# Сундук времени

Семён Валерьевич Борин

Сундук времени


1. Приезд к бабушке.


- Бабушка! Бабушка! - пятилетняя Даша от самой калитки до дома бежала с распашными объятьями.


Бабушка жила в бревенчатой избе. У дома находился небольшой сад. Воздух здесь был напоен сладковатым ароматом переспелых яблок и свежим запахом укропа с грядок. В саду было пять яблонь разных сортов. Кое-где расположились грядки с луком, морковью, редиской. От калитки к дому вела дорожка, посыпанная щебнем и утрамбованная.


- Осторожно, не сбей бабушку! - кричала вслед мама Виктория, закрывая калитку на шпингалет. В руке она несла большой пакет.


Но дочь не слышала её. Она подбежала к бабушке, обняла её, за что получила серию поцелуев в лобик и щёки. Подошла Вика.


- Здравствуй, мама! - Вика трижды приложилась щекой к щекам матери.


- Привет. Наконец-то! Давно не виделись.


- Дела всё, дела.


- Заходите в дом. Я испекла пирожки, ваши любимые.


- Мам, я ненадолго. Попью чай и обратно. Квартальный отчёт пишу. Дашка пусть у тебя недельку-другую поживёт.


- Да хоть и насовсем. Мне веселее будет.


Сели за стол, укрытый белой скатертью. Медный, начищенный до блеска самовар пыхтел в центре, наполняя кухню уютом. Выпили чай с пирожками. Пирожки были горячие, с хрустящей корочкой и сочной капустной начинкой. Поговорили о разном. Потом Вика встала, дала дочери указания, как себя вести у бабушки, и поспешила к выходу. Мать вышла следом, дав ей пирожков на дорогу. Поезд через полчаса, надо поспешать.


Даша допивала и доедала вкусняшки, когда бабушка вошла в дом с улицы. И тут девочка вдруг заметила, что бабушка прихрамывает. Её левое плечо едва заметно опускалось при каждом шаге, а один тапочек был стоптан сильнее другого.


- Бабушка, а что у тебя с ногой? - поинтересовалась она.


- О! Это давняя история. Как-нибудь расскажу.


- Зачем ждать? Ты сейчас расскажи, - настаивала внучка.


- Хочешь ещё пирожков?


- С капустой.


Бабушка принесла ещё тарелку с пирожками. Внучка опять попросила рассказать.


- Ну, слушай. - Бабушка сделала паузу, собираясь с мыслями. - Война уж год как закончилась. Мне тогда было столько, сколько тебе сейчас. Я была бойкой девчонкой. Бегала с мальчишками по всей деревне. Иногда мы выбегали на поля, что находились за окраиной. На полях ничего не росло, кроме бурьяна. Там в войну проходили тяжёлые бои. Много людей погибло, много техники сожжено. Мне мама рассказывала. Много техники увезли. Убитых солдат потом похоронили с почестями в Братской могиле. Но кое-что ещё находили там любители: гранаты, автоматы, патроны. Так вот, мальчишек нашей деревни тянуло туда именно оружие. Зачем оно им - поди теперь узнай. Однажды я побежала с мальчишками на то поле. Оно уже всё было перерыто копателями. Но Петька, друг мой, нашёл-таки место, где ещё не копали. На глубине около полуметра нашёл гранату. Ему непременно захотелось ею воспользоваться, бросить. Я его уговаривала не трогать, а то взорвётся. Но он был одержим. Сказал, чтоб я ушла, раз боюсь. Но я осталась. Петька - мой друг, мы должны быть всегда вместе, помогать друг другу.


И вот, в небольшом окопе, Петька стал срывать чеку. Но она от влаги так заржавела, что не поддавалась, как он ни старался. Тогда он ногой наступил на гранату, а рукой принялся тянуть чеку. Лишь на пятой попытке чека слетела. Петька подскользнулся на гранате и упал. Оставались считанные секунды до взрыва.


- Бежим, быстрее! - крикнула я.


Петька ловчее меня, он мигом выпрыгнул. А я тоже выпрыгнула, но одна нога какое-то мгновение задержалась над окопом. Прогремел взрыв. - У бабушки слёзы навернулись на глаза. Воспоминания растревожили душу. - Что было потом, мне рассказали в больнице. Петьку оглушило. Он ещё потом полдня отходил. Ребята вызвали взрослых. Меня доставили в больницу с раздробленной ногой, которую никак нельзя было спасти. Впоследствии мне делали протезы: сначала детские, потом и взрослые. Вот так с тех пор и хожу, хромая на одну ногу.


Внучка поднялась, вышла из-за стола, подошла к бабушке, обняла её:


- А Петька потом ходил ещё на то поле?


- Нет. Мы поклялись, что больше никаких сюрпризов.


- А где сейчас Петька?


- Петька потом стал моим мужем, твоим дедушкой, значит. С ним мы родили тебе маму. Его не стало три года назад... Ну, хватит воспоминаний! - бабушка поднялась из-за стола. - Ты уже не голодна?


- Нет.


- Тогда иди погуляйся. Правда, ребят уже в деревне не осталось. Их родители увезли в города большого Союза. Но ты, если хочешь, заберись по лестнице на чердак, там увидишь большой сундук. Там я храню свои старые игрушки, одежду. Поиграйся пока с ними. Потом пойдём собирать яблоки, чтоб варить варенье.


2. Сундук.


Даша по скрипучей деревянной лестнице взобралась на чердак дома. Сразу в нос ударил запах старого дерева, пыли и сухих трав. Из небольшого окошка через матовое, затянутое паутиной стекло пробивался тонкий луч золотистого света, в котором, словно крошечные снежинки, кружились пылинки. Этот луч освещал бревенчатые своды. У стен лежала разная утварь. В одном углу стоял большой сундук. Сундук был окован чёрным металлом, а его дерево было тёплым на ощупь, как будто хранило солнечное тепло. "Как его сюда затащили?" - подумала девочка. Он был не заперт, поэтому открылся сразу. Даша с любопытством принялась разглядывать содержимое. Сверху лежали бабушкины платья, дедушкин военный костюм с медалями. Девочка вынимала вещи, складывая около себя. Ещё нашла старый утюг, который нагревали углём, палки для глажки, протезы... Многие вещи она просто не могла знать, так была ещё маленькой. Наконец, она достала со дна сундука детское платье. Оно было чистым, из грубого льна, и от него пахло лавандой и будто бы молоком. Лишь в одном месте внизу темнело пятнышко. "Наверное, в этом платьице бабушка бегала с ребятами по деревне, - подумала Даша. - Оно как раз на меня". Она провела пальцем по тёмному пятнышку, и ей показалось, что оно пахнет дымом.


Девочка быстренько переоделась. Платье сидело на ней, словно она всегда в нём ходила. Она принялась искать зеркало, чтоб покрасоваться. Нашла в заброшенном углу. В старой потрескавшейся раме зеркало стояло наклонно к стене, прикрытое одеялом. Высотой оно было в рост девочки. Любопытство распирало Дашу. Она убрала одеяло, вытерев им пыль. Потом стала у зеркала, чтоб покрасоваться, как вдруг... Изображение в зеркале поплыло, покрылось рябью, приняло совсем другие очертания. Рябь не была похожа на воду, скорее на волны горячего воздуха. Из зеркала донёсся тихий звук, похожий на шелест старой бумаги.


Девочка оказалась стоящей на улице у своего дома. Она была уверена, что её зовут Василисой, как бабушку.


- Мама! Я пойду погуляю с ребятами! - крикнула она в раскрытое окно.


- Хорошо, доченька. Только далеко не убегайте. К ужину вертайся.


- Ладно, мам. - И убежала.


Прибежала к другой такой же избе.


- Петька! - позвала она. В окне появился её друг. - Выходи гулять!


- Я скоро. Мамка мне штопает штаны. Как закончит, я сразу выбегу.


Вскоре мальчишка выбежал из дома в штопаных штанах. Вдвоём побежали звать остальных. Набралось пять человек. Четверо ребят и одна девочка. Гурьбой побежали по деревне. Играли в прятки, потом в догонялки, в ножички. Наконец, все игры были сыграны. Захотелось чего-то нового.


- А побежали-ка на поле? - предложил Петька. - Может, пистолет найдём или гранату.


- Зачем они тебе? - Василиса попыталась уговорить друга не идти. - Тебя могут посадить за хранение оружия.


- А я никому не скажу. Зато, когда враг придёт в наш дом, я его бах-бах! И готово. - Петька был горд собой. - Но если ты не хочешь, то можешь оставаться тут, правда, ребята? - Мальчишки закивали.


- Нет, я пойду с вами.


Гурьба побежала к полю. Земля была бурой, не чёрной - она была перемешана с осколками металла и омертвевшими корнями. Повсюду торчали изогнутые ржавые прутья, словно кости земли. Петька с подругой искали в одном месте, а ребята разбрелись по полю, вооружившись острыми ветками, как штыками.


- Нашёл! - через какое-то время раздался радостный голос Петьки.


Девочка подошла к нему. У него в руке была зажата граната. Ржавчина на ней была рыжей и крупной, как сухой мох. От долгого лежания в земле она уже покрылась коррозией. Мальчик сиял от счастья.


- Смотри, она вся ржавая, как бы не разорвалась до снятия чеки. Осторожно.


- Не бойся, Василиска, я удачливый. Давай найдём окоп.


Петька сначала похвастался ребятам своей находкой. Потом ребята нашли два окопа. В один, небольшой, запрыгнули Петька с Василисой, в другой, побольше, - ребята. Решено было не высовываться до взрыва. Закрыть уши и сидеть молча.


Петька, как "знаток" военного дела, взял гранату в левую руку, правой стал тянуть за кольцо. Кольцо не поддавалось. Ржавчина сделала своё дело. Парень сделал пять попыток, но всё было безуспешно. Тогда он зажал гранату ногой, а рукой тянул кольцо. На третьей попытке кольцо слетело. Петька упал по инерции на землю.


Время пошло на секунды. Первая - Василиса наклонилась к гранате, вторая - взяла горячую в руку, третья - бросила за окоп, четвёртая - накрыла Петьку своим телом.


Раздался взрыв. Клочья земли посыпались на головы ребят. Запахло чем-то горелым.


Петька зашевелился первым. Он растормошил Василису. Она поднялась с земли. Лишь только теперь почувствовала боль в руке. Ладонь горела, как при ожоге. Она посмотрела на неё. Кожа покрылась волдырями, боль была сильной. Рука горела от жара, но страх за Петьку был сильнее любого ожога. Когда девочка брала гранату, то не заметила, что та стала быстро нагреваться. Петька тоже увидел это.


- В больницу, срочно! - закричал он. Вытащил подругу из окопа. И они побежали всей гурьбой в деревню.


Во время бега у девочки перед глазами вдруг всё поплыло, ноги стали ватными, сила покидала её. И наступила темнота.


3. В больнице.


Очнулась Даша в больнице. Белый потолок, белые стены. Больничная палата. Справа койка, на которой лежит молодая женщина с перебинтованными руками. На штативе прикреплена капельница. По трубочке вниз стекает какая-то жидкость. Слева старушка с забинтованной ногой храпит. Бинты пропитались йодом. В коридоре слышен какой-то разговор.


- Зайдите через пару часов, - говорит мужчина.


- Зачем через пару! Я скоро ухожу в рейс. Хочу на жену поглядеть. Разрешите, доктор. Пожалуйста.


- Она сейчас под капельницей спит. Нельзя к ней. У неё сильный ожог.


Даша постепенно стала приходить в себя. Она вспоминала, что с ней случилось, но не могла вспомнить. Словно сон видела. Лишь какое-то непонятное чувство присутствовало. Что-то случилось плохое. Но что? Почему она в больнице и почему у неё перевязана рука?


В палату тихонько вошли доктор и мужчина в белом халате.


- Не волнуйтесь, - говорил шёпотом доктор. - Мы за нею присмотрим, поставим на ноги. Когда вы приедете из рейса, она сама вас встретит.


- Я на вас рассчитываю, доктор. С меня причитается.


- Всё, всё! Пора уходить. - Он взял мужчину за руку, провёл к двери. Потом вернулся к Даше. - Как ваше здоровье, больная? - спросил он, улыбаясь.


- Хорошо. Почему я здесь? - Даша говорила слабым голосом.


- Всё потому, что не слушались бабушку. Но ничего, до свадьбы заживёт!


В дверь постучали. Потом показалось лицо бабушки. Она подошла к кровати.


- Как дела, доктор? - спросила она взволнованным голосом.


- Когда будете играть свадьбу, то позовите меня, я станцую вальс с невестой, - он хитро улыбнулся, показав взглядом на Дашу. И вышел.


- Как ты меня напугала, внученька! - бабушка поцеловала её в лоб. - Я на замок закрыла люк от чердака, чтоб никто больше туда не смог залезть, и тем более упасть оттуда.


- Что со мною было?


- Ты сходила с лесенки, оступилась и упала на руку. Ничего страшного нет, простой ушиб, но всё равно неприятно. К приезду мамы заживёт. Как ты себя чувствуешь?


- Хорошо. Бабушка, я хочу в туалет. Проводи меня, пожалуйста, а то я не знаю где.


- Конечно, конечно!


Бабушка аккуратно взяла внучку под руку, подняла с кровати, помогла надеть ей тапочки. Потом они пошли в коридор. Шли медленно. Нашли туалет. Даша зашла.


- Бабушка! - позвал её доктор, он стоял около ординаторской.


Женщина быстрым шагом подошла к нему. Тот дал ей какую-то бумагу, объяснил, что и как. Затем вошёл в кабинет. Вышла Даша. Заметила, что бабушки нет. Самой ей тяжело пока ходить.


- Бабушка! - позвала она.


- Иду, иду, внученька! - старушка подбежала к девочке. - Пойдём, дорогая. Доктор меня уверил, что послезавтра тебя выпишут. Дал мне рекомендации по твоему лечению.


Даша вдруг поймала себя на мысли, что бабушка ходит нормально, даже бегает.


- Как твоя нога, бабушка?


- Что нога? Нога как нога. А что с нею не так? - удивилась старушка.


- Ты не хромаешь?


- Вот те раз! Когда это я хромала, внученька! Али ты при падении повредила головку? Ты опять меня пугаешь?


- Нет, нет. Я... просто... сон вспомнила.


- Какой сон?


- Ладно уж! Сон есть сон. Пошли в палату.


У Даши резко поднялось настроение. Она всё вспомнила. То, что бабушка больше не хромает, очень обрадовало девочку. А также поняла, что её быстрые действия в окопе переписали историю родного человека, сделав его здоровее. И за свою руку она не переживала. Рука целая, слегка ушибленная. Если доктор сказал, что заживёт до свадьбы, значит, так оно и будет.


Эпилог: Варенье из целой жизни


Через пару дней Дашу выписали. Бабушка и внучка сразу же отправились в сад собирать яблоки. Солнце пробивалось сквозь листву, и воздух был тёплым и сладким.


Бабушка, опираясь не на протез, а лишь на старую деревянную лестницу-стремянку, легко срывала самые спелые яблоки. Даша, помогая ей снизу, чувствовала безмерную радость: вот она, здоровая бабушка, которую она подарила себе и миру.


Вечером они варили варенье. Пенящееся, золотистое яблочное варенье кипело в огромном тазу на летней печи, наполняя дом густым, тёплым ароматом.


- Вот увидишь, - улыбнулась бабушка, помешивая варенье. - Вкуснее этого на свете ничего нет.


- А я знаю! - сказала Даша.


Она знала. Потому что это варенье пахло не просто яблоками. Оно пахло спасённой молодостью, целой, нераздробленной ногой и новым, счастливым будущим. Это был вкус победы, которую она, маленькая девочка, одержала над войной и судьбой, используя всего лишь платье из старого сундука.


Конец.

Ноябрь 2025