# Цена наемника. Глава 1

Светлана Юрьевна Астапова

О том, к чему приводят геройские поступки

## Глава 1


Сегодня он был свободен. Свободен от службы у правителя той страны, в которой ему посчастливилось родиться. Свободен от работы у многочисленных клиентов, некогда осаждавших его любимый уголок в городской трапезной. И дело было вовсе не в том, что он загибался от боли и вторую неделю глушил свое отчаянье паршивым пивом, и не в том, что бледный и потрепанный вид отпугивал богатеньких купцов, и даже не в том, что невезение всюду преследовало его и о нем разнеслась нехорошая слава. Просто город был закрыт. Закрыт из-за чумы, которая поразила одну третью горожан. Устроиться на работу здесь было невозможно. Купцы либо сбежали как крысы, либо забились по своим углам, надеясь спастись от заразы, либо уже нашли свою участь в костре на площади.

Наемник не смог вовремя уйти - в тот злополучный вечер он получил последнюю оплату и по праву пропивал ее в богатой таверне. Он ничего не знал о бушующей в городе эпидемии. Да и никто не знал, кроме семей тех несчастных, что умирали в страшных муках. Первых мертвецов хоронили где придется - лишь бы сохранить чуму в тайне. Их закапывали в подвалах, выкидывали в реку и прятали рядом с домом. Горожане старались изо всех сил заглушить эпидемию в самом зачатке. Но она распространялась с огромной скоростью. Вскоре в каждой второй семье появился заболевший.

В тот день стражники в одном из городских колодцев нашли первого покойника. Через несколько часов все ворота были закрыты. Любой желающий мог проехать в Авантюрин. Особенно были рады торговцам с провизией. Но никто не мог покинуть город. Власти не хотели, чтобы об эпидемии узнали другие. Ведь именно в Авантюрине размещалась основная часть войск страны. Самые лучшие воины, склад оружия и государственная казна приналежали Авантюрину. Весть о том, что город находится на краю гибели, могла дойти и до соседей.

Сегодня он выгреб из дорожной сумки свой последний грош и вместо того, чтобы пойти к лекарю, тянул третий час кружку паршивого авантюринского пива. Сквозь прикрытые веки он разглядывал посетителей трапезной.

Их было немного - несколько крепких мужчин в клепаных куртках и с мечами на поясах и низкорослый и пузатенький купец, то и дело хватающийся за кошель.

Последние дни наемник занимался разглядыванием всей этой разношерстной компании, которая уже давно не менялась. Все они сидели в стороне друг от друга, не желая знакомиться и пережидая чуму. Наемник хмыкнул. Того пузатого он определил сразу. Типичный купец, занимающийся междугородней торговлей. Такие быстро толстеют, едва достигая тридцати лет. Этот, видать, тоже приехал сюда по делам, да и застрял. Наемник вздохнул. Если бы тот купец, которого он сопровождал сюда две недели назад, остался здесь на несколько дней, он был бы обеспечен работой.

Шайка-лейка из шести вооруженных мужчин с угрюмыми лицами не внушала доверия. Наверняка это были коллеги Уайта. Небольшой наемничий отряд, судя по дорогой одежде и обмундированию, занимающийся сопровождением высших чинов.

Поначалу Уайт хотел присоединиться к ним - в коллективе подыхать все же лучше, чем в одиночестве. Но, заприметив не особо приветливые взгляды в свою сторону, решил, что все же не будет портить свои последние дни в драках за право лидера. Это была очень сплоченная группа, все - как на подбор - здоровые, накаченные и высокие. Даже схватка с одним из них не предвещала для Уайта ничего хорошего.

Вот уже пять дней они сидели здесь, словно грузди в забитом бочонке. Братская могила - так бы назвал эту узкую темную залу Уайт, если бы удосужился задуматься о своем положении. Но размышления об этом еще больше угнетали, и потому он просто напивался до чертиков и засыпал прямо здесь.

Но сегодня случилось необычное. В дверь трапезной постучали. Мужчины переглянулись и замерли в ожидании. Обычно на стук тут же приходил кто-нибудь из служанок. Прошло несколько минут. Стук повторился. Мужчины из компании напряглись. Двое из них положили руки на мечи.

Уайт встал и подошел к двери. Вытащил нож. Подцепил засов и приоткрыл дверь. В узкий проем просунулась рука, схватилась за край.

- Проходи, - не слыша себя проговорил наемник.

Наверное, лучше было бы вообще не открывать дверь. Здесь никого не ждали. Солдаты давно позабыли о горожанах и прятались по сторожевым башням, охраняя стены и ворота Авантюрина. Жители редко выходили на улицы.

В залу вошла девушка, худенькая и невысокая. Она была одета в грязные лохмотья, и держала в руках тощую котомку. Она хотела что-то сказать, но Уайт ее опередил.

- Закрой за собой дверь.

С трудом задвинув тяжелый засов, она осторожно прошла к столикам и села за один из них. Уайт вернулся на свое место, сделал глоток пива. Кружка гулко стукнула по столу. В зале впервые за эти дни стояла полная тишина.

Этот звук словно разбудил мужчин. Один из воинов поднялся. На его поясе звякнули кинжалы. Он сделал несколько шагов к столику, где сидела девушка. Плотную он подходить не стал.

- Снимай свои тряпки, детка.

Девушка покраснела. Судя по ее утонченным чертам и ухоженному лицу ее нельзя было бы назвать "деткой". Да и нищенкой тоже - даже грязные лохмотья не могли скрыть по-аристократически белую кожу.

Уайт поднял кружку, собираясь сделать еще один глоток.

- Ты меня не слышишь? - мужчина вытащил меч и поддернул юбку.

Девушка выхватила оружие - обычный столовый ножик, до этого спокойно лежащий на столе и не способный вспороть даже кожу. Ее руки дрожали.

- Тебе лучше раздеться, - сказал Уайт.

Зрелище будет интересным, - подумал наемник, поднимаясь со скамьи.

- Нет, - проговорила девушка, сделав шаг назад.

Воин усмехнулся.

- Этот меч способен разрубить тебя пополам, чумная. Раздевайся. Мы не хотим заразиться от тебя.

Девушка покачала головой. Она взмахнула ножом. Ответный выпад заставил ее побледнеть. Меч прошелся в точности по краю балахона, покрывавшего ее тело. Мужчина протянул руку и сорвал его с девушки. Она осталась в тонкой сорочке, слишком дорогой для нищенки. Уайт ухмыльнулся. Остальные присвистнули.

- Вроде не больная, - с усмешкой проговорил воин. - Может, присоединишься к нам.

Бледная кожа девушки стала пунцовой. Незнакомка что-то прокричала и бросилась на него, целясь ножом в лицо. Тот увернулся. Девушка упала рядом с лестницей.

- Ах ты тварь! - крикнул мужчина, вытерая с щеки кровь. Он поднял меч. И с криком боли выронил его. В предплечье торчал нож.

Получив удар чем-то тяжелым в затылок, он упал. Не давая времени очнуться ему и его компании, Уайт схватил за руку девушку и потащил наверх.

Она была как кукла и начала сопротивляться только после того, как наемник затащил ее в одну из комнат для постояльцев и запер дверь.

- Как ты смеешь! - только сейчас девушка освободила руку и тут же, не глядя, влепила пощечину.

- Дура, - проговорил Уайт. - Тише.

Он прислонился к двери. За ней, в коридоре, послышались шаги. Кто-то проходил и распахивал двери во всех комнатах. Гостиница, что находилась поверх трапезной, была пуста, и потому все номера пустовали. Уайт и полуобнаженная незнакомка, нервно сжимающая в руках котомку, заняли одну из них.

Наемник взглянул на нее.

- Ищут тебя. Будешь хорошо себя вести, останешься невридима.

Он хотел еще добавить, что это очень нехорошие ребята, но решил, что все-таки не стоит пугать и без того дрожащую девушку. Она кивнула и попятилась.

Они приближались. Уайт огляделся. В комнате стояли кровать и столик. Он прикинул, что если подпереть кроватью дверь, у них останется пара минут на то, чтобы подготовиться к бою. Но меч Уайта давно затупился, а сами его руки не смогли бы удержать его больше пяти минут. Что поделаешь - сказывались недельная голодовка и лихорадка. К тому же шуметь сейчас значило бы подвергать себя еще большей опасности.

Уайт обернулся на окно, закрытое деревянными ставнями. В этот момент он поблагодарил всех богов, которых смог вспомнить. Гостиница была самой дешевой - и хозяин ее пожалел деньги на стекла. Да, впрочем, стекла на окнах могли позволить себе только короли и первые богачи города.

- К окну, быстрее, - шепнул он девушке.

Та бросилась к нему, быстро расправилась с железным засовом и распахнула ставни.

- Мы будем прыгать?

- Тише, дура, - прикрикнул Уайт и только потом понял, что наделал.

Действовать нужно было немедленно. Шаги превратились в топот бегущих ног. Еще мгновение - и в комнату ворвались трое наемников.


Она взвыла от боли. Удар немного смягчил давно нестриженный газон под окном. Но она наткнулась на кочку и, кажется, повредила руку. Именно за нее и схватился воин.

- Куда мы идем? - спросила она, когда тот потащил ее за угол.

- Куда-нибудь подальше от этих бандитов.

Они миновали два квартала, прежде чем остановились.

Улицы были пусты. Буйствующая вокруг болезнь делала свое дело. Все двери и ставни были заперты, а по дорогам бродили разве что умирающие собаки и разжиревшие крысы. Несмотря на это воин затащил ее в темный закоулок, первый, который оказался чист от трупов и мусора. Она не могла понять, зачем такие предосторожности - ведь на открытом месте им ничего не могло угрожать, а чума... чума достанет везде. Услышав лязг оружия и звон колокольчиков, она поняла, что по дорогам могли ходить солдаты и монахи, собирающие трупы и убивающие всех, кто посмел выйти, без разбора на больного и здорового.

- Гелия, - представилась она. - Ты должен знать, что делать дальше.

Воин что-то невразумительно помычал.

- Ты наемник?

- Да.

Наемник выглядел не очень обнадеживающе. Гелия еще ни разу не видела наемников в старом тряпье и тонкой кожаной броне, вооруженных одним мечом, замотанным какой-то ветошью. Да и слишком худой и бледный вид воина внушал определенные подозрения. Но адрес гостиницы был правильным, а именно там она назначила встречу с группой.

- Тогда тебе это будет интересно, - она достала из дорожного кошеля свиток и развернула перед его глазами.

- У меня к тебе несколько вопросов. Первое - почему ты один, я договаривалась как минимум на дюжину. Второе - как ты вытащишь меня отсюда. Третье - сколько ты просишь.

- Сто монет, - недолго думая ответил наемник.

- Прекрасно, - она вытащила из кошеля десять золотых и ссыпала в его руки. - Это задаток, остальное получишь позже. А теперь ответь мне на остальные вопросы. Поверь, они меня очень интересуют.


Уайт был весьма и весьма удивлен. Несмотря на головокружение и постоянную головную боль, неунимающуюся с тех пор, как он вошел в этот город, он понял, что его с кем-то спутали. Он даже понял, с кем именно.

Те шесть воинов, таких же наемников, но куда более высоко оплачиваемых, ждали, оказывается эту ранее бессловесную девицу. Сейчас, в его большому удивлению, она показалась довольно деловитой дамой, впрочем, еще довольно молодой.

- Так ты ответишь мне на мои вопросы? Куда подевались остальные?

- Они... ждут нас снаружи, - сказал он первое, что пришло в голову. - Мы уже подготовили план, и частично его реализовали. Если вы, госпожа... Гелия, не возражаете, нам нужно подождать до ночи. И, конечно, найти какое-нибудь место, где мы поедим и передохнем перед путешествием...

Естественно, Уайт и понятия не имел, как выбраться из города. Если бы он знал, он давно бы ушел сам. Но сейчас с нетерпением ждал молодой и симпатичный клиент, который к тому же носил на поясе туго набитый монетами кошель.

К слову, Уайт никогда не брезговал грязной работенькой - особенно, если она не сулила никаких последствий. Оставить несчастного торговца из далекой страны в болоте без золота и товара, ударить по голове зазевавшегося одинокого путника, ускакать на краденом коне в город и пропить весь капитал, заработанный подобным путем, - все это было в жизни не особо удачливого наемника, живущего большей частью засчет разбоя. Пару раз случались проколы - связанного и оголодавшего купца находил какой-нибудь смельчак, узнавал о предательстве охраны и пытался добраться до наемника. Одного такого героя Уайт грохнул прямо на месте - в трапезной, где гулял с новыми друзьями, другого сдал властям как разбойника. Но расправа с подобными смельчаками не приносила результата - через некоторое время об Уайте разнеслась нехорошая слава и только очень храбрый и глупый купец, коих в своей братии находилось немного, позволял себе нанимать опасного наемника.

Сейчас же он вполне мог присвоить себе все золото этой недурной девицы, а саму ее использовать по ее назначению. Благо для нее, Уайт находился не в самой хорошей форме, да и цель ее совпадала с целью наемника. Он сам долго собирался выбраться из этого проклятого города, и появление богатого клиента, сулящего хорошо заплатить за свое спасение, послужило толчком к началу операции.

Увы, но за все две недели в трапезной Уайт так и не смог придумать более-менее разумного плана. К тому же сейчас он нуждался в хорошем ужине, теплой постели и ласковых руках сиделки.

- Так ты еще не нашел это место? - разъяренный возглас клиента вторгся в раздумья наемника и вернул его на землю.

- Почему не нашел? - переспросил Уайт, судорожно вспоминая адреса купцов, которых когда-то охранял. - Нашел, госпожа. У меня есть прекрасные аппартаменты, которые будут вас достойны. Даже не одни, а несколько, потому что я не могу знать, что произошло за эти дни...

- Тогда отправляемся сейчас же, - приказала Гелия и смело вышла из закоулка. - Чем раньше начнем, тем раньше закончим, и тем раньше ты получишь свое, слышишь, наемник?

- Слышу, ваше высочество, - последнее он сказал в шутку, но она резко обернулась и чуть побледнела, что вызвало некоторое подозрение у Уайта, не отпускающего его до конца путешествия.

Он выглянул из-за угла на дорогу, которая оказалась пуста, как дно кружки пропойцы, и вышел на улицу. Девушка двинулась следом.

- Пойдем дворами. Здесь слишком опасно.

Она кивнула. Наемник и девица прошмыгнули через дорогу и скрылись в темном проулке. Дорогу им практически сразу преградил забор. За ним виднелись чахлые деревья и заросшие грядки. Было понятно, что дом, к которому примыкал небольшой огородик, принадлежал зажиточному купцу или главе ремесленной гильдии, и уже неделю пустовал.

Уайт мельком подумал, что стоит остановиться прямо здесь - ведь внутри их могли ждать съестные припасы и долгожданная постель. Но что-то неуловимое подсказывало ему, что шагать за порог было равносильно самоубийству. Уайт, как и все не очень грамотные люди своего времени, знал, что чума могла передаться одним прикосновением к вещи, к которой прикасался зараженный, да и сам воздух мог стать причиной скорой смерти.

А владельцев дома, безусловно, уже нет среди живых. Об этом говорили и обвалившиеся ставни, и запущенный огород с недоубранным урожаем.

Уайт встал на колени и подставил руки.

- Перелезайте, госпожа, - сказал он с ухмылкой.


Гелия покраснела, несмотря на то, что она так и осталась в тонкой сорочке, она не хотела ни прикасаться к грязному и вонючему наемнику, ни показывать свои прелести, которые и так были практически открыты. С тем, чтобы найти временное убежище, она согласилась только для того, чтобы раздобыть пару теплых вещей, которые сейчас были так необходимы.

- Закрой свои глаза, наемник! - с этими словами она наступила на его руки и кое-как перелезла через забор.

Во время этого самого настоящего подвига для при... девицы ее сословия порвался подол сорочки, самым позорным образом оголив левое колено. Естественно, она сразу схватила оба рваных края и попыталась прикрыть ногу.

- Зря вы так, - проговорил с усмешкой наемник после того, как тяжело перевалился через забор и спрыгнул на землю. - Кому сейчас нужны ваши худые ножки...

- Заткнись и пошли, - Гелия плюнула, едва не попав на его сапоги. - И помалкивай, а то живо сдам тебя солдатам.

- О да, солдатам только и не хватало, что полуголой девицы в разорванном балахоне, - в открытую смеялся неотесанный чурбан, пробираясь в зарослях репейника и крапивы.

Гелия осталась позади. У забора располагались грядки, поэтому здесь еще можно было пройти. А вот дальше, там, куда пошел наемник, растительность разрослась слишком буйно.

- Постой! Я там не пойду!

Наемник вернулся, молча перехватил девушку за талию и перекинул через плечо.

- Мерзавец! Как ты смеешь трогать меня... - она билась и пыталась убрать его руку со своего бедра. В ее кругах такое прикосновение считалось равным более интимной связи и влекло за собой всеобщий позор ... или скорую свадьбу. Гелию едва не стошнило от последней мысли. Нет, свадьбу она хотела, но в качестве жениха приберегла для себя другого человека...


По трем пустым бочкам и двум тыквам, оставленным жадным, но осмотрительным хозяином воронам-стервятникам, Уайт понял, что находиться на нужной улице. Он подошел к знакомой двери и постучался.

- Эй, хозяин Виот, открывай своему другу скорей!

Никто не ответил. Не ответил и после того, как дверь подверглась безжалостному испытанию в лице грязных сапог наемника.

- Вышибай дверь, придурок, - подскзала девица, стоящая неподалеку.

- Ни к чему - если тут есть кто-то живой, он откроет. А в чумной дом я не пойду, даже если придется переночевать прямо здесь.

Он был очень рад, что нашел такой разумный довод. Чумы он, конечно, боялся, но был уверен, что хозяин, столь же брезгливый, сколь и богатый, купец Виот, просто не собирается открывать дверь кому бы то ни было. Как и все он не хотел умирать в страшных муках. Уайт хотел бы выломать дверь, но был не уверен в собственных силах.

- Виот, это я, твой верный охранник! Мы здоровы, убедись! Или ты хочешь, чтобы о твоих делишках с солью узнали поборщики налогов?

Последняя фраза возымела небольшой эффект. Еще бы, усмехнулся Уайт, те делишки действительно были интересны для казначеев Авантюрина. Виот и поднялся из самых низов купеческого сословия, от неудачливого торговца к богатейшему во всем городе ростовщику, за счет одной не очень честной, но весьма интересной торговой операции. Купец заложил все свое имущество, распродал весь товар и начал активно скупать у всех въезжающих в город торговцев соль. Через месяц все запасы соли в Авантюрине истощились, а Виот открыл собственную лавку, где продавал этот ценнейший товар втридорога.

Виот, вероятно, помнил, кто именно охранял его соленое сокровище, и потому махонькая щелка в двери приоткрылась.

- Тебе что надо, бандюга? Грабить, небось, пришел, - раздался из-под двери недовольный голос.

- Не боись, в городе полно пустых домов побогаче твоего, - усмехнулся Уайт. - Открой-ка нам дверь, ты же всегда был гостеприимен?

- Только не к незванных гостям! - щелка закрылась, и за дверью раздались утихающие шаги.

- Открой, не то выломаю! - крикнул Уайт, чувствуя, как исчезает последняя надежда поесть и отдохнуть.

Вдвоем они обошли практически весь город, стучались во все двери домов, принадлежащих знакомым наемнику купцам. В одних домах их ожидала полная пустота, в других - заколотые в собственных постелях богачи, а в третьих - весьма неожиданная и "гостеприимная" встреча с вооруженными до зубов охранниками. Что уж говорить - дом Виота был их последней надеждой.

К великому удивлению и не меньшему облегчению Уайт услышал, что к двери кто-то приближается. Послышался скрежет засовов, и на пороге предстал сам. Сам Виот стоял в позе боевой готовности с взведенном арбалетом в руках. Его пузатая, но не лишенная мужской силы фигура загораживала весь проем.

- А ты поправился, - ухмыльнулся Уайт.

Несмотря на то, что стрела, заряженная в арбалет, смотрела прямо в сердце наемника, он ничуть не испугался. Наставил оружие - убивай сразу, - поговаривал когда-то бывший солдат Виот, и, памятуя эти слова, Уайт решил, что купец просто решил подстраховаться.

- Не так, как хотелось бы, - ответил тот. - Мне плевать, больны вы или нет. Не хочу пускать в дом грабителей.

- Виот, дружище, да если б я решил...

- Слышал я. Как у вас со здоровьицем? Окочуритесь, небось на утро, еще трупы ваши убирать.

- Все в порядке, живы-здоровы, нам бы переконтоваться пару дней, и уйдем спокойно.

Виот засмеялся, арбалет затрясся в его руках, грозя выстрить, что заставило Уайта покрыться холодным потом.

- У меня что, дом милосердия тут? Платить сразу будешь или в долг?

- Сразу, - подала голос девушка, молчавшая до этих пор. - Столько тебе хватит?

Она вытащила из кошелька пару золотых, на которых можно было бы снять целый этаж в лучшей городской гостинице на неделю.

- Умнажь на два, и будет самое то. Дефицит, мадам, инфляция...

- Только ругаться не надо, - огрызнулся Уайт, раздраженный тем, что деньги бывают гораздо эффективнее, чем дружеские связи.

Получив свои четыре монеты, Виот сладостно улыбнулся девушке и разърядил арбалет в землю.

- Лень стрелу снимать, - оправдался он перед взвизгнувшей дамой, - прошу в мое гостеприимное жилище, госпожа...