# Тени умерших богов

Валерий Викторович Батищев

Часть первая: Прибытие.


Майор Стаффорд.


- Астероид по курсу 316. Скорость 44 км/с. Дальность 6600 км. Размер до 2 м. Время до встречи 150 секунд. Вероятность столкновения 87%. - Компьютер подсказывал маневр уклонения в верхнюю полусферу. Хелен убедилась, что вероятность столкновения при этом падает до 0 и привычным движением пальцев подтвердила расчет бортового компьютера — Внимание, экипаж! Провожу маневр уклонения.

Корабль чуть заметно дрогнул и звезды в лобовом иллюминаторе медленно поплыли вниз.

- Что за ! - Астероид на экране радара дрогнул было, но тут же разделился на три. Вероятность столкновения 91%.

- Командир, у нас проблемы. Экипаж, приготовиться к маневрированию! - чуть повысила голос Хелен, поднимая тягу до 50% и забирая круче вверх

- Три цели по курсу 323. Скорость 42 км/с. - невозмутимым голосом докладывал компьютер - Дальность 5100 км. Размер до 1 м. Время до встречи 121 секунда. Вероятность столкновения 92% - Вторая рука Хелен уже шарила по пульту в поисках кнопки активации курсового рельстрона

- Командир, цель захвачена.

Майор уже стряхнул с себя мрачные размышления, провел ладонью по сканеру авторизации и откинул предохранитель с загоревшейся зеленым огоньком кнопки «Пуск». Последнюю неделю после выхода из криокапсулы он пребывал в мрачном расположении духа. С прежним, таким, казалось бы, еще осязаемым миром, его разделяли тридцать пять световых лет расстояния и почти шестьсот лет сна. Экспедиция к HD43834 была его осознанным выбором. Нужно было уступать дорогу молодым. Его сын к тому времени уже закончил с отличием Академию ВКС и прошел стажировку заместителем командира эскадрильи. Участие отца в научной экспедиции освобождало сыну место комэска и давало соцкап для дальнейшего роста. Заветное звание полковника позволяло иметь пожизненное гражданство и выйти на пенсию. Рабочих мест не хватало, и немногие счастливчики передавали их по наследству. Роботизация съедала рабочие места, за каждое конкурировали десятки тысяч людей «свободных территорий». Иным способом в Город было не попасть, только официальная работа давала право приобщиться к благам цивилизации. А уж работа на правительство открывала перед человеком уверенность в обеспеченной старости.

Компьютер уже захватил одну из целей и вел ее. Звездолет все круче забирал перпендикулярно плоскости местной эклиптики, но красные «маркеры» «астероидов» на экране радара не отставали. Майор поставил переключатель режима стрельбы на стрельбы короткими очередями.

- Мощность магнитного поля 100%. - поле, предназначенное для защиты от космического излучения высокой энергии, было плохой защитой от астероидов. - Три цели по курсу 334. Скорость 41 км/с. Дальность 4500 км. Проекция до 1 м. Время до встречи 110 секунд. Вероятность столкновения 95%. - ровным голосом докладывал компьютер.

- Короткой очередью. - сказал майор, нажимая на гашетку. Четыре полукилограммовых снаряда ушли к цели со скоростью 0,01С. Люди в рубке замерли, всматриваясь в изображение на мониторе. Время застыло. Через томительную долю секунды компьютер пересчитал данные по первой цели. Вероятность столкновения быстро уменьшилась до 0%. Майор перевел целеуказатель на следующую цель. Оставшиеся две цели разделились и все больше уходили в нижнюю полусферу. Корабль имел бортовой номер IS-000062SH и был построен на базе грузового судна. В его трюмах были размещены научные лаборатории и каюты экипажа. Рейлган, спаренный с гамма-лазером был установлен в единственном экземпляре на всякий случай, для борьбы с астериодами и находился только в верхней полусфере. - Крен, левый борт, 90 градусов. - отдал он команду пилоту. Звезды в иллюминаторе медленно поплыли.

- Две цели. Курс 348 и 322. Скорость 42 км/с. Дальность 3100 км. Время до встречи 74 секунды. Вероятность столкновения 95%. - Одна цель, которую вела в данный момент система наведения, заходила с встречного курса, вторая явно направлялась в сторону кормы. Майор убедился, что рейлган перезаряжен и снова нажал гашетку. Снова потянулись томительные мгновения ожидания. На мониторе ничего не происходило. Подождав зеленого сигнала на кнопке «Пуск» он еще раз нажал гашетку.

- Две цели. Курс 353 и 293. Скорость 44 и 39 км/с. Дальность 2800 и 2900 км. Время до встречи 63 и 74 секунды. Вероятность столкновения 99% и 95%. - не унимался компьютер.

- У нас грузовик, а не истребитель, командир. Более резкое маневрирование приведет к разрушению.

- А более медленное, к уничтожению корабля. Это не астероиды, Хелен. - он еще раз нажал на гашетку - Бог знает какая у них начинка. В нижней полусфере у нас мертвая зона.

Цель внезапно исчезла с монитора. Если б кто-то в этот момент смотрел в иллюминатор, он увидел бы как где-то вдали по курсу движения корабля вдруг на мгновенье вспыхнула яркая звездочка. Монитор же бесстрастно отразил что произошел взрыв мощностью 23 ктн, рабочее вещество Pu 239, основной поражающий элемент нейтроны с энергией 8-15 Мэв. Монитор показал, что оставшаяся ракета ушла под корпус и кнопка «Пуск» загорелась оранжевым.

- Твою ж мать! - выругался Стаффорд. Хелен не поняла по какому поводу, то ли на счет определившейся начинки «астероидов», то ли потому, что третья ракета упрямо заходила сзади в нижнюю полусферу. Вечер, как говорится, переставал быть томным. Его рука снова заскользила по клавишам приборной панели и подтвердила команду сканированием ладони. - Мертвая петля на всей мощности, Хелен. И крен правый борт 180 градусов. Я отменил ограничения.

- Экипаж, приготовиться к маневрированию! - едва ее пальцы коснулись клавиш, как перегрузка вдавила всех в кресла. Окружающий мир дернулся и поплыл с ускорением вниз, и теперь уже против часовой стрелки.

- Цель по курсу 237. Скорость 38 км/с. Дальность 1700 км. Время до встречи 48 секунда. Вероятность столкновения 98%.

Последняя ракета продолжала сокращать расстояние оставаясь в задней части нижней полусферы. Вынесенные на сотни метров от жилого отсека реактор и двигатели не позволяли вести огонь в этом направлении не подвергая корабль серьезной опасности. Ракета тем временем споро пристраивалась в кильватер к кораблю. Еще несколько секунд и она уйдет под прикрытие серой махины реактора. Майор терпеливо ждал. В той далекой, кажущейся уже чужой, жизни он успел повоевать. За тридцать с лишним лет службы Стаффорд принимал участие в нескольких локальных конфликтах на Земле а также в войне пятнадцатой коалиции. Разработка Гелия-3 на Луне легла в основе земной энергетики. Китайской корпорации «Yue-zhi Lu» не понравились претензии AT&T на Море Ясности. Конфликт быстро погасили, но грузовики с гелием продолжали подвергаться внезапным нападениям. Стаффорд совершил немало боевых вылетов на сопровождение конвоев и патрулирование маршрутов.

- Цель по курсу 204. Скорость 33 км/с. Дальность 1300 км. Время до встречи 39 секунд. Вероятность столкновения 99%.

Кнопка «Пуск» снова подсветилась зеленым, а монитор выдал информацию, что цель захвачена. Майор резко, как подросток, играющий в компьютерную игру, дернулся и с ожесточением ударил по кнопке. Но тут ракета опять ушла под корпус, кнопка снова загорелась желтым, и короткая очередь оборвалась едва начавшись.

- Вираж влево. Резко вниз. Нужно ее достать.

Стоило лететь за тридевять земель чтобы так по-глупому сдохнуть. Стаффорду снова вспомнились эти несчастные пираты. После постройки в лунной точке L1 большого космопорта, в точках L2, L4 и L5 сторожевых баз и уборке летающего мусора, внутри лунной орбиты не осталось места для джентльменов удачи. Все запуски с земли контролировались военными, а внешний трафик был очень редок и любое ржавое корыто было видно за миллионы километров.

Ракета между тем окончательно ушла в заднюю полусферу. Конструкция корабля не оставляла надежды с помощью маневрирования изменить положение вещей. Саффорд между тем надеялся, что маневрирование вокруг продольной оси корабля позволит на мгновение увидеть ракету между ажурных балок консолей, к которым крепились двигатели. И этот момент настал. Цель появилась из-за двигателя № 3, была захвачена системой наведения, и майор выстрелил и почти сразу компьютер показал, что цель поражена. 24 ктн, рабочее вещество Pu 239, основной поражающий элемент нейтроны с энергией 8-15 Мэв. Одновременно монитор вывел информацию о неисправностях в двигателе № 3 и системе охлаждения реактора. Взрыв мощностью 24 ктн в десятке километров от корабля не проходит без следа.

- Командир, двигатель № 3 отключен, мощность реактора снижена до 20%.

- Принято. Уводи корабль на орбиту спутника HD43834d. Укроемся в его кольце и оглядимся.

IS-000062SH на одних маневровых продолжил медленно двигаться в сторону орбиты восьмого спутника газового гиганта, который являлся третьей планетой в системе.


Хелен Ли. (42 часа назад)


Пробуждение от криосна чем-то похоже на похмелье. Сознание возвращалось к Хелен постепенно. Сначала из бездны небытия возникло осознание себя и зажужжало надоедливой мухой, ритмично ударяя в затылок. Вчерашние суматошные мысли призрачным роем мельтешили в сознании. Белоснежная гостиничная подушка, пахнущая лавандой. Яркий луч солнца, пробивающийся в узкую щель между тяжелыми портьерами. Цветущие персиковые сады вокруг космодрома. Бодрящий весенний ветер на взлетном поле. Удаляющаяся в иллюминаторе голубая поверхность Земли. Мягкая улыбка матери. Матери.

Хелен моргнула и открыла глаза. В уголках глаз стояла влага. В сумраке медицинского модуля мягко светился монитор капсулы, отображая параметры жизнедеятельности: частоту сердечных сокращений, артериальное давление, температуру тела и что-то еще.

Хелен была участницей правительственной программы по поиску талантливых детей. Несколько веков назад официальный Пекин столкнулся с нехваткой выдающихся людей. В условиях, когда рабочие места фактически передаются по наследству, выбор тех, кому предстоит двигать вперед цивилизацию существенно сужается. Да, разумеется, качественное образование могло подготовить компетентные кадры, но прорывных открытий от них ждать не приходилось. Подробное сканирование головного мозга у жителей пустоши позволяло выявить одаренных детей. Эксперимент показал свою эффективность. Десять лет качественного обучения по заранее рекомендованным специальностям и адресная социальная мотивация позволяли получить не просто грамотного специалиста умеющего использовать имеющиеся достижения, а созидателя, способного постигать неизведанное и творить принципиально новое. Гениев, разумеется, было не больше 10%, но и способности остальных были на голову выше способностей потомственных горожан. Это порождало у последних повсеместный непотизм, но если государство еще как-то пыталось делать вид, что борется, - дети-то были у многих, - то корпорации давно на это плюнули. С переходом общества на новую экономическую модель, с глобализацией мировых элит надобность в конкуренции отпала. Повальную роботизацию сдерживало правительство, чтобы не допустить сверх быстрого вымирания Городов.

В приграничную клинику пятилетнюю Хуан, тогда ее звали Хуан, привезла мать. Томограмма показала чрезвычайное развитие областей мозга, отвечающих за математику и инженерию, кроме того, нейрофизиология показывала высокую адаптивность и скорость реакций. Получив, причитающиеся ей кредиты, мать убрала их поглубже в выдавшую виды поясную сумку, в которой хранила выручку за проданные на базаре овощи.

- Так надо, Хуан. - Мать присела напротив нее, обняла и крепко прижала к себе — Когда-нибудь ты сама поймешь. - Казалось, что карие глаза смотрят в самую душу. Уголки обветренных губ были устало опущены. — Не ищи меня. Не надо.

Решительно поднявшись, она направилась к выходу, стеклянная вертушка сделала оборот возвращая ее обратно в повседневность бытия.

Запросив состояние воздушной смеси и убедившись, что она в пределах нормы, Хелен отстегнула ремни, крепко фиксирующие ее положение в криокапсуле. С мягким шелестом они скрылись в пазах, освобождая тело. Еще нажатие и крышка капсулы, негромко чавкнув, приоткрылась.

Намотав на руку ремень безопасности Хелен выбралась из криокапсулы и уселась на краю свесив ноги. В висках пульсировала боль. В суставах чувствовалась противная слабость, а тело колотила мелкая дрожь. Гладкий пластик приятно холодил тело, выводя сознание из многолетнего сна. По-детски болтая босыми ногами, Хелен уточняла данные полета. IS-000062SH вошел в систему HD43834 и сейчас, гася остатки скорости, двигался в сторону второй планеты. По данным, изученным Хелен еще перед полетом, это была землеподобная планета с массой чуть больше земной, находящаяся в обитаемой зоне. Фотографии со скаута пестрели белым, голубым и коричневым — на планете была вода в жидком виде и, возможно, кислород. Когда-то эти снимки вызвали большой фурор у земных ученых. За многие столетия поиска обитаемых миров это была первая планета хотя бы внешне похожая на Землю. Земные ученые уже несколько сотен лет посылали к ближайшим системам небольшие скауты-разведчики. В одной из равновесных точек Лагранжа на орбите Юпитера был построен гигантский многотысячекилометровый рельсотрон, способный разгонять небольшие скауты-разведчики до десятых долей скорости света. Много лет дроны возвращались с фотографиями различных безжизненных миров, чаще, похожих на планеты Солнечной системы, но порой совершенно удивительных. HD43834, находившаяся на расстоянии почти 35 световых лет, поразила всех. Поэтому к ней решено было послать роботизированный автомат для постройки на орбите шестой планеты инфраструктуры для будущей экспедиции. Больше половины тысячелетия летел автомат до цели, но, достигнув ее, перестал выходить на связь. Последнее его сообщение было о маневрировании на орбиту HD43834d. После этого робот внезапно замолчал и больше на связь не выходил. Чтобы разобраться с этой загадкой, а может быть, потому что новых подобных планет не намечалось, звездолет с экипажем было решено отправить к HD43834.

Сейчас все шло по утвержденному сценарию. Компьютер выводил корабль на запланированную орбиту. Нужно было отрегулировать настройки жизнеобеспечения до комфортного состояния, проверить функционирование всех систем, наладить связь с посланным ранее автоматом и попытаться выяснить причину неполадок. Дальше все возвращалось к реализации старой программы: постройке научной станции, обустройству жилого отсека и изучению перспективной планеты. Взяв из встроенного ящика униформу, Хелен поплыла в сторону санузла.

Через полчаса Хелен, закончив с гигиеной, разбудила команду. Проплывая по коридору на мостик, она решила заглянуть в свою каюту. Придерживаясь одной рукой за поручень, другую приложила к датчику биометрии. Замок негромко щелкнул, и она толкнула дверь от себя. Обычная корабельная каюта: напротив входа — стол, справа впритык к входной двери — ниша для спального места, по левой стороне во всю стену и по правой под потолком - шкафы; - стандартные 12 кубометров пространства.

- «Не хотелось бы провести тут весь остаток жизни» — подумала Хелен — «нужно как можно скорее найти автомат и начать строить орбитальную базу. Там не будет таких жестких ограничений по пространству и гравитацию можно эмулировать вращением.» - Такая база, с искусственной гравитацией, с настоящими ландшафтными уголками, с комфортными каютами, залами для фитнесса, уютными кафешками, спа-салонами и парикмахерскими уже была создана возле Юпитера и использовалась для рекреации персонала многочисленных окрестных заводов. Возить персонал на Землю было не выгодно.

В центре каюты парила небольшая дорожная сумка с личными вещами - «Вот же, дура.» - мысленно выругалась Хелен, ловя сумку и доставая из небольшого кармашка старомодное пластиковое фото в простенькой рамке. С фотографии на нее смотрела немолодая уже женщина с печальной улыбкой уставших глаз. Закрепив фото на стене каюты Хелен убрала сумку в шкаф и отправилась на мостик проводить диагностику.


Зара Бахри.


Негромко гудел вентилятор. «Подшипник выработал ресурс. Нужно будет заменить» - привычно подумала Зара. Она открыла глаза. В полумраке медицинского отсека двигались смутные тени. Привычно проверив состояние воздуха, Зара освободилась от ремней безопасности и открыла крышку. Капитан был бодр и уже облачился в форму.

- Доброе утро. - Усмехнулся он уголками глаз — Как самочувствие?

- Бывало и похуже. - Устало ответила Зара выбираясь из криокамеры.

Медицинская лаборатория, в которой работала Зара, занималась изучением воздействия криосна на организм человека. Исследования велись уже много десятков лет, но только недавно вышли, наконец на практический уровень. До самого недавнего времени погружение в криосон приводило к различным, порой фатальным, побочным эффектам. Зара одной из первых испытала на себе эту технологию. Она с детства отличалась от других детей, была более любознательной и целеустремленной, чем все ее братья и сестры. Ее отец, крупный нефтяной шейх, планировал, как водится, выдать ее замуж за одного из своих партнеров по бизнесу. Но Зара наотрез отказалась выходить замуж до окончания медицинской Академии в Тегеране. Провести, как ее мать, всю юность в гареме, родить мужу наследников, к тридцати годам, получить немалые отступные и развод, и провести остаток жизни гламурной светской львицей — было для нее слишком скучно. Ее с детства манило неизведанное. Ультиматум Зары отец, скрипя зубами, принял, но ее отъезд на практику в интернатуру на Марс вывел, его из себя. Хотя Зара видела отца не больше полудюжины раз в жизни, читать его гневное письмо, где тот «отрекался от неверной дочери» и «лишал ее приданного», было неприятно. Дальше предстояло надеяться только на себя.

Будущий врач проходила практику в тюремном лазарете. Среди свободных людей было мало желающих добровольно сменить земные, ветер и солнце на постоянное прозябание в душных тоннелях под марсианской поверхностью. Да и за воздух может быть и не очень чистый, но пока еще бесплатный на Земле, каждый житель Марса платил коммунальный взнос. Путешествие к красной планете почти всегда было поездкой в один конец — обратный билет, как правило, в контракт не входил, должен был покупаться самостоятельно, и стоил столько, что не каждый мог заработать столько даже к выходу на пенсию.

Марс был богат минеральными ресурсами, но до начала постройки автоматических роботизированных заводов, все попытки колонизации заканчивались провалом. Природу не обманешь, и обеспечение жизни человека вне пределов Земли было делом совсем не дешевым. Расходы на создание среды обитания съедали всю прибыль. Космическая логистика тоже была дорога. Все грузовые корабли были беспилотниками. Эпоха легких круизов по Солнечной системе еще не настала. Все решила роботизация. Роботы грузовики и роботы экскаваторы, роботы шихтовщики и роботы плавильщики, роботы крановщики и роботы формовщики, а также роботы обрубщики, прокатчики, сварщики... За работой поточной линии следят роботы наладчики, роботы электрики и роботы слесари. Огромный завод обслуживают 15-20 техников и пяток инженеров.

До окончания практики оставалось несколько недель, когда в тюрьме вспыхнул мятеж. Большинство персонала, обслуживавшего многочисленные марсианские заводы, и занятых на постройке купола в кратере <*****> нанималось из заключенных. Изначально сенаторы и конгрессмены пролоббировали закон, касавшийся только осужденных за мелкие преступления, но мелкие жулики и воришки предпочитали отсиживать свои законные пару-тройку лет на Земле и отправляться в Пустошь — жить в Городах им запрещалось. Снижением срока на половину интересовались, как правило, серийные убийцы, террористы и всякого рода психопаты, осужденные на долгие сроки. Ограничения обходили к вящей радости олигархов, получавших дешевые рабочие руки, руководству тюрем, получавшему за каждого отправленного на Марс заключенного крупную сумму и судей, получавших хорошую прибавку к официальной зарплате.

Заключенных никто не охранял. Роль охранника выполняла космическая радиация вкупе с разреженной марсианской атмосферой. Бежать было попросту некуда. Грузовики, стартовавшие раз в неделю, не были оборудованы жилым отсеком. Ближайшая стоянка пассажирских кораблей находилась на хорошо охраняемой военной базе за несколько десятков километров. Попытки, разумеется, бывали. Трупы незадачливых беглецов находили то в отсеках необслуживаемых грузовиков, то посреди марсианской пустыни.

Но в этот раз было не так. Заключенные объявили о создании независимой от Земли Марсианской республики. Все ресурсы планеты, все заводы, сооружения и производимая ими продукция национализировалась, а Земле предлагалось покупать произведенный на Марсе товар по рыночным ценам. Но управлять непростой инфраструктурой колонии у заключенных не хватило компетенции и все вылилось в резню, погромы и грабежи. ДТГ землян добавили неразберихи. После диверсии на станции регенерации кислорода, упала циркуляция воздуха. Чтобы сохранить остатки дыхательной смеси пришлось перекрыть шлюзы в большинство отсеков и откачать из них воздух. После этого падение мятежников было делом времени. На задыхающуюся колонию высадилась пара рот космической пехоты. Деморализованные заключенные не могли оказать заметного сопротивления, но по странной случайности главари мятежа не выжили. Оставшимся добавили срок заключения, но проект колонизации Марса силами заключенных был на долго заморожен.

Закончив интернатуру на Марсе и не желая возвращаться на Землю Зара получила место исследователя в лаборатории доктора Рамиреса. Эта лаборатория находилась на орбите Сатурна и занималась исследованием влияния космической среды на организм человека. Несколько лет научной работы сделали из Зары опытного космоврача, но свет далеких звезд продолжал манить ее воображение. В свободное от научных изысканий время она любила сидеть на обзорной площадке жилого модуля. Одна из стен площадки была полностью сделана из бронестекла и отсюда открывались завораживающие виды на сам Сатурн, его кольцо и ослепительно белый шар Энцелада. На этом фоне так остро чувствовалось свое одиночество. Воспитанная на женской половине огромного дворца многочисленными бонами и гувернантками, Зара почти не знала матери, бросившей ее по истечении контракта. С отцом она виделась не больше полудюжины раз. Сводные по отцу сестры были слишком скучны и серы. На далекой Земле не было никого, к кому ей хотелось бы вернуться. Никого, к кому хотелось бы крепко прижаться и не отпускать.

Когда правительство стало формировать команду первой межзвездной экспедиции, у Зары не было ни единого аргумента против ее участия. На Земле ее ничто не держало.


Майкл Арбузов.


- «Опаньки. Прилетели, значится.» - Майк проверил состав воздушной смеси, отстегнул ремни и открыл капсулу. Родители дали ему когда-то другое имя, но оно вместе с фамилией осталось в прошлой, теперь уже сказочно далекой, жизни. Теперь по всем документам он проходил как Майкл Арбузов. В отличии от Ричарда и Хелен он никак не был связан с космическими полетами. От слова совсем. Деятельность отдела по борьбе с киберпреступностью, в котором он работал, была от этого далека. Но, как говорят русские, «трудом праведным не наживешь палат каменных», одной государственной зарплатой сыт на будешь. Лет восемь после выпуска из училища полиции ему удавалось соблюдать негласный компромисс между интересами руководства, притязаниями корпораций и амбициями преступных кланов. Майк не зарывался. Пара миллионов кредитов на счетах инвестфондов и личность добропорядочного горожанина, все, что нужно, чтобы спокойно встретить старость. Впрочем, на пенсию можно выйти в любом возрасте, но за каждый поганый кредит на счете нужно отчитаться. Наличные деньги, как легальное средство платежа, исчезли уже в XXII веке, во времена поголовной чипизации. Разумеется, тут же началась гонка технологий защиты и взлома, которая не прекращалась с тех пор ни на минуту. Но технологии были в руках у корпораций, так что и государство, и теневой мир вынуждены были пользоваться услугами одного монополиста. В эпоху глокализации основным преступлением стала подделка личности. Естественно, не самого человека — создание полнофункционального генетического клона человека по прежнему оставалось сложнейшей задачей, подделывались его метрики в различных базах данных, записи на вживленном в тело чипе, отдельные человеческие органы, соответствующие требуемому набору маркеров. Уровень жизни в Городах был высоким, но на этом велосипеде нужно было крутить педали постоянно. Гезелевские деньги не давали возможности накопить или получив в одночасье крупную сумму, жить на нее всю оставшуюся жизнь. У госслужащих, среди прочих льгот, была пенсия - небольшая, но пожизненная. Корпорации пенсий не платили, но их работники могли вкладывать деньги в инвестиционные фонды и надеяться, что на их веку последние не разорятся. Пользоваться накоплениями можно было по достижении 80-ти лет. При неплохой медицине Города это давало лет 20 активной жизни и бесплатную эвтаназию в случае тяжелого или неизлечимого заболевания. Отсутствие кредитов на счете при отсутствии работы в течении продолжительного времени, автоматически означало депортацию в Пустошь. Но рабочие места постоянно сокращались, как бы правительство не старалось затормозить этот процесс.

Конец мечтам Майка пришел неожиданно. После реорганизации новое начальство вдруг решило, что доля Майка слишком велика и ему стоит поделиться. Майк попробовал бороться, - но проиграл, попробовал передоговориться — но его не стали слушать. Только благодаря счастливому случаю он узнал, что руководство планирует его слить в очередной операции службы собственной безопасности. Колонизировать Марс, добывать метан на Титане или воду на Энцеладе в качестве заключенного ему совсем не улыбалось. Можно было, конечно, бежать в Пустошь, но провести остаток жизни убирая коровники Майк тоже не хотел. Пенсионная легенда была еще далека от завершения, и он решил сбежать из Солнечной системы, подав заявку на участие в межзвездной экспедиции.

Выбираясь из криокапсулы, Майк неуклюже оттолкнулся от ее бортика и, вот что значит второй раз в невесомости, воспарил к центру отсека медленно вращаясь.

- Ёперный балет — негромко выругался Майк, беспомощно дергая конечностями во все стороны. Не хватало еще скомпрометировать свой липовый послужной список. Зацепиться за припотолочный поручень не получилось и больно ударившись затылком о потолок, он полетел спиной вперед вдоль отсека. Чья-то твердая рука схватила его за лодыжку и толкнула по направлению к полу.

- С пробуждением, Майкл — поперек прохода, чуть придерживая поручень, висел в воздухе Стаффорд. Его карие глаза внимательно смотрели на кибернетика.

- С пробуждением, кэп. - ответил Майкл, хватаясь рукой за поручень и пытаясь встать ногами на пол.

- С тобой все в порядке?

- Да, что-то реально колбасит с непривычки.

- Форма в ящике капсулы. Санузел — по коридору налево. Приведи себя в порядок. Встречаемся через полчаса на мостике. - майор ловко развернулся и поплыл в сторону кают команды.

- «Сейчас бы нормальный душик.» - пятью минутами позже думал Майк, протирая тело влажным полотенцем. - «Долго я так не протяну. Найдем это чертов робот, вправим ему мозги и нормальный жилой модуль отгрохаем. По индивидуальному проекту. Благо - начальство далеко, и ничем помешать не может.» - Подобная самостийность была Майку по душе, чувствовались русские корни.


Экипаж.


Стаффорд, ловко проделав сальто в воздухе, приземлился в командирское кресло.

- Лейтенант Ли, доложите обстановку. - сказал он, закрепляя ремни безопасности.

- Все норм, кэп. Идем по курсу на HD43834b. Занимаюсь диагностикой систем корабля. Главный компьютер - в норме. Системы электроснабжения - в норме. Реактор - в норме. Топлива хватает лет на 300 стационарного режима. Системы жизнеобеспечения требуют замены расходников и регулировки. Двигатели требуют капитального ремонта, 4 и 7 особенно плохи, но до пункта назначения хватит. Важных новостей с Земли за время полета не было.

- Принято, лейтенант. — отдавая приказ, Стаффорд был официален — Продолжайте диагностику. Ремонтом займемся на стационарной орбите. - и, переходя с официального на человеческий, добавил - Привет, Хелен. Рад тебя видеть.

Майор вспомнил инструктаж перед вылетом. Робот-автомат долетел до системы. И даже начал развертывать базу. Но затем, судя по всему, посчитал что подвергается нападению. Именно в таких случаях центральный процессор стирает программу у всех дронов, а сам пытается ускользнуть на ионных двигателях и затеряться в космическом пространстве. Так что либо произошел какой-то экзотический сбой в программе, либо в системе действительно существует разумная жизнь. Майор подключился к инфосистеме корабля и заглянул в свой почтовый ящик. Несколько личных писем он пропустил, оставив на потом. Отметил письмо из департамента полиции о том, что один из членов экипажа является бежавшим от правосудия преступником. Преступник полностью подделал свою личность и как он выглядит было абсолютно неизвестно. Так же сообщалось о его связях с мафией и опасности для миссии. Затем Стаффорд погрузился в изучение новых данных по проекту «Саган», под этим названием в научном департаменте Совета Объединенных Городов проходила экспедиция к HD43834. Изучение технических журналов предыдущей экспедиции обнаружило некоторую активность в дециметровом радиодиапазоне. Криптоанализ показал, что это радиообмен в бинарном коде. В аттаче шли примеры сообщений, примеры дешифрующих алгоритмов и предполагаемый словарь. В другом письме сообщалось о предполагаемом местонахождении блока центрального процессора — исходные параметры его орбиты указывали на то, что он должен находиться где-то на орбите третьей планеты звездной системы. Ключ активации блока был передан Стаффорду еще на Земле.

На мостик уверенными движениями грациозно вплыла Зара.

- Всем привет, коллеги. - поздоровалась она поудобнее устраиваясь в кресле и регистрируясь в инфосистеме корабля. - Какие будут приказания, командир?

- Всплыть по рубку и осмотреться в отсеках. - полушутя ответил майор старинной земной присказкой. - и добавил в интерком — «Роботехника прошу прибыть на мостик!»

Пару минут спустя неуклюже цепляясь за поручни руками и дрифтуя в воздухе ногами на каждом повороте, появился Арбузов. Вид неуклюжего краснощекого программиста контрастировал с остальной командой.

- Значится так. - не дожидаясь приземления роботехника в кресло, начал командир — За время полета поступили новые вводные. - Робот-автомат подвергся нападению. В звездной системе обнаружены радиопереговоры в К-диапазоне. Частично они дешифрованы. Все материалы даю в свободный доступ. Лейтенант Ли — пересчитайте траекторию. Конечная точка — орбита HD43834d. Там займемся ремонтом. Завтра прошу предоставить мне потребность в ЗиП и оценку времени ремонта. Лейтенант Бахри — Вы займетесь настройкой систем жизнеобеспечения. По моим данным они требуют регулировки и замены расходников. Также прошу оценить запас продуктов питания и составить рацион с учетом того, что пополнять его пока неоткуда. Еще прошу проверить состояние научной команды. Будить их пока не будем. Лейтенант Арбузов — Вам поручается обеспечить на корабле режим радиомолчания. Также нужно установить прослушивание эфира в К-диапазоне. Данные прослушивания немедленно отправлять на обработку. Можете задействовать 80% свободного машинного времени. Ознакомьтесь с частотами и данными дешифровки. Сам я займусь подготовкой катера к поиску сбежавшего процессорного блока. Вахты Ли - Бахри, я — Арбузов. Наша первая. С 16-до 20 две полувахты. Завтра в 12:00 планерка. Вопросы есть?

Вопросов не было.


HD43834d.


Третьей от звезды планетой был газовый гигант в пару с лишним сотен земных масс. Его грязно бурый шар, подсвеченный мягким, апельсиновым, светом местного солнца уныло нависал над кораблем. Кольцо планеты искрилось в лучах звезды словно поверхность раритетной грампластинки. Звездолет нуждался в устранении повреждений и экипаж в полном составе занимался авральными работами. Почти четверть радиатора реактора была разрушена — частично испарившись, частично оплавившись и причудливыми каплями (наростами) свисая с несущих конструкций. Пустотелые теплоотводные трубки, несущие охлаждающую жидкость еще можно было заменить — какое-то их количество имелось в ЗИПе, — но ажурных радиаторных решеток было совсем мало. За несколько дней людям это порядком поднадоело, но конца работе пока видно не было. За это время даже неуклюжий Майк приноровился к работе в открытом космосе. Стаффорд следил за ним с утроенным вниманием. Работали парами. Двое занимались монтажом, третий член экипажа страховал работающую пару с борта катера. Четвертый космонавт дежурил на мостике корабля и следил за обстановкой.

Тут, в трех с лишним астрономических единицах от звезды, было спокойно, но эфир был забит переговорами. В один из выходов Майк закрепил на несущих кронштейнах двигателей две дополнительных приемных антенны и теперь бортовой компьютер выдавал информацию о приблизительном расположении источников сигнала. База импровизированного интерферометра была мала, но все же позволяла делать некоторые выводы. Основной радиообмен шел с HD43834c — там находился самый мощный источник. Туда же, по всей видимости двигалось несколько источников из близлежащих окрестностей. Словарь переговоров был довольно скуден. Задействованный Майклом квантовый компьютер показал коды и координаты. Чтобы их сопоставить требовалось как можно точно определить местоположение источников. Но идея прощупать радаром окрестности второй планеты была с ходу дружно отвергнута, незачем светить свое местоположение неизвестному противнику.

- Замена радиаторных трубок близится к завершению, Дик — отрапортовала Хелен, когда экипаж в очередной раз собрался вместе на мостике. — Без оснащения радиаторными пластинами прогнозируемый максимум мощности реактора 84% от номинальной. Монтаж закончим через четыре дня. Потом еще неделя на капиталку двигателей. Двигатель № 3 безнадежен. Ядерный взрыв вывел из строя соленоид сверхпроводящего магнита. Запасного у нес нет. Без технической базы на коленке такой не слепишь.

- Я вот что подумал — произнес Стаффорд, в который раз разглядывая имеющиеся фотографии местных планет.

Первая из них — первоначальная цель экспедиции — HD43834b находилась в 1.1 а.е. от родной звезды и имела массу в 0.9 земной массы. 95% поверхности планеты было покрыто водой. Большой наклон оси ее вращения в 47 градусов обеспечивал смену сезонов и довольно комфортную температуру в -10 +30 C. Ее фотографии были похожи на темно-синий мрамор с белесыми прожилками облаков. Тем более удивительным было то, что большинство радиоперехватов было с ее соседки — HD43834c — небольшой вулканически активной планеты 0.7 земной массы на расстоянии 1.4 а.е. от местного солнца. Данные прошлой экспедиции говорили о ее мощной тектонике, наличии разреженной атмосферы и довольно большом диапазоне температуры — от -90 до +60. С фото на Стаффорда смотрел дьявольский, черно-бурый глаз с кровавыми оспинами вулканов и лавовых полей.

- Мы очень мало знаем о цели нашей миссии. — продолжал майор — Все, что мы, в сущности, имеем — это скупая информация почти полутысячилетней давности. Думаю, надо послать к обеим планетам автоматические скауты. Пусть собирают данные и слушают эфир. Нам нужны точные данные о всех объектах вблизи этих планет. Нужно попытаться разыскать остатки робота автомата — это развяжет нам руки и значительно облегчит решение дальнейших задач. Что у нас со скаутами, Майк? - спросил он Арбузова.

- Прочесывают окрестности планеты в поисках сбежавшего процессора. Сегодня — завтра должны закончить. Если не найдут — куда перенаправлять поиски?

- Он должен быть где-то рядом. Сообщи мне, как только получишь информацию о его расположении.

- Так точно, кэп. Что-то еще?

- Пойдешь со мной за блоком. Почитай документацию на эту серию. Нужно будет включить его в корабельную сеть.

- Давно хотела спросить, куда мы его поставим? - спросила Зара не отрываясь от чистки ногтей. - Насколько я знаю, серверная корабля не рассчитана на дополнительное оборудование.

- На склад. Он освобождается от части ЗИПа. Электричество там есть. Майкл, нужно протянуть высокоскоростной интерфейсный кабель от основного блока.

- ОК, шеф. Принято.

- Что с расшифровкой?

- Туго идет. Мало инфы. Нужно больше данных.

- Данные будут. Ладно, девчата, мы ужинать. Вы на вахте до 20. - и добавил, обращаясь к Арбузову - Пойдем, Майк.


Прерванный разговор


Яркий солнечный свет кают-компании сильно контрастировал с полумраком мостика. Небольшое, но довольно уютное помещение находилось в обитаемом отсеке по левую руку непосредственно за мостиком. Всю правую стену помещения занимал объемный голографический экран. В данный момент он транслировал морской пейзаж. Под бледным, полинялым небом море неспешно катило отливающие изумрудным блеском ленивые волны. Порывистый ветер доносил терпкий запах водорослей и спорадичные крики невидимых чаек. Белые шапки редких волн с тихим шелестом неторопливо накатывали на виртуальный берег. Космонавты взяли в пищевом автомате запакованные в пластик емкости и присели в удобные кресла напротив экрана.

- Давно хотел тебя спросить, Майк — начал Стаффорд, устраиваясь поудобнее в кресле — какого черта тебе не сиделось на Сатурне? Работа у вас, у IT-шников — не бей лежачего. Сиди, пялься в монитор и в потолок плюй — считай дни до пенсии.

- Если бы. - скривился Арбузов, распаковывая герметичный пакет с белесым, пахнущим рыбой, брикетом. Вопросы о прошлом вызывали у него подозрение, все-таки он был компьютерщиком, а не шпионом. Меньше разговоров — меньше вероятность спалиться. - Ты же знаешь, что сокращения постоянные. Это вас, военных, роботами никак не заменят. 53-я поправка.

- Есть такое. - усмехнулся Стаффорд. - Но IT-шников тоже после увольнения в шлюз не выбрасывают, а зарплаты в корпорациях выше, чем в госсекторе. Уверен, на такие деньги и на Сатурне можно хорошо оттянуться. - майор хитро прищурился - Признавайся, как ты расслаблялся после работы?

Арбузов внутренне напрягся. В экспедицию требовался роботехник со стажем работы в открытом космосе, и в своем резюме он указал, что шесть лет ремонтировал роботов в промышленном кластере «Arcelor Mittal» вблизи Сатурна. На самом деле Майк был специалистом по кибербезопасности, и последний раз имел дело с роботами еще на третьем курсе академии. А о том, как люди живут и работают на орбите он знал в основном из кинофильмов. Ему крайне не хотелось вступать на тонкий лед вранья, и он постарался сменить тему.

- А я и не напрягался. Зато вот у вас, военных, работенка не сахар. От начальства в другую галактику готовы сбежать, только пятки засверкают. - Майк обнажил в улыбке ряд ровных белоснежных зубов.

Стаффорд вспомнил о сыне и подавил невольный вздох. Стаканчик с напитком оторвался от стола увлекаемый током воздуха. Майкл майору явно не нравился. Из всей команды он хуже всех двигался в невесомости и явно был плохо знаком с работой в открытом космосе. Сразу на ум приходила ориентировка Интерпола, но прямых доказательств у Стаффорда не было.

- Мы, военные, - люди подневольные, - майор нацепил на вилку кусочек брокколи, обмакнул его в соус и теперь вертел перед глазами - у вас же, гражданских, всегда есть выбор. Только не загибай мне про романтику космоса, жажду странствий и исследовательский зуд. - Кусок брокколи отправился в рот.

Роботехник делал вид, что занят тщательным пережевыванием тунца. Сказать ему было нечего, майор был прав. Спас положение негромкий зуммер коммуникатора.

- Системный блок обнаружен. - сказал Майкл, листая пальцем экран - Когда будем планировать вылазку?

Стаффорд отложил вилку и погрузился в планшет.

- Это на противоположном конце планетарного кольца. - сказал он пару минут спустя - почти полмиллиона километров. - он посмотрел на часы. - Вылетаем сегодня вечером. Встречаемся возле второго шлюза в 20:00. Перед этим зайди на склад и возьми бухту троса.

- Принято, шеф - сказал Майк, и, выкинув пустые пластиковые контейнеры в утилизатор, вышел из кухни. Стаффорд отложил коммуникатор и снова принялся задумчиво ковыряться вилкой в гарнире.

Прикончив остатки ужина, майор отправились ко второму шлюзу, где был припаркован один из двух катеров. Это был небольшой универсальный шаттл, предназначенный для передвижения на небольшие расстояния в открытом космосе и для высадки на планеты с силой тяжести до полутора g. Стаффорд уже успел проверить состояние шаттла и пополнить запасы горючего и кислорода, когда подошел Майкл, тащивший большую бухту тонкого троса. Вместе они погрузили бухту в катер и закрепили ее на лебедке в шлюзе. После этого они долго облачались в легкие скафандры и проверяли их работу.

Отстыковались они часа через два. Разместившись за штурвалом Стффорд ввел в бортовой компьютер катера координаты назначения и тот рассчитал экономичную траекторию

- Приготовься, Майк. Стартуем - предупредил Стаффорд, запуская программу. Невидимая сила вжала космонавтов в подстроившиеся под фигуру кресла. После нескольких минут разгона двигатели выключились и снова воцарила невесомость.

- Подлетное время семь часов тридцать пять минут - сообщил автопилот.

Стаффорд откинулся в кресле и прикрыл глаза. Не смотря на невесомость, усталость тут же навалилась на него свинцовой плитой. За годы службы майор привык использовать любую возможность для отдыха. В соседнем кресле, пытаясь уснуть, долго ворочался Майкл Арбузов.


Вылазка. (Майкл Арбузов)


Очнулся Арбузов от резких толчков. Майор тряс его за плечо.

- Все. Приехали. - прокомментировал Стаффорд, распаковывая тюбики с завтраком. - Сейчас перекусим и за работу. Присоединяйся. - майор протянул напарнику запаянный в пластик пакет.

Еще плохо соображая со сна, Арбузов стал распаковывать пакет с «сухим пайком». На шаттле всегда был запас законсервированного питания, но разогревать его было не на чем. Наскоро позавтракали холодной питательной пастой со вкусом лазаньи. К этому моменту катер окончил подлетное маневрирование. Автопилот доложил об окончании программы и замигал зеленым диодом.

Стаффорд осмотрелся. Шаттл висел метрах в пятистах над одним из колец планеты. Оно простиралось бескрайним сверкающим полем во все стороны, только непосредственно под шаттлом превращаясь в отдельные глыбы. Кольцо искрилось льдом, лишь изредка перемежаемым грязно-бурыми вкраплениями камней. Осколки были повсюду насколько хватало глаз. Спускаться на шаттле ниже было опасно. С такого расстояния многометровые глыбы мерцающего льда казались игрушечными. Немного в стороне, чуть подальше от планеты, у внешнего края кольца, висела, загораживая часть обзора, большая серая туша спутника. Он находился в нескольких сотнях километров и имел сопоставимый размер.

- Я спущусь к блоку и закреплю его на тросе. Будешь травить трос с самой малой скоростью, иначе угробимся. - майор тем временем одевал реактивный ранец и закреплял на поясе сумку с инструментами. Закончив со сборами, он связался с кораблем. У девушек сегодня был свободный день. На вахте оставалась Хелен Ли.

Завершив экипировку, космонавты перешли в шлюз. Стаффорд еще раз проверил герметичность скафандра, надежность креплений сумки и ранца, стравил из шлюзовой камеры воздух и открыл внешний люк. Шаттл завис прямо над целью и где-то там, «внизу», в чернильной темноте, находился системный блок, но, разумеется, его не было видно. Направление на него указывала мигающая красная точка на планшете. Майор прицепил к поясу карабин троса и, собираясь с мыслями, присел на край шлюза свесив «вниз» ноги. Затем, легко оттолкнувшись, скользнул «вниз» и включил ранец.

Проводив майора взглядом, Майкл остался совсем один. Бухта троса продолжала разматываться. Значит где-то там, в непроглядной бездне, Стаффорд приближался к системному блоку сбежавшего компьютера. В шлемофоне чуть слышно потрескивал межпланетный эфир.

- Включай стопор, я у цели. - в шлемофоне раздалось мерное дыхание Стаффорда.

- Принято, шеф.

Опустив рычажок стопора, Майкл связался с кораблем, потрепался с Хелен. Она скучала на вахте. Зара отдыхала у себя в каюте. Все было спокойно.

Майк выбрался на край шлюза и без интереса разглядывал окружающий пейзаж. Он не был романтиком и, космические красоты волновали его гораздо меньше, чем радости цивилизации. При других обстоятельствах он бы предпочел сейчас сидеть в уютной кафешке со смазливой цыпочкой и потягивать гуаяж из черимойи. Арбузов прикрыл глаза и мысленно улыбнулся. Постоянно вращаясь в серой зоне между государством, корпорациями и преступными кланами, он знал толк в красивой жизни, доступных женщинах и хорошей выпивке. Но в жизни порой приходится выбирать между «плохим» и «ужасным». «Вот что значит - не свезло» - подумал он. Невеселые мысли прервал автопилот шаттла.

- Астероид по курсу 72. Скорость 24 км/с. Дальность 2700 км. Проекция до 483 м. Курс HD43834d-VIII. Время до встречи 71 секунда. Вероятность столкновения 100%.

- Чё? Опять? - Майкл очнулся от приятных земных воспоминаний. Мысль, прежде дремавшая в истоме, понеслась вскачь. Он принялся то вчитываться в телеметрию небольшого шлюзового терминала, то вглядываться в пространство, пытаясь понять, что происходит и сориентироваться в пространстве.

По всему выходило, что HD43834d-VIII был тем серым, покрытым оспинами кратеров, спутником. Космос скрадывает расстояние. Майк и не думал, что он на самом деле такой огромный. Спутник имел неправильную форму. Часть его, освещенная местным светилом была тусклого пепельного цвета, чуть более светлого на вершинах многочисленных кратеров и почти черного в их глубине. За линией терминатора наступала непроглядная тьма. И в этой тьме сейчас медленно вспухало яркое зарево. Катер несильно тряхнуло. Казалось бы, навеки застывшие в своем синхронном движении ледяные искорки дрогнули.

- Блядь! - Выругался Майкл.

- Майк, какого черта у тебя там творится?! — и шлемофон разразился отчаянной руганью Стаффорда.

- Столкновение астероидов. - Майкл лихорадочно соображал, что надо делать в таких ситуациях.

- Отцепляй кабель и... - в шлемофоне раздалось сначала пыхтение, потом треск и все смолкло.

Возиться с барабаном было некогда, Майкл поискал болторез, перекусил трос и нажал кнопку закрытия люка.

- Когда… - Майкл не успел договорить — он почувствовал легкий толчок и шаттл, завибрировав, закрутился вокруг невидимой оси. Вращение было не сильным, но пока Майкл пытался зацепиться за что-либо чтобы начать вращаться вместе с катером, прошло несколько томительных секунд.

- Катер, прием, приборы фиксируют гравитационную активность в вашем районе. - Вышла на связь Хелен — Прошу доложить обстановку.

- Катер, останови вращение и стабилизируй свое положение относительно планетного экватора – проигнорировал Майкл просьбу Хелен. «Команда принята» -ответил автопилот и мир вокруг начал тормозить вращение. Тем временем шлюз наполнялся воздушной смесью.

- Кэп, ты меня слышишь? - снова окликнул майора Майкл, взяв ситуацию под контроль. Эфир молчал.

- Ричард, Майкл, прошу доложить обстановку. – не унималась Хелен.

Усаживаясь за панель управления катером, IT-шник огляделся и кратко обрисовал ситуацию. Спутник HD43834d-VIII, изменив от удара угловой момент, пришел во вращение. От смещения его орбиты ближе к кольцу, по тому пошли круги, как от брошенного в воду камня. Десятки и сотни тысяч ледяных обломков, блестя и переливаясь гранями, пришли в синхронное движение. Оно происходило в полном безмолвии и было похоже на компьютерную анимацию. Скрадывались размеры обломков и скорости их перемещения. Полностью терялось ощущение реальности происходящего. Майкл глядел на происходящее как завороженный не в силах оторвать взгляд.


Вылазка. (Майор Стаффорд.)


Изредка поглядывая на экран планшета, Стаффорд неспешно летел к своей цели. В открытом космосе он чувствовал себя как рыба в воде. При взгляде в упор кольцо распадалось на отдельные кучки крошки и небольших камушков, тут, то там, перемежавшихся крупными — в несколько метров — глыбами. Рассекая корпусом крошку и отводя руками более крупные льдины, майор облетал большие куски льда. По мере продвижения к центру диска продвигаться приходилось все медленнее и осторожнее. Где-то «вверху», над ним, превратившись в неотличимую от остальных светлую искорку, остался шаттл.

Майор в очередной раз глянул на трекер. Тот показывал направление на ледяную скалу метров в тридцать. Подлетев к ней, он отстегнул карабин троса и медленно облетел глыбу со всех сторон. Системный блок обнаружился недалеко от дальней, противоположной от шаттла ее стороны. Через несколько минут Стаффорд вернулся к блоку уже с тросом.

Он крепил к блоку стропы, зависнув в невесомости спиной к глыбе, когда краем глаза вдруг почувствовал какое-то движение.

- Майк, какого черта у тебя там творится?! — спросил он, оторвав взгляд от блока и оглядевшись – ебать, колотить! - невольно вырвалось у него мгновением позже.

- Столкновение астероидов. - услышал он растерянный голос Майка. Мир вокруг пришел в неистовое движение. Ледяная глыба, еще несколько секунд назад, казалось бы, на веки застывшая, навалилась на Стаффорда, подхватив его в своем движении, и увлекла на висящий рядом двухсоткилограммовый компьютерный блок. Майор успел выставить вперед руки и крикнуть:

- Отцепляй кабель и… - тут блок навалился на него с новой силой и в скафандре что-то слабо хрустнуло — уходи подальше от кольца. - произнес майор из последних сил и его сознание отключилось.

Очнувшись, он обнаружил себя колышущимся вместе с обломками. Он находился внутри волны, пробегавшей по кольцу. Где-то недалеко был виден блок с закрепленным к нему тросом. «Чертов серфинг» - подумал он про себя, двигаясь «вверх» - «вниз» относительно блока и остальных окружающих его объектов с разными фазами и связался с катером.

- Майк, ты меня слышишь? - космос молчал.

Стаффорд попробовал включить ранец и тут же выключил, ухватившись за край скалы. Вместо прямолинейного движения, майора начало закручивать по спирали. Ранец был неисправен. Он услышал голос вызывающего его Майкла и на душе у него отлегло.

- Майкл, как ты? Доложи обстановку. - Но тот не слышал и продолжал вызывать Стаффорда.

«Передатчик» - подумал про себя майор. Он вспомнил о планшете, через который можно было связаться с шаттлом, тот был функционален, но на таком удалении не хватало мощности сигнала. Точно отмеренным движением майор оттолкнулся от скалы и заскользил в направлении системного блока. Пролетая мимо троса, Стаффорд ухватился за него, быстро подтянулся к блоку и пристегнул себя к нему еще одной стропой. Блок обязательно будут искать и найдут, успокаивал себя майор. Утешение было так себе, разумеется. Он взглянул на показатели системы жизнеобеспечения. Кислорода оставалось еще на два часа с минутами.

«Пора выбираться из этой задницы.» - подумал Стаффорд и стал снимать с себя реактивный ранец. Так и есть. Несколько его дюз были повреждены. Майор огляделся. Он плыл в самой толще кольца. Трос, изгибающейся дугой уходил куда-то вправо вверх. Местная звезда светила справа по отношению к планете-гиганту. Справа? Стаффорд вспомнил свой спуск в кольцо и отметил, что тогда звезда была слева. Он отметил, что в отключке был всего несколько минут, и светило не могло оказаться с другой стороны. «Значит меня перевернуло вверх тормашками.» - подумал Майор, усмехнувшись живучести языка – человечество давно уже жило в космосе, где не было ни верха, ни низа, и ведать не ведало ни о каких тормашках. Как бы то ни было, Стаффорду не хотелось бы выйти с другой стороны кольца. Развернувшись на 180 градусов, майор попытался на глаз найти перпендикуляр к плоскости кольца, но сделать это изнутри кольца оказалось непросто. Обломки заполняли пространство с одинаковой плотностью. Оставалось ориентироваться на коричневую, в светлых пятнах облаков, тушу планеты. Отыскав примерное направление, Стаффорд попробовал разглядеть в искрящемся месиве обломков серебристый корпус шаттла. Бесполезно.

Время от времени в эфире появлялся Арбузов и вызывал Стаффорда. Стаффорд, на автомате отвечал безо всякой, впрочем, надежды. Он вспомнил вчерашний разговор, и поведение липового космотехника. Тот явно что-то скрывал и похоронить свою тайну вместе с майором было в его интересах. В животе зашевелился холодный червяк подозрений.

«Пора выбираться.» - снова подумал Стаффорд и заставил себя занялся поврежденным ранцем. Достав из поясной сумки отвертку, он снял облицовку ранца. Выбрав самую неповрежденную дюзу, от снял ее с креплений в корпусе. Покопавшись в блоке управления, он снял питание со всех дюз кроме выбранной. Вытянувшись ногами в сторону предполагаемого полета, он выбрал в качестве ориентира какой-то причудливый обломок, прицелился в его сторону дюзой и включил двигатель. Небольшой толчок, и майор заметил свое передвижение относительно ближайших обломков. Уточнив направление движения, Стаффорд сделал поправку и снова выстрелил. Трос, связывающий его с компьютерным блоком, натянулся и дернул майора за пояс. Направление движения снова сместилось. Приняв во внимание сместившийся центр тяжести, Стаффорд снова нажал гашетку.


Вылазка. (Майкл Арбузов)


Очнувшись от минутного ступора и не переставая вызывать Стаффорда по радиосвязи, Майкл стал уводить катер подальше от плоскости кольца. По кольцу на него шла волна возмущений высотой в несколько километров. Обломки сталкивались между собой, разлетались, после чего неведомая сила влекла их в обратную сторону. Поднявшись километров на пять, Майкл успел развернуть катер носовой частью к спутнику прежде, чем автопилот катера начал сообщать о повреждениях, вызванных попаданием мелких осколков. Мелкие повреждения обшивки не могли нанести катеру существенного вреда. Оставалось только молиться, чтобы летящие со скоростью десяток километров в секунду, осколки не попали в жизненно важные узлы и механизмы.

- Повреждение обшивки левой плоскости. – бесстрастно произнес автопилот и на терминале возникла проекция корпуса. Место повреждения было отмечено желтым цветом. – Разгерметизация. – снова произнес информатор. Где-то в передней части корпуса появилась красная метка. Майкл поискал кнопку активации робота-ремонтника и не нашел.

- Активировать ремонтных дронов. – произнес он, надеясь на лучшее.

- Отказ. Данная комплектация шаттла не поддерживает ремонтных дронов.

- Ну, что за… - со злобой в голосе сказал Майкл, проверяя герметичность скафандра.

Волна возмущения прошла под ним метрах в пятистах. Он запросил у автопилота место, над которым был высажен Стаффорд, оно оказалось немного в стороне, и начал осторожно выруливать шаттл в том направлении.

Шел третий час как майор покинул катер. На вызовы роботехника он не отвечал. Майкл еще раз связался с кораблем и сообщил о своем решении идти на поиск Стаффорда. Он надел ранец, прикрепил сумку с инструментом. Сделал на конце троса петлю, закрепив ее с помощью скобы и колодки. Активировал поиск по маячку, но тот молчал. Майкл спустился еще метров на 500 ниже, дал команду автопилоту удерживать положение на орбите, вышел шлюзовую камеру и открыл внешний люк. Стоя в его проеме, бывший полицейский, а сейчас – роботехник, впервые, наконец-то задумался, куда завели его прихотливые капризы судьбы, только сейчас он окончательно понял, что в этот раз «глюкало» на коленке не слепишь и голову начальству не заморочишь. Потому, как начальство в одной с тобой лодке, и кругом ни души на многие годы полета. «Надо будет запросить в информаторе спецификации на всю корабельную технику и освежить «Правила проведения монтажных работ в открытом космосе» Голубятникова» - думал он, глядя на простирающиеся на сколько хватало глаз, искрящееся поле.

Держась за поручни, Майкл перешел на внешнюю обшивку шаттла, «стоя» головой по направлению к кольцу. «Прорвемся! Где наша не пропадала.» - прошептал он одними губами, отталкиваясь что есть силы от корпуса.


Возвращение.


Кислород в скафандре Стаффорда подходил к концу, когда тот услышал в шлемофоне голос роботехника.

- Перестань разгоняться, кэп, ты уплываешь с курса. Сейчас я тебя подберу. – тот заметил маячок системного блока через три четверти часа осторожного погружения в кольцо. Сигнал возник где-то на периферии и двигался, удаляясь от Майкла под большим углом. Майор не ответил, но телеметрия показала, что объект перешел к инерциальному движению. Следом, планшет Майкла распознал скафандр Стаффорда и подключился к нему. После сканирования неполадок телеметрия на экране планшета засветилась красными предупреждениями.

- Кэп, попробуй переключиться на передатчик планшета.

И через минуту в шлемофоне роботехника раздался голос Стаффорда.

- Ты где, Майк?

- Глупее вопрос не мог придумать? Где-то километрах в полутора в этой мешанине. Скоро проскочишь мой траверс и начнешь удаляться. Так что, тормози. – Майор закувыркался, пытаясь найти направление для торможения. Тем временем, техник неуклюже пытался направить ранец в, указанную планшетом, точку перехвата. Через четверть часа они вышли на визуальный контакт, а еще через несколько минут Майкл уже пристегивал майора к тросу и давал команду шаттлу травить таль. Пока шаттл выбирал трос, кислород у Стаффорда почти закончился, и Майкл отдал ему свой резервный баллон.

Потом они долго и тщательно крепили системный блок в шлюзовой камере, проводили полную диагностику челнока и рассчитывали обратную траекторию. Устранить разгерметизацию корпуса не удалось, ремонт требовал частичной разборки агрегатов шаттла. Возвращались, по этой причине, в скафандрах, что было, конечно, не очень удобно. Ко всему привыкший Стаффорд отключился прямо в скафандре, Майкл же провел все восемь часов в полудреме и, к возвращению, был не в самой лучшей форме, хотя и пытался держаться бодряком.

- Привет, Хелен. – улыбнулся он встречающей их девушке – Все хорошеешь.

- Командир, за время вашего отсутствия никаких происшествий не было. Рапортует лейтенант Ли. – пытаясь выглядеть серьезной доложила китаянка и радостно улыбнулась - Привет, мальчики. Рада вас видеть.

Стаффорд с Арбузовым принялись снимать надоевшие уже скафандры.

- Ступай отдыхать, Майк. Подключением займешься завтра. Хелен, займешься ремонтом шаттла. Разгерметизация, возможны скрытые повреждения, надо все тщательно проверить. Плюс к этому надо пополнить все расходники. Зара, ты на связи? – спросил майор планшет.

В ответ раздалось

- Так точно, кэп. Вахтенная Бахри на связи.

– Проверишь мой скафандр и ранец. Прилетело сзади. Передатчик не работает. Дюзы неисправны. Займись после вахты. Когда смена?

- Через 20 минут, кэп.

- Я тебя сменю. – и майор направился в санузел. Сутки, проведенные в памперсе, оставляли не самые лучшие ощущения. Через пятнадцать минут свежевыбритый, пахнущий одеколоном, как всегда опрятный и подтянутый, он появится в рубке и сменит вахтового офицера.


Часть вторая: В засаде.


Домашние хлопоты.

Работа кипела...