# Не меч, но мир

Мария Николаевна Астраданская

Сколько раз я здесь думал: "Будь мягче", но как? Я металл.

Не понять мне ни чувств, ни страха, охвативших хрустальный бокал,

Что стоит на краю, чуть подвинешь - и дождь из стекла

Нашу жизнь расцветит ненадолго, потом же не вспомнят: "А был вот. Была..."

Да, мы оба звеним. И мы оба покорны руке, что нас может взять.

Льётся кровь, как вино, алея... Кто меня поднимает, другому во тьме грозя?

Льётся алым, себя вспоминая растущим на ветви, в хрусталь вино...

Выбор взявших не в нашей власти, отчего ж он порой наполнял виной?

И я видел, как он сам хотел разбиться, не желая сосудом для яда быть,

Для меня невозможно не жить - не биться, потому я просил лишь одно: забыть.

Слышал я, что в великом огне и металл изменяет облик, но давно не видал огня

И руки, что подобна первой - той, ковавшей в огне меня.

Нынче я брошен в угол, чёрен, хоть мой цвет - цвет луны, серебро.

Битва с братом, хмельная радость... Горы тел и пиры горой

Мы с ним оба храним, он - на дне бокала, я - на кончике острия,

Страх стекла непонятен стали, только верю: понятны и "ты", и "я"

Той руке, что меня касаясь, говорит: ты не меч, ты - сад,

И восходит над садом солнце, и искрится, звеня, в бокале напоившая мир роса.