# Литература и её герои

Александр Белкин

Никто не знает сколько тысячелетий (а может быть и миллионов лет) существует литература. Самым древним в мире литературным произведением считается "Эпос о Гильгамеше" (примерно 2500 год до н.э.) Потому что оно было записано. Начертано на глиняных табличках.

А сколько прекрасных волшебных фантазий родилось до изобретения письменности? Кто был тот первый охотник придумавший приём гиперболизации? Вот посчастливилось ему убить зазевавшуюся мышь. Вещь не такая уж простая, кто пробовал - знают. Но общественное мнение, куда от него деться? Охотник убил мышь? Нет, правда, вот такой большой охотник убил вот такую маленькую мышь? Ха-ха-ха! Нет, вы только представьте, такой большой охотник... С такой большой каменной дубинкой! Да он, наверное, расплющил бедняжку...

Стыдно хвастаться победой над мышью. Но, может быть это была не мышь? А, скажем, крыса. Почему бы и нет. Хотя победа над крысой тоже не слишком добавляет славы. А вот заяц... Да, заяц звучит гораздо лучше. Девушки уже не морщатся брезгливо, а смотрят даже с некоторым интересом. Но мы здесь не про личную жизнь того охотника. И не про то, что пресловутая мышь, пройдя стадии антилопы, медведя и пещерного льва, превращается в конце концов в мамонта. Такого знаете, не очень крупного мамонта, надо же помнить и о скромности... Мы про то, что родилась литература. То ли в Палеолите, то ли ещё раньше.

А в литературном произведении обязательно должен быть герой. Хотя бы один. Или несколько. А иногда - очень много. Если героев много, то кого-то из них назначают главным героем (ГГ). Иногда, когда простых героев уж очень много, назначают нескольких ГГ.

Кто назначает? Ну, первоначально, конечно, автор. Но герои (особенно у хорошего автора) часто ведут себя своевольно. Прямо как Буратино, отрастивший себе длинный нос не смотря на все усилия Папы Карло. Вот и Янковский-Волшебник в "Обыкновенном чуде" сетует, что им же выдуманные персонажи его не слушаются. А давным-давно, когда и сам я ещё был пионером, читал я в журнале "Пионер" интересную статью про литературу. И было там упоминание, что сам Флобер как-то сказал про свою героиню: "Неожиданно для меня Эмма побежала топиться". За точность цитаты не ручаюсь, тот журнал у меня не сохранился, а в Интернете не нашёл. Выдаются всё ссылки на саму книгу Флобера, выдаётся куда разных других Эмм и прочих всяческих персонажей, решивших утопиться. Вот такая же ерунда у меня с одной песней. Слышал её в детстве на магнитофоне у родителей. Помню оттуда такие фразы: "Время вперёд, Западный фронт, здесь засыпают без книжки...", "Но зазвенят шпоры, вместе с мальчишкой в атаку пойдут мушкетёры...". Миллион ссылок на мушкетёров и ещё миллион на Западные фронты - их ещё и несколько было в разные войны.

А герои... Да что там Флобер и прочие классики, я сам как-то начал писать рассказ про двух американских студентов Джейн и Роберта. Но уже на втором абзаце понял, что никакие они не Джейн с Робертом, и никакие не американские, а наши Катя и Сашка.

Вот такие герои недисциплинированные. Делают что хотят. Лезут, понимаешь, в главные герои. Как утверждает Алиса... Не та, которая Лиса, и не та, которая в Стране чудес, а та, что завелась не так давно в Интернете и лезет везде со своими подсказками. Так вот, она утверждает, что даже "Остап Бендер в романе Ильфа и Петрова "12 стульев". По замыслу авторов, он должен был произнести пару эффектных фраз. Но постепенно и даже неожиданно для писателей Остап Бендер занял центральное место в романе." То же и Пьер Безухов. Рохля такой и размазня, а вот взял и вылез в ГГ к концу романа. Такой вот сделал финишный рывок.

Потому, кроме авторов есть ещё и критики. Которые всё читают и всё объясняют. Что именно автор имел в виду, и где именно он ошибался. Где надо было чуть-чуть дожать, а где, наоборот, отпустить. Кто герой главный, а кто так, статист из кордебалета. Потом читает уже сам читатель, который тоже не прочь покритиковать. И критика, и автора. А может и в сюжет вмешаться.

Помнится, в знаменитом советском сериале "Следствие ведут знатоки" в одной из серий один из ГГ, майор Томин, получил смертельную рану. На телевидение хлынул поток писем и телеграмм. Одна из телеграмм гласила: "Убьёте Шурика - продаю телевизор!" Что делать? Шурика вылечили...

Конан Дойль отчаявшись избавиться от Шерлока Холмса, без спроса ставшего главным и почти единственным героем его творчества, утопил несчастного в пучине Рейхенбахского водопада. Но, по многочисленным просьбам трудящихся, вынужден был его оттуда достать, просушить и снова пустить в дело. Ещё интереснее история Пиноккио, старшего брата нашего Буратино. Первоначально Карло Коллоди написал коротенькую нравоучительную сказку о том, что случается с глупыми детьми, которые не слушаются родителей и верят всяким проходимцам. Для пущего педагогического эффекта Лиса и Кот просто повесили бедного парня на дубе. Причём описана эта казнь была очень красочно, что называется "с душой". Что делать, в то время (1881 год) считалось, что детская литература должна быть назидательной и ребёнка следует как можно сильнее напугать. Ну и, по некоторым источникам, сам Карло Коллоди детей сильно не любил.

А вот дети его сказку, даже такую кошмарную, полюбили и засыпали "Газету для детей" (где была напечатана сказка) письмами с требованиями героя оживить и сказку продолжать. Не выдержав такого напора Карло Коллоди согласился. Детей он сильно не любил, но ещё сильнее любил деньги. Вот такая душевная драма. Хотя жути в сказке осталось немало, кем у Коллоди было всем нам известная героиня с голубыми волосами, даже не буду рассказывать, вдруг кто-то читает мою статью на ночь.

Вот ещё что интересно в этой сказке про деревянного мальчика (хоть Пиноккио, хоть Буратино). Главные герои в ней не люди. А куклы. Что вовсе не мешает им сеять разумное, доброе, вечное. А также утверждать Веру, Надежду и Любовь. А вот люди в "Золотом ключике" на роль ГГ ну никак не тянут. Папа Карло, конечно, добрый и хороший, но появляется в начале, делает Буратино и пропадает. Снова выходит на сцену перед самым концом, но ведёт себя уж совсем пассивно. Карабас с Дуремаром ведут себя достаточно активно и действуют на протяжении почти всей сказки, но... Действуют они так, что номинировать их на роли ГГ ну просто рука не поднимается.

Так что куклы в этой сказке рулят, и рулят по праву. Куклы, разнообразные другие игрушки и даже кулинарные изделия являются главными героями и во многих других сказках. В "Стойком оловянном солдатике" Андерсона, в русской народной сказке "Колобок" - перечислять можно до бесконечности. Мне особенно вспоминается книжка македонского писателя Славко Яневского "В славном городе Небывальске". Это была первая книжка, которую я прочитал сам в первом ещё классе. В главной повести книги главный герой - мальчик которого сделал из сахара бездетный кондитер (чем-то похоже на сюжет "Золотого ключика"). Мальчик этот совершает большое путешествие (чуть ли не кругосветное) и благополучно (никем не съеденный) возвращается в родной город Небывальск, где и обретает любящую его семью. Была в этой книге ещё одна небольшая сказочка про соломенное чучело, храбро дравшееся с волками и погибшее в неравном бою. Целую жизнь прожил, а книжку эту помню до сих пор.

Ну, конечно, могут возразить, что такие герои, которые куклы и прочие игрушки, встречаются лишь в детских сказках и только детям и могут быть интересны. Но, во-первых, "Все мы родом из детства", как мудро заметил Антуан де Сент-Экзюпери. И многие взрослые детские сказки помнят, цитируют и даже перечитывают. Поэтому трудно провести грань между сказкой "детской" и сказкой "взрослой". Вот тот же "Маленький принц" всё того же Экзюпери, это детская сказка или взрослая? И, кстати, сам-то Маленький принц вовсе ведь не человек - понаехал к нам, понимаешь, с какого-то астероида...

И он не одинок. Это стало уже стандартным приёмом. Раньше сказочники употребляли формулировку: "В некотором царстве, в некотором государстве". Теперь, для "серьёзной" литературы такое считается несолидным. Хотя, некие не существующие на Земле государства вовсю используются в фантастической и сатирической литературе. Как, например, в "Трагическомй астероиде" Лагина, где некие вымышленные страны: Атавия и Полигония (их реальные прототипы легко угадываются) отрываются от Земли и как могут приспосабливаются к своему новому "астероидному" существованию. Ну, эти-то по крайней мере точно наши земные люди.

А вот как быть с другим, тоже вполне типичным приёмом фантастики, когда эти "некоторые царства, некоторые государства" просто размещаются на другой планете? Как, к примеру, в невероятно смешной повести Владлена Бахнова "Как погасло солнце, или История Тысячелетней Диктатории Огогондии, которая существовала 13 лет 5 месяцев и 7 дней" (1969). Действие происходит на некой очень-очень далёкой от Земли планете Аномалия. Но обитатели Аномалии ничем не отличаются от нас. И политика у них там от нашей, по странному совпадению, тоже ничем не отличается. Такая же ж... И вот что делать с ними, считать их людьми или нет?

Что делать с роботами из "Кибериады" Лема? Они, вообще-то, роботы. Из железа, иридия и прочих палладиев. А кто побогаче, так ещё и позолоченные. Но ведут себя ну вот совершенно как люди. Верят, надеются и даже любят.

И такая мне приходит на ум аналогия. Вот есть театр. Там играют актёры-люди. Вот играют они к примеру пьесу "Ромео и Джульетта". Люди играют людей. Но что мешает спектакль про Ромео и Джульетту поставить в кукольном театре? А ничего не мешает, более того, наш "Екатеринбургский театр кукол" его даже и поставил. И в этом спектакле куклы играют роль людей.

Вот точно так же куклы в "Золотом ключике", оловянный солдатик с бумажной балериной и даже роботы из "Кибериады" - все они играют роль людей. Представляют и решают именно людские проблемы. Проявляют именно человеческие чувства.

В общем, вся литература - это про людей. Даже, если в каких-то произведениях роль людей играют куклы, драконы или роботы. Ну, почти вся. Есть, хоть их мало, произведения в которых авторы реально пытаются изобразить нечто нечеловеческое. Я не про чертовщину всякую, не очень люблю мистику и прочий всякий хоррор, потому жанры эти знаю слабо. Хотя у Гоголя в "Вечерах на хуторе близ Диканьки" чёрт совсем не страшный, ведёт себя почти как человек и так же как и местный дьяк наведывается в гости к Солохе, причём вовсе не с мистическими намерениями. Да и Воланд у Булгакова тоже сильно смахивает на человека, пусть и очень могущественного.

Более или менее удачную попытку изобразить роботов более или менее отличных от людей предпринял Айзек Азимов (сборник "Я, робот", романы: "Стальные пещеры", "Обнажённое солнце", "Роботы Зари", "Роботы и империя"). И эти роботы, наряду с людьми, играют в данных произведениях главную роль, вполне могут быть причислены к главным героям. Ещё вспоминаются "Маска" и "Солярис" Лема. Чтобы не сводить всё к сказкам и фантастике, можно вспомнить вполне реалистические "Белый клык" Джека Лондона и "Белый Бим Чёрное ухо" Гавриила Троепольского, где рассказ ведётся как бы от лица собак.

Но... Но даже эти "нечеловеческие" произведения, они ведь в конечном счёте всё равно о людях. Так что автор, я думаю, может сделать своими героями (и главными тоже) кого угодно. Собак, муравьёв или марсиан. И сапоги со сковородками тоже. Если получится хорошо - то всё равно получится про людей. А если получится плохо... Тоже ведь ничего страшного, мало ли есть плохих произведений, где все герои, и главные, и даже второстепенные, люди, одни только люди и никого кроме людей...