тоже удрал, но чё-то ноги стали как ватные.

- Илья, - заикаясь, сказала Даша, - откуда это?

- От жмурика, - мрачно ответил тот. - Пошли покажу.

Труп лежал ничком в забитой хламом кухне Илюхиного дома. Под ним чернела лужа уже свернувшейся крови. Всё было ясно и так, но мы стали задавать глупые вопросы:

- А он точно того?

- Холодный уже.

- А как он сюда?

- Видишь, окно разбито. Влез и окочурился.

- Надо милицию...

- Сдурели?

Мы с Дашкой переглянулись и вздохнули. Шок начал отпускать.

- Это ещё не всё, - важно заявил Илюха. - Гляньте.

Он отодвинул старый комод и поднял прогнившую половицу: полез в тайник, где до сих пор лежали остатки сушёной лебеды. Изредка Илюхе удавалось загнать "дозу" залётному нарику и свалить под шумок. Сами не курили: почему-то больше не торкало.

Он вытащил из-под пола объёмистую чёрную сумку. Вжикнул замком.

И тут мы задохнулись. Глаза вылезли на лоб: в сумке были навалены толстые, перетянутые резинками зелёные пачки.

- У жмурика было.

Даша медленно наклонилась и взяла одну пачку:

- Настоящие?

- Кажется, да.

- Сколько тут?

- Не успел досчитать. Больше пятидесяти штук.

- Ё!

- Вот и я о том же.

- Надо в милицию, - опять вякнул я.

Они оба посмотрели на меня, будто готовы были убить.

- Ты чё, нытик. Первый раз в жизни бабки привалили, а ты! - Илюха сверкал жёлтыми, ошалелыми глазами. - Тебе хорошо, дома, с мамашей и котлетами. А попробуй осень или зиму тут, в тряпье, без дров провести? Я теперь могу нормальную комнату снять, нормальную еду и одежду купить!

Илья был старшим из нас - почти шестнадцать - мы привыкли его слушать. Но сейчас я попытался возражать:

- Это ведь деньги каких-то бандитов, которые жмурика грохнули! Они будут искать.

- Ну и что? Свалим отсюда с бабками, и не найдут.

- И куда денем? Нельзя же с кучей зелени таскаться.

- Значит, сперва надо хату снять. Не дрейфь, найдём, кто сдаст и паспорт не спросит.

Илюха и Дашка загорелись, аж подпрыгивали. А чё я? Я ведь из нас троих, и правда, самый сытый...

Решили всё-таки оставить пока сумку под полом: хорошее место, лучше нет. А самим взять по штуке баксов и пойти искать комнату. Но для этого...

- Надо одеться прилично! - с жаром доказывала Даша. - Кто нас в таком виде в дом пустит?

- Ты что предлагаешь?

- На рынок! Там такие шмотки! - она мечтательно закатила глаза с жуткими стрелами. Было видно: иначе она никуда не пойдёт.

Илья осмотрел свою линялую майку, нюхнул - и согласился.

На толкучке мы разбрелись по рядам, увешанным пёстрыми тряпками. Карман приятно топырился от долларов. Сперва я робел, щупая вещи, потом осмелел. И разошёлся на всю катушку - купил кожаную "косуху", кожаные штаны и "казаки" с длинными носами и заклёпками. Расплачиваясь, втянул голову в плечи: вдруг таки фальшивые? Но нет, тучная азербайджанка придирчиво изучила деньги - и взяла.

Счастливый, я пошёл навстречу друзьям в новом прикиде. И не видел, как торговка указывала пальцем мне в спину, что-то шепча такому же чёрному джигиту.

Увидев приятелей, я согнулся от хохота. Дашка нарядилась в красное платье с блёстками, малиновый кроличий полушубок и туфли на громадных шпильках. Ей было жарко и неудобно, но я никогда не видел у неё такого сияющего взгляда. А Илюха влез в песочного цвета костюм-тройку, рубашку и галстук. Все это висело на его длиной фигуре, как на палке, но парень гордо посматривал вокруг, уверенный, что стал гораздо круче.

Наверное, мы странно выглядели. По крайней мере, люди на улице оборачивались и показывали пальцами.

- От зависти, - уверяла Дашка, неуклюже ковыляя на своих каблуках.

Мы купили газету с объявлениями о сдаче квартир и засели у Ильи, вокруг служившего столом ящика, стукаясь головами и чёркая карандашом. Увы, ненадолго.

- Так, малавки, - в дверях появился здоровенный кавказец с кривым носом, - а тэпэр показывай, гдэ у вас дэньги.

Даша вскрикнула. Илья вскочил, судорожно шаря в карманах.

Тем временем, за первым абреком появилось еще трое. Один, высушенный, как вобла, притянул к себе Дашку. Другой ощерился выбитыми зубами и приставил мне к горлу нож. Но увидев ствол, они немного растерялись.

- Убирайтесь! - зло крикнул Илья и пальнул в потолок. Посыпалась известка.

- Тыше, малчык, - забормотал тот, что с кривым носом.

Вдруг в облезлую комнату ввалились двое совсем другого вида. Высокие, бритоголовые, в черных куртках - верно, хозяева баксов. Без лишних слов они выхватили оружие с глушителями и хладнокровно перестреляли кавказцев. Но тут с улицы раздался визгливый звук милицейской сирены...

Не помню, кто дернул других к разбитому окну. Помню, что Дашку мы тащили через подоконник вдвоём - её платье цеплялось за гвозди, а потом шпильки мешали бежать. Помню бабаханье и жуткие вопли за спиной...

Забившись в подвал моей хрущовки, мы свалились на пол, дрожа и подвывая от страха. Илья сжимал пистолет двумя руками и держал дверь на мушке. Дашка размазывала слёзы. Я стучал зубами.

Мы просидели там всю ночь. А наутро узнали, что в старом доме была перестрелка, и кто-то попал в газовую трубу. Дом сгорел - но, к счастью, никто не пострадал. Милиция арестовала двух убийц над пятью трупами.

Мы погрустили и стали мечтать о вооружённом ограблении. В пистолете осталось три пули.

Через неделю Илья поманил меня на пепелище.

- Представляешь, комод не весь сгорел, - шепнул он. - А под ним доски целые...


## 3


Frost V. Боевик "Красиво уходят в закат"   10k   Оценка:9.00*7   "Рассказ" Проза

Джейсон несется, перепрыгивая через разложенные прямо на земле покрывала с безделушками на продажу, сносит по пути тент над прилавком, слышит ругань и проклятия в спину. Мобильный снова вибрирует: в новом сообщении приходят координаты и никаких требований. В висках начинает стучать от быстрого бега.

Домой нельзя, там наверняка засада. Джейсон нужен живым, Мари в заложниках - им нужна приманка. Пуля выбивает кирпичную крошку слева от головы бегущего, он пригибается и резко меняет направление движения, забегая в переулок. Выстрела слышно не было, значит, стрелял снайпер. Не убил, припугнул, заставил изменить курс.

Бегущий не вовремя вспоминает, как тихо-мирно жилось в последние полгода: работа в прокате скутеров, дом, вечера с любимой, ночи с яркими снами.

Джейсон бежит и бежит, дыхание сбивается, ладони царапаются об стены из ракушечника, лабиринт переулков все не заканчивается. Справа резко открывается дверь, заставляя Джейсона свернуть в аппендикс слева, из дома выскакивает смеющийся мальчуган. Задворки сознания фиксируют факт разлетающейся щепками верхней части распахнутой створки. Снова снайпер, но почему-то с опозданием. Неизвестные до сих пор ведут его.

Мобильный с жучком летит в стенку. За следующим поворотом Джейсон влетает в открытую дверь, несется вверх по лестнице, выпрыгивает в распахнутое небольшое окно прямо на крышу второго этажа, перекатывается по настилу черепицы и присаживается, скрываясь за очередной несуразной постройкой для голубей. Выглядывает из-за стены, всматривается в том направлении, откуда по прикидкам должен был стрелять снайпер. Все тихо. Восстановив дыхание, перебежками пробирается по крышам, аккуратно заглядывая сверху в проходы между домами. В какой-то момент оступается и летит с кусками крыши и стены на землю с высоты второго этажа.

Падает неудачно, отбивая внутренние органы, и на время задыхается, пытается отогнать темноту от глаз. Джейсон поднимается нарочито медленно, упираясь рукой в стену: пускай те, кто за ним наблюдает, думают, что беглец беспомощен.

Из-за угла появляется человек, Джейсон оценивает его, как боевую машину: голова растет прямо из плеч, вместо рук - два бревна, рубаха с коротким рукавом распахнута, обувь удобная, спортивная. Вразвалочку, очень расслаблено бугай двигает в сторону Джейсона, который все еще опирается рукой об стену, слишком медленно замахивается и получает кулаком в нос. Завязывается драка. Довольно скромные размеры Джейсона позволяют быстро уворачиваться от огромных кулаков противника, молниеносная подсечка заставляет громилу преклонить колено. Джейсон выворачивает болевым приемом кисть противника и со всего размаху впечатывает бритую голову в стену, выбивая пыль и вырубая верзилу.

Быстро обшарив карманы, бросает неудачника и снова бежит по переулкам.

Координаты, указанные в сообщении, Джейсон запомнил с первого раза. Впереди виден конец проулка и слышны звуки толпы - базар. В большом скоплении людей можно спрятаться, оторваться от преследователей. Но сначала найти навигатор, узнать, куда его приглашают, а уж от этого плясать.

Притормаживая у самого выхода на базар, Джейсон вливается в толпу, начинает лавировать между прилавками, снижая скорость до расслабленного шага. Несмотря на внешнее спокойствие, Джейсон сосредоточен, внимательно глядит по сторонам, выхватывает 'чуждые' элементы.

К руке прилипает бейсболка мышиного цвета, оседает на голове. Нечаянно столкнувшись с зазевавшимся туристом, Джейсон становится обладателем смартфона, не сбавляя шага, выясняет объект по координатам. Избавляется от телефона: чудо техники занимает пустующее место на прилавке с подделками швейцарских ножей, и судорожно начинает звонить - хозяин обнаружил пропажу.

Джейсона приглашают в центр старого города, в еще один запутанный лабиринт. Взгляд выхватывает в толпе знакомое лицо, но тут же теряет зацепку. Идущий к цели мужчина меняет направление движения, чтобы снова увидеть лицо, показавшееся знакомым. Ускоряет шаг, на ходу фильтруя базу данных в своей голове. Одновременно с воспоминанием в двух метрах от Джейсона возникает искомый объект - мужчина с кадров вчерашней съемки камеры проката.

Мелькают яркие пятна палаток с украшениями, одеждой. Преследуемый маневрирует в рядах специй, переворачивает столы по ходу движения: разноцветие пряностей взрывают и так достаточно насыщенный воздух ароматом корицы, черного перца, кардамона. На очередном повороте неизвестный поскальзывается, сбивает в кровь ладонь. Джейсон рывком сокращает расстояние до преследуемого и падает в подсечке. Завязывается драка. В какой-то момент Джейсон теряется и отлетает в толпу зевак, а незнакомец срывается с места и улепетывает в сторону старого города.

Вылетая на бешенной скорости с территории базара, Джейсон краем глаза успевает заметить, в какой переулок заскочил неизвестный. За спиной раздаются свистки полицейских.

В очередном переулке у ног бегущего мужчины взрывается петарда, заставляя с перепугу бросится в один из переулков, из окон верхних этажей раздается детский смех. Остановившийся Джейсон снова срывается с места, намереваясь перерезать путь незнакомцу. Перепрыгивая через оставленные на дороге велосипеды и коляски рикшей, Джейсон настигает незнакомца, бросает ему в спину выхваченный секунду назад из чужих рук тяжелый округлый предмет. Кокос ударяет убегающего мужчину в основание черепа и заваливает того на пыльную тропу.

Погоня закончилась. Джейсон подхватывает упавшего за шиворот и рывком заталкивает в завешенную сеткой дверь. Разворачивает к себе лицом и прижимает к стене, перекрывая дыхание болевым приемом.

- Кто заказчик?

Прижатый к стене мужчина только хрипит, его глаза начинают закатываться, изо рта капает пенная слюна. Джейсон отпускает мужчину, тот оседает на пол и не подает признаков жизни. В найденном у наемника телефоне обнаруживаются отправленные сообщения со знакомыми координатами.

В папке набранных номеров - пусто. Во входящих отмечены лишь пара не идентифицированных звонков. Заказчик?

Необходимо понять, зачем Джейсон нужен, нужен живым, значит, необходима какая-то информация. Забыв о предосторожности, мужчина выходит из дверей и тут же понимает цену своей беспечности: в косяк двери со свистом втыкается метательный нож - еще один охотник. Однако Джейсон передумал убегать. Смысл убегать, если его хотят получить живым. Нож перекочевывает из косяка в удобный боковой карман на брюках на уровне колена. Мобильник летит в стену. При такой большой агентурной сети заказчик, скорее всего, уже в курсе, и звонить на телефон наемника не станет.

За пару кварталов от места встречи, Джейсон прихватывает с прилавка пряностей пару пачек приправ, не обращая внимания на проклятья продавщицы в сари. Затем незаметно тащит у туристки в коротких шортиках шейный платок.

Старый город кишит туристами. Двухэтажный дом стоит в самом конце улицы: фасад строения улыбается каждому проходящему мимо, две стены дома увиты буйной зеленью, небольшая терраса расположена прямо над обрывом, соленая вода мощными толчками выбивает из скалы брызги. На первом этаже - ресторанчик, второй этаж жилой.

Повязав платок на шею, узлом назад, приподняв козырек повыше, открывая лицо, Джейсон смело ступил в темноту помещения. Внутри тихо и прохладно, справа и слева от двери в напряженных позах стоят бугаи, как тот, что обнимается с пылью в переулке. Мари стоит у самого угла стойки: рот заклеен скотчем, руки прикручены к балке. За спиной девушки в расслабленной позе сидит импозантный старикашка в дорогих лакированных туфлях.

Джейсон делает шаг в сторону Мари, бугаи дергаются, но остаются стоять почти на месте. Больше никто не обнаружил себя.

Джейсон выкладывает на стол метательный нож, перемещается в точку прямого подхода к сидящему. Натягивает платок на нос и опускает бейсболку на глаза. Сзади слышится шум: один из злодеев потянулся за ножом. Делая шаг в сторону от ножа, Джейсон резко перехватывает протянутую руку, болевым приемом заставляет верзилу скрючиться и переместиться, закрывая второму бугаю подход к собственному телу.

- Вниз! - Мари присаживается, прячась за углом стойки, насколько позволяют прикрученные скотчем руки.

Тем временем Джейсон бросает в сторону охранников надорванные мешочки с приправами, забивая глаза и носы ароматной пылью. Молниеносно смещается к старикашке, рывком поднимает жертву со стула, приставляет швейцарский ножик к горлу богача.

- Режь скотч! - Седой послушно помогает Мари освободить руки, все время похихикивает, словно знает, что проиграть не сможет.

Мари отклеивает скотч ото рта, кривится от боли и прячется за спиной Джейсона: как минимум трое охотников врываются в помещение. Джейсон большими шагами пятится на открытую террасу. Тащит за собой старикашку, прикрываясь.

- Мари, проверь террасу!

- Никого.

- Быстро туда, - машет в сторону обрыва.

Мари догадывается, глаза увеличиваются а размерах.

- Что вам от меня нужно?

- Ничего, - ответ ставит в тупик. - Это игра.

- Игра?

- Игра в жизнь. Сегодня проиграл я.

Джейсон отталкивает старика от себя. И пока тот падает в дверной проем, мужчина хватает Мари за руку и тянет за собой, прыгая через перила. Мари визжит от страха, но звук взрыва прерывает панику: огонь съедает террасу, пытаясь достать жаркими лапами падающую парочку.

- Красиво ушли в закат, - констатирует старикашка...

... - Ну, как? - Рассказчик сидит за столом с бутылкой пива в руках.

- Если ты. Хотя бы еще раз. Заикнешься на тему сценария дня рождения для Джейсона. Я тебя придушу! - Мари направилась в соседнюю комнату.

Рассказчик остался сидеть в обществе бродячего напитка, бурча под нос:

- Блин, вы так скучно живете. Вам драйва не хватает в жизни. Работа-дом, дом-работа.

Девушка услышала бурчание сквозь перестук деревянных бус занавеси.

- Драйва нам не хватает... Драйва нам хватило на много жизней вперед.

Мари захлопнула открытый на недописанной странице дневник, в который ее мужчина записывал свои сны и посмотрела на заходящее солнце: Джейсон возвращался с вечерней пробежки.


## 4


Петрова О.А. Ш-4: Фокусник   10k   Оценка:9.00*3   "Рассказ" Проза

Я медленно плелся по улице, проклиная судьбу и собачий холод. За мной бестелесной тенью двигался некто. Он тащился чуть позади уже два квартала. Черт бы их всех побрал. Черт бы побрал этих сволочей.

Я фокусник. Фокусник я и ничего больше, а главные правила фокусника, показывающего фокусы с картами, гласят: никогда не разглашай секрет своего фокуса, никогда не показывай один и тот же фокус два раза подряд, никогда не показывай плохо отрепетированный номер. Все просто. Правда? Все очень просто. Я придерживался этих правил.

Тем вечером мне позвонил Макс и пригласил на закрытую вечеринку.

- Будут только свои, - сказал он. - Приходи, покажешь карточные фокусы. Тебе хорошо заплатят. Эти люди любят перекинуться в картишки. Может, посидишь с ними?

- Я только фокусник, - ответил я Максу. - Только фокусник и все.

- Ладно -- засмеялся тот в ответ. - И они фокусники, - он опять засмеялся.

Кабак, который держал Макс, выходил фасадом на Сретенку, но все окна закрывали плотные жалюзи. Всегда. Макс тоже фокусник, но иного рода. Раньше вместо кабака он держал небольшое казино. Небольшое, но прибыльное. Ошалевшие от легких денег лохи валили к нему валом, чтобы расстаться со случайной добычей в густых клубах табачного дыма, бросая шанс данный судьбой на колесо рулетки, или, отдавая его в ловкие руки карточных катал. Макс специалист по шулерству. В его казино играли в Покер, Блэк Джек, Преферанс, Деберц. Макс играл виртуозно. Особенно ему удавались фальшсдачи. В то время в легализованных казино практически невозможно было найти честной игры. В ход шло все, что можно было приспособить в шулерстве. Специальное оборудование, крапленые колоды, миниатюрные видеокамеры заметить которые невозможно. Впрочем, почему было? Все это есть и сейчас. Точно так же, как есть та самая игра, после которой некоторые и поныне пускают себе пулю в висок. Или за них это делают другие. Но я не шулер. Я фокусник. Никогда до встречи с Максом и долго после этой встречи я не занимался карточным мошенничеством. Мои фокусы были изящны в меру просты, но нравились публике. Я подвизался в дорогих ресторанах, имеющих свою развлекательную программу, на корпоративах, днях рождения обеспеченных людей и конечно у Макса в казино. Долго, очень долго я держал огромную дистанцию между собой и основным бизнесом Макса.

Тем вечером, а было это две недели назад, эта дистанция исчезла...

Я пришел в кабак за полчаса до открытия и стал привычно готовиться к своему номеру. Макс заявился в мою комнатку и плотно закрыл дверь. Очень плотно. Меня это насторожило.

- Послушай, - помолчав немного, сказал Макс. - У меня сегодня собрались особые люди. Они, как и ты, фокусники, - я прекрасно понял, что он имеет в виду. Фокусниками часто называют карточных шулеров. Асы в фальшивом покере, они иногда устраивают своего рода корпоративы, на которых меряются в мастерстве обмана - играют друг против друга, делая большие ставки. Играют на пределе своего мастерства. В такой игре допустимо все, чего не замечают партнеры. Абсолютно все, но до тех пор, пока не замечают.

- Так вот, - продолжал Макс. - Я обещал выставить от себя Славика, но он куда-то запропастился. Подмени его, а? Ну, что тебе стоит. Ты же фокусник и не карточный катала, а настоящий. У тебя руки под карты заточены. А деньги для ставки я тебе дам.

- Макс, а если я проиграю? За столом не младенцы соберутся. Не лохи, которых обобрать ничего не стоит. Там будут акулы.

- Да какие это акулы! Так, по мелочи. Все мастера сейчас в разъезде. Ты знаешь, им долго на одном месте засиживаться нельзя.

- Это точно, - обронил я. - Два раза один и тот же фокус не показывают.

Не знаю, почему я сел тогда за этот проклятый стол. Может, подвело тщеславие?

Играли в покер. Простенький, почти домашний. В ходу были две колоды с разными рубашками. Первая - "активная" - в игре, вторую, "пассивную", тасовал один из игроков. Каждой колодой на раздаче занимались трое. Один тасовал, другой снимал и, наконец, третий раздавал карты. Подменить карту на раздаче было для меня плевым делом. Но подменить на снятии, тут уж требуется класс моего уровня. И я подменял. Всегда удачно. Мужики с виду совершенно беспечно точили лясы. Никто из непосвященных не мог даже подумать, какая тяжелая и опасная идет за нашим столом игра. Я начал выигрывать, все больше отрывался от катал, все чаще и чаще повторял один и тот же фокус.

Психология в покере важна необычайно. Выдержка, вот главное качество игрока. Выдержка, выдержка и еще раз выдержка. А я просто фокусник. Просто фокусник с очень ловкими руками. И они меня сделали. Они сделали меня в то самое мгновенье, когда я полностью расслабился, потому что почувствовал себя победителем. У меня не было их опыта. Я плохо отрепетировал свой номер.

- Ты мне должен, - хмуро обронил Макс, когда я уходил из кабака.

- Сколько? - еще не понимая, во что влип, бросил я.

- Много, - хрипло ответил Макс. - Очень много.

Я застыл, как изваяние у порога своей конурки и не смог сглотнуть горькую вязкую слюну.

- Но ты же сказал, что заплатишь за меня.

- Я сказал, что дам тебе в долг на игру, поэтому ты мне должен. Могу дать тебе шанс отыграться. Отыграться с лохами.

И я отыгрался. Он пришел в кабак три дня назад лощенный и высокомерный жлоб, сыто зыркающий по сторонам. Я сделал его. О, как я его сделал! Я раздел его портмоне до пустых корочек. Я обобрал его кредитку. Я довел его до белого каления. Все деньги ушли Максу в погашение долга. Больше Макса я не видел. Думаю, Макса вообще больше никто никогда не увидит.

Люди этого жлоба заявились ко мне поздно ночью, когда все нормальные люди уже спали. Я тоже спал. Кто-то из этих кретинов нажал на дверной звонок и не отпускал, пока я не распахнул перед ним дверь. "Мы от Макса" - сказали они. Они, действительно, были от Макса. Скорее всего, от Макса. Наверно, совсем недавно добили его контрольным выстрелом в висок где-нибудь в лесопарке. Теперь пришли за мной.

- Ты помнишь, - дальше грязно и матерно, - баклан, чего натворил? - я все отлично помнил. Помнил и понимал, что жить мне осталось всего ничего. Несколько минут, может быть, полчаса или от силы час.

Этот ствол у меня давно. Я уже сам не помню, когда купил пистолет у одного знакомого барыги. На всякий случай. Случаев у меня было мало, а "всяких" - ни одного. Я фокусник, а кому нужен просто фокусник, если он ни во что не лезет? Сейчас -- другое дело. Сейчас пистолету самое место в моей паршивой жизни. Я вернулся в комнату, за мной лениво вышагивали быки. Им было скучно со мной. Жиденький мужичишка свернуть шею которому, раз плюнуть. Но первым в их сторону выплюнул мой пистолет, который я последнюю неделю держал в изголовье кровати. У идущего вслед за мной на широком лбу мгновенно нарисовалось красное пятно. По мере того, как он оседал, лица остальных растягивались в немом изумлении. Бандит хватанул пару раз воздух посиневшими губами и отправился в бесплатный тур по аду.

Я рухнул, как подкошенный на пол и резко крутанувшись, выпустил в гостей всю обойму. Ребята легли дружно. Никто из них не встал, видимо, в знак полной солидарности с Коляном. Я отошел от оглушающего грохота, который, словно застрял в стенах квартиры и медленно угасал в районе верхних этажей. Когда восстановил способности хоть что-то осмысливать, ринулся к шкафу. Здесь оставаться нельзя. Соседи наверняка вызвали полицию. Я уходил налегке. Небольшая сумка с вещами и все деньги, что у меня остались.

Черт меня дернул зайти сегодня вечером в кабак Макса. Я скитаюсь по подворотням уже два дня. Пока я живу на вокзалах, в дешевых забегаловках, часами езжу по кольцевой линии метро, им меня не найти. Но я фокусник. Я привык к уюту. К сытной и теплой жизни. Я не бродяга. У меня есть друзья. Во всяком случае, мне так казалось.

Я позвонил Денису сразу после того, как оказался на улице. Все объяснил и попросил помощи. Когда-то, довольно давно, я ему помог. Не просто помог слегка поднапрягшись, а помог существенно. Денис жил у меня два года, пока не начал подниматься: нашел высокооплачиваемую работу, смог себе позволить влезть в ипотеку. Теперь помощь нужна была мне, но Денису некогда. Я должен был его понять и извинить. Или сначала извинить, а потом понять. Это без разницы, но главное, что я должен был по отношению к нему сделать, так это просто-напросто оставить его в покое. Но я не мог позволить себе такой роскоши. Мне нужно было где-то жить. Пусть недолго, пока я не налажу свои дела. Оставаться на улице опасно, меня наверняка ищет полиция, ведь я убил всех этих скотов. И еще меня ищет хозяин скотов. Ищет, чтобы привести на свою скотобойню. Сегодня в шесть Денис пообещал со мной встретиться и назначил встречу в кабаке Макса. Почему в кабаке Макса? Мне было наплевать на это "почему". Я так устал. Я так давно нормально не ел, почти не спал, не жил в тепле, что безразличие стало единственным преобладающим во мне чувством. Безразличие и страх. Страх и безразличие.

Денис пришел во время. Мы сели в самом дальнем и темном углу кабака и углубились в беседу. Друг покормил меня. Я ел жадно, как затравленный сородичами волк, разве что не рычал. Когда ощущение сытости наполнило все мое существо, я откинулся на спинку стула и закурил сигареты Дениса. Отменные сигареты. Мы договорились, что я побродяжничаю еще пару дней. За это время Денис полностью решит мой вопрос: подыщет жилье. К нему сейчас нельзя, он в гражданском браке и не хотел бы посвящать в проблему свою женщину. Я полностью ему поверил. Поспать в метро, на вокзале и где там еще удастся всего пару дней. Что может быть проще?

Денис сдал меня кому-то в том кабаке. Мне не интересно, как именно. Сдал, потому что так комфортнее. Раз, и фокусника нет, а нет человека -- нет проблем. И сейчас за мной бестелесной тенью двигался убийца. Он станет вершить мою судьбу, возможно, прямо сейчас. Я остановился под наклонившимся фонарным столбом. Прямо в центре светового пятна. Небрежно закурил... В принципе, что есть жизнь, как если не просто фокус? Раз -- мы здесь, раз -- и нас нет...


## 5


Калугина Л. Ш-4: Отнюдь   10k   Оценка:7.53*24   "Рассказ" Проза, Приключения, Сказки

 | Василиса слыла девушкой интеллигентной, нежной и романтичной. Имея душу исконно русскую, питала она слабость к кой-чему заморскому: обожала американский кинематограф. Особенно всякие боевики, приключения и вампирские саги. По утрам пила Василиса кофий мелкими глоточками, изящно топыря мизинчик. Изредка, в минуты глубокого душевного волнения, доставала девица из сундука своей прабабушки пропахшее нафталином словечко "отнюдь". При всей своей тонкой душевной организации, Василиса обладала гренадерским ростом, недюжинной физической силой, грудью уверенного пятого размера, тонкой талией, восхитительно округлыми бёдрами, копной густых русых волос, пухлыми губками и наивными, широко распахнутыми синими глазами, обрамлёнными пушистыми ресницами. Весь этот богатый набор в летнюю пору паковала она в белый топ с отложным воротничком и символические джинсовые шорты на босу попу, в коем наряде выходила исполнять служебные обязанности по надзору за вверенными ей лесными угодьями. Работала Василиса смотрителем лесов в одной сибирской губернии. Верной её подругою была старая бензопила "Дружба", которой Василиса орудовала с пугающей воинственностью, вычищая леса от завалов и буреломов. Поговаривали, что девушка ревностно охраняет территории вверенные от браконьеров-вырубщиков. А в случае чего может и любимую бензопилу в ход пустить. За что и была она прозвана в среде криминальной Василисой Престрашною. Жила Василисушка в избушке посреди леса дремучего, вдвоём с трёхцветной кошкой Пистимеей, доставшейся ей от прежнего лесника, на покой ушедшего да к детям в райцентр перебравшегося. Киска Писка была не простая: лес знала, как дом родной, со зверьём ладила, даже медведи её не трогали, относились уважительно. Хранила Василиса бережно честь свою девичью смолоду. Да и нетрудно, между нами, девочками, хранить целомудрие, когда на тебя никто особо и не зарится, разве что комар какой неразумный хоботком своим мизерным на тело нежное покусится. А ещё сны ей снились иногда не по-девичьи жаркие, где героями были персонажи любимые: карибский пират Джек Воробей, Росомаха из "Людей икс" и сумеречный вампир Эдвард. По утрам просыпалась Василисушка в томлениях нешуточных, сконфуженная изрядно видениями ночными бесстыдными... И снова шла леса свои досматривать, развеивала тоску телесную работой любимою да с родными деревами привычным общением. *** Глава сельской администрации, по совместительству местный криминальный авторитет по прозвищу Идолище Поганое, наложил лапу загребущую на местные леса. Но на Василисину территорию соваться побаивался: крута нравом девка и бесстрашна, да и любит её лес: каждый кустик, каждое деревце, каждая былинка ей помогают, подсказывают, укрывают, даже злобные комары таёжные её не трогают - слушаются. Не возьмёшь её голыми руками-то. Вот и ломал башку хозяйчик местный, как ему девку проклятущую, ведьму лесную извести. *** Змей Горыныч играл в деньги на карты. Любимая игра называлась шмен или железка. Самая хитрая левая голова мухлевала, виртуозно тасуя колоду из новеньких купюр, за что бывала крепко бита своими честными товарками. Правая голова выиграла почти все леса Сибири и Дальнего Востока. Карту бассейна Амазонки пока не разыгрывали, это на потом. Сыровато там и жарко, климат непривычный. Играть надоело, стало скучно. Змей расправил перепончатые крылья и полетел осматривать выигранные правой головой владения. Приземлился на лесной опушке, возле заимки Идолища Поганого. Вышел хозяин из бани, умиротворённый да распаренный. Глядь - а на поляне дракон трёглавый огнедышащий с любопытством по сторонам озирается. И смекнул тут Идолище, какая удача ему в руки сама прилетела. Вот кто ему поможет с девахой неудобною справиться! Пригласил Идолище гостя за стол, выставили подручные угощение богатое. И пошли у них тёрки про совместный бизнес. Порешили так: Горыныч своим лазерным резаком, коим средняя башка оборудована, поможет отборный лес аккуратно валить. Идолище организует обработку, вывоз и продажу. Барыш поделят по-честному. Змей крышевать будет, страховать от всяких вторжений, пожары лесные тушить. А для начала девку строптивую укоротить поспособствует. *** Вышло на рассвете войско Идолища Поганого - бойцы ОПГ, им возглавляемой, до зубов вооружённые - и двинулось оно в леса заповедные, на территорию Василисину. Змей впереди летит, за головным внедорожником. Остановились на лесной опушке, развернулись боевым построением да двинулись вперёд потихоньку, крадучись. Змей тем временем приземлился на полянке, рядом с избушкой Василисиной. Вышла ему навстречу лесного хозяйства смотрительница с бензопилой наперевес. - Зачем явился, змеюка поганый? Что тебе в лесах моих надобно? - Да вот, лес твой будем прореживать. А то уж больно ценными древесинами он зарос. Поделиться придётся богатством, красавица! Вспыхнули щёчки девичьи гневом праведным. И воскликнула дева прекрасная голосом, звенящим от ярости. - Отнюдь! Не бывать этому! Не дам я лес вырубить! - Ты бы валила отсюда, красавица, по-быстрому, а то ведь можем и огорчить, - сказала голова левая, сгустком пламенным на языке поигрывая. Рассердилась тут Василисушка окончательно. - Ну, морды вражьи корявые, устрою я вам отпилинг! Завела девка красная бензопилу свою верную, и началось тут великое мочилово. Разъярённая Василиса орудием своим, грозно визжащим, размахивает. Головы Горыныча огнедышащие по сторонам разлетаются, да только на их месте новые вырастают, страшней прежних. Кровищи кругом немерено, вся поляна головами закидана. Землица лесная кровушку впитывает, тут же травка зелёная поднимается-колосится. На месте голов горынычевых вырастают цветочки аленькие красоты необыкновенной. Радуется сердечко Василисушкино, и ну давай она биться с новой силушкой, украшать угодья лесные свежей флорою, на останках вражьей фауны взрастающей. А тем временем на опушке лесной сражается киска Писка с войском Идолища Поганого. От ярости благородной поднялась кошка, стала ростом до самого небушка. Лупит супостатов лапами когтястыми, воинственным мявком отпугивает, усами до смерти защекочивает. Редеют несметные полчища. Уж на какие только хитрости не шёл ворог коварный: и фуру с "Вискасом" отравленным с тылу подкатывал, и цистернами с валерьянкой фланги обкладывал, и мышь троянскую засылал, бойцами под завязку напичканную - не помогает. Стоит киска Писка насмерть, планы вражеские разгадывает, не пускает ворога в пределы лесные. Ни пуля её не берёт, ни граната. Бились они три дня и три ночи. Притомились все, уж нету прежнего задора в замахе бензопильном. Да и головы горынычевы взамен отрубленных вырастают какие-то неубедительные, всё больше морды их на лица человечьи походят. И смотрят те головы на Василисушку. А девушка-то распалилась, щёчки запунцовели, глазищи пламенем синим горят - ну чистый боевой ангел, в змеиной кровище по круглые коленки утопающий. И взыграла тут у Горыныча в жилах остатняя кровушка, забилось гулко сердце змеиное, и понял Змеюшко: не станет он леса губить заповедные, ежели их такая красота защищает! Глянул он на девку красную всеми шестью очами с вожделением. Дрогнула рука Василисина, уронила она бензопилу свою верную, а та ну давай сама собой прыгать-скакать, с визгом грозным изворачиваться, рубить тело Змея на куски порционные. Не порубила - бензин кончился... Разлетелась шкура Горыныча на лоскуты, и сам собой сшился из них клёвый прикид - косуха и джинсы брендовые. И предстал перед Василисою красавец писаный в костюме из кожи змеиной, похожий одновременно на Джонни Деппа[1], Хью Джекмана[2] и Роберта Паттинсона[3]. Да, правильно, на всех троих и походил: голов-то у добра молодца так и осталось три штуки. Заключил трёхглавый Василису в объятия, всеми шестью руками тело девичье нежно облапал. Джек Воробей в сахарные уста целует, Росомаха жарко дышит в левое ушко, комплименты неприличные шепчет, намекает на утехи сладострастные, а вампирчик Эдвард отрастающими клыками нежно шею покусывает... - Не испить ли нам кофею? - прерывисто дыша и теряя к сопротивленью волю последнюю, со слабой надеждой спросила Василисушка. - Отнюдь, - ответили хором три головы, и достал красавец трёхликий из кожаных штанов два внушительных ствола... Алтай, 5 февраля 2013 г. _____________________________________ 1Исполнитель роли капитана Джека Воробья в серии приключенческих фильмов "Пираты Карибского моря". назад

2Исполнитель роли мутанта Росомахи в серии фантастических фильмов "Люди Икс". назад

3Исполнитель роли вампира Эдварда Каллена в киносаге "Сумерки". назад


## 6


Ида М. Подфартило   10k   Оценка:9.00*4   "Рассказ" Юмор

В три часа утра патрульная машина вяло катилась по заснеженной улице. Двое полицейских скучая, описывали по району четвертый круг.

- Меня жена уже вконец допекла. Типа бросай ты уже эту ментовку, переводись куда-нибудь в частную охрану. Типа у её сестры в клубе охранники три моих зарплаты получают и график у них нормальный, сидишь всегда в тепле сытый и довольный. Я ей говорю: дура, ты, там работа опасная. Рассказываю про тот клубешник, где двух горилл чеченцы порезали, за то что не дали музыкантов с собой увезти. И про тот случай, когда мажор прямо из травмы чуваку всю морду разворотил... Я не понял, Саныч, ты чё хрюкаешь? Чего я такого сказал?

- Ты крути, крути баранку, не отвлекайся, - давился от смеха Саныч. - Анекдот просто вспомнил про тигра. Знаешь про тигра?

- Ну, рассказывай, - буркнул Гарик, оскорбленный равнодушием напарника.

- Короче, к директору зоопарка подходит посетитель и говорит: фигли у вас один из тигров такой уродский? Забился в угол и постоянно гадит? А директор ему: мол, так и так, реальный тигр заболел, пришлось на охранника шкуру нацепить. У посетителя глаза на полдвенадцатого: ну лады, а чего он гадит-то всё время? - Так, потому что второй-то тигр в клетке - настоящий.

На этот раз Саныч уже не сдерживался. Хохотал так, что даже скрипучий голос диспетчерши в рации потонул в его всхлипах.

- Да ладно, чего ты, - наконец успокоился он, глядя на хмурое лицо Гарика. - Да забей на жену. Бабы всё время ноют. Это у них карма такая.

- Чего у них? - не понял Гарик.

- Карма, - пояснил Саныч. - Это значит сущность от рождения. В общем, ты просто, Гарик, объясни жене, что зарплата в жизни полицейского не самое главное.

- Да? А что же главное? - поморщился Гарик.

- А главное в нашем деле - харизма! - торжественно произнес Саныч и замолчал, наблюдая за произведенным эффектом. - Если у тебя есть харизма, значит и деньги будут, а нет - так и останешься босяком. Харизма, Гарик, это умение с людьми ладить.

- Восемнадцатый, твою мать! Вы меня слышите? Прокофьев!

- Да, да, на связи, - спохватился Саныч.

- Вы слышали куда ехать? Улица тридцать первого мая, дом шесть, "Банк Верный". Сработала тревожная кнопка. Есть вероятность ограбления.

- Приняли. Едем, - отрапортовал Саныч. - Слыхал, Гарик, куда колеса навострить. Дороги свободны. Шуруй по-бырому. Первые на месте будем, своё возьмем.

- Вот, повезло, - обрадовался Гарик, включая мигалку. - Кажись, эти сигнализации делают специально для нашего брата. Каждый день сбоят. Жаль вчера Коршунов "Банк Вечность" перехватил. По полторашке на брата срубили.

- Да эти банкиры жиды ещё те, - фыркнул в усы Саныч. - За каждую штуку жмутся. По официалке у них четыре за ложный вызов. А они типа - экономят.

- Будто ты против?

- Я-то за! О чем речь? Просто говорю, что вроде бы буржуи, а жмутся, как девки на выданье.

На полной скорости их машина подрулила к тротуару и остановилась перед крылечком с бело-зеленой вывеской, белую часть которой занимала надпись "Банк Верный", а зеленую - Бар "Нежный". Саныч спешно ткнул рацию и рявкнул:

- Восемнадцатый. На месте.

Деспетчерша протрещала что-то невнятное, но прибытие зафиксировала.

Полицейские нехотя вылезли из машины в темную холод улицы и неторопливо поднялись по скользким ступенькам на крыльцо с единственной дверью. В маленьком предбаннике горел свет. Слева висел огромный плакат с блондинкой в пушистом домашнем халате страстно обнимающей огромный сейф и надписью: "Банк Верный - никогда не изменит". Справа, лаконичная красная стрелка - Бар. "Нежный".

Гарик подергал ручку. Пластиковая дверь банка бесшумно приоткрылась, и табличка "Закрыто" глупо брякнула о спущенные жалюзи. Они осторожно зашли внутрь и переглянулись. В зале было темно. Такой нелюбезный прием озадачил обоих. Из глубины помещения там, где полоска света из приоткрытой двери рассекала мраморный пол, доносились приглушенные мужские голоса.

- Короче, попал ты, мужик. Сейчас мы тебе напихаем.

- Слушай, Зурик, пожалей, - жалостливо попросил немолодой голос.

- За кого ты меня принимаешь? Тебя что прямо сейчас расписать? У нас уговор был? Был. Ты говорил, что Зурика сделаешь? Говорил. За базар отвечать надо? Зурика ещё никто не делал!

Гарик с ужасом посмотрел на Саныча. Даже во мраке зала он смог различить, как усы напарника напряженно растопырились.

- Действуй тихо, - приказал Саныч. - Оружие при себе?

Гарик ошалело закивал, но на всякий случай проверил наличие пистолета.

- Концы слил, да? - снова послышался характерный акцент Зурика.

- Да нет, он сто пудово от голой девочки отделался, - подал голос кто-то третий.

- Смотри, Лёха, если мы её поймаем, то засандалим на всю катушку! - сказал Зурик.

- Да..., - протянул Лёха. - Тогда сядет по полной.

Полицейские попятились. Саныч застыл в нерешительности, а Гарик приготовился к отступлению.

Но тут кто-то неожиданно и громко выкрикнул: "Ложись!". И Гарик по привычке послушно рухнул на пол, так, как учили - лицом вниз. Неповоротливый Саныч же только приопустился на корточки и прикрыл голову руками. Но ничего не произошло.

- Бомба что ли? - Саныч дышал громко и прерывисто. - Слушай команду, Гарик, медленно подползаем туда, а потом ... В общем, по ситуации.

Энергично крутя пухлыми ягодицами, Саныч шустро заскользил по полу. Воодушевившись бесстрашным примером напарника, Гарик тут же последовал за ним, яростно орудуя локтями. Добравшись до зловещей черты света, Саныч приказал Гарику держаться справа, а сам занял левую сторону. Оба осторожно встали, достали пистолеты и прижались к стене.

Весь красный, как рак Алексей Геннадьевич, не отрываясь, следил за столом. Этот Филимонов оказался настоящей бестией. Третий год допотопный старикан в его банке ночным сторожем штаны просиживал, да только сегодня неожиданно обмолвился, что в Преф умеет. Они поначалу с Зуриком в бар собирались, но как только грузин про пульку услышал, загорелся сразу, давай, мол, распишем, молодость вспомним...

Вот и вспомнили молодость. У обоих по пятнашке в горе, а Филимонов спокойненько так закрылся и давай на них висты записывать.

Короче, сажать надо было сторожа. Иначе его зарплата грозила дорасти до ставки финансового директора. Сейчас же на мизере, представился отличный шанс. Скорей всего на руках у Филимонова остались оба туза, но если он схитрил, то вполне мог припрятать даму бубей, из расчета на их наивность. Ведь оставлять на мизере одну карту короткой масти, если она старше семерки, почти равносильно самоубийству.

Злой иронией на ум пришла бородатая байка преферансистов. Когда хоронят игрока, который умер от инфаркта, после четырех взяток на мизере. За гробом два его партнера по игре. Идут и грустят. - А знаете, Иван Петрович, - вдруг говорит один из них, - если бы вы тогда пошли с бубей - было бы еще хуже...

- Сначала только пощупаем, - сказал размеренным голосом Алексей Геннадьевич и выложил со своей стороны девятку червей.

На что Филимонов крякнул и скинул восьмерку. Зурик забрал всё королем.

- Давай опять в сердце, - распорядился Алексей Геннадьевич. - Ещё раза два. А я кирпич сброшу. Потом на крестях пронесем твоего старшего мальчика, своё заберем и вуаля - паровоз.

- Что ж вы это такое задумали, изверги? - театрально заныл Филимонов.

- Думаю, он всё-таки виниловый конец оставил. - Зурик коршуном навис над столом . - Держать девочку без прикрытия - тупо.

- Или хитро, - не сдавался банкир, в свою очередь чуть ли не обнюхивая каждую карту. - Погоди-ка...

Алексей Геннадьевич взбудоражился так, что почти даже протрезвел. Выпивку же, заказанную минут пятнадцать назад, всё не несли.

- Мужики, имейте совесть, дайте хоть водки, - словно услышал его мысли Филимонов. - Я ж не пацан уже, сердце может не выдержать!

Не отрывая гипнотического взгляда от карт, Зурик нашарил рукой тревожную кнопку под столом и нажал:

- Ща всё будет. Ты, главное, не отвлекайся.

В тот же момент над дверью банка остервенело замигала красная лампочка и истошный вой сигнализации разорвал ночной покой зала, стеклянного предбанника и бара напротив. Нервы Гарика сдали прежде, чем Саныч успел дать отмашку.

- Не двигаться! Полиция! - закричал Гарик, распахивая настежь дверь и тыча перед собой пистолет.

Всё трое игроков вскочили и уставились на полицейских. Алексей Геннадьевич тут же поднял руки и,шустро скинув свои карты на стол, Филимонов не без облегчения последовал его примеру. Зурик же нахмурился и немигающим взглядом удава вперился в незваных гостей.

Первым пришел в себя Саныч.

- Зураб Вахтангович? - шокировано произнес он из-за спины Гарика.

- Прокофьев? Что вы тут делаете?

- Реагируем на тревожный сигнал, - пролепетал Гарик, опуская пистолет, и растеряно глядя на начальника отделения.

- Молодцы! - сдержанно похвалил Зураб и замолчал.

- Да, оперативно сработано, - не моргнув и глазом подхватил Алексей Геннадьевич. - А то я уж было засомневался... Мы вот проверку вам решили устроить. Посмотреть, как работаете в ночное время.

- Да, точно. Это была проверка. А теперь свободны, - скомандовал грузин. - Завтра распоряжусь, чтобы вас поощрили.

- Большое спасибо, - простодушно обрадовался Гарик.

Он хотел сказать что-то ещё, но Саныч настойчиво потянул его за рукав. Однако не успели они и шага сделать, как в дверях появился молоденький кудрявый официант с графином:

- Ваша водка, господа.

- Чего так долго? - не сдержался Зураб Вахтангович.

- Простите, за задержку, - официант смущенно замялся. - У нас водка закончилась. Пришлось в магазин сбегать. Форс-мажор, знаете ли.

- Мажор, мажор, я из-за твоего мажора, чуть было на мизере не сел, - сварливо проворчал Филимонов.

Выйдя из банка, Гарик и Саныч задумчиво закурили на крыльце.

- А ты говоришь - охранником, - рассудительно молвил Саныч. - Нам с тобой сегодня некисло подфартило, а вот охранника за тоже самое чуть не посадили...

- Только я не понял, как это за мизер? - несмело спросил Гарик, чуя в чем-то подвох.

Саныч глубокомысленно затянулся и, выпустив облако желтого дыма, некоторое время задумчиво наблюдал, как оно растворяется в морозном воздухе.

- А это, Гарик, - наконец поучительно сказал он. - Это значит за взяточничество.


## 7


Мудрая Т.А. Сплошные антиномии   10k   Оценка:10.00*6   "Рассказ" Проза, Фантастика

СПЛОШНЫЕ АНТИНОМИИ

Следовало бы сразу сказать и сделать "антимонии", то есть сплошное слезливое морализаторство. Но сие не в моей натуре самки гамадриада. Говорю как есть.

Большинство не умеет увидеть за редкими деревьями истинный лес. Это касается общих гендерных моделей и эдинской ментальности. Если мужчина носит тёмные очки на пол-лица и поднимает воротник тренча до самых полей шляпы - тайный агент. Если то же самое делает женщина - ей, бедняжке, режет глаза и знобко на ветру. Тем более что шляп я в принципе не ношу - в пучок вьющихся белокурых волос воткнут высокий испанский гребень, пейнета.

Левая рука воткнута в карман тренча - спрятать сувенирное хевсурское кольцо. Сатитени, ну да. Простые граждане Эдин-Дархана с недавних пор курсируют по всему Великодержавному Рутену с провинциями. Там недавно покончили с социализмом, а теперь увлечённо обзаводятся мелко- и крупнобуржуазными пороками. В числе которых импорт и экспорт туристических услуг.

Жаль, что принятые в дендистской среде прогулочные тросточки вышли из моды. Чтобы оправдать палку фирмы Сold Steel в моей правой руке, приходится изобразить полиомиелит. Или растяжение связок. Высокие острые каблуки не слишком вписываются в образ, но что поделать. Женщины, в отличие от мужчин, - кокетки. Неплохая рационализация.

Когда я говорю кому-нибудь из чужаков, что мне уже тридцать восемь и почти сорок, никто из них не верит. Из вежливости, так я полагаю. Когда намекаю, что не первый год бабушка, - вообще пропускают мимо ушей как заведомое враньё. Ну а что такого? Хриза родилась в мои восемнадцать, её чадо от нового рутенца - через девять месяцев после совершеннолетия дочки. Зарегистрировались с ним, разумеется. Слава в вышних Богу, не повенчаны: конфессии оказались диаметрально противоположные. После скоропостижного развода по причине кардинальной несхожести Олег забрал малолетнюю наследницу к себе. Богат и оттого сумел подмазать всех и вся. Мы с Хризой не имели ничего, чтобы противопоставить мнению: дети - препятствие нашей работе, а многочисленных родичей семьи рутенский суд за таковых не счёл.

Теперь представьте себе. Однажды поздним вечером Олег явился с повинной головой. Что разведённой супруги нет на территории ни одного из обоих государств, ему сообщили давно, так он тёщу напряг.

Оказывается, наш бывший занял весьма и весьма крупную сумму у моих, скажем так, условных работодателей, чтобы срочно перекупить весьма перспективное дело: неважно какое. Его собственный миллион евродолларов должен был поступить на счёт железно, поэтому он, нимало не усомнившись, отдал в залог нашу Диамис. Будучи уверен, как он сказал, что даже в крайнем случае от дитяти не станут отрезать кусочков и присылать отцу по электронной почте. Другие способы воздействия, он сказал. Пропадёт без вести на эдинской территории. Дня минимум через два.

- Вы, ина Идена, могли бы занять мне эти деньги. Дианка - ваша родная кровь.

- А ты форменный дебил. У меня нет и двадцатой доли.

Рутенский язык очень скользкий. Он имел в виду - не дать в долг, но занять для него. Стать посредницей и поручителем.

- Не секрет, что у вас сохранились связи со здешними тузами.

Не секрет, что в своё время я подрабатывала в сопровождении. Было актуально, про нас ходили анекдоты типа: "Вашего мужа всё время видят в компании красивой блондинки". "А, так это его бодигард". Чаще нас именуют эскортом, хотя сексуальных услуг мы, в отличие от культурных Евразии и Афроамерики, не оказываем. По той же причине, по какой не работаем подносчиками сумочек. Руки и всё тело должны быть свободны - даме соблюсти такое проще, чем кавалеру. Снова стереотип в нашу пользу.

- Хорошо, зятёк. Сколько дней назад ты провернул то дельце? Иди к себе, где ты там остановился, не выключай мобильник. И жди.

Чужаки уверены, что, в отличие от мужчины, женщина хотя бы из одной осторожности пойдёт по линии наименьшего сопротивления. Но тому, кто прежде всего стремится защитить главное достояние семьи, выбор диктует не пол.

Ухожу в ванную, где легче всего отследить и убрать чужие прослушки. Включаю ноут в режиме тотального поиска. Видеокамер слежения на улице понатыкано в точности как в Рутене, только вот в отличие от тамошних они дают чёткое изображение. И работают выборочно.

Прокручиваю съёмки недельной давности. Нудное занятие, много народу. Ага, вот из дома выходит нянька с креслицем для перевозки. Ставит на заднее сиденье бумера, закрепляет, хлопает дверцей. Бумер трогает с места, дева остаётся.

Спешно переключаю на чип, замаскированный под прививку скарлатины. Изображения нет, но поток цифири я пробую расшифровать с помощью подпрограммы, затем подключаю человека. Есть такие компьютерные асы, что работают за интерес.

Часа через полтора я готова выступить по адресу.

Как и следовало ожидать, залог спрятан неподалёку от предполагаемого заёма. Усадьба охраняется неважно: двенадцать рутенских шавок по периметру. Иных доказательств подставы не нужно - высшие силы уверены, что я помчусь в ближайший малинник причаститься Маммоне. То есть выйду на контакт с будто бы шефами и попрошу у них вилок цветной капусты.

Чёртову дюжину вилков. Совсем иного свойства.

Метрах в ста от ограды особняка начинается заброшенный парк. Байк в заросли, туфли в карман, сама на дерево и задницей в развилку. Развинтить ударную духовую трубку, гибрид шприца и телескопа, - дело секунды. Был метр - стало почти два. Бьёт на все сто, прицел инфракрасный, под рукоятью прячется герметичная обойма со стрелками. Когда попадает в цель первая заноза, муравьи начинают кучковаться, поэтому каждый получает свою долю. Им чудится, что мальчишки озоруют, самый смышлёный, возможно, видит отвлекающий манёвр, но это он напрасно.

Когда стражи выдёргивают острия из-под кожи и расходятся по местам, они уже фактически принадлежат иномирью. Если до восхода солнца их не озаботятся найти и разбудить.

Раннее утро. Юная красавица с лёгкой поступью и волной светлых волос поверх плаща звонит в калитку, помахивая рекламным проспектом или чем-то вроде. Например, испанским гребнем, завёрнутым в бумагу.

- Неделю назад мы с хозяином составили черновик страхового соглашения, - говорю я тому, кто приоткрывает решётку. Неплохая экономия на дверных глазках, эти традиционные эдинские ограды. - Почему меня встречаете вы? Тут ведь было полно мужчин.

Он оглядывается - и получает в мозжечок все пять зубцов антикварной пейнеты. Армированных.

Кажется, внутри не осталось никого. И зачем? Диамис не нуждается в искусственном вскармливании и даже в особенном уходе. Родная кровь, как говорил Олег.

Сатитени, собственно, боевой перстень, но отмычка из него тоже получается недурная. Стоит мне вставить сантиметровые выступы в замок, как из глубины дома слышатся торопливые шажки. Дверь распахивается - и внучка на миг застывает в моих объятиях. Источник нежности - нам вечно в жажде быть...

- Уф, Алмазик. Там у тебя на вороте чужие глаза не виснут?

Смеётся. В свои без малого три лета и две зимы говорит она так хорошо, что понимает игру слов. Индиго, ничего не попишешь.

- Тётя спит, а я поела из холодильника. Вино мне нельзя, ей можно. Баб, маячок на руке очень зудит. Не сделаешь чего-нибудь?

Пока девочка это говорит, я с ней на руках шествую к чёрному ходу, попутно слегка реконструируя интерьер.

- Сейчас перестанет ныть твоя ручка: я ведь давно рядом.

Мотоцикл с коляской уже факт завели в переулок в двух шагах от выхода, электричество вырублено, простые чугунные копья не помеха. Если кто и увидит женщину с дитятей, прикреплённым за спиной на индейский манер, - женщину, которая покидает дом чужака не самым лояльным образом, карабкаясь на ограду без обуви, - в Эдине доносчики долго не живут. И документ у нас обеих в порядке, как ни странно. Некто из моих братьев заранее предусмотрел.

Мы подкатываем к одному из городских высотников, я снимаю шлем, разматываю шарф, обуваюсь (так и вела машину в носках), наскоро возобновляю прежнюю причёску, передаю внучку с рук на руки консьержке. Близкая родня: кузина мужа четвёртой жены отца моего побратима. Дальше уж все они распорядятся как надо.

Звоню по мобильнику непосредственно перед бронированной дверью, отодвинувшись так. чтобы не видать из окуляра.

- Встречай - я кода не имею.

Олег открывает: на физиономии выражается глубочайшее удивление, когда я вырастаю прямо на пороге и втискиваю мужика вглубь прихожей.

- Ты один?

- Один, - врёт мой мафиозный зять.

В арке гостевой залы неслышно появляется тот самый некровнородственный папаша. А вы как думали?

Говорю:

- Я твою дочь и мою внучку из беды выручила. Сама еле жива от трудов праведных.

- Он полагал, ты ему на квартиру доставишь, - холодно отвечает папаша. - Не Алмазик, а барашка в бумажке. И с длинным хвостом, по которому уже готовы пойти его рутенские дружки. Ты ведь сразу поняла, что никаких денег этот хмырь вообще не занимал?

- Так что и верно - предавал ты мою кровь не за одни еврики, - подытоживаю. - Жаль, у моей Хризы не будет возможности нарядиться в траур. Не вдова, всего лишь мать и опекун, управляющий дочкиным наследством.

Траур у нас не чёрный, как полагают, а ослепительно белый. Шелка, батисты, развевающиеся покрывала, у мужчин чесуча, у женщин - остроносые туфли на каблучке.

- Месть победителю не к лицу, старшая, - говорит мой воин, и я согласно киваю.

Он прав. Мы победили на сей раз. И это ещё не конец. Пройдёт некоторое время, и мощная рутенская каморра обнаружит, что некто выедает её изнутри, как дети осы-наездника - жирную гусеницу.

Месть и вправду низка. И всё-таки я еле удерживаюсь, чтобы, переступая через тело, не воткнуть в глаз поверженному врагу символ моей непререкаемой женской власти.

© Мудрая Татьяна Алексеевна


## 8


Васильева Т.Н. За баб-с!   10k   Оценка:8.93*5   "Рассказ" Проза

Ледяные сердечки нежно позвякивали в фужере с розовым Мартини, который Вика задумчиво вертела в изящной руке. Зая, перекатывая во рту апельсиновую жвачку, смотрела на подругу, нахмурив лоб:

- Не нравишься ты мне, Викусь.

Та удивленно вскинула брови, слегка лизнув сахарную изморозь, нанесенную на край тонкого фужера.

- Скучная ты стала, как с этим Лысым из дерёвни связалась. И вообще, скажи мне, подруга, что у тебя за тушь? Ресницы словно склеенные, и цвет серый, - Зая поморщилась, потом подруги долго спорили о косметике. Закончилось всё ссорой, рыданиями и полным разводом, точнее, разбегом - Вика хлопнула дверью и закрылась в ванной, пустив воду. Ликующая Зая с победным видом допила коктейль, хмыкнула и ушла, удовлетворенная, в свою комнату. Зареванная Вика вышла из ванной часа через полтора, залпом допила мартини, посидела немного, пригорюнясь. Включила мобильник:

- Кира, привет. Можно, я к тебе сейчас приеду? Ну, это не телефонный разговор. Можно с ночевкой? О, кей. Целую. Скоро буду.

Улица встретила застывшей темнотой и ночной прохладой, на площадке монотонно скрипели качели, отчего было тоскливо и неуютно. Вика поежилась, стараясь тише стучать каблучками босоножек, закинула тушь в мусорный бак, и тут поняла, что её окружила полная тишина. И следом - вкрадчивое шуршание шагов за спиной, толчок в спину. Кто-то выхватил из рук пакет с вещами, а Вика, потеряв равновесие, пробороздила коленками жесткий асфальт. В глаза бросились пустые качели и медленно приближающиеся ноги в кроссовках.

***

Рот разрывался от зевоты, не доставляя никакого удовольствия, хотя моя подруга Вика утверждает, будто зевание равносильно оргазму. И где она? Позвонила, что придет ночевать, и пропала. Я что, всю ночь буду ждать? Пересчитав звезды у Большой медведицы, решила позвонить, но мобильник Вики не отвечал. До Заи дозвонилась только утром. Мы решили, что подруга наша свалила к папаше. Смс-ка от Вики пришла поздно вечером: "Ки, хэлп Ви, Лысый похит..."

Блин, что за галиматья? Что за шутки? Потом дошло, что сообщение послано с незнакомого номера. Но сокращенными именами мы общаемся только с Викой! Мне стало жутко. Я помчалась к Зае. Пришли к выводу: позвонить. Как ни странно, ответили нам мгновенно:

- Здравствуйте, - робко произнесла я, - с кем я говорю?

- Это Зина.

- Какая ещё Зина?

- Обычная. Пушинка. Из Резины.

- Зина? А где Вика?

Ситуация была хреновая. В общем, обеих девушек ночью похитила банда Лысого, но Зине удалось бежать, правда, все вещи остались у них в машине. Надо было срочно спасать Вику!

***

Через полчаса мы с Заей выскочили на улицу. У подъезда тяжелыми шагами мерила уходящее время толстенная баба. Ни фига себе, пушинка, стенка кухонная. Глянув на нас, она поправила огромную грудь и пробасила:

- Кира? Зая? Короче, гоу, - и, не слушая возражений, рванула к серой пошарпанной "Оке". Мы молча пошлепали следом.

Мотор урчал, Зина орала скороговоркой, удалось лишь понять, что Вика давно опасалась, будто за ней следят, а сейчас мы едем в полицию, где у Зины есть кореш, который пробьет по сетям место отправления смс-ки на мой телефон. Сцапав в лапы мобильник, Зина нырнула в приправленные тугим доводчиком двери райотдела полиции. Вернулась, распространив по салону запах дешевого табака.

- Короче, гёрлы. У вас оружие есть?

Мы растерянно замотали головами.

- Блин, что за овцы попались. Ну, хоть на ногах-то шпильки носите? Ага, ну, если че... Короче, едем в Зверево, сигнал оттуда был. Там будем вашу Вику искать.

Оружие, оружие... Меня осенило. Зина кивнула и на всех парах прикатила к дому моей тетки Нади. Только бы та была дома, а уж сговорить я её сумею. Через десять минут я загрузилась в Оку с большой сумкой в руках.

- Молодца, гёрла! - Зина вытянула вверх руку с поднятым большим пальцем.

- Она, если че, одной грудью по башке шлепнет, другой шею свернет, - нервным шепотом хихикнула Зая. Подозрительный дом, с покосившимся крыльцом и разбитыми окнами, мы нашли быстро. Бандиты, видимо, никого не боялись - двери были распахнуты настежь. Внутри воняло щами, дешевым одеколоном и куревом. Проскрипев половицами, мы зявились в полупустую комнату, где царил настоящий бардак.

- О. Девушки, - скрытые перевернутым шкафом три мужские фигуры дружно повернули головы в нашу сторону. Рыжий, очкарик и лохматый? Тьфу, а кто же Лысый?

Вид у нас был воинственный. Но тут я подвернула ногу, наступив на что-то скользкое. Ойкнув, удостоилась уничижительного взгляда Зины. Однако, взглянув на раздавленный футляр из-под Викиной туши для ресниц, вскрикнула:

- Это они!!!

- Где Вика? - заикаясь, спросила Зая, вздрагивая от пронзительного взгляда очкарика. Зина решительно выступила вперед:

- Колитесь, куда подругу нашу заховали?

- Да какую ещё подругу? Мы тут чай пьем с калачиком.

- С калачиком? А с калашиком не желаете? А ну, ложись, гады, - при этих словах Зина вдруг рванула блузку на груди, та затрещала, посыпались пуговицы, а у трех голов разом выпучились глаза. Да, у меня бы тоже выпучились. Этакая красотища, размер восьмой, не меньше. Тут я обратила внимание на Заю, та стояла, открыв рот, и очумело глазела на Зинину грудь. В лесби записалась, что ли ? Я обернулась и опустила челюсть. Самое странное, что Зина тоже глазела на свои титьки. Хотя, нет. Она глазела на два огромных пустых полушария из белоснежного шелка с тонким кружевом, в которых запросто бы уместились головы трех бандитов. А все остальные созерцали два махоньких бугорка-прыщика с кнопочными сосками, что застенчиво пытались спрятаться, но то, что ранее их скрывало, солидной кучей сейчас лежало у ног Зинаиды. А та рявкнула:

- Ложись, бандюганы хреновы! За баб-с!

И, мамочки, наставила на них настоящий калаш! Щелкнул затвор, послышались выстрелы, лохмач дернулся, обагрив кровью стену, остальная банда успела нырнуть за шкаф. Расстреляв обойму, Зина крякнула, схватила автомат за дуло. О, будет рукопашный? Шкаф в это время рухнул, бандиты, лишенные прикрытия, скорчили зверские рожи и двинулись на нас. Очкарик ухватил Заю за хвост. Та заорала и, дернувшись, фыркнула бандиту в морду из какого-то пульвика. Лак для волос - судя по запаху. Бандит схватился за глаза, завертелся волчком.

- Ааа, получайте, гады, - взвизгнула Зая, кинувшись к рыжему, тот прикрылся мною, и я выпустила из рук тяжеленную сумку.

- Тихо! - Зина, сумевшая, наконец, застегнуть лифчик и прикрыть прыщики, снула руку в карман широких штанин и гаркнула, - Ложись!!!

Зая рухнула на колени. Очкарик, завывая, катался по полу, лохматый висел на шкафу, рыжий вцепился в меня мертвой хваткой. Я вертелась ужом, пытаясь вдарить ему в пах каблуками, гад увернулся и больно схватил меня за щколотку. Я упала на сумку. Ааа, вспомнила! Судорожно расстегнула молнию и вытащила на свет взъерошенного злючего кота.

- Вася, фас!!!

- Ми-я-ууу!!! - кот стрелой метнулся к моему обидчику. О, столько комплиментов я ещё ни от кого не слышала. Рыжий орал, крутился, пытаясь скинуть с себя рассвирепевший шипящий клубок острых когтей. Я сняла босоножек и, подскочив к страдальцу, широко размахнулась:

- Получай, гад! - и тут же хряпнулась на пол, запнувшись о чью-то ногу в грязной кроссовке. Вокруг все кричали, вопили, стреляли. Последнее, что я запомнила - грохот, топот, мат и отчаянный мужской крик:

- Охренели бабы!!!

И тишина. Только раскачивалась, поскрипывая, дверь. Открыв глаза, я поняла, что в помещении остались мы одни, парни исчезли, прихватив труп. Воняло щами, дешевым одеколоном, лаком для волос и чем-то ещё, краской, что ли? Или кровью? И кошачьей мочой.

Зая сидела на заднице и тихо скулила, Зина материлась, натягивая чью-то футболку, тихо ворчала о каких-то тупоголовых дурах. Ой, мама, какая же она худючая-то. Стоп. А где Васька? Кот с горящими глазами обнаружился на дне мокрой сумки.

- Девчонки, а Вика-то где? - проблеяла я.

- Где, где... В Караганде, - буркнула Зина, - короче, едем. Потом я звоню ментам, они этих гадов быстро выловят.

К Зае мы приехали на такси - кто-то проколол шины у Зининой "Оки". Пришлось согласиться на двойной тариф - таксисту не понравилось густое амбрэ моей сумки. Саднили колени, Зая хромала, Зина была задумчива, как Чапай перед битвой. Зая согрела чай, мы по очереди полюбовались собою в ванной, соображая, каким образом можно будет замазать завтра все эти синяки и ссадины. Меня постоянно колотило - мы ждали звонков от похитителей.

- Погодите, - вдруг сообразила я, - а с чего это они будут звонить нам? Ну, Викин отец, у того все же свой бизнес, а мы-то что?

- Ну, а мы че, не люди? - возмутилась Зина, гипнотизируя мобильник. Мы послушно уставились на маленький экранчик. В тишине было слышно, как хрипло орет кот на лоджии и стучат зубы у Заи. Я придавила ей ногу. Неожиданно резко пробили часы. Зая побледнела. Мы насчитали десять ударов и снова застыли, вперив взгляды в экран телефона.

- Что это? - прошептала Зая, насторожив уши. Странный звук шел из спальни и был удивительно, до боли знакомым. Мы медленно прокрались на цыпочках и приоткрыли дверь, пытаясь разглядеть лежащую на постели фигуру. "Труп Лысого", - подумала я, клацнув челюстями. И тут заорал мобильник, Зая прилипла к стене, я замерла на одной ноге. Храп прекратился, из-под одеяла вылезла тонкая рука, нащупала мобильник, потыкала пальчиками.

- Мы так не договаривались, - истерически проорал по громкой связи мужской голос, - что за дебилок ты откопала?

- Лысик, я подумаю об этом завтра, - сонно проворковал труп Викиным голосом и отключил связь. Зая ахнула и решительно шагнула к постели, откинула одеяло:

- Таак, щас я этой Скарлетт - по харе! - рявнула она нежившейся в тепленькой пижамке Викуле. Та растерянно моргала.

- Ну и подруги у тебя, Викуля, так мужиков отделали, что они сбежали невесть куда, - загнулась от хохота Зина.

Я задохнулась:

- Вику никто не похищал? И с какой бани весь сыр-бор, а, Викуля? - блин, тетка убъет меня за кота.

- Зая сказала, что вам со мной скучно, - Вика всхлипнула. Потом мы все разом кричали, ревели, смеялись, пили чай, коньяк, снова ревели, обнимались. Ах, глупышка Викуля...

***

Когда в тот злополучный вечер Вика, потерявшая пакет с вещами, с помощью подошедшей худенькой девушки встала на ноги, она вдруг отчаянно разревелась. И поведала незнакомке о своих бедах. Они долго сидели, а потом Пушинка предложила хитрый план. У них в деревне Резина, ох, как любили розыгрыши. И пейнтбол.


## 9


Юрина Т.В. Ш-4. Недоигранная партия   10k   Оценка:8.00*3   "Рассказ" Проза

В сауне "Царский отдых" на берегу Чёрного озера предоставляли не только простыни, полотенца и тапочки. Чайные церемонии, все виды массажа и приятные ухоженные девушки пользовались успехом как у бандитов, так и у ментов. Хозяйка, Валентина Николаевна Бубникова, ловко разводила противоборствующие структуры, принимая их в разное время, и тщательно следила за тем, чтобы любителей отдохнуть по-царски ничто не могло огорчить в её заведении.

И вот Валька Банщица найдена мёртвой. Крепкое тело хозяйки боком лежало на мраморном бортике джакузи. Свесившиеся волосы закрывали лицо, а под левой грудью торчала рукоятка ножа. Пачкая правый сосок, стекала в ванну с бурлящей терракотовой водой ржавая струйка.

На рукоятке из чёрного граба эксперты обнаружили отпечатки пальцев, принадлежащие Сорокину Виталию Егоровичу. Бандит, известный по кличке Стылый, уже попадался в руки старшего оперуполномоченного Князева, но в прошлый раз дело до суда почему-то не дошло. Теперь Стылому не отвертеться.

Вот только три дня поисков пока ничего не дали. В очередном адресе тоже голяк: бутылки из-под водки, надкушенные бутерброды с бурой оплывшей колбасой, заскорузлые пластики сыра, полные окурков пепельницы...

- Будто предупреждает кто-то сволочей! - ругался Князев. - На сегодня всё. Можете отпускать людей.

- Тебя подвезти? - спросил Поздняков, подчинённый и друг Князева.

- Да нет, я тут ещё в одно место заскочу. Бывай, Миха!

Неподалёку жила новая подруга Князева - ох, и хороша штучка! В её жарких ласках наступало расслабление и та лёгкая невесомость в голове и теле, что нужна была оперу, когда он шёл по следу. Жена... Жена у Князева тоже была. Но за пятнадцать лет брака острота ощущений как-то притупилась. Вера просто надёжный товарищ, прочный тыл. Кстати надо будет свозить Веруню на море - давно просит... Ладно, потом что-нибудь придумаем. Чтобы мысли о жене не отвлекали, Князев отключил мобильник.

Расслабленный до нужной степени, вышел от любовницы в четыре часа. Нужно заскочить домой, переодеться. Если удастся прошмыгнуть тихо и не разбудить жену, пару часиков ещё можно будет поспать. Морозец пощипывал лицо, прихватывал уши. Князев поднял воротник и зашагал к рынку: там в любое время суток стояли таксисты.

Внезапно утреннюю тишину взорвали выстрелы. Для оперуполномоченного такие звуки - словно команда "Фас!" для бойцовой собаки. С пистолетом в руке Князев побежал в арку многоэтажки. Человек вывалился из-за угла прямо к нему в объятья. Князев вцепился в него левой рукой, едва успев поднять правую вверх, поэтому пуля ушла в воздух. Человек оттолкнул его от себя, вырвался и скрылся в темноте. Всё произошло слишком быстро. И теперь - ни шороха, ни движения, ни огонька. Город спал, досматривая сладкие утренние сны.

В руке Князева оказалась спортивная сумка. Ладно, прихватим пока с собой. Потом разберёмся.

В лифте родного дома Князев расстегнул сумку. Мать честная! Ровные оранжевые кирпичики с видами Хабаровска, да зелёные, ярославские: миллиона три, а то и больше! Торопливо застегнул молнию - лифт уже остановился напротив его квартиры.

Осторожно вставил ключ, тихонько повернул. В доме горел свет, и играла музыка. Быстро скинул куртку и, отпихнув сумку ногой, вошёл. Да так и остался стоять на пороге комнаты с раскрытым ртом.

На диване, скрестив ноги, сидела его жена. В крошечных трусиках. Жемчужная нитка на шее - сам дарил ей на Розовую свадьбу - зацепившись за розовую бусину правого соска, делала поворот, уходила в тёмную ложбинку между полными высокими грудями, ниже выныривала снова и устремлялась блестящей дорожкой вниз к сиреневому треугольнику трусиков. Красивая причёска, румянец на оживленном лице. В кресле напротив развалился и пожирал все эти сокровища жадными глазами - друг и подчинённый - Мишка Поздняков. В носках, трусах, с кобурой подмышкой.

- Валет? А мы его - Дамой покроем, - игриво засмеялась Веруня, поправляя на шее выбившийся завиток.

- Я не понял! Что здесь происходит?.. - заревел Князев, выхватывая пистолет.

- Ой, Серёжа вернулся! Ну, как, поймал бандитов? А мы тут в карты с Мишей играем, на раздевание! - хихикнула Вера.

- Да ты пьяная - в хлам! Оденься, - швырнул в жену первую попавшуюся тряпку. - А ты... ты чего здесь делаешь? - стал надвигаться на Мишку.

- Сядь, Серый, успокойся! Кругом столько бандитов, а ты на лучшего друга со стволом кидаешься! - почёсывая волосатую грудь, лыбился тот. - Плеснуть тебе коньячку? Ну, вот так-то лучше, - Давай по порядку. Ты знал, что я Веру люблю?

- Зззнал, - кивнул Князев, совершенно сбитый с толку.

Однако пистолет убрал, присел на диван, где только что сидела Вера, и глядел, не в силах оторваться, как она вползает, втискивает в узкое вечернее платье ладное тело, укладывая в жёсткие чашечки лифа полные груди. Вера машинально повернулась к мужу спиной, он привычным жестом застегнул молнию.

- Ты отбил её у меня на четвёртом курсе? - продолжал допрос Поздняков.

- Отбил.

- Женился. Обещал быть верным, - Мишка уже не спрашивал - рубил обличительными фразами.

- Обещал, - теперь Князев взял бутылку, разлил по рюмкам, повернулся к жене:

- Давай, Вер, сообрази чёньть закусить!

- Обещал. А сам? Два дня дома не появляешься! - гремел распоясавшийся друг и подчинённый. - Про театр забыл напрочь! А, между прочим, сам меня просил билеты купить - на антрепризу столичных знаменитостей!

- Ох, ёпть! Театр! Совсем из головы выскочило! С этим Стылым...

- Ты, Серый, Стылым не прикрывайся! Мы с тобой с работы ушли одновременно. Только я домой пошлёпал, где меня никто не ждёт. По твоей милости, между прочим. А ты, Казанова недоделанный, в другое место направился, хотя у тебя дома жена с ужином...

- Ладно, ладно, не наезжай! Можно подумать, это не я вас с Веркой, а ты свою жену с любовником застукал!

- Не думай плохо про Веру. Мы с ней... Она мне как сестра, а ты брат. Люблю вас обоих, черти! - проглотил коньяк Мишка.

- А это как понимать? - снова пошёл в наступление Князев, широко растопыривая руки.

- Да никак! Вера позвонила, спросила, где ты. Сказала, что в театр опаздываете. Вот я и пошёл с ней в театр.

- Она что, мне не могла позвонить?..

- Звонила, только недоступный ты для неё абонент, Серёга!

- Ну, допустим, сходили в театр, а это что? - ткнул пальцем в голую Мишкину грудь.

- Да ничего. Предложил ей свои услуги, чтоб не скучала. Она ни в какую - любит тебя, засранца. От тоски - серая... и плачет. Ну, выпили, поговорили. Жалуется, как брату. А я... Я и сейчас люблю. Говорю ей: и что дальше, Вер? Так и будешь мучиться? Не знаю, говорит. Я ей в карты сыграть предложил - ну, чтоб отвлечь. На раздевание. Кто проигрывает - снимает одну вещь с себя. В оконцовке, если она меня разденет - не выгонит же голого на улицу. Честно говорю тебе: надеялся я, Серый, на свою долю счастья. А тут ты заявился, весь кайф обломал.

В этот момент вошла Вера с полной супницей пельменей.

- Приятного аппетита, мальчики! - расставила тарелки, вилки и вышла.

Выпили под дымящиеся домашние пельмени. Оба ели и использовали жевание как передышку - чтобы обдумать, обмозговать, как быть дальше.

- Ладно, Миха. Ты со мной по-честному, и я тоже. Давай и мы с тобой в карты сыграем. Только не на раздевание. Кто из нас проиграет - честно встанет и уйдёт отсюда. Навсегда.

- Замётано! - Мишка перетасовал карты, раздал. - Пики - козыри!

- А меня-то спросили, игроки? Хочу я с кем-нибудь из вас быть? - выкрикнула Вера.

- Тише, Вер, не мешай, посуду лучше убери! - скомандовал Князев.

- Вот так всегда, - шмыгая носом, Вера собрала посуду и скрылась на кухне.

Сослуживцы и лучшие друзья не видели и не слышали ничего вокруг. Они резались в дурака с таким ожесточённым азартом, как будто играли не на жизнь, а на смерть.

"Вот ведь, мля. Что ж за день-то такой? Второй раз сегодня такая непруха!" - успел подумать Князев, растерянно глядя на оставшиеся в руке карты, когда зазвонил телефон.

Мишка зашарил по висящему на стуле пиджаку, брошенным на полу брюкам. Нашёл мобильник, положив свои карты рубашкой вверх, ответил:

- Поздняков! Что? Здесь, рядом, - протянул телефон Князеву: - На, тебя.

- Где? - подобрался тот. - Группа захвата уже выехала? Всё! Едем! Через двадцать минут будем на месте.

- Свою мобилу включи, Казанова, - буркнул Мишка, одеваясь.

Вера, всё ещё в вечернем платье и с ниткой жемчуга на открытой груди, стояла, прислонившись к дверному косяку. Переводила растерянный взгляд с одного на другого и молчала.

Князев задел ногой сумку. Поднял её, стал запихивать на антресоли.

- Сумку, Верка, не трогай. Вещдоки там! Всё! Мы полетели. При задержании банды Князев был ранен. Лежал, зажимая бок, и рычал от бессилия. Группа захвата прочёсывала окрестности. Слышались выстрелы. Внезапно перед Князевым вырос Стылый, направил на него пушку. Откуда-то выскочил на линию огня Поздняков, прикрывая друга. Два ствола выплюнули пули одновременно. Пробитая голова Стылого дёрнулась, тело откинулось назад. Мишка почувствовал, как обожгло плечо, и тоже упал. Оба друга лежали в одной палате. Пришла Вера. Поила их по очереди куриным бульоном, кормила сочными ягодами клубники. Мишка широко открывал рот, ловя ягоду губами, и жмурился от удовольствия, а Князев смотрел, как стекает по кисти жены красная дорожка сока, и умирал от ревности.

- А ягоды где взяла? - сурово спросил он. - Зима ведь.

- Места надо знать, - беспечно ответила Веруня и засобиралась уходить.

Князев, не зная, как её задержать, и одновременно не желая задерживать - из-за Мишки - напомнил:

- Ты это, сумку там, чужую, не трогай. Да и не ходи сюда каждый день. Сами справимся! Два дня Вера не приходила. На третий - зазвонил телефон. Князев схватил трубку, отворачиваясь от Мишки:

- Вера! Верочка! Что случилось? Почему ты?..

- Включи громкую связь: хочу, чтобы вы оба слышали, - перебила жена. - Так вот, мальчики, сообщаю вам обоим: твою заначку я прибрала. И улетела. Сняла в аренду виллу на Лазурном Берегу. Жду вас. Поправляйтесь быстрее. Здесь так здорово!

- Что? Какая вилла? Заначку? Ты имеешь в виду сумку с вещдоками?

- Да, именно её. И, кстати: я там на ваши карты взглянула. Розыгрыш у вас. Ничья. Так что прилетайте. Доиграете здесь! Ну, пока. Целую обоих!


## 10


Леля Р. Музыкант   5k   Оценка:9.00*3   "Рассказ" Проза

Матвей сидел на заднем сиденье автобуса, согревая рукой захватанный миллионами ладоней поручень, и поглядывал в окно. Слева томился в ожидании Федор, переднюю дверь "охранял" Самоха. Остальные пассажиры - местная голытьба, с таких-то и взять бывает нечего, но для Самохи каждый рубль - нажива, а для Федора - ежедневный фан. Любит он, когда на него как на изверга смотрят. Говорит, заводит не хуже порнухи.

Матвея они брать не хотели. Кто он для них? Чужак. Только что с отсидки, темная лошадка без прошлого и настоящего, ему и погоняло придумали соответствующее - Нуль. Матвей отнесся спокойно, не прогнали сразу, значит, все будет ок. А кто тут нуль, кто десятка, жизнь покажет.

Лишь только автобус выберется на узкую однополосную дорогу, укрытую за деревьями, словно за ширмой, Самоха гаркнет во всю мощь своих прокуренных легких: "Всем сидеть на местах и не дышать!" - и для верности наставит на чью-нибудь морду ствол. Скорее всего вон тому старикану. Он сегодня в автобусе единственный из мужиков, вот и нахлебается по-мужски.

До зоны Матвей был музыкантом. Мотался по кабакам, неплохо зарабатывал, но однажды наехал на него один придурок - музыка, видите, ли дерьмо. Ну, и слово за слово, вышли "покурить", а тот сразу в драку. Матвей ударил его в ответку, а потом и понеслась - тяжкие телесные, превышение самообороны и реальный срок. Матери обещал: "Вернусь, заживем по-другому, по-людски". Да видно не судьба...

Автобус дернулся, как будто споткнулся.

Вот она остановка. Передняя дверь открылась нервно и как-то боязливо. Боковое зрение отчиталось - Федор поднялся с места.

Матвей взглянул на Самоху, тот едва заметно шевельнул бровями, мол, готовься, сейчас начнем, и словно по команде рука сама собой отцепилась от поручня и полезла в карман.

На остановке было пусто - никто не вышел и не вошел, и едва закрылись двери Самоха выстрелил в водителя, а потом театрально затряс пистолетом и заорал, чтобы сидели на местах. Заголосившую тетку успокоил Федор. От удара она упала на пол, даже не охнув.

Матвей перешагнул через нее и спокойно, будто бы всю жизнь только этим и занимался, воткнул в своего напарника нож. Федор схватился за спинку сиденья, но рана в живот в одно мгновение превратила его в растение.

Матвей уже не обращал на него внимания - он двинулся к Самохе. Тот сначала не понял его намерений, а когда дотумкал, было уже поздно. Матвей, припомнив, чему научила зона, вывернул у него пистолет и со всей дури долбанул рукояткой по голове. Самоху откинуло к двери.

-Ты чего делаешь сука? - процедил он сквозь зубы, но подниматься не торопился.

-Попал ты парень, - с улыбкой ответил Матвей и, чувствуя невероятное наслаждение, наставил на него дуло.

-Стреляйте! Да стреляйте же, - заверещала сзади ретивая пассажирка.

-Глохни, - огрызнулся Матвей, потому что в ту минуту не было у него в автобусе ни своих, ни чужих.

-Братань, да ты чего? - вдруг заскулил Самоха.- Я тебя обидел что ли чем?

-Не меня, - прозвучало в ответ. - Помнишь, как на прошлой неделе автобус чистил? Так вот - там была моя мать. Ехала она на кладбище, хотела отцу оградку на могилу заказать...

-Дык, я же не знал, - заморгал глазами Самоха. - Сказал бы сразу, я бы тебе вдвое отдал.

-А за то, что тварью ее назвал?

-Не было этого!

-По-твоему, она врет?

Короткий хлопок отправил пулю прямехонько в моргающий глаз. Самоха дернулся, как от удара, и голова его безвольно свесилась на грудь. Матвей обернулся к старику, сидевшему за спиной.

-Будьте добры, позвоните в полицию, - сказал он мягко и, покосившись на истекающего кровью Федора, добавил, - и в скорую.

Судебное разбирательство по делу Матвея Губанова закончилось оправдательным приговором. Свидетели происшествия все как один подтвердили, что подсудимый "геройски защитил их жизни и личное имущество и по-другому в сложившейся ситуации поступить не мог".

Покинув здание суда Матвей на некоторое время оставил мать одну и подошел к невысокому крепкому на вид человеку. Тот по-отечески обнял его и сквозь елейную улыбку произнес:

-Молодец, Музыкант. Правильно все обставил. И дело сделал, и за маму свою отомстил. А пацанам давно пора было остановиться. Беспредельщики, мать их... Но ты свою карьеру слишком шикарно начал, чтобы не продолжить, верно? Будешь теперь у нас заместо Самохи. Мы друзей не бросаем. Запомнил?

-Запомнил, - кивнул Матвей и с обреченностью подумал: видно, быть ему теперь по жизни Музыкантом.

Но это все же лучше, чем Нулем.


## 11


Карелина А.В. Я и мой друг Джонни   10k   "Рассказ" Проза

Я и мой друг Джонни

Щурясь от яркого солнца, с сигарой во рту, я небрежно пробормотал:

- Послушай, дружище, шел бы ты куда подальше!

Продолжения не последовало, зазвонил будильник, а в голове пронеслась мысль: "Не проспать бы на работу!".

Я сполз с дивана, с сожалением думая, что просмотр боевиков на ночь превращает утро в кошмар. Уход от действительности представляет позже эту самую действительность в унылом и беспросветном виде, хоть ты и работаешь бухгалтером в солидной фирме, даже числишься на хорошем счету. Вздохнув, я поплелся в ванную. Под струями воды загорланил старую песенку про Джона Кеннеди, которому ни до кого не было дела, впрочем, и к нему никто претензий не имел.

На работе до обеда было спокойно. После двух часов коллектив взбудоражила весть о пропаже сына генерального директора.

В кабинетах появились незнакомые люди, задавая разные вопросы. Меня вызвали в кабинет директора потому, что вчера вечером я последний, кто относил генералу документы на подпись.

За столом шефа сидел худой молодой человек, представившийся следователем Поповым.

Под пристальным взглядом серых глазок, я почувствовал себя не уютно, но на вопросы старался отвечать четко.

- Вы не заметили, ваш директор вел себя, как обычно? - спросил следователь.

Ничего необычного в Юрии Николаевиче я не заметил, тем более, что не в первый раз относил ему на визирование документы. Вот и вчера, все было подписано, за исключением одного счета с наклеенной к нему желтой бумажкой: мой сигнал "обратите внимание". Юрий Николаевич быстро просмотрел бумагу и отложил в сторону. Ясно, вопрос сложный. Чтобы директор владел полной информацией, я достал свой еженедельник с записями и расчетами, где числилась фирма "Адонис", расходы по которой вызвали сомнения.

- "Адонису" грозит банкротство, все оборудование перевозят на склады по проспекту Космонавтов, а склады эти, между прочим, принадлежат другой фирме.

Обо всем этом я и поведал следователю.

- А что это за фирма "Адонис"? - оживился он.

- Фирма занимается ремонтами. Денежные транши в ее адрес направлялись регулярно, а ответные документы приходили всегда с опозданием, абсолютно не корректные. Предприятие разваливается.

Следователь заерзал на стуле, потом сменил тему:

- Сына генерального директора вы видели?

Конечно, видел, общался. Славный мальчишка! Не в пример детям других состоятельных родителей, Славик был вежлив и внимателен. Зная жену Юрия Николаевича, высокомерную особу в соболях и бриллиантах, кивающую нам, как лакеям, при нечастых посещениях офиса, это было удивительнее в два раза.

Может здесь замешан "Адонис", не получили желаемых денег и взяли в заложники Славика?

Подобная мысль пришла в голову и следователю Попову, он схватил трубку телефона, набрал номер, попросив выяснить все по упомянутой фирме.

Я вернулся в наш кабинет, но работать не мог, что-то неясное бродило в голове.

Этим неясным мог быть только обрывок телефонного разговора, который я услышал, выходя из кабинета Юрия Николаевича. Удивился тогда, как поменялся голос мужчины, звук лился мягкими волнами, оседал на мембране ласковыми словами:

- Как дела, солнышко?

Большего я не услышал. В тот момент у меня сложилось впечатление, что директор разговаривает с женой, теперь же думаю, что он вряд ли стал ворковать со своей напыщенной супругой, да и со Славиком папаша никогда не опускался до сюсюканья. "Солнышком" был кто-то другой, вернее, другая!

От возбуждения я вспотел, интересно, кто это? Скорей всего, дама из нашей конторы. Конечно, генерал мог встретить барышню где угодно, но учитывая то, что он полностью отдавался работе, просматривал документы до позднего вечера, захватывая выходные дни, развлечений у него, вне офиса, было мало. Да и предпочитал он девиц умных, знающих себе цену. Так, идем дальше. Его жена - фигуристая брюнетка. С годами вкусы мужчин кардинально не меняются, значит, ищем стройную брюнетку. Собираем все, что имеется, и получаем главного юрисконсульта фирмы Марину.

Вот это да! Я посмотрел на часы, до конца рабочего дня остался час, значит, Маринина помощница и соседка по кабинету Вероника сейчас пойдет в курилку, подымить перед уходом.

Действительно, Вероника была там. На меня она взглянула без интереса, шмыгнула носом и уставилась в окно.

Эх, как во вчерашнем боевике курил Джонни! Я иронически улыбнулся, и с прищуром посмотрел на Веронику. Девушка оживилась.

- Знаешь что-нибудь новенькое? - спросила она.

Я покачал головой, подержал паузу, чтобы красавица насладилась тем, как я на нее смотрю и проговорил:

- Следователь мариновал меня час, но, как я понял, дело забуксовало.

Это была фраза из разговора Джонни. Вероника затарахтела:

- Мы все дергаемся, у Марины даже с сердцем стало плохо! Она в одиннадцать домой ушла, бледная, как привидение.

Ага, об исчезновении ребенка мы узнали после обеда, значит, Мариночке сообщили об этом раньше. Кто? Либо сам Юрий Николаевич, либо похититель!

Больше от Вероники я ничего не добился, затушил сигарету, кивнул на прощание и пошагал в кабинет.

Найти адрес Марины труда не составило. После работы я, как под гипнозом, направился к ее дому.

Пока шел, в голове упорно крутилась мысль: "Не станет она бледнеть, узнав о пропаже чужого ребенка, пусть даже сына любимого".

Интересно, что совершил бы Джонни, будь он на моем месте? Как борец с любыми формами насилия, ковбой пошел бы напролом. Если так, смело звоним в домофон квартиры главного юрисконсульта.

Голос из недр дома был сиплым, я же отчеканил:

- Марина, это Олег Зимин из бухгалтерии. Я хотел бы поговорить о Славике! Откройте, пожалуйста.

Слова возымели действие, дверь запиликала. Поднимаясь в лифте, я не успел составить план разговора, поэтому, переступая порог ухоженной, стильной квартиры, начал без вступлений:

- Марина, я знаю, вам звонил похититель ребенка.

Женщина заплакала и плюхнулась в кресло.

Мне не было ее жаль. Я знал, что Мариночка не даст себя в обиду, не подставит вторую щеку для удара, подойдет и пнет сама. Да и рыдала она не от горя, а от злости.

- Марина, где вы прячете ребенка?

Как всех недобрых людей, Марину тянуло к таким же. Но больше всего ее завораживали деньги. Когда на горизонте замаячила импозантная фигура Юрия Николаевича, Марина сделала все, чтобы сначала ее оценили, как хорошего специалиста, потом как великолепную любовницу, а позже, как надежного друга с потенциалом жены. Две первые стадии были пройдены с блеском, но третья забуксовала по причине мощной любви генерала к сыну и отсутствия желания что-либо менять в семейной жизни. Здесь случай свел Марину с Игорем, владельцем фирмы "Адонис". Разбирая долги предприятия, женщина поняла, какую можно извлечь из этого выгоду. Теперь липовые акты и договоры визировались мгновенно, а в виде компенсации в кармане оседали тугие конвертики.

Скоро они с Игорем стали близки, женщина узнала о темном прошлом героя, но это ее не взволновало.

Развязка наступила, когда перед генералом замаячил престижный пост в правительственных кругах, а фирма "Адонис" развалилась. Сообразив, что переход Юрия Николаевича может пагубно отразиться на их отношениях, Марина ринулась в бой. Прежде всего, надо откупиться от жены. Сделано это было с чисто женским коварством: Игорь соблазнил супругу генерала. Во-первых, рыльце у нее стало в пушку, во-вторых, Игорьку тоже захотелось получить кусок генеральской собственности. Атака велась с двух позиций. Игорь жал на жену, рассказывал про неверность мужа, уговаривая при расставании требовать полный пакет акций фирмы, Марина щебетала о разводе Юрию Николаевичу. Но, их интересы здесь не совпали, потому что Игорю нужен был весь бизнес, а Марина не собиралась с этим мириться.

- Ты отдашь мне все, стерва! - орал на нее Игорь, - не сделаешь этого, выкраду директорского сынка, спрячу и шепну папаше, что это ты разделалась с его сыночком. Я-то выкручусь, а вот ты, Маринка, сядешь в глубокую яму.

Сдаваться Марина не собиралась, считая, что Игорь не пойдет на крайнюю меру. Но он пошел на это.

Лихой план дал сбой, когда жена генерала, не желая разводиться, порвала с Игорьком. Тогда тот, сообразив, что ему ничего не обломится, решил сорвать большой куш, украв Славика.

- Где вы прячете ребенка? - снова спросил я.

- Не знаю, - пробормотала Марина, - Игорь, сразу после того, как выкрал мальчишку, изменив голос, позвонил Юре и его жене. Одной сказал, что если сообщит в полицию, муж узнает о наличии любовника, а второго припугнул тем, что убьет ребенка. Юра деньги за сына уже приготовил и отдал бы по-тихому, да дура-няня позвонила в полицию, даже не удосужившись переговорить с родителями.

Дивясь тупости и жадности двух мерзавцев, я вздрогнул от звонка сотового телефона Марины. По ее виноватому взгляду понял, что звонит Игорь. Что ж, Джонни, твой выход!

Я схватил трубку, и, снижая голос до сиплого баса, процедил:

- Слушай ты, верблюд, если через полчаса не вернешь пацана домой, считай свою песню спетой! Не будет дома мальчишки в срок, я подожгу твои склады на проспекте Космонавтов, возьму твоих родственничков в качестве заложников, сообщу в налоговую о твоих проделках, а потом просто поймаю и отвинчу тебе то, чем ты так гордишься, понял?

Марина тряслась в рыданиях, выдавив из себя вопрос:

- Откуда ты про его мамашу и дочку знаешь?

- Я знаю все, - был ответ.

Славик вернулся домой к опухшим от слез родителям. Марину и Игоря задержали, теперь их ждут судебные разбирательства. Юрия Николаевича пригласили на работу в Правительство. Что же касается меня, то я перешел на работу вместе с ним, в Департамент экономической безопасности. И Джонни взял с собой.


## 12


Фельбер Д.В. Home, sweet home   7k   Оценка:10.00*4   "Рассказ" Проза

Вниз, в сторну, замереть и прислушаться... Опять в сторону. Он привычно скользил по склизким тоннелям, коридорам, на ходу прислушиваясь и оценивая верность выбранного направления, то замирая на мгновение, то стремительным рывком преодолевая очередной участок пути. Двигаться во мраке было делом привычным и естественным: блаттоптеры* вообще не жаловали свет; тьма была их покровительницей, вечной защитницей.

Вперёд, направо, налево... Лабиринт казался бесконечным. Иногда возникали ответвления, некоторые тускло светились теплом. Но Руфус - так звали путешественника - их пропускал. Чутьё опытного воина, не единожды обманувшего смерть, уверенно толкало его бежать дальше, в поисках подходящего поворота.

За этим углом прячется безжизненный тупик, даже запах мёртвый; вот тут жизнь вроде бы есть, но интуиция упрямо велела продолжать бег. От следующего прохода воин даже отшатнулся: чума! Та самая, что выкосила большую часть его племени, что заставила жалкую горстку выживших в панике покинуть родные места и отправиться навстречу неизвестности.

Руфус на мгновение замер, напряжённо прислушиваясь к своим ощущениям, а потом с удвоенной скоростью припустил вниз. Из следующего прохода валом накатил запах. Жильё!

Немного помедлив, воин двинулся в сторону манящего аромата.

Решётка, как и всегда в подобных местах. Но решётка повреждённая, заросшая толстым слоем питательного мха. Руфус обследовал её, предварительно оценив воздух на наличие ядовитых испарений, а потом, убедившись, что опасности нет, подкрепил силы и лишь затем осторожно скользнул в узкий разрыв.

На первый взгляд всё тихо. Ни шороха, ни дуновения.

Путешественник двинулся дальше, глубоко увязая в пыли. Это хороший знак! Стало быть, ураганы и наводнения в этой местности случаются редко. Но пахнет съестным. Значит, не следует исключать возможность обитания тут исполинов: считалось, что именно эти огромные и неповоротливые создания не только неразрывно связаны с появлением пищи, но и способны вызывать мор и уничтожать плодородные поля. Причём возникающие эпидемии были коварны: Руфус помнил, как погиб один из старейшин... Блаттоптеры уже покинули заражённые места и мирно отдыхали после утомительного перехода по незнакомому лабиринту, как старик внезапно упал, забился в страшных корчах и спустя несколько мгновений умер. Хотя он, в отличие от погибших прежде, никогда не покидал жилища. Тогда Руфус сам вызвался разведывать дорогу. Рисковать соплеменниками было опасно.

Воин начал спуск. Сначала медленно, насторожив все органы чувств. Потом, убедившись, что опасности нет, быстрее. Добрался до узкой шели между отвесной стеной и поверхностью, забился туда.

Тишина. Тишина и влага? Руфус ощупал стену. Так и есть! Воды тут хватало. Это очень хороший знак! Пещера показалась нескончаемо длинной, хотя и тесной. Идеальное убежище!

Он осторожно высунул голову. Переждал. Выбрался и снова пошёл.

Благословенный край: пища тут имелась в изобилии. Около огромной лужи чего-то сладкого воин не устоял и принялся торопливо лакомиться. И тут поверхность под ногами вздрогнула раз, другой; воздух всколыхнулся, отчего чувствительные рецепторы предупреждающе засигналили. И всё вокруг залило ослепительным светом. Руфус знал: когда случается подобное - исполины близко.

Он замер на месте, осознавая, что находится слишком далеко от укрытия.

Земля дрогнула ещё несколько раз, потом раздался утробный рык, и воин почувствовал приближение опасности. Он сорвался с места, бросился вперёд и влево. И очень вовремя: чудовищной силы удар грянул как раз по сладкому озеру, окатив всё вокруг липкими брызгами. Ещё удар - уже ближе. Руфус нёсся, петляя и запутывая след, а заодно проклиная собственную беспечность и жадность, из-за которой снова попал в подобную ситуацию. Вот вертикальная колонна. По ней можно, скрываясь, убегать витками. Исполины медлительны, их легко запутать.

Снова рёв, снова удар. На очередном круге Руфус успел увидеть огромную плиту, врезавшуюся в колонну участком ниже. А так же существо, эту плиту направлявшее: несколько тепловых пятен - одно поменьше, длинное, второе - необъятно огромное.

Точнее, это была всего лишь часть существа, ибо оно было слишком велико, чтобы его рассмотреть целиком, да и положение воина наблюдениям не способствовало. Ещё скачок, обманный поворот... Он повис спиной вниз и рванул дальше.

Страшный грохот и раздавшийся следом вой на мгновение оглушили. Потом мир вокруг зашатался и обрушился. Руфус распластался, приник к падающей твердыне и за мгновение до крушения прыгнул.

Благословенны прикрывающие всё тело хитиновые доспехи! Он даже не ушибся, а напротив, ловко приземлился на ноги и вновь бросился наутёк, петляя. Сопровождаемый непрекращающимся воем. Перед носом возникла прохладная, гладкая стена. Скользкая, но не настолько, чтобы воин по ней не взобрался. Почему-то плиты больше не падали и Руфус беспрепятственно достиг вершины, перебрался через странно мягкую, упругую расселину и замер, вглядываясь в пространство перед собой.

Облюбованная местность была усеяна разнокалиберными возвышениями и угловатыми обломками, по которым так удобно передвигаться, а среди них... Наконец-то воин мог как следует рассмотреть врага.

У него оказалось огромное продолговатое тело, небольшая голова и четыре ноги. Две очень длинные, две - намного короче. Причём голова светилась теплом целиком, а ноги - лишь на окончаниях. Исполин лежал, поверженный, извиваясь и сжимая двумя коротними конечностями одну из длинных. Вторая безвольно вытянулась по полу. Внезапно вдали возникло какое-то движение, и из пространства появился новый великан. Покачиваясь, подошёл к поверженному собрату и склонился над ним. Потом что-то прогудел и выпрямился. Развернулся и снова пропал в мареве дали.

Руфус выжидал. Хоть один из врагов и выведен из строя, расслабляться было недопустимо.

Время текло мучительно долго...

Чутьё не подвело воина: исполин вернулся. В сопровождении нескольких родичей, источавших пренеприятный запах отравы. Они столпились вокруг лежащего, подняли его и выволокли вон. Остался только знакомый великан. Он осмотрелся вокруг и безошибочно двинулся в сторону наблюдательного пункта Руфуса. Воин подобрался, готовый биться до последнего. Или снова бежать.

Но исполин просто подошёл и играючи откинул в сторону белую стену, по которой Руфус ранее спасался , оказавшуюся крышкой хранилища невероятных размеров. Умопомрачительно запахло едой.

Раздался грохот, перед глазами мелькнуло что-то прозрачное, продолговатое; потянуло уже знакомой отравой.

После чего враг закрыл хранилище и, покачиваясь, ушёл. Следом исчез свет.

Руфус выждал ещё и слегка шевельнулся. Ничего не произошло. Вокруг стоял долгожданный покой. Воин поднялся, расправил усы и побежал со всех шести ног, оставляя за собой чёткий след. Он спешил: нужно сообщить семье, что новый дом найден!

*Блаттоптеры - произв. от Blattoptera, или Blattodea - семейство таракановых.


## 13


Крутоус К. Ш-4. Семейное достояние   10k   "Рассказ" Проза

Двадцать девять дней боев по правилам, и только один день без единой преграды. Один бой, но какой ценой. Я чувствовал, как кровь начинает заливать левый глаз, как солоноватый привкус во рту напоминает об удачном джодан маваши гери японца. Он из Якудзы. Я это понял еще в первые дни, впрочем, как и большинство делающих ставки. Не то, кто его крышует, а то, что его потенциала хватит дойти до финала. Что ж, вполне предсказуемый результат. За клинками гоняемся лишь мы, остальные же постольку поскольку: раритет, высокая цена, японское наследие. И лишь для меня они значат в этой жизни практически все.

Три моих гедан маваши гери пришлись в самую точку: японец присел на одно колено, переводя дух. Секунды передышки для него, драгоценные мгновения для меня, чтобы обвести взглядом зал и оценить ситуацию. Я же не идиот, прекрасно понимаю, что просто так уйти с фамильными вакидзаси мне вряд ли удастся. Это в том случае, если сумею победить. И действительно, в верхнем ряду амфитеатра, опоясывающего сцену-клетку, появились двое азиатов. Припоминаю, раньше эти места занимала ушлая парочка, пожаловавшая сюда явно для совмещения развлечения и возможности сорвать джек-пот на победителе. Ставки были один к пяти, не в мою пользу. Я сам так постарался: пусть думают, что противник слабее.

Бой продолжался, кровь брызгала в разные стороны, мы с япошкой метелили друг друга уже давно без каких-либо правил. Но с каждым новым ударом я все отчетливее ощущал, как слабею, каждый следующий удар под дых требовал большего количества секунд на восстановление. Выдержу ли? Никаких правил...

Кажется, момент настал. И так же подумал мой противник: я почувствовал, как лезвие скользнуло по левому боку, чуть выше селезенки. В руках у противника оказалась тонкая, но до ужаса острая проволока. Но как? Как удалось ему ее пронести? Без правил - значило также и без сопутствующих предметов, только боксеры, даже длинные волосы азиата проверили на наличие лишнего инвентаря. Резинка трусов. Что ж, неплохо. Похоже, Якудзе слишком нужны эти мечи, отступать они не собираются. Я не убийца, нажимаю на курок лишь в крайних случаях: работа такая. И вот сейчас, похоже, настал этот самый крайний случай.

А рана, как назло, оказалась довольно глубокой, сама не затянется. Кровь струилась медленным ручейком, легкое головокружение и эхо слов отца, впечатанное в память: "Ты должен, обязан достать эти клинки, они не могут попасть в руки к чужакам, это наше наследство, это слишком важно. Поклянись, что найдешь их". И я поклялся, а клятвы надо выполнять. Собрав всю волю в кулак, кое-как пытаясь зажимать рану, я прикрыл веки. Слух обострился, а с ним и желание быстрее все закончить. Мы двигались очень медленно, по кругу, словно в каком-то ритуальном танце. Все, что мне нужно было, схватить проволоку и превратить ее в выигрышный билет, путь на свободу.

И я бросился прямо в ноги противнику, на ходу выполняя резкую и чертовски болезненную подсечку для него и не менее ужасную для себя. Он не ожидал, что в своем состоянии я пойду на такое. Но это был последний рывок. Удивление, промелькнувшее во взгляде, практически мгновенно сменилось пустотой непонимания, когда тонкий металлический провод обвил шею мафиози. Кровь хлестнула фонтаном, заливая ринг, и я медленно опустил обмякшее тело на татами. Никто не будет разбираться, как все произошло, важен был лишь результат. А он был: я победитель. Почти проваливаясь в глухую пропасть, я ковылял к выходу под громкий рык трибун. Мой вожделенный трофей, кажется, они вручили его еще на ринге: я ощущал, как металл нагревается в моих руках, в каждой по вакидзаси, превращающихся с этого момента в часть меня самого. Кто-то подхватил меня и увлек подальше от становящегося невыносимым гула разношерстной публики.

- Босс, просто делай, что я скажу, - откуда-то издалека прошелестел голос Кейт. Но как она здесь оказалось? Никто из моей команды не должен был быть в курсе, где я. Мой прямой начальник и по совместительству лучший друг покойного отца, мой наставник, заменивший единственного родителя - он один был посвящен в мой план. Я просто не имел права подставлять ребят, они и так за меня в огонь и в воду. Какой-то миллионер выставил мечи на черном рынке. Объявил чемпионат, победителю - трофей. И я сознательно пошел на то, что засвечусь. Но для них тут однозначное самоубийство. Это не их игра.

- Как ты узнала? - глухо простонал я.

- Ну, ты и сам мне про них рассказал, помнишь? Только мне, правда, но когда ты пропал (командир Ломис подтвердил твои слова, будто бы ты взял отпуск), мы с ребятами все время были начеку. Что-то было не так, нюхом чуяли. Мы установили за ним слежку, и пять дней назад зафиксировали странную встречу. Босс, он встречался с наемниками, - Кейт сглотнула, - заказывал тебя. Ему нужны вакидзаси.

В этот момент мы садились в джип.

- Где моя команда? Почему ты одна? - не хотелось спрашивать, но надо было.

- Отвлекают охотников за головами. - Кейт завела мотор и резко рванула с места. - Куда едем, босс? Каковы пути отступления?

Да, молодец, девочка, я сделал из нее настоящего и правильного солдата: прямые и четкие инструкции, беспрекословное подчинение, вот только мне с нашей первой встречи хотелось совсем другого.

- За нами два хвоста, - констатировала Кейт, прерывая мои размышления, - Якудза и охотники. Оп, стоп, кажись, я ошиблась, есть еще кто-то третий. Не в курсе, кто это?

Мой отец был выходцем из обычной японской семьи. Я так и не смог от него толком добиться, что же конкретно произошло, но знаю, что Якудза разрушила его жизнь. В молодости его завербовала международная организация призраков, которая в тени занималась борьбой с преступностью. Отец полагал, что они действуют на правительственном уровне. С приходом отца целью номер один стала японская мафиозная структура. Всю жизнь он потратил на то, чтобы подобраться как можно ближе к безликой гидре, но продвинулся не особо. Лишь однажды, отвлекшись, связал свою жизнь с француженкой. Родился я. Унаследовав множество отцовских генов, я все же странным образом больше похож на европейца. Япония - моя родина лишь по рассказам. А после смерти отца, когда я занял его место в "Призраках", азиаты стали моими злейшими врагами: они лишили моего отца семьи и родственного дома, заставили меня стать частью европейской части материка. Что ж...

- Кейт, зачем ему клинки? Ломису?

- Нам удалось узнать кое-что интересное, - резкий поворот занес машину в сторону, меня тряхнуло так, что звездочки засеребрились перед глазами. Чувствовалось, что долго не протяну. Рана не слишком глубокая, но внятная - без медпомощи просто истеку кровью. Кто там за нами гонится? В последнее время можно было ожидать чего угодно. Нами всерьез занялись самые крупные разведки мира: МИ-6, Моссад, ЦРУ, проявлял интерес и Интерпол. О нас никто ничего не знал толком, лишь единицы, подобные одному из оперативников Моссада, с которым нам однажды пришлось делить операцию. Но после того, как начали открыто проводить спасательные операции, для многих мы превратились в острый кол меж лопаток. Особенно для местной полиции.

- Оказывается, эти железяки - символ власти в Японии. Якобы обладатели этих вакидзаси становятся столь могущественны, что им прийти к власти раз плюнуть. По одной из версий, эти клинки всегда были тайным знаком монархизма Микадо. Но несколько веков назад они были украдены ниндзя и с тех пор исчезли в неизвестном направлении. После того, как этот фетиш спрыгнул с весов, власть Микадо постепенно, но непреклонно угасала до того жалкого подобия, коим является сегодня. Существует легенда, что вновь завладевший мечами, сумеет стать правителем не только "Страны восходящего солнца", но и всего мира. Естественно, это миф, но, блин, посмотри в окно, сколько чудиков в это верят. Правда, не исключено, что кое-кто собирается попросту их перепродать за огромные бабки, однако в целом... - пока Кейт довольно успешно гнала внедорожник по указанному мной адресу, при этом развлекая меня болтовней, я медленно впадал в забытье, боль куда-то исчезала, уступая место опасной эйфории.

- Что-то во всем этом не сходится. Почему эта инфа всплыла только сейчас? Очевидно, кому-то это нужно было, - принялся вяло рассуждать мой затухающий адреналин. - Да и кто в это поверит? Отец говорил, что эти вакидзаси всего лишь фамильное наследство, а наши предки никогда не были императорами.

- Возможно, - машинально кивнула Кейт, картинно въезжая в очередной поворот. - Черт! Кажется, наши "друзья" решили сменить тактику, босс. - И тут я понял, о чем речь: автоматная очередь разорвала паутину уюта.

- У них М-16 или Калаши?

- Мне отсюда плохо видно, - съязвила Кейт. Хорошо, что машина бронированная.

- Кстати, там в этих легендах еще кое-что есть.

- Ты пытаешься меня развлечь или отвлечь от чего-то? - она старалась, и я был ей за это благодарен. Но надолго ли меня хватит?

- Обычные смертные не могут стать полноценными обладателями этих клинков, только настоящие хозяева черпают из них силу. Типа, как-то так. И якобы один наследник не может обладать мощью вакидзаси, а потому их всегда делили двое родственников (один, открытый для внешнего мира, - Микадо, второй - серый кардинал), лишь их общая сила способна привести ко всевластию.

Наконец-то место предназначения. Неприметный особняк, практически в черте города, был моим отходным путем. Внутри был прорыт тоннель, тянущийся на два километра и заканчивающийся точно таким же невзрачным домишкой, рядом с которым меня ждал обычный "Фольксваген", переделанный под гоночный. Два километра многовато, но надо было идти. Точнее, Кейт меня тащить. Едва мы добрались до убежища, едва разложили аптечку, как над нами навис черный ниндзя.

- Вечер добрый.

Передо мной стоял последний главарь всей Якудзы. Никто не знал его настоящего имени, известно было лишь, что несколько месяцев назад он убил предыдущего главаря, таким образом, отомстив последнему за свержение своего деда. Да и в лицо его знали лишь мы, "Призраки": по статусу положено. Он целился в меня из обычного "Кольта", в глазах плясали смешинки.

- Я возьму это, - медленно, не сводя с нас немигающего взгляда, японец потянулся к сундуку Пандоры. Мы с Кейт замерли. Парень все так же неспешно расстегнул молнию черной сумки, вытащил два вакидзаси, повертел в руках, после чего плавно подбросил один из мечей в воздух.

- Лови! - я инстинктивно бросился к мечу, на ходу поймав сокровище. Клинок плавно скользнул ко мне в ладонь, и в это самое мгновение оба меча полыхнули зеленым светом. Якудза довольно усмехнулся:

- Добро пожаловать в семью, брат! Что-то нас ждет в будущем, - и в этот момент темнота окутала сознание: мне необходимо было отдохнуть.


## 14


Елина Е. Миссия невыполнима   6k   "Рассказ" Приключения

Миссия невыполнима.

Я стояла перед большим зеркалом и откровенно собой любовалась. Так и хочется вспомнить слова Гоголевской Оксаны: "Ах, как хороша!". Темные, гладко забранные в пучок волосы, ни одной прядки не выбивается. Невысокая, но где надо - все окружности имеются. Черный лайковый костюм облегает, словно вторая кожа. Одно плохо - карманов совсем нет. Поэтому и приходится надевать маленький плоский рюкзачок. Вот в нем много отделений. Еще раз проверила снаряжение: набор отмычек, несколько отверток, маленький монитор, повязка с фонариком, специальные чехлы с присосками на ноги , такие же перчатки. Стоп, а это что? Противозачаточные таблетки? Нет, сегодня они мне не пригодятся. Выкладываю без сожаления. Пилочка для ногтей. Какая же уважающая себя девушка пойдет на задание без столь полезного инструмента. Пистолет... Нет, пожалуй, сегодня он только придаст вес рюкзаку и будет мне мешать. А вот шокер возьму. Ну так, на всякий случай. Карту прячу в потайной карман на груди. Хотя, я, конечно, выучила свой маршрут наизусть. Это тоже, скорее предосторожность, чем необходимость. Провод с камерой на конце застегиваю на шею, словно ожерелье. Да, чуть не забыла - особые очки. Они помогают видеть линии сигнализации. Вот и все. Пора в путь. Я вышла на улицу. Ночь сегодня безлунная, беззвездная. Везет мне. Никем не замеченная, проникла к запасному выходу здания, стоящего напротив. С моими-то навыками, вскрыть замок - пустяковое дело. Несколько секунд, щелчок, и вот я уже внутри. Немного подождала, пока глаза привыкнут к тусклому освещению. Ага, вот и лестница в подвал. Цель моего визита - комната на четвертом этаже, но именно из подвала начинается воздуховод, расходящийся по всему зданию. И это самый удобный путь. Вот и отвертки пригодились. Я быстро открутила решетку и поставила ее на пол. Один из стоящих ящиков помог забраться внутрь. Поэтому и выбрали для выполнения этого задания именно меня. Из-за моих размеров, позволяющих пролезть практически в любую щель. "Мышь". Под этим псевдонимом меня широко знают в узких кругах. Достать и надеть приспособления с присосками - дело нескольких минут. Теперь фонарик и в путь. Я бесшумно поползла по железной трубе, мысленно сверяясь с выученным маршрутом. Поворот. Вверх. Присоски помогают движению. Направо. Вперед, до следующей развилки. Снова вверх. Иногда останавливалась передохнуть, чутко прислушиваясь. До четвертого этажа добралась точно по графику. Здесь нужно быть еще осторожнее: по коридору перед нужной мне комнатой ходят двое охранников. Фонарик пришлось выключить - вдруг кто заметит мелькание света. Сразу стало неуютно. Рука, нога, остановиться, прислушаться... Рука, нога... Поворот. Я в комнате. Доползла до решетки. Прислушалась. Вроде никого. Достала с шеи провод с камерой. Подключила к монитору. Глазок в щель решетки. Внимательно все осмотреть. Точно никого. Провод на место, монитор в рюкзак. Посмотрела на часы - до обхода тридцать три минуты. Успею. Надев специальные очки, убедилась - линии сигнализации статические, хотя и частые. Ничего, и не такие обходили. Моя цель - в ячейке с номером 192. Это на противоположной стене, в трех метрах. С помощью пилочки потихоньку подцепила решетку. Аккуратно втянула ее внутрь. Высунула голову. Прямо подо мной стол. Удачно! Осторожно вылезла, спрыгнула на него. Прислушалась - вдруг охрана что услышала. Нет, никакие крики не раздаются, дверь не распахивается. Что ж, пора действовать. Не торопясь, присматриваясь к светящимся линиям, добралась до стеллажа. В нужной мне ячейке - небольшая коробочка, сантиметров десять на десять. Это хорошо, в рюкзак легко поместится. Заказчик не обманул, сказав, что предмет маленький и легкий. Забрав то, за чем пришла, двинулась обратно. Главное, не спешить. Это еще только полдела. Еще нужно выбраться. Со стола снова залезла в воздуховод. Поставила на место решетку, сняла очки, пару раз глубоко вздохнула. Прокрутила в голове путь назад. В коридоре услышала, как охранник открывает дверь в комнату, где я только что была. Надеюсь, отсутствие маленькой коробочки никто не заметит. Замерла, опасаясь услышать вой тревоги. Но нет, раздался скрежет запираемого замка, и мужской голос доложил по рации "Чисто". Преодолев опасный коридор, дальше поползла быстрее. Теперь снова можно фонарик включить. Хоть я и не страдаю клаустрофобией (а при моей профессии это смерти подобно), все же, даже с таким неярким светом, гораздо приятнее. Вниз спускаться оказалось легче. Вот и последний поворот. Остановилась передохнуть. А заодно сняла и присоски, и фонарик. Больше они мне не понадобятся. На миг вспомнила о сумме, названной заказчиком. Присутствующие в ней нолики (после единички, конечно) приятно грели душу. Но расслабляться рано. Откинув приятные мысли, снова сосредоточилась. Бесшумно подползла к темнеющему квадрату выхода. Замерла, прислушиваясь. Вдруг кого нелегкая принесла! В подвале тихо. Откуда-то раздается звук капающей воды. Посторонних звуков не слышно. Что ж, прощай, гостеприимная труба. Перевернулась на живот, развернулась, ногами вперед осторожно выбралась наружу. Аккуратно спрыгнула на пол. Приземлилась точно на обе ноги, притом совершенно бесшумно. Даже захотелось, как гимнастки, раскинуть в сторону руки, улыбнуться во все тридцать два, поклонится публике, принимая заслуженные аплодисменты. Нечто холодное и круглое уперлось мне в затылок. Нет, не нечто. Дуло пистолета. Его я всегда узнаю. Черт! Где же я прокололась? *** Нарисованная кровь красиво стекала по экрану монитора. В центре мигала надпись "GAME OVER". - Черт! Где же я прокололся? - спросил неизвестно у кого молодой парень, сидевший за компьютером. - Маршрут проложен оптимально, герой выбран максимально подходящий для данного задания, снаряжение тщательно подобрано... Что не так? - продолжал он рассуждать сам с собой. Геймер откинулся на спинку стула, барабаня пальцами по столу. Надпись на мониторе ехидно подмигивала. "Неужели придется выбрать мужика с короткой стрижкой, взять десяток гранат, пару калашей и тупо перестрелять всех, кто попадется на пути?" - размышлял он. - Нет! Мы пойдем другим путем, - заявил парень неизвестному собеседнику. Глаза геймера заблестели, на губах появилась довольная улыбка. - А что ты на это скажешь? - ловкие пальцы запорхали над клавиатурой.

____________________________________________________________

© Шпилька-Конкурс. Работы четвёртого конкурса(девочки)

Origin: http://samlib.ru/a/arhiw_eksperikona/rabotyn1.shtml

Создан: 15/02/2013, изменен: 29/04/2018, 139k

Статья: Проза

Series: @Архив Шпильки-4