# Книга 1. Дети Неогеи

Ирина Васильевна Булгакова

Гром загремел внезапно и прямо у них над головой, чем прервал их, и как бы вывел всех из ступора. Очень ярко вспыхнула молния, ненадолго заставив ребят зажмуриться. Но самым невероятным было не это. Дождь прекратился так же быстро и совершенно неожиданно, как и начался. Ребята сразу смогли осмотреться вокруг. Но то, что они увидели, повергло их в смятение. Они стояли В СОВЕРШЕННО НЕЗНАКОМОМ МЕСТЕ!!!

Булгакова Ирина Васильевна

Книга 1. Дети Неогеи

Origin: http://samlib.ru/b/bulgakowa_irina_wasilxewna/inie-hraniteliklycha.shtml

Создан: 08/09/2008, изменен: 17/02/2009, 834k

Рассказ: История

Гром загремел внезапно и прямо у них над головой, чем прервал их, и как бы вывел всех из ступора. Очень ярко вспыхнула молния, ненадолго заставив ребят зажмуриться. Но самым невероятным было не это. Дождь прекратился так же быстро и совершенно неожиданно, как и начался. Ребята сразу смогли осмотреться вокруг. Но то, что они увидели, повергло их в смятение. Они стояли В СОВЕРШЕННО НЕЗНАКОМОМ МЕСТЕ!!!

____________________________________________________________

ИНЫЕ - ХРАНИТЕЛИ КЛЮЧА

КНИГА 1

0x08 graphic

ДЕТИ НЕОГЕИ

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

0x01 graphic

"Случаются же с людьми странные и необъяснимые вещи. Такие, что не укладываются в голове и будоражат воображение. И тогда перестаёшь понимать, кто ты, и в каком времени живёшь, кто вокруг тебя, и не обман ли это... Тогда возникает две мысли: или мир сошел с ума, или тебе пора пересмотреть свои взгляды... Совпадений не бывает. Всё предопределено". "Ерунда. Всё, что пишу - полная ерунда", - Мира раздраженно откинулась на спинку кресла, и задумалась. Оказалось не всё так просто, как казалось на первый взгляд. Каждый раз, начиная писать, Мира всё забрасывала на пару дней до нового наплыва воображения, подумывая о том, что пора бы придумать отдельную награду писателям за их сложный труд. Причем к первым она причисляла и себя.

"Ничего не происходит. Детские фантазии. Тоже мне, писательница - фантазёрка. Ничего-то ты не можешь. Только воображать, и то не особо удачно, - мысли повернулись в обычное русло. - Ладно, попробую позже".

Вот уже как три недели и четыре дня Мира пыталась написать рассказ про необыкновенные приключения, азарт и настоящую дружбу. У неё были наброски, мысли, что угодно, но ничего не получалось. К сожалению, она поздно поняла, что одной мечты слишком мало для такого дела. Но отступать было не в её правилах.

Зазвонил телефон.

- Мира, привет. Как дела? Какие планы? В гости зайти не хочешь, есть разговор.

Ок. скоро буду. Жди.

Такие звонки были привычным делом. Мира не спеша, стала собираться. Она немного повертелась перед зеркалом и полюбовалась на себя. Затем удовлетворённо кивнула и вышла из квартиры, не забыв напомнить кошке: "Охраняй!".

По дороге она зашла в супермаркет, купила сладостей и направилась в гости к Анри. Каштаны давно отцвели, зато деревья буяли зеленью и приятно радовали глаз. Зеленая аллея, что может быть лучше?

"Жаль, что они спят, - в очередной раз подумала Мира. - Думаю, я нашла бы с ними общий язык... - она мысленно улыбнулась своим фантазиям. - Эх, как всё надоело! Отдохнуть бы от экзаменов. Да... В лес бы на пару денёчков. Хотя, какой тут отдых, когда сессия ещё не закончилась, да и практика с работой... Ну вот, дел невпроворот, а ты об отдыхе думаешь!". Мира укоризненно и невесело улыбнулась, и стала осматриваться по сторонам. Все люди, которых она встречала по дороге, были заняты собственными мыслями, но некоторые все же с минутным интересом поглядывали на неё, чтобы пройти дальше и тут же забыть под грузом собственных забот.

"Эх, такая же, как все - обыкновенная! - ехидно сказала одна сторона Миры. - Нет, не такая, другая, - поправило ту второе "Я". - Даже нет, не другая, - второе "Я" призадумалось, подыскивая слово, - иная...

Ага, просто инопланетянин в юбке, - снова позлорадствовало первое. - Зачем ты так? - скорее удивилось, чем обиделось то...

Хватит! Это становиться ненормальным - общение сама с собой", - вмешалась сама Мира в ход своих мыслей, так как уже подходила к дому Анри.

***************************************

Мира вошла в дом, и поднялась вверх на лифте к квартире, в которой жил Анри. Позвонила. Немного погодя, дверь открылась. На пороге стоял молодой светловолосый парень в спортивных штанах с оголённым торсом (лето всё-таки). Мира улыбнулась, увидев его, но на внешний вид посмотрела обыденно. Этим зрелищем её не удивишь - как ни как, восьмой год знакомы.

- Привет, красавица. Отлично выглядишь. Проходи.

Мира разулась и прошла на кухню. Кухня всегда была её любимым местом. И не только потому, что она любила готовить, просто это место умиротворяло и нагоняло на размышления, особенно за чашкой чая. Кухня Анри была небольшая, но довольно уютная, во всём здесь чувствовалась хозяйская рука.

Мира села за стол, который стоял почти посередине. Анри стал на противоположной стороне.

- Как дела? Чай будешь?

- Да, спасибо. Да, всё как обычно... сессия. Как надоело! Сил никаких нет больше. И вроде не особо наседают, но надоело всё до чёртиков - волком выть хочется.

Анри шутливо покачал головой и налил чай.

- Это серьезно. Но, во всяком случае, волком выть не надо.

- А у тебя как?

- Примерно так же, плюс диплом.

-- Тебе сложнее.

-- Не так чтобы очень, но тоже поднадоело. Поэтому у меня к тебе рациональное предложение. Поехали на выходные ко мне на дачу. Отдохнем, шашлыков пожарим...

Анри еще что-то говорил, но Мира его уже не слушала. Сердце радостно забилось. Она поедет на дачу! Боже, как здорово! Какая там сессия?! Всё подождёт! Решено. Тем временем Анри еще говорил... Мира попыталась снова включиться в разговор. Она допила чай. Немного подумала и с одолжением соглашенно кивнула.

- Отличная идея. А кто поедет?

Анри попытался всё повернуть в шутку, заранее зная, что ничего не добьется.

-- Опять двадцать пять. А кто тебе ещё нужен? Тебе меня мало?

-- Мне? Мне тебя предостаточно, именно поэтому нужен еще кто-то, чтобы мой страстный пыл рассеивался, а не направлялся только на тебя, - Мира улыбнулась.

-- А меня это вполне устраивает, - Анри попытался обнять Миру, но та ловко выскользнула.

-- Ну, так как? - это был не вопрос, скорее условие.

Анри замялся, но всего на пол секунды, чтобы оценить обстановку. Все равно она одна с ним не поедет. Что здесь решать? Он и так всё знал наперёд.

-- Винар, Аслан, может Анрио и Рамон. Кого ты хочешь взять из девчонок?

-- Милу, конечно. Она поедет?

-- Поедет, если Аслан будет не против. Всего человек шесть - семь. Но не у всех может получиться. Винар работает, Аслан с Милой могут уехать на выходные с родителями, Анрио вроде тоже куда собрался. Ну, а Рамона ты знаешь. Плюс у многих тоже сессия. Так, что не знаю.

"Съезд", - подумала Мира, но в слух не сказала.

-- Понятно. Тогда я всем перезвоню и сообщу. Кстати, ты перечислил одних, а некоторых совсем не упомянул, - Мира хитро прищурилась.

- Я перечислил тех, кто может поехать, - рассердился Анри.

-- Всё ясно, - поспешила успокоить его Мира. - Я вполне согласна с твоим выбором. Остаётся только решить, что будем брать с собой.

-- Это не проблема. Как обычно. Мясо замаринуем, овощи. Короче список предоставлю завтра.

-- Согласна. Только две поправки: вместо мяса - курицу, а ещё сладкого.

-- Без вопросов

-- Тогда ладно. Созвонимся. Я побежала, а то мне ещё на рынок надо. Если будут рациональные предложения - звони.

Чмокнув его в щёку, Мира убежала. Анри закрыл за ней дверь и прошёл в комнату. Там он включил компьютер, музыку и лёг на кровать.

Как всегда. Как ему не хотелось ехать большой компанией. Восемь лет знакомы, а ничего не изменилось. Коза-стрекоза. И попробуй что-то скажи - обид будет! Вот и сейчас: кто ещё поедет? Зачем ещё кто-то? Ему вдруг расхотелось куда-то ехать. Но уже поздно отступать. Хотя, ещё можно что-то придумать: работа, неожиданный зачёт, родители, но лучше этого не делать, если не хочешь неприятностей и обид. Подумав и прокрутив возможные варианты, Анри закрыл глаза, и в скором времени уже спал. ...Стук мечей, скрежет стали. Что это? - Анри удивился. У него вдруг создалось такое впечатление, что поблизости идёт бой, причём не на шутку. Он поспешил на эти звуки. Его взору предстала необычная картина. На маленькую, вооруженную граблями и вилами группку людей наседала другая, вооружённая немногим лучше. Думать было нечего, оставалось только действовать. Он с размаху врезался в толпу. Его появление было неожиданностью для всех. Анри взмахнул топором раз, другой, отражая выпады соперников. Причём делал он это умело и методично, экономно расходуя силы и, стараясь никого не убивать, а лишь ранить или отбросить, обезоружить, в конце концов. Со своим топором, он казался людям несокрушимой стеной, хоть и был обычного роста. Так как Анри отбивал абсолютно все выпады, ни те, ни другие соперники не могли понять - на чьей он стороне. И постепенно люди забыли про бойню между собой, стараясь оттеснить в сторону незнакомца.

"Плохо дело, - подумал Анри. В обычной ситуации он бы сильно ругался про себя, в этой же ему было просто некогда. Он начал уставать. - Надо что-то срочно делать, а то эти остолопы меня скоро достанут. Их слишком много".

Не зря Анри считал себя стратегом, он по-быстренькому прикинул ситуацию. Против него было человек двадцать, ещё человек девять он успел вывести из строя. А ещё он увидел здоровенного детину с коротким мечём, который отдавал приказы. Ага, этот-то ему и нужен. Анри стал осторожно заворачивать толпу, подбираясь к детине, успевая отбивать изощрённые выпады. И в скором времени ему это удалось. Анри сделал подсечку и, когда детина упал на колени, занёс над его головой свой огромный топор.

-- Двинетесь - убью! - прорычал он. Толпа враз остановилась. Значит, он не ошибся в своём выборе, это был главарь. - Что у вас здесь происходит?

-- А ты кто такой будешь? - прохрипел детина. - Зачем вмешиваешься в наши дела?

-- Сейчас узнаешь, - пообещал Анри и, положив детине руку на голову, громко и властно скомандовал, - ЗАМРИ! ЭЛОИМ САВАОН!!!

Детина замер, точно вкопанный столб, причём в несколько комичной позе: повернув голову к Анри, который все ещё стоял за его спиной, немного оттопырив руки и открыв рот, так как в это время еще что-то говорил.

По толпе прошла паника.

-- КОЛДУН!

-- Пускай так, - решил поиграть Анри, - не скажете, что у вас произошло, буду разбираться с каждым в отдельности. - Он лукавил, на второе заклинание сил у него не хватит, а тем паче на такое количество человек. - Ну, так как?

-- Он за своей ведьмой пришел, - закричал кто-то из толпы, - пусть забирает и уходит. - Толпа расступилась, и Анри увидел человека возле дерева, там стояла до боли знакомая девушка. Анри не спеша, но всё ещё с удивлением оглядел людей, и неожиданно для себя услышал звон. Что это? Анри открыл глаза и посмотрел в окно. Звон продолжался. "Телефон!", - осенило его. Звонил мобильный.

-- Ты где?

-- Дома. Сплю.

-- А... слон. Я сейчас к тебе зайду, мне кое-что распечатать надо.

-- Заходи.

Блин, ни днём, ни ночью покоя! Анри покачал головой. Ему ведь что-то снилось. Что-то необычное, потому что он помнил своё удивление. Он ещё раз покачал головой и пошёл на кухню делать кофе.

Глава

"Может ли быть "белым",

то есть правильным

вызывание духов и управление ними?

Да, если оно не направлено во вред.

Любое же насилие, пусть даже

над физическим телом, волей, душой "белым"

являться не может".

"Я еду на дачу!". Мира удовлетворённо откинулась на спинку кресла. Ещё вчера она обзванивала всех друзей и получила радостное согласие. Не сделай она этого, Анри точно бы не обзвонил их, или не стал бы уговаривать. Класс! Ещё несколько дней. Нужно бы уже потихоньку скупаться. Она прочитала последние строки про написанных ею героев и закрыла тетрадь. Все равно рассказ не клеился. Девушка стала собираться на учёбу.

Мира вышла из троллейбуса. Стоял погожий солнечный день. Какие экзамены могут быть при такой погоде? В самую пору было бы подумать об отдыхе, но в этом году сессию сильно растянули. "От сессии до сессии живут студенты весело", вспомнила Мира студенческую поговорку. Даже в транспорте практически все разговоры сводились к сессии и экзаменам. Она вздохнула.

Проходя мимо хлебного киоска, Мира увидела одиноко стоящую бабушку, которая просила милостыню. К сожалению, такие явления стали чем-то обыденным, и ни у кого не вызывали удивления. Мира бросила в стаканчик мелочь.

-- Спасибо, деточка. Красавица. Будь всегда такой же... - бабуля продолжала что-то говорить.

-- Хорошо, спасибо.

Мира поспешила от странной советчицы. Как ни странно, но ей не очень понравились причитания старушки. Она оглянулась, так как ещё недалеко ушла от хлебного киоска, но там никого не было. Стояла лишь полная женщина, но она стояла и тогда, когда Мира давала мелочь бабушке. "Бред какой-то. Опять нафантазируешь невесть Бог знает что! Ушла она что ли? Да, наверняка. Только когда успела? - Мира рассердилась, ускоряя шаг. - Перестань думать про эту выжившую из себя старушку!". Внезапно она подскочила. Зажужжал телефон. Пришло сообщение от Милы.

"Позвони, когда будешь дома. Удачного тебе дня".

"Инфаркт получить можно... Позвоню", - мысленно пообещала Мира. И поспешила зайти в университет. Скоро начиналась консультация.

***********************************

Всё прошло довольно скучно. От слов преподавательницы, которая вела предмет, Мире всегда хотелось спать. И всю пару между перерывами борьбы со сном, студентка пыталась определить для себя, зачем ей это всё надо, и когда это безобразие закончится. Наконец преподавательница прекратила бесплодные попытки хоть что-то разъяснить ребятам.

-- Если ни у кого нет вопросов, тогда встретимся на экзамене. До свидания.

Студенты начали дружно разбегаться, кто куда. Мира тоже поспешила. По дороге домой она решила зайти на рынок. Учеба учебой, а питаться надо, хотя по ней этого не заметно. Когда она закончила скупаться, почти стемнело. Зато, какой воздух у отдыхающего города! Она откровенно наслаждалась.

Когда Мира зашла в квартиру, мамы дома не оказалось. Они жили с ней вдвоём. И их это вполне устраивало. Мира разгрузила пакеты и набрала Милкин телефон.

-- Привет. Как дела? Ты звонила. Что-то важное? - спросила она.

-- Хеллоу. Нет, ничего особенного. Просто решила уточнить: ничего не изменилось, мы едем в субботу?

-- Да, конечно едем. Иначе я просто не выдержу.

-- Круто! - обрадовалась Мила.

-- Уже собралась?

-- Почти всё купила. Только сладкое осталось.

-- Не беда, ещё время есть - успеешь.

-- Конечно. Я сделаю вафельный торт.

-- Мой любимый! Только с орехами! - сразу же сделала Мира заказ подруге.

-- Хорошо, - Мила помолчала. - Ну, ладненько тогда. Я еще кое-кому позвонить должна.

-- О'кей. Пока. Привет Аслану.

Мира решила прилечь. С Милкой они были знакомы давно, хотя и меньше, чем с Анри. Их знакомству она была обязана её брату - Аслану. Мира и Мила не были похожи, хотя их часто называли сёстрами. Мила была весела, как весеннее настроение, Мира сдержана, как осенний день. Хотя, иногда они менялись местами, и тогда окружающие ничего не могли поделать, потому что переубедить и остановить обоих, было нелегко.

Девизом этой семейки было: ничего никому не скажу. Всё в себе. Мира этого не приветствовала, хотя понимала. И старалась придерживаться этого и сама. Если же им что-то не нравилось, они откровенно говорили в глаза, было немного неприятно, но такое положение вещей вполне устраивало и соответствовало понятиям Миры. Это было лучше, чем разговоры "за спиной".

Вдруг Мира услышала дверной щелчок. Это пришла мама. Дочь пошла её встречать.

-- Привет.

-- Привет. Где ты ходишь? Я уже как час дома. Ты же никуда не собиралась.

-- Тетя Аля позвонила и попросила с ней встретиться, бумаги привезти.

Мама разулась и прошла на кухню.

-- Ты кушала? - извечная проблема.

-- Да, но чаю с тобой попью.

Мира поставила чайник и пошла умываться. Сегодня она никого не ждала в гости. Подготовившись ко сну, она вернулась на кухню и села за стол. Мама как раз заварила ароматный чай.

-- Ну, так вы окончательно всё решили? На сколько вы едете?

-- Да, дня на три. В пятницу вечером уедем, в воскресение вечером приедем

-- Чего это вы с бухты-барахты? Экзамены же. Может, не поедете? Лучше попозже, когда всё сдадите.

Мира удивлённо посмотрела на маму, редко когда она пыталась её отговорить.

-- Да чего это ты?! - искренне изумилась дочь. - Экзаменов у меня на этой неделе нет. К ним я по приезду успею подготовиться. Да, и купила я уже почти всё. Никто никуда летом не едет отдыхать, хоть так соберемся. Позже может у других не получиться.

-- Ну, ладно. Раз решили, отдыхайте. - Мама оставила бесплодные попытки. Разговор был окончен. Если решила - не отступит без важных на то причин, а их она, к сожалению, найти не могла.

Они ещё немного поболтали и пошли спать. А ночью Мире приснился сон... ...Кажется, они в лесу. Лиц не видно. Но чувствуется, что рядом свои. На каждого из них можно положиться. Все сидят у огня, но он какой-то странный. А! Он зелёного цвета. От него нет жара, он просто согревает... душевно. Каждый из этой странной компании чувствует сейчас другого, как самого себя. Мира услышала знакомый женский голос, но лица не увидела.

-- Это безумие. Почему мы должны что-то делать? Мы ничего не знаем. Это может быть опасно. - Голос был до боли знакомым... Это был ее голос.

-- Зачем я только вас сюда притащила? Я себе никогда не прощу, случись с вами что-то, - Мира была очень расстроена, и говорила вполне искренне.

-- Перестань. Никто никого не потеряет. Ты нас сюда привела, но только ты нас и можешь вытащить. Так что подумай лучше, как это сделать, и нечего вешать нос, - в разговор вмешался ещё кто-то.

Мира почувствовала укор и больше не стала вносить панику. Только странного здесь было гораздо больше, чем хотелось бы. Мира вдруг почувствовала холодный озноб. И подумала, что слишком быстро здесь холодает. Но и это происходило как-то неестественно: с каждой минутой озноб усиливался, а с ним усиливался и страх. Затем Мира повернула голову и посмотрела в темноту.

-- Иди к нам.

-- Что? - она повернулась к ребятам. - Вы слышали? Кто меня звал?

-- Ты чего? Никто тебя не звал. Хватит прикидываться, успокойся, - её никто не понял.

-- Иди к нам. Ты не можешь сопротивляться. Ты наша, - продолжалось жутковатое, но настойчивое шипение. - Иди. Мы поможем, тебе будет хорошо.

Мире было совсем не до смеха. Озноб бил сильнее и сильнее, её уже начало трусить, но не от холода, скорее от оцепенения. Она встала и пошла в темноту на голос, который звал. Но не успела она сделать и двух шагов, как что-то сильно сжало её горло. Мире стало тяжело дышать. Но со стороны этого словно не замечали.

-- Ключ! Отдай ключ и тебе будет легче. Он наш. Тебе все равно не справиться.

Мира возмутилась. Да, кто вы такие чтобы судить о ней - справится она, или нет?! Она бы и возразила, но на обычный разговор это похоже не было. Тем более что собеседника она не видела, а дышать стало почти невозможно. Это было даже интересно: думать и соображать ей никто не мешал, а вот на жизнь (в качестве горла) покушались, причём с удовольствием. Из друзей на неё никто внимания не обращал. Все продолжали обсуждать какие-то проблемы. Кто-то засмеялся, к нему присоединились другие голоса. И никто не замечал, что их подруга скоро отправится к праотцам. Мирой овладела паника. Но надежду девушка ещё не потеряла.

-- Нет! Не отдам. Нет у меня никакого ключа, - не прохрипела, скорее, подумала Мира. Горло сжимали всё сильнее, а рядом никого не было. - Господи! Помогите кто-нибудь! - взмолилась или попросила она, но как ни странно, давление сразу прекратилось. Кто-то злобно и как бы от одолжения, что оставил жертву по своей воле, захохотал.

-- Ты все равно наша. Мы с тобой ещё встретимся...

Голос отдалялся. Мира стояла на коленях и вдруг...

Мира проснулась. Её ещё немного трусило. Во сне одеяло упало ей на шею, вот почему стало так трудно дышать. Комично - испугаться собственного одеяла! И всё же голос требовал ключ. Но какой? Мыслей было так много и такие разные, что Мира решила поступить оптимально - лечь спать дальше. Немного повертевшись, она уснула опять.

ГЛАВА

"Реальность можно разделить на ряд областей. Обыденная, "ординарная" реальность описывает то, что соответствует индивидуальному восприятию мира: "дует ветер, течёт река". Вероятная реальность включает все возможные события, которые не исключаются и не вступают в противоречия с восприятием: "бегун побил мировой рекорд", это то, что мы не видим, но то, что вполне возможно. Неординарная реальность - это то, чего мы не видим, что для нас не существует, но может быть описано для нас в рамках языка: "луна красная, Зевс - бог греческого пантеона". И последняя реальность, это то, чего по нашему мнению существовать не может - это область сновидений. Сновидения - это явление, происходящее в мире подсознания, когда объективные ощущения отключены, там человек получает знаки о том, как преобразовать свои поступки в будущем...". На утро Мира уже не помнила подробностей своего сна, помнила только, что была в лесу и с кем-то разговаривала, что ей приснилось что-то странное про неё саму. Потом её начал кто-то душить, и она проснулась.

"Какой бред! Один раз за столько времени приснился сон, а я ничего не могу понять из этого кошмара". Но выводы все же сделать стоило. Лес. Снился лес. А вот что это значит? Мира взяла с книжной полки сонник.

"Так... Увидеть во сне лес - к переменам в делах. Что дальше? Ах да, огонь! - она нашла нужное слово. - Посмотрим... "видеть во сне огонь - хорошо, если вы сами при этом не сгораете". Какая прелесть. Жаль, что про зелёный огонь здесь ничего не сказано. Интересно, что бы они написали в этом случае? Душить... понятно, такого слова нет. Ну, кому ещё такой бред присниться может?! Дальше... Разговаривать с кем-то во сне - к неприятностям или крупным неожиданным переменам. Вот-те на. Значит, меня ждут неприятности от близких мне людей. Мира немного задумалась, вспоминая, с кем она разговаривала во сне. Значит, неприятности от близких. Или... или я им доставлю неприятности, что ещё неприятней вдвойне. Так, всё понятно, кончай разглагольствования!" - скомандовала она сама себе. И, поднявшись с кровати, пошла на кухню. Там её ждал ароматный кофе. Это мама желала ей доброго утра.

Дело в том, что дочка просыпалась неохотно и немного "отходила" только после выпитой чашки кофе. Скверный характер - так думала она сама про себя.

-- Доброе утро. Ты сегодня разговаривала во сне.

-- Да? - невольно заинтересовалась Мира. - И что же я говорила?

-- Не знаю. Слов я не разобрала. Но ты всё время вертелась и стонала.

-- Лишь бы не храпела, - пробурчала дочь, - сколько времени?

-- Половина одиннадцатого.

-- Ого! Да мне уже уходить скоро. Так, быстренько завтракаем, и я побежала. Сегодня консультация, потом я заеду на рынок скупаться. Зайду к Анри и Милке, если они дома будут, конечно. Посмотрим, ничего ли не изменилось, а то у Анри сто пятниц на неделю.

Мира наскоро поела. Умылась. Накрасилась. Немного в задумчивости постояла возле шкафа с вещами. Потом махнула рукой, вытащила любимые джинсы и кофточку. Оделась, обулась. Ещё немного постояла в нерешительности. Ничего ли она не забыла? Ах да, мобильный телефон!

-- Ма, я ушла. Если что - звони.

-- Пока. Удачи тебе. Не задерживайся.

Мира подмигнула маме, посмотрела на кошку: "Охраняй!". И вышла из квартиры.

ГЛАВА

"Вся вселенная есть одна Великая Магия".

Тиберийская книга мертвых.

"Вот это жара! Июнь месяц. Что же дальше будет?". Мира стояла на автобусной остановке, думая о предстоящей поездке. Подъехал автобус. Там было совсем немного людей, но все равно очень душно. За окном мелькали привычные картины улицы. Как ни как, второй год этой дорогой от звонка до звонка.

Консультация закончилась уже через сорок минут. Можно было и не приезжать. Домой не хотелось. Мира с одногруппницей зашли в кафешку и купили мороженного на развес.

-- Поедешь сегодня со мной?

-- Да, пожалуй, сегодня я никуда не спешу, - Мира посмотрела на последний кусочек вафельного стаканчика. - Вкусно, но мало.

-- А я наоборот, вполне наелась, - Дора улыбнулась.

Вдвоём они пошли на троллейбусную остановку. С учёбы Мира ездила по-разному. Так что этот путь тоже не был ей в новинку. По дороге они мило поболтали с Дорой обо всём и ни о чём, немного поудивлялись себе и окружающим. Дора была старше её на три года, но разницы особой Мира не ощущала. На первом курсе Мира открыто восхищалась новой одногруппницей, но уже на втором, стала относиться к ней на равных. Она вообще стала ко всему по-другому относиться. Не спокойнее, не раздраженнее, просто по-другому. А сейчас Мира заметила у подруги нотки, которые ей не очень понравились. Но всё же из одногруппников Дора оставалась наиболее начитанным и толковым собеседником и Мира продолжала с ней общаться.

Попрощавшись, Мира поехала своей дорогой. Настроение портилось. Она высокомерно и зло смотрела на людей. Бабули толкались и ругались. В транспорте было душно. Кто-то наступил Мире на ногу.

"Господи, кого ты любишь и защищаешь? Это не божьи овечки, это стадо баранов. Нет, не баранов - свиней! И где эти грёбанные чудеса, что я себе нафантазировала?". Мира продолжала злиться. Нет, к Анри в таком настроении ехать нельзя. Зачем ещё ему настроение портить? Те, кто встречались с её взглядом, отворачивались.

Мира увидела маленькую девочку, которая вошла на остановке. Ей было не за что держаться, но она стояла спокойно и старалась не потерять равновесие. Мира, как будто увидев себя со стороны, устыдилась, взяла в руки и посмотрела более ровно. Трамвай качнуло в сторону, и люди начали отклоняться назад, а с ними и девочка. Ещё минута и она упадет. Не ударится, конечно, вокруг полно людей, но стукнется об кого-то, а это тоже неприятно. Вагон качнуло ещё раз, сильнее, чем в предыдущий, и девочку начало затягивать за людьми. Она широко раскрыла глаза, то ли от удивления, то ли от испуга и уже подалась назад, как вдруг неожиданно кто-то схватил её за руку и, подтянув, положил на поручень. Девочка схватилась за него и улыбнулась своему спасителю. Мира улыбнулась ей в ответ. Вот и остановка. Народ начал просто вываливаться из транспорта...

*************************************

"Ну и жара! Африка, не иначе". Мира зашла на рынок и посмотрела на составленный ею и Анри список. Затем прошлась по рядам и купила всё необходимое. Эх, гулять, так гулять, при выходе она купила себе мороженого.

Придя домой, Мира поставила продукты и посмотрела на АОН. После того, как усовершенствовали АТС, телефон перестал определять номера. Поэтому Мира опять увидела на табло кучу прочерков, махнула рукой и пошла принимать душ. Затем сделала себе горячего чаю. От него она не могла отказаться ни зимой, ни летом. Отлично. Свежо. Она зажгла свечи и села у окна. Романтика. Мира набрала номер Анри.

-- Алло, - трубку подняла его сестра.

-- Привет, а твой брательник дома?

-- Да, сейчас.

-- Да, алло, - это уже Анри.

-- Привет, как дела?

-- Привет, - голос на другом конце провода обрадовался, - ничего дела, потихоньку. Ты уже готова?

-- К чему? К труду и обороне? - она всё ещё злилась, но старалась держать себя в руках.

-- Можно и к этому.

-- Готова. Ты мне вот что скажи. Во сколько встречаемся и где? Да, и кто ещё едет?

-- Все, кто и должен быть, только Аслан подъедет позже. Встречаемся в половину седьмого на трамвайной остановке.

-- В половину седьмого! Так рано?! Я думала, мы вечером поедем, - Мира скривилась.

-- Рано, потому что потом будет жарко, и на автобус мы не сядем. А пока доедем, почти вечер и будет.

-- Понятно. Но это мы, а Винар? Ему не очень удобно ехать к нам.

-- С ним мы встретимся уже возле рейсового автобуса в восемь, - ответил Анри.

-- Ладно, тогда пошла я собираться, - "лучше с ним попрощаться сейчас, чем сорваться после", подумала она.

-- Хорошо. До завтра.

-- Пока.

Мира подумала, что нужно бы позвонить кому-то ещё, и набрала Милкин номер. Трубку поднял Аслан.

-- Привет, солнце. Как дела? Ты едешь позже?

-- Привет. Нет, с вами.

-- Ну и чудненько. Не забудь про Милку. И позови её, пожалуйста.

-- Пусть дома сидит, - в шутку погрозил тот.

-- Ну, Асланчик... Ну, пожалуйста, - наигранно запричитала Мира.

-- Ладно, ладно. Даю.

-- Алло, - трубку подняла Мила.

-- Привет. Чем занимаешься?

-- Только закончила делать тортик.

-- Классно. Может, я к тебе зайду, и ну её, эту поездку, - пошутила Мира. Мила улыбнулась.

-- Чуть не забыла. Встречаемся завтра на трамвайной остановке в половину седьмого.

-- Ого! Почему так рано? - теперь скривилась Мила, Мира улыбнулась.

-- Рано, потому что потом будет жарко, и на автобус мы не сядем, - ответила она словами Анри. - Так что иди, собирайся.

-- Хорошо.

-- Всё. Пока.

-- Спокойной ночи.

Мира положила трубку. И решила, что она ничем не хуже друзей и что ей тоже не мешало бы собраться. А остальным она позвонит позже. Она сложила все продукты в кулёк. Некоторые положила в холодильник. Написала записку, чтобы не забыть их забрать. Да, даже такое случалось. "Так. Что дальше? Ах, да! - Мира завела будильник. - Надо же в такую рань...". Зазвонил телефон, и Мира поспешила поднять трубку.

-- Да.

-- Привет, как дела? - звонил Винар.

-- Привет - ничего. А у тебя?

-- Моя пока не родила, - отшутился тот.

-- Ты уже собрался?

-- Нет ещё. Вот звоню к тебе узнать, когда и где мы встречаемся.

-- Что значит: когда и где? Анри сказал, что ты будешь нас ждать ровно в восемь возле рейсовых автобусов на нашем месте.

-- Да? - удивился Винар, - только меня забыл предупредить. Вот, урод, - беззлобно проворчал он.

-- Да ладно тебе. Позвонит ещё. Куда он денется.

-- Ага, жди. Как же, - продолжал в шутку упорствовать собеседник, - ладно, решим. А что с собой брать нужно?

-- Ну, ты даёшь! Уже всё купить нужно было. Тебя что Анри не предупредил?! - теперь была очередь Миры злиться.

-- Да, ладно тебе. Ты его, что ли не знаешь?

-- Слишком хорошо, чтобы не злиться, - процедила сквозь зубы Мира. - Ладно. Пиши. - Она продиктовала ему весь список. - Всё. До завтра.

-- Пока.

Мира как-то устало положила трубку. Такое с ней бывало. Ничего. Пройдёт. Нужно бы ужин приготовить. Скоро мама придёт. Она начала чистить картошку. Странная всё-таки поездочка намечается. Действительно. Вот так с бухты-барахты, между экзаменами. А ведь Анри говорил, что поедем на дачу, как только он сдаст свои экзамены. А он их ещё не сдал. Да и мама тоже... Но это всё пустое. Главное, что она едет отдыхать! Пускай между экзаменами и всего на два дня, но все равно едет! Всё остальное решится как-нибудь.

Она порезала и высыпала картошку на сковороду. И пока она жарилась, Мира после перерыва в несколько дней решила открыть свои записи. Друзья, про которых она писала, были окружены со всех сторон монстрами. Мира быстро и отчаянно послала им помощь. Завязалась небольшая драка. Кого-то ранили для остроты ощущений. Но закончить сцену она не успела, так как пришла мама.

-- Привет. Ты вовремя. Ужин сейчас будет готов.

-- Я знаю, когда приходить надо, - мама улыбнулась.

Они поели. Обсудили, ничего ли она не забыла. Затем пересмотрели сложенные Мирой вещи. Кое-что добавили, что-то решили лучше не брать. И все же что-то было не так. Они обе это чувствовали, но вот что именно - понять не могли. Вроде бы всё понятно. Отдых как отдых. Такой, как и все предыдущие, но тогда почему смотришь на всё, как будто извиняешься заранее? Почему тебе вдруг нестерпимо захотелось остаться дома? Наверное, такое бывает. "Глупости это всё!". Мира взяла себя в руки. Она заставила себя сделать горячего чаю и сесть возле окна.

Вечерело...

Небо, какое же ты величественное! Всё исчезнет в этом мире, разлетится в пыль, покроется прахом. Земля сменит континенты, моря выйдут из берегов. Останешься лишь ты, небо, - грозное и невозмутимое. Как вечный страж человеческих пороков и слабостей. Умоешь ты непокорную землю, смоешь человеческих рук деяния. И зацветет земля новыми травами, расселит новых обитателей, создаст тысячу легенд, которые будут толковать новые жители, но лишь ты, небо, будешь преданно и строго следить за эпохами, неповторимо и великолепно, сердито и весело, слёзно и солнечно, как вечный страж и вечный надзиратель.

Мира допила чай, ещё совсем немного посидела у окна и отправилась спать. Утро вечеру присоветует. Главное не паниковать и не падать духом. Ты можешь управлять миром, а можешь быть самым мелким служащим, но существуют вещи, которые от тебя не зависят. Хотя и их ты в силах изменить, но тогда вопрос состоит не только в цене, но и в результате, который может оказаться прямо противоположным твоим ожиданиям. Простая, но мудрая арифметика.

ГЛАВА

"Знать - это несчастье,

но отказаться действовать - преступление,

когда знаешь, что нужно делать".

Ж. Санд "Графиня Рудольштадт".

"Что за звон? Будильник. Кошмар. Сколько времени? Без пятнадцати шесть...". Мира нехотя, но на удивление бодро вскочила с постели, и пошла принимать душ. Хорошо то как! Когда она вышла из ванной, мама уже приготовила завтрак, и, сонная, допивала свой кофе.

-- Доброе утро, - бодро поздоровалась Мира.

-- Доброе, - сонно, но с улыбкой ответила мама, - кушай скорее, а то остынет.

Мира медленно ела и думала, смогла бы она так рано вставать, чтобы приготовить кому-то из близких завтрак? Наверное, нет. Да и кому бы это радость доставило - видеть её недовольную, сонную и бурчащую с утра.

"Сколько уже? Шесть пятнадцать. Нужно поспешить, не то опоздаю". Она по-скоренькому допила утренний кофе и пошла одеваться.

-- Пока, мамочка. Всё. В воскресение жди. Наверное, будем вечером.

-- Пока. Удачно отдохнуть. Поаккуратнее там.

-- Мама, всё будет хорошо. Ничего не случится. В другой мир не попадём, - Мира улыбнулась собственной шутке и вышла из квартиры, не забыв предупредить кошку: "Охраняй!". Сердце от чего-то сжалось - её провожала мама с улыбкой на губах. Дочь помахала ей рукой.

************************************

На улице, несмотря на раннее время, стояла чудная прохладная погода, но уже угадывалось, что к обеду станет жарко. Небо было изумительно голубым и чистым. Ни единой тучки. Мира в очередной раз убедилась, что никто из обычных людей не мог создать такую совершенную и непокорную красоту. Деревья радовали зеленью. А воздух! Только утренний воздух может быть таким свежим и бодрящим, потому что вечерний имеет свой неописуемый аромат. Вот так она шла к остановке и радовалась предстоящей поездке.

Сорока. Действительно, у Миры на пути сидела крупная яркая сорока. С белым брюшком, чёрно-синими крыльями и длинным хвостом. Причём сидела нахально, чувствуя себя хозяйкой положения. Мира нахмурилась.

"У, гадина!". А ведь когда-то ей нравились эти птицы. Нравились вопреки всему. Вопреки тому, что ей ужасно невезло, когда она встречала одну сороку, и везло, если две и больше. Но как-то раз она увидела, как одна сорока заклевала птенца воробья, ещё маленького и беспомощного. Когда Мира её смогла отогнать, было уже поздно, птенчику она уже ничем помочь не могла. Кто-то мог бы поспорить - естественный отбор. Но вот с тех самых пор она не могла простить сорокам их жестокости. Ведь заклевала та воробья не потому, что голодна была, и вопрос ставал ребром: или воробей, или она, а потому что хотела показать себя хозяйкой положения, чтобы остальным неповадно было. А когда Мира её отогнала, просто бросила птенца и улетела. Вот и сейчас сидела она на дороге и нагло смотрела на проходящую Миру.

-- Чего вылупилась? - негромко процедила Мира, идя прямо на нахалку, - Лети своей дорогой. Не боюсь я тебя. Понятно? Ничего ты мне сделать не сможешь, - "нет, очевидно, я всё-таки ненормальная, если птице грозить начинаю".

Сорока полетела, и Мира не поверила своим глазам, за ней полетела вторая, а следом третья... И уже вдалеке на деревьях Мира смогла насчитать семь сорок, которые, играя, перелетали с ветки на ветку. "Вот и ладненько, значит, неудачи мы на сегодня избежали".

На остановке стояла Мила и Аслан. Мира улыбнулась и подошла к ним.

-- Привет. Давно ждёте?

-- Да, минут пять ждём.

-- Кто ещё должен прийти?

-- Ну, Анри, наверное, Анрио и Рамон, может ещё девчонки Намина с Тасией, если им кто-то звонил. Как у тебя дела? Как сессию сдала?

-- Два экзамена на "отлично". Ещё один остался. Мне Анри сказал, что много народу не поедет - человек шесть, а я уже девять насчитала. А у тебя с работой, как? Заколебала, небось? - обратилась она к Аслану.

-- Да, есть немножко, - признался друг. - А Винару кто-то вчера звонил?

-- Он мне сам позвонил. Я ему сказала, что мы с ним встречаемся в восемь возле рейсовых автобусов, а то Анри ему ничего не сказал.

Разговор прервали Анри с Рамоном, которые весело переговариваясь, подходили к друзьям.

-- Нет, классно мы всё-таки позавчера повисели! - Анри весело смеялся, Рамон кивал головой. И Анри, уже обращаясь к ребятам, - Прювет! Все в сборе? Анрио ещё не приехал? Ну, понятное дело, он вчера такой гарнюня был, думали домой не дойдёт. Рамон, скажи.

-- Да, было дело. Это вообще. Так набрались! - кивая в сторону Миры. - Когда с тобой попрощались, к нам мужик какой-то подошёл, попросил музыку в магнитофоне настроить.

-- Да. Точно, - в разговор снова вмешался Анри, - я тогда говорю: "Нет проблем. Сейчас всё настроим". Прикинь, идём мы в кафешку, которая недалеко от стоянки находится. Рамон настраивает в магнитофоне шансон. А мужик приносит бочёнок пива и говорит, что за это мы можем пить, сколько душе угодно. Короче, домой мы добрались уже як гвоздочки, таки як треба, только к половине четвёртого!

Мира покачала головой и переглянулась с Милой.

-- Мало вам было. Вы уже от меня уходили, як три гарнюни. Это типа Анрио родителям сказал, что к знакомому сбегает на полчаса, а сам домой на рогах приполз к половине четвёртого? Нормально гуляете, пацаны. Неплохо. Совсем неплохо, алкаши-одиночки, - Мира покачала головой и улыбнулась.

-- Да, ладно тебе. Классно мы повисели. А Анрио всё же позвонить стоит, а то проспит как всегда.

Но разговор прервал сам Анрио, который уже походил к ребятам.

-- Привет, як ты себе почуваешь? - привычно обратилась к нему Мира.

-- Привет. Нормально. Эти штрихи уже вам всё рассказали, - полуутвердительно, полувопросительно обратился ко всем Анрио, а Анри с Рамоном весело засмеялись, - я еле домой добрался. Мама, я через полчаса буду! - перекривил он сам себя. - За вами придёшь домой вовремя, как же! - пробурчал он, все засмеялись.

-- Кто ещё должен прийти? - прервала всеобщее веселье Мира. - Кто-то девчонкам звонил?

-- Я звонил Тасии, - сказал Анрио. - Она сказала, что они с Наминой никуда не поедут. Ей к экзамену готовиться, а Намине на работу.

-- Понятно. Тогда это все? - Оглядела ребят Мира. - Чего ждём? Поехали. Нам ещё с Винаром встретиться нужно.

Ребята сели в подъехавший автобус и уехали. Всю дорогу шутки не смолкали. Так было всегда. Тем паче они ехали на отдых своим коллективом. И пусть кто-то попробует сказать хоть слово!

ГЛАВА

"Хорошо, когда есть рядом кто-то,

Хорошо, когда есть рядом друг...".

Дача, мы уже едем! Свобода! Никакого контроля со стороны родителей и полное взаимопонимание со стороны друзей. Ребята по дороге встретились с Винаром и уже все вместе подъезжали к даче Анри. А вот и она.

Дача у Анри была небольшая, но довольно вместительная. И хотя она не очень нравилась Мире, но отдыхала она на ней вместе с друзьями с удовольствием. На участке возле дома росли цветы - розы, лилии, нарцисы, а также овощи - помидоры, перец, лук и огурцы, немного зелени. А ещё виноград. Возле входа в дом стояла лавочка, при желании можно было вынести на улицу стол и чудесно потрапезничать на воздухе. Лепота!

Ребята зашли во двор. Когда Анри открыл дом, занесли вещи и начали распаковывать продукты. Мира привычно удивилась количеству еды и выпивки. Но, в конце концов, ведь всё съедят и выпьют!

Был уже день. Солнце куда-то запропастилось. Ребята сели играть в карты. Мира с Милой и Винар, которые не очень любили это занятие, решили поиграть в бамбинтон. Не подумайте, что на троих. Нет, они менялись. Третий должен был играть с победителем, но поскольку девчонки играли довольно сносно (до 100 подач с одной стороны), Винар понял, надо что-то делать. И они договорились играть по очереди. Так прошло ещё два часа.

-- Ну что? Наверное, надо бы потихоньку что-то готовить, - как всегда Мира подавала рациональные идеи.

-- Давай попозже, - сказал Винар. Мира улыбнулась. Всё понятно, ведь он только недавно получил в руки ракетку.

-- Давайте так. Я пойду поспрашиваю у наших, что готовить будем. Сделаю чай и бутерброды. Посмотрю, какие продукты нам нужны, а потом вас позову. Ок?

-- Хорошо.

Мира, не спеша, пошла к дому. Похоже, что там только начиналась жара. Ребята откровенно спорили, подавали друг другу условные знаки. Короче, бой в карты шёл не на шутку.

-- Ребята, перекусить не хотите? Чай, кофе кому-то сделать?

Они согласились. Мира посчитала отдельно количество желающих чаю, и отдельно тех, кто хотел кофе. Зашла в дом. Поставила чайник. Насыпала в чашки кофе, чай и решила немного осмотреться.

Последний раз они были здесь прошлым летом. Хорошо тут. Спокойно. Людей мало. Дом немного изменился. Похоже, родители Анри решили оббить его вагонкой. Хорошо. Очень даже. Мире нравились деревянные дома. Как-то сразу уютнее стало, думала Мира, делая бутерброды. О! Чайник закипел. Она сделала и разнесла бутерброды, чай и кофе. И пока её чай остывал, решила разобраться с продуктами.

-- Анри, что делать на ужин будем? Шашлыки, это понятно, а что ещё и когда начинать?

-- Начинать будем после пяти, так что можешь отдыхать пока. Я скажу.

-- Хорошо, - Мира как раз допила свой чай. - Я сделала бутерброды для Винара и Милы. Они на кухне лежат. Сейчас я позову их, покажете. Ну, и если из вас кто-то добавки захочет - возьмёте, только для них что-то оставьте. Хорошо?

-- Нема пытань. Всё, как скажешь.

Мира улыбнулась и пошла за друзьями. Они всё ещё играли недалеко от дома.

-- Эй, спортсмены! Пора перекусить. Я бутерброды сделала. Пойдемте, перекусим и чаю попьём. А шашлыки и всё остальное будем делать к пяти.

Как она и думала, никто не отказался. Они вернулись в дом. Становилось жарко. Ребята ещё трапезничали. Понятно, что им один бутерброд?! Тем паче, что хиленькими они отнюдь не были, и плохим аппетитом тоже не отличались. Особенно Рамон. Тот мог бы, наверное, и восемь раз поесть плотненько. Поправился, кабан... Но все равно даже таким его любят. Другое дело Анрио. Фигурка - загляденье! Атлет. Винар - тоже хорош. Если б ещё не сутулился, вообще отлично было бы. От поклонниц отбою и так нет, а что было бы во втором случае? Мира мечтательно закатила глаза. Аслан всегда крепышом был. Когда с армии вернулся, фигурка была - мимо не пройдёшь! Анри. Его всегда дразнили за полноту. А сейчас он выглядит отлично, даже похудел. В костюмчике - просто звезда! Мира посмотрела на Милу. Красотка! Ничего не скажешь. Спортивная фигурка. Милое личико. Зеленоватые глаза. Конкуренция, ходячая! Даже она сама. Мира немного задумалась. "...С лицом всё понятно. Если накраситься, даже сама себе нравлюсь. Худенькая, правда, но меня и так устраивает. Короче, понравиться могу, - Мира улыбнулась. - Нет, определенно, Рамону следовало бы поменьше есть. Может его не кормить? - задумалась, потом покачала головой. - Нет. Убьет, и с меня суп сварит". Мысли Миры прервал Анри.

-- Мир, будь другом, принеси из холодильника пиво. И музыку включи.

-- Сестра, сдэлай музику погромчэ, - перекривил Рамон героя какого-то фильма.

-- Вот, алкаши, - беззлобно улыбнулась та, - сейчас принесу.

Ох, вечером зрелище будет! Напьются ведь. Как пить дать, напьются. Конечно, многие бы осудили это, некоторые поддержали. Сколько людей - столько мнений. Но своих ребят она любила, не смотря ни на что. Да и кто её выдержать столько мог?! Что ни говори, а характер такой ещё поискать нужно. Сама себе порой удивляется. Она принесла пиво, и сделала громче музыку. Мила подключилась к игре и играла в паре вместе с Винаром.

"Всё-таки хорошо с ними, - как-то с грустью подумала она. - Жаль, что всего на два дня приехали".

Посидев немного, Мира решила пойти прогуляться по лесу.

-- Ты, куда? - всё-таки заботятся.

-- В магазин. Кому-то что-то купить?

Мила попросила Маккофе и Мира ушла гулять, пообещав купить.

День уже здоровался с вечером. Ребята проводили время, как хотели. Как только подоспели шашлыки, наступило время застолья. Похоже, это было любимое время дня у всех. Весёлые и довольные лица, радостный смех, громкая музыка, шутки. Вешайтесь, соседи! Похоже, спиртное достаточно всех разгорячило. Но это только добавляло настроения. Скоро начнутся танцы. Спать сегодня не ляжет никто!

ГЛАВА

"Между прошлым и настоящим существует материальная связь в виде энергетических полей. Время передаёт события, прошедшие в нём (мы называем их историей) по физическим коридорам. На земле существуют сотни разломов во времени. В них прошлое и будущее смыкаются между собой и обмениваются друг с другом информацией. Одновременно происходит переброс огромного количества энергии, иногда затягивающей, как в воронку, материальные тела. Одним из таких разломов считают Бермудский треугольник".

Джон Райт.

"Что за шум?". Мира недовольно поглядела на часы. Ну, конечно! С одной из комнат "тихо, практически на цыпочках" выбирался Анри. Ну и видончик... Глазоньки видали и лучшее время, по лицу, видимо, всю ночь самосвал ездил. Вид абсолютно несчастный. Но это его не спасёт.

-- Анри, твою мать нехай! Вали давай на улицу! Дашь ты сегодня поспать, или нет?! - Мира посмотрела на него так, что Анри сделал жалкое подобие улыбки, и поспешил выйти из дома.

Мира закрыла глаза, но поспать не удалось. Уже все встали. Со двора доносились вопли. "Вот свиньи. Разве дадут поспать?". Мира услышала крики друзей и голос Анри.

-- Тихо, да тихо же! Мира ещё спит, - тишина продолжалась где-то минуту, затем опять послышались радостные возгласы. - Да, тихо вы, она злющая, как мегера.

-- Так сейчас мы её разбудим. - "Интересно кто это там такой смелый?", с раздражением подумала Мира.

Она нехотя встала. Все равно поспать не удастся. Посмотрела на себя в зеркало. "У! Глаза мои бы этого не видели. Красота... Похоже, не только по Анри всю ночь ездил самосвал, он и сюда добрался. - Мира умылась тоником, переоделась. Немного подкрасила глаза. - Лучше, уже лучше. Затем расчесала волосы и заколола их на затылке. Всё. Хотя, нет. Ещё, пожалуй, губы накрасить надо. Отлично!". Мира ещё раз посмотрела на себя в зеркало, и открыла двери на улицу.

Ребята как раз разговаривали, и появления Мира никто не ожидал. Как только она открыла двери, её взору предстала чудная картина. Все замолкли, видимо ждав разгона, но поскольку его не последовало, заулыбались. Они сидели за столом. Мила как-то немного опустив голову, виновато с улыбкой смотрела на неё. Анрио улыбался и молчал, как всегда. Винар в приветствии поднял руку.

-- Привет!

Аслан, улыбнулся и стал удивительно похож на сестру.

-- Доброе утро.

-- Мирочка, ты встала. Привет! - это был Анри.

-- О, малая, сколько дрыхнуть можно? - Рамон всегда оставался собой.

Конечно, Мира хотела сказать им пару ласковых. Но после такого обращения уже не знала - ругаться или смеяться. Она всегда отличалась неадекватной реакцией.

-- Привет, привет, поросята. Кофе кому-то сделать?

Большинство шумно подтвердили согласие, обрадовавшись, что скандал не состоялся. Кому же захочется, чтобы утро начиналось таким образом?

Во время приготовления завтрака выяснилось, что Рамон, Аслан и Анрио вообще не ложились спать. Винар и Анри легли ближе под утро, ну а Мире и Миле повезло больше всего, поскольку они легли где-то после двух ночи. Мира слушала и удивлялась, как ей вообще удалось поспать эти пять часов? Оказывается, после того, как она легла спать, жара только началась. А сейчас все были голодные, как волки, и требовали завтрака.

Нет, определенно её компания самая удивительная. Ни у кого из присутствующих не возникало претензий или проблем с приготовлением. Все знали, что Мира не любит мыть посуду, которой с вечера осталась целая гора. Оказалось, что вся посуда была вымыта и аккуратно сложена. После этого Мира готова была сделать завтрак на любое количество персон самостоятельно. Но такой возможности ей все равно не дали. Мила помогала ей делать бутерброды и салат, ребята тоже возились на кухне. Мира подумала о том, как они ей все дороги, и как она их всех любит.

После завтрака некоторые из ребят решили сходить на речку позагорать, а некоторые остаться и сделать днём то, что не удалось сделать ночью - отдохнуть и хорошенько выспаться. Поэтому на речку вырвалось пятеро друзей - Мира, Мила, Анри, Аслан и Винар.

***********************************

Погода стояла просто восхитительная! Ласковое солнышко, тёплый ветерок. Как здорово! Рядом шумят сосны. Под ногами трещат сломанные ветки. Настроение - лучше не придумаешь. Спать расхотелось совсем. До речки нужно было идти около десяти минут. Возле воды был мягкий песок, как на хорошем пляже, а не галька. В последний раз там яблоку негде было упасть. Но, придя на пляж, ребята обнаружили, вернее почти не обнаружили там людей. Лежала какая-то семейка и ещё пару человек, да и те вскоре ушли, из-за того, что погода начала стремительно портиться. Что нам ветер, что нам зной, что нам дождик проливной... Мила, Винар и Аслан полезли купаться. Анри тоже недолго ждал, и вскоре Миру окатили брызги холодной воды. Мила вышла на берег.

-- Вода холодная, - её немного трясло.

-- Поэтому я и не пошла купаться. Возьми, вытрись, - она протянула её полотенце.

В воде тем временем шёл настоящий бой. Создавалось впечатление, что черти залезли в воду, чтобы показать местным рыбам, как отдыхать нужно. Ребята кидались друг в друга грязью, фыркали, чихали, ныряли. Винар попытался окунуть Аслана, но тот оказался проворнее, затеялась небольшая возня. Анри с криком полетел на них, теперь в воде барахтались уже трое её друзей. В любое другое время Мира бы посмеялась вдоволь, но что-то ей не давало расслабиться. Вы когда-нибудь видели, чтобы погода так быстро портилась? Мира с небольшим разочарованием посмотрела на небо. "Ну вот, сейчас намокнем...".

Свинцовые тучи, грозно нависали над ними. Неожиданно подул резкий, холодный ветер и запахло дождём. Вокруг всё потемнело, послышались раскаты грома. Казалось, кто-то стучал молотом по металлу. О! Где-то блеснула молния, ещё одна, и ещё...

-- Мила, одевайся, скоро дождь начнётся. Ребята, давайте заканчивайте. Погода портится. Скоро будет дождь. Я не хочу под него попасть.

-- А прийдётся, - Винар с улыбкой вышел из воды, вслед вышли и Аслан с Анри.

Видно, ребятам тоже мокнуть не хотелось, потому что, шутя и пререкаясь, собрались они на удивление быстро. И уже через каких-то десять минут все пятеро друзей двинулись к дому. Но не тут-то было. Начался дождь. И не просто дождь, а самый настоящий летний ливень, только тёплым он отнюдь не был.

-- Вот так всегда, - возмущалась Мира, стуча зубами, - это надо было, чтобы погода так быстро испортилась? Ой! - Мира и Мила подпрыгнули, прямо над головой загремел гром.

-- Не боись. Это же так здорово! Люблю гулять под ливнем, - казалось, Винара происходящее ничуть не беспокоило.

-- Да, здорово, но теперь мы похожи на двух мокрых куриц. А вам можно было и не купаться. Нет, я люблю летние грозы, но только дома с чашкой чая.

Ливень разыгрался не на шутку. Вода с неба лилась, как из ведра. И всё это в какие-то десять минут. Невероятно, но всем происходящее даже начинало нравиться. Проснулся какой-то азарт. Это было хоть и отдалённо, но похоже на приключение. Мира оживилась. Винар шутил, Анри и Аслан его поддерживали, но шли они очень медленно, поскольку дальше расстояния вытянутой руки из-за воды ничего видно не было. Одежда давно уже промокла, но разыгравшийся адреналин не давал замёрзнуть. Вспышка молнии, гром, снова вспышка. Это казалось невозможным, но ветер дул всё сильнее и сильнее. Ноги просто утопали в грязи.

-- Послушайте, меня сейчас просто снесёт! - Мире из-за своего веса приходилось не сладко. Но она все равно улыбалась. Мила взяла её за руку.

Ребята почти кричали друг другу, шум дождя и ветра глушил звук. Внезапно порыв ветра повалил небольшое, но хилое дерево. Девчонки вскрикнули, ребята вздрогнули.

-- Похоже, это становиться опасным. Мы идём уже минут пять, и как бы не двигаемся с места, - прокричала Мира, - Да что же это такое?! Я первый раз вижу такую бурю. Похоже, мы попали в самый настоящий буран. Нужно или быстрей пробираться вперёд, или где-то переждать грозу.

Это была рациональная мысль, но переждать грозу было негде, поэтому ребята продолжали идти. Показался знакомый перекрёсток дороги.

-- Отлично. Скоро будем дома. - Мира улыбнулась Миле с ребятами и поспешила вперёд, чтобы дойти до поворота первой. Но далеко не ушла. Намокшая земля оказалась коварна, Мира почувствовала, что нога начинает ехать в сторону, но сделать она ничего не успевала. Позже девушка только удивлялась, как тогда себе вообще ничего не сломала. Нога Миры резко ушла вперед, вторая не замедлила к ней присоединиться. Неудачно скоординировавшись, Мира поскользнулась и больно упала на спину.

"Блин! Как всегда, и так неудачно. Больно...". Девушке было очень больно и обидно. "Вот, пока не поднимут, не встану. Это же надо так...". Как Мира про себя не ругалась, но открыла глаза. Затем всё же попыталась пошевелиться и подняться. Ребята подбежали к ней. Им было жаль её, но смешно было ужасно. Ребята вместе подняли подругу. Зрелище было не для слабонервных. Вся в грязи и сосновых иголках, мокрая Мира кипела от злости сама на себя. Ребята дружно засмеялись.

-- Ха-ха-ха! Очень смешно. - Мира передразнила их. Было и смешно и обидно одновременно. Ей вдруг сильно захотелось оказаться подальше от этого дождя, холодного ветра. В каком-нибудь другом месте. И желательно в чистой одежде. Это было очень сильное чувство. Она вдруг вспомнила слова из давно прочитанной книги: "Нет ничего невозможного. Если ты будешь в отчаянии, вспомни про небо и землю. Они помогут тебе. Ничего из ничего не происходит, и никуда не исчезает бесследно. Твои слова будут услышаны, если ты будешь иметь достаточно сильное желание". Мира подумала про то, сколько вот так она уже мечтала, желала, хотела, даже писала и... ничего.

-- Да, ладно тебе, придешь - переоденешься. - Винар положил ей руку на плечо.

Мила неловко начала её обтряхивать. Аслан и Анри не смеялись, но улыбались и смотрели ободряюще. Они собрались тесным кружком, центром которого, стала испачканная Мира. Это была такая себе дружеская идиллия, когда один оступился, но другие не дали упасть.

Гром загремел внезапно и прямо у них над головой, чем прервал их, и как бы вывел всех из ступора. Очень ярко вспыхнула молния, ненадолго заставив ребят зажмуриться. Но самым невероятным было не это. Дождь прекратился так же быстро и совершенно неожиданно, как и начался. Ребята сразу смогли осмотреться вокруг. Но то, что они увидели, повергло их в смятение. Они стояли В СОВЕРШЕННО НЕЗНАКОМОМ МЕСТЕ!!!

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

ГЛАВА

Каждый раз, когда Природа делает выбор между двумя и более возможными состояниями, наша Вселенная расщепляется на две и более параллельные вселенные, идентичные друг другу. И каждая из этих Вселенных будет развиваться по-своему, и у каждой из них будет своя история... Хьюдж Эверетт (1957 г.). Вокруг был такой же лес. Кустики, деревья вдалеке с обыкновенными листьями. Пели птицы. Всё было так, и не так одновременно. Всё вроде бы, как обычно, но... ЭТО БЫЛ НЕ ИХ ЛЕС! Да, лес, но абсолютно не такой. Они начали осматриваться. Насколько же всё это казалось невероятным! Друзья начали думать...

Они шли по дороге. Шёл сильный дождь. Мира упала. Да, всё было именно так. Они шли по дороге. По дороге, чёрт побери! Но здесь её не было! Здесь не было НИКАКОЙ ДОРОГИ! Они стояли на поляне, посередине какого-то начерченного круга. Вокруг светило солнце, и не было даже намёка на плохую погоду!

-- Что это? - шепотом произнесла Мира. - Где мы? Мы что сбились с дороги?

Похоже, у остальных происходящее отняло речь. Аслан, Винар, Мила и Анри стояли, буквально открыв рот. Впрочем, Мира тоже присоединилась к ним. Из этого ступора всех пятерых вывел незнакомый голос.

-- Добро пожаловать, господа. И позвольте спросить, как вы здесь оказались?

Голос был звучный, негромкий, но в нём чувствовалась сила. Ребята вздрогнули, и, как по команде, обернулись. Позади них стоял маленький старичок в длинном пальто. Позже, приглядевшись, ребята поняли, что это мантия. Он был невысокий и худой. Но по его внешнему виду можно было предположить, что в обиду он себя не даст. К тому же, он был с бородой, но не очень длинной. Кроме того, как отметила про себя Мира, она ему необычайна шла. Острый колючий взгляд из-под густых бровей делал его лицо очень серьезным.

-- Добрый день, - повторил старичок. - Добро пожаловать в наши края, господа. - Он не улыбался. Ребятам показалось, что они ослышались.

-- Какие ещё "ваши" края? - они переглянулись, видно решив, что он шутит.

-- Болотные, какие же ещё. Вот я и спрашиваю, как вы здесь очутились? - Это походило на какой-то бредовый сон.

-- Простите, если это шутка, то не очень удачная. Какое ещё болото? Тут вокруг лес, - грубовато заметил Анри.

-- А я и не шучу. Оглянитесь вокруг, и покажите мне лес. Это мои владения, - ребята огляделись. Действительно, вокруг были кустики, хилые деревца, высокая трава, но на лес это походило мало.

-- Боже, но как мы здесь очутились? Это невозможно. Мы только что с речки, шёл сильный дождь, мы шли домой на дачу, - Мира как-то отстранённо сообщала сухие факты.

-- Но здесь не может быть речки - это ведь болото. Да, впрочем, и одеты вы странно, - как бы про себя заметил старичок. - Давайте разберёмся позже, а сейчас попрошу вас и ваших служанок пройти за мной. Я как посмотрю вы... как бы не в форме. Вам и им, - он кивнул на девушек, - нужно переодеться.

-- Служанок?! - Мира и Мила переглянулись. - Что значит служанок? - Тихо проговорила Мила.

-- А разве это не так? - прищурился старик. Немного помолчал. И девушки, и парни с недоумением переглянулись. - Да, теперь вижу, что не так. Ну, что же, как я погляжу, небо послало мне странную помощь. Ничего. Всему своё время. А теперь следуйте за мной, - и совсем уже прошептал, - ирувим сэнтуртэ крилумус агнэ раи.

Невероятно! Ребята, как во сне, побрели за странным провожатым. У всех недоумение было просто-таки написано на лице, но никто из них даже не попытался спросить о чём-то, свернуть или возразить. Они, не спеша, шли по болоту один за другим. Вечерело. Старик время от времени оглядывался на своих юных спутников. Вскоре показался добротный деревянный дом. Старичок ещё раз посмотрел на ребят, словно обдумывая, правильно ли он делает, и, кивнув, пригласил их в дом.

ГЛАВА

Один человек - весть, а два - уже вторжение...

В доме было довольно уютно. Деревянные полы, потолки, стены, мебель. Всё вокруг было деревянным. Пока одежда ребят сохла, старичок гостеприимно предложил им что-то наподобие туник. Немного странное ощущение. Друзья переоделись, как во сне. Когда их спаситель предложил им поужинать - смирно, без вопросов и пререканий сели за стол. Всё это проделывалось без каких-либо эмоций. Так что выглядело более чем странно. Вдруг Винар как-то неуклюже повернулся и, стоявшая на столе деревянная резная чашка упала на пол. Аслана как будто ударило током и выдернуло из оцепенения.

-- Что мы здесь делаем? Анри, Мила, Мира, Винар... - по мере того, как Аслан называл имена, странное наваждение спадало. - Как вы? Как мы здесь очутились? - тихо, но с угрозой обратился он к незнакомцу.

-- Нормально. Только вот что мы здесь делаем? - ответил и выразил общее недоумение Винар. - Нам домой надо. Уже стемнело. Анрио и Рамон, наверное, волнуются.

-- Кх - кх, - старичок обратил на себя внимание ребят. Он тоже старался не выглядеть удивлённым. - Поскольку, вы все-таки справились с Заморочкой, позвольте задать вам пару вопросов. А затем я попытаюсь разъяснить вам некоторые детали вашего э... пребывания здесь. - И, дождавшись общего внимания и готовности слушать, продолжил. - Значит, вы утверждаете, что прибыли из леса? А рядом была речка? - ребята подтверждали, кто кивком головы, кто вслух.

-- Да. Началась гроза. Мы начали идти домой. Я поскользнулась, упала. Ребята меня подняли. Затем мы очутились здесь, дождь уже прекратился. Мы встретили вас. Но что это всё-таки за место? И почему мы здесь? - наконец задала Мира наболевший вопрос.

-- Это место многие называют гиблым, а я считаю его своим домом. Я подружился с местными хозяевами и стал жить здесь. Это Меллез - проклятые места. Болота, топи.

-- Но почему тогда вы здесь живёте и... Кто вы?

-- Кто я? Давайте, сначала мы разберемся, как вы очутились здесь. Я могу только предположить, что Четверо помогли вам. Только вот зачем, какую роль вы должны сыграть? И ещё... Наверное, это судьба.

-- Какие ещё четверо? - похоже, Анри ничего не мог понять. - Какие четверо? - повторил он с раздражением. - Какая роль, какое болото, что мы здесь делаем? - он немного повысил голос.

-- Как вы сюда попали - я не знаю. Но попробую выяснить. А что касается Четверых, это, похоже, знает кто-то из вас. Или узнает позже. Но обязательно, поскольку они помогли вам э... перенестись сюда.

-- Что значит перенестись? Подождите, так, где же мы? - решил внести ясность Аслан. - Я имею в виду, что это за место, город, страна, район...

-- Это город Леванах.

-- Я никогда не слышал о подобном городе, - Аслан с недоумением переглянулся с друзьями.

-- Но это так. Этот город называется Леванах, что означает Лунный. Сейчас 1748 год со дня Преображения, а находитесь вы на окраине, в самом центре проклятых мест - болотах Меллеза.

В доме повисла тишина. Всё это походило на какой-то фантастический фильм. Это было нереально. Может, перед ними сумасшедший? Может, они все упали и ударились головой, может, ослышались? Друзья смотрели друг на друга так, как будто увидели впервые. Мила сделала огромные глаза, и молчала, то ли от удивления, то ли оттого, что не знала, о чём спросить. Винар нервно улыбнулся, подумав, что старик шутит. Анри насупился, он так делал всегда, когда происходящее начинало ему не нравиться. Мира только открыла рот, и окидывала друзей вопросительными взглядами. Аслан оставался более сдержанным, хотя своё удивление скрыть не смог, да и не хотел, наверное. Наперебой зазвучали высказывания.

-- Это невозможно, но, похоже, что мы попали в другой мир, - пожал плечами Винар.

-- Очень смешно, - сказал Анри.

-- Но как? - раскрыла огромные глаза Мила.

-- Не может быть, - прошептала Мира.

-- В мире нет невозможного, - философски изрёк старик. - Это судьба, - и затем более задумчиво. - Видно, Астарот, кроме простых разговоров с Высшими, нашёл более действенную помощь. Но почему вы? Почему из другого мира? Да еще и при помощи Четверых.

-- Кто такой Астарот и что это за четверо? - Винар ещё не отошёл от шока.

-- Астарот - самый великий маг Востока и мой друг, а Четверо - это стражи этого мира. Мы называем их Саганами. Меня зовут Луллий.

Это походило на какой-то глупый сон. На дворе стояла ночь. Старик зажёг свечи. Ошеломлённые ребята молчали. Незнакомец решил оставить ребят наедине и вышел на улицу.

-- Послушайте, это ерунда какая-то. Какой ещё Лунный город? Какой он сказал год? Тысяча семьсот... - Мира вопросительно переглянулась с ребятами.

-- 1748-й со дня Преображения, - ответил Аслан.

-- Это невозможно. Он ненормальный, - категорично заявила Мила, - Аслан, скажи что-нибудь. Как мы могли сюда попасть?

-- Я не знаю, - с раздражением сказал Аслан. Он ничего не мог понять и поэтому злился. - Я что, по-твоему, Господь Бог, чтобы знать, каким чёртом нас сюда занесло, п...

-- Да расслабьтесь вы! Класс, мы в другом мире! - Винар, похоже, ничуть не расстроился. Напротив, улыбался и казался весёлым. Хотя, всё это было напускным.

-- Послушайте, это невозможно. Мы могли отклониться с курса. В конце концов, из-за дождя абсолютно ничего не было видно. Я, конечно, не помню этого дома, но строят их достаточно быстро. Так что, или нас решили разыграть, или... - Анри перебила Мира.

-- ... Или мы действительно попали в другой мир.

-- Мира, это невозможно, - категорично заявил Анри, и Мила кивком головы его поддержала.

-- Я знаю, но если это так, то остаётся один вопрос: каким образом?

-- Может быть, я смогу внести ясность? - произнёс вкрадчивый, но твёрдый голос сзади.

-- Как-нибудь без вас... - начал было Анри.

-- Спасибо, вы для нас и так много сделали, дали нам ночлег, - неожиданно для себя перебила его Мира, чувствуя, что начинать знакомство таким образом, не самый лучший выход.

-- Ничего, девочка, я понимаю, что вы э... немного обескуражены. Поэтому предлагаю немного послушать меня.

Луллий уселся поудобнее и приготовился рассказывать, а ребята слушать. И вот, что они узнали из его повести...

*******************************

-- Год назад в Леванахе начали происходить странные вещи. Это спокойный город. Можно даже сказать мирный. Люди этого города давно забыли о страхе и печали. Все старались жить в своё удовольствие. Поэтому пропажа животных, детей, еды - это весомый повод для беспокойства, - старик нахмурился, как бы собираясь с мыслями. А Мира подумала, что у них в мире это обычное явление и имя этому - преступность. Незнакомец, тем временем, продолжал. - Кроме того, на окраинах объявился Морок. Насилие стало единственной мыслью жителей...

-- Что за морок? - перебил его Винар.

-- Морок - это беспокойные души. Но об это потом. Стали вспыхивать странные болезни, появилось много чужаков. Я и некоторые из моих друзей поняли - пришло время перемен. И перемены эти не сулят нам ничего хорошего.

-- Но причём здесь мы? - тихо перебила его Мила, и немного поёжилась, так как Аслан нахмурился.

-- Всему своё время. Так вот. Я говорил людям о грядущих переменах, говорил, что будет не сладко. Но люди - слабые существа, мало кто из них способен трезво и открыто взглянуть на перемены, ещё меньшее количество способно принять их, и, наконец, совсем маленькая группа людей способна остановить или преобразовать в свою пользу. Люди моего города решили, что во всех несчастьях виновен я и мои друзья. Так что одним прекрасным утром я обнаружил, что под моим домом собралось мало ли не полгорода. Я должен был уйти, что я и сделал. Горожане хотели накинуться на меня. Мне пришлось бы не сладко, я не смог бы справиться с таким количеством людей. Да нет, это были не люди, скорее обезумевшие от страха животные, которые мало способны соображать. Но все же нашлись среди них и другие, которые уговорили остальных отпустить меня. Я ушёл сюда. Хозяйка здешних мест меня жалует. Вы ещё увидите её. А мои друзья тоже не стали оставаться с горожанами. Мы разбрелись по разным местам, но постоянно поддерживаем связь. Хотя, я немного отклонился от рассказа. Перемены произошли разительные. Люди стали злобными и недоверчивыми. Меня много искали, но отсюда мало кто выходит, - старик захихикал, - поэтому попытки вскоре были прекращены. Кроме того, соседние государства начали волноваться. То тут, то там начали вспыхивать стычки за территории. Некоторые государства на грани войны. Думаю, нам в скором времени тоже придётся отказаться от нейтральной позиции. А это очень плохо, так как в Леванахе уже несколько сотен лет не было войны. Можно сказать даже, что у нас был золотой век. Кроме того, вы уже поняли, что наши миры несколько отличаются. Судя по тому, что вас всё удивляет, вы ничего не смыслите в чародействе. А здесь воюют с помощью магии. С юга поступают известия о странной армии наёмников, которые выжигают всё вокруг, не оставляя в живых никого: ни детей, ни женщин, ни стариков. Конечно, главы государств начинают задумываться, но всё же медленно, очень медленно. Леванахом недавно стал править сын могучего и славного воина Драгора. Зовут его Рамюэль. Это друг Асилара - главы соседнего государства. Его отец трагически погиб на одной из стычек, защищая свою жену - красавицу Ацилут. Королеву сияния, так её называли. Это была чудесная пара. Мы были очень дружны. На них напали разбойники пол года назад. Никому не удалось спастись. Теперь наследником стал их сын - вполне смелый, добрый, умный и отзывчивый юноша. Я помню его ещё совсем малышом. Конечно, он станет отличной заменой государству. Но всё же он слишком молод, а поэтому не склонен обращать внимание на разные разговоры о нечести. Он с этим борется по-своему: посылает туда небольшие отряды, решая, таким образом, проблему. Но кажется мне, что этими стычками не обойдётся. Слишком много разговоров вокруг. Ему пока удаётся не втягивать государство в войну соседей. Это какое-то безумство. Пророчество начинает сбываться. Совсем недавно я получил известие от одного из своих друзей. Вы о нём уже слышали. Так вот Астарот прислал мне весть о скорой помощи, которую мне следует ждать. И я думаю, что эта помощь - вы. Вскоре мой друг и сам должен прибыть сюда, думаю, что он сможет вам объяснить всё лучше меня.

-- Причём здесь мы? - удивился Анри. - Как он мог знать, что мы попадём сюда?

-- Как мы вообще сюда попали?

-- Это можно узнать только у вас, - услышали они незнакомый голос. В комнату вошёл человек.

-- Астарот, ты? - Луллий с удивлением улыбнулся и обнял друга. - Когда ты прибыл?

-- Только что. Хорошо, что ты оставляешь Путь открытым, но это может быть опасным. Позволь мне сесть, дорога немного меня утомила.

-- Да. Конечно.

Астарот сел, и ребята, наконец, смогли его рассмотреть. Это был мужчина среднего роста со светлыми волосами до плеч. На первый взгляд было сложно определить его возраст. На нём не было мантии. Он был одет в длинный сюртук, на его ногах были штаны какого-то интересного покроя. Всё было немного мрачных тонов. Тень свечей делала его лицо загадочным и скрывала выражение глаз, так что понять что-либо по внешнему виду было невозможным.

-- Итак, я слышал, что меня уже представили. Я - Астарот. Маг Востока.

-- Анри, - представился парень. - А это мои друзья - Мира, Аслан, его сестра Мила, Винар.

-- Вы попали сюда, как я полагаю, по многим причинам. Во-первых, сильные мира сего (я имею в виду магов) остро нуждаются в помощи, во-вторых, нашему миру грозит большая опасность, в которой вы будете играть не последнюю роль, в третьих...

-- Извините, а какое это имеет конкретное отношение к нам? - робко спросила Мира, - почему вы так уверены, что мы те, кто вам так необходим.

- Да. И почему вы уверены, что мы что-то можем или будем что-то делать?

-- Можете вы что-то, или нет, этого мы ещё не знаем. Но, поверьте, по очень многим факторам можно определить, что вы э... несколько необычны, - вмешался Луллий.

-- Я бы сказал, что это Иные, - твёрдо произнёс Астарот.

-- Не может быть, ты уверен?! - брови Луллия поползли вверх.

-- Как никогда, - твёрдо стоял на своём Астарот.

-- Простите, может, вы всё-таки объясните, как мы попали сюда, - обратился к ним Винар. - И почему вы назвали нас Иными?

-- Для начала, расскажите мне, что знаете вы, - Астарот пристально посмотрел на девушек, Мила и Мира под его взглядом поёжились. Винар пояснил их путь от речки до того момента, как они здесь очутились. - Да, действительно странно, Саганы помогли вам. Значит вы должны обладать магией, но я не чувствую здесь Силы.

-- Какая магия, вы что смеётесь? - не выдержал Анри. - Это шутки? Мира, ты у нас интересуешься такими штучками, что всё это значит? - Анри и другие посмотрели на Миру.

-- Послушайте, я ничего не знаю, абсолютно ничего в этом не смыслю, хотя и пытаюсь, - Мира попыталась спрятать глаза.

-- Так это ты упала?

-- Да. Я, - Мира изо всех сил старалась смотреть спокойно, но взгляд незнакомца обжигал. Сердце бешено затрепетало. Девушка вдруг почувствовала, как её заливает краска.

-- Тогда для того, чтобы понять, как вы здесь очутились, я попрошу у вас разрешение прочитать ваши воспоминания. Только хочу предупредить, что это будет больно, а скорее, очень неприятно. Но вы, конечно, можете отказаться...

*******************************

Ребята переглянулись. Сейчас их чувства были смешаны. Столько информации и нового за один вечер. Они очутились в другом мире, как оказалось, преисполненном магии, а сейчас незнакомец с белыми волосами просил у них разрешения прочитать их мысли. Фантастика! Они переглянулись между собой. Мира кивнула, выражая согласие. В конце концов, просто хотелось знать, как он это будет делать.

-- А давайте, - Винар махнул рукой, выражая полную готовность.

-- Будет больно или неприятно.

Астарот придвинулся вперед, и свет немного озарил его лицо. Молодое и старое одновременно. Мира про себя отметила, что черты его лица приятны, но разительно отличаются от черт друзей, или её собственных. Она не видела глаз мага, так как Винар и Астарот сели близко друг напротив друга. Затем маг попросил расслабиться и не думать ни о чём, даже о том, как они сюда попали.

Винар сидел напротив незнакомца. Глаза его казались очень мудрыми. Он был не молод и не стар. А когда попросил расслабиться и не думать о том, как они сюда попали, мысли Винара потекли к тому самому моменту, как он собрался на дачу. Почему он так смотрит? Липкий холодок пробежал по телу Винара. Голова начала побаливать. Причём боль пульсировала сильней и сильней. Странное и неприятное ощущение, как будто кто-то роется в голове, перескакивая с мысли на мысль, листая их как надоедливую книгу. Голова уже начинала раскалываться, когда незнакомец вдруг оторвал свой взгляд от Винара и спрятал лицо в тень свечей, откинувшись на спинку кресла.

-- Спасибо. Ты отлично держался. Я почти всё узнал. Теперь я только поглажу ваши ощущения в момент перемещения.

Дальше пришла очередь Аслана, Анри и, наконец, Мира поняла, что придётся идти ей. Она села напротив Астарота, но никак не могла успокоиться, чувствуя себя, как на приёме у врача. Очень неуютно и немного боязно. Незнакомец приятно улыбнулся. Он оказался очень симпатичным молодым человеком. Лет двадцати пяти-тридцати.

-- Не бойся, будет немного неприятно.

-- Я стараюсь, но не получается, - Мира виновато улыбнулась.

-- Сейчас я помогу. Астарот провел рукой перед глазами.

Мира вдруг почувствовала, что страх исчез. Именно, что исчез, потому что его, Астарот снял своей рукой. Мира начала вспоминать. Плыли чувства. Она хотела поехать, очень хотела, но её что-то беспокоило. Грусть, ощущение необходимости и безысходности одновременно, тревоги за маму и предстоящую поездку, даже злости на собственную слабость. Потом радость, веселье и беззаботность, ощущение счастливой уверенности. Гнев, веселье, благодарность. Затем беспокойство, потом бесшабашное веселье и даже возбуждение в некой мере. "Вот оно", - подумал Астарот, она общалась с Саганами. Затем вдруг боль и обида, не на других, на собственную неуклюжесть. Гнев, расстройство, снова боль, но другая, даже не боль, печаль, словно открылась ноющая старая рана, так долго не дающая покоя. Маг вдруг почувствовал, как в ней заиграло желание оказаться в другом месте, все равно в каком. Только с друзьями, с их ободряющими улыбками. Затем чувство снова перепрыгнуло, как подсечка, от небольшой сердитости до уютного тепла и уверенности в счастливом исходе. И... удивление, причём это чувство вперемешку с другими ощущениями, в том числе и страхом перед незнакомцами переполняло девочку до сих пор.

Астарот прервал сеанс, у Миры закружилась голова. Ей что-то немного сжало голову и отпустило. Астарот недолго пообщался с Милой, и довольный откинулся на спинку кресла.

-- Всё понятно. Что голова кружится? - участливо обратился он к Мире, - Луллий, дай ей крога, чтобы силы восстановить. Это она вызвала Саган. И с их помощью перенесла вас всех сюда, - увидев удивлённые глаза ребят и самой Миры, поспешил пояснить. Я объясню. Я получил послание от Светлых, наши маги сообщали о странном расположении небесных светил, исходя из этих и других факторов, я решился сообщить Луллию о появлении помощи свыше. Чаша должна хранить равновесие, Неогея послала нам помощь. Мира...эль, - странно произнёс он имя Миры, как будто пробуя на вкус, - очень захотела очутиться в другом месте, а рядом стояли те, кто был,.. скажем, не против. Думаю, что Саганы помогли, звавшей их. Кстати, пока я смотрел ваши чувства, я узнал много любопытного, в частности у Вас обоих, Винар и Мираэль. Теперь я смогу вам объяснить, кого мы называем Саганами. Это стихии. Четыре основания тверди - огонь, вода, земля, воздух. Всё остальное - гром, молнии, землетрясения... Это от них, скажем, производная. Этот термин я узнал у вас, Анри. Как, впрочем, и много другого любопытного. Кроме того, я узнал, что в вашем мире совершенно иначе относятся к женщинам. Вы, - обратился он к Миле и Аслану, - ещё более интересные личности, но обо всём этом потом. Ваши отношения и чувства были настолько переплетены, что Мире не стоило большого труда попросить Саган, скажем, даже не попросить, а затянуть вас за собой. Вопрос только в том, почему вы, а не кто-нибудь другой?

-- Так это я виновата? - отрешённо произнесла Мира, голова раскалывалась, ей жутко хотелось отдохнуть. Тело ломило, голову сдавливало.

-- Нет, ты ни в чём не виновата. У тебя абсолютно уставший вид. Тебе плохо? - Мила участливо посмотрела на неё.

-- Я действительно немного устала.

-- Думаю, что все мы немного устали. Луллий, пожалуйста, отведи наших гостей в комнаты. Что ж, завтра мы обо всём договорим.

Ребята медленно побрели за старичком. Он расположил их в двух комнатах, в одной Миру и Милу, в другой - Винара, Аслана и Анри. Выпив на ночь ароматного и немного пряного напитка, ребята вскоре уснули.

ГЛАВА

"Дракой многого не добьешься, а уступив,

получишь больше, чем ожидал".

-- Значит, это всё правда? - тихо спросила у подруги Мила. - Я уже начала верить, что всё происходящее мне только снилось. Что же мы теперь будем делать?

-- Я не знаю, Мила, не знаю. К сожалению, всё происходящее не сон. В любом случае, нам нужно поговорить с ребятами. Так что одевайся.

Девушки привели себя в порядок, насколько это было возможно. Затем взяли предложенные им накануне туники. Они были из плотного, но мягкого материала, немного напоминающего смесь льна с хлопком. Цвет туник напоминал свежий спил дерева, кроме того, они были ниже колена и украшены очень причудливой красивой вышивкой. Девушки надели туники и завязали пояса.

-- Надо же, вчера я не обратила внимания на то, какие они красивые, - в задумчивости проговорила Мира. - Никогда не думала, что буду носить такое.

-- Может, ещё и не такое прийдётся, - с грустной улыбкой ответила Мила.

На столе стояла миска с водой, ваза с цветами, рядом со всем этим лежал какой-то кусок ткани.

-- Не знаю для чего это, - Мира показала на стол, - но, думаю, никто особо не расстроится, если я умоюсь.

-- А если это для каких-то целей?

-- Ты думаешь можно и ноги помыть? - попыталась пошутить Мира. - Ты только представь, сейчас кто-то заходит, а мы тут ноги моем...

Они засмеялись. Потом, махнув на всё рукой, умылись, и вышли в так называемый холл, в котором вчера узнали так много нового. Там уже сидели ребята.

-- Доброе утро, - поздоровалась первой Мира.

Ребята с удивлением посмотрели на неё, пытаясь понять, шутит она или нет. Наконец сообразив, что это всего лишь приветствие, они поздоровались с обеими подругами, не забыв окинуть их оценивающим взглядом. Всё-таки не часто девчонок можно увидеть в юбках, ну а в платьях тем более. Все пятеро застыли в неловком молчании. Каждый боялся нарушить гнетущую тишину, не желая брать на себя ответственность за будущее. Девушки присели возле ребят.

-- Что же мы теперь будем делать? - начала первой Мира, так до конца и не разобравшаяся в своих чувствах и ощущениях. Она так часто желала чего-то подобного. Если и не желала, то размышляла, как поступить в том или ином случае. А теперь, когда она столкнулась лицом к лицу с действительностью, разум отказывался принять эту новость как должное. Мира пребывала в полной растерянности.

Ребята молчали. Не потому, что злились или не хотели отвечать. Скорее, они были обескуражены. Теперь на троих ляжет вся ответственность за их существование в новом для них мире. Почему же всё-таки они? Из неловкого молчания ребят вывел голос Луллия.

-- Скорее всего, вы сейчас решаете, что вам делать дальше. Прошу вас не торопиться с решением. Попытайтесь хоть немного свыкнуться с мыслью новой для вас жизни. Думаю, вам на некоторое время выгоднее всего остаться здесь, немного поосмотреться, привыкнуть к своей новой роли, кое-чему научиться. В конце концов, вы здесь именно для этого.

-- Для чего этого? - вопрос Анри прозвучал немного глупо со стороны Луллия, который весь вечер пытался что-то втолковать ребятам, но весьма разумно по отношению к друзьям, которые до сих пор мало что понимали в происходящем. Луллий немного замялся. Внезапно ребята услышали другой голос, принадлежавший Астароту, как выяснилось вчера.

-- Вы здесь для спасения Неогеи, нашего мира.

Ребята странно уставились на него, впрочем, как и Луллий.

-- Да, дружище, я абсолютно уверен в этом, как и в том, что нашему миру грозит опасность. Поэтому самым лучшим выходом для вас будет оставаться здесь.

-- Почему вы так уверены, что мы станем вас слушать? - уже спокойно спросил Анри, желая расставить всё на свои места. - Почему вы уверены, что нам это под силу?

-- Уже то, что вы не отвергаете ваше предназначение, определяет вашу роль. Кроме того, вам ничего не остаётся. Вы не знаете здешних мест и обычаев. Вас просто сожгут, как ведунов, или колдунов по-вашему, - пояснил он.

-- Сожгут?! - эта мысль не ужаснула, но удивила чрезвычайно всех пятерых.

-- Да. Вот видите, вам все же придётся принять наше предложение. Взамен мы просим немногое, лишь кое-чему научиться.

-- Это скорее выглядит как условие, но, похоже, нам ничего больше не остаётся, - медленно проговорил Аслан. Остальные согласно промолчали.

ГЛАВА

"Чтобы не случилось, ты все же никогда

не уничтожай цветы надежды

и соберёшь плоды веры...".

А что бы сделали вы, если бы очутились в подобном положении? Вокруг незнакомые люди, абсолютно другие обычаи, нравы и устои. Здесь по-другому относятся друг к другу. В этом мире есть дружба и ненависть, но это чувство в тысячу раз более выраженное. Здесь есть наука, которая каким-то тесным образом переплетена с тем, что в нашем мире называют магией. Только в этом мире к значению этого слова обращаются с благовейным трепетом и страхом, тогда как в нашем в это перестали верить несколько столетий назад. В нашем мире всё ещё помнят про приметы и поверья, но оказывается, что здесь в них верят. Здесь верят в Творца Всего Сущего, в Саган - его помощников и верных стражей Неогеи и других верных слуг этого и других миров.

Неогея - новая земля. Немного странное название, учитывая, что всё здесь остаётся таким же, как и в нашем мире. Цветущие сады, быстрые и разнообразные животные, стремление к власти, бедность и богатство. И... благовейный трепет перед сильными мира сего. Здесь нет электричества, как его не было когда-то в нашем мире, нет техники. Технологии здесь на очень низком уровне. Зато сверхъестественное - на очень высоком, просто-таки на первом плане.

Так что бы вы сделали, очутившись тут? Очутившись, непонятно каким образом, а также непонятно по каким причинам. Узнав то, что кардинально рушит твоё мировоззрение и понятие о Вселенной. А также то, что ты, оказывается, один из помощников непонятной и дикой для тебя планеты и являешься её вечным стражем и защитником.

Что делать?!

Этим вопросом задавался каждый из пяти друзей, узнавая всё больше и больше о мире, в котором должен сыграть не последнюю роль. Кроме того, ребята узнали, что изведанных королевств в этом мире не так уж и много, а также то, что они имеют странные и красивые названия - Лунный, Солнечный, Звёздный, Сумеречный. Видно, загадками здесь пропитано всё вокруг. Девушки в нынешнем королевстве играли роль служанок, а скорее даже роль обиходной мебели. Узнав это, все друзья несказанно удивились, хотя ребята незамедлительно начали подшучивать над подругами по этому поводу. Астарот и Луллий готовили их стать жителями этой планеты. Хотя и не до конца посвящали в свои планы, как впрочем, и ребята не до конца доверяли им. В их мире было мало бескорыстия, как и стремления наладить что-то вокруг. В их мире к земле относились с таким чувством, как будто она была должна обитателям, а не на оборот.

Маги учили ребят основам мироздания этого мира. И Мира с удивлением наблюдала открывшийся интерес у Аслана, неподдельное восхищение Винара, излюбленные расчёты Анри, беззаботную весёлость Милы. Наблюдала, училась и удивлялась, потому как всё ещё не могла до конца разобраться в своих чувствах. Она до сих пор не могла отделаться от чувства собственной вины, хотя ребята тщательно избегали разговора с ней об этом. Они не разу ни в чём не обвинили её, да это было и не нужно, Мира сама себя подавляла и корила в содеянном. Наверное, отчасти из-за того, что у друзей получалось понимать этот мир лучше неё. Они смирились со своей ролью, она - не могла. Но старалась изо всех сил.

Так проходило всё их время. Девушки учились и готовили, парни помогали по хозяйству и учились, Астарот то исчезал, то появлялся, Луллий проводил время, то с ребятами, то пропадал на несколько дней, говоря, что уходит в город. Ребята всё время задавали вопрос: так же они уверены, что делают правильно, что они именно те, за кого маги их принимают? Наконец Луллий привёл им массу примеров. Он начал с того, что называл Заморочкой. Насколько друзья поняли, первый раз, когда вошли в дом, делали они это не по своей воле, а по навязанному им желанию Луллия. Именно это он назвал Заморочкой, сказав, что было несложно наложить заклинание, так как ребята были очень обескуражены происходящим, но сложнее удерживать, и, в конце концов, первым освободился Аслан, хотя это было нелегко. Затем он привёл другой пример, в котором небольшую роль играла Мира, так как всё же с помощью Саган перенесла их сюда, а это было очень сложно и вроде бы непонятно обоим магам. Мире было приятно такое положение вещей, но она подавила в себе эти чувства, убеждая себя в том, что это не награда, а наказание за своевольные мысли и желания. Они приводили ещё примеры, связанные с лёгким восприятием материала, то есть с учёбой, с успешными прогулками по лесу, не приводя за собой стражников и много других. Только это казалось ребятам малым убеждением.

ГЛАВА

"Будь текуч, как вода, покоен, как зеркало, отзывчив, как эхо, и невозмутим, как тишина". Гуань Иньцзы. Даоская книга. Одним прекрасным утром Луллий решил, что пора познакомить ребят с хозяевами здешних мест. Дождавшись вечера, когда на землю, не спеша, опускается владычица теней, Луллий велел ребятам собираться и молча следовать за ним. Они брели шаг в шаг. Было тихо, но это была относительная тишина, не угнетающая, не абсолютная, но, манившая к себе, звавшая, очаровующая. Был небольшой туман, но ребята к этому привыкли, научившись даже при таком состоянии, различать предметы. У всех было странное чувство, как будто они вот-вот прикоснутся к чему-то неизведанному. Луллий привёл их на поляну. Она была похожа на ту, которую они увидели впервые. Только находилась она в самом центре болот. Идя к месту, Мира подумала, что выбраться отсюда без посторонней помощи было бы очень трудно.

-- Теперь нужно ждать. Хозяева здешних мест не любят, когда их торопят, - Луллий уселся прямо на траву. Ребята последовали его примеру. - Это ваше первое, но не последнее испытание. Если владыки здешних мест не захотят вас принять, если вы им не понравитесь, будет очень сложно выбраться отсюда. Я немного расскажу вам о них...

Обитатели здешних мест появились здесь давно. Может, от самого начала существования Неогеи. Говорят, она сама себе выбирает хозяев. У них совсем иной род Силы, чуждый человеческому. Они являются настоящими стражами этих мест. Они могут принимать знакомый тебе образ, чтобы позвать тебя. А когда зовут, ты слышишь только их голос, разноликий и полный умиротворения. Берегитесь владык здешних мест, они всех проверяют на прочность, смелость, выдержку. Хозяйка проверяет дружбу и любовь. Те, кто не может пройти испытания, становятся их рабами. Навсегда. Только отдав, можно получить что-то взамен. Хозяева здешних мест ещё не определились, что делать с вами. Скоро они придут. Они будут звать, просить остаться с ними. Они будут испытывать вас... - голос Луллия умиротворял, рассказывая о здешних обитателях. Мире вдруг отчаянно захотелось спать, она увидела, как Мила и Анри опустили вниз головы, дыхание их стало ровным. Аслан тоже боролся со сном. Ему и Винару это давалось очень нелегко.

"Где я?". Мира огляделась вокруг. Туман ложился ровной дымкой над землёй, она стояла на какой-то кочке и смотрела прямо перед собой.

-- Анри, Винар, Аслан, Мила... Где вы? - Тишина. Мира ощутила беспокойство. Куда же они подевались? - Анри, Винар, Аслан, Мила... Куда вы все пропали? - опять тишина. Тяжёлая, гнетущая. Мира звала снова и снова, её слова отдалялись эхом на значительное расстояние, но ответом была лишь тишина.

"Ну, Луллий, получишь же ты, когда я доберусь до тебя! Готовил он нас к испытаниям, видите ли! Успокойся, - сказала она себе. - Сначала нужно найти друзей, а уж потом всё остальное. Сосредоточься, ты должна их найти. Мила, ну где же ты?", - мысленно позвала Мира. Но в ответ, понятное дело, получила лишь тишину. - Значит так, придётся поискать их. Нечего торчать на одном месте, словно шест. Давай, отрывайся от места и вали вперёд!". Злость не давала Мире испугаться. Это была её стандартная реакция. Боялась она потом. А сейчас это всё равно не поможет.

Мира увидела рядом толстую и длинную ветку. Прекрасно. Она оборвала сучки и, пробуя перед собой почву, стала идти вперёд. Вскоре она увидела впереди себя бегущую Милу. Та неслась по болоту, как лань, и звала её.

-- Мила! Я здесь. Мила, стой! Туда нельзя. Там болото. Мила! - но подруга продолжала бежать, Мира побежала следом. К сожалению, она не так быстро бегала, как Мила. - Вот, чёрт, куда же ты несёшься, сумасшедшая. Я же не догоню.

-- Осссставь её, она ужшшше не твояаа... - ей послышалось? Нет, спокойное и методичное шипение продолжалось. - Яаа теперь её хххозяаайкааа, она мояаа.

-- Ага, конечно, только ты скорее удавишься, чем получишь её, - задыхаясь, со злостью кому-то ответила Мира. - Мила, стой! Мила-а-а...

***************************

Анри и Аслан наконец побороли сон. Когда они подняли головы, то кроме себя никого не обнаружили.

-- Эй, а где все? - Анри вопросительно посмотрел на Аслана.

-- Не знаю, - он поднялся с места, Анри последовал его примеру.

-- Эй, Луллий, Винар, Мира, Мила, где вы? - в ответ тишина. - Может они ушли?

-- Как это ушли? - посмотрел на него Аслан

-- Ну, не знаю. Просто встали и ушли.

-- Да. И оставили нас здесь! - Аслан рассердился, происходящее ему очень не понравилось. - Анри вопросительно смотрел на него.

-- Если не ушли, тогда давай поищем их, - предложил Анри, Аслан соглашённо кивнул.

Ребята пошли вперёд. Над землёй простилалась дымка. Едва отойдя от места, они увидели маленького оленёнка в самом сердце болот. Он жалобно оглядывался по сторонам, в поисках помощи.

-- Смотри, оленёнок, - Аслан указал на него рукой. - Он застрял в трясине.

-- Ему не выбраться. Смотри лучше туда, - переключил Анри внимание друга.

Анри указал рукой в другую сторону. Там стоял другой олень. Шелковистая шёрстка, печальные глаза и красивые ветвистые рога делали его похожим на героя сказки. Он топтался у берега, не зная, чем помочь малышу. Сделал шаг, другой, копыта засасывало. Вернулся на берег. Постоял, затем снова шаг, другой...

-- Надо его вытащить, - сказал Аслан, - мы не можем его так оставить, иначе погибнут оба.

-- Ага, значит, ты хочешь, чтобы в этом болоте барахтались мы? Совсем с ума сошёл? Нас же засосёт.

-- Я полезу, а ты меня подстрахуешь, - упрямо сказал Аслан. - Мы не можем уйти просто так.

-- Вот чёрт, - Анри эта идея нравилась всё меньше.

Друзья приблизились к берегу. До оленёнка было метра полтора, не больше, но ребята догадались, что всё не так просто, как выглядит на первый взгляд. Аслан развязал пояс, схватил один конец рукой, другой дал Анри, и полез за оленёнком. Жижа отвратительно воняла. Кроме того, она, по-видимому, жила своей жизнью и ей не хватало общества, так как она крепко ухватилась за Аслана, который уверенно пробирался к оленёнку. Подойдя к нему вплотную, он попытался его потянуть, но шкурка намокшего животного была скользкой.

-- Чёрт, я не могу его ухватить! Сейчас, сейчас, - Аслан обвязал оленёнка через грудь поясом. - Тяни!

Анри начал тянуть животное. Из-за резкого дёргания, болото пришло в движение и начало засасывать Аслана.

-- Анри, быстрее! Меня затягивает.

-- Вот п... Говорил тебе п... не лезь за ним. На кой хрен он тебе сдался?! - Анри громко ругался вслух. Как только он вытащил оленя на берег, тот вместе с большим дал дёру. Но Анри это сейчас мало волновало. Он кинул пояс Аслану, но промахнулся, кинул второй раз, снова мимо. - Сейчас, сейчас... - Анри начал судорожно отвязывать свой пояс, чтобы удлинить верёвку.

-- Анри, быстрее! - Аслан уже стоял по грудь.

-- Сейчас. Держи, - Анри наконец кинул верёвку другу, тот крепко ухватился за неё.

-- Держу, - Анри изо всех сил дёрнул Аслана, но не тут-то было. Болото цепко ухватилось за свою вторую жертву, упустив первую. С каждым рывком Аслана затягивало только глубже.

-- Анри, не дёргай, это только хуже. Закрепи верёвку, я попробую сам.

-- Да, где ж я её закреплю?! Здесь ничего нет, - Анри судорожно озирался. - Ладно, я себя обвяжу. Давай сам.

Аслан начал вытягивать себя на руках. Его вес в воде, казалось, увеличился вдвое. Анри упирался, как мог, но, похоже, это мало помогало. Вес друга тянул в болото и его самого. Он был уже по колено в болоте, а Аслан продвинулся только на полметра.

-- Ничего не выходит. Я больше не могу, - у Аслана совсем не осталось сил. Он хрипел. - Отвяжи верёвку, а не то утащит обоих.

-- Пошёл ты, знаешь куда! - огрызнулся Анри, он видел, что положение - хуже некуда. Спину ломило, верёвка, привязанная к поясу, казалось, раздирала тело, он весь взмок. - Давай вылазь. Давай! - с нечеловеческой силой, которая появлялась только в экстренных случаях, он ухватился за верёвку и дёрнул. В то же самое мгновение Аслан подтянулся и Анри выдернул его из болота. Они упали на твёрдую почву, судорожно дыша.

-- Спасибо.

-- Не за что. В следующий раз думай, прежде чем что-то делать. Надо найти остальных, только сначала отдохнём.

Ребята очень устали. Вода всегда забирает много сил, а при таких обстоятельствах тем более. Едва дыша, они закрыли глаза.

*****************************

Мила подняла голову и увидела впереди себя смутную фигуру Миры. Она поспешно посмотрела по сторонам. Почему же она одна? Куда все ушли? И Мира уходит. Надо её догнать! Мила поспешила вперёд. Под её ногами была твёрдая земля. Она с лёгкостью бежала за Мирой.

-- Мира! Мира, подожди. Куда ты? - она быстро бежала, но никак не могла догнать подругу, расстояние между ними не сокращалось, а неуклонно увеличивалось. Но она всё равно бежала.

Мила бежала за Мирой, когда вдруг услышала своё имя. Кто-то её звал. Она оглянулась. Послышалось? Нет. Кто-то, действительно, кричит. Она вдруг увидела Миру, которая со всех ног бежала к ней. Мила от удивления широко раскрыла глаза. Как же так, это ведь она бежала за ней. Девушка оглянулась, и удивилась ещё больше, потому что впереди неё тоже стояла Мира и кричала, чтобы она скорее шла к ней, что за ней гонится Хозяйка здешних мест. Скорее! Мила ещё раз повернула голову в сторону, бегущая позади неё, кричала, чтобы она остановилась. Мила сделала один шаг назад и... угодила прямо в болото.

Тёплая, тухлая вода попала в обувь и намочила одежду. Мила сделала рывок, и вода засосала её по плечи.

-- Не дёргайся! - кричала Мира. - Я сейчас. Не шевелись! - Мира подбежала к подруге. Сердце бешено колотилось, одежда прилипла к телу, в висках стучало. Было трудно дышать. Мира опустилась на колени и протянула подруге палку. - Держи! Хватайся покрепче. - Мила схватилась, и подруга дёрнула изо всех сил. Не тут-то было. Маленький вес Миры не позволил собой распоряжаться. У неё не хватало сил вытащить Милу. Она упиралась, но болото цепко держало подругу. - Давай, выбирайся! Отдай! - почти прорычала она. - Зачем она тебе? - Милу затягивало глубже и глубже, ещё миг и она выпустит её руку.

-- Она мояа. Яаа заберхуу еёооо...

-- Кто ты? Она тебе не нужна. Оставь её. Забирай меня, только оставь, - услышала Мира свой голос, и похолодела от собственного решения.

-- Я - Ульмхииинааа, Хоозяаайкаа бхоолоот. Ты соглаааснаа? Яаа зааберхууу тебяаа вместхооо неёооо.

-- Да, забирай, подавись, только отпусти Милу, - простонала Мира, у неё едва хватало сил удерживать в руках палку. Но Милу как будто что-то неожиданно отпустило, и подруга выдернула её из болота.

-- Как ты? Нормально? - спросила Мира у девушки, которая, тяжело дыша, лежала рядом, вся с ног до головы перепачканная в болоте.

-- Спасибо, да. А ты?

-- Тоже, нормально. Только нужно отдышаться. Кажется, я говорила с Хозяйкой здешних мест, - Мира устало откинулась на землю. - Нужно чуть-чуть отдышаться. Отдохнуть немного. Совсем немного. - Мира почувствовала разлившуюся по телу негу, странное чувство. Так хотелось отдохнуть. Совсем чуть-чуть. "Мирааа...". Это Хозяйка её зовёт. "Мирааа, ты обещала". Нужно идти. "Да, да. Уже иду". Глаза закрылись.

-- НЕЕЕЕТ! Мира, Мирочка. - Мила нервно трясла подругу за плечи. - Мира, проснись!

-- Мне нужно идти, я обещала... - глаза закрывались, тело не хотело слушаться.

У Милы текли слёзы из глаз. Она сидела, тупо уставившись вперёд. Рядом без сознания лежала Мира. Когда внезапно почувствовала возле себя кого-то. Какую-то смутную фигуру. Но она меняла очертания, так что лицо разглядеть было трудно. Кто это? Фигура скорее напоминала тень, нежели человека.

-- Отдай мне её. Она обещала и теперь уйдёт со мной, - проговорила та.

-- Нет. Оставь нас в покое, - Миле было страшно. Вокруг ни души. Мира еле дышит, остальные и вовсе пропали. Да ещё и эта тень. - Отцепись! Что ты хочешь от нас? - огрызнулась подруга.

-- Отдай мне её тело, и я отпущу тебя к твоим друзьям. Только оставь её. Мои дети голодны. Она нужна им. Я все равно заберу её. Отдай, а иначе отправишься вслед за ней.

-- Я не боюсь тебя. Отвяжись, ты её не получишь. Мира! Мирочка, очнись, - Мила трясла подругу, била по щекам, но та никак не могла заставить себя открыть глаза. Так хотелось спать... Всё вокруг плыло перед глазами.

-- Ты не боишься меня? Может, тогда мои малыши тебя в этом переубедят. Смотри, - хозяйка вскинула руку в повелительном жесте, и у Милы по спине пробежал холодок - её окружали волки. Самые настоящие волки! И было очень похоже, что они действительно хотели есть. Боже!

-- Господи, - Мила начала судорожно озираться по сторонам, не прекращая трясти подругу. - Мира, Мира, да очнись же! Здесь полно волков, - но та лежала, как бревно. Волки подбирались всё ближе, брызгая слюной и щёлкая зубами.

-- Оставь её, и ты уйдёшь.

-- Отвали! - Мила схватила палку и застыла, ожидая нападения. Первый волк прыгнул, и Мила со всей силы ударила по нему, но он... распался на туман. Второй, за ним третий. Мила била по волкам, постепенно начиная уставать. Вот один из волков оцарапал ей ногу. Удар! Тумана становилось всё больше, но количество волков не уменьшалось. Мила била и била. Туман душил, в глазах были слёзы, стало очень сложно дышать. Мила почувствовала, что сознание начинает ускальзать от неё...

*****************************

-- Аслан, Анри, Мира... Аслан, Мила, Анри, куда вы все пропали? Что это ещё за шутки? - Винар удивлённо оглядывался вокруг. Дымка, туман и больше ничего. - Какого чёрта? Куда же они успели деться? Анри, Мира. Аслан, Мила...

-- Они скоро будут мои, - услышал он спокойный голос. - Уйдут, чтобы жить вечно.

-- Кто это? - удивился Винар, ведь он никого не видел.

-- Я хозяйка здешних мест - Ульмина. И я пришла за тобой.

-- За мной? Почему?

-- Разве ты не знаешь, что пришедшие сюда, должны принести мне подношение - человека, который станет одним из моих слуг добровольно? Твои друзья сейчас борются за тебя. Но ты можешь добровольно отдать мне свою жизнь, и навсегда останешься здесь на болотах. А они получат свободу. Смотри!

Перед глазами Винара начали проплывать видения. Вот бежит Мила. Вот Мира вытягивает её из болота. Картинка переменилась - теперь Мила нервно отбивалась от каких-то животных, видимо, она очень устала. Снова другая картинка. Аслан в болоте, а Анри, похоже, не может его вытащить. Винара ошеломили эти видения. Как же так, остаться добровольно? Подношение? Он настолько растерялся, что не знал, как реагировать на происходящее, как ответить Ульмине. А она продолжала говорить.

-- Я их ещё не отпустила. Если ты добровольно не согласишься, я снова пойду к ним и заберу кого-то ещё. Там есть невысокий парень, он много говорит, я заберу его вместо тебя. - Расчёт был верным, Винар вспыхнул. "Нет. Так нельзя!". - Так ты согласен? Или мне идти за ним?

-- Постой, - почти прошептал Винар. - Я согласен. Я пойду с тобой. Только...

-- Ты уверен? - ровно и спокойно переспросила его Ульмина. - Ты ведь не знаешь, на что соглашаешься. Как ты отнесёшься к вечной боли и полному повиновению. Тебе придётся остаться здесь на веки. Ты никогда не сможешь уйти отсюда, и никогда не увидишь своих друзей.

-- Я согласен, - твёрдо проговорил Винар. Его ужаснула сама мысль, что он должен будет здесь жить. Но он сделает это. Он не может позволить друзьям умереть. Да. Он будет тысячу раз упрекать себя в этом. Но всё-таки лучше он, чем кто-то из них. Если он этого не сделает, жизнь превратиться в ещё больший ад. - Я согласен. Только, отпусти их. Я останусь... Ради них.

-- Ну что же. Ты сделал свой выбор. Но ты о нём... - продолжения фразы Винар не услышал, потому что начал погружаться в мягкую дремоту. Мира, Анри, Аслан, Мила... Их образы всплывали у него перед глазами, когда он погружался в мягкое небытиё.

**********************************

Ребята внезапно открыли глаза.

-- Что за... - Анри не договорил, потому что они сидели все вместе, а Луллий хитро улыбался. Внезапно ребята услышали мягкий глубокий голос.

-- Вы прошли испытания, - голос принадлежал истинной Хозяйке этих мест. Она предстала перед ними светловолосой женщиной неопределённого возраста в мягких одеждах. - Теперь я понимаю, почему Луллий убеждал меня, что я должна с вами встретиться. Вы очень необычны. И всё же ваша природа мне не понятна. Вы что-то знаете, но не помните.

-- Ульмина, - прошептала Мира.

-- Да, совершенно верно. Хотя, вы видели меня в разных состояниях. Это одно из моих обличий. Скажем, наиболее приемлемых для вас. - Она обратилась к Луллию. - Вы не знаете, что делать дальше? Я думаю, что их необходимо отправить в Школу Искусств, только там они смогут осмыслить и понять своё предназначение. Сейчас они беззащитны. Они должны научиться. Да пребудет с вами Творец, - похоже, аудиенция была закончена.

-- Спасибо тебе, Ульмина. Пойдёмте, - Луллий, кряхтя, встал с земли.

-- Но... - начал было Винар.

-- Все вопросы потом, - нетерпеливо и безаппеляционно оборвал его старичок. И они все вместе отправились к хижине.

ГЛАВА

"Век живи - век учись...".

-- Значит Школа Искусств, - Астарот задумчиво посмотрел на ребят. - Что же, в этом есть рациональная мысль. Как ни как, там обучают Чародейскому искусству. Хозяйка редко ошибается. Впрочем, я и сам об этом подумывал. Да. Там вы сможете получить необходимые знания, а если ещё и преуспеете в этом, то... Ладно, не будем загадывать. В конце концов, все начинают именно оттуда. Я тоже прошёл через это.

-- Но почему мы должны учиться там?

-- Послушайте. Школа Искусств или, как её ещё называют, Сикиона - самая знаменитая во всём Леванахе и прибрежных деревнях. Там обучают основным наукам: ритории, денежному управлению, врачеванию, борьбе и многому другому. Но помимо всего этого, там обучают магическим наукам, основным способам защиты и нападения. Только там вы, пройдя через ряд испытаний, сможете достигнуть высоких степеней посвящения. А что самое главное, это как бы, - Астарот задумался, подыскивая нужное слово, - как у вас говорят - закрытая, частная, мажорная школа, - ребята улыбнулись, услышав знакомое выражение, - для особых персон. Туда могут пойти только избранные ученики магов, или дети знатных людей - лордов, принцев и им подобных. В Сикиону вы пойдёте сами. Нас туда не пустят. Впрочем, мы с Луллием туда не стремимся, - он хитро прищурился. - Только я боюсь, как бы с вами ничего не случилось. Пока вы беззащитны, как самые настоящие дети. Но, сдаётся мне, что вы ещё сможете удивить и их, и нас.

Ребята хмуро глядели друг на друга. Вот и пришёл черёд расставаться с первым домом, так тепло давшим им приют. Здесь они узнали и подготовились к первым неожиданностям, познакомились с удивительными людьми-магами, Хозяйкой, так терпеливо обучавших их приспосабливаться к новому для них миру. Настроение у всех было прямо-таки невесёлое. Каждый задавался вопросом: Что же теперь их ждёт? Какие ещё неожиданности будут преследовать их? Сколько ещё им встретится людей на пути, и со сколькими из них придётся вот так расстаться?

-- Не печальтесь, друзья мои. Ещё не время, - ребята, как по команде обернулись. В дверях стоял Луллий, - это не расставание. Это временно. Мы ещё обязательно увидимся, только во второй раз это уже не будет зависеть ни от нас, ни от вас. Думаю, что с этого самого момента в игру вновь вступают высшие силы. Теперь дело за вами. От того как вы усвоите уроки Неогеи, будут зависеть судьбы многих обитателей этой планеты. Ни в коем случае не теряйте друг друга. Думается мне, что только ваши объединённые усилия, дадут положительный результат. И уж ни в коем случае не сомневайтесь в своих силах.

-- Запомните девиз этого мира, - чётко проговорил Астарот. - Нет ничего невозможного, сила в нас самих! - снова попытался он ободрить ребят. - Доверяйте людям, верьте друг другу, даже, если вам кажется, что это не разумно. Каждый из вас может быть достойным соперником друг другу, но для того, чтобы победить нашего общего врага - понадобятся общие усилия. Порознь - вы сильны, но вместе - ваша сила увеличиться впятеро, а пять - всегда лучше, чем один.

Ещё много говорили Маги. Советовали, учили, даже шутили. Но заглушить горечь - не могли. Настанет утро, и им придётся расстаться. Все с грустью посмотрели на своих первых учителей - друзей.

-- А теперь давайте выпьем друг с другом. За встречу! За доверие! За Неогею!

Ребята выпили полюбившегося им ароматного напитка, так похожего на вино с пряностями, и разбрелись по комнатам. Завтра их ждёт новый день, надо его встретить с честью...

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

ГЛАВА

"Когда ты учишь, ты лишь открываешь, что давно уже знаешь".

Ричард Бах.

Утро выдалось мерзким. Сейчас никто не согласился бы с поговоркой: "У природы нет плохой погоды", разве что отъявленный оптимист. Так что похвастаться хорошим настроением не мог никто. Небо было затянуто тучами. Стоял липкий туман, было очень душно. Кроме того, моросил дождь. И всё же не из-за этого грустили ребята. Не из-за дождя, или отсутствия солнца. Каждый из друзей думал о предстоявшей разлуке с полюбившимися им Луллием и Астаротом. Нет, со стороны нельзя было ничего заподозрить. То тут, то там слышались шутки, смех. Но всё это было натянутым, напускным. Такая себе массовая эйфория, рассчитанная на постороннего зрителя. Никто не хотел признаться в собственной слабости.

Ребята попрощались с Астаротом, который не пожелал проводить их до Школы, сославшись на срочные дела в городе.

-- Ну, что же. Пора. - Луллий, не спеша, встал со стула. - Не волнуйтесь. Мы будем всё знать про вас. Даже у стен есть уши, - он хитро прищурился. За всё время общения, Луллий и Астарот нахватались массу "чисто земных" выражений. Так что при каждом удобном случае, от них сыпались крылатые словечки к месту, и нет.

-- Спасибо вам... - начал было кто-то из ребят.

-- Не надо. Думаю, что ещё всем нам нужно будет благодарить вас.

Мира покачала головой. Ей не особо верилось, что надежды этих людей оправдаются. Все ещё немного постояв в замешательстве, ребята и Луллий вышли из домика.

********************************

По дороге Мира и Мила во всю вертели головами. Дело в том, что дальше ближайшей деревушки они не заходили. Да и это было сказано громко. Анри, Винар и Аслан иногда с Луллием ходили за покупками. Девушкам лишь позволялось гулять по болоту и ближайшему леску, да и то так, чтобы их не видели. Потому что, как уже отмечалось ранее, девушки в этой стране играли особую роль - роль товара и украшения. И никому не хотелось, чтобы данная роль применилась к Мире или Миле. Их одели как можно неприметнее. Практически накинув Паранджу. Так здесь называлось сразу несколько умений - отвести глаза, изменить внешность и приворожить. В данный момент использовался первый случай. Никого не удивляла проезжавшая мимо бричка с отцом, и сыновьями.

Поэтому девушки во всю глазели по сторонам, и всё вокруг им представлялось удивительным, можно даже сказать, сказочным. Невысокие зелёные деревья, разноцветные птицы, приветливые маленькие деревянные домики с лупоглазыми окошками. Ребята ехали на нанятой Луллием повозке, запряжённой двумя хилыми лошадками. Выехали они рано утром, так что к обеду (точнее сказать было нельзя, так как часы у ребят с момента попадания в Неогею, остановились) повозка с друзьями подъезжала к Сикионе.

-- Не отчаивайтесь, ребята. Обучение в Сикионе вам просто необходимо. А дальше вы можете пойти на службу к Рамюэлю или Асилару. Они хорошие юноши и умные принцы.

-- На кой они нам нужны? - не выдержал Винар. Он был расстроен расставанием.

-- Это не они вам нужны, а вы им, - ответил Луллий. - Вы им не на службу пойдёте, а в помощь. Дело в том, что Леванах приходится ближайшим городом, кроме Секемеха, к Черте. К Саббатею - городу спокойствия и грани мира. Леванах - страж порядка в ближайших землях. И здесь просто необходима ваша помощь. Главное, умейте слушать и делать выводы. Смотрите, мы уже подъезжаем.

Сикиона была высоким замком. Высоким, пожалуй, было громко сказано. Он был огромным! Длинный двухметровый забор обрамлял его по периметру. Стены были сделаны из гладкого серого камня. Мира сразу же задалась вопросом, как же их можно было уложить, ведь они весят, наверное, целую тонну. Острые, как отточенный карандаш, башни без интереса взирали на подъезжающих ребят. Вокруг замка не было рва, напротив, там росли небольшие коренастые деревца, цветы. В общем, сад был то, что надо. Уже ближе подъезжая к воротам, они заметили, что они не кованные и совсем не большие, а обыкновенные, деревянные. Но Луллий внезапно свернул в совершенно противоположную сторону. На удивлённые взгляды и вопросы ребят, он попросил подождать, сославшись на то, что чудеса только начинаются. И это было действительно так!

Луллий остановил повозку, ловко спрыгнув с неё. Ребята последовали его примеру. А дальше прибывшие друзья подошли вплотную к стене. Старичок загадочно улыбнулся и нажал на какой-то рычаг в стене. Это действительно было удивительно, потому что стена медленно и недовольно, но без скрипа, начала отходить в сторону, уступая место кромешной тьме. Маг ещё раз посмотрел на ребят и шагнул в темноту. Мира глянула на Аслана и Анри, подмигнула немного оторопевшей Миле, мимолётом скользнув взглядом по Винару, и первой последовала за Луллием.

Ребята ждали, что сейчас им придётся идти по тёмным и сырым коридорам, покрытыми паутиной и пропитанными сыростью, но ничего такого не случилось. Как только последний из друзей шагнул в стену, пути назад действительно не было, так как стена каким-то чудом оказалась закрытой. Друзья свернули вслед за Луллием за какой-то хитроумный поворот и... оказались в большом и относительно светлом зале. Высокие стены, расписанный потолок и... КНИГИ. Боже! Сколько же их здесь было! Они начинались от самого пола, украшали все стены и, как садовый плющ, достигали самого потолка. Такое количество книг ребятам доводилось видеть разве что в кино. Никто из них и не подозревал, что может наяву увидеть столько литературы.

-- Ого! Кто же их все читает? - задал за всех вопрос Винар.

-- Ученики Сикионы, - ответил незнакомый голос. - Но никто, конечно, не прочитал абсолютно всего, хотя здешним Магистрам (так здесь называли преподавателей) доводилось читать большую их часть, - ребята, как по команде, обернулись. Перед ними стоял мужчина лет пятидесяти, без бороды, в длинном чёрном классическом жакете, увешанный целой кучей медальонов, талисманов, амулетов и прочей дребеденью. На его ногах были черные башмаки, которые Анри не замедлил сравнить с армейскими. Весь этот наряд венчали средней широты тёмно зелёные штаны, заправленные в обувь, и такой же головной убор, похожий на кепку хиппи, только с балабоном и нелепо торчащим красным, немного обдёрганным пером. Наверное, после этого описания вы поймёте, почему у ребят началась истерика. Самая настоящая истерика от смеха. Первым начал посмеиваться Винар, затем он что-то шепнул Анри, и тот разразился самым настоящим хохотом. Аслан и девчонки тоже смеялись, но не с незнакомца, а со своих друзей.

Смеялись они недолго. Вы только себе представьте сцену, при которой пять человек смеются, а другие два тупо смотрят на веселье, даже без признаков недоумения, как бы оценивая, чего ребята обкурились. Но так могли подумать в их мире, а здесь два взрослых человека просто ждали окончания истерики у детей. Постепенно понимая, что все пятеро сейчас выглядят ещё глупее, чем незнакомец, ребята один за другим переставали смеяться.

-- Ну, раз вы закончили, - произнёс незнакомец. Нужно сказать, что он обладал прекрасным самообладанием, - давайте познакомимся. Меня зовут Паркуллалис, - он выдержал паузу. - Я Магистр Чародейских наук в Сикионе, или как её ещё называют Школе Искусств, - он опять сделал паузу, но уже для того, чтобы представились новоприбывшие. Ребята по очереди назвали свои имена и поклонились, как того требовали приличия здешней культуры. Девушки стояли, опустив глаза к земле, так полагалось, парни же смотрели прямо и открыто, как и должны смотреть будущие Маги. - Хорошо, - продолжил знакомство Паркуллалис. - Вас привёл Луллий - бывший главный целитель Леванаха, ныне находящийся в изгнании за применение Чёрных дел. Правительница запретила иметь с ним любые связи. Все они будут расценены, как умышленное применение Чёрной Магии, и будут караться через казнь на главной площади перед всеми жителями Лунного города. - Паркуллалис продолжал говорить, а плечи Луллия постепенно опускались вниз, хотя за маской его лица ничего нельзя было разобрать. - Но, поскольку каждый Маг здешних земель и земель Иношорстных (так называли в Леванахе людей другой веры) имеет право привести к ученичеству двоих своих продолжателей для обучения и посвящения в таинства, вы можете остаться, - ребята переглянулись, ожидая продолжения, Луллий оставался стоять с каменным лицом. - Однако, - Паркуллалис вновь выдержал паузу, - я смотрю, что вас пятеро. Это не по правилам. И мы не можем взять такое количество для обучения, - похоже было на то, что он собирается уходить.

-- Я требую, собрать совет Сикионы, - тихо, но твёрдо произнёс Луллий.

-- Это невозможно, совет уже не собирался около двухсот лет, и я не вижу веских причин для этого, - так же основательно произнёс Паркуллалис. - Казалось, от напряжённых взглядов двух людей дрожат стены.

-- Однако вам придётся это сделать, - жёстко произнёс Луллий, - а для пущей убедительности, что это не делается даром, можете считать мою Карту памяти, - они опять впились в друг друга взглядами.

-- Что ты хочешь, Луллий? Чего ты добиваешься? - вдруг устало произнёс Паркуллалис. - Ты же знаешь, что это против правил. И к тому же ты навсегда лишишься возможности в будущем иметь учеников. Оставь здесь двоих. На следующий год от другого мага можешь привести ещё троих учеников. На этом и разойдёмся. Всё равно Совет не решит вопрос в твою пользу, - ребятам казалось, что он даже уговаривает Луллия, но тот упрямо продолжал ждать развязки. - Кроме этого, ты знаешь, что девушек у нас обучают с большой неохотой. Даже таких красивых. Их лучше отдать на обучение во Дворец Мудрости Ленорманн. Там для них самое подходящее место.

-- И всё же вам придётся взять их. Это не простые девушки. Иных могут заставить вспомнить и обучить только здесь. Им не место у Ленорманн, - это, по-видимому, был козырь Луллия, так как Паркуллалис просто дар речи потерял после таких слов. Надо сказать, это очень понравилось ребятам.

-- Не может этого быть. Это фарс?! - переспросил срывающимся голосом Магистр.

-- Ничуть, - спокойно ответил Луллий. - Поэтому я и разрешаю считать тебе мою Карту памяти. Сделай это.

-- Хорошо. Но ты же знаешь, что это опасно.

-- Ребята, - повернулся Луллий к друзьям, - не пугайтесь, это немного странная процедура. Мне может быть плохо. Если я смогу убедить господина Паркуллалиса, дальше он расскажет, что вам нужно будет делать. Я только попрошу вас во всём его слушаться. Теперь всё зависит от вас.

-- Может не надо? - спросила Мира, получилось немного жалобно.

-- Надо. Это действительно необходимо. Думаю, что больше мы с вами не увидимся, но мои мысли и надежда будут с вами. Не забывайте про то, что я вам сказал на кануне. Прощайте. Я готов, - обратился он к Магистру.

Тот просто коротко кивнул, процедив сквозь зубы что-то на подобие: "Надеюсь, вы знаете, что делаете", и начал процедуру считывания Карты памяти. Это выглядело примерно так...

Луллий привёл свои мысли в порядок. А Паркуллалис заставил открыть его все воспоминания в хронологической последовательности. Он вместе с Луллием переживал события его жизни. Два Мага стояли друг напротив друга, глядя в глаза. Казалось, что воздух вокруг них трещит. Очень скоро Луллию стало плохо, пот катился градом, глаза были расширены, руки начали невольно подёргиваться. Паркуллалису, впрочем, было не лучше, хотя он и держался поувереннее. Через какой-то отрезок времени, оба Мага напоминали две мочалки, оба взмокли, вены вздулись. Ещё через минут пять перед ребятами всё ещё стояли две мочалки, но уже изрядно выжатые. И, наконец, ещё через какое-то время, Паркуллалис оторвал свой взгляд от Луллия и тот тяжело вздохнул. "Вот и обошлось", - с облечением подумала Мила. Но в ту же самую минуту, Луллий со стоном начал оседать на землю. Ребята, впрочем, успели его подхватить до того, как он упал.

-- Положите его на лавку. О нём позаботятся. Через три часа я созову Совет Сикионы. А пока пройдите за мной в свои комнаты. Ребята переглянулись и, ещё немного обескуражено оглядываясь, побрели вслед за Магистром.

***************************************

-- Значит, они требуют собрать Совет?!

-- Да. Луллий позволил Паркуллалису считать его карту памяти.

-- Вот как? И как он сейчас?

-- Пока без сознания. Думаю, это надолго. Он слишком долго был открытым. Жаль, что на месте Паркуллалиса не оказался я.

-- Ты бы воспользовался этим при детях?

-- Они ничего не смыслят. Они даже ничего не почувствовали при приближении к Сикионе. Что бы про них не говорили, они абсолютно беспомощны. Они никому не смогут помешать. Но мы можем помешать им обучаться, убрать, в конце концов.

-- Нет. Это может вызвать подозрения. Будем надеяться, что ты прав. Но в любом случае за ними надо следить... Их появление весьма странно. А насчёт Луллия, я в нём ошибался. Впрочем, всё это я знал с самого начала. Но он не сможет нам помешать. Он слаб. А ещё слабее у него вера в собственные силы. А что в городе?

-- Порядки нарушены. Чаша наполняется с каждым днём. Беспорядки, плохие сны, страх, пропажи. Думаю, очень скоро родители не будут выпускать детей на улицы. Они стали слишком толстокожи, через чур слепы. Они не видят того, чего не хотят видеть. Конечно. Две-три пропажи детей, пару безумцев, небольшое возрастание болезней никого сейчас не волнуют. Каждый радуется, что это случилось не с ним и близкими.

-- Ничего. Скоро. Очень скоро они поймут, что это лишь начало. Но я думаю, что всё это осуществляется слишком медленно. Конечно жертвы, безумства, энергия людей, голод, страх - это просто отлично, но необходим настоящий заряд Силы. А это возможно только в одном случае...

-- ВОЙНА! - закончили оба одновременно.

-- Ты абсолютно прав. Нам нужна война. И чем скорее она начнётся, тем больше Сил нам придаст. Лишь Силой мы сможем вызволить Его. Пора готовить почву. Найди и подбери лучших. Нам нужна не армия. Нам нужен легион! Всё, что может летать, ползать, жалить, кусаться, наводить страх и ужас. Пусть за дело возьмутся лучшие из лучших. Докладывать обо всём. И следи за детьми. Всё может измениться.

-- Да, мой Господин. Да пребудет с нами Хаос!

-- Он с тобой, сын мой. Ступай.

ГЛАВА

Совет проходил в той же библиотеке. Ребят привели и посадили за отдалённый стол. Их предупредили сразу, что им вмешиваться нельзя, иначе решение будет не в их пользу. Главный Магистр был полным человеком среднего возраста, он сидел посередине и напускал на себя степенность. Но Аслан подумал почему-то, что эта фальшивка только для вида. Кроме него здесь присутствовали ещё несколько человек, точнее пятнадцать. Все они были одинаково одеты. Некоторые смотрели на ребят с интересом, некоторые равнодушно. Ещё пару человек смотрели на ребят, как бы прикидывая шансы, но абсолютно все одинаково смотрели на девушек с оценивающим удивлением, женщины даже с некоторой завистью. В стенах Сикионы Паранджу пришлось снять. Заседание началось.

-- Это против правил Паркуллалис, вы же знаете. Мы не можем обучать пятерых от одного. Порядки установлены не нами, и нарушать их тоже не нам.

-- Но у Луллия действительно веские причины, - Главный Магистр недовольно поморщился при этом имени. - Он дал мне считать его карту памяти.

-- ?!? - по залу пронеслись удивлённые возгласы.

-- Вот как? И что же? Это всего лишь его мысли, воспоминания, наблюдения, наконец, но никак не факты.

-- Но это очень серьёзно, - произнесла седая пожилая дама. - Какие доводы он привёл в пользу детей?

-- Он сказал, что это Иные.

-- ЧТО?! - вот теперь были удивлены абсолютно все. Мира даже позлорадствовала про себя, о чём не замедлила шепнуть Миле, которая была очень обеспокоена происходящим.

-- Я повторяю: он сказал, что это Иные.

-- Этого не может быть.

-- Почему?

Высказывания и возгласы раздавались направо и налево. Ребята с недоумением переглянулись. Анри шепнул Аслану, что это не Маги, а бабы базарные. Остальные только усмехнулись.

-- На вашем месте, ребята, я попридержал бы язычок. Сейчас решается ваша судьба, - с раздражением сделал им замечание Главный Магистр.

-- А не надо решать за нас. Как-нибудь сами разберёмся. Сначала нас спросить нужно, хотим ли мы у вас чему-нибудь научиться.

-- Не хамите! - одёрнул ребят Паркуллалис от создававшегося положения. - Вы не правы, - ребята, насупившись, промолчали, но послушались.

-- Вот что, - проговорил ещё один заседавший, - мы можем тянуть Тройной Жребий.

-- Но этого уже не было очень давно!

-- Значит, пора вспоминать старые традиции, - жёстко ответил Паркуллалис. - Иного, - при этом слове все невольно вздрогнули, - пути я не вижу. Слишком жёсткие аргументы были приведены, хотя я и сомневаюсь, что время пришло.

-- Быть по сему, - поставил точку Главный Магистр.

Люди начали расходиться. Паркуллалис подошёл к ребятам, предложив вернуться им в апартаменты. Он пообещал позже объяснить происходящее.

Ребята с удивлением и недовольством ушли.

ГЛАВА

Круг начало всему, знак Вечности. Треугольник в квадрате - символ соединения божественного и человеческого, небесного и земного, духовного и телесного. Всё вместе - Путь. Паркуллалис принялся объяснять ребятам, в чём заключается Тройной жребий. Оказалось, что первая его часть пройдёт без присутствия друзей. Магистры будут голосовать, взвешивать все "за" и "против": оставлять их учиться, или нет. Свой голос он уже отдал. Если большинство согласится учить ребят, можно будет перейти ко второму этапу Тройного жребия. Если нет - им придётся уйти.

Второй этап будет состоять из жребия, брошенного судьбой. Так он назывался. Каждому из пяти друзей будет предоставлено одинаковое количество полусфер двух цветов - белого и чёрного. Белых полусфер будет мало. Они будут воздушны. Их нужно будет бросить на землю. Воздух будет тянуть сферы вверх. Если хотя бы одна из белых сфер (но не чёрных!) останется на земле, второй этап можно считать пройденным. Если нет - им придётся покинуть Сикиону.

Паркуллалис рассказывал сухие факты, как будто игровой автомат сообщал условия игры. Он не ободрял ребят, не старался им что-то подсказать, но и не высказывал неприязни, не давал отчаяться раньше времени. Оглядев всех ещё раз, умудряясь каким-то чудом не смотреть прямо в глаза, а как бы скользить взглядом, Паркуллалис принялся рассказывать дальше.

Если будут пройдены первые два этапа, можно будет приступить к обучению. Но! Обучение будет проходить под третьим этапом. На каждого из ребят будет возложено испытание. Точнее заклинание. При сообщении этого факта ребята переглянулись. Тот, кто выдержит личную борьбу с собой, а, возможно, даже сумеет преодолеть заклинание (хотя таких случаев не было ни разу) - получат степень посвящения, чин, возможно, им даже позволят остаться здесь, чтобы обучать других.

Далее Паркуллалис перешёл к этапам обучения. Оказалось, что здесь обучение проходит приблизительно таким же образом, как и в обычной школе. Только с некоторыми нюансами. При прохождении какого-то предмета, если преподаватель не имеет сомнений в компетентности ученика, можно перейти к углублённому изучению другого. Наряду с обыкновенными предметами здесь преподавали магию. Магистр сразу предупредил, что всем видам магии здесь обучают не каждого, а точнее, вообще никого не обучают. Короче, ребята поняли, что здесь готовят узкопрофильно, но углублённо.

Затем Мира всё-таки решилась спросить, почему испытание Тройного жребия давно не использовалось. Когда она задала свой вопрос, казалось, что Паркуллалис совершенно сбит с толку, или просто не знает, что сказать. Но Магистр, немного помолчав, всё же решился открыть детям правду.

-- Испытание Тройного Жребия не просто давно не проводилось, - он помолчал, как бы собираясь с мыслями. - Его проводили всего дважды.

-- Что? - теперь была очередь ребят удивляться. Они переглянулись. - Почему?

-- Потому что... Потому что, его никто не прошёл до конца. Было много жертв. Это испытание, точнее его схема, оставлена нам предками, вместе с древними преданиями и манускриптами. Это единственный подарок судьбы, оставленный для Великих людей, которых у нас предпочитают называть Иными.

-- Но кто же они? Эти Иные?

-- Позвольте, - не удивился, скорее уточнил Паркуллалис, хитро прищурившись. - Это ведь вы выдаёте их за себя. Почему же вы задаёте этот вопрос мне?

-- Потому что мы ничего об этом не знаем, и никого за себя не выдаём, - немного раздражённо парировал Анри. - Насколько мне известно, никто из нас особым даром не обладает. И это не мы решили. Похоже, здесь все привыкли брать чужие решения на себя.

-- Значит, вы только дали нам видимость шанса? - тихо переспросила Мира. - Если ещё никто не проходил испытание, значит, мы не будем здесь учиться?

-- Кто знает. Может вы и есть те самые маги, о которых идёт речь в древних писаниях. Если это так - вы пройдёте все три этапа и узнаете о своей судьбе. Если нет - вам придётся уйти. Через час всем вам необходимо спуститься в Большой зал для чтения решения. Я за вами приду.

Сказав это, Паркуллалис ушёл, оставив ребят задаваться вопросами.

-- По-моему, это большое свинство, давать нам иллюзию испытания. Если его ещё никто не проходил, - сказала Мира.

-- Его ещё никто не проходил до конца, - уточнил Аслан.

-- Глупо всё это, - Мира закрыла лицо руками. - Мы попали сюда. Нам объявили, что мы что-то наподобие местных святых, теперь нас отправили в школу учиться. Да ещё и дают испытание, которое ещё никто не проходил. Что же будет дальше?

-- Перестань, - улыбнулся Винар, - если никто его ещё не проходил, значит, мы пройдём.

-- Ага. Мне бы твою уверенность, - раздражённо ответил Анри. - Прямо, взяли и прошли.

-- Представляю, как бы они удивились, - задумчиво проговорил Аслан.

-- А мне, например, хочется всё пройти, чтобы доказать этим дуракам, что они не на тех напали, - воинственно проговорил Винар.

-- П...! - "ласково" ответил ему Анри. - Пройдёшь, как же. Не п...!

-- Анри, солнышко, не злись. Я знаю, что сама вас сюда затащила. Это я виновата, не кричи.

-- Не начинай. Ты не виновата, - мягко вмешалась Мила.

Затевался маленький скандал. Но это не из-за злости, не из-за жестокости или себялюбия. Это всё от безысходности. Когда стоишь на краю пропасти, и не знаешь, что делать: вперёд пойти - себя убить, а назад пути вообще нет. Причём за тебя уже всё решили. Только вот непонятно: зачем, и кто ты в этой игре. А главное, каков будет результат. Мира понимала разозлённого Анри, понимала молчаливую Милу, понимала Аслана и Винара. Но вот одного человека она понять не могла, и всё тут. И этим человеком была она сама...

Зачем желала? Зачем хотела? Зачем впутала всех в это? А главное, что делать?

Впрочем, этим вопросом задавалась не одна она. Над этим думали все. Абсолютно все люди во всех веках и на всех планетах, во всех межреальностных слоях. Всегда и везде. От того самого момента, как им было дано право решать. Это вечный груз и вечная радость...

*****************************

Ребята стояли в Большом зале. Он был не огромен, но сконструирован так, что светлые стены, сливаясь с потолком, создавали видимость увеличенного масштаба комнаты. И комната эта была размером с маленький спортивный зал. Это может показаться большой площадью, но по сравнению со всей Сикионой, это ничтожно мало. Чувство напыщенности тут создавал дизайн, хотя это слово и не вписывалось в старомодную обстановку. Стены и мебель были украшены позолотой, бархатом, деревом. Наверное, именно это придавало всему замку некоторую отрешённость, тяжёлый эффект.

Посередине Большого Зала стояла группка людей. Ребята вместе с Паркуллалисом подошли ближе. Как только они приблизились на достаточное расстояние, Паркуллалис сделал им знак остановиться, а сам стал на стороне Магистров. Все они, как один, были одеты в одинаковые одежды - мантии сиреневого цвета с повязанными вокруг шеи шарфами. Все они, как один, были строги. Ребята, вдруг, почувствовали себя, как на экзамене.

-- Винар, Аслан, Мила, Анри и Мира, вам дозволено остаться, чтобы пройти все этапы испытания. Большинство Магистров проголосовало за то, чтобы дать вам шанс.

-- Благодарим Магистров за щедрое решение, - спокойно ответил Аслан положенной фразой, хотя Мира и не смогла сдержаться от ухмылки.

-- Сейчас вы можете пройти во двор для второго этапа Тройного Жребия.

Все присутствующие направились в сад. Вот он был воистину великолепен! Красивые большие цветы прямо наливали ароматом окружающее их пространство. Отовсюду пели птицы, создавая видимость уюта. Небо было изумительно нежно голубым, как будто и не было душного и хмурого утра. Веял свежий ветерок. Это совсем не вписывалось в картину испытания, которое должны были пройти ребята. Но это было.

Все Магистры выстроились полукругом. Чуть дальше, примерно напротив центра, стояли друзья, немного нервничая, как перед экзаменаторами. А нервничать было из-за чего...

Перед ребятами положили что-то отдалённо напоминавшее корзину без ручки, но с крышкой, из туго переплетённых железных прутьев. Корзин было пять. В середине каждой были небольшие матовые шарики. Издалека невозможно было понять, из чего они сделаны. Зато было определённо видно, какого они цвета. Это немного подвергнуло в смятение ребят.

-- Да здесь же нет белых! - воскликнула Мила.

-- Ошибаетесь, - мягко сказал маленький сухощавый старичок с бородкой, - там пятьдесят чёрных шариков, и ещё два белых.

-- Но два из пятидесяти, это очень мало, - изумившись, проговорила Мира.

-- Но это шанс. Поэтому не теряйте время, - жёстко проговорил Главный Магистр. - Можете выкидывать одновременно, или по очереди.

Ребята переглянулись и взяли корзины в руки.

"Ну, вот, скоро всё закончится", - подумала Мира. Шансов на то, что шарики, накачанные воздухом, не полетят, были сведены к нулю. А тем более, что два белых шарика, два из пятидесяти, останутся на земле. Друзья одновременно перевернули, положили и открыли корзины и, посмотрев друг на друга, подняли их над землей. Шарики, медленно, не торопясь, один за другим поднимались вверх...

Да. Они поднимались, чёрные матовые маленькие полусферы, но белые... Белые полусферы лежали на земле! Как будто их приклеили. Во всю дул ветер, но шарики даже не шелохнулись. Оба шарика у всех пятерых лежали прижатые неведомой силой к земле. Все десять. Все белые! Все белые шары лежали на земле, как это и предполагалось в случае прохождения этапа. Ребята стояли, буквально открыв рот, впрочем, стояли так и Магистры. Такое возможно?

-- Этого не может быть!

-- Но это так. Думаю, второе испытание пройдено?! - справившись с удивлением, немного с издёвкой проговорил Паркуллалис Главному Магистру.

-- Да, - вынужденно, всё ещё с изумлением ответил тот. - Вы приняты на обучение. Все пятеро. И можете приступать. Но можете и отказаться, - немного ожил он. - Были случаи прохождения второго этапа. Но ещё никто не проходил третьего. У вас есть время до сегодняшнего вечера, затем Паркуллалис придёт за ответом. Да будет так.

************************************

Постепенно все разошлись. Паркуллалис неожиданно разрешил друзьям погулять по саду, осмотреть здешние места. Ребята никак не могли понять: рад он тому, что они прошли испытание, или просто удивлён, или... существует третий вариант. Побродив вокруг, ребята уселись прямо на траву на зелёной лужайке. Странно была построена Сикиона. Четыре башни были соединены между собой стенами, комнатами, но это была лишь коробка, хоть и огромная. Потому что в середине замка было открытое поле, свежий воздух, лужайка, поле для тренировок, сад и даже фонтан. Удивительная планировка.

Они сидели и молчали, тупо уставившись, кто куда. Через чур всё это казалось подозрительным, подстроенным, тщательно спланированным.

-- Анри, - Мира позвала друга, - вот ты умеешь просчитывать, планировать. Скажи, это возможно? Одно за другим. Сначала нас приютили, затем проверка Хозяйки, потом эта школа, испытание. Разве может быть столько случайностей? - Мира была просто обескуражена происходящим. С одной стороны, так везти не могло. В случайности она верила, в судьбу свыше тоже. Но не так часто, не с ними, наконец! Во-вторых, если это всё подстроено (хоть и маловероятно, но возможно), то с какой целью? Ну не укладывалось у неё в голове, что они часть какого-то, пусть и древнего, пророчества. Обо всём этом она сообщила притихшим ребятам.

-- Не знаю, Мира, не знаю. Раньше это бы показалось невероятным. Сейчас...

-- Сейчас мы можем только предполагать, - задумчиво произнёс Аслан.

-- Но что же нам делать? - тихо задала за всех вслух вопрос Мила.

Все сразу поникли. Можно было угадывать, строить планы, думать, но на этот вопрос ответа не было ни у кого.

-- Наверное, сейчас самым лучшим вариантом будет принять условия третьего этапа, - просто сказал Винар. - В конце концов, пока нам везёт, надо этим пользоваться.

-- Винар, не может нам всё время везти, - резко ответил Анри.

-- Но пока он прав. Если удача от нас отвернётся, будем искать выход, хотя и не хотелось бы совать голову в петлю, - со вздохом, практически решил за друзей Аслан.

-- Да. Я тоже так думаю. А ещё, по-моему, не все нам здесь рады, так что надо быть поосторожнее, - согласилась Мира. Хотя, наверное, её никто и не спрашивал. Здесь всё за всех решали мужчины. Решали всегда, везде, хоть иногда и неправильно. Но кто же застрахован от ошибок? - Ладно. А в чём состоит третий этап? Его ведь никто не проходил.

-- Третий этап будет состоять из обучения под испытанием, - раздался уже привычный и знакомый голос Паркуллалиса. Когда он пришёл, никто не заметил, поэтому многие из этой пятёрки сейчас думали, подслушивал он, или оказался здесь случайно. Но Магистр не стал отвечать на очевидные для него вопросы друзей, а решил просто объяснить им суть третьего этапа. - Понимаете, любой Маг, я имею в виду Мага высокой категории, должен обладать недюжинным самообладанием. (Мира вдруг подумала, что хорошо здесь дрессируют, если Паркуллалис так хорошо владеет собой). Кроме того, вы, пройдя третье испытание, претендуете на обучение Магов вне классификации, - увидев в глазах ребят вопросы, поспешил пояснить, - о них вы узнаете из обучения.

-- А почему вы вдруг решили, что мы его пройдём, - немного перебил его Винар.

-- Не знаю. Я достаточно сильный Маг. А вы всего лишь обыкновенные, - после этого слова Мира почему-то спокойно подумала, что с выводами он явно поспешил, - дети. Но, кажется мне, что наши шансы в скором времени уравняются.

-- А почему мы должны проходить это испытание? Ведь, кажется, его проходят не все ученики Сикионы? И, кстати, за всё время мы не видели ни одного.

-- Давайте по порядку. Во первых, вы проходите Тройной Жребий по нескольким причинам: вас пятеро, а мы не берём на обучение такое количество от одного Мага; ещё потому что ваше обучение здесь аргументировали, как обучение Иных. Обычно ученики набираются от Магов только Высших квалификаций, а таких не много. Поверьте. Причём, большая часть не решается брать учеников по той простой причине, что подготовка требует большого вклада сил и души. А этим делится не каждый. Так что учеников здесь не много. Скорее всего, вы даже ни с кем не сможете поговорить, ведь Сикиона большая.

-- Сикиона большая, или нам просто не дадут поговорить? - прямо спросил Анри.

-- Ладно. Давайте на чистоту. Любые контакты между учениками Сикионы пресекаются.

-- Что это значит? Что мы не сможем общаться? Видеться? И как нам интересно запретят? - немного возмутилась Мира.

-- Это часть вашего испытания, - также спокойно продолжил Паркуллалис, - через это проходят все. Так лучше усваивается материал. К тому же, вам не запретят, вам ограничат действия. Но это лишь общая часть испытания. Кроме этого всего, у каждого из вас будут персональные испытания. Только вот, - он немного помедлил, - их действительно ещё никто не проходил. Каждое испытание направлено на обыкновенные слабые места, под средством усиления магии, они превращаются в очень, очень грозное оружие. Ещё никто и никогда не проходил Тройной Жребий полностью, это могут сделать... Впрочем, неважно. Не все. Было много ненужных смертей, это испытание отменили. Большего я вам сказать не могу. Я это сделал для того, чтобы вы решили для себя: надо ли вам это. Пройдя первые два этапа, вы сможете обучаться в любой школе Магии в этой стране. Так что подумайте над этим. До вечера. - Магистр поднялся с земли.

-- Но... - начала было Мира. Спрашивать было не у кого, Магистр, не оборачиваясь, большими шагами направлялся к одной из башен. - Зачем он нам это сказал?

-- Хотел предостеречь, наверное. Или помешать, - предположил Винар.

-- Не нравится мне всё это, ох, не нравится, - волновался Анри, - что-то здесь не так.

Что здесь что-то не так Аслан чувствовал. Он абсолютно не верил в добродетельность Паркуллалиса. Но фактов у него не было. Нет фактов, аргументов - не суйся. Вот он и думал, этого уж у него никто не отнимет.

-- Послушайте. Я не поняла, что нам вообще видеться не дадут? - с недоумением и немножко со страхом проговорила Мила, глядя на брата и друзей.

-- Похоже, что так. Но ты не волнуйся, малая, - ласково проговорил Винар. - Всё равно увидимся. Так, или иначе.

-- Но, может, нам лучше не ходить туда? Я не знаю, как это там... без вас, - оторопело продолжала Мила.

-- Не бойся, - попыталась успокоить её Мира. - Похоже, что это будет сложно. Но я чувствую, что нам необходимо здесь обучаться. Похоже, всё было решено ранее. Нам только нужно придерживаться этого варианта. И к тому же, мы всё равно будем рядом. Анри, поразмышляй вслух об учебе, и без неё, - не то попросила, не то приказала Мира.

-- Первый вариант - без учёбы здесь, - начал Анри. - Здешних мест не знаем. Работы тоже. Что делать дальше - не известно. Зато вместе, и без этой... магии, - он как будто выплюнул это слово. - Второй вариант - здесь. Рядом, но без возможности общаться. Изучать здешнюю жизнь и... магию. Быть под присмотром, обучаться, наконец, выполнить просьбу Астарота и Луллия, - ребята с сожалением подумали, что неплохо бы поговорить, посоветоваться с ними. Но их нет, - и непонятное нам предназначение. Но под постоянными испытаниями.

-- Ребята, - проговорила Мира. - Нам никак нельзя разделяться. Сейчас мы должны решить: оставаться, или уходить. Одно могу сказать: мы должны прийти к этому вместе. Уйти, или остаться. Можно проголосовать. В любом случае, последствия будут. Только попрошу всех не упрекать в них друг друга. Давайте как в старом фильме - один за всех, и все за одного!

-- Остаться, - твёрдо проговорил Винар.

-- Остаться! - сказала Мира.

-- Я не знаю, - сомневалась Мила, поглядывая на брата. Тот почувствовал взгляд.

-- Сама решай. Хотя... Мы тоже остаёмся. Попробуем. В любом случае, мы сможем уйти, я думаю.

-- Ну что же. Я со всеми, хотя мне это и не нравится, - закончил голосование Анри.

Вот так они сидели на траве. День скоро подойдёт к концу. Скоро их позовут. Очень скоро им придётся расстаться.

Сложно это, наверное, быть рядом и не иметь права говорить. Быть рядом и не обнять старого друга. Быть рядом, и не знать, что с друзьями. А есть ли другие варианты? Остаться, или уйти? Правильно ли они делают?

Наверное, с такими вопросами сталкивается каждый человек в своей жизни. Вот только от решения зависит его будущее и жизнь, а если не только одна его жизнь? Что тогда? Как быть?

Вопросов и мыслей было много. А решений не знал никто, или почти никто.

ГЛАВА

"Когда пришлось тебе тяжко, не льсти себе, что другим легче. Всем на свете тяжело. Вот если б ты облегчил жизнь кому-то, пусть полегчает на сердце и у тебя".

Мира сидела в своей комнате, тупо уставившись в пол. Высокие потолки, грубые каменные стены. Она с грустью вспомнила свою однокомнатную "каморку" дома, и посмотрела вокруг. Посередине небольшой комнаты стояла кровать. Одно большущее окно. Зеркало, или скорее древнее, грубоватой работы трюмо. Ковры на стенах и полу. На потолке - ничего. Единственным светом здесь служили свечи. Большие, толстые, восковые. Мира любила свечи. Но всё сейчас выглядело жутко. Ей было одиноко и страшно. Мира закрыла глаза и попыталась успокоиться. После того, как они проголосовали остаться здесь, она долго думала, - правильно ли они решили? Только вот к выводу она прийти не могла. Не могла и всё тут. Слишком много неясного.

Сейчас за ней придут, чтобы рассказать про испытание. Так уж вышло, что ей предстояло право выбора первой. Она волновалась. Незнакомые люди, неизвестное место, неопределенное будущее. Она вяло посмотрела по сторонам. Что делать?

Но делать ничего не пришлось. Очень скоро в двери постучали. Всё-таки правила хорошего тона здесь были, и это радовало. Стук! Стук! Сердце без команды начало колотиться.

-- Войдите, - сказала Мира. Получилось твёрдо, слишком твёрдо. Если бы кто-то из пришедших её знал, может, и понял бы, что волнуется она. А так, получалось со стороны, что не за ней пришли, а она их ждала. Стук! Сердце стучало глухо, но сильно. Стук!

"Ничего, Мира. Ничего". Стук! "Держись. Всё будет хорошо". Стук!

-- Прошу пройти с нами для последней части испытания. Вы готовы?

-- Готова, - спокойно произнесла Мира. Стук!

И они пошли по тёмному коридору. Мира волновалась. Очень. Сердце уже двадцатый раз выбивало чечёточную дробь. А потом, похоже, вообще решило уволиться и уйти в другое место. Именно там оно сейчас и пребывало - в пятках. Она и два её провожатых в длинных мантиях сейчас шли по коридору, который, по мнению Миры, был слишком длинным. Сердце глухо и упрямо стучало в области пяток.

Когда Мира и два её провожатых, которых она из-за волнения не рассмотрела, тем более что они шли позади неё, наконец, пришли, девушка увидала небольшое количество людей.

Итак, она стояла посреди небольшой комнатушки. Свет был немного ярче, чем в её собственной комнате из-за старых лампад, которых Мира насчитала около шести. Напротив её стояло четыре человека. Среди них был уже известный ей Паркуллалис, а также Главный Магистр. Возле них стояла женщина средних лет: темноволосая, собранная. Кажется, она даже немного нервничает. От чего-то стало немного уютно, но страху не поубавилось: если уж она нервничает, что делать ей - обыкновенной девушке? Ребёнку по их словам. После таких размышлений, она, наконец, обратила внимание на четвёртого человека. Это был маленький, ниже неё примерно на голову, человечек. Тёмноволосый. С тёмной, коротко стриженой бородкой в простой холщовой рубахе, чёрном вышитом жилете, а также таких же холщовых штанах широкого покроя, заправленных в высокие, доходящие почти до колен, сапоги. Мира вдруг подумала, что наряды в этом мире весьма странные, даже смешные и немного нелепые. И пока она так смотрела на этих четверых, сзади раздался твёрдый голос.

-- Одна из учеников прибыла.

-- Спасибо, Гурий. Проходите, Мираэль. Значит, вы решились на последнее испытание, - произнёс Главный Магистр. - Давайте, для начала, я представлю вам наших Магистров. Я, как вы уже знаете, Главный Магистр, - он это произнёс, смакуя слово "Главный". - Меня зовут Ардалион.

Ну и имя. Ардалион, Астарот, Луллий...

-- ...Гурий - наш Магистр по боевой магии: вторая ступень. Это Калерия - маг Зелёного искусства, - он указал по очереди на одного провожатого Миры, а затем на строгую тёмноволосую женщину. - Позвольте вам также представить Вавилу - лучшего мага Тёмных искусств, высшая ступень, - он сказал это с таким почтением, что Тёмный маг то ли от удовольствия, то ли от чрезмерного подхалимства, поморщился. Ардалион продолжил, - Паркуллалиса вы уже знаете. Ну, а последний из нашей компании Наум, земные науки.

-- Мира, - посчитала нужным, то ли напомнить, то ли представиться девушка.

-- Мираэль. так гораздо лучше, - вкрадчиво, слишком мягко сказал Вавила. - Вы и ваши друзья, очень интересные люди. Вы уверены в том, что хотите пройти испытание?

-- Вавила, Ардалион, она же ребёнок! Она не выдержит этого, - просто предположила Калерия.

-- Выдержит. Не выдержит. Впрочем, никто не говорил, что будет легко. Я поясню вам суть испытания, и вы ещё будете иметь последнюю возможность отказаться, - он посмотрел как бы сквозь Миру. - На вас будет наложено заклинание Повиновения. Это означает, что всё, абсолютно всё, что захочется нам приказать - вы выполните. Если я скажу стоять, вы будете стоять, скажу - сидеть, будете сидеть. Скажу причинить боль кому-то из ваших друзей, причините, - он мерзко улыбнулся, увидев страх и растерянность Миры. - В этом состоянии вы будете находиться до тех пор, пока сами не сможете освободиться, или... или я вас не освобожу. А я этого делать не стану. Так что вы скажете?

И Мира вдруг поняла, почему третий жребий ещё никто не проходил. Поняла вопреки всему. Только вот выбора она не видела. В одно мгновение в душе всё опустело. Звучали только слова: "Скажу причинить боль кому-то из ваших друзей, причините". Пустота... Глухо так звучали, аж до боли глухо. Что же делать? Если действительно ей такое прикажут? Пустота. Растерянность. Она ведь сделает это, вопреки всему сделает? Но Луллий сказал, что обучить их могут только здесь. Пустота... Что делать? С друзьями бы посоветоваться, да поздно.

"Я попробую, - закричала одна сторона Миры внутри неё. - Я попробую, - эхом отозвалась вторая". Пустота...

-- Я согласна, - холодея в душе, вслух произнесла Мира.

-- Вы уверены? - казалось, все вокруг даже удивились. Мира продолжала молчать. - Тогда приступаем. - Все собрались вокруг. Стали немного тесным кружком. Взялись за руки и сосредоточились.

Воздух неожиданно задрожал. Мира стояла и смотрела в глаза Тёмному магу. Вавила улыбнулся одними глазами, и тихо зашептал странные слова.

-- Ирувим сэнтуртэ крилумус агнэ Раи. Луэнэ сураи компта кримонэз... Мира, суани кроно ламптэ, суаме крилумус...

"НЕТ! НЕЕЕТ!!! - Мира вдруг с ужасом поняла, что ещё неготова. - Я не хочу! Не стану. Нет".

-- Мира, суани кроно ламптэ! - "Нет!". - Мира, суани кроно ламптэ, суаме крилумус!

Мира безмолвно кричала. Её обе сути бились в истерике. Вы когда-нибудь были в чужой власти? Когда тело постепенно слушается не тебя (исконного хозяина), а чужого взгляда. Когда ты, словно сидишь внутри машины, безропотно, не оспаривая, выполняющей приказы. Но ты там всего лишь гость. Гость...

НЕТ. Больно было не физически - душевно. Как будто кто-то накинул на шею незримые нити. Говорят, свободные птицы в неволе умирают. Пустота... Говорят, свободные звери в неволе не живут. "Как больно!".

-- Мира, суани кроно ламптэ. "Не хочу!".

Тело Миры постепенно подчинялось. Но не ей. Постепенно силы таяли. Постепенно смирялась.

-- Мира, суани кроно ламптэ! - последний раз произнёс Вавила. И издеваясь, а делал он это с видимым удовольствием, заявил, - А теперь, Мираэль, вытяни перед собой руку, - и Мира вытянула. Сознание говорило: нет! Но тело выполняло приказ. - Хорошо, а теперь попрыгай, - Мира как во сне, злясь, и проклиная свою глупость, прыгала. - Очень хорошо, - потирая руки, заявил тёмный маг. - Думаю, дело завершено, - он провёл рукой перед лицом Миры. Она вздрогнула и с удивлением посмотрела на свои руки, повертела головой. - Ну что вы, дорогая, вы не всё время будете под действием заклинания. На учёбе оно не будет действовать, если кто-то из Магистров не решит прибегнуть к его услугам. Кстати, оно действует даже под действием мыслей. Только для этого нужно чуть больше усилий. А теперь, думаю, нашей подопечной нужно отдохнуть перед первым днём учёбы.

Мира поняла, что произошло, только тогда, когда осознала, что находится в комнате. Голова болела жутко. Мира легла на кровать, не переодеваясь, и мгновенно уснула.

******************************

Потянулись дни учёбы. Обычные дни. Дождливые и немного скучные, и наоборот, солнечные и интересные. Только была во всём этом какая-то изюминка. Что-то, что не улавливали ни новоприбывшие ученики, ни высоко сведущие Магистры. Ребята практически не виделись между собою. Всё это было частью испытаний, и абсолютно не разговаривали. Но и тут были свои заморочки...

Мира абсолютно ни с кем не общалась, по понятным причинам. Ей просто не давали. Как только она сталкивалась с кем-то из друзей, начиналось что-то совершенно необъяснимое. Вместо просьбы помочь, попыток пояснить своё поведение, даже злости - она мило улыбалась, присаживалась в глубоком реверансе (как она их возненавидела!) и вела себя совершенно глупо, лепеча что-то вроде: "Какая сегодня чудная погода". Сначала друзья думали, что за ними подслушивают, затем, что она просто шутит, и, наконец, совершенно сбитые с толку (они и раньше её поведение понимали с пятого на десятое, а уж теперь...), бросили все тщетные попытки понять происходящее.

Мила осматривалась по сторонам. Скоро начнутся испытания. Первой была Мира. Затем Анри, а потом будет её очередь. Было страшно и интересно одновременно. Но это всё потом. Ей совершенно не давали поговорить с братом, всячески запугивали, но учили. Нет, ей было интересно. Даже очень. Особенный интерес появился тогда, когда она смогла применить свои знания на практике. Впервые, методом проб и ошибок, но смогла. Сначала она плакала, затем злилась. Но потом совершенно успокоилась. Немного тревожила её Мира. Что ни говори, а понять её поведение подруга не могла. Но чувствовала здесь неладное.

"Ого, какая кровать!", - подумал Анри, впервые войдя в комнату. Интересно, что же это за испытания ждут его? Анри совершенно не мог разобраться в ситуации. Ему всё происходящее очень не нравилось. Через чур здесь всё было непонятно. Эти косые взгляды, магия. Глупо. Но раз выбрали - вперёд. Да. Он учил магию, боевые искусства, заклинания. Его дни проходили в изнурительных тренировках. Странно, но он, по праву считавший себя неплохим тактиком, не понимал происходящего! Он пытался поговорить с Асланом. Но пока ничего не получалось. Дело в том, что виделся он с Винаром и Асланом только на боевых учениях. Тогда, когда проходили тренировки на мечах, топорах, стрельбе из лука и тому подобного. Вы не поверите, но им не давали ни минуты отдыха! Конечно, скептик может заявить, что такое невозможно, что хотя бы одна минутка, да найдётся. Это так. Только... Только эта минутка появлялась в одном случае. Когда друзей уносили с поля без сознания. Их, абсолютно здоровых ребят гоняли здесь почище любой армии! Поэтому Анри просто ждал. Ждал и учил.

Ждал и Аслан. Терпеливо, даже с интересом занимался, и выжидал. Аслан думал. Просто лежал и думал... постоянно. Он знал, чувствовал, что пока всё будет тихо. Но это только пока. Скоро будет их очередь. Сначала была очередь Миры, после которой она начала себя как-то глупо вести, потом будет черёд Анри, а потом Милы. Он с силой сжал кулаки. Пускай они только попробуют причинить ей вред! Он помнил её испуганные глаза. Помнил, а сделать ничего не мог. Да и не надо было, пока. Под конец дня он устало закрывал глаза, оставшись наедине с собственными мыслями. Поначалу он очень злился и переживал за сестру, друзей. Потом немного успокоился. Да. Что ни говори, а терпения ему было не занимать. Он понял одну тривиальную вещь. Хочешь победить сильного врага? Научись его занятию лучше него самого. И он учил, старательно и бережно откладывая обретённые знания. Как первоклассник, которому всё внове и интересно.

А Винар... Винар относительно наслаждался. Исходя из своей человеческой натуры. Он был через чур расслаблен. Слишком беспечен. Но только до того момента, когда впервые столкнулся с Мирой. Столкнулся, задал пару вопросов и... совершенно обомлел. Обомлел от ответов, которые на них получил. Он видел перед собой красивую девушку, подругу, друга, знакомую. Да, это так. Но абсолютную пустышку! Такую себе куклу с огромными глазами. И это буквально через три дня после первого занятия. Винар встряхнул Миру. Он испугался. Спрашивал, что они с ней сделали. Но в ответ получал глупые и смущённые улыбочки. А потом он увидел Вавилу. Тёмный маг стоял и тоже улыбался. Только улыбка у него была совершенно другая... С некоторых пор он был его учителем. И вот с этого самого момента Винар понял, что кроме учителя он обрёл ещё и врага. Страшного и сильного. Винар не кричал, не ругался, не кидался с кулаками, чему удивился даже сам. Нет. Он только спросил, что сделали с Мирой, но получил слишком размытый ответ. С тех самых пор Винар прилежно учился...

Пожалуй, все удивились бы старательности ребят. У Милы вдруг обнаружилась тяга к чтению, Анри стал разбираться в магии, Винар и Аслан беспрерывно тренировались. Кроме того, Аслан как-то сразу перестал быть скептиком. Анри постоянно что-то делал, хотя раньше особой любовью к движению не отличался. А Винар учился, уходил вглубь философии и магии. Впрочем, Мира делала то же самое. Ей, лишённой общения с друзьями, лишённой свободы собственного тела, оставалось только ждать, читать и учиться.

*************************************

Стоял смутный денёк. Погода решила пошутить. Серое, скучное затянутое небо не предвещало ничего хорошего. Сегодня был последний урок по деловедению. Так здесь называли все смешанные науки с экономикой.

Магистры удивлялись ребятам. Учили и удивлялись. Казалось, что порой, эти юнцы были умнее их. Во всяком случае, в точных науках. А когда одного из преподавателей кто-то из ребят пристыдил за ошибку в предмете, на "детях" начали отрываться с помощью магии. Только и здесь Магистров ожидал большой сюрприз. Казалось, ребята всё схватывали на лету. Два раза объяснять не приходилось. Друзей учили с каким-то смешанным чувством гордости и опасения. Только вот одного не могли понять Маги-Магистры: почему ребята ещё так слабы? Почему они не могут применить свои знания на практике? Элементарные. Такие, которые мог применить любой деревенский мальчишка, нашим друзьям давались с огромнейшим трудом, да и то не всем. Этим вопросом задавались все, но волновался не каждый.

Анри услышал звук колокольчика. Смутный, звонкий, тонкий, предназначенный лишь одному человеку - ему. Он, не спеша, двинулся в библиотеку. Подходила концу неделя пребывания друзей в Сикионе. Сейчас Анри предстоял последний урок деловедения. Магистр Наум решил, что продолжать обучение бессмысленно. Более того, сам себе (не в слух, конечно) старый Маг признался, что Анри преуспел в этом деле куда лучше, чем он.

Анри сидел в пыльной маленькой комнатёнке и читал старинный фолиант об экономике Леванаха. Не того пышного города, который был сейчас, а давнего, старинного, ещё до Большой войны. Это была обыкновенная сводка исторических событий со странными названиями. Вникая в экономику, Анри всё больше узнавал про саму страну и её народ.

...Олигархия эвпатридов, т.е. аристократического господствующего меньшинства, продолжала править Леванахом на протяжении почти восьми столетий. При их правлении население было разделено на три политических разряда: хиппы, или всадники, которые владели конями, цежиты, которые владели упряжкой быков и могли обеспечить себя снаряжением, чтобы сражаться с вооружёнными, хеты - наёмные работники, которые сражались как лёгковооружённые пехотинцы. Гражданами считались только первые два класса, и только всадники могли служить архонтами, судьями или жрецами. По истечении срока архонты становились членами Совета, избиравшего правителей.

С экономической точки зрения, население также распадалось на три группы. Выше всех стояли эвпатриды, жившие в относительной роскоши в городах, пока рабы и наёмные рабочие возделывали их сельские поместья, а купцы приносили им прибыль с предоставленных им ссуд. Следующими по богатству были демиурги, или "работающие для народа", т.е. специалисты, ремесленники, торговцы и свободные неквалифицированные рабочие. Большинство рабочих было свободными; рабы всё ещё составляли меньшинство, даже в низших классах. Беднее всего были георги, буквально землевладельцы, мелкие крестьяне, сражающиеся со скупостью почвы и алчностью ростовщиков и феодальных помещиков, утешаемые лишь гордым сознанием владения клочком земли.

У некоторых из этих крестьян когда-то были обширные наделы; но их жёны оказались щедрее их земли, и из поколения в поколение эти участки дробились между сыновьями. Коллективное владение имуществом рода или патриархальной семьи стремительно уходило в прошлое. По мере того как наделы уменьшались, а сельская жизнь становилась всё менее обеспеченной, многие крестьяне продавали свои земли - несмотря на штрафы и лишение гражданских прав, которыми карались такие сделки, - и перебирались в меньшие города или деревушки, где становились торговцами, ремесленниками, чернорабочими. Другие, не способные справиться с обязанностями собственника, превращались в арендаторов, возделывающих поместья эвпатридов, - гектеморов, или "издольщиков", удерживающих часть продукции как свою заработную плату.

Заморская торговля и вытеснение бартера денежными операциями нанесли по крестьянину ещё один удар; так как конкуренция с привозным продовольствием сбивала цены на продукцию, тогда как цены на промышленные товары, которые приходилось покупать, определялись силами, находящимися вне контроля, и необъяснимым образом росли из десятилетия в десятилетие.

Неурожайный год разорил многих хозяев, а некоторых довёл до голодной смерти. Бедность сельского населения Леванаха возросла настолько, что войну приветствовали, как избавительницу: благодаря ней можно было захватить новые земли, и пришлось кормить меньше ртов. Эту войну назвали Большой войной...

Анри согласился со всеми высказываниями. Нет, определенно интересная штука - история. Он опять услышал звонок. Надо же, время пролетело так быстро. Сейчас ему предстоит ещё один урок - урок магии.

Его магии учила маленькая сухощавая старушонка, которая предпочитала себя называть госпожой Агнией. Насколько понял Анри, она была скорее теоретиком, чем практиком. Но знала весьма интересные фокусы. Именно так. Впечатляюще, но не достаточно сильно: чашку на столе подвинуть, свет зажечь движением руки, костёр...

Сводились все занятия объяснениями и чтением. Анри подумал, что здесь своеобразный вид самообучения, как у заочников в Вузах.

На этот раз Агния учила его словам огня. Только вот в слух произносить их запрещалось, поэтому Анри успешно талдычил их про себя. Выучив их, ученик приготовился слушать скрипучие нравоучения Агнии...

-- ... если способности к магии не врождённые, не переданные по наследству или пришедшие спонтанно в виде одарения, то для приобретения таких способностей обычному человеку нужно очень, очень много и систематически работать над собой, развивать свою волю, воображение, силу мыслей, силу эмоций, веру в высшие силы и себя, в свое предназначение как мага, - она хитро прищурилась. Анри вдруг озарило: "Так вот почему нас попускают! Они не верят в наши силы: учить - учат, но при этом каждый раз напоминают про незначительные успехи". Старушка тем временем продолжала, - многие ритуалы Тёмной и Светлой Магий похожи и отличаются только намерениями мага, - она подчеркнула эти слова, - делать добрые или недобрые поступки, а также временем выполнения ритуала. При растущей луне - созидательная магия, при убывающей - разрушающая, приносящая зло. Чёрных дел мастеров гораздо больше, чем Светлых, но последние сильнее... Способности к магии бывают врождёнными, приобретёнными в результате упорного труда, переданными от другого мага или полученными свыше. Все учения магии заключаются и сходятся в одном - энергии. Светлые маги лечат энергетику обычных людей, снимают испуги, наговоры, а она в свою очередь, лечит биологическую суть человека, - Анри подумал, что сейчас Агния заговорила, как профессор, - всё это проходит под средством заклинаний, молитв, ритуалов. Тебе это известно? - иногда она переспрашивала его, чтобы он лучше усваивал урок.

-- В принципе, да.

-- Тогда, по-твоему, для чего маги читают заклинания?

-- Ну, - Анри замялся, - наверное, чтобы позвать Высшие силы. Для того, чтобы получить силу...

-- Высшие силы?! Не смеши меня, мальчик, - она торжествующе, назидательно и печально одновременно продолжила. - Все молитвы, заклинания и ритуалы служат для самонастройки мага, позволяющей сконцентрировать свои мысли. Именно концентрация собственной мысли даёт выход биоэнергии, способной творить чудеса.

-- А почему тогда я не могу заставить летать чашку? Я хочу, чтобы она полетела! - последние слова он обратил к предмету.

-- Нет. Не хочешь. Точнее хочешь, но не веришь в собственные слова, - старушка покачала головой. - Думаю, твои способности, впрочем, как и твоих друзей, выразятся позже, в какой-то определенный момент. Возможно, в стрессовой ситуации. А пока придётся натаскивать вас в теории. Поверь. Она вам пригодится. На чём это я остановилась? Ах, да. Светлые маги, как и Темные, нуждаются в собственной подзарядке. Только вот её средством для них служат разные источники. Для Светлых это энергия солнца, неба, земли, растений, воды - части органического и неорганического мира. Тёмный маг тоже ней пользуется. Только большую часть он берёт как бы зло, чем приносит ущерб донору. От деревьев, воды, и тому подобного Тёмный маг подзаряжается редко. Это ему не приятно. Хотя он и может на них воздействовать. Впрочем, это софистика. Повторяю, вся разница состоит только в побуждении. Надеюсь, ты это усвоил. Никогда не становись на путь тьмы. Это погубит любого. - Не дожидаясь ответа Анри, Агния стремительно удалилась.

Анри пришёл в свою комнату абсолютно выжатый. После лекций Агнесы он занимался на площадке боевым искусствам. Его учитель Гурий - настоящий ас. Да и его оружие пришлось Анри по вкусу. Уже вечерело. Мышцы ныли. Но то, что он стоял на ногах, уже тешило самолюбие Анри. Раньше его приносили. Сейчас он тоже еле-еле шёл. Но шёл сам. А прошла только неделя... "Расту", - подумал Анри. Скоро ему придётся встретиться с Вавилой. Какой-то странный старичок. Скользкий тип. Не нравился он Анри, ох, не нравился. Однако объясняет доходчиво. Но встреча с ним предстоит только через три часа. А пока можно отдыхать. Он покосился на кровать. Действительно. Почему бы не воспользоваться моментом? Анри со смаком шлёпнулся на кровать. Вот это действительно хорошо! "Где это я?" - Анри огляделся. Лес не лес, но растительность точно была. Темно, в общем-то, было, как у негра в... Анри осмотрелся вокруг. Странное место - пески какие-то, маленькие кустики, только вот не жарко здесь, и не светло.

"Жутковато. Ладно, разведаем, что к чему". Неспешной походкой Анри пошёл вперёд. Попытался даже насвистывать, только звук где-то терялся, от этого было только страшнее.

-- Помогите! - услышал он чей-то голос.

-- СКОРЕЕ... - не то сказал, не то прошелестел другой.

"Кто это? - подумал Анри. - Не почудилось?". Но голос продолжал настойчиво звать. Причём с таким отчаянием! Анри бросился искать.

-- СКОРЕЕ. СПЕШИ... - услышал Анри сквозь крик ещё один голос.

"Да, бегу, бегу". Анри выбежал на поляну, и его взору предстала картина...

Анри остановился сразу, едва всё увидев и осознав. Стук! Он не просто остановился, он буквально врос в землю. Стук! Стук! Ноги его не слушались. Дыхание сбилось. Сердце паниковало. Стук! Стук! Никто, никогда, никому он бы не пожелал побывать в такой ситуации, столкнуться с тем, что пришлось увидеть ему. Никто ему не поверит, никто его не поймёт. Стук!

Он лицом к лицу встретился с собственным СТРАХОМ. Тот смотрел на него, а у Анри волосы вставали дыбом. Голос сзади кричал, звал на помощь. А СТРАХ смотрел Анри в глаза. Смотрел прямо и даже ухмылялся. Хотя этот оскал нельзя было назвать даже улыбкой. Анри ничего не мог с собой поделать. Сердце не ушло в пятки, нет. Но вот упрямо не хотело отходить от горла. Стук! Анри попытался отвести глаза, отойти, хотя бы пошевельнуться, но его СТРАХ парализовал. Там, позади него кричал человек. Он звал на помощь, просил. Стук! Кому-то сейчас было очень-очень плохо. Может, даже хуже чем самому Анри, но нужно было пройти через это чудовище. Анри не мог. Ему стало тяжело дышать - он приближался. Стук! Вдруг Анри сделал шаг назад, ещё и ещё. Стало немного легче. Значит, назад он может двигаться. Тем временем, СТРАХ приближался. Уверенно, но всё-таки очень медленно, как бы наслаждаясь бессилием жертвы. Чтобы помочь попавшему в беду, нужно было пройти сквозь него, а это означало покончить с собой. Стук! Потому что сознательно идти против него - самоубийство.

Анри был тактиком. А ещё ему очень не хотелось умирать. И вот чудовище сделало смертельный выпад, Анри обожгло болью. Голос больше не звал на помощь. Стук! А опасность не уходила. Кроме всего прочего стало нестерпимо больно. Всё тело ломило, жгло, крутило. Анри вдруг понял, что больше не может играть в героя. Потому что остаток игры пройдёт на другом свете. Кто-то бы его осудил, кто-то возненавидел. Но никто, почти никто не может сопротивляться силе собственного СТРАХА. Надежды на спасение не было. Анри побежал. Может трусливо, может разумно. Но это было сейчас самым приемлемым для него решением проблемы.

Как бы ты не храбрился, как бы не убеждал других в обратном, ты не сможешь сопротивляться силе собственного СТРАХА. Это удел Высших! Анри вскочил с кровати, словно ужаленый. Что это было? А было ли вообще?! Он услышал тихий звон колокольчика. Пора? Анри обескуражено, с колотящимся сердцем побрёл к Вавиле. Скорее механически. Всё-таки сон слишком сбил его с толку.

Вавила встретил его, злорадно потирая руки.

-- Что, струсил? - вкрадчиво спросил он.

-- В смысле? - недоверчиво переспросил Анри, решая, знает Вавила о происходящем, или нет.

-- Струсил, струсил. Вижу. Знаю. Что же... Работу любишь?

-- Смотря какую, - недоверчиво пробурчал Анри, решая для себя, к чему клонит этот старикан.

-- Прибыльную, какую ж ещё.

-- Ну, люблю, - ох, что-то здесь было не то...

-- Отлично. Протри-ка мне сапожки.

-- Что? Чего совсем сдурел? - Анри искренне с недоумением удивился.

-- Я, может, и сдурел, но это как раз работка для труса. Это не смертельно. Так что выполняй! - сказал он очень резко, сразу утратив свой насмешливо-вкрадчивый образ. Похоже, что в эти слова он вкладывал куда больше смысла. -

-- Я не.. - большего Анри сказать не успел, потому что колени подогнулись, и он упал на пол. Как раз перед сапогами Вавилы.

-- Ну, что же ты? - удивляясь и подталкивая того, переспросил Тёмный маг. - Такая работа - удел труса. Я понимаю тебя. Очень сложно устоять перед силой собственного СТРАХА. Так что это всё, что тебе остаётся. Ты ничтожество. Чисть же, чего застыл?!

-- Не буду!

-- Будешь. Трусам - свой удел. Хотя, чего это я? Можно придумать для тебя что-то более оригинальное. Как ты относишься к гадам? Хочешь попрыгать как лягушка? Да? Нет? Скачи, как жаба! Кринеоли суатмэ конруто! - и Анри стал прыгать. На корточках, подёргиваясь и... злясь. Злость эта была настолько сильной, что Анри вдруг прыгнул Вавиле на ногу. Это единственное, что он мог сделать. Вес у Анри был не маленький...

-- Ах, ты! - злобно сказал Вавила. - Стоять тебе здесь до утра. В воспитательных целях, - сказал он не то себе, не то просто размышляя вслух, - до рассвета. Авось образумишься. Элоим Саваон!

Анри так и замер, стоя на корточках, как будто его разбило параличом. Это было неприятно, больно. Уже через некоторое время его руки и ноги затекли, заныли. Он злился, но поделать ничего не мог. Снимать такие заклинания его ещё не учили. Поэтому Анри больше ничего не оставалось, как стоять в очень не удобной позе, злясь и проклиная непонятно что и кого. Мысленно посылая Вавилу ко всем чертям, Анри ждал рассвета...

**********************************

-- Вавила. Ну, так же нельзя, - злорадно улыбаясь, проговорил Ардалион. - Так нельзя издеваться над учениками...

-- Господин Ардалион, всё это исключительно в воспитательных целях. Сейчас они слабы, но если обретут силу, они должны слушаться. Таким образом я показываю им, кто у нас хозяин. Поверьте мне, они надолго запомнят этот урок, - ответил ему тот.

-- Ну что же, - всё так же злорадно улыбаясь, проговорил Ардалион, - полагаюсь на ваш опыт общения с детьми. Но всё же, насколько успешно они проходят испытание? Существует ли вероятность его прохождения? Ведь известн, что за всю историю этого ещё не сделал никто.

-- Не сделают и они. Ардалион, неужели ты веришь, что они особенные? Да. У них есть задатки магии. Да. Мы можем их и дальше развивать. Но не думаю, что нам это выгодно.

-- Почему же. Вот помню я времена... Сколько учеников выпускала Сикиона, - задумчиво проговорил Главный Магистр.

-- Прекрати! Леванах на грани войны. Какие-то Светоносные идут на нас с огромной армией. На кладбищах перестало быть спокойно. То тут, то там слышатся разговоры про Нежить.

-- Но это всё глупости!

-- Может быть. Только пока мы самые сильные маги всего побережья. Неужели ты хочешь отдать своё место кому-то другому? Как только объявится кто-то сильнее, нас попросят освободить место в Сикионе. Ты этого хочешь? - нажал на больное место Вавила. И надо признать, добился своего. Больше всего Ардалион боялся потерять своё влияние и место Главного Магистра. Он испуганно, как нашкодивший ребёнок, отрицательно помотал головой.

-- Нет, нет.

-- Значит, мы не должны допустить, чтобы дети прошли испытания. Не помешать, а не допустить.

-- Но как? Мы же не можем их убить, - в глазах Ардалиона мелькнул страх.

-- Конечно, нет, - ответил Вавила, переборов в себе чувство отвращения к этому трусливому подхалиму. - Мы можем усложнить им задачу. Убить - нет. Но, кто заподозрит неладное, если пару человек из этой пятёрки будет немного не в себе? Скажем, нервное расстройство. Любой ученик на грани нервного срыва может быть исключён из Сикионы. Ведь так?

-- Да. Но двое из пяти. А что с остальными?

-- Начнём с того, что для начала разберёмся с первыми двумя. А остальные уйдут сами. Девушка очень слаба. А заклинание Повиновения неестественно сильный фактор. Сегодня я унизил одного из мальчишек. Он немного сильнее. Но ещё никто не справлялся с собственным страхом.

-- Ты натравил на него его собственный СТРАХ?! Но ведь это...

-- Именно так. Но кто сможет доказать, что умерший во сне от страшного кошмара ребёнок сделал это не сам? Кто сможет доказать, что ему кто-то помог?

-- А если... если он справится с собственным страхом.

-- Перестань! Ты помнишь суть заклинания страха? - Ардалион неуверенно махнул головой. Вавила не обратил на это никакого внимания и продолжил объяснять. - Заклинание собственного страха вызывает фантомы. Слишком реальные фантомы. Если человек побеждает один, на его место тут же встаёт другой. Если заканчиваются чудовища, на их место встают кошмары, непредвиденные ситуации, несчастные случаи. И каждый раз ты просыпаешься с чувством собственной вины, что не успел кого-то спасти, убежал, спрятался, ничего не смог сделать, защититься, в конце концов! Человек не может абсолютно ничего не бояться. А у этого мальчишки этих страхов - целый букет. Если он переборет себя в чём-то одном, то не сможет устоять против чего-то другого. А после того, как он ощутит себя абсолютно бездарным ничтожеством, после того, как он не сможет спасти кого-то из близких... Он примет сам решение броситься в объятья собственного страха, собственной смерти. Сознание хрупкая вещь. Конечно, он может справиться. Но не за такой короткий временной промежуток. Потому что с этой самой ночи я усложню ему задачу. Готовьтесь убрать из Сикионы маленького свихнувшегося ребёнка!

-- Но это паренёк, а как насчёт девчонки? - поёжившись, решил сменить тему Главный Магистр. Он боялся этого человека. Очень боялся. Этот маг был очень силён, слишком. А сам Ардалион никак не мог усовершенствовать собственные знания. Он давным-давно остановился в своём магическом развитии. К тому же Вавила был Тёмным. А Тёмные всегда сильнее Светлых.

-- Девчонка может умереть от несчастного случая. Заклинание Повиновения позволяет сыграть на её слабых местах: неуклюжести, инстинктах, ужасе, панике. Да на чём угодно! Она меня волнует меньше всего. К тому же, её можно сделать, - Вавила помедлил, - убийцей. Если я ей прикажу, она сделает это. Заклинание можно снять двумя способами. Его может снять наложивший маг, то есть я. Или оно автоматически перестанет действовать со смертью. Моей, или её.

-- Но есть ещё и третий вариант. Его может снять Сила, то есть кто-то сильнее тебя.

-- Да, - неохотно согласился Вавила. - Только я знаю, что таковых найдётся очень не много. Да ещё и за такой короткий срок. А теперь мне нужно идти. Скоро у меня урок с одним из учеников. Надо признать очень способным.

Вавила ушёл, а Ардалион сел и схватился за голову. Когда-то Сикиона была лучшей школой магии. Здесь обучали всему. Здесь обучали принцев и их советчиков, а также главных придворных чародеев, толкователей снов, прорицателей. Что же произошло за последние пару лет?

ГЛАВА

"Надежда - последнее, что умирает в человеке". Диоген

Неогея - красивая земля. Земля со своими людьми, нравами, обычаями. Любая земля, планета, всё - держится на Всеобщем Равновесии Сил. Это означает, что Свет и Тьма - взаимно уравновешены. Если осуществляется перевес Света - возникает шанс у Тьмы, и наоборот. Не бывает абсолютного Зла, не бывает абсолютного добра.

"Неогея - славная земля. Но почему же мы оказались здесь? Слабо мне верится, что виной всему мои желания". Мира почитала историю, потом мифологию, затем перешла к преданиям и легендам. Она сидела в библиотеке. Вся комната здесь была просто завалена книгами от пола до потолка.

Вы когда-нибудь бывали среди такого количества знаний? Ведь, по сути, любая информация - знание. Если в какой-то момент оно окажется ошибочным, то вполне может пригодиться в другой ситуации. Знания нельзя уничтожать, выкидывать. От него нельзя просто так отказываться. Даже здесь можно разглядеть равновесие сил. Любую теорию опровергают, и на её место встаёт другая.

Мира задумалась. Внезапно она поднялась, ещё не осознав, что делает. Ноги сами понесли её на террасу. Странное ощущение. Вы тоже ощущали такое. Вот, когда вы спускаетесь с лестницы, вы не задумываетесь над тем, какая по счёту ступенька будет следующей. Иначе вы рискуете вообще упасть. Нет. В этот самый момент, вы или думаете о чём-то, или насвистываете что-то, но только не задумываетесь над проблемой преодоления ступенек.

В лицо подул свежий ветер. Мира стояла на краю стены и смотрела вниз. Внизу шли занятия по боевым искусствам. Она немного с грустью, немного с гордостью посмотрела на своих ребят. Как хорошо они научились владеть оружием!

ДАВАЙ... ПРОЙДИСЬ ПО ПАРАПЕТУ.

"Что? НЕТ! Я не хочу. Не могу...". Мира начала взбираться на парапет.

ДАВАЙ. Ты можешь.

Мира забралась на самый край стены. От высоты у неё немного закружилась голова. Дул сильный ветер.

ДАВАЙ! ПРОЙДИСЬ ПО ПАРАПЕТУ.

Мира шла. Сердце почти отказалось ей служить и судорожно выпрыгивало из груди. В висках стучало. Тело подчинялось чьему-то приказу.

ИДИ. ИДИ!

"НЕТ! Я не хочу. Я боюсь. Господи, кто-нибудь!". Мира посмотрела вниз. Она поняла, как с ней играют. Если она сама не упадёт, то с лёгкостью получит инфаркт.

В это самое время Винар устал махать мечом. Отбив атаку учителя он остановился, и устало вытер лицо. Вдруг... Что это? Кто? По самому краю парапета шла Мира. "Она что совсем свихнулась?". Винар от удивления забыл про Гурия, поэтому не ожидал ошеломляющего удара...

ИДИ. ИДИ!

"Помогите, мне страшно! Винар, Аслан, Анри! Кто-нибудь. Мила...".

Аслан гулял по саду Сикионы. Здесь было так красиво, так спокойно. Это спокойствие нагоняло на размышления. Здесь же он и проходил занятия по медитации и телепатии, а проще - чтению чужих мыслей и чувств. Это место позволяло сосредоточиться. Чем, собственно, он и занимался последний час.

"Мне страшно! Винар, Аслан, Анри".

"Что?". Аслан вдруг что-то явно почувствовал. Легкое беспокойство, неуверенность. Называйте, как хотите. Он вдруг ясно услышал, как кричит Мира. Аслан от удивления приподнялся. Но где? Почему?

"Помогите, кто-нибудь. Я не хочу! Не буду. Аслан, Анри!".

ПОПРЫГАЙ НЕМНОГО! ПОПРЫГАЙ!

*************************************************

Аслан вдруг понял. Точнее, увидел, почему кричит Мира. Но как он мог её услышать? Она шла по самому краю парапета стены. До земли было метров двадцать-тридцать. До неё - метров сто. Если она поскользнется... Мира вдруг начала прыгать. Потом резко наклонилась вперёд, как будто пыталась что-то разглядеть внизу, и посмотрела в его сторону. Аслан лихорадочно искал решение. Если он подбежит и крикнет - она может испугаться и упасть. Наверх он тоже не успевает. Так что же делать? Решение пришло само собой...

"Мира, стой! Не двигайся!", - мысленно закричал Аслан.

"Кто это? Аслан?".

"Да, Мира. Я. Что ты делаешь? Спускайся вниз!".

Мира мысленно поаплодировала сообразительности Аслана, и начала спускаться.

КУДА ЭТО ТЫ СОБРАЛАСЬ?

"Мира, спускайся".

КУДА ЭТО ТЫ СОБРАЛАСЬ? ИДИ ВПЕРЁД!

"Мира, спускайся. Срочно спускайся!".

"Аслан, я не могу. Меня держат. Это моё испытание. Заклинание Повиновения...".

"Эффект поводка!", - осенило Аслана. На днях он проходил это заклинание. Его окрестили таким странным именем. Но что же делать? Аслан думал быстро, почти лихорадочно.

"Есть ли выход, что делать?".

ИДИ ВПЕРЁД.

"Мира, не делай ничего, пока тебе не прикажу я!".

"Аслан. Я не могу этого сделать. Я не контролирую своих действий. Я... я...".

"Мира, сопротивляйся. Ты можешь".

ИДИ ВПЕРЁД!

"Мира, сопротивляйся. Ты можешь. Сопротивляйся!".

ИДИ ВПЕРЁД!

У Миры в голове звучало два разных голоса. Разум подчинялся знакомому, тело - колебалось. Со стороны это выглядело так, как будто её кто-то тянул за шею вниз, а Мира отчаянно сопротивлялась. Эти голоса... Ей начало казаться, что она сходит с ума. Вокруг всё плыло, голова кружилась, в висках стучало. Слишком сильное напряжение. Если бы она могла, наверное, начала бы выть.

ИДИ ВПЕРЁД...

Мира опять поднялась на парапет и, сделав шаг вперёд, остановилась.

"Мира, стой! Остановись!"

"Не могу. У меня больше нет сил. Я устала... Он мне приказывает. Я боюсь. Я так устала...".

Решение пришло к Аслану как всегда неожиданно. "Ну, так отдохни! Мира, отдохни. Засыпай".

"Спасибо". Аслан услышал ответ, и, успокоившись, улыбнулся. Кто бы ты ни был, какую бы цель не преследовал, сейчас тебя перехитрили.

Мира внезапно уснула на парапете. Заклинание Повиновения не может действовать во сне. К тому же, его действию подчиняется только тело, но не разум. Не будь сейчас Мира такой подавленной и уставшей, у Аслана вряд ли что-то получилось.

Аслан сел и устало схватился за голову. Всё плыло, кружилось перед глазами. "Как же это?".

-- А ты не так прост, - раздался чей-то голос у него за спиной. Аслан обернулся. Позади него стоял Паркуллалис - его учитель по медитации и телепатии.

-- О чём это вы? - решил не откровенничать Аслан.

-- Я о твоей подруге. О девочке, которая целых десять минут боролась с заклинанием Повиновения.

-- Я не понимаю для чего это?

-- Это её испытание.

-- Она могла разбиться.

-- Возможно. Это была игра на её страхе. Но она не может всё время спать. Учти это, - сказав это, Паркуллалис как всегда стремительно удалился, оставив ученика наедине с собственными мыслями.

Аслан остался сидеть на траве. Что же делать?

******************************************

Ей было страшно, хотя она никогда не боялась темноты. Это был страх одиночества. Она вспомнила тёплые взгляды ребят, разговор с братом, ободряющие слова Миры. Не помогало. Как они сейчас? Прошло две недели. Смогут ли они встречаться и разговаривать? Что же их ждёт дальше?

Она натянула лук. Прицелилась и... отпустила тетиву. Удар!

"Есть!".

Мила видела брата лишь изредка. Но поговорить им не давали. Мира вообще ходила, как чумная. На все вопросы только улыбалась. Кажется, только на тренировках по боевому оружию она вела себя нормально. Всё остальное время - как во сне.

Она снова натянула лук. Прицелилась и... отпустила тетиву. Удар!

"Есть!".

Милу учили стрельбе из лука, метанию ножей, бою на маленьких облегчённых мечах.

В стрельбе из лука она преуспела изрядно. Ещё её учили боевой защите, магии, праву. Экономическим и другим наукам её перестали учить уже на третий день. "Интересно, а чему учат остальных?". Мила задумалась.

Она натянула лук. Прицелилась и... отпустила тетиву. Удар!

"Есть!".

Как же ей хотелось поговорить с братом. На все вопросы ей отвечали, что их здесь никто не держит, что она в любой момент может поговорить с кем угодно. Только вот действительности это отвечало мало. Как только Мила начинала подходить к кому-то из друзей, она двигалась в абсолютно противоположную сторону.

От мыслей её отвлёк колокольный звоночек. Тонкий и тихий мелодичный звон был предназначен лишь её слуху. Скоро начинался урок магии.

Мила сидела перед своим учителем. Это был мужчина лет сорока, худой и высокий, с живым блеском в глазах, но абсолютно противоположной манерой общения. Казалось, он вытягивал из себя слова, то и дело пристально поглядывая на ученицу.

-- ... гадания Древнего Мира разделились на двенадцать отдельных таинств. В нашей жизни ощущается влияние каждого из них. Антропомантия содержала в себе таинственное прорицание будущего по внутренним частям человека, - Мила поморщилась. - Аэромантия или Метеоромантия, объясняла будущее по состоянию воздуха, небесным явлениям. В народе до сих пор бытует представление, что падение звезды много значит в судьбе людей, - Мила вдруг вспомнила, как с нетерпением сама ждала падения звезды, и загадывала желания. Наивная! - В наших селениях до сих пор бытует мнение, что падающая звезда - верный признак смерти какого-нибудь человека. Гидромантия основывалась на прорицании будущего по движению и цвету воды. В Тёмной магии или Чернокнижии, это гадание существует во всей своей силе, - Магистр усмехнулся. - Наговорить на воду, чтобы открыть имя вора, заговорить порчу, должен уметь любой знахарь. Гонтия или чародейство, совершалась призыванием духов и вызыванием тени умерших из гробов. Дактиломантия или гадание под средством кольца, позволяет узнавать врагов. Капномантия - это гадание на жертвенном огне. Катоптромантия (Энонтромантия) или гадание, производимое зеркалом, способствует окончаниям болезней. Керомантия - ещё один вид гадания. Я бы сказал, один из самых размытых. Его применяют на воске... Вы проходили Тройной Жребий. Это ещё один из видов гадания, только его сильно видоизменили. Он называется Клеромантия - гадание, основанное на метании шариков, определяющих исход дела, иначе оно называется гаданием по жребию. Далее, Леканомантия - гадание, производимое над водой, которое решает участь людей. Этим мы сегодня и займёмся, но несколько позже. Кроме этих видов существуют и другие. Например, Ливаномантия - гадание с помощью курения благовоний. Какие благовония ты знаешь?

-- Фимиам, Магистр.

-- Правильно. Ещё.

-- Ладан, Вербена, Оррис.

-- Правильно, продолжаем. Миомантия - гадание, предсказывающее будущее, под средством поведения животных, - Магистр снова помедлил. - Как ты знаешь, существует ещё один вид гадания. Некромантия, или умение вызывать духов.

-- А что, это действительно возможно? - как-то недоверчиво переспросила Мила.

-- Да. Но сделать это может только сильный человек. Ещё одним видом таинства с Некромантией является Психомантия - гадание, основанное на призывание теней умерших людей. Существует много видов гаданий. Только тебе, Милаэль, придётся запомнить одно - от гадания, к повелеванию, один шаг. - Мила улыбнулась, явно перекрученной поговорке. - А теперь приступим. Возьми чашу, наполни её водой...

*****************************************

Винар сидел в своей комнате и смотрел в пол. Мышцы ныли. Всё-таки боевая магия плюс тренировки - сильная вещь. Он улыбнулся, вспомнив, растерянность Гурия, когда Винар, разозлившись, что он ему мешает наблюдать за Мирой, применил Заклинание, замедляющее время. Из-за своей злости и бессилия перед происходящим, он вложил туда многовато силы, и Гурий минут пять двигался медленнее черепахи, пока не определил в чём дело, и не поставил Защиту.

Перед ним стояла еда, но есть не хотелось совершенно. Винар думал. Его беспокоило увиденное сегодня зрелище, рассчитанное без сомнения на них. Он вспомнил, как Мира стояла, потом прыгала на краю стены, и с силой сжал кулаки.

"Как они это делают? Зачем?". Ему нужно было с кем-то поговорить, но как? При любой попытке поговорить с друзьями, при любом приближении к ним, он шёл вперёд, а оказывался на два шага назад, в буквальном смысле этого слова!

Зазвонил колокольчик. Начинались занятия по магии.

Винар сидел напротив Вавилы пока тот ехидно улыбался. Винару было неприятно. Очень. Но его внешнему спокойствию позавидовал бы любой. Вавила - Тёмный маг, но это ещё ничего не означает. Наконец, Вавила соизволил обратиться к Винару с вопросами.

-- Значит, преуспел в боевой магии?

Винар соглашённо промолчал.

-- А отражать заклинания? Настоящие, тёмные боевые заклинания?

-- Не знаю. - Винар не злился. Напротив. Из-за неприязни к этому человеку, он только становился более собранным и серьёзным.

-- Ну, так попробуй. Попробуй отразить мою атаку. Торронос балир арэл Моар! - проговорив эти слова, Вавила использовал жест энергии - левая рука вытянута, кулак сжат, два первых пальца указывают на Винара.

-- Рхея церес Хульга Веста! - Винар вовремя распознал род заклинания. Когда понял, что через минуту от него останутся только ошмётки, так как Тёмный маг использовал Разрывающее заклинание.

-- Ого! А ты даром время не терял! Руэйа сато логарас! - шёпотом скороговоркой проговорил Вавила, и Винар шлёпнулся на землю. От неожиданности он не успел скоординироваться, и сильно ударился головой. Из носа пошла кровь. Заклинание действовало, как подножка.

-- Ой! Больно.

-- Настоящему Тёмному Магистру всегда удастся то, чем можно будет удивить ученика. Вытри кровь. А теперь приступаем к занятию. Ты знаешь, что такое Нежить?

-- Ну, души умерших. - Винар вытер лицо платком, который тут же спрятал. Станется с этого мага сыграть на его крови. Вавила прошёлся по комнате. Винар внимательно за ним наблюдал. Внезапно, он посмотрел в сторону...

-- Правильно, - вкрадчиво подтвердил Вавила, пряча платок к себе за пазуху. - Только не души, а не упокоенные духи, умершие не своей смертью. Или те, которых вызвали. Обряд вызывания духов умерших называется Некромантией. Любого из духов можно спросить о чём-либо. Но дух не сможет ответить на твой любой вопрос, а лишь на тот, который знает. Вызывают духов только в полночь.

-- Почему?

-- Потому что тогда легче их призвать. Солнце, дневной свет их жжёт, мешает.

А дальше Вавила перешёл к обычным процедурам Тёмной магии...

***********************************

Анри боялся заснуть. Глаза его были красными, воспалёнными, сильно ввалились вовнутрь. Он выглядел, как человек, переживший свою смерть раз пятнадцать. Если бы его увидел кто-то из друзей - не узнал бы. Он не спал около трёх суток. Кошмары снились ему уже вторую неделю. Он ничего не мог поделать. Ни-че-го. Он сидел и читал в библиотеке.

"Нельзя спать! Нельзя!". Анри боялся заснуть. Кошмар может вернуться. Да ещё и издевательства Вавилы, каждый раз всё изощрённее и обиднее. Скоро он его в улитку превратит и заставит на велосипеде покататься. Хорошо, что здесь до этого ещё не додумались.

Он взял с полки книгу по Магической Защите. Обложка была старенькая, потёртая, букв почти не было видно. Анри, борясь со сном, наугад открыл главу "Защита от вредных воздействий".

... Чтобы защититься от любого воздействия, необходимо прежде всего защититься от себя самого. Задача воздействующих как раз и состоит в том, чтобы вывести вас из состояния равновесия. Для активации механизма психической саморегуляции, ни в коем случае нельзя позволить включиться собственному воображению, которое открывает ваши слабые места. Воздействие осуществляется в наиболее ослабленные для психики периоды. Например, при болезни, во сне, когда собственная защищённость организма наиболее ослаблена.

Необходимо вызвать в себе непоколебимую уверенность в своих силах, в том, что никто не сможет подчинить вас своей воле и причинить вам зло. Вспомните, что во сне вы можете управлять ситуацией, сами создавать фантомы. При атаке во время болезни необходимо помнить, что происходящее нереально.

Помните, ваша сила в ваших руках!

"Ой, нет! Не спать! Нельзя". Голова сама собой склонилась на грудь, глаза закрылись. Человек не может не спать вечность... Анри стоял на том же самом месте. Лес не лес, но растительность точно была. Темно. Жуткое место. Пески какие-то, маленькие кустики. Только вот не жарко здесь и не светло. Все звуки теряются в пустоте. Это место Анри выучил почти наизусть, каждый камушек, каждый кустик.

Помогите! - привычно услышал он до боли знакомый голос. Но, вот кто его звал?

БОИШЬСЯ? - прошелестел другой.

"Сволочь, б..." - тихонечко процедил сквозь зубы Анри. Он уже знал, с кем он столкнётся. Знал, но легче не становилось. Знакомый голос продолжал звать. Причём с таким отчаянием!

СПЕШИ... - услышал Анри сквозь крик ещё один голос. - НЕ УСПЕЕШЬ.

"Да, бегу, бегу. П... Ёшкин кот!".

Анри ожидал увидеть ЕГО. Ожидал, а всё равно душа в пятки ушла. Стук! Он не просто остановился, он буквально врос в землю. Стук! Стук! Ноги его не слушались. Дыхание сбилось. Сердце паниковало. Стук! Стук! Он снова лицом к лицу встретился с собственным СТРАХОМ. И ведь пытался убежать, избегать, храбрился. Стук!

Тот смотрел на него, а у Анри волосы вставали дыбом. Голос сзади кричал, звал на помощь. А СТРАХ смотрел Анри в глаза и распадался на отдельных личностей, особей, моментов. Все они смотрели прямо, и даже ухмылялись. Хотя эти оскалы нельзя было назвать даже улыбкой. Анри ничего не мог с собой поделать.

"Помните, ваша сила в ваших руках!" - слова из книги сами собой всплыли перед его глазами.

Там позади него кричал человек. Он звали на помощь, просил. Снова и снова. Какое-то сумасшествие! Тем временем, СТРАХ приближался. Уверенно, наслаждаясь бессилием жертвы. Чтобы помочь попавшему в беду, нужно было пройти сквозь него, а это значит, покончить с собой. Стук! Потому что сознательно идти к нему в лапы - это равносильно самоубийству.

Но сейчас Анри уже было всё равно. Он слишком долго избегал этой встречи.

"Помните, ваша сила в ваших руках!"

"Так больше продолжаться не может...".

-- Я не боюсь тебя, - сказал он какому-то одноглазому монстру из детских страхов, и тот распался. - Я не боюсь тебя! - сказал он большому и гадкому существу - помеси паука, таракана, муравья, ещё каких-то членистоногих, - и их раздавило. - Больше не боюсь тебя, и не сделаю этого, - сказал он старательно прокручивающемуся моменту, в котором Анри нечаянно убивал кого-то из близких, и тот развеяло, словно дым. - Вы не властны надо мной больше. Отныне и на веки! - торжественно и старательно произнёс Анри форму отрицания.

Фантомы развеялись. Анри бросился на голос, который звал его на помощь. По пути его дважды пытались засосать зыбучие пески, раздавить непонятно откуда взявшиеся камни, но им хватало одного сосредоточенного взгляда, чтобы расплыться, как миражу. Анри бежал на помощь кому-то очень - очень знакомому...

Но то, что он увидел, подвергло его в смятение. В буквальном смысле этого слова. Он совершенно обомлел, увидев СЕБЯ САМОГО! Маленького, испуганного мальчика. Только теперь он не плакал, а улыбался. Последние слова, которые он услышал от себя самого, подвергли его какому-то смешанному чувству смущения и гордости.

"Я знал, что ты сумеешь...". Анри проснулся от настойчивого звонка колокольчика. Светало. Ему предстояли занятия по магии. Но теперь он знал, что делать. Всё ещё уставший, но с чувством торжества, он направился на звук.

****************************

-- Они становятся сильнее, мой Господин. Один из них умеет читать мысли.

-- Да. И это мне не нравится. Ты веришь в Предсказание?

-- Нет. Но появление этой пятёрки весьма странное. Я думаю, что им нужно помешать.

-- Ты прав и не прав, - помедлив, сказал Господин. - Время Пророчества наступило. Они те, кто призваны. Но им нельзя пройти учёбу до конца. Нельзя! Их нужно выманить. А ещё лучше - уничтожить. Странно уже то, что они справляются с Заклинаниями. Они растут. И я бы предпочёл увидеть их на своей стороне.

-- Мой Господин!

-- Да. Лучше честный враг, чем лживый друг. Да. Я хотел бы видеть их у себя на стороне. Но, к сожалению, это невозможно. Поэтому, лучшим вариантом будет избавление от них.

-- Может, их запугать?

-- Нет. Этот фокус пройдёт не со всеми. Думаю, им необходимо помочь уйти из Сикионы. Сбежать, если быть точнее. И ты им в этом поможешь.

-- Да, мой Господин. Но что дальше?

-- А дальше... Дороги-то нынче небезопасные стали. То тут, то там нежить гуляет, морок разный, вампиры да оборотни. Да и народ стал слишком пугливый. Так что даже переночевать им будет негде. Да. Кроме того, мой друг, война - это страшное дело. Любые подозрительные лица воспринимаются, как враги. Они не дойдут! Слышишь, не должны дойти!

-- Да, Мой Господин. Да будет с нами Тьма!

-- Это мы выясним, сын мой. Ступай.

***************************************

Винар сидел в библиотеке. Задумчиво листая какую-то книгу.

"Отсюда надо выбираться. И чем быстрее, тем лучше". Винар вспомнил свою встречу с другом. Он спускался в библиотеку, когда увидел, поднимающегося по лестнице Анри. Тот улыбался. Но то, как он выглядел, подвергло Винара в шок. Перед ним стоял живой труп Анри! Или он сам, но недавно воскресший. Глаза лихорадочно блестели, щёки впали. Он похудел. Но теперь, постоянно подкалывающий его Винар, был этому совсем не рад. Он настолько опешил от его вида, что совершенно ничего ему не сказал, хотя они столкнулись нос к носу. Единственное, что они сделали, это поздоровались. Когда Винар понял, что они могли поговорить - было слишком поздно.

Да ещё и Мира... Она и так была самой худенькой из всех, а теперь и вовсе напоминала высушенный пергамент. Из-за постоянных переживаний, она походила на безумную старушку, которая постоянно улыбалась.

"Надо что-то делать. Если они Анри и Миру довели до такого состояния, то дожидаться очереди Милы не стоит". Если бы он только мог поговорить с Асланом...

Мысли Винара носились возле какого-то решения, но вот точно понять, что к чему, не могли. Винар задумчиво листал книгу - ничего особенного. "Диковины и легенды Древнего мира". Тут объяснялся эффект шапки-невидимки, как умение обращаться с собственной тенью; рассказывались легенды про драконов и фениксов. Вот он нашёл рассказ про заклинание, позволяющее преодолевать пространства с большой скоростью. Даже карты какие-то были.

"Да... Ничего особенного. Немного перекрученные наши детские добрые старые сказки. Но, значит, это всё правда?" Винар продолжал листать книгу, но уже с большим интересом, углубляясь в какие-то мифы, о которых он ни разу не слышал.

"Неужели это возможно? - задумывался он над каждой легендой, и тут же себя поправлял. - Нет ничего не возможного".

Так прошёл час, другой, задребезжал колокольчик. "Снова на занятия", - как-то разочарованно подумал Винар.

-- МОЖЕТЕ ВЗЯТЬ ЭТУ КНИГУ С СОБОЙ, - услышал он голос одного из своих преподавателей, - только поспешите на урок. - Винар удивился. Такого никогда не случалось. Книги из библиотеки брать никому не разрешалось.

Он взял с собой книгу и направился на тренировочное поле. Сейчас начинались занятия по боевому искусству, затем был черёд магии...

***************************************

Сегодня на площадке были все трое друзей. Винар и Аслан ещё успели на поле, когда Мира уже уходила. Она была сильно подавлена, это было очевидно. Впрочем, в таком состоянии она ходила последних несколько недель.

"Что она здесь делает? Неужели тоже тренируется?! Только куда ей, она еле на ногах стоит", - задумался Винар, отбивая атаку преподавателя. В последнее время, это ему удавалось необычайно легко. Ему было достаточно увидеть глаза противника, чтобы угадать удар. Да... Штурмовали здесь не по детски.

"Тренируется, только не говорит чем", - услышал он знакомый голос, немного опешил, и начал вертеть головой, чтобы увидеть собеседника. Но его не было. На тренировочном поле, кроме замечаний Магистра по боевым искусствам, никто не имел права говорить.

"Да не верти ты башкой! - услышал он чей-то сдавленный смешок. - Своих не узнаёшь?".

"АСЛАН?!" - осенило Винара.

"Я. Собственной персоной. Говорю с тобой мысленно. Так что ты лучше настройся. Мне и так сложно".

"Хорошо, - Винар попытался успокоиться. Слева он увидел тренирующегося Аслана, тот и виду не подавал, что рад встрече с Винаром. Справа ожесточённо дрался Анри. Надо признать, выглядел он намного лучше, с момента их последней встречи. По крайней мере, сил у него, судя по атакам, прибавилось. - Почему же раньше не говорил? Ведь, не первый раз видимся"

"Да не мог я. Никак не получалось. Только недавно удалось".

"Классно! Аслан, я вот что думаю. Нам валить отсюда надо. И, чем скорее, тем лучше. Ты видел Миру, Анри? Нельзя ждать очереди Милы...".

"Знаю. Согласен. Но я ещё не могу связаться с Анри. Мне нужен зрительный контакт, но сейчас он слишком разозлён. Видно, ему его испытание тоже особого удовольствия не доставило. Гляди, как бы башку преподу не проломил". А посмотреть было на что. Магистр, который тренировал Анри, не сдавался, но шаг за шагом отступал. У ребят создалось такое впечатление, что их друг не тренируется, а дерётся на смерть. Это его поведение, было знакомо им обоим. Он всегда немного выходил из себя, когда чувствовал, что проигрывает. Но сейчас, Анри дрался, как угорелый, словно в него бес вселился.

"А с Милой? - отвлёк Аслана вопрос друга. - С ней можешь?".

"Я её не вижу" - Винар не знал, что пара мысленных слов, может доставить такой букет эмоций - от разочарования до ярости. Всё это ему передал Аслан.

"Послушай, я думаю, что смогу с ней связаться, и вывести её. Только до этого мы уже всё должны решить. Два раза мой фокус не прокатит. А ты попытайся связаться с Анри. Сможешь со мной потом выйти на контакт?".

"Смогу. Только ты думай обо мне, - и, услышав эмоции Винара, который шутил что-то на грузинский манер, вроде: "О... Я должен о тебе думать, дорогой? Но я не по этой части", - продолжил с улыбкой. - Перестань. Ты должен мне оставить лазейку к твоим мыслям".

"Хорошо. А... как насчёт Миры? Она, по-моему, ничего и никого не видит".

"Это, по-твоему, а, по-моему, она тебе привет передавала. Всё, об остальном позже. Мне слишком сложно". Сказав это, Аслан прервал мысленный контакт.

"Вот и чудненько, - подумал Винар. - Что ни делается, всё к лучшему".

**********************************

Вспомните себя маленьким учеником. Вспомните, когда ходили в школу. Всё тогда вам казалось ярким, красочным, разрисованным. Единственным врагом тогда была какая-нибудь Марья Ивановна, которая отчитывала за опоздания, ставила двойки за невыученный урок. Зато, как вы любили уроки некой Виктории Львовны. На них вы не опаздывали, читали и слушали с большим интересом. Вас даже заставлять не приходилось. Разве возникла бы у вас мысль убежать? Прогулять, наконец, урок любимой учительницы? Возможно. Но маловероятно.

А ребята были вынуждены вынашивать мысли о побеге. Аслан сумел поговорить с Анри, рассказав ему и Мире про свои соображения. Оба приветствовали эту идею. Никогда ещё ребята не приходили к обоюдному решению вместе так быстро. Всегда возникали споры и разногласия. Всегда. Но сейчас для них не было места. Были только интересные предложения.

Анри, например, пытался уговорить Аслана оставить здешним магам каверзный подарочек. Тот понимал друга, но таких идей не приветствовал. Не хватало, чтобы ещё кто-то узнал про их планы.

Мира просто предлагала уйти. Тихо и мирно. Только, чтобы, наконец, сбежать с этого ада. Как же она радовалась успехам Аслана в телепатии! Даже упражнялась с ним. Возможно, он бы и отказался от этого, всё имело обратный эффект. После мысленного общения у него жутко болела голова. Только не мог он отказать Мире. Не мог, и всё тут. Никто бы не смог, если бы понял её настоящее состояние.

А Винар шутил, смеялся, радовался во всю. Впрочем, не он один. Не заметить перемены в настроении учеников было невозможно. Винар по своему решил попрощаться с Сикионой. Но для начала он должен предупредить Милу...

ГЛАВА

Выход существует всегда. Если бежать уже некуда, если варианты все пересчитаны, знай - всегда существует третий. Тот, которого не ждёшь...

Вавилу что-то беспокоило. Он не мог определить, откуда идёт потенциальная угроза, но чувствовал её приближение. Странно, конечно. Откуда бы взяться такой нелепой уверенности? Но Тёмный маг привык доверять своей интуиции. Он перестал радоваться. Даже борьба девчонки, её страхи, больше не приносили удовлетворения. Мальчишка справился быстро. Но не это волновало Вавилу. ОН СПРАВИЛСЯ! До него этого не мог никто! И никто бы не смог.

Да, кто же они такие?!

Вавила задумался. То, что паренёк оказался сильнее, ещё ничего не означает. Нет. Он обманывает себя. Не это его беспокоит. Дети ещё малы. Их учат настоящие Маги, всё это возможно.

Но, что тогда? Нет. Надо отвлечься. Определенно, он сам себя накручивает. Что они смогут вытворить? Здесь всё вокруг пропитано магией.

Вавила улыбнулся собственным мыслям. Пора продолжить испытания...

*************************************

Мила шла с последней лекции. Её чудной учитель-Магистр предложил ей закончить курс. Он признал, что она добилась разительных успехов, возможно, больших, нежели он сам. Дальше он советовал не забрасывать учёбу, развивать свой талант. Мила соглашалась. В конце концов, ей это даже нравится.

Мила шла по коридору. Темнело. Появилось странное чувство. Как будто за тобой следят тысячи невидимы глаз. И оттого, что они невидимые, становилось только хуже. Мила шла. Коридор соединял две башни. Он был длинным, тёмным и старым. Фантазия рисовала страшные картинки. Чувствовалось здесь какое-то уныние, словно неизвестный строитель жалел о прошлом. Создавалось впечатление, что вот-вот, ещё немного, и из стен начнут идти мумии. Только здесь не Египет, а она не в пирамиде.

"Всё-таки, можно было прикрепить здесь на десяток факелов больше", - подумала Мила, чтобы отвлечь от себя невесёлые мысли.

Ей показалось, или она действительно слышала вой? Мила оглянулась - никого. "Да, чего это я? - удивилась она сама себе. - Словно, впервые здесь прохожу". Действительно. Проходила она здесь чуть ли не каждый вечер. Но, кто же это так воет?

По спине пробежал холодок. Выть могут или собаки, или волки. "Но откуда им здесь взяться?" - снова успокоила она себя.

И впрямь, волкам взяться было неоткуда, но, тем не менее, они стояли, загородив выход. Злобно оскалившись, хлеща себя по бокам хвостом. Мила отметила, что они намного крупнее, что выглядело как-то неестественно. Ярко светящиеся в темноте глаза. Загривок их встал на дыбы. Они нервно перебирали лапами, как бы ожидая сигнала.

"Мамочка", - беззвучно прошептала Мила, и начала нервно пятиться, а затем и вовсе побежала. Раздался вой вожака, и первые волки из стаи попытались дотянуться до Милы. Она бежала. Бежала быстро, но не достаточно. Если бы у неё было время, если бы... Возможно, она бы что-то предприняла, но его-то как раз и не было.

-- Мама, мамочка, Асла-а-н! - она уже кричала во всю.

Бежать было некуда. Волки гнали её в тупик. Был у коридора такой угол. Мила поняла, ей не выбраться. Она добежала до стены, и резко повернулась. Волки тоже не отстали. Один за другим они сталпливались у единственно возможного выхода. А Миле даже обороняться было нечем...

Первый из волков приготовился к прыжку. Видимо, вожак. Мила не зажмуривалась, не кричала, даже не плакала. Это не поможет. Сердце плавно переставало биться. Перед глазами всё начало темнеть.

-- О, а у тебя милая компания. - Вот как бы отреагировали вы, увидев голову вашего друга в стене? В буквальном смысле! Винар высунул голову из стены, затем руку. Пространство вокруг его тела немного колебалось, словно стена была жидкой. По ней прошла рябь. Винар весело подмигнул и продолжил. - Ты ещё долго будешь стоять? Тебе их общение приятней?

-- Винар! - Мила, наконец, сообразила, кто перед ней, и чего от неё ждут. От радости она бросилась к нему и обняла.

-- Эх, жаль, что они появились только сейчас. Люблю я, понимаешь, когда девушки ко мне в объятия сами бросаются. А ну, кыш отсюда, мелочь пузатая, - последние его слова были обращены к волкам, которые тоже не ожидали его появления, и, поджав хвосты, пятились назад. Похоже, они явно не ждали такой развязки, и немного отступили. Винар прижал Милу к себе. - Ну, пошли, что ли...

НЕ-Е-Е-Т! - услышал Винар отдалённый крик Тёмного Магистра.

Винар и Мила скрылись в стене, а вслед им слышался протяжный вой...

***********************************

Мира шла из библиотеки. Скорее всего, Вавила что-то заподозрил, потому что его влияние ослабло, и ослабло ощутимо. Аслан сказал, что за ней придут. Лучше бы не говорил, потому что "ожидание, хуже самой смерти", впрочем "промедление смерти подобно" тоже подходит, вспомнила она известные высказывания.

Она прошлась по библиотеке, и уже совсем было собралась уходить, когда...

-- Привет, может, сначала поздороваешься? - перед ней стоял Винар. Но откуда он взялся? В библиотеке его не было.

-- Здравствуй долго. О, друг мой, я рада, что ты не забыл про свою скромную рабу. - Боже, как ей надоело произносить эти витиеватые фразы!

-- Ну, скромность - второе счастье. Так ты любишь говорить, по-моему. - Винар попытался подойти к Мире, но оказался позади неё. - Чёрт! И как Аслан себе представляет твой побег? - Мира знала, но как ему об этом сказать? Её вдруг осенило. Думать ей пока не запрещал никто.

"Аслан! Асла-а-ан...", - позвала она друга, что есть мочи.

"Что случилось? - послышались обеспокоенные эмоции Аслана. - Чего ты так кричишь?".

"Поговори с Винаром. Пусть прикажет...".

Винар, тем временем, пытался подойти к Мире. Только вот не получалось ровным счётом ничего.

"Винар, почему так долго?"

"Да, подойти я к ней не могу! Всё время сзади оказываюсь".

"Ты к ней подойти не можешь, а она к тебе? Прикажи, попроси её".

-- Мира, подойди ко мне скорее, - Мира поблагодарила ребят за сообразительность, и подошла к Винару. Тот схватил её за руку. - Отлично! Умница. А теперь иди за мной. Быстрее! - Винар уже слышал чьи-то шаги и шагнул в угол библиотеки. Мира не понимала, куда он её ведёт? Неужели здесь существует два потайных хода?

Винар, тем временем, стал к стене таким образом, чтобы его тень упала на стену.

"Винар, быстрее. У вас сейчас будут гости!".

-- Лаэнтомо крунат! Моя тень - это я, я - это моя тень! - сказал Винар, и... Мира не поверила своим глазам (они тоже умеют обманывать!). По стене прошла рябь, и Винар шагнул в стену! Да. Шагнул в стену, держа её за руку.

"НЕТ! Снова опоздал!". На пороге библиотеки стоял Вавила и Ардалион. Теперь Тёмный маг понял, почему так беспокоился.

-- Похоже, птички упорхнули, - с безразличной интонацией сказал Ардалион...

-- Какие птички? ГДЕ КНИГА?!

ЧАСТЬ ЧЕТВЁРТАЯ.

ГЛАВА

"Если ты стремишься к своей цели, весь мир будет тебе способствовать в этом...". Пауло Коэльо "Алхимик".

Напомню истину одну,

Что соловей поёт на ветке.

И не поёт в закрытой клетке.

Он протестует. Он в плену.

Ребята стояли в лесу. Было довольно солнечно и свежо. Как по заказу, пели птицы, шумели деревья. Только сейчас они смогли, наконец, посмотреть друг на друга, обнять, поговорить. Сейчас они радовались, как дети. Смеялись, хлопали по плечам, кружили девушек. Похоже, погони не было. Одно из трёх: либо о варианте побега знали, и это было выгодно; либо их отсутствия ещё вообще не заметили, что маловероятно; либо существовал какой-то третий вариант, о котором они не догадывались. Но расслабляться друзья не собирались. Несмотря на радость, усталость, удивление, даже некое облегчение, оставаться вблизи не хотел никто. Поэтому ребята друг за другом побрели прочь от разочаровавшей их Сикионы.

Винар научился ходить Тёмными тропами. Научился сам, без особой помощи Магистра, хотя Вавила и подтолкнул его к этому. Именно он вывел ребят в ближайший лес. Он спас Милу от волков, он обхитрил Вавилу и Ардалиона, похитив Миру из библиотеки. И это ему сейчас было именно хуже всех... Винар еле поспевал за друзьями. Тёмные тропы забирали много сил. Слишком много. Вы когда-нибудь уставали до такой степени, чтобы не чувствовать ног? У Винара сейчас было именно такое чувство. Он шёл только потому, чтобы не упасть. Если бы друзья сделали привал, поднять Винара было бы очень трудно. Кажется, сейчас он смог бы понять любую побитую собаку.

Анри был менее разговорчив, чем обычно. Он был утомлён, но скорее душевно, чем физически. Винар не помогал ему в побеге. Анри сделал вид, что хочет прогуляться по саду, а затем, немного "усыпив" бдительность Магистров, улизнул за пределы Сикионы. Нужно добавить, что точно также поступил и Аслан. Только степень "усыпления" Магистров у друзей была не одинаковая. Конечно, просто "отвести" глаза, и вызвать сильнейшее расстройство желудка у одного из надзирателей, вещь разная... Сильно отразилось испытание на поведении Анри, ох, сильно.

Аслан внешне не высказал своей радости при виде друзей. Только, чуть пристальней посмотрел на Миру, чуть дольше обнимал Милу, на самую малость длительней пожимал руку друзьям. И улыбался. Его учителем был Паркуллалис. Он научился в Сикионе мысленным контактам, телепатии - передачи мыслей и чувств на расстоянии, телекинезу. Это он помог Мире на башне, всячески поддерживал и ободрял её. Это он спланировал с Винаром побег. И это он сейчас шёл впереди остальных.

Мила молчала. Нет, она очень была рада встрече с братом и друзьями. Ещё больше она была благодарна Винару за то, что он вытащил её из ловушки с волками. Милу радовало всё: побег из Сикионы, долгожданное общение с друзьями, опьяняющая свобода, светлое небо, лучистое солнце. Вот только украдкой она посматривала на Миру, создавалось такое впечатление, что себе подруга уже не принадлежала. Да и встреча с волками напугала её изрядно. Да, что уж греха таить! Душа с пяток, только сейчас потихоньку на своё место перебиралась.

А Мира действительно шла, как неприкаяная. Говорят, птицы без свободы не летают. Говорят, звери в неволе не живут... Какое-то странное выражение появилось у Миры. Не лица, нет. Но, вот в её глаза... боялись заглянуть даже друзья. Видела Мира их взгляды. Видела, вот только ответить словесно им пока не могла... без их разрешения. Но и подталкивать их к этому, тоже не спешила. И вы бы на её месте поступили точно так же. Никому не понравится вызывать у друзей исключительно чувство жалости. Ребята, не сговариваясь, посмотрели на Миру. Не столько похудела их подруга, но как-то даже просвечиваться стала. Изменилась она, сильно изменилась...

Каждый сейчас пытался угадать перемены в другом. Некоторые было видно невооружённым взглядом. Например, можно было бы сказать, что все друзья возмужали. Только это могло показаться малознакомому человеку. Через чур, сосредоточенные были сейчас все пятеро, через чур, молчаливые.

Вот так они и шли все пятеро, последняя надежда Неогеи. Наконец, Винар решил нарушить молчание.

-- Послушайте, мы уже достаточно далеко ушли от Сикионы. Давайте привал устроим, я уже с ног валюсь.

-- Не ты один, - возразил Аслан. - Только до какой-нибудь поляны дойдём.

-- Тогда мы не туда идём, - просто ответил Анри. Он остановился, прищурился, словно разглядывая ближайшие деревья. Потом повернул голову. - Там. В метрах ста-ста пятидесяти есть небольшая поляна.

-- Откуда ты знаешь? - с сомнением спросил Винар у него.

-- От верблюда, - парировал тот.

-- Действительно, откуда ты знаешь? - с интересом переспросила Мила.

-- Мне так кажется, - уклонился Анри.

У каждого свои секреты. Никто не знал, чему научили другого в Сикионе. Ребята побрели вслед за Анри. Вокруг был лес. Такой же, в котором они оказались на этой планете. Как давно это было. Луллий, Астарот... Где они сейчас? Последний раз Луллия они видели в беспамятстве, когда Паркуллалис считал его Карту памяти. Астарот с ними попрощался ещё в хижине Луллия. А сейчас ребята сбежали из Сикионы, и не представляли, что делать дальше. Шутки не смолкали всю дорогу. Наконец, показалась и поляна.

Друзья осмотрелись вокруг. Ребята притащили несколько брёвен, и сложили их квадратом. Теперь можно было и поговорить. Вот только темнело слишком быстро. Казалось, что здесь даже время текло по-другому. Нет, поговорить, видно, не удастся.

Все пятеро, не сговариваясь, начали заниматься лагерем. Было на удивление приятно, что парни позаботились даже о спальных мешках. Ну, по крайней мере, об их подобии. Оказывается, к побегу готовились более тщательно, чем девчонки предполагали. Аслан и Винар пошли собирать хворост, Мира и Мила занялись перекуской и ночлегом. Ну, а Анри, по привычке, занялся костром. Все молчали.

Странно, что после долгой встречи, ребята не нашли, что сказать друг другу. Пока момент разговора оттягивался приготовлением лагеря.

Наконец, дров было принесено столько, что можно было спалить всю Сикиону, вместе со всеми её обитателями. Еда была расставлена и переставлена, спальники - постелены и несколько раз перестелены. Костёр распален самым, что ни на есть, примитивным способом: с помощью двух камней-кремней, которые высекали искры. Все уселись вокруг костра, и начали ужинать.

-- Ну, что? Мы так и будем молчать? - Винар был в искреннем недоумении.

-- Ну, так рассказывай! Что ты делал весь этот месяц в Сикионе? Чему тебя научили? Кто учил? Прошёл ли ты какие-нибудь испытания? - Аслан медленно задавал вопросы, не переставая жевать.

-- Да ладно тебе. Мы же не на допросе, - Винар сделал вид, что обиделся. - Тебе меня как раз и спрашивать... Экстрасенс, ёлы-палы. Чему научился, проверим на практике. У кого: у Тёмного мага, у Вавилы. - Из-за этого имени Миру передёрнуло так сильно, что из руки вылетел хлеб и ударил Анри по лбу.

-- Ты чего? - удивился Анри, а остальные посмотрели в её сторону. Мира молчала, не показывая эмоций. - Ты говорить-то можешь? - продолжал друг тем временем, не переставая пристально смотреть. - Кто-то знает, что с ней?

-- Мира, - посмотрел на неё Аслан. - Ты говорить можешь? - она кивнула.

-- Тогда, говори. Чего воды в рот набрала? Да, что с тобой, в самом-то деле? - нетерпеливо подтолкнул её Винар.

-- Мира, - тихо сказала Мила.

-- Да, простят меня, о владыки горизонта и всего сущего, - начала Мира, а друзья остались сидеть с открытыми ртами.

-- Чего? - Давно они не общались с Мирой, но чтобы так... Мира вздохнула, и продолжила, немного втянув голову в плечи.

-- Я могу говорить, если мне позволят.

-- Позволяем. Можешь свободно говорить, когда захочешь, - великодушно разрешил Винар. - Валяй, - раздался тихий смешок.

-- Я не прошла своего испытания. Испытания Заклинанием Повиновения.

-- Эффект Поводка.

-- Да, о разумнейший. Под этим испытанием я нахожусь и сейчас.

-- Что это значит? - тихо переспросила Мила.

-- Оно означает, что я выполняю любые приказы, которые в моих силах. Вавила и другие Магистры наложили его на меня, - Винар недоверчиво покосился на неё. Заливает! Да ещё и с таким видом...

-- Клёво. А ну-ка прокукарекай!

-- Ку-ка-ре-ку, - сымитировала, как могла Мира. Все засмеялись. Но ей смешно не было. Подло пользоваться слабостью. "Убью! - подумала Мира. - Как только освобожусь, прибью, как котёнка! - и тут же задала сама себе вопрос. - Ага, значит, возможности освобождения не исключаешь?".

-- Класс, а теперь похрюкай, - предложил Анри. Мира хрюкала. Похоже, что удачно, так как у некоторых из друзей даже слёзы от смеха выступили. Только вот Мире смешно не было. Совсем. Она старалась сдерживать слёзы и улыбалась. "Нет. Ну, обидно, честное слово. Сначала Вавила и другие Магистры, а теперь собственные друзья!".

-- А теперь... - Винару понравилось шоу.

-- Хватит! - резко оборвал его Аслан. Вы, что не видите, ей это неприятно, - все резко посмотрели на Миру.

-- Тебе неприятно? - решил уточнить Винар. Мира посмотрела на него ровно и сдержанно. "Ух, свинья! - подумала она. Этого ей никто не запрещал. - Ещё что-то прикажешь, сделаю из тебя, - тут Мира задумалась, чего бы попакостней, - каракатицу, - решила она. - Или утконоса!". Но ответила спокойно.

-- Да.

-- Мира, а ты знаешь, как снять заклинание Поводка? - снова спросил Аслан. Мира кивнула, и продолжила.

-- Да. Если, позволят мне глаголить, - "Ну и словечко!", - все сидящие. Его можно снять тремя способами: моей смертью, смертью наложившего Заклинание, или... Или его может снять первородная чистая мощная сила.

-- Да... - только и сказал Анри.

-- А, чем оно тебе мешает? - задал вопрос Винар. - Надо признать, кукарекаешь ты отменно! - Мира резко посмотрела ему в глаза. "Вот, свинья! Издевается. Хотела бы я посмотреть... НЕТ! Не хотела, нельзя. Такого, даже врагу не пожелаешь"

-- Мешает, о светлейший. Ещё как мешает. И вам не понравится. Действие Поводка ослабло вдали от Сикионы, но не исчезло. Я в любую минуту могу оказаться под его влиянием. Могу прыгать, смеяться по приказу, могу говорить то, что прикажут, и делать... Я не смогу противиться его воле, если мне прикажут... Прикажут что-то причинить вам.

-- Да, ладно. Как-нибудь справимся.

-- Спящими тоже? - решила хоть как-то отыграться Мира. Возникла тишина. - Да позволено мне будет, я совершенно не могу себя контролировать...

-- Ударь его, - резко приказал Винар, указывая в сторону Анри. Мира посмотрела тому в глаза. "НЕ ХОЧУ".

"Ударь его!", отзывалось в голове. "Нет!".

"Ударь его!". Мира, мысленно попросив прощения у Анри, сильно влепила ему пощечину (в последний момент мозг выбрал альтернативу: так, или кулаком).

-- Ой! - Анри схватился за щёку. - Ты...

-- Ты, что, Винар?! Ты нормальный человек? - возмутилась Мила.

-- Просто решил проверить... - сконфужено пояснил Винар.

-- Проверил, придурок?! - вскипел Анри.

-- Извини...

-- Да простят меня великодушные, я же предупреждала... - Мира тоже себя неловко чувствовала. - Я могу помочь, - она подошла к Анри, села возле него, и погладила по щеке. Анри удивлённо уставился на неё. Боль проходила...

-- Как? - он покосился на неё. Мира улыбнулась. Впервые от себя. Тепло. Дружески.

-- Меня учили врачеванию, мой господин. Многое я вычитала сама. Моей учительницей была Калерия - Магистр Зелёного Искусства.

Опять повисла неловкая тишина. Теперь её решился нарушить Аслан.

-- Ладно, если что-то проявится, решим, как быть дальше. Мила, а ты как? Всё нормально?

-- Да. Меня учили боевым искусствам и магии, наверное, как и вас. Испытаний я не проходила, только в последний раз на меня напала стая волков. Я начала убегать...

-- Волков? - переспросил Анри.

-- Да. Я шла по коридору... - она коротко пересказала всем происшествие. Когда речь зашла о Винаре, все уставились на него.

-- А... Теперь снова моя очередь? Я провёл её и Миру Тёмными тропами.

-- Так... Тебя учили Чёрной магии? Злу? - задал вопрос Анри.

-- Да, - немного помедлив, ответил Винар. Повисла тишина.

-- Ладно, - попытался замять все разговоры Аслан. - Будем спать?

-- Э нет, так просто от нас не отделаешься. Сначала расскажи, как ты научился передавать мысли, - теперь была очередь Аслана отвечать.

-- Как-как. Моим учителем был Паркуллалис.

-- Это, который Карту Памяти Луллия считал?

-- Да.

-- Интересно, как он сейчас, - задумчиво проговорила Мила.

Уже давно стемнело, а ребята продолжали говорить. Дальше наступила очередь Анри. Он рассказал про своё испытание. Причём, как всегда красочно. Так, что Мира и Мила даже поёжились. Встреча с собственным страхом. Поделился своими новыми умениями. Оказалось, что и поляну, на которой они расположились, он обнаружил не просто так. Он научился ориентироваться в любой местности, находить любое место, и выходить к нему безошибочно! Потом снова зацепили случай Миры на башне. Похвалили Аслана за сообразительность. Поспорили немного о важности тех, или иных магических наук... Короче, ребята всё-таки оставались самими собой, несмотря на происшедшие с ними перемены.

-- Интересно, сколько сейчас времени? - чисто риторически спросил Винар.

-- Где-то начало третьего по-нашему, - ответил Анри.

-- Ну-ну, будильник ходячий.

-- А ты - чешуйтоклювый брюхоплыв!

-- Не бывает таких, - парировал Винар.

-- Ну, почему же? Я, например, перед собой одного вижу, - снова не остался в долгу Анри.

-- Ты, гигантский окорок-плюхоплав...

Мира, засыпая, подумала, что, возможно, этого ей и не доставало... Они всегда такие, их ничем не изменишь. Но такими они ей и нравятся. А ещё ей не хватало мамы. Её тёплой и нежной улыбки. Горячего кофе по утрам. Её поддержки. Её лишили домашнего уюта, и ненадолго общения со вторыми близкими ей людьми - друзьями. Именно за ними она и скучала. Именно их, весёлых и взбаломошеных, немного сорванных с извращённой фантазией любимых людей, ей и не хватало. Аслан хихикнул, Мира с удивлением посмотрела на него...

"Как тебе не стыдно!". Он читал её мысли, как открытую книгу.

"Извини, ты слишком громко думаешь. Как ты их назвала? С какой фантазией?".

"С извращённой", - она тоже улыбнулась.

"Что-то в этом есть. Ты тоже, между прочим, не меняешься...".

"Ошибаешься, дружок. Ошибаешься". Стало вдруг снова горько-горько. Словно пучок полыни проглотила...

"Извини, Мира. Я не хотел. Слышишь?".

"Слышу. Только вот легче от этого не становится". Она почти огрызнулась.

"Знаю. Не думай об этом. Спи...". Продолжение разговора Мира не успела придумать, так как тело безмолвно подчинилось мысленному приказу. Аслан выругал себя за оплошность. Да, к этому придётся привыкнуть. Он посмотрел на спящую Миру. Кажется, только сейчас она стала похожа на себя. Безмятежность скрашивает любые страдания. Может, оно и к лучшему. Пускай, хоть во сне отдохнёт.

***********************************

Мире снилось, что она бежит по зелёному лугу. Сочная, зелёная трава доходила до колен. Ромашки, васильки, ещё какие-то полевые цветы... Их аромат кружил голову. Опьянял. Небо было изумительно голубым. Ни единой тучки. Яркое лаковое солнце приветливо ей улыбалось. Хотелось танцевать и кружиться. Мира наслаждалась свободой. Здесь она могла делать, что хотела. Здесь она была хозяйкой. Напевая себе что-то под нос, Мира собирала цветы. Вдалеке она увидела своих друзей. Они шли к ней, махали руками. Мира помахала в ответ, и пошла к ним на встречу.

Она приближалась к ним, держа в руке букет свежих полевых цветов. "Красивые", - только и успела подумать девушка. И несказанно удивилась, потому что цветы вдруг стремительно начали вянуть. Опуская вниз головки, загибая нежнейшие лепестки. Ещё миг, и в руках у Миры осталось лишь воспоминание о свежих цветах. В руках она держала то, что сейчас больше походило на сухой веник. "Что такое?", - удивилась она. Подняла голову, оторвав взгляд от засохших цветов, и посмотрела вдаль, отыскивая ребят. Небо уже не казалось таким голубым. Напротив. Оно сплошь было затянуто дымкой. Белой, похожей на молочный кисель. Солнца тоже не было видно. Трава стала утрачивать свою сочную привлекательность. Она и цветы стремительно вяли. "Что происходит? Почему?".

"КНИГА", - внезапно сказало "Я" Миры. Ее сознание подталкивало её к решению.

"Какая ещё книга?" - не поняло второе. То самое, что составляло вторую часть сути и именовалось внутренним голосом.

"КНИГА ТВОИХ ДРУЗЕЙ. ОНИ УНОСЯТ ЕЁ. ВСЁ ГИБНЕТ. ТЫ ДОЛЖНА ЗАБРАТЬ ЕЁ НАЗАД, ПРИНЕСТИ...". - Дальше указывалось точное место. Всё вокруг подёрнулось серой пеленой. Стало мутно и холодно от тумана. Это походило на испытание Хозяйки болот. Только вот ощущение было и вовсе противное.

"Нет. Я ни за что туда не вернусь".

"ТЕБЯ НИКТО И НЕ ПРОСИТ. ЗАБЕРИ ЕЁ. ПРИНЕСИ...".

"Нет! Я не стану этого делать".

"НУ, ЧТО ЖЕ... ТЫ САМА НАПРОСИЛАСЬ. ПРИКАЗЫВАЮ ТЕБЕ! ВСТАНЬ, И ПРИНЕСИ КНИГУ МНЕ"

"Нет!".

"ТЫ НЕ МОЖЕШЬ СОПРОТИВЛЯТЬСЯ! ПРИНЕСИ КНИГУ... ЕСЛИ КТО-ТО ИЗ ТВОИХ ДРУЗЕЙ ПРОСНЁТСЯ - УБЕЙ ЕГО. ТЫ МОЖЕШЬ. ИРУВИМ СЕНТУРТЭ КРИЛУМУС АГНЭ РАИ!".

"НЕТ!". Голова раскалывалась. Всё перед глазами плыло. Туман заволакивал.

"ТЫ НЕ МОЖЕШЬ СОПРОТИВЛЯТЬСЯ. СДЕЛАЙ ЭТО. ПРИНЕСИ КНИГУ!".

Мира вдруг со стоном опустилась на колени. Чувство было такое, будто вместо того, чтобы гулять по зелёному полю, она всё это время с перепоя разгружала вагоны, причём, судя по состоянию, весьма преуспела в этом деле. Невозможно было определить, мыслит ли она, или ей это кажется. Глаза закрывались сами собой. А вокруг витал противный смех Тёмного мага...

Мира резко открыла глаза. Светало. Конечно, было ещё достаточно темно, но это была уже не та темнота. Мира встала. "Книга. Голос просил найти книгу. Но как она выглядит?". Мира тихонько пошла. Переступила, спящего рядом Аслана. Анри и Винар спали тут же, убаюканные вечерней перебранкой. Можно было сказать, что лежали они все штабелями, тесно прижавшись друг к другу. Мира посмотрела на них. Но никакого чувства или ощущения не последовало. Ей нужно было найти книгу. Она тихонько пошла к вещам. Посмотрела сумки Аслана - ничего. У Анри тоже было пусто. У неё и Милы вещей не было вообще. Мира посмотрела на оставшуюся сумку Винара. Там лежали продукты, какие-то талисманчики, и прочая дребедень. Но среди этой дребедени Мира увидела то, что искала - книгу. Она была в старой, потертой кожаной обложке. Буквы едва было видно. Но Мира сумела различить название: "Диковины и легенды Древнего мира". Задумываться, зачем эта книга кому-то нужна, времени не было. Ей нужно принести книгу...

Мира взяла её. И повернула в сторону от леса. Она шла, удачно обходя деревья и кустарники в темноте. Единственной мыслью было принести книгу. Далеко уйти она не успела. Обходя какой-то кустарник, девушка внезапно услышала знакомый голос.

-- Провожатый не нужен? - недалеко от неё стоял Аслан.

Мира молчала.

-- Куда ты?

-- Мне нужно идти. Не мешай.

-- Куда это тебе надо? Уж, не в библиотеку ли ты собралась, в три часа ночи?

-- Не мешай, - спокойно сказали за Миру. - Иначе потом помешать не сможешь уже никому, - говорил до боли знакомый голос, чужие слова.

-- Мира, что с тобой? Что ты несешь? - Аслан увидел в её руках какой-то предмет и сделал шаг на встречу.

-- Не подходи. Иначе пожалеешь.

-- Мира. Я не пущу тебя! - повысил тон Аслан. - Ты никуда не пойдёшь.

-- Ты сам решил свою участь, - Мира небрежно бросила книгу на землю, недалеко от себя.

Она медленно подняла руку. В ней был острый кортик. Клинок блеснул, отражая свет восхода. Мира, не задумываясь, метнула нож...

В последний момент у неё возникла мысль: "Что я делаю?!". Рука Миры дрогнула, и кортик, сменив траекторию, задел руку. Шею сильно сдавило.

-- Мира! - только и успел изумиться Аслан. Она, проклиная всё на свете, вытаскивала второй...

Вытащить она его успела, у Аслана не оставалось времени для каких-либо действий. Между ними было расстояние в метров десять. Даже если он сильно постарается, то перепрыгнуть не успеет. Значит, нужно попытаться отбить нож. Всё это разом пронеслось в уме. Рука Миры замахнулась... Знакомый голос в её голове злобно захохотал. Только метнуть кортик Мира на своё счастье не успела. Кто-то схватил её сзади за шею, придержав руку.

-- Зря ты так, девочка, - голос сзади был насторожен, но вежлив. Тело Миры внезапно изогнулось дугой так, что она и сама только успела удивиться, и высвободилось от захвата. Позади неё стоял немного опешивший Винар. - Ого! Вот это гибкость!

-- Винар, она делает то, что ей скажут.

-- Сидеть! - Мира выполнила приказ, и тут же подскочила, потому что получила другой (мысленный) приказ - атаковать. Она ударила Винара ногой, всё ещё держа в руке нож.

-- Чёрт! Совсем белены объелась? - взбесился друг, уходя от второго удара. Это только с виду все девушки хрупкие и беззащитные. Он ещё сдерживал себя.

-- Винар, она несла книгу!

-- Книгу? А... так тебе это нужно? - он вынул из-за пазухи книгу, которую успел подобрать после Миры.

-- Отдай, - механически проговорила Мира. - И можешь уходить.

-- Страшно-то как. Я просто трясусь весь, - отвлекал Миру Винар, пока Аслан заходил сзади. Мира всё время поворачивалась так, что у Аслана ничего не получалось. - Тебе Вавила приказал? Ну, так пусть он сам придёт, и возьмёт.

-- А он уже здесь, - услышали ребята скрипучий голос. - Не боитесь, говоришь? Сюда! - властно приказал он Мире. Она, вернее её тело, безропотно подчинилась. "Скотина, - подумала она. - Грязная, мерзкая тварь!".

-- Но-но! Попридержи свои эпитеты для других. Поскольку, меня твоё мнение не интересует совершенно, безмозглая кукла! - Вавила разговаривал с ней вслух.

"Может, я и безмозглая кукла. Зато не тр... п...с, как ты!". Мира хотела побольнее уязвить своего мучителя.

От злости Вавила, казалось, посинел.

-- Паршивка! - он поднёс к её шее тонкий ханжар. - Сейчас я научу тебя вежливости, - он сильно прижал лезвие клинка к шее Миры, которая продолжала стоять, как статуя. Со стороны могло показаться, что оно было тупым. Но только до того момента, когда с тонкой, как ниточка, раны не потекла кровь. Вавила вытер ханжар об одежду Миры с таким видом, как будто он был вымазан не в крови, а в чём-то и вовсе непотребном.

-- Кретин, ты что делаешь?! - разозлился Винар. - Оставь её в покое.

-- Не волнуйся, ученичёк. Рана тонкая. Я даже мышц не задел. Но сейчас постараюсь, сделать это! - он поднёс ханжар к лицу Миры.

-- Чего ты хочешь? - вдруг спросил Аслан.

-- О! Понимаю. Вот это деловой подход. Мне нужна сущая безделица. КНИГА.

-- Отпусти её. И ты получишь свою книгу.

-- Понимаешь? Утром деньги - вечером стулья, вечером деньги - утром стулья. Утром деньги... - решил пояснить Винар.

-- Довольно! Не знаю, о каких стульях речь идёт, но сначала вы отдадите мне книгу, а потом я отпущу эту дрянь.

-- Ага. И пол королевства в придачу. Так мы тебе и поверили.

-- Винар! - отдёрнул его Аслан. - Мы согласны, - он кинул в сторону Тёмного мага книгу.

-- Твой друг умнее тебя, ученичёк. Я мог бы убить эту красивую паршивку. "За паршивку ты ответишь", прошипела ему мысленно Мира. Вавила криво улыбнулся. - Но лучше я оставлю вам её, как подарок за разумные мысли. Прощайте.

У Миры вдруг всё поплыло перед глазами. Голова вдруг раскололась на тысячу осколков. Вокруг стало темно.

*************************************

-- Кретин! - услышала она перебранку между Винаром и Анри.

-- Сам такой, - сконфуженно огрызнулся тот.

-- Тихо. Она приходит в себя, - узнала подруга голос Милы.

Мира с трудом разлепила веки. Перед глазами всё плыло. Лица расплывались, как на испорченном экране. Казалось, вот-вот и мир расколется на части. В ушах стоял звон. Мира закрыла глаза, и, подняв неимоверно тяжёлую руку, поднесла её к голове. Боль нужно убрать. Стало немного легче. Теперь она открыла глаза, и вполне осмысленно посмотрела на окруживших её друзей.

-- Как ты? - участливо обратилась к ней подруга.

-- Нор-ма-ль-но, - по слогам произнесла Мира, потому что язык отказывался её слушать.

-- Голова болит?

-- Немного, - голова-то болела совсем не "немного". Было тяжело даже моргать, во рту пересохло, чувствовался металлический привкус крови.

-- Ничего себе, немного! Тебя Анри так по башке огрел, что мы думали, ты дня три вообще не встанешь.

-- Винар, - укоризненно произнесла Мила.

-- Я сняла боль, как недавно снимала Анри, иначе бы пролежала дольше. - Вдруг лицо её исказилось гримасой, шею сдавило.

-- Мира, что? Больно?

-- Да, о прекраснейшая из подруг! Немного.

-- О, опять заговорила...

-- Да простят меня светлейшие. Действие Заклинания снова возобновилось, едва я сняла боль. Могу я спросить у Великосветских, что же произошло? - Аслан внимательно посмотрел на Миру.

-- А что ты помнишь?

-- Последнее, найпрекраснейший, когда Вавила, - её передёрнуло от этого имени, - провёл по шее ханжаром, - она инстинктивно провела рукой по шее, и обнаружила там повязку. "Теперь точно в ошейнике", незлобно подумала Мира. - Затем вы отдали ему книгу. А дальше... темно, - при этих словах Анри расстроился, что тут же отразилось на его лице. Смесь сожаления, растерянности и укора совести.

-- Я хотел ударить Вавилу. Уже замахнулся. А он вдруг исчез. Ну... Я и не успел задержать удар.

-- Короче, он попал в тебя.

-- Ничего, лучшие из лучших, благороднейшие и неповторимые. Этот удар дал мне на минуту ощутить себя хозяйкой собственного тела, - она помедлила. - Нужно сказать, рука у тебя тяжёлая, Господин, - все немного напряжённо улыбнулись. - Но можешь считать это реваншем за пощечину.

-- Прости, - начал было Анри. - Я не хотел...

-- Ничего, - перебила его Мира. - О господин, успокой свою душу и оставь печаль. - "Ну, вот. Хотела всего лишь успокоить, а получилось, как всегда". - Ты ни в чём не виновен.

-- Скажи, почему ты постоянно так... красочно говоришь? - поинтересовался Аслан.

-- Вавила, о несравненный, когда накладывал Заклинание Послушания, добавил кое-что от себя. Теперь, я вставляю небольшие фразочки, которыми изъясняются дорогие невольники и рабыни. Это, как обязательный атрибут. Только меня это не утешает.

-- Понятно.

-- Простите мне мою дерзость, но могу я узнать, вы отдали Тёмному его книгу?

-- Да, - сказал Аслан, - за... - он вовремя прикусил язык. Не хватало ещё, чтобы Мира терзала себя из-за каких-то басен. - Отдали, - закончил он.

-- Интересно, а нафига она ему вообще сдалась? Что это за книга? - решился спросить Анри. - Я ночью проснулся от... Не знаю от чего. Пошёл в лес, услышал шум. Подошёл ближе, а там Вавила по шее Миры ножичком водит. Ну, я обошёл сзади, и...

-- Понятно, Анри. Это обыкновенные сказки, легенды, подражающие русским, - ответил Аслан. - Винар мне их показывал на кануне.

-- Не совсем обыкновенные. Там очень много легенд.

-- Ну и что? Вавила припёрся за какими-то байками? Он что вообще чокнутый?

-- Возможно, он не хотел, чтобы мы что-то узнали, - задумался Аслан.

-- И он своего добился, Господины, - с горечью вырвалось у Миры. - Из-за меня.

-- Не волнуйся, детка. Мы тоже не лыком шиты. Я не стал бы дальше таскать за собой книгу со сказками. Так что он очень даже угадал со временем. Я бы её выбросил. А забрал бы самое необходимое, - с этими словами Винар достал из-за пазухи листы. Несмотря на то, что её провели, Мира отметила этот факт с весьма сильным злорадством. - Я вырвал их из книги. Здесь рассказывается о весьма интересном месте, - он раздал листы друзьям. - По-моему, оно называется там... центром Сил земли. Обладать какими-то этими сокровищами может не каждый, только избранные.

-- Средоточие Стихий, именуемых в каббале Саганами, али Элементалами... - процитировал Аслан.

-- Именно, - подтвердил Винар. - Не знаю, что хотел найти в книге Вавила, но я выбрал это.

-- ...али Элементалами, - продолжал Аслан, - сокровища земли, коими владеть может не кожный, а только воин и муж Избранной, сильный духом, да с твёрдой рукой. Числоим четыре. Позвала их Неогея на защиту опротиво Супостатов неверных. Пройти чрез врата Силы может один, оный не воспротивится никаким преградам, выполняя волю Творца. Испытания Саган - строги: пройти через боль, найти себя, и не забыть про других. Токмо не боягуз, и не слабый духом воин должен быть, чтобы преодолеть преграды. Ибо труса сожгут, как и подобает дерзкому. Не просто пройти испытания Саган. Не любят они слабых, попелом покрывают дерзких, топят высокомерных. Но! Щедро одарят смеливца, ибо скупы никогда не были... Как только опинится Сила сокровищ земная в руках у Избранных, придёт им черёд сражаться с... бедами, человеческого подобия. Ибо Силой несметной наделены будут воины Саганов. Травы им сами под ноги стелиться будут, звери добычу искать, земля одаривать. Сокровища несметные в их руках будут. Ибо перед Сильными мир на коленах стоить. Кожный захочет эти сокровища заполучить, токмо не кожный сможет. Ибо ступили они на Путь сражений, и призваны защитить Неогею от лап Беса, именуемого Дияволом...

-- Ага... И кто разумен, тот сочти число Зверя, ибо число это человеческое. Число 666, - все вздрогнули. - Да, ладно вам. Библию читать надо, шуганые, - неудачно пошутил Винар, перебив Аслана.

-- С каких это пор ты в Библию углубляешься? - зло спросил Анри.

-- Не суетись. Ясно, что дальше бред пошёл. Но начало-то какое. Как раз для Избранных. Для нас тоесть, - пояснил он, во все глаза пялившимся на него друзьям.

-- Ты свихнулся, - неожиданно заявил Винару Анри. Тот насупился.

-- Нет. Какая-то рациональная мысль здесь присутствует.

-- Ведь, это нас земля сама позвала... - сказала до сих пор молчавшая Мила.

-- Мира нас сюда позвала, а не земля, - безапелляционно заявил Анри.

Разгорелся спор. Винар утверждал, что необходимо идти искать это место. Анри кричал, что он совсем на магии башкой поехал. Мира молчала, раздумывая над сказанным. Неожиданно всех перебила Мила.

-- А может, давайте дослушаем?! Читай, Аслан. Там ведь ещё что-то есть?

-- ...от лап Беса, именуемого Диаволом. Саганы - души первородной и чистой материи, воплотят свою истинную силу. Ибо окончится тысяча лет... Хм, кажется, ты не всё из книги вырвал. Не хватает продолжения.

-- Мира, ты что? - ребята посмотрели на Миру. Она приподнялась, чтобы лучше слышать. Белое, как мел, лицо контрастно смотрелось с тёмным платьем. - Плохо?

-- Первородная высшая сила, - Мира со стоном опустилась вниз.

-- Ну да, - продолжил Винар. - Ты не поднимайся пока. Я всё же настаиваю на своём. Тут даже карта есть. Анри взял карту. Внимательно осмотрел её. Затем снова прищурился, и огляделся вокруг. Судя, по карте, это недалеко отсюда. Дня два, - он посмотрел на Миру, прикинув её состояние. - Дня четыре отсюда. Только глупо это всё. Это ловушка. Да и что там может быть?

-- Это мы можем узнать, только проверив. Чего спорить раньше времени? К тому же мы теперь так сказать - вольные птицы. Можем наведаться туда. Заодно посмотрим здешние достопримечательности. Не всё же время нам в лесу торчать, - ребята задумались.

-- Послушайте, я предлагаю альтернативу. Давайте перекусим, а то вместо меня скоро он говорить будет, - Винар выразительно погладил себя по животу. Это немного разрядило обстановку.

Ребята начали готовить обед. Оказалось, что Анри уже успел поохотиться, и освежевать тушку зайца. Теперь все с нетерпением ждали, пока заяц дожарится. Лагерь потихоньку сворачивали. После ночных происшествий оставаться здесь не хотелось. Мире не дали принять участие в общем сборе. Хотя она и протестовала, мол, боль сняла, голова не болит. А вообще-то она чувствовала себя скверно. Не из-за того, что по башке дали, не из-за того, что ножиком угрожали. А скорее из-за своей беспомощности. Ведь смогла бы сдачи Тёмному дать. Смогла бы. Это точно. Не зря же столько времени в Сикионе провела. Прав был Луллий, ох прав. Нигде не смогли бы научить большему. Нигде.

Она почувствовала, что на неё смотрят. Недалеко от жарившегося зайца сидел Аслан. Было видно, что он о чём-то думает, а взгляд просто направил в одну точку, которой по случайности и оказалась Мира. Она всегда очень чутко относилась к чужим взглядам. Теперь была её очередь. Мира посмотрела на Аслана. Он откинул собственные мысли в сторону и улыбнулся.

"Что? Голова болит?".

"Совсем немного. Ну, и дура я. Я чуть тебя не убила!".

"Перестань. Раз не убила, значит, не хотела. Промахнулась ведь".

"Ты не понял, Аслан. Ты не знаешь, чего мне это стоило".

"Знаю, что не просто".

"Не знаешь! Я ведь теперь не промахиваюсь, - немного горько прозвучало, немного заносчиво, немного раздражённо. Эмоции Мира не передавала, Аслан считывал их сам. Без труда. Это было такое состояние, как будто слова приходили в ответ сами, а эмоции на краткий миг заменяли собственные. - Можно я продемонстрирую?".

"Ну, давай, если чувствуешь себя лучше".

"Ты не понял. Прикажи...".

"Но тебе же не приятно", - Мира посмотрела на него.

Хотелось засмеяться.

"Вслух...".

-- Ладно. Покажи мне, как ты метаешь ножи, - вынужденно почти прошептал в ответ друг.

"Хорошо".

Мира встала. Всё немного плыло перед глазами. Она чуть-чуть отошла от костра.

"Куда бросить?"

"Куда хочешь, - Мира покачала головой, и Аслан тут же поправился. - В дерево... любое попади".

"Лучше. Учишься на глазах. Слушаю и повинуюсь, - подумала она с сарказмом, и закрыла глаза. - Я немного усложню задачу...".

Внезапно Мира выбросила в разные стороны руки, и кортики встряли в диаметрально противоположных деревьях.

"Ты прав. Может, повезло, может, ножовка хорошо сбалансирована", - мысленно сказала Мира.

"Я такого не говорил", - передал ей в ответ Аслан. Мире показалось, что он немного удивлён.

"Зато, это возможно. Если... Если ты мне доверяешь, возьми в руки во-о-н то толстое палено. Но, если не хочешь, можешь не брать".

Может, Аслан и сомневался. Он знал Миру до этого. Она никогда не попадала, разве что по чистой случайности. Наверное, Мира была единственной его знакомой, кто мог с разбега бить по мячу, и промахнуться. А сейчас она предлагала что-то совсем обратное.

"Аслан".

"Что?".

"Можно тебя о чём-то попросить?".

"Ну...".

"Только об одном. Связывайте меня на ночь...".

"Мира!".

"Прошу...".

Аслан немного подумал, покачал головой, встал и пошёл к полену. Взял его, и остановился напротив Миры.

"А ты не стой. Ходи по кругу. Вокруг меня".

Аслан начал с паленом ходить вокруг Миры. Это было необычное зрелище. Настолько интересное, что остальные перестали заниматься собственными делами, и решили выяснить, что же всё-таки происходит.

Мира закрыла глаза, и сосредоточилась. Сейчас нужно было забыть про страх сестры Аслана, потому что та не знала, что происходит. Нужно было забыть про его собственные сомнения. Забыть про спокойно, но с интересом наблюдающего Винара. Забыть про яркое солнце, и свои обиды на всю Сикиону, на возмущение. Забыть про собственную головную боль. Забыть про того наёмника с мечом, который притаился в кустах. Забыть... Стоп! Мира с силой метнула ножи, один с хрустом впился в полено, второй в плечо наёмника, который со стоном повалился в сторону. Ребята подбежали к нему.

-- Кто ты такой? - Винар грубо схватил его, и выволок на поляну. Анри пробежался глазами вокруг, проверяя, если ещё кто рядом. Пленнику было на вид лет двадцать пять. На нём был кожаный жилет, плотные матерчатые брюки, мягкая обувь. Густые чёрные, как смоль, волосы и такие же глаза, выдавали в нём уроженца здешних мест. Голова его была повязана чёрным шнурком. Живой взгляд выдавал в нём разбойника. Но было видно, что занимается он этим недавно, иначе на столь мелкую рану внимания не обратил бы.

-- Н-ни-и-кт-то-о, - то ли простонал, то ли прозаикался тот, немного подвывая. - Я тут просто гулял, а она-а-а, - он указал на Миру, - ножом... - он захрипел, морщась от боли.

"Прикажи мне распорядиться моим новоприобретённым даром... Только вслух", - поймала она взгляд Аслана.

-- Мира, покажи ему, что умеешь, - обратился он к подруге, немного удивляясь её странным прихотям.

-- Да, мой Господин. Наёмник, я уберу боль, чтобы ты мог говорить, - она приложила руку к его плечу, и немного сжала. Тот стиснул зубы от боли. Но уже через минуту с удивлением уставился на неё.

-- Ведунья.

-- Короче! Кто ты? Откуда? И зачем? - взял дело в свои руки Анри.

-- Не скажу! - гордо сказал тот. - Сначала ножами бросаетесь, а потом спрашиваете.

"Прошу, разреши. У нас сейчас нет времени. Мы должны знать, что происходит".

-- Мира. Поговори с ним, - сказал в слух Аслан, а ребята покосились на него, не понимая, почему их подруга будет разговаривать с пленным. А не они.

-- Слушаю, мой Господин. Наёмник, ты будешь говорить? Ведь, я смогу вернуть тебе твою боль обратно, а могу и увеличить... Будешь говорить?

-- Нет, - махнул тот головой.

Мира положила руку на его голову, и наёмник слегка побледнел. Кровь снова начала сочиться из раны, причём быстрее, чем в предыдущий раз. Тот стиснул зубы, но упрямо продолжал молчать, лишь бросал полные ненависти взгляды.

-- Наёмник, - снова обратилась к нему Мира, - я не люблю делать людям больно, и если бы хотела, тебя бы уже не было в живых. Я буду увеличивать твои страдания, пока ты не скажешь правду, - с этими словами, она снова положила руку на голову пленника. Тот заметно стал бледнее, покрылся капельками пота, кровь хлестала из раны. - Расскажи, что тебе нужно. Не мучай нас обоих. - Пленнику было совсем плохо, голова кружилась, кровь залила всю одежду.

-- Хорошо, - почти прошептал он. - Мы свободные воины. Нас нанял какой-то господин, чтобы мы привели... Похитили двух рабынь, которые здесь находятся, - он помолчал, собираясь с мыслями. - Я притаился здесь, чтобы рассмотреть: такие ли они красивые, как он их описал. Когда я их увидел, - он небрежно махнул головой в сторону подруг, - понял, что господин действительно был прав. Но он не сказал, что они Чаровницы. Никто бы из нас не рискнул приблизиться.

-- Ты сказал "мы". Вас что много? - спросил Винар. Закончить мысль он не успел.

-- Сюда идут. Через пятнадцать минут здесь будет много человек. Приблизительно тридцать.

-- Двадцать восемь, - осклабился пленник, и тут же притих под новой порцией боли.

-- Значит, нужно собираться. Что будем делать с ним? - кивнул в сторону пленника головой Аслан. - Мира, что можно ему сделать?

-- О светлейший, я могу снять его боль. А вы можете связать его. Его люди будут здесь через полчаса, его найдут.

-- Нет, - побелел пленник. - Не связывайте. Смилуйтесь. Нет, не надо!

-- Чего кипишуешь?! Найдут тебя твои. Некогда нам, - пояснил ему Винар.

Пленник продолжал что-то кричать, умолять. Только его уже никто не слушал. Мира сняла с него боль. Анри и Винар связали, а для надёжности кляп в рот воткнули, чтобы с мыслей не сбивал. Лагерь собрали буквально за пять минут. Анри повёл всех вглубь леса. Крики пленного постепенно стихли. Ребята уходили от погони...

ГЛАВА

Геройство - это, прежде всего, презрение к смерти.

Мира улыбнулась и посмотрела вверх. Такой красоты она не видела давно, а, возможно, просто не замечала. Молочно-фиолетовый оттенок неба. Ветер гонит облака, сквозь которые пробираются лучи яркого солнечного света. Так красиво... Щемящее чувство, что ничего не можешь сделать, и так не хочется умирать. Ну, почему она ещё под действием "Поводка"?

Почему? Почему она пошла на поводу у своих желаний? Она ничего не может сделать. Ничего. Её начало трусить, то ли от холода, то ли от нервного напряжения. Их нагнали недалеко от светлой и широкой поляны. Такой широкой, что Мира поначалу приняла её за поле. Неподалёку было небольшое озерцо, почти лужица. Девчонок "попросили" не высовываться, аргументируя это тем, что если они ещё и покажутся, то отбиться друзьям вообще не удастся. Мире говорить дважды не приходилось, да и Мила сочла эту мысль весьма рациональной, хотя постоять за себя они могли.

Ребята дрались, как угорелые, не желая применять магию к людям, хоть и наёмникам. Какой-то огромный воин замахнулся на Аслана, который стоял к нему спиной, но атаку отбил, прикрывавший спину Анри. Только вот отвёл удар он неудачно. Остриё кривого меча рассекло куртку и тело Аслана. Рана была не серьёзной, но большой. Надрез тянулся по косой от бока до бедра. Аслан недовольно зарычал.

-- Мила, Мила! - закричала она. Благо, хоть не запретили разговаривать, - Госпожа, что делать? Они сейчас их убьют! Господи, - и уже прошептала. - Помоги...

-- Не убьют! - кто это сказал? Мира обернулась. - Сначала пусть попытаются что-то сделать со мной, - рядом с ней стояла Мила. Нет, это была не Мила. Из ветреного, весёлого создания она превратилась в разъярённую фурию. Но, Боже, как же она была хороша! Волосы разметались от ветра в стороны, глаза метали молнии. Они ничего хорошего врагам не сулили. Мира поймала себя на мысли, что не хотела бы сейчас стать у подруги на пути.

-- Смотри, чтобы мне не мешали, - не сказала, приказала Мила. В другое время Мира бы непременно огрызнулась. Не дело указывать старшим, да ещё и друзьям. Но сейчас от подруги исходила такая Сила, что Мира только склонила голову в знак согласия. Тем более что ослушаться ей мешало Заклинание Повиновения. Подруга что-то придумала, значит, что-то знает. - Сейчас я им покажу, чему меня на самом деле научили в Сикионе.

Аслан дрался, как угорелый. Не равные силы. Жаль, что он слишком поздно это понял. Какой-то огромный воин, нападая на Анри, слабо ранил его. Не сильно, но всё же ощутимо. Но магию он использовать не будет. Это всего лишь люди, хоть и разбойники. Они атаковали друзей не силой - количеством. Их слишком много, но так просто ребят не возьмёшь.

-- Винар, Анри. Их слишком много! Держитесь рядом!

Кажется, он кричал ещё что-то, но ребята и так отлично знали своё дело. Каждый из них взмахивал своим оружием, и ни один удар не пропал впустую, каждый раз находя новую жертву. Они не должны добраться к Мире и Миле. И они не доберутся, чёрт побери! Удар, ещё удар. "Только бы девчонки не высовывались, иначе всем нам крышка. Мы не сможем пробраться и защитить их". Удар! Снова удар. Начали уставать руки. Рана продолжала ныть. Держаться! Удар.

Мила как-то странно посмотрела и, повернувшись лицом к поляне, где шёл бой, шагнула ему на встречу. Присела, стала чертить какой-то знак на песке возле пруда, и на распев читать заклинание. "Боже, куда? Что она...". Затем подруга, не спеша, вытащила из ножен ханжар, и немного помедлив, сделала глубокий порез на руке. С руки медленно, завораживающе и тягуче полилась кровь. Её кровь...

-- Нет, Мила, нет! Туда нельзя, вернись. Моя госпожа, что ты делаешь? НЕ ДЕЛАЙ ЭТОГО! - подруга Миру не слышала. Она подождала, пока кровь медленно наполнит знак, стечёт в воду, а затем отрывисто начала произносить какие-то слова.

-- Сугаэнби Рхомах Сжуансэ Экноторио Прумина!

Мира хотела шагнуть к ней, но что-то её внезапно остановило. К ним подбирался какой-то воин. "Смотри, чтобы мне не мешали!", - вспомнила подруга наставления Милы, и метнула нож. Кто бы знал, что она научится так метать ножи, со своей-то меткостью. Но убивать Мира не хотела, хоть и могла. Противник упал, фонтаном брызнула кровь. Мира задела ухо, но разорвала ровно на столько, чтобы отвлечь его внимание.

-- Сугаэнби Рхомах Сжуансэ Экноторио Прумина!

"Что это?" Со всех сторон к месту стычки начали подбираться какие-то чёрные тени. Что. Кто это? Сначала их никто не замечал, но через пару мгновений Мира увидела результат колдовства подруги. Высокий воин захлёбывался собственной кровью, ещё один остался без глаз... Стук мечей прервали вопли и стоны раненных. Мёртвым кричать ни к чему. Тени не пробирались внутрь поля, они ограничивали его края, постепенно пробираясь в центр.

-- Что происходит? Что ты сделала, Ми...

Имя подруги просто застряло у Миры в горле. Потому что с Милой тоже что-то происходило. Она начала трансформироваться. Нет, перевоплощаться. Нет, не то - превращаться! У Миры в голове мелькали термины и фразы, но она ещё не понимала суть происходящего. Что с ней происходит? Тело её подруги свело судорогой, она как-то неестественно выгнулась и запрокинула голову назад, потом подняла. Движения сначала были хаотичными, затем стали плавными, грациозными. А когда Мира позвала её - Мила обернулась, но... Глаза! Её глаза стали совсем жёлтыми, а зрачки вытянулись. В них искрился жёлтый свет. Мила зашипела, как дикая кошка, и резко выпрямила руку в сторону боя. В эту самую минуту чёрные и быстрые тени с удвоенной яростью бросились на противников, пробираясь к середине. "Господи! Что это?".

"Не может быть, - подумала Мира и тут же сама себя осекла. - Может!". Но это все равно не укладывалось в голове. Мира, наконец, поняла что происходит. "Она вызвала... Так вот чему её учили!".

Анри прикрывал Аслана с правой стороны. Удар! Отведём выпад противника, удар. Каждый взмах его руки уносил чью-то жизнь. Его топор, выкованый горными жителями, не оставлял противникам ни жизни, ни шанса даже на жалкое существование. Кажется, он начал входить в азарт. Его оружие высекало искры.

-- А... Держитесь, смертнички. Вы ещё не знаете, с кем связались! - Удар, ещё и ещё. Сейчас он чувствовал себя отлично. Это не дурацкая магия, когда не знаешь чего ждать, а реальная жизнь. Здесь рядом его друзья и от него частично зависит, доберётся до них противник, или нет. И он не подведёт. Он посмотрел воину в глаза, и тот замер, Анри поблагодарив соперника за заминку, отбился. Только вот меч противника отвёл он неудачно. Удар...

"У меня получится, должно получиться. - Мила настраивала себя. - Там ребята, Аслан. Надо только вспомнить, сконцентрироваться, позвать. Я смогу... - немного странное чувство. - Нет, не выходит. Соберись! Они должны слушаться. Надо позвать, у меня получится". Её захлестнула волна незнакомого чувства.

"Какой сладкий запах... Так вкусно пахнет... Идите ко мне, - очень вкусно пахнет. Так пахнет, что хочется попробовать, укусить, хоть разочек. - Нет, не отвлекаться! Вы должны помочь. Слушайте! Идите! Этих чужаков надо разогнать. Вы слышите меня? Там, в середине этой безмозглой стаи, три чужака, но их трогать нельзя. Этих оставить, остальных разогнать. Идите и слушайте! Там впереди еда, добыча. Вперёд, мои милые младшие братья, помогите им. Как хорошо! Они услышали, они не бросят свою сестру. Вперёд!".

-- Давай, подходи! Давай! - кричал Винар. - Анри, справа! Да, что же ты делаешь, гад! Куда лезешь. Удар правой. Сволочи! Как их много. Куда ты лезешь со своей зубочисткой?! - "понятно, они решили нас взять не умением, так количеством. Так, отведём твою ручку". - Держи! - он с силой ударил противника в коленку, тот согнулся от боли и неожиданности. - Что? Не нравится? Да, это не по правилам. А ты думал в сказку попал, нет - ты в жизнь вляпался. - Удар! "Но что это? Что происходит?".

Упившись схваткой, ребята не сразу заметили какие-то крики и движение со стороны. Нет, не со стороны. Похоже, крики были со всех сторон.

-- Чёрные демоны! Аааа.... Спасайся, кто может! - кричал какой-то седой воин. Было видно, что он немало повидал в своей жизни. Так, чего же он мог так испугаться?

-- Помогите! - Аслан, Анри и Винар слышали эти крики отовсюду и ничего не могли понять. Мелькали люди, какие-то тени. Справа брызнула кровь. Вот кто-то совершенно обезумевший бежит на них. Аслан оттолкнул его. В голове всё гудело. Что творится? Люди начали метаться со стороны в сторону, словно стая безмозглых баранов. Это было хорошо. Про них забыли. Но отчего же они всё-таки бегут?

Каким бы необыкновенным это не казалось, но целая толпа хорошо вооружённых воинов начали разбегаться, как стайка испугавшихся уток. Впрочем, про необыкновенность упоминать не приходилось. Через считанные секунды на поляне, где дрались, по меньшей мере, человек тридцать, осталась кучка, а вернее трое друзей, которых окружили... пантеры.

"Пантеры?!". Похоже, мысли троих друзей сейчас совпадали с точностью до буквы. Откуда здесь такое количество пантер? Толпа стремительно рассеялась. Последний воин в спешке покидал поляну. Удивление их, впрочем, стало ещё большим, когда они увидели Миру, держащую в руке нож, и готовую применить его в любую минуту и... Милу, которая слишком спокойно для схватки смотрела на происходящее. Этого они не ожидали, и глупо пялились и на толпу пантер, и на девчонок. Пантеры недовольно осклабились, не давая ребятам расслабиться. Они нервно били себя хвостами по бокам и рычали. Какая-то из смелых кошек все же решила полакомиться лёгкой добычей и прыгнула в их сторону. В момент прыжка Винар поднял меч.

-- НЕТ! Сугаэнби Рхомах, Сугаэнби Сжуансэ Экноторио Прумина! - с нажимом произнесла Мила, и дерзкую пантеру обожгла и откинула боль. Как будто кто-то решил ударить её плетью. Стоявшая рядом пантера угостила её когтями, и виновница, рыча и пятясь, отступила от ребят.

-- Сугаэнби Рхомах. Прумина!

Это было невероятно. Кольцо животных разомкнулось, они начали медленно расходиться в разные стороны, пропуская ребят. Одна самая крупная пантера, видимо вожак, подошла к Миле. Мира наблюдала (как, впрочем, и ребята с буквально отвисшей челюстью), как подруга с неповторимой грациозностью стала на одно колено и положила руку на голову чёрной пантеры. Со стороны она как будто благословляла её. Постояв так немного, вожак ушёл последним, замыкая стаю. А ребята, всё ещё не веря в чудо, осторожно подошли к Миле.

Она стояла как вкопанная. Её глаза были широко раскрыты. Мила стояла рядом с ними, и в то же время её здесь не было. Глаза были наполнены невероятно ярким жёлтым светом. Он как бы исходил изнутри.

-- Мила, - позвал её Аслан. Винар помахал перед лицом рукой - никакой реакции.

-- Мила, что с тобой? - позвал Винар. Мира не знала, что делать. Не знали и остальные.

Они стояли и тупо таращились друг на друга. Похоже, у них не находилось слов для выражения эмоций и вопросов. Но они и не понадобились, потому что Мила вдруг закрыла глаза и начала медленно оседать на землю. Она потеряла сознание, и Аслан подхватил её, не заботясь о собственном ранении. ГЛАВА

"Страх перед опасностью в девять тысяч раз страшнее самой опасности, видимой глазу, и мы находим, что бремя беспокойства гораздо больше того несчастья, которое нас тревожит".

-- Есть здесь кто? Похоже - никого.

Ребята добрели до какой-то хижины. Маленький, одноэтажный и заброшенный домик не ждал гостей. Именно поэтому ребят встретила сырость, пустота и отрешённость. Только вот им до этого не было никакого дела. Всю дорогу Винар нёс Милу на руках, не доверяя свою драгоценную ношу никому другому. Сначала на вытянутых, потом просто забросил на плечо. Аслан был ранен. Его поддерживал Анри. И Винар, и Анри были в крови, но... чужой. Кроме того, им ещё пришлось нести большую часть вещей, хоть их было и немного. Ребята устали, их друг был ранен, подруга - в беспамятстве. Но всё же им удалось уйти, пускай даже и благодаря Миле (как они догадались потом). Ребята пытались шутить. Схватка подняла адреналин в крови. Но это всё было до того момента, пока Аслан не рявкнул: "Хватит!".

Мила была в беспамятстве, Аслан бледен и угрюм. Он потерял много крови. Как только ребята вошли в дом, Винар положил Милу на лавку. Она единственная внушала здесь доверие. Всё остальное было... несколько запущено.

Мира поймала взгляд Аслана. Он кивнул головой.

-- Говори. Ты знаешь, что с ней?

-- Аслан, да будет мне позволено, - тот поморщился. Конечно, это сейчас их раздражало. Хорошо, что ребята не знали мнения Миры по этому поводу. Её тирады хватило бы не только на один вечер. - Мила находится во власти небытия. Анри и Винар должны найти определённые растения. И, чем скорее, тем лучше. Их немало. Многие из них нужно принести до захода солнца. Ты можешь узнать, как они выглядят, я покажу. Прости, если осмелилась тебя потревожить, - "Идрить твою вошь! Как только смогу нормально говорить - начну материться на радостях. Надоело" - прошу вас, поспешите. У нас мало времени...

-- Но что она сделала? - задал вопрос Винар.

-- Она сделала единственно возможный, но опасный ритуал, - не ответить Мира не могла, но и говорить было некогда. Как хорошо, что можно всегда не договорить. - Прости мне моё молчание, но прошу вас ещё раз поторопиться. До захода осталось от силы два часа. А потом...

-- Что потом? - жёстко спросил Аслан. Да так, что это заставило и Миру, и ребят поёжиться. Впрочем, они его понимали.

-- Потом, я не буду знать, как ей помочь. Прошу вас, идите. Я всё приготовлю. - Ребята уже сделали два шага к выходу, когда Мира снова позвала Аслана. - Аслан, мой господин, подойди, прошу. - Аслан подошёл, терзаемый желанием броситься на поиски необходимых трав, и любопытством. Было, что-то в голосе Миры такое, что заставило его повернуть назад.

Аслан подошёл к Мире, и она взяла его за руку. Посмотрела в глаза, и неожиданно крепко обняла, что-то тихо прошептав. Ребята стояли на пороге с открытыми ртами. Нет, определённо Заклинание сильно повлияло на Миру. Раньше такого не случалось. Особой сентиментальностью их подруга не страдала. Но удивлялись не только Анри и Винар. У Аслана внезапно закружилась голова, и резануло болью в раненном боку, когда подруга сильно провела рукой по ранению, но Мира из объятий его не выпустила, только ещё сильнее прижала к себе. Он стиснул зубы. Лишь пару секунд погодя, просто оттолкнула. Теперь её спину жгло, тело ломило. Голова кружилась от потраченной силы.

-- Вам пора, - Мира показала, что аудиенция закончена.

Ошалевшие ребята вышли на улицу. Аслану было немного не по себе. Мира убрала боль.

-- Так. Нужно разделиться. Нам нужны... - Аслан собрался было перечислить названия.

-- Аслан... - Его поток слов прервал Анри.

Рана на боку у Аслана больше не кровоточила. ЕЁ НЕ БЫЛО ВООБЩЕ!

**************************

Мира посмотрела на окровавленную руку. Кровь... Как будто её собственная: липкая, аж капает. Возможно, кто-то опровергнет её слова, только вот нехорошее это чувство - ощущать не свою кровь на руках. Очень нехорошее. Словно с чужой жизнью играешь. Она нашла чистую деревянную плошку. Можжевеловая? Точно! Как же ей повезло. Мира подержала руку над миской, дождалась, пока кровь с руки стечёт туда. А всего лишь убрала порез с тела Аслана. Даже сама не ожидала, но получилось просто отменно. Объяснять было некогда, поэтому пришлось посамовольничать. Зато отдача была просто колоссальной. Мира была бледна и угрюма. Кроме этого, она еле держалась на ногах. Всё-таки зелёная, исцеляющая магия забирает слишком много сил. Энергию можно было взять откуда угодно: от близ стоящих деревьев, животных, травы, камней, воздуха, солнца. Вот только на том месте, где она взяла бы силу, очень долго бы ничего не росло. Это место было бы мёртвым не один десяток лет. Магия солнца и ветра требует тщательной подготовки. Поэтому Мира выбрала оптимальный вариант - отдать собственные силы. Не только телесные. В каждое лечение и исцеление вкладывается частичка души. Это наиболее сильное воздействие, только потом донор очень плохо себя чувствует. Мира на дрожащих ногах вышла во двор. Окинув взглядом территорию возле хижины, она заметила цветок. Нежный, красивый, ароматный. Он был свежим и чистым. Таким чистым, что Мире на минуту стало жаль того, что она сделает. Но выбора у неё не было. Мира присела на корточки перед цветком, взяла его нежно розовые лепестки в руки, и закрыла глаза. Очень скоро она увидела нежную ауру цветка. Его энергию. Мира прикоснулась к ней. Мысленно попросив прощения, она начала втягивать её в себя, и сливать с собственной силой. Энергии цветка было мало, но она была изумительно чистой. Через пару минут девушка открыла глаза. В её руках лежали сморщенные и почерневшие лепестки цветка. Мира печально и осторожно положила их на землю. Жаль, но зато теперь у неё есть шанс помочь Миле. В противном случае у неё просто бы не хватило сил. Девушка поднялась и зашла в дом.

Подруга взяла Милу за руку. Рана уже запеклась. "Видно в таком состоянии, её клетки регенерируют быстрее обычного. Нехорошо-то как. Прости, малышка, придётся побеспокоить твою рану ещё раз. Только чуть позднее". Подруга пробежалась по дому в поисках необходимых атрибутов: воды, огня, свечи, мела. Положив всё это перед собой, она вышла во двор и набрала пригорошню рыхлой земли. Снова зашла в дом, и села за пыльный стол. Положив все вещи перед собой, она закрыла глаза, и старательно сосредоточилась. Ощутив одной ей ведомой, присутствие некого согласия силы, он открыла глаза и коротко произнесла молитву Освящения, закончив её с пафосом и серьёзностью: "Освящаю вас на благие дела. Да поможет мне Творец!". Ну вот, вроде бы и всё.

Мира села возле Милы. "Как же тебя угораздило, малышка? Как же мне тебя вытащить? Я ведь этого никогда не делала". Она всмотрелась в разметавшиеся по лавке волосы, спокойное лицо, мелькавшие под веками глаза. Если первый час Мила подавала признаки жизни, хотя бы бредила, то сейчас её тело непроизвольно вытянулось, лицо побледнело, дыхание стало ровным и спокойным. Она ускользала, уходила от человеческого образа, растворялась в небытие, обретала покой земли, текучесть воды, которым за спасение друзей и брата отдала небольшую жертву. Маленькую и незначительную со стороны профанов (ну, кому из нас не доводилось хоть раз в жизни поранить руку, или ногу, упасть, оцарапаться о землю), но серьёзную и влекущую за собой сильнейшие последствия, ведомые посвящённым людям. Небольшая, незначительная и маленькая жертва Милы - это её кровь. Кровь, отданная добровольно земле, воде и животным, которые услышали свою названную сестру. Вода и земля несли её просьбу. И она была услышана. Вот только вода забирает много сил. Слишком много. И Мила сейчас находилась между Грядой Запредельного, и быстро гаснувшим сознанием. Темнело быстро. Слишком быстро...

"Где вы? Я её теряю!", - с немым вопросом обратилась она к ребятам. Но ответ пришёл незамедлительно. Двери распахнулись, и в дом вошли друзья. У Миры на половину отлегло от сердца.

-- Да будет мне дозволено говорить...

-- Валяй, - великодушно обратился Винар. - Объясни нам, наконец, что случилось. Мы всё принесли, - ребята начали высыпать перед ней травы.

Возможно, Мира и не хотела бы сейчас что-то говорить. Только не послушаться "приказа" она не могла. А посему, коротко поясняя суть ритуала и возможные последствия, она готовила Контрритуал. Такой, который позволил бы вытащить Милу в сознательное восприятие мира. Суть её рассказа сводилась к следующему...

Увидев, что брата ранили, а друзьям грозит не меньшая опасность, Мила решила защитить их любым способом. Мира не знала, чему научили подругу в Сикионе, только ритуал Мила выбрала довольно опасный. Отдавая воде и земле свою кровь - часть себя, своей сути, она позволяла вести себя на грани бессознательного контакта. Похоже, что в данном случае, она разрывалась между желанием помочь, и нежеланием убивать, поэтому результат был, скажем, несколько необычен. Земля позвала животных. Только вот Мира не до конца усваивала, почему животные подчинились Миле, приняли её за свою. Это был определённо обман, хоть и удачный. Короче, она попросила их помочь. А дальше, из-за сильного перенапряжения она не смогла закончить всё должным образом, и впала в беспамятство. Мира злилась. Она уже всё подготовила, время уходило, а она была вынуждена объяснять дальше.

-- Думаю, она сама создала себе ловушку, свив из собственных эмоций Ларву. Ларвы питаются астральным веществом неблагоразумного, испуганного, а также отказывающегося верить в себя человека. Они проникают в существо одержимого и порождают сумасшествие, выпивая энергию. Мила уже подкормила его, отдав ему часть своей крови. Если её не вывести из искусственно созданного магического добровольного ступора, она может не проснуться.

Вот после этих слов в доме наступила тишина. Казалось, притихло всё вокруг.

-- А ты знаешь, как её вывести из этого состояния? - по выражению лица Аслана, нельзя было понять, что он чувствует. Мира кивнула, но тут же исправилась.

-- О Аслан, да простишь ты мне мои слова. Понимаешь, мой господин, я знаю это только теоретически. Этот ритуал выдернет Милу из объятий вечного сна. Только... Только ты должен довериться мне.

-- В каком смысле?

-- В смысле того, о Светлейший Аслан, что я буду вашим полукровным проводником, так как только родственная душа может проникнуть к ней. Я загляну за Гряду, но ты должен непрерывно её звать. Я не смогу провести туда тебя, у меня не хватит сил. Объяснять сейчас тоже нет времени. Но магия крови очень сильна, я буду брать силы у тебя. Только для этого ты должен доверять мне - слепо и безгранично. Прости меня за мои слова, - последнее, впрочем, Мира добавила уже от себя, - потому что, в противном случае, погибнешь и ты, и Мила, и я... Я могу не рассчитать, взять слишком много.

В доме снова воцарилась тишина. Было слышно, как ребята затаили дыхание, как потрескивает свеча и огонь в печи. Наконец, Аслан коротко кивнул.

-- Я согласен. Что делать нужно?

-- Ты должен мысленно настроиться на контакт с Милой. Вы, - обратилась она к Винару и Анри, - следите за Милой, мной и Асланом. Его лучше не трогайте, ему нужно сосредоточиться. Если я, или Мила перестанем дышать, или, во втором случае, начнём ворочаться, как бы просыпаясь, ударьте по щекам. Сильно. Но не переусердствуйте. Это, чтобы легче воспринять переход. Не из сна будем возвращаться. Не задавайте вопросов ни в коем случае, я под действием Заклинания. Всё, мои господины, начали.

Мира взяла в руку можжевеловую пиалу с кровью Аслана. Затем ножом освежила рану на руке Милы. Кровь начала медленно стекать по руке подруги в плошку. Ребята только переглянулись. Мира бросила какие-то травки в ту же чашу с кровью, и сделала неглубокий порез у себя на руке. Она лежала на деревянной лавке, параллельно с Милой. У их изголовья сидел Аслан, у ног - Винар и Анри. Между лавками внизу на полу стояла можжевеловая миска, куда капля за каплей стекала вязкая и тягучая кровь девушек. Её и названной сестры. Горели свечи, вокруг очерченного мелом и землёй знака. Дымились принесённые травы. Мира закрыла глаза и тихо, почти про себя, произнесла Заклинание.

-- Кровью двери отворяю, заклинание читаю. Свизи Нэнна Промне Я, Латуранэ Мромина. Светом жизнь тебе дарую, Тьмою смерть твою ворую. Креннэ Ландра Свизи Я, Суани Лромэнна ха...

Она начала погружаться в сон. Только на него это было похоже мало. Вокруг всё было серым и размытым. Своё состояние она не могла описать, поэтому решила прекратить бесплодные попытки. Она шла вперёд... Внезапно перед ней возник красивый свежий куст роз. Красиво. Но не сейчас. Всё это задерживает, отвлекает. Нужно найти Милу. Мира продолжала идти. Пробежал забавный весёлый щенок, похоже, что он даже тявкнул. Не это. Нужно найти Милу. Проползла гадюка. Не страшно. Мне нужна Мила. Её пытались отвлечь, впрочем, совсем безобидно.

"Мила", - позвала она, и услышала ещё один поток мыслей. Похоже, это Аслан.

"Мила", - снова позвала она.

"Кто это?", - услышала Мира равнодушный голос.

"Мила. Это Мира. Где ты?", - каждое из слов отдалялось эхом.

-- Здесь, - Мира обернулась. Голос из-за окружения немного расплывался, впитывался в туманные образы и видения. Мила сидела у воды, грустно гладя подводные камни. Позади неё было что-то. Существо - не существо, сущность - не сущность. Оно за ней тянулось, как за сладкой конфетой.

-- Мила, наконец, - глупо было спрашивать, как она. - Пойдём. Мы должны идти.

-- Я не хочу, - одно слово печальнее другого. Так говорят только те, кто сам добровольно отказывается от существования. "Ой, как не хорошо. Ой, как плохо. В этом состоянии законы силы не действуют. Похоже, оно постаралось на славу. Но я тебе её не отдам!".

-- Мила, пойдём. Ты нам нужна, - похоже, эти слова её немного заинтересовали. Выдернули из оцепенения. - Солнышко. Ты мне нужна. Ты должна справиться. Тебя все ждут. Тебя зовёт Аслан, я пришла за тобой. У меня к тебе сюрприз, но там... Ты должна пойти со мной, - Мила верила. Верила, но что-то её держало.

-- Почему он сам не пришёл?

-- Он не смог. Но он зовёт тебя. Слышишь? Он ранен, - решила нужным напомнить Мира.

-- Слышу. Мира...

-- Что?

-- Я не могу. Меня не пускают. Мне так хочется спать, только я боюсь.

-- Знаю, малышка. Вижу. Я помогу. Ему нужна твоя сила. Если ты уснёшь, я не смогу помочь ни тебе, ни себе, ни Аслану. Ему нужна твоя помощь. Мы обманем их, дадим им силу, но не твою. Я дам её за тебя, но ты должна уйти. Ты найдёшь дорогу. Слушай брата. Иди...

-- Но... А ты?

-- Мила, иди. Скорее. Я скоро приду. Иди! Им нужна твоя помощь... Скорее, - слишком резко она подгоняла её.

-- Ты придёшь? Обещай... - это походило на разговор с капризным ребёнком. Только вот сил на объяснения почти не осталось.

-- Обещаю. Как только позовёшь - приду.

Мила пошла. Но точнее сказать, поплыла. Потому что здесь очертания смазывались. Ну, вот. Теперь следовало отдавать силу, пока Мила не вырвется, тогда нужно закрыть проход. Задумываться, как это сделать, находясь внутри небытия, времени не было. Мира опустила руку в воду.

Ребята смотрели на девушек. Им было не по себе. Шутить уже не хотелось. Ощущалось явное присутствие магических чар. Они нервничали. И было от чего. Белые лица, почти неслышное равномерное дыхание, ровные тела. Тишина такая, будто уши заложило. Мира вскоре погрузилась в какой-то транс. Аслан всю эту процедуру сидел с закрытыми глазами, словно медитируя. Он тоже вошёл в особый дыхательный ритм, немного побледнел. В скором времени он начал слабнуть прямо на глазах. Ребята только скрипели зубами, не зная чем помочь. Затем, ещё через какой-то промежуток времени зрачки под веками Милы начали двигаться, она шумно вздохнула. Винар посмотрел на Анри, тот коротко кивнул. Тогда он решительно подошёл к ней, и звонко влепил ей пощечину. Мила открыла глаза и схватилась за уязвлённое место. В то же самое время Аслан тоже устало открыл глаза. Они радостно уставились друг на друга. Аслан обнял сестру. Только один человек продолжал спокойно лежать. Ребята с беспокойством переглянулись.

-- Мира, - негромко позвала подругу Мила. Из-за тишины слова прогремели по дому. Мира уже не дышала. - Мира, проснись! - её начали трясти. Кажется, у друзей началась паника. Ведь на этот случай Мира не оставила им указаний. - Мира ты ОБЕЩАЛА! Про-сни-сь!

Анри тоже не обделил Миру оплеухой. Даже не один раз, её трясли, и звали. Вот только, она продолжала лежать, претендуя на место какой-нибудь местной городской статуи. В таких истерических попытках привести её в чувство прошло минут пять. Они даже делали ей искусственное дыхание.

-- Ты обе-ща-ла, Мира! - но подруга лежала камнем, её руки были холодными, лицо бледным. Она не шевелилась, как ребята ни старались привести её в чувства. Её ещё раз встряхнули, но это не привело ни к какому результату. Аслан звал мысленно, но ответа не было.

Только после этого у Милы потекли из глаз слёзы, Винар и Аслан насупились, Анри прижал к себе сестру друга. Они поняли тщетность и бесплодность своих попыток.

"Только этого не хватало!", - подумала Мира, выходя из транса, и шумно вздохнула.

ГЛАВА

"Главное не паниковать, не шебушиться. Меньше движений - больше

достижений!". Николай Омельченко "За всё в ответе".

-- Ненормальные! Вы знаете, как нас испугали? - кричал на девчонок Винар. Бледные Мила и Мира с улыбкой переглянулись. После того, как Мира очнулась, ребята не переставали ругаться. Сейчас все вместе они пили чай из принесённых ребятами трав. А ребята возмущались. - Блин! Героини мне нашлись! Без вас бы управились!

-- Да ладно, Винар, хватит распыляться, - Мира удивилась, Анри проявил признаки благоразумия. Впрочем, он и Аслан кричали недолго. Теперь большей частью ворчал Винар. - Думаю, они поняли свои ошибки. К тому же Мила быстрей избавилась от наёмников, чем мы. Мира, - обратился он ко всё ещё бледной подруге, - что плохо? - было видно, что он хотел сказать что-то другое, но передумал. А Мире говорить не хотелось, поэтому она только кивнула.

"Неужели я так плохо выгляжу, что он даже поругать меня не хочет? Обычно он такого случая не упускает".

"Ну, есть немного, - услышала она мягкий соучастливый ответ Аслана. - Мира...".

"Что?".

"Спасибо".

"Да ладно тебе!".

"Нет, правда".

"Перестань! И слышать ничего не хочу. Я сделала это ради Милы. Тоже самое сделал бы каждый из нас. Никто не был бы исключением"

-- Аслан, Мира, можете говорить вслух, или нам выйти? - Винар прямо таки нарывался на откровенный разговор.

-- О Винар, свет наших очей. Доблесть твоя безгранична, как вода в подземном источнике, - начала издеваться над ним Мира, видя, как он морщится. Кажется, она уже находит преимущества этой речи. - Перестань на нас кричать. Лучше налей ещё чаю, и спроси, о чём хотел, - она немного его обняла.

-- Ладно, только в следующий раз думайте. Это и тебя касается, - он сердито посмотрел на Милу, а Мира ей подмигнула. Подруга согласно кивнула в ответ. - Почему ты так долго не приходила в себя?

-- О милейшие, я заблудилась. - Мира начала рассказывать о том, что произошло после того, как Мила ушла.

Мила пошла. Но точнее сказать, поплыла. Потому что здесь очертания смазывались. Ну, вот. Теперь следовало отдавать силу, пока Мила не вырвется. Тогда нужно было закрыть проход. Задумываться, как это сделать, находясь внутри небытия, времени не было. Мира опустила руку в воду. Она чувствовала, как отдаляется подруга, чувствовала нарастающее беспокойство Ларвы, которая не могла понять, в чём дело. Хотелось спать. Рука начала потихоньку неметь и замерзать. Стало холодно. Мира борола в себе порывы выдернуть руку из воды, которая вытягивала у неё силу. Силу Аслана она перестала брать, когда перестала слышать его голос. Она заменила её собственной. Нельзя расслабляться, пока не проснётся Мила. Минуты растянулись в часы. Миру трясло от холода, так хотелось спать. Голова начала клониться сама собой. Её силы уходили гораздо быстрее, чем силы Аслана. Может потому, что её собственных сил было намного меньше. Она больше не могла сопротивляться. Мира закрыла глаза, и погрузилась в ласковые объятия холода. Её не интересовало ничего. Она уже почти не принадлежала себе... Было холодно и темно. Темнота была отовсюду. Возможно, потому что она закрыла глаза, а, может, и по другой причине. Тьма звала, говорила, спрашивала...

"Кто ты? Почему ты здесь добровольно?", - спросила Тьма.

"Я отдаю свои силы за подругу".

"Женской дружбы не бывает. Почему ты здесь?", Тьма, казалось, удивилась.

"Из-за подруги. Женской дружбы не бывает. Но бывает просто человечность. Я знала, как её спасти, поэтому я здесь".

"Ты думала, что знаешь, - настаивала Тьма на своём. - А теперь ты не можешь найти выход. Я Тьма. Я здесь Хозяйка".

"Здравствуй, Тьма, - Мира не шутила. Здесь не могло быть шуток. - Я Мира...эль".

"Я всё про тебя знаю. Но ты оставила голодной мою слугу".

"Мне жаль, но она выбрала не ту жертву".

"Это она должна была добровольно отдать силу... взамен на помощь".

"Ты не властна над животными и стихиями. Твой удел - Ночь. Она отдала свою силу. Ты больше ей не Хозяйка".

"Ошибаешься! Я могу забрать её жизнь, а могу забрать твою. Слышишь, как они тебя зовут? - Мира уловила размытые звуки своего имени. Её звали друзья. - Я Хозяйка. Я могу оставить тебя здесь".

"Даже, если ты меня просто попросишь, я останусь", - парировала Мира.

"Знаю, ты под действием чар". Тьма говорила, Тьма думала, Тьма решала...

"Чего ты хочешь, Тьма?".

"Найдите Источник Силы. Пообещай, и я тебя отпущу. Это будет вам защитой".

"От кого? Почему ты хочешь нас защитить?" - не поняла Мира.

"Пообещай, и я тебя отпущу. Всему своё время, дитя".

"Я не могу обещать за других, но обещаю за себя".

"ИДИ, - выдохнула Тьма. - Я отпускаю тебя, МОЁ дитя".

Мира не понимала светло вокруг, или темно. Где она находится, и куда идти. Но она услышала слова Милы: "Мира, ты обе-ща-ла". И Мира пошла на зов...

**********************************

-- Значит, я был прав, - сказал Винар притихшим ребятам. - Надо идти за Сокровищами и Силой.

-- Послушай, но ведь Тьма - это Тьма. Первое, - это могло привидеться Мире, она всё-таки бредила. Второе: нас могут обманывать, старательно затягивая в ловушку.

- Тьма не значит зло, - возразил Винар.

-- Значит! - стоял на своём Анри.

-- Что значит зло, а, что добро? - спросил Аслан, чтобы прервать болтовню и споры. Ребята продолжали стрелять друг в друга взглядами. Разгорелась дискуссия.

Мира только сейчас поняла, что, не смотря ни на что, они остаются прежними Винаром и Анри. Ничего не изменилось. Ни-че-го! А, значит, они всё равно поругаются, а потом пойдут. Поэтому... Додумать свою мысль она не успела.

-- Мира! - Мила кинулась к ней. У Миры из носа хлынула кровь. Впрочем, она больше этому удивилась, чем испугалась.

-- Ничего, добрейшая, ничего, - бормотала она. На самом деле было даже больше, чем "чего". Такого быть не должно. Сонливость, усталость, дрожь, потеря сил - да. Страха, боли, и крови - нет. Но тогда, что это с ней? Сознания она не теряла, но продолжала глупо пялиться в окно. Было настолько жутко, что волосы на макушке начали шевелиться. Миру выгнуло дугой, по телу прокатилась волна дрожи.

-- Что с тобой?

-- Я не знаю! Мне страшно...

Страшно? Это удивило больше, чем то, что Мире было плохо. Впрочем, не одной ей. Беспричинное беспокойство вдруг охватило Аслана, Мила вдруг странно съежилась, и только хлопала глазами, пятясь в угол. Анри хмурился, но храбрился. Винар с недоверием смотрел на происходящее. Он ничего не чувствовал. Не было похоже, что друзья его разыгрывают. Слишком натурально они играли. Он бы сказал через чур.

-- Я пойду посмотрю, что там снаружи.

-- Не ходи, - в один голос закричали девчонки Винару. Слишком это было по-женски, так волноваться. Но паника не оставляла им выбора. Винар покачал головой. Что-то здесь было неладное. Он ещё сомневался, но уже знал, в чём дело.

*************************************

Винар взял освящённый Мирой мел, и начал рисовать магические знаки на деревянном полу. На вопросы, что он делает, или собирается делать, отвечал односложно. Винар знал, ЧТО приближается к домику. Он собирался силами. Друзья не помогут. Это его бой. Он рисовал пентаграммы, пентакли, гексаграммы, вписывал символы, священные имена, которым его обучили. Он готовился. Он ждал.

Закончив чертить магический круг, Винар коротко приказал друзьям собраться внутри него. Миру почти занесли, настолько её сковал ужас. Шею сдавило, в голове отражались неслышимые удары. Всё происходящее она воспринимала через туманную дымку, как кинофильм. Парни держались вместе. Оружие они сложили у ног. Винар только усмехнулся. Он знал, что против ЭТОЙ твари, оно бессильно. Мила молчала, о страхе свидетельствовали лишь широко раскрытые глаза, и бешено колотящееся сердце. Винар был готов. Винар ждал, как его учили.

ОНО приближалось, ОНО учуяло человека, ОНО хотело есть, и не собиралось отступать. ОНО не привыкло проигрывать, никогда. ЕГО манил обычный человеческий страх, эмоции. Чувства боли, страха, отчаяния...

Невесть откуда к дому подходил большой чёрный пёс, просто таки невероятных размеров. У него были багровые глаза, сродни большим чайным блюдцам. Он казался большим сгустком чёрного тумана. Пёс неспешно подошёл к дому. Он медлил, он наслаждался. Двери дома были открыты. Он уже предвкушал сытный ужин.

Внезапно пёс насторожился. Что-то мешало... Мешало войти. Мешало войти, и одержать победу. Пёс глухо зарычал, обнажив острые, как сталь, клыки. Из пасти показался огненный язык. Дверь дома была открыта, но войти пёс не спешил, учуяв запах чего-то. Среди страха и отчаяния, пробивался тоненький знакомый аромат. Аромат, пьянящий, как дурман, знакомый до боли... Аромат самой СМЕРТИ. Пёс снова зарычал, а потом поднял адскую морду вверх, и протяжно завыл. Это был клич. Это был страх. Это была смерть.

Мила дёрнулась. Она с детства боялась собак. Но то, что показалось в дверях, было мало похоже на обыкновенного пса.

"Чёрт, - подумал Винар, - это совсем не Морок".

Ребята молча схватились за оружие. Мила вскрикнула, и уже было дёрнулась в сторону, но внезапно кто-то резко схватил её за руку. Мила повернулась. На неё спокойно смотрела Мира. Она отрицательно покачала головой, и крепче прижала к себе подругу. Мила притихла. Она боялась, боялась сильно. Ужас витал в комнате. Ужас наполнял стены. Это было слишком ощутимо.

Винар боялся, что кто-то выйдет из круга. Он только закончил последний виток, произнёс последнее имя, замкнул круг. На пороге стояло ОНО. Винар уже не боялся. Сердце колотилось, сердце бешено стучало. Это был стук боя, защитная бронь, удар адреналина. Винар начал читать заклинание.

-- Именем Арадиа, прочь от нас всё враждебное, обманное, наколдованное. Именем Баллатер, прочь от нас всё враждебное, обманное заколдованное.

Пёс зарычал и сделал шаг вперёд. Винар только крепче стиснул зубы, и твёрже стал произносить формулы. Он должен помочь друзьям, должен преодолеть собственный страх.

Мира слышала стук собственного сердца. Слышала стук, искала страх, но... Его не было. Он просто испарился. Была дрожь, кружилась голова. Но кровь идти перестала. Всё происходящее казалось дурным кошмаром. Там, у порога стояло адское чудовище. Злобный пёс, от которого за версту несло смертью. Он был само зло, аккумулятор негативной энергии и чувств, порождение ада. Его глаза выражали только ненависть, больше ничего. Он не приближался. Но и не уходил. Он ждал... Ждал расчётливо, пока закончатся силы, словно убийца, которому некуда спешить. А сил у Винара было мало. Они таяли, как воск на свечах.

-- Винар, чёрт возьми, ЧТО ЭТО? А ну, пшёл вон отсюда, мерзкая тварь!

-- Это порождение зла. Демонический разум. Керберр - охранник Зла. Питается он силой страха, боли отчаяния, крика и агоний. Не выходите за пределы круга. Чтобы не случилось. Не выходите! Я не могу выгнать его, но круг должен служить препятствием.

С клыков пса стекала слюна, глаза горели, как два уголька. Он ощетинился. Внезапно пёс посмотрел на свечи, так и оставшиеся гореть возле двух лавок, на которых недавно лежали девушки. Пламя начало дёргаться, волноваться. Пламя жило собственной жизнью, исполняя замысловатый танец. Оно игралось, поднималось выше, низко опускалось к земле. Воск таял... Вот первые языки пламени коснулись простого дощатого пола. Там, где они коснулись, остались чёрные пятна. Огонь колебался. А Керберр ждал...

Огонь больше ничего не удерживало. Простой дощатый пол вспыхнул, как солома. Огонь, не спеша, даже лениво начал расплываться по комнатке.

-- Мама, - взвизгнула Мила, и дёрнулась. - Я боюсь!

-- Не выходите из круга!

-- Винар, он же нас всех спалит! Мы не можем ждать!

-- Стойте! Не выходите из круга!

-- Винар!

-- Не выходите из круга! Стойте!

"Господи! Кто прислал эту адскую машину?".

"Мира, не бойся".

"Я стараюсь. И тебе советую. Аслан, пределы круга нельзя покинуть. Ни в коем случае. Здесь нам ничего не грозит. По идее... Удерживай Милу и Анри".

Вокруг уже во всю бушевало пламя. Едкий дым повалил во все стороны. Пёс подобрался почти к самой меловой черте. Винар шептал магические слова. Он весь взмок. Голова жутко болела. Сил не было. Казалось, ещё минута, и он повалится на землю. Но он продолжал стоять. Дышать совсем стало невмоготу. Пёс подобрался так близко, что мордой почти касался тела Винара. Тот закрыл глаза, и продолжал твердить формулу, как заученный стих. Дышать было нечем, голова кружилась. Лёгкие протестовали, отказывались служить. Одежда прилипала к телу. Жар стоял, как в бане. В висках стучало. Руки Винара начали дрожать. Он сделал пас рукой, очертив какую-то замысловатую фигуру, и... Встретился глазами с НИМ. Пёс стоял, жутко осклабившись, показывая невероятной длинны клыки. Острые, как бритва, смертоносные, как жало. Но такие манящие, что хотелось попробовать. Хотелось ощутить их на себе. На своём теле. А потом Винар посмотрел ЕМУ в глаза, и больше не смог сопротивляться. Голова пошла кругом, дышать он больше не мог, он сбился с темпа, перестал твердить заклинание. Винар хотел сделать шаг на встречу ЕМУ. Хотел, но внезапно...

Внезапно сразу две руки легли ему на плечи. Винар не обернулся. Это было ни к чему. Наваждение спало. Он владел ситуацией. Винар криво ухмыльнулся. Поднял руки, начертив какой-то знак, и продолжил читать конец формулы. Пёс запрокинул голову и протяжно завыл. Казалось, от смертельной тоски, что еда оказалась не по зубам. От этого воя, заложило уши, и волосы встали дыбом. Туманная шерсть на загривке чудовища поднялась торчком.

Аслан и Анри переглянулись, но рук с плеча Винара не убрали. Дышать было нечем. Все пятеро сейчас сидели клином. Перед чудовищем Винар, за ним по правую сторону Аслан и Мила, по левую - Анри, и Мира. Ребята держались за руки. Это было двойной защитой. Первое, чтобы никто не покинул пределов круга. Второе, это был своеобразный аккумулятор энергии для Винара.

Пламя уже бушевало во всю. Языки лизали стены и пол, добирались до потолка. Было жарко, как в аду. Но пол в середине круга, огонь почему-то захватить не мог. Голова пошла кругом. Дышать стало совершенно невозможно. Воздух почти разрывал бронхи, обпекая их пламенем. Начался жуткий кашель. Мира опустилась на колени, закрыла глаза, и потеряла сознание... Последним отключился Винар. Он не слышал, как адский пёс злобно выл, он не видел, как языки пламени лижут невидимую, но мощную преграду, он не знал, кто стоит за всем этим. Но последней его мыслью было то, что кто-то в этой схватке снова проиграл. -- Значит, она им помогла.

-- Да, мой господин.

-- Что ж. Похоже, они превратились в опасных соперников.

-- Но они всего лишь дети. Керберра отпугнула ОНА. Они бы ничего не смогли сделать.

-- Возможно. Это в её силах. Но они хотят добраться к Источнику. Этого нельзя допустить.

-- Или можно. Чтобы они достали что-то, что нужно нам. Что-то, что достать мы, - он поправился. - Я не могу.

-- По дороге им нужно поставить реальные опасности. Реа-ль-ные! Только Избранные смогут найти и пройти...

-- Источник Силы Неогеи, - закончили они вместе. Господин посмотрел на своего вассала, проверяя, не читает ли тот его мысли. И, решив, что всё в порядке, продолжил. - Да. Совершенно верно. Ты становишься проницательным.

-- Но, мой Господин! А, что если они и впрямь Избранные?! - и, увидев, как хмурится его Господин, слуга поспешно продолжил. - Что, если они доберутся до Источника? Они станут очень сильны, мой Господин, очень!

-- Если стражи их пропустят, это будет означать...

-- Что они Иные?

-- И это тоже. Это будет означать, что время настало. Если они получат силу, у нас тоже будет шанс собрать свою. В этом мире всё находится под равновесием сил.

-- Но, мой господин, у нас армия нечистых, наёмников. Что они смогут сделать? И станут ли? Они ведь тоже люди, их можно попытаться завлечь на свою сторону, купить, в конце концов.

-- В твоих словах есть резон, - сверкнул глазами человек, сидевший на троне.

-- Спасибо, мой господин, - поклонился молодой человек.

-- Вот что. Мы всё же немного подождём. Мы знаем про них всё, они про нас - ничего. Значит, у нас есть небольшое преимущество. Кроме того, у нас действительно большая армия. Для них она особой роли не играет, но затруднит их шаги, несомненно. Особых действий пока предпринимать не будем. Но, если их и вправду пропустят Стражи...

-- Мой господин, это маловероятно.

-- Я вызову Воинов.

-- Мой Господин! Воинов?

-- Мой мальчик, ты ещё достаточно молод, чтобы не видеть очевидной угрозы. Никто не знает, чем их могут одарить Стражи. Но то, что они станут сильнее - факт!

-- Воинов сложно контролировать! Сначала мы обязаны помешать им. Хотя бы устроить погоню...

-- Хм, ну попытайся. Я буду ждать от тебя известий.

-- Спасибо, мой господин. Да пребудет с нами Хаос.

-- Он с тобой, сын мой. Ступай.

ГЛАВА

Счастью - не верь, а беды - не пугайся!

Анри открыл глаза. Сон? Это был всего лишь сон? Но, прояснив сознание, Анри увидал сожженный пол, стены, обуглившиеся лавки. Значит, не сон. Он, кряхтя, поднялся, и разбудил остальных. Ребята угрюмо переглядывались. Больше всего удивило нетронутое пространство в форме круга. Аккурат в том месте, где был магический круг ребят. Каким образом пространство осталось нетронутым? Что вчера произошло?

Одно ребята знали - вчерашней победой они обязаны Винару. Ему было очень плохо. Глаза напоминали двух сваренных рачков, лицо было более помятым, и явно не первой свежести. Мира не только посочувствовала ему. Поднявшись, и немного шатаясь, она заварила новый ароматный травяной настой.

-- Пей, о свет наших очей, ослепительный повелитель монстров, гроза...

-- Достаточно! - прервал её Винар. Состояние было препаршивейшим. - Что это?

-- Травяной настой, мой господин, он придаст тебе сил.

-- Водки ему надо, а не травяного настоя, - предложил Анри. Винар посмотрел на него более осмысленным взглядом. - А где ж её взять, - продолжил тот.

Винар с сомнением посмотрел на тёмную жидкость, но глотнул.

-- Фу! Какая гадость! Что это? Помои?

"Самая пища для поросёнка", - подумала ехидно Мира, но вслух сказала совсем другое.

-- Смесь Архилима, Бели, Валерианы, Ромашки, Вербены, и ещё нескольких мало изученных трав, мой господин. Пей, это очень полезно. Оно придаст тебе сил.

Ребята осмотрели друг друга. Чувствовали сейчас они себя паршивенько. Все с ног до головы, были перемазаны в саже и пепле.

-- Как мы смогли уцелеть? Что вообще произошло? Что ты сделал, Винар?

-- Не знаю я! Когда Мире стало вдруг плохо, а потом и я ощутил панику, беспричинный страх. Вы, наверное, тоже. Я решил, что это Морок. Ну, души, которые не нашли покоя. Они нагоняют подобные ощущения. Я начал подготавливать пентаграммы защиты. Как только я подготовил последнюю, в дом вошла эта чудовищная собака.

-- Мой господин, она и вправду была размером с телёнка? Или мне со страху показалось?

-- Думаю, что даже больше. Значит, когда она вошла, я понял, что ошибся. Подготавливаться к отпору времени не было, поэтому, единственное, что мне оставалось, держать круг. Про остальное - не спрашивайте. Этот круг... Он не должен был остановить Керберра. Против него моя защита бессильна.

Винар понуро наклонил голову. Ребята замолкли, и начали создавать вид, что занимаются делами.

-- Ну, и видон! Надо бы пойти постирать одежду. Тут недалеко озерцо есть. Вы как? - Анри вопросительно посмотрел на друзей.

-- Согласен. Мира, твой настой, хоть и отвратителен, но помогает, - Винар выглядел уже намного лучше. - Ну, что? Идём?

Возражений не было. Дом напоминал обуглившуюся головешку. Хотя стены и потолок прочно стояли. Сгорела большая часть вещей. Но уцелело два кованых сундука. Ребята открыли один из них. Мила удивлённо улыбнулась. В нём лежало два отреза яркой ткани и какие-то лоскутки.

-- Чудесно, нам на полотенца сгодится, - беспечно оглядывая тряпки, сказал Винар.

-- Вы что? Портить такую ткань?! - встрепенулся Анри.

-- А вытираться ты собственными руками будешь?

Анри притих. Ребята выбрали один, и побрели на озеро, захватив с собой свои малочисленные пожитки.

***********************************

-- Как красиво! - Мила с восхищением смотрела на воду.

Чистейшая вода наполняла небольшой водоём. Было даже видно подземные камни. Густые ивы наклоняли свои головы к воде, то ли отдавая должное её красоте, то ли любуясь своей. Небольшая зелёная травка контрастно смотрелась с синим-пресиним небом. Белые кучевые облака величаво проплывали, всего на миг, заслоняя яркое и праздничное солнце. Наверное, таким и должно быть утро, после адской ночи.

Ребята не стали долго ждать. Сняли верхнюю одежду, и с плеском кинулись в воду. Озеро только казалось небольшим. Девчонки это поняли, едва отойдя на шагов двадцать. На самом деле водоём был вовсе не круглым, по форме он напоминал большую изогнутую восьмёрку. Едва придя на его вторую половину, девушки скинули свои платья, и побежали в воду. Вдоволь накупавшись и наплескавшись, Мира и Мила вышли из воды. Их чувство было сродни мягкому блаженству. Разорвав пополам отрез ткани, они замотались в него.

"Теперь нас точно можно принять за сестёр", - удовлетворённо подумала Мира.

Девушки принялись за стирку. Немного погодя, прополоснув одежду, они решили наведаться к друзьям, проверить, как обстоят дела у них.

У них дела обстояли значительно лучше. Ребята уже развели костёр, и сушили постиранную одежду. Девчонок они приветствовали громкими криками. Заявив с улыбкой, что после купания они выглядят намного лучше, друзья пригласили их к огню. Солнце уже было в зените, когда одежда ребят основательно высохла. Они наскоро перекусили, но продолжали сидеть, не зная, что делать дальше.

-- Ну. Что дальше-то делать будем? - спросил неунывающий Винар. - Я ещё настаиваю на походе к сокровищам.

-- В любом случае, сидеть здесь не имеет смысла. Нам нужно добраться до ближайшей деревни. Наверное, там и решим, что делать дальше. Жить в лесу хорошо, но не рационально. Хорошо, что ещё дождь не начался. Пока нам везёт, хоть в этом плане, - ответил Анри.

-- Насчёт везения, ты прав. Нам удивительно везёт. Несмотря на то, что в этом мире даже дышать спокойно нельзя. А насчёт дождя, ещё не вечер. Хорошо. Доберёмся до ближайшей деревни, или города, а там решим, как быть, - размышлял вслух Аслан.

-- Мира, хотел у тебя спросить, что ты сделала с раной Аслана? Как тебе удалось? - внимательно посмотрел на неё Анри. Мира почувствовала себя неловко.

-- Объяснять, что к чему, мой господин, времени не было, поэтому, я забрала всю его боль... себе. Надо признать, о светоносный, что я не поняла, как ты ещё шёл. Но, моё нераненное тело гораздо быстрее переработало твою боль. И к вашему возвращению, о храбрейшие, я уже не испытывала никаких неудобств.

-- Клёво. Да, у нас появилась своя маленькая волшебница! - улыбнулся Винар. Мира слегка покраснела.

-- Я тоже хотел что-то спросить, - Анри задумался, - А! Тот наёмник говорил, назвал вас Чаровницами. Кто это?

-- Чаровницы, - тихо ответила Мила, - это девушки-воины. Но, кроме военного искусства, они ещё обучены магии. Только они никого не слушаются, никому не поклоняются. Они слишком свободолюбивы. Не признают мужчин, как хозяев. Поклоняются сильнейшим.

-- Понятно. Что-то наподобии Амазонок, - предположил Винар. Мила согласно кивнула. - Но до этого он назвал вас рабынями. А Амазонки - совсем другое дело, - он мечтательно улыбнулся. Его примеру последовали остальные.

-- Мой господин, с моей речью, это совсем неудивительно.

-- А ты попала, - вдруг неожиданно сказал Аслан.

-- Что? - не поняли Винар и Анри.

-- Помните, когда я ходил вокруг Миры с паленом. А потом, она ранила наёмника...

-- Ну.

-- Я говорил с ней мысленно. Мы... решили проэксперементировать. Миру учили метать ножи. Надо сказать, что она в этом весьма преуспела. Вы помните, это она ранила наёмника, - Мире было очень приятно. Ведь это была не лесть. Её маленькое мастерство признали. А это много значило для любого человека.

-- Ну, вообще находка ходячая! Вот только Поводок твой снимем, и держись Америка.

-- Не снимете, сильнейшие. Это невозможно, - Мира заметно погрустнела. Аслан переглянулся с Винаром.

"Зачем ты ей напомнил?".

"Да. Протупил, сам знаю".

"Ладно. Как снять это чёртово заклятие?! Ума не приложу. Глядеть на неё больно".

"Не одному тебе. Аслан! - вдруг неожиданно произнёс мысленно Винар. Немного помедлил, и хлопнул себя рукой по лбу, - ты помнишь отрывок, который ты читал?".

"Ну, да".

"Там сказано о первородном сильнейшем источнике. Помнишь?".

"Ну, вроде. Да, что-то такое было".

"Дело в том, что Мира говорила про свой Поводок. Его можно снять в трёх случаях".

"Да, да, помню: в случае смерти наложившего, в случае её смерти - автоматически, и...".

"Ну!", - подтолкнул его Винар.

"Чёрт!".

-- Вот именно! Я только сейчас понял, - уже вслух ответил Винар, а ребята удивлённо переглянулись. До этого все сидели молча, думая о своём.

-- Что понял? - посмотрел на него Анри.

-- Что мы идём искать сокровища, - сказал за него Аслан.

-- Ага. Мы посоветовались, и я решил?! - нахмурился Анри. - Может, объясните?

-- Позже. Нам уже собираться пора. Скоро стемнеет.

Ребята, не спеша, начали собираться. Анри насупился, он привык узнавать про всё первым. Они переоделись. Набрали озёрной воды. И двинулись к ближайшему селению. Дорога немного петляла. Впереди уверенно шёл Анри. Поэтому, ребята не беспокоились. Только немного шутили: "Веди нас, Сусанин, быстрее веди". Аслан мысленно передал Анри суть разговора с Винаром. Мила собирала лесные цветы, Мира - целебные растения. Было решено: они отправляются за сокровищами.

ГЛАВА

Будь добрым, то есть умей прощать маленькое зло, задевшее тебя, и не мирись с тем большим, что гнетёт всех!

Ребята, не спеша, подходили к селению. Тишина стояла такая, словно все вымерли. Жутко и уныло смотрелись запущенные лупоглазые домики. Уже вечерело. Сумерки мягко ступали по земле, неся загадочность и страх. Ребята шли от одного домика к другому. Но в деревеньке было тихо, как в гробу. Домишки были выстроены в два ряда, в несколько мозаичном порядке. Посередине легла дорога. Недалеко от домиков, за пригорком, начинался лес.

Нигде не горел свет, людей тоже не было видно. Друзья постучали в один домик - глухо, в другой, третий. Та же история. "Они, что тут, все вымерли?", - раздражённо предположил Винар. И уже прокричал: "Эй, есть кто живой?". В ответ - тишина.

-- Странно. Не может такого быть, чтобы тут никого не было, - пробормотал Анри. Ему происходящее переставало нравиться.

-- Щас узнаем! - пообещал Винар, и громко постучал в соседние двери. Тишина.

-- Там кто-то есть. Но дверь открывать боятся, - задумчиво проговорил Аслан. - Эй, откройте. Мы вам ничего не сделаем. Нам только переночевать. - На этот раз за дверью послышалось шевеление. Похоже, что там всё ещё сомневались.

-- Да, ладно. У нас всё равно нечем платить, - пробормотал Анри, и собрался было уходить.

-- Я хочу выспаться в тепле. Тем более что ночью возможны грозы!

-- Это ты так решил? - решил уточнить Анри.

-- Метеорологический центр сообщил! - гордо парировал Винар. - Твою мать! Так и будем стоять за дверями, и слушать чужие разговоры? Эй!

Двери слегка приоткрылись, и в щель просунулся длинный, как клюв дятла, нос. Затем хозяин с ног до головы осмотрел прохожих, и кивнул, приглашая в дом.

-- Вечер добрый, хозяин. Не сильно ли мы вас побеспокоили? - обратился Анри привычной в этих краях формулой обращения. Хозяин молчал, недоверчиво оглядывая путников. На нём были широкие штаны, белая холщовая рубаха, подвязанная поясом. Голова была перетянута шнурком. На вид ему было лет шестьдесят. По крайней мере, морщины уже успели сделать своё дело. Он молча смотрел на посетителей. Большие чёрные уставшие глаза не выражали ничего. Мира внимательно посмотрела на незнакомца. Странное дело, на немого не похож, но всё время молчит. Наконец, хозяин кивнул.

-- И вам вечер добрый, незнакомцы. Садитесь, угощу вас, чем Творец не обделил, - проговорил человек, а в глазах безучастная пустота. - Меня кличут Турином. Я староста здешних земель, - хозяин начал накрывать на стол. Поставил кувшин с кислым вином. Какие-то фрукты. Сыр, вяленое мясо, хлеб, солонину. - Жена меня покинула, незнакомцы. Два месяца уж. Я любил её, сильно любил. Не так к ней относился, как к рабыне. А теперь её нет, - ответил хозяин на немой вопрос ребят. Только небольшой блеск в глазах, больше ничего.

-- Отчего же на улицах у вас никого не видно? На наши крики никто даже не откликнулся, - спросил Аслан у старосты. Тот посмотрел на ребят.

-- Вы, верно, не здешние? - ребята кивнули головой. Хозяин немного помолчал. - Зря вы остановились в нашем селении, незнакомцы. Несчастливые нынче времена настали, - староста опять замолчал, явно собираясь с мыслями. - Думаю, вы должны знать. Ещё есть время.

-- Что мы должны знать? У вас что-то случилось? - внезапно спросил Винар. Хозяин кивнул. Впервые за весь разговор, у него проблеснуло что-то похожее на отчаяние. Это было единственным проявлением эмоций.

-- Дочь у меня... больна. - Его голос дрожал. Ребята переглянулись. Анри кивнул в сторону Миры.

-- Мира, ты не... - начал было Винар.

-- Да, Всемилостивые господа. Я посмотрю с вашего разрешения.

-- Я составлю тебе компанию, - бодро сказал Винар. - Показывай, хозяин, больную, - староста стоял, как бы в раздумии. Потом молча начал подниматься по лестнице. Мира и Винар прошли за ним.

В тёмной, едва освещённой, комнатушке стояла небольшая деревянная кровать. Возле кровати стоял небольшой столик грубоватой работы. Было довольно душно. В комнате витал едва слышный запах чего-то... Мира и Винар подошли ближе к кровати. Девочке, которая там лежала, едва можно было дать восемь лет. Бледное, прозрачное личико обрамляли тёмные волосы. Глаза её впали, лоб блестел нездоровой испариной. Мира положила девочке руку на голову. Лоб был влажный, но не горячий. Девочку едва слышно трясло, как в лихорадке. Мира присела на краешек кровати.

-- Сколько ей лет, господин Турин? Ей едва можно дать десять.

-- Пятнадцать, - глухо ответил староста.

-- Что с ней случилось?

-- Не только с ней. Дети нашего посёлка, а также большинство женщин, умирают. Не просто умирают - чахнут у нас на глазах. Сделать никто ничего не может. В одно прекрасное утро, дети начинают жаловаться на хворь, а немного погодя, отказываются ходить ногами.

В комнату едва слышно вошли Анри, Аслан и Мила. Все уставились на больную девочку. Мира подняла глаза на Винара.

-- Мой господин, что ты думаешь по этому поводу?

Ответить Винар не успел. Внезапно девочка открыла мутные глаза, и обвела взглядом окружающих.

-- Папа... Кто это? Это Янголы?

-- Да, моя девочка, Янголы, - отец со слезами на глазах смотрел на дочь.

-- Они пришли нам помочь? Так ли?

-- Да, крошка. Как ты себя чувствуешь, Ларен?

-- Плохо, папа. Я не могу уже встать. Мне тяжело смотреть... Папа, я скоро умру, как мама?

-- Нет, моя девочка, что ты? Конечно, не умрёшь, - голос Турина дрожал.

-- Папочка, я боюсь, мне страшно. Меня постоянно кто-то зовёт. Мне страшно, посиди со мной...

-- Конечно, моя маленькая. Я посижу.

После этих слов, что-то оборвалось у всех, кто находился в комнате. У Милы потекли слёзы. А Мира необычайно разозлилась. Ей уже был понятен исход. Девочке ещё недолго осталось. Винар, Анри и Аслан насупились, и молчали. Мира погладила девочку по голове, и вышла. За ней тенью последовали ребята. Когда они спустились в комнату, настроение у всех пропало.

-- Мой господин, - обратилась Мира к Винару, - тебе должно быть знакома эта форма Падучей? - Винар только кивнул. Он явно переживал.

-- Что это за Падучая? Что с девочкой? - недоумевали остальные.

-- Падучая - мощная колдовская порча. Это вред, причиняемый магическим путём. Энвольтирование - так называется этот обряд. Казнь. Девочка, как и большинство детей и женщин этого посёлка попали под чьё-то злое начало. Это очень серьёзно. Мира, ты знаешь, сколько ей осталось? - Винар всё время старался спокойно отвечать на вопросы. Но на последних словах всё же сорвался. Тяжело ему было смотреть на маленькую и хрупкую Ларен.

-- Да, мой господин. Лишь эта ночь.

-- Что-то можно сделать? - тихо спросила Мила. Она уже справилась с собой, вытерла слёзы. Мира задумалась.

-- Не знаю, Госпожа. Сделать-то можно. Но, хватит ли нам сил, и времени?

-- Прошу вас, - услышали ребята хриплый голос Турина. Он стоял в дверях, и смотрел на них. Это был уже не тот безразличный человек, который встретил их у порога. Его глаза выражали всё ещё мало эмоций, но проблески надежды уже можно было усмотреть. - Прошу вас, помогите. Нам отказали в помощи колдуны Сикионы. Они отгородилиь от всего мира, - ребята молча переглянулись. - Местный Дока (человек, умеющий распознавать и отражать Тёмную порчу, но не умеющий наводить свою) сбежал на второй день после болезни первого ребёнка. Я заплачу, сделаю всё, что хотите. Только спасите мою Ларен. - Турин вдруг ни с того ни с сего, тяжело упал на колени. Слёзы, солёные, тяжёлые слёзы потекли из его глаз, глухо ударяясь об дощедчатый пол. - Она одна у меня осталась, понимаете? Одна...

-- Встань! - железным голосом почти приказала Мира. И добавила уже более мягко. - Встань, господин. Негоже молодому человеку валяться в ногах. Вы потеряли самое ценное - надежду. Этим вы почти обрекли свою дочь. Мой господин, - продолжала Мира. Слова она произносила медленно, как бы обдумывая, - я мало чем смогу помочь. Но он, - она указала на Винара. Тот от удивления, почти перестал дышать, только уставился на Миру немигающим взглядом. - Великий Тёмный маг. Возможно, он сможет. Вам следует просить не только его. Эти благородные господа и великолепная леди, перед чьей красотой блекнет солнце, возможно, тоже смогут помочь вам. Просите их. Если они согласятся, мы попробуем.

-- Мира... - только и сказал Винар, потому что Турин начал со слезами на глазах умалять ребят, помочь ему. Ему было всё равно, Тёмные это, или светлые. Сейчас решалась судьба его дочери. Друзья переглянулись, не зная, чего добивается их подруга.

-- Мои добрейшие господины. Вы должны ещё раз взглянуть на девочку, - продолжала, как ни в чём ни бывало Мира, - потому как эта зараза охватила весь посёлок. Это очень мощное воздействие. Посмотрите на маленькую Ларен. Здесь не выживет никто. Жертвы были до неё, и будут после. Решить должны вы сами. Сможете вы помочь ей, или не захотите.

-- Мы не знаем как, Мира. По части болезней у нас ты! Откуда нам знать, как ей помочь?! Что за цирк ты устраиваешь?! - Мира посмотрела на Турина. - Прошу вас, мой господин, оставьте нас. Турин кивнул, и вышел, снова замкнувшись в себе. - Мой господин, - обратилась она большей частью к Винару. - Это энвольтирование - обычный вампиризм. Кто-то забирает силу и энергию у детей и беременных женщин. Мужчины стареют раньше времени. Всё это из-за воздействия Тёмной магии. Я обратилась к тебе, о светозарный, потому что ты Тёмный Магистр. Потому что ты в этом смыслишь больше, чем я. Потому что ты сможешь ей помочь, а я - нет. Я обратилась к вам, - сказала Мира остальным, - потому что вы сможете помочь Винару и мне. Осталось только решить, захотите ли вы это сделать, - тихо закончила она. Ребята молчали.

-- Да, - просто сказала Мила. - Я хочу, но не знаю как.

-- Я расскажу, моя госпожа.

-- Тогда рассказывай. Нечего тут философствовать, - пробурчал Анри. Мира поняла, что он тоже согласен. Она вопросительно посмотрела на ребят.

-- Говори, говори уже, - подтолкнул её Аслан.

-- Ну, что же, сильнейшие, будем начинать.

***************************************

Мира положила в железную чашу Сенсеверию - растение, способное сопротивляться сильнейшим магическим атакам. Высекла искры из двух небольших кремниев, и подожгла растение. Комнату наполнил едкий аромат. Ребята молча наблюдали за её манипуляциями. Им она уже объяснила суть их дальнейших действий. Мила сейчас была во дворе. Она готовилась к своему ритуалу. Винар угрюмо смотрел перед собой. Анри сидел насупившись. Мира поставила тлевшее растение у головы ребёнка, и вышла из комнаты. Турина отправили спать, чтобы не видеть его измученного лица. Как выяснилось позже, он не спал уже трое суток.

-- Мой господин, - обратилась она к Винару, - о чём печалишься? Нам осталось только ждать её пробуждения.

-- Сколько? - спросил Аслан.

-- Не знаю, может час, два от силы, - тихо ответил Винар.

Но ждать долго не пришлось. Внезапно скрипнула дверь, и ребята увидели Ларен. Маленькое худенькое создание в длинной ночной рубахе. На невероятно бледном личике горели воспалённые глаза. Её мордашка заострилась. Ларен никого и ничего не видела, она шла. Из ближней комнаты выглянул Турин. Оказывается, он не спал. Окликнул дочь. Но она его игнорировала. Её звали, и она шла... как сомнамбула. Мира впервые видела, как выглядят те, кто идут на зов. Маленькая девочка сейчас была похожа на ожившее привидение. Она вышла из дома, и ребята последовали за ней. Турин немного отстал.

Ларен вывела их на небольшую поляну вблизи посёлка. Там стояла бледная темноволосая женщина. Она была одета в длинный плащ с капюшоном, частично скрывавший её лицо. Она ждала. На поляне, помимо новоприбывшей Ларен, стояло ещё три ребёнка. Два мальчика, и девочка. Все они были одеты в ночные рубахи.

-- Выходите! - приказала она властно. Этому голосу не перечили, этому голосу подчинялись. Первой вышла Мира. Ноги немного дрожали, голова туманилась. Вот, как чувствуют себя дети... Затем вышли ребята. Последней вышла Мила. В руках она держала маленького пушистого котёнка. - Что это? - злобно прошипела Незнакомка. Котёнок выгнул спину дугой, и шипел в ответ. Он оскалил зубки, прижал уши, нервно бил себя хвостом.

-- Котёнок, что не видишь? - с вызовом ответил Винар. Похоже, что он сопротивлялся лучше. - Не нравится?

-- Как ты смеешь? Смертный, хоть и Тёмный! Он вас не спасёт.

-- Не я смею, а ты! - прокричал Винар. - Зачем они тебе?

-- Ей нужны не они, - задумчиво проговорил Аслан, - а их сила. Она обыкновенная помесь вампира и суккуба.

-- Верно говоришь, человечек, - тихо просвистела Нелюдь. Она откинула капюшон, и ребята увидели её облик. Белое, вытянутое аж с синевой лицо, и... такие же белые туманные глаза. Зрачков почти не было видно.

-- Ну, и красавица, - с сарказмом произнёс Анри. Было видно, что она произвела на него впечатление. - Не дай Бог каждому.

Внезапно Нелюдь дотронулась до ближайшего мальчишки. Их окутала небольшая поволока. Мальчик на глазах бледнел, он выгнулся, закатил глаза, тело задёргалось в конвульсиях. Винар начал читать обратное Заклинание. Обычные вампиры были не столь страшны, как этот. Обычные пили кровь, потому что это и есть энергия в жидком её состоянии. Нелюдь, в виде помеси вампира и суккуба, пила не кровь. Она была намного сильнее. Эта Нелюдь, впитывала силу в себя непосредственно из астрала. На это уходило много сил. Винар решил этим воспользоваться. Он читал Обратку - заклинание, закрывающее астральный уровень детей. Мира воспользовалась всеобщим замешательством, и начала пятиться назад. Вампир глухо зарычала. Вытянула необычайно костлявую руку в сторону ребят. Анри схватился за сердце. В глазах потемнело. Похоже, Вампир решила полакомиться и ним. Аслан бросился вперёд с мечом в руках, но был отброшен в сторону. Это было похоже на то, будто он наткнулся на пружинистую преграду. Мира аккуратно пятилась, посыпая какой-то порошок. Она обходила Нелюдь кругом. Вампир уже отбросила одного мальчишку, и принялась за другого. В руках она что-то держала.

"Стерва!", - скрипел зубами Винар. Он не мог пробить её защиту, и судорожно искал выход. Внезапно он вспомнил, что где-то читал про другой способ. Винар сложил руки в особом знаке, и, сконцентрировав энергию, направил её на топор Анри, который находился ближе к нему.

-- Анри. У тебя топор, нападай!

-- Но...

-- Нападай! Кому говорят. Давай, кабан, вперёд!

В тот самый миг, когда Анри сделал первый шаг в сторону Вампира, Мира замкнула круг. Вокруг стало видно небольшое голубоватое свечение. Недалеко Мила увидела перепуганное лицо Турина. Он с округлёнными глазами смотрел на происходящее. По-видимому, такое ему доводилось видеть впервые. Анри пробирался к Вампиру. Та на миг оторвалась от мальчишки, учуяв неладное, но этого хватило Винару, чтобы закончить обряд, прошептав заключительные слова. Защиту Вампира изогнуло. Анри занёс топор, и с силой опустил его на щит Нелюди. Раздался щелчок, как будто лопнул мыльный пузырь. Вампир резко вытянула костлявую руку в сторону Анри и с силой ударила его в голову. Со стороны это выглядело так, как будто она дала ему щелбан. Но тот осел на землю. Вампир повернула голову в другую строну. К ней уже пробирался Аслан. Нелюдь смотрела на него, не отрывая взгляда. Руки она держала так, как будто в них находился какой-то предмет. И действительно, стал просматриваться образ чего-то... Сферы, не сферы, кубка, не кубка. По телу Аслана вдруг прошёл озноб. Он помотал головой, и остановился. Вампир сделала шаг к нему на встречу. А Мила, не спеша, опустила котёнка на землю. Котёнок выгнулся дугой, и шипел. Но не уходил. Наоборот, шипя, смешно подпрыгивая и косясь, котёнок шёл к Вампиру. Но та, словно ничего не видя, продолжала смотреть в глаза Аслану. Котёнок сделал ещё шаг. Винар поднял руки, и нарисовал в воздухе какой-то знак. Вокруг котёнка создалось слабое чёрное свечение. Котёнок вдруг царапнул её по ноге, и тут же отбежал. Но недалеко, словно ожидая - вернуться, или нет. Вампир вдруг глухо застонала, будто её кто-то ударил в спину. Её рука дрогнула, и чёрная пиала наклонилась. Вампир развела руки в сторону. Невесть откуда сорвавшийся ветер бросил песок в глаза ребятам. Когда они, наконец, смогли что-то рассмотреть, до них донёсся лишь вой.

-- Мы ещё встретимся!

-- Не сомневаюсь, - устало пробурчал в ответ Винар.

*****************************************

Шёл дождь. Пасмурная погода окончательно портила настроение. Дождь оплакивал всё на этой земле: до сих пор лежащего без сознания Анри, мучившегося головной болью Аслана, детей, которых ещё била лихорадка. И... маленького мальчика, которого так и не удалось вылечить. Он не очнулся после ночной схватки с Вампиром. Когда Мира подошла ближе, мальчику уже ничем нельзя было помочь. Он ушёл туда, откуда не возвращаются. Мира сидела возле него, из глаз текли слёзы. Они так и не смогли спасти всех детей. Мальчик казался ещё прозрачнее Ларен. Его кожа напоминала пепельный оттенок. У него были правильные черты лица, густые каштановые волосы, длинные ресницы. Только беда была в том, что солнца он теперь не увидит. Ничего не увидит больше... Совсем...

Большие тяжёлые капли стучали по крыше дома. Ребята второй день гостили у старосты Турина. Его маленькая дочь Ларен чувствовала себя намного лучше. Бледность сошла с её лица, но она по-прежнему была ещё слаба. Мира варила ей густой отвар, но старалась долго не сидеть возле неё. Перед глазами всё время лежал маленький бездыханный мальчик. Видно, ребятам было тоже не легко. Никто не хотел здесь задерживаться.

Мира присела возле Анри. Он был без сознания. Вампир постаралась на славу. Никаких ран, даже синяков, но очнуться их друг не мог. Мира положила руку на голову Анри. Лоб был тёплым. Ни температуры, ни жара. Никто из ребят не знал, что с ним. Оставалось только ждать. В комнату зашёл Аслан.

-- Как он?

-- Всё также, мой господин. Я не знаю, что с ним. Не знаю, как ему помочь, - Мира втянула голову в плечи. Аслан положил руку на её плечо.

-- Ничего. Он выберется. - Мира глухо кивнула.

Мира и Аслан вышли из комнаты. Спустились по лестнице в гостиную. Там сидели Винар, Мила и Турин. Староста заметно изменился после их первой встречи. Они разом посмотрели в сторону друзей вопросительным взглядом. Мира грустно и отрицательно покачала головой. Второй день Анри без сознания. Казалось, он впал в летаргию. Мира покачала головой, и вышла на улицу. За ней вышел Винар. Шёл дождь.

-- Что? Всё так плохо?

-- Нет, мой господин. Я просто не знаю, чем помочь, - она немного поёжилась.

Мира посмотрела на унылые пейзажи. За стеной дождя практически ничего не было видно. Недалеко от их домика по тропинке кто-то шёл. Мира жестом показала Винару. Когда человек подошёл ближе, они углядели в нём маленького старичка. Ростом он едва доходил Винару до груди. Мила заметила амулет Дока (такие носили только высокопосвященные лекари).

-- День добрый, мой господин, - поздоровалась Мира с насквозь вымокшим стариком.

-- Кто ты такая, чтобы здороваться со мной, рабыня?! - Винар начал хмуриться, Мира взяла его за руку, чтобы не натворил глупостей.

-- Я всего лишь хотела пригласить вас в дом, чтобы вы немного обогрелись, - сказала спокойно Мира. Странно, но ей показалось, что отпускать старика, а тем более Доку, просто так нельзя.

-- Ну, так приглашай, нечего тут басни разводить! - Винару старик не нравился всё больше и больше. Но Мира недвусмысленно сжимала его руку, и он молчал. Он неохотно отодвинулся от двери, пропуская старика внутрь. Когда насквозь вымокший старичок снял свой плащ, и ближе подошёл к камину (или печи, как её называл хозяин), стало возможным, наконец, разглядеть его. Старик был одет в длинный черный балахон, такую же черную шляпу. У него были седые взлохмаченные волосы, которые едва доходили ему до плеч. Он что-то тихо ворчал. Странно, но всем без исключения, он кого-то напомнил. Вот только кого? Турин с подозрением уставился на него, но в слух не сказал ни слова.

-- Ну, что? Так и будете пялиться? Может, чего горячего предложите? Балаган тут устроили, - он огляделся, ища глазами Миру. - Эй, рабыня! Принеси-ка мне тёплого вина, а то в такую погоду недолго и слечь. - Мира принесла ему подогретого вина. - Ну, что Турин, прав я был?

-- Прав, - коротко ответил тот. - Это ты на нас беду накликал, - старик криво ухмыльнулся.

-- На все ближайшие деревеньки тоже? - ребята только следили за диалогом. С некоторым удивлением вертели головами. - Вы замкнулись в собственном мирке. Если бы вы поступили, как я говорил, ничего бы этого не было. Из двух бед, нужно выбирать меньшую. - Турин с силой сжал кулаки. Ребята всё ещё молчали, удивлённые разговором. Оказалось, хозяин его знает. Только вот непонятно было, кто из этих двух мужчин сильнее. - Ты свою выбрал. Тебе повезло, что рабыни и мальчишки согласились помочь. Иначе бы ты потерял всё, - ребята просто опешили от такой наглости. - Ну, - снова обратился он Мире, - где ещё один?

-- Простите, мой господин, откуда вы про него знаете?

-- Ну, зачем-то вы меня сюда пригласили, - он казался проницательным.

-- Мой господин, - вкрадчиво произнесла Мира. Она даже сейчас не могла понять, почему решила пригласить сюда этого старичка. - Но откуда вы знаете, что это "он"?

-- Рабыня, - железным голосом, произнёс старичок, поймавшись на удочку. - Вместо того чтобы ловить меня на моих собственных словах, ты лучше скажи, что с ним? - Мира коротко пересказала суть их ночных действий. Старик, то хмурился, то кивал головой. - Понятно... Безмозглые сопляки! - вдруг сказал он резко. - Чего вы полезли к ней без защиты? Если бы она не растерялась вашими смехотворными действиями, она бы попросту выпила и детскую, и вашу энергию! Это же надо такое придумать! Наделить животное чистой разрушающей энергией... Вы что, в игрушки играете? Не знаю, почему она ушла, но считайте, что вам крупно повезло. А теперь пошли, покажешь мне пострадавшего.

-- Слушаю, мой господин.

Мира повела его в комнату, где находился Анри. Только сейчас ребята переглянулись, и с удивлением посмотрели друг на друга.

***********************************

Старик рассказал Мире состав особого снадобья. Им нужно было напоить Анри, когда он проснётся. Странный незнакомец сидел у изголовья друга. Анри просто спал, но так крепко, что Мира начала сомневаться в его скором выздоровлении.

"Не сомневайся, рабыня. Он поправится", - услышала она мысленный голос старичка.

"Я, - Мира передумала переубеждать старика, что не сомневается. - Почему вы называете меня рабыней?". Казалось, что старик даже удивился.

"Разве не ты ходишь под действием Заклинания Послушания?".

"Я... А... вы не знаете, как его снять?".

"Я - знаю. И ты знаешь. Но опять сомневаешься. Запомни, если ты будешь сомневаться в своих возможностях, у тебя действительно ничего не выйдет. Но и заносчивость, тоже плохое качество. Подумай над этим, как следует".

-- Эй, - позвал её старик. - Ты чего уснула, что ли? - Мира удивилась, разве не он только что разговаривал с ней мысленно? - Я спрашиваю, ты в своём уме? Чего пялишься в одну точку? Сварила снадобье?

-- Да, мой господин.

-- Давай его сюда, - он выдернул сосуд с жидкостью. Затем поджог какую-то ветку, и стал размахивать над Анри. А потом... Потом старик из своей торбы вынул крыску. Она была маленькой и серой. Мира не боялась крыс. Старик схватил крыску за хвост, взмахнул ней в воздухе, и... кинул за свою спину. Тот час раздался дикий вопль Милы. Оказывается, она стояла в дверях. Мира не видела, когда она поднялась, а старик, по-видимому, заметил. Крыска попала Миле на подол платья. Теперь подруга с визгом пыталась её струсить. Мира подбежала к ней. Поднялась небольшая возня. А старик тем временем что-то прошептал. И...

Анри вскочил, как угорелый. Видно, Вампир всё же добралась до девчонок! Но вместо этого он увидел склонившееся с ухмылкой над ним лицо какого-то старика. Он шарахнулся в сторону. Старик, тем временем, пристально поглядел на него, и крикнул куда-то в сторону.

-- Шаоган! Довольно! - крыса исчезла. - Хватит визжать, как два недорезанных поросёнка. Дружок ваш, поди, очнулся. Рабыня, - снова прикрикнул он на Миру, - напои его своим снадобьем. Если не отравится - выживет, - он поднялся, и вышел из комнаты. А девушки с улыбкой подскочили к кровати Анри.

-- Где я?

-- Ты, мой господин, в доме Турина. Он с Винаром перенёс тебя сюда.

-- А Вампир?

-- Она убежала. Одного мальчика мы не спасли, но остальные дети идут на поправку, - ответила Мила.

-- Так быстро?

-- Быстро? Ведь ты без сознания уже два дня.

-- Как?!

-- Да, мой господин. После того, как Вампир ударила тебя, ты уже два дня без сознания. Никто не знал, как тебя вывести из летаргии. Ты так глубоко спал. Сегодня я увидела этого старика. Он и помог тебе проснуться. Как ты себя чувствуешь, Светозарный?

-- Лучше. Немного голова кружится, и всё.

-- Может, ты бы полежал ещё немного. Я сейчас позову ребят, - с этими словами Мила вышла. Мира погладила Анри по голове.

-- Спасибо, уже лучше.

Вскоре послышались шаги ребят.

-- О, слон! Ты уже проснулся? - радостные вопли Винара могли бы и мёртвого с могилы поднять.

-- Здорово, - просто поприветствовал его Аслан.

-- Не кричите, у него голова болит, - попыталась их успокоить Мила.

-- Болит, значит целая, - философски рассудил Винар. - Мы думали, кабан, что ты не меньше недели лежать будешь.

Дальше пошли рассуждения на тему здоровья Анри, и детей. Ребята поразмышляли, когда им лучше уходить. Турин их не торопил, но желания оставаться в посёлке не было. Староста не захотел рассказывать ребятам, откуда он знает Старика. Оказалось, что тот уже успел уйти. Но перед уходом, наговорил массу интересного. Ребятам он сказал, что если они всё же решатся найти сокровища, он им укажет дорогу. И будет он их ждать близ Кабаньих троп затемно, когда вторая луна сменит солнце, то есть вечером через три дня.

ГЛАВА

Ирония - это и есть та крупица соли, что делает кушанье съедобным.

Ребят вышла проводить чуть ли не вся деревенька. Турин с дочерью Ларен, шёл во главе процессии. Дальше были родители спасённых детей, после них шли все остальные. Спасённые жители в дорогу собрали для ребят сумки с провизией, и даже дали денег. Ребята отказывались, как могли. Потом Анри махнул рукой, забрал деньги и еду со словами, что в дороге всё сгодится. Ребята вышли в путь.

Было светло. Погода, улыбаясь, благоприятствовала их маленькому походу. Пели птицы, шумели деревья. Ребята шли, разговаривая друг с другом. Настроение заметно улучшилось после того, как они покинули деревеньку. Теперь им предстояло встретиться со странным стариком.

Наконец, под вечер, показалась ещё одна деревушка. Эта была побольше своей предшественницы. Здесь даже была небольшая таверна, услугами которой все пятеро и решили воспользоваться.

В таверне было довольно шумно. Ребята подошли к свободному столику, и сняли надоевшие за всё это время плащи. Винар пошёл заказывать еду. Внезапно Анри нахмурился, и посмотрел на стоявшую позади него белокурую блондинку. Она кокетливо улыбнулась. Анри поспешил отойти от странной девушки. Он направился через всю таверну к стойке, где хозяин наливал пиво. По залу пронёсся вздох восхищения. Мира и остальные друзья с недоумением переглянулись. За Анри прямо выстроился шлейф девушек. Но то, что они делали, заставили всех троих (потому что Винар был отвлечён разговором с хозяином) просто прыснуть со смеху. Каждая из девушек подходила к Анри с видом невинного ангела, чтобы... ущипнуть его за место пониже спины! За Анри просто очередь выстроилась! После шалостей третьего по счёту "ангела" Анри начал огрызаться и хмуриться. За столик он вернулся с окончательно испорченным настроением. Ребята усиленно делали вид, что ничего не заметили. Хотя не заметить эту толпу мог только слепой!

Наконец, к столу подошёл Винар с пивом.

-- Как девочки, Анри? Похоже, ты здесь пользуешься успехом, - оказывается, он всё видел. Остальные хихикнули. Анри сидел злой.

-- Хотел бы я знать, какого чёрта они ко мне цепляются!

-- Мой господин, разве ты недоволен столь многочисленным вниманием? - с самым невинным видом, на который была только способна, спросила Мира. Винар расхохотался.

-- Тебе бы тоже не понравилось. Я открою тебе маленький секрет. Я только что поговорил с хозяином таверны. Он объяснил мне, что у молодых девушек здешней деревеньки совсем крыша поехала. Они поспорили между собой, что выйдут замуж за мужчину с самым аппетитным... Ну, сама понимаешь.

-- О! Мой господин, - воскликнула заинтригованная Мира, - так они позарились на твои вторые девяносто (как известно, эталоном для девушки являются размеры 90x60x90)?! - все за столом, кроме Анри, конечно, засмеялись.

Вскоре, большая часть местных юных созданий составляла компанию скромной пятёрке ребят. Ребятам отвели две комнаты. Анри заплатил за два дня, так как ребята решили провести эти два дня в тепле и нормальных условиях. Мира раздумывала над тем, что очень хорошо, что их маленькая компания так непритязательна. Если бы они были какими-нибудь неженками, сложно бы им пришлось ночью в лесу. Надо сказать, что очень скоро Анри понял преимущества спора девушек для себя. Ночью ребятам не пришлось мёрзнуть. Несколько весьма симпатичных "ангелочков" с удовольствием составили им компанию. Девушки улыбнулись, и отправились спать. Они слишком устали, чтобы спорить, или даже ревновать. Да и обучение в Сикионе для них даром не прошло. Просто в этом мире такое положение вещей было абсолютно нормальным для братьев и сестёр, для друзей, но не для женатых, конечно.

************************************

Два дня пролетели, как час. Ребята чувствовали себя отлично. Схватка с Вампиром очень быстро позабылась. Хозяин таверны с радушием принимал постояльцев. Причин тому было несколько. Во первых, девушки, наконец, выбрали себе один объект обожания, хоть и в лице троих, и не отпугивали постояльцев. А, во вторых, посетителей в таверне стало намного больше. Потому что, проснувшись утром, Анри спустился вниз, чтобы заказать завтрак для всех пятерых. Хозяин любезно предложил Анри выбрать. Наконец, после долгих раздумий, Анри решил побаловать друзей жареной куропаткой. Но, увидев, что хозяин делает с бедной тушкой, Анри выхватил у него птицу. Хозяин таверны немного надулся, сказав, что никто из посетителей ещё не жаловался на его стряпню. Тогда Анри предложил альтернативу: он сам приготовит куропатку для себя, и своих друзей, и даст попробовать хозяину. Если его стряпня окажется хуже, чем у толстяка таверны, Анри заплатит ему двойную цену. Поразмыслив немного, хозяин согласился. Ведь, в любом случае, он оказывался в двойном выигрыше. Анри честно простоял у плиты два часа, и собственноручно преподнёс друзьям свой шедевр. Попробовав свою порцию, хозяин пришёл в такой восторг, что не захотел вообще брать какую-либо плату за еду, но взамен попросил у Анри показать ему процесс приготовления. Анри не долго думал, и показал всё с самого начала, при этом утаив всего один ингредиент. Вторая куропатка получилась не хуже первой, но все равно отличалась по вкусу. Хозяин был очень рад, ведь к обеду постояльцев стало вдвое больше. Он даже от широты своей душевной принёс своего лучшего вина из погреба, а немного позже предложил ребятам остаться у него насовсем. Но друзья вежливо отказались, сославшись на то, что у них ещё есть кое-какие дела у Кабаньих троп. Хозяин нахмурился.

-- Зачем столь высоким господам понадобились эти странные места.

-- Почему странные? - удивился Винар.

-- Да, потому что мало кто оттуда возвращается. Говорят, там обитают злые духи, - шёпотом поведал толстяк, ребята с улыбкой переглянулись. - И к тому же, неспокойно стало на дорогах к Леванаху. Объявились злые всадники Иной шерсти (так здесь называли людей другой веры). Из-за разбойников проходу нет. Девушек воруют, и в рабство продают, мужчин убивают, если те оказывают хоть какое-то сопротивление. У нас пока спокойно, постоять за себя сможем. Зачем столь высокочтимым господам подвергать себя, и ваших неотразимых спутниц, опасности? Оставайтесь. Хорошее жалованье назначу. Никто в обиде не останется.

-- И всё же мы вынуждены отклонить ваше предложение. Господин, который назначил нам встречу, ужасно не любит ждать.

-- Простите мне мою дерзость, - наморщив лоб, сказал круглощёкий хозяин, - но, по-видимому, ваш спутник, или не знает здешних мест, или пытается наразить вас на опасность, - после этих слов Мира задумалась, почему ребята так упорно хотят встретиться со стариком? И, дождавшись, когда хозяин, наконец, решит оставить их общество, она прямо задала этот вопрос ребятам. Они переглянулись.

-- Понимаешь, Мира, - начал Анри, - конечно, всё это странно, но этот злобный старикашка спас меня, и у меня нет оснований ему не верить, - Мире пришлось довольствоваться этим сомнительным ответом.

Ребята скрывали истинную причину, по которой они хотели встретиться со стариком. Дело в том, что, уходя, пока Мира и Мила сидели возле Анри, старик сказал, что если ребята дорожат своей подругой, и хотят избавить её от Заклинания, то через три дня он будет их ждать в условленном месте. А когда Винар полюбопытствовал, почему он им помогает, старик грубо ответил, что это не его, сопляка, ума дело. И что выбор за ними.

*********************************

Вот пришло время снова оставить радушного хозяина, девушек-ангелочков, теплый кров, и горячую пищу. Попрощавшись, ребята двинулись в путь. Дорога немного петляла, уводя спутников всё дальше и дальше. Вскоре показалась небольшая речушка. Метра в полтора шириной. Без нотки сарказма, или шуток, ребята молча перенесли девушек на руках на противоположный берег. Мира и Мила только диву давались, как повлиял этот мир на их друзей. Нет, и раньше такое случалось, не впервой. Но чтобы так, без разговоров, подшучиваний, пререканий. Да...

Преодолев речушку, ребята двинулись дальше. Уже вечерело, но света было ещё предостаточно. Впереди виднелась скалистая местность. Мила вздрогнула. Где-то совсем близко заухчала сова. Раздался скрип дерева, и птица полетела на охоту. Это был час страха, час охоты, час тьмы...

Давно не стало видно маленьких домиков, поселений, ухоженных участков. Вокруг были лишь небольшие пригорки, большие валуны. Не слышно уже было пения весёлых птиц, не видно было порхающих бабочек, и совсем уж неспокойно стало на душе. Дело было в том, что ребята проходили мимо заброшенного кладбища. Девушки немного поёжились. Откуда кладбище в лесу? Ребята бросили на него пристальный взгляд, и поспешили уйти от жутковатых мест. Впрочем, ушли они не далеко. Едва сделав два шага, друзья услышали небольшой свист. Последним шёл Анри. Едва услышав шум, он медленно обернулся, и...

-- Аааа... Вот чёрт! - все, как по команде, обернулись. Но то, что они увидели, повергло всех в смятение. Позади ребят на дороге стояло нечто. Небольшое животное, покрытое густой короткой шерстью, смахивающее на поросёнка. Большие чёрные бездонные глаза, аккуратный пятачок, закрывающий большую часть мордочки. Странные длинные, как у спаниеля уши. И хвост, странно смахивающий на хвост... скорпиона! Кроме того, лапы животного не заканчивались копытцами, а плавно переходили в острые когти. Ребята молча взялись за оружие.

-- Господи... что это? - удивлённо пробормотал Аслан, - ответом ему была всеобщая тишина.

Внезапно животное издало звук, смахивающий на скрип несмазанной двери. И из-под пятачка показались острые белые клыки. Животное ещё раз скрипнуло и метнулось в сторону ребят. Оказалось, что двигается оно на удивление быстро. Но Мира оказалась проворнее. Короткий взмах рукой, и острый, как бритва, кортик вошёл в пятачок животного по самую рукоятку. Ребята с уважением переглянулись, но ничего не сказали. Винар ближе подошёл к непонятному уродцу.

-- Да... - большего он сказать не успел. Прямо на него неслось маленькое чудовище, точь в точь смахивающее на своего предшественника. В тот самый момент, когда оно уже высоко и стремительно подпрыгнуло, и должно было достать до горла Винара, Анри нанёс молниеносный удар топором, и помесь кабана со скорпионом разлетелась надвое. - Спасибо, - выдавил из себя Винар. Но Анри не успел ему ответить. Со всех сторон начали появляться мордочки опасных животных. Их было, по крайней мере, около двух десятков. Началось месиво. Животные достаточно высоко и стремительно прыгали, бегали и кусались. Кроме того, хвостиком они орудовали почти в совершенстве.

-- Держи, уродец! - Винар засунул меч по самую рукоятку в лоб "поросёнка". Животное скрипнуло, дёрнулось и затихло. Но расслабиться Винару снова никто не дал. На Милу наседало сразу два уродца, и друг поспешил к ней. Едва уложив ещё одного, его обожгло болью. Всё же один из "поросят" его настиг. Реакции стали замедляться, вокруг всё посерело, движения друзей стали плавными, звуки - грубыми. Винар помотал головой, не помогало.

-- Анри, похоже, Винара зацепило, - прокричал другу Аслан.

-- Д...лы, - процедил сквозь зубы тот, и бросился к раненому. Винар тем временем мягко оседал на землю. Он видел, как к нему приближается ещё один уродец, но как-то всё стало безразлично. Он терял сознание.

-- Надо уходить! - прокричал Анри, судорожно отмахиваясь от животных.

-- Как?

-- Не знаю! Но если мы ещё немного задержимся - нам крышка! Закрой клюв! - крикнул он очередной твари. Уродцев появлялось всё больше, руки начали немного уставать. Мира, к примеру, их уже не чувствовала. Её выручало только то, что возле неё находился Аслан. Девушки орудовали длинными кинжалами, ребята - своим излюбленным оружием. Друзья стояли кругом, его серединой был потерявший сознание Винар. Если бы ребята были через чур суеверны и религиозны, самое время было читать молитвы. Только, едва попав на эту землю, они уже не впервые оказывались в подобных ситуациях, и поэтому продолжали бороться за свою жизнь, и жизнь своего друга. Судорожно отбиваясь уже за двоих (Мира едва стояла на ногах), Аслан услышал, почувствовал нечто. Странное ощущение, будто к тебе кто-то легко прикоснулся, тронул, и тут же убрал руку. По-видимому, монстры почувствовали то же самое, так как совершенно внезапно нападение прекратилось. Послышался злобный рык, как раскат грома. Если бы у этих животных был хвост собаки, а не скорпиона, думаю, они бы его поджали. А так они просто начали отступать. И через пару минут только поверженные трупы напоминали о схватке. Да ещё Винар, до сих пор находящийся без сознания.

-- Что это было? - задыхаясь после боя, спросила Мила.

-- Не знаю. Но думаю, что выяснять не стоит. Давайте-ка побыстрее убираться отсюда, - предложил Аслан.

Уставшие ребята подхватили Винара, и поспешили уйти от странного места.

************************************

-- Мой храбрейший господин, он, кажется, очнулся.

-- Похоже на то.

Винар открыл глаза и увидел большие глаза ангелов. Блики света мягко смазывали очертания лиц. Светлые волосы, доходившие до плеч, светились солнцем. Голоса были мягкими и благозвучными.

"Наверное, я в раю", - подумал он. По телу разлилась приятная нега, было необычайно легко и мягко. Но смотреть было немного больно, свет резал глаза. Кто-то едва слышно прикоснулся к его лбу, сознание прояснилось.

Винар снова открыл глаза, и со стоном закрыл их - на него смотрел его друг Анри.

-- Эй, ты как? - спросил он его

"Не буду отвечать. Закрою глаза, может эта наглая морда пропадёт, и я ещё разок взгляну на ангелов". Но Анри оказался более настойчивым. Он потряс друга за плечо.

-- Хватит прикидываться. Просыпайся! Мира сказала напоить тебя настоем.

"Ну уж, нет. Снова какая-нибудь гадость".

-- Не надо, мне и так нормально.

-- Не выпендривайся. Надо, значит надо. На тебе лица нет.

-- Да ты на свою морду посмотри! - незлобно прохрипел Винар.

-- Девочки, не ссорьтесь, - услышали они насмешливый голос, проходившего мимо Аслана.

-- Да, объясни ты этому придурку, что ему нужно выпить настой.

-- Ты сам хоть раз пил эту гадость? - ответил ему Винар. И тут же осёкся, встретившись с глазами Миры. В руках она несла собранные для него травы. Винар молча взял плошку с отваром, и выпил всё до дна, удивившись. Отвар оказался густым и тёрпким. По вкусу он напоминал настойку малины, ежевики и шиповника.

-- Ух, ты! А ещё можно? - Мира ничего ему не ответила. Винар сконфуженно опустил глаза. Как ни странно, но чувствовал он себя отменно. Кроме того, рана, нанесённая поросёнком-скорпионом, уже почти затянулась. Мира всё время прикладывала к ней какие-то травы.

Вечерело. Ребятам пришлось снова заночевать в лесу. Уютно расположившись у корней старого дерева, ребята разбили лагерь. Только на ночь они договорились дежурить. Друзья здраво рассудили, что первыми будут дежурить девчонки. Мира доваривала настойку, Мила шила. Дело в том, что в посёлке, в котором они спасли маленькую Ларен, жители благодарили их, как могли. Поэтому сначала ребята немного удивились, увидав отрез тёмно-серой ткани, а потом обрадовались. Девчонкам была необходима удобная одежда. Именно потому Мила сейчас пыталась смастерить что-то наподобие длинных юбок-брюк, так как их платья-туники немного поизносились. Вскоре наступила очередь дежурства Анри, затем должен был проснуться Аслан. Винара в этот день по настоянию Миры освободили от ответственности. По поводу чего он и подшучивал над ребятами. Мол, дежурьте, дежурьте, а я посплю. Аслан пожал плечами, Анри, как всегда кипел, но Мира была непреклонна. Несмотря на все дежурства, и даже старания ребят что-то заметить, ночь прошла довольно спокойно. Утром им нужно было спешить, они и так задержались.

********************************

Вот показался большой, тёмно серый валун, с одной стороны покрытый густым мхом. Дальше ребятам надлежало идти вниз по узенькой тропинке, что спускалась от него вглубь скалистой местности. Странное было ощущение. Как будто тысячи невидимых глаз следят за ними со всех сторон. Вот показался просвет, небольшая поляна, вокруг которой выстроились немые воины-деревья. Ребята приближались к огромной скале. Серый исполин возвышался между громадными ветвистыми деревьями. Со скалы шумно, раскатисто спускался серебристый водопад. Ребята в нерешительности остановились перед дивным зрелищем.

Стоять, впрочем, им пришлось не долго. Откуда-то со стороны послышалось недовольное рычание. Ребята, как один, обернулись, наученые вчерашним происшествием, и не поверили своим глазам. На них, не спеша, надвигалось три серебристых животных. Они были размером с большого пони! С виду звери напоминали снежных барсов, почему-то именно такое сравнение пришло Миле в голову, хотя снежных барсов она не видела даже на картинках. Пепельно-серый цвет их густой шерсти расходился по бокам в причудливый узор. Они без сомнения были прекрасны, но... опасны. Мира посмотрела на лапы чудовищ. Длинные когти внушали невольное уважение. С пасти этих "маленьких" животных торчали огромные острые клыки-зубы. Они походили на две сабли. Несмотря на их внушительный рост, ребята молча приготовились к схватке. Анри поудобней перехватил топор, Винар вытащил небольшой меч. Аслан уже держал своё оружие в руке. Мира посмотрела на готовых к схватке ребят, и на их боевое оружие. По спине прошёл озноб. По сравнению с серыми громадинами, оружие ребят выглядело просто игрушечным.

-- Кто это? - наконец, подал голос Винар. Он был просто восхищён. - Они очень красивые.

-- Красивые. Смотри, как бы эти красивые из тебя все кишки не вынули! - как всегда, жёстко ответил Анри.

-- Это иглозубые барсы, - коротко ответил Аслан. - Они очень сильны и опасны. Но, по идее, они перестали существовать на этой планете тысячу лет назад.

-- Не убивайте их! - вскрикнула Мила, увидев, что ребята сделали шаг на встречу с животными.

-- У тебя есть лучшее предложение? - немного удивившись, спросил Аслан. Он даже тона не повысил.

-- Если не мы их, то они нас, - парировал снова Анри.

-- Нет. Спрячьте оружие. Они стражники этого места. Они охраняют его, - принялась уговаривать их Мила.

-- Послушайте, - насторожился Анри, - сюда приближаются всадники. Очень скоро они будут здесь. Давайте решать что-то с этими.

-- Не трогайте их! Прошу вас, - стояла на своём Мила.

Ребята смотрели на неё, как на сумасшедшую. Рядом стоял звери размером с маленькую лошадь, а она несёт такую чушь. Звери нервно махали хвостами, скалились, но не двигались с места. Как будто чего-то ждали, не смея двинуться без разрешения. Ребята опустили оружие, настолько слёзно умоляла их Мила. Но последнюю каплю внесла Мира.

-- О, храбрейшие, послушайте высокочтимую Милу. Она раз вызвала пантер, может, и второй раз сможет нам помочь. Прошу вас, послушайте её, не нападайте хотя бы первыми.

Как ни странно, но ребята послушались. Они опустили оружие. Мила, немного трясясь и робея, вышла вперёд. Вдруг один из огромных снежных зверей, сделал грациозный прыжок, и приземлился прямо у ног Милы. И тут ребята поняли всю нелепость своего поведения. Да они даже глазом моргнуть не успели, а зверь уже был рядом! Если бы они хотели их убить, от ребят бы сейчас остались только кости, да и то, изрядно обглоданные. Но оружие они не торопились прятать. Сказывалось боевое обучение.

Барс посмотрел на Милу жёлтыми глазами, окинул внимательным, почти человеческим взглядом ребят, и пошёл в сторону скалы. Но, едва сделав несколько шагов вперёд, остановился и обернулся, нетерпеливо помахивая хвостом.

-- По-моему, он хочет, чтобы мы пошли за ним, - тихо сказал Винар, и сделал шаг в сторону зверя. Зверь снова сделал несколько шагов, и обернулся, приглашая ребят идти за ним. Друзья молча переглянулись. Аслан пожал плечами, мол, одной неожиданностью больше, одной меньше. Ребята двинулись вслед за снежным зверем. Остановились они только у самого водопада. Здесь, вблизи каменного исполина, они почувствовали себя маленькими ничтожными букашками. Было в водопаде нечто такое гротескное, величавое. Иглозубый барс сделал шаг вперёд, и исчез за водной гладью. Анри внимательно посмотрел на ребят, и вошёл за водную стену. Прежде чем шагнуть последним, Винар оглянулся. Два других зверя пристально смотрели ему вслед, оставаясь у входа безмолвной охраной. Ребята так и не узнают, что два барса остановят погоню, посланную, во что бы то ни стало задержать опасную пятёрку.

***************************************

Пещера, или скорее каменный грот, встретил их холодно. Барса нигде не было видно. Друзья осмотрелись вокруг. Впереди был небольшой проход. Все пятеро были с ног до головы мокрыми. Они переглянулись.

-- Куда же делся этот игло... как его там, - спросил Винар.

-- Не знаю, - ответил Анри. - Когда я сюда вошёл, его уже не было.

-- О, Несравненные, может, это ловушка?

-- Нет, - твёрдо ответила Мила. И откуда у неё только такая уверенность?

-- Что будем делать? - по-деловому осведомился Аслан.

-- Что делать, что делать. Идти вперёд, конечно. Ну, не назад же нам возвращаться.

Поразмыслив ещё немного, ребята решили последовать совету Винара. Один за другим, они последовали в скальный проём. Как только Аслан пролез туда, его взору предстала чудная картина. Пещера резко расширялась. На стенах висели факелы. Пол пещеры разделял огромный обрыв-расщелина. Между ними плыла огненная лава, и висел тоненький мостик. Совсем, как в каком-то приключенческом фильме.

-- Ого! - раздался общий вздох, похоже, никто не ожидал такого поворота событий.

"Как это всё-таки банально", - подумала внезапно Мира. Ребята подошли к мостику.

-- Эх, была ни была, - махнул рукой неунывающий Винар, и шагнул на мост.

-- Чёрт! - Аслан едва ухватил его за шиворот. Мост оказался искусным обманом.

-- П...ц! - пробормотал опешивший Винар, когда Аслан и Анри выволокли его. Надо сказать, что он изрядно испугался.

-- Кретин! - вспылил Анри. - Какого чёрта ты лезешь? Придурок! - Винар не обратил на него никакого внимания, впрочем, для Анри это было нормальной реакцией.

-- Спасибо, - пробормотал Винар ребятам. - Вы спасли мне жизнь.

-- Не за что, - сказал Аслан. - Ещё раз такое учудишь, спасать будет нечего. - Мира и Мила молчали. Сердце только переставало паниковать. Они обе укоризненно покачали головами.

-- Ты ненормальный, мой господин.

-- Ладно уже, что я знал, что это подделка?!

-- Так надо было выяснить! - снова зашёлся в крике Анри.

-- Хватит уже, - внес спокойствие Аслан. - Думайте лучше, как нам перебраться на ту сторону.

Ребята задумались. Они разошлись вдоль обрыва, ища что-то более-менее пригодное для переправы. Ущелье тянулось на добрых метров восемьдесят. Вскоре они услышали обрадованный крик Винара.

-- Эй, давайте сюда! Я нашёл! - помахал руками Винар, звучное эхо прокатилось по всей пещере. Зря он кричал. Потолок над ребятами начал стремительно обваливаться. Аслан схватил Миру за руку, она в свою очередь схватила Милу, они побежали. Сначала Анри, затем, наша троица. Перед Анри внезапно упал огромный валун, задев его за руку. Аслан, проклиная всё на свете, ругаясь самыми изощрёнными ругательствами, оттолкнул девчонок к стене, а сам побежал за Анри. Бедолагу немного оглушило. Он мотал головой со стороны в сторону, ничего не понимая. Аслан жёстко схватил его за руку, и рванул на себя. Не рассчитав, оба покатились прямо к ногам девчонок.

Камни потихоньку переставали падать. Анри скрипел зубами от боли и грозился убить Винара, пока Мира останавливала кровотечение и убирала боль. Аслан молча отправился на поиски друга. Он нашёл его неподалёку. Винар лежал, уткнувшись лицом вниз. Он был без сознания. Его привалило. Аслан попытался сдвинуть огромный валун. Не тут-то было. Тот весил не меньше тонны. Аслан огляделся вокруг. У самого обрыва лежала недлинная палка. Гладкая, хорошо отполированная, метра полтора в длину. Аслан поднял её, должна выдержать. Один конец палки он упёр в камень, а на другой навалился всем весом, как на рычаг. Валун в законах физики был слабоват, поэтому ему пришлось уступить. Камень откатился в сторону. Винар был без сознания, со множеством ушибов и порезов. Помня о камнях, Аслан решил сходить за сестрой и подругой.

Анри стонал и охал, как маленький ребёнок, который впервые порезал палец. Миру это сильно раздражало.

-- Мой господин, извольте потерпеть! - резко сказала она, нажимая на руку, Анри зашипел, но Мила ладошкой прикрыла ему рот. - Сейчас я сниму боль. - Мира сосредоточилась, проводя рукой по ране. Анри, как всегда с удивлением, уставился на неё. - Ну что, болит?

-- Немножко, - лукавя, ответил он. Мира нахмурилась, влила немного больше силы. Анри почувствовал себя, как новорожденный. По телу разливалось приятное тепло. Мира немного дрожала.

-- Мира, - услышали они тихий голос Аслана. Он подходил к ним. - Там Винар, без сознания. На него большой камень свалился.

-- Господи, - прошептала Мира, в спешке поднимаясь. - Посиди с ним, светлейшая, прошу, - сказала она Миле, которая в ответ кивнула.

Мира увидела Винара, который лежал без сознания. Он был изрядно помят. Одежда в нескольких местах была порвана, из раненных мест сочилась кровь.

"Господи, что же делать?!". Мира положила руку на голову Винара. Потом неторопливо провела по всему телу. Немного помяла бока и спину. Попросила Аслана перевернуть его. Мира проверяла каждый сустав, каждую кость руки, ноги, тела.

-- Ну? - не вытерпел Аслан. В его глазах было беспокойство.

-- Плохо дело, мой господин. У него два сломанных ребра, повреждены внутренности, и, кажется, сотрясение мозга. Кроме того, он без сознания. Наверняка, у него внутреннее кровоизлияние, - руки Миры дрожали. Аслан замолчал, видно, оценивая ситуацию. К ним подходили Анри и Мила. На их вопросы, что с ним, Мира коротко пересказала состояние Винара. В глазах Милы читался страх, в глазах ребят - обеспокоенность. Мира паниковала. Она не знала, чем помочь Винару в таком состоянии. Резко тормошить его было нельзя. Под чёткими указаниями Миры, которая судорожно вспоминала школьные уроки по медико-санитарной подготовке, ребята туго перевязали грудь и спину Винара. Больше ничего нельзя было сделать, пока Винар был без сознания. Аслан и Анри отошли посмотреть, что случилось со входом. Мила ушла за вещами, которые они в спешке бросили у стены.

-- Вход завалило, - коротко пересказал увиденое Анри, когда ребята вернулись. Аслан молчал.

-- А где Мила? - поинтересовался брат.

-- Пошла за вещами, мой господин.

Мила искала вещи. В панике они были разбросаны, где попало. Едва подняв последнюю сумку, Мила услыхала негромкое рычание. Она резко обернулась, и отпрянула. Позади неё скалился тот самый снежный иглозубый барс. Он обращал на себя её внимание. Мила прижалась к стене, шепча заветное "мама". Барс смотрел на неё своими умными глазами.

"Его жёлтые раскосые глаза. Почти человеческие. Совсем не страшные", - успокаивала себя Мила. Барс неотрывно смотрел на неё. Миле показалось, что она бредит.

"Не бойся, я не причиню тебе вреда".

"Кто ты?", - удивилась Мила.

"Я страж этих мест. Вы должны переправиться на другую сторону. У вас осталось совсем немного времени, а потом проход закроется".

"Наш друг ранен. Мы не можем, ведь моста нет".

"Вашего друга вы можете подлечить. Среди вас есть лекарь".

"Но она не знает, как".

"Знает. Только не помнит, и боится. Пойдём, я помогу".

Ребята резко обернулись на звук. И хорошо, что они сидели. Потому что они увидели Милу рядом с этой маленькой лошадью - иглозубым барсом. Они, не спеша, приближались к ребятам. Барс медленно и величаво переставлял лапы.

-- Мила...

-- Не волнуйтесь, он сказал, что хочет помочь нам.

-- "Сказал, что хочет помочь"? - Анри сделал круглые от удивления глаза. - А больше он ничего не сказал? Как выбраться отсюда, как Винара на ноги поднять?

-- Перестань! - осадила его Мила резко. Она, как никогда, была серьёзна и собрана. Мира молчала, переваривая происшедшее.

-- Мира, - обратилась к ней подруга. - Он сказал, что ты можешь вылечить Винара. Он поможет, - и Мила коротко пересказала свой разговор с барсом. А также суть его помощи. Свой рассказ она закончила словами. - А теперь, Мира, вылечи его!

Мира улыбнулась. Это был приказ. Но это был единственный за всё это время приказ, который она выполняла с удовольствием.

-- Все отойдите, - коротко сказала она.

Ребята послушно отошли. К Винару подошёл барс, и лёг ему прямо на грудь.

Эта же туша его раздавит, - прошептал Анри, а Мила на него так посмотрела, что он только прикусил язычок. Итак, наши друзья стали свидетелями старого магического ритуала. Огромный зверь лежал на груди Винара, а у его изголовья сидела сосредоточеная Мира. Она положила руки, но не на Винара, а на барса, и начала высвобождать свою внутреннюю энергию, шепча странные слова. Барс глухо и недовольно зарычал, но с места не сдвинулся. Мира продолжала шептать, отдавая всё больше энергии. Она не скупилась. С каждым её словом, зверь рычал сильнее и сильнее, пока его полный не то боли, не то победы рык, не слился с человеческим криком. Мира поднялась. Ноги непослушно дрожали. Голова туманилась. Хотелось спать. Винар поднялся, схватившись за перебинтованные рёбра. Зверь послушно отодвинулся.

-- Чёрт! - он посмотрел на едва держащуюся на ногах Миру, на расцветших в улыбке Аслана и Анри, на гладившую барса Милу. - Спасибо, Мира. Я не...

-- Не меня благодари, мой господин. Это зверь помог тебе. Он отдал свою энергию, чтобы выдернуть тебя из твоего состояния. Я бы... не смогла спасти тебя, - выдохнула, наконец, она. Винар слишком серьёзно посмотрел на окружающих его друзей, а затем на уставшее животное. Видно, ему тоже нелегко далась эта процедура. - Спасибо тебе, друг, - серьёзно сказал Винар.

"Пожалуйста, - вперемешку со смешком и усталостью, ответили ему. - У вас мало времени. Вас ждут". Животное развернулось, и пошло в другую сторону. Его никто не пытался остановить.

-- Можно было и не ехидничать! - повернулся Винар к Аслану. Тот непонимающим взглядом уставился на него.

-- В смысле?

-- Ты разве не говорил со мной мысленно?

-- Ты, наверное, здорово башкой треснулся, - насупившись, ответил друг. - Пошли.

Перед тем, как начался обвал, Винар нашёл тонкую, но достаточно прочную доску. Хотя, прочную. Относительно. Ребята с сомнением посмотрели на неё, а затем на девчонок.

-- Мира, тебе придётся пройти по доске.

-- Давай я, - ответила Мила. У нас с ней небольшая разница. Она очень устала.

-- Эти пару килограмм могут стоить тебе жизни, - твёрдо ответил Аслан. Мила замолчала. У Миры совсем не было сил. Она еле передвигала дрожащими ногами. Подойдя к доске, она вдруг повернулась к ребятам.

-- Извини, мой господин, я не смогу. Я слишком устала, - вздохнув, Аслан процедил сквозь зубы сестре, чтобы шла она. Ребята сняли все пояса, нашли небольшую бечёвку, крепко их связали. Получилось что-то наподобие верёвки. Друзья выбрали самое узкое место в ущелье, перекинули через него перекладину, обвязали Милу верёвкой, и она пошла.

Мостик был небольшим, всего метра три - три с половиной. Внизу протекала лава, было жарко, но кроме этого было ещё и высоко. У Милы кружилась голова. Постепенно отпуская верёвку, Мила двигалась к другой стороне приставным шагом. Ребята негромко подбадривали её. Молчал только Аслан. Он знал, один неверный шаг - и он больше не увидит сестру.

Наконец, Мила ступила на твёрдую землю. Ноги предательски дрожали. Она нашла небольшой каменный отросток. Крепко его обвязала. Ребята закрепили второй конец верёвки с другой стороны. Получилось что-то, отдалённо напоминающее переправу. Второй пошла Мира. Голова кружилась, ноги подкашивались, но ей здорово помог приказ Винара: "Иди. Не вздумай падать!". Всё-таки заклинание имело свои преимущества. Мира удачно переправилась на другой конец. За ней последовал Анри. Мостик начал подозрительно трещать... Анри покрепче ухватился за верёвку, и поспешил перейти на другую сторону. Едва достигнув земли, он по привычке гаркнул командирским голосом ребятам, чтобы они осторожно переправлялись. По-видимому, слишком громко. Снова начался обвал. Проклиная всё на свете, Аслан пихнул вперёд Винара. Винар, охая и постанывая, постарался как можно быстрее преодолеть переправу. Дальше был черёд Аслана. Он быстро начал преодолевать обрыв. Камни падали отовсюду. Как горох, они летели в ущелье, поднимая массу брызг. Но Аслан не успел пройти до конца. Ему оставался всего один шаг... Огромный валун упал на доску, разломив её на две части. Ноги Аслана поехали, он остался висеть на одних руках. Верёвка трещала. Мила закричала. Теперь, камни начали падать и со стороны ребят. Аслан подтянулся на руках, как на турникете.

-- Быстрее! Она может лопнуть в любую минуту! - закричал Анри. Аслан продвинулся ещё на шаг, и верёвка с треском порвалась! Но в ту же самую минуту Винар и Анри выдернули Аслана из пропасти. Все они с криком повалились на землю. Только вот отдыхать не пришлось. Потолок ходил ходуном.

-- Быстрее! - закричал Винар. Он уже давно высмотрел проход из грота. - Там проход, если мы задержимся, его засыплет.

Ребята, один за другим, побежали к проходу, ловко уворачиваясь от падающих валунов. Винар скрипел зубами, держась за перебинтованный бок. Проход странно переливался, а, проходя сквозь него, у ребят создалось впечатление, будто он затянут плёнкой. Мила первой прыгнула в проход. За ней последовали остальные. И...

ГЛАВА

"Я не знаю ничего лучшего, сложнее, интереснее человека". Горький.

Ребята оказались на поляне! Самой настоящей поляне. Перед ними горел костёр. Странного светло-зелёного цвета. Неподалёку что-то журчало. Присмотревшись, друзья поняли, что это речушка. Было довольно темно. Можно даже сказать, что здесь была ночь. Немудрено, ведь когда они заходили в пещеру, был вечер. Ребята вздрогнули, когда услышали чей-то сердитый голос.

-- Наконец-то пожаловали, улитки! - ребята обернулись. Позади них стоял тот самый старик, который вывел из сна Анри. - Почему так долго?

-- Простите, мой господин, но к вам было несколько сложно добраться.

-- Сложно им было, видите ли. Ладно. Времени практически не осталось. Запоминайте обряд. Вы должны подойти к тому костру... - Старик начал поспешно рассказывать странный обряд.

-- Почему мы должны вам верить? - перебил его Анри.

-- Потому что вы здесь. Потому что вам нужна защита. Потому что с вашей рабыни нужно снять заклинание. Потому что вы должны спасти Неогею. Потому что вы Иные, и никто этого за вас не сделает. Потому что больше никто сюда не сможет войти... Продолжать? - резко закончил старик. Все молчали. - Отлично. Всё равно теперь у вас нет выхода, проход завалило, - закончил он.

-- Но как тогда мы выйдем отсюда?

Старик окинул их взглядом, словно делая для себя какие-то важные выводы, а затем тихо сказал.

-- Вам нужно пройти обряд. Через некоторое время это окажется невозможным, и тогда выйти отсюда не сможет никто. Итак, просто идите вперёд.

Ребята переглянулись, и молча направились к зелёному огню. Винар тихо скрипел от боли. Аслан потирал стёртые от верёвки до крови руки. Мила молчала. Анри злился, но шёл вслед за друзьями. У Миры сил осталось ровно столько, чтобы идти. Ребята шли, выстроившись, как говорил старик, в линию. Шаг, другой, третий. Мира обернулась посмотреть, почему её друзья вдруг остановились. Они смотрели на неё непонимающим взглядом.

-- Вот и избранный воин, который будет говорить с Саганами, - тихо пробормотал Старик.

-- Ты нас обманул! - прорычал Анри. Ребята не могли идти дальше, их что-то держало.

-- Нет, - Старик покачал головой, - всего лишь недоговорил до конца. Ну же, девочка, не останавливайся, - почти ласково подтолкнул он Миру. - Ты будешь общаться с духами стихий. Ты будешь просить их о помощи... - Мира повернулась лицом к огню. Старик тем временем рассказывал нюансы ритуала.

************************************

Ну вот, ребята рядом. Лиц Мира не видит, потому что стоит к друзьям спиной, но чувствуется, что рядом свои. На каждого из них можно положиться. Она стоит у огня. Он немного странный - зелёного цвета. От него нет жара, он просто согревает. Душевно. Каждый из этой теперь странной компании чувствует сейчас другого, как самого себя. Знакомый голос говорит незнакомые слова на распев. И Мира вдруг почувствовала их силу. Всё вокруг задрожало и немного затуманилось.

-- А теперь тот, кто привёл вас, пусть достанет из огня то, что вам принадлежит по праву. Только так вы сможете сохранить и защитить друг друга, - скомандовал голос.

"Что? Это безумие, - подумала Мира. - Из огня?" - ей стало страшно.

-- Из огня? - кто-то повторил её мысли вслух. - Чокнутый Старик! Мира, не делай этого!

Мира боялась. Очень боялась. Но другого выхода она не видела. Им нужна была защита. Странный мир. Не похожий на их собственный. Жестокий, но справедливый. Неправильный и правильный одновременно. Они всего лишь пешки в этой игре. Старик прав, это небольшая жертва за спокойствие, что друзьям будет легче.

-- Мои господины, я не хочу вас терять, - услышала Мира свой голос, - это я вас сюда притащила, мне и отвечать, - она повернула своё бледное лицо к друзьям. Причудливые тени сделали его слишком мрачным.

-- Перестань. Никто никого не потеряет. Нам не нужна эта защита. И без этого можем обойтись. И незачем совать руку в костёр.

-- Нет, не обойдётесь, - возразил голос. - Это её выбор. Всё имеет свою цену. Для того чтобы что-то получить, нужно чем-то пожертвовать. Это не жертва. Пострадает всего лишь оболочка. Хуже, если бы нужна была душа. Но эта вещь не требует такой большой цены. А вам нужна защита. Решай!

Мира колебалась, но уже знала, что нужно делать. Было видно, что другие тоже колеблются. Мира ещё раз оглядела всех и засунула руку в костер. Боль! Лицо исказила гримаса. Какая БОЛЬ! Не сдаваться. Больно! Одна половина Миры чувствовала всю силу и полноту этого слова, но другая не давала вытащить руку из пламени, пока в ней что-то не ощутила.

Мира вытащила руку из огня. Она была ничуть не обожжена. В ней лежал ключ.

-- А теперь дай его сюда, - скомандовал старик, и Мира от удивления послушно, как во сне, подошла и отдала ключ ему. Она ещё не могла оправиться от шока. Тем временем старик взял ключ из её рук, размахнулся, и кинул обратно в костёр. Друзья начали возмущаться. Кто-то даже схватился за новое оружие. - Замрите! - тихо, но уверенно проговорил старик. И все, как ни странно, застыли, как вкопанные. - Мираэль, повторяй за мной. Кастонай лапиоатериумманто. Аоум.

-- Кастонай лапиоатериуммманто. Аоум...

-- Кастонай лапиоатериумманто. Ур. Агиос Атанатос берроу. Оаум мани падме ум. Силой Энсофа мир Огненный, откройся и дай нам силу!

-- ... дай нам силу! - как во сне говорила Мира. Она стояла с закрытыми глазами. И с каждым словом чувствовала эту самую Силу в своих словах. Вокруг неё бушевали стихии. Неподалёку от их костра был водоём, они сидели на земле возле огня, и неведомо откуда сорвался ветер. Четыре стихии пришли к Звавшей их.

У друзей началась паника. Она слышала возмущённый вопрос друзей, что старик с ней сделал. Мира открыла глаза. Вокруг неё был огненный смерч, а она была его эпицентром. Вокруг вилось пламя, которое раздувал ветер. Наверное, завораживающее зрелище. Затем она слегка наклонила голову, и немного удивлённо посмотрела на свои руки. С одной стекала вода, в другой она держала рыхлый ком земли.

К ней нельзя было подойти, но её это не пугало. Было так хорошо. Тепло. Мира блаженствовала. Очень тепло. Даже жарко...

"Боже, жарко! Горячо! Больно!". Мира поняла, что если она что-то не сделает, то сгорит. Кожа разрумянилась и начала покалывать. Одежда тоже начинала потрескивать.

Мира высоко подняла руки вверх и чётко произнесла формулу:

-- Ревератур синис эд фортем акуарум вивентиум эт фиат терра фруктификанс ат жерминит арборем вита триа гуаэ сункт. Дай мне силу! - странно, как только она запомнила эти сложные слова? Её что-то сильно сжало и отпустило. Мира увидела, что теперь ветер носит вокруг неё землю, а вместо кома рыхлой земли, она держит кусочек раскалённого угля. Больно. Стало трудно дышать. Лоб покрылся испариной. Мира вспоминала, что говорил ей Старик.

Я буду не я, если сдамся.

"Нет, слышите, не вы теперь хозяева! Уже не вы". Ветер превратил землю в пыль, Мира стала задыхаться. Друзья кинулись к ней, но были отброшены назад.

"Нет. Это мой бой, и я его выиграю. Мне нужна ваша защита для меня и моих друзей. Больно!". Мира устало опустилась на колени. И прижала обожжённую руку к груди.

"Нет ничего невозможного. Сила в нас самих". Кто это, Аслан? Она услышала или ей показалось? "Сила в нас самих". Мира поняла, что пора, и закричала слова, которые просил запомнить Старик.

-- Тиат фирмамэнтум эн медио акуарум ат сепарет акуас аб агис супериус сикут киа инфериус. Дэй виви оперибус ежус фон пеккаторум. Дай мне силу! - на этот раз сдавило ещё сильнее, но отпустило, как и в предыдущий. Мира увидела, что теперь держит в обожжённой руке стальной шарик, хотя нет, не стальной, а из какого-то вещества, похожего на металл. Причём этот шарик переливался разными оттенками зелёного, синего, жёлтого, красного цветов. Рука сильно болела. Странно, но, похоже, именно это придавало ей сил и уверенности. Болит, значит еще живая.

Мира поднялась. Ветер носил вокруг неё воду. Это было похоже на водяной смерч. И, похоже, что девушке это нравилось. Её охватило какое-то внезапное веселье. "Всё получилось, наверное". Но именно, что внезапное, потому что оно прекратилось также быстро, как и началось. Мира стала захлёбываться. Вода умудрялась попасть в нос и горло. Мира закашлялась. Никакие слова больше не приходили на ум.

"Что не так?". Водяные брызги подбирались всё ближе и ближе. Казалось - вода душит. Мира задыхалась. Паника.

"Я же всё сделала правильно?". Мира испугалась. Она вдруг вспомнила слова из мультика: "Держаться нету больше сил. Ещё немного, и я захлебнусь. Нет сил? - Вот оно, решение! - Четвёртая стихия. Как я могла пропустить?". Мира сосредоточенно посмотрела на сферу.

-- Дух Огня, Дух Воды, Дух Земли! Зовите вашего брата. Дух Воздуха, заклинаю тебя! Аоум Ур Агни Михаил Анаель Рам. О тетраграмматон, куо тенетиэ димплеттэ пуо апи. Оаум Мани Падме ум. Я и вы - одно целое. Помогите своей сестре. Заклинаю вас. Дайте мне свою силу и защиту. Да будет так во имя Высшего!

Это было смешно. Слова и больше ничего. Но Мира вдруг поняла, что сможет, и эти слова остановили водную стихию. Ветер и вода воплотились во вторую сферу, которая переливалась всеми цветами, начиная от белого и заканчивая тёмно-фиолетовым. Мира широко развела руки со сферами в стороны. Затем она закрыла глаза, и запрокинула голову назад. Друзья испугались, что с ней опять что-то случится. Они частично оказались правы. Когда Мира открыла глаза, она резко с силой свела руки вместе перед собой, и обе сферы слились в одну. От неё в стороны прокатились волны энергии. Земля вокруг задрожала. Мира посмотрела на землю. И там, куда упал её взгляд, зажглось пламя, но оно было не зелёным, как у старика-мага. Пламя Миры светилось ярким синим цветом.

Мира подошла к огню, опустила обожжённые руки со сферами внутрь со словами: "Во имя Истины". Пламя на миг стало алым, затем зелёным, затем оно вспыхнуло, и Мира вынула оттуда деревянную шкатулку.

Хлопок! Мира посмотрела на друзей. В её руках всё ещё находилась старенькая деревянная шкатулка. Но руки! Её руки были абсолютно целы.

-- Это невозможно, ведь я сама видела, - произнесла она с недоумением.

-- Нет ничего невозможного. Это была твоя осознанная жертва. Ты должна была пройти через боль, чтобы слиться со стихиями. Ты всё делала правильно?

-- Насколько это было возможно. Так как вы рассказали.

-- Но твоё пламя было синим. Синим, а не зелёным, - произнёс Старик, как бы раздумывая. - Но это после. Дай мне шкатулку.

И только после того, как Мира протянула шкатулку Старику, она заметила, что друзья застыли, как вкопанные. Кто-то сидел, кто-то, по-видимому, попытался сделать шаг, и застыл в несколько комичной позе. Но Мире отчего-то не хотелось смеяться. Они были похожи на восковые фигуры.

-- Что ты с ними сделал? - Мира начинала свирепеть. - Исправь! Сделай как было. Верни их!

Но Старик даже не сделал попытки встать, впрочем, как и Мира. Они впились друг в друга взглядами. Старик продолжал смотреть на неё, а она на него. Это было трудно. По спине пробежал озноб. Голова начала кружиться. Тело ломило, глаза немного слезились. "Не сдамся!". Кажется, она опять начала злиться. "Ты сделаешь так, как я хочу! Верни друзей. Верни их!". От напряжения стало жарко. Кажется, она вспотела. Кровь начала стучать в виски. "Не сдамся! Слышишь? Верни моих друзей". По-моему, она уже кричит.

Старик смотрел на девочку и думал: "Спи... А она ничего. Сопротивляется. А должна уже быть без сознания. Она же столько сил потратила. Засыпай. Спи... Нет, ещё не время". Он продолжал смотреть на неё в упор и отбивать пока ещё слабенькие попыточки заставить его сделать то, что хочет она. "Спи!". Пока он был сильнее. Но ведь это были попытки девчонки, которая ещё мало что смыслит в чародействе. И побери его Грань, если они не увенчаются успехом! "О, кажется, она немного поддалась, - он сосредоточился. - Засыпай".

Мира свирепела, но сделать ничего не могла. Было плохо, очень плохо. Она вспотела так, что одежда начала прилипать к телу. В голове, кажется, поселилась группа барабанщиков. Вокруг всё поплыло. Мира потеряла сознание.

Хлопок!

-- Мираэль, встань! - Мира снова очнулась. Это стало походить на какое-то бесконечное прокручивание киноленты. Когда же это закончится? Её обняли чьи-то крепкие руки.

-- Умница! У тебя всё получилось. Ты достала ее, - это Винар. - Мира, тебе плохо? Боже, да она на кусок мела похожа!

-- Мира, скажи хоть что-нибудь. Мира, как ты? - "Мира, Мира, - проворчала про себя та, - сколько можно? Как же плохо. Нет никаких сил". В голове по-прежнему стучало, глаза закрывались. Она напоминала кусок ваты.

-- Отойдите! - скомандовал Старик. Он положил ей руку на голову. Мира почувствовала тепло. Старик делился энергией, как это делала она сама.

Через четверть часа Мира уже стояла на ногах с довольно сносным видом. Старик расставил их вокруг деревянного пенька, на котором стояла шкатулка. Но, когда он её открыл, все немного разочаровались. Там лежали обыкновенные побрякушки. Никаких фанфар и искр. Никакого особенного свечения.

-- И ради этого нужно было доводить её до такого состояния? - возмутился Анри. - На ней же лица нет.

-- Не стоит судить по внешнему виду, - возразил старый Маг, - А Мираэль я дал силы ровно столько, чтобы она могла стоять, знать, что делает и помнить. Я не всесилен. Она потратила слишком много сил. Ей нужно просто отдохнуть. Она сможет это сделать чуть позже. Подойдите ближе. Каждый из талисманов должен выбрать себе хозяина.

Ребята подошли ближе. Обыкновенные на вид талисманы вдруг заиграли разными цветами и погасли.

-- Аслан, ты первый. Талисман, который зажжется, когда ты подойдешь, будет отражать твою суть и станет твоей опорой. Подойди и возьми его. - Аслан всё ещё с недоверием осторожно приблизился к алтарю. Побрякушки лежали, как обыкновенные игрушки. С первого раза нельзя было определить, какой они имеют цвет. Но внезапно один из них зажегся зелёным светом. Сначала вспыхнул ярко, затем сменил окрас на мутновато-салатовый и немного приглушил свет, как будто кто-то набросил покрывало на лампочку. Аслан взял его. Это была большая зелёная брошь. Очень красивая и тонкая работа. Большой мутновато-салатовый камень был оправлен в витое листиками серебро. Аслан не терпел побрякушек, но это было нечто особенное. Аслан приколол её к одежде. И, почувствовав тепло, улыбнулся.

-- Отлично, - Старик был доволен. - Теперь ты, Винар. Не бойся, иди.

Винару достался браслет. Он удивлённо посмотрел на редкой красоты вещицу. Он обожал браслеты, но такой видел впервые. Браслет состоял из тонких переплетённых полос. Он был не литой. Просматривался рисунок. Тонкие полосы металла придавали какое-то до боли знакомое очертание... "Барс!", - осенило Винара. И, действительно. Причудливое переплетение полос серебра создавало образ оскаленной морды дивного животного, которое спасло Винару жизнь. Морда была изображена в профиль. Единственным глазом барсу служил мутновато-голубой камень. Браслет был лёгким, и доходил почти до локтя. Винар тот час надел удивительный подарок.

Затем пришла очередь Милы, которая получила красивую диадему с жёлтым камнем. Мила внимательно посмотрела на своё приобретение. Потрясающая резная работа. Из причудливого узора можно было выделить какой-то определённый рисунок. Она присмотрелась. Две пантеры, вытянувшись, прыгали друг к другу, упираясь лапами в камень. Диадема была тоже серебряной. Она светилась мягким цветом. Её украшал единственный камень - мутновато-лимонного цвета. Мила взвесила на руке лёгкую вещицу, и, последовав совету Старика, надела украшение на голову. Диадема её не украсила, не испортила, как это обычно бывает с напыщенными побрякушками. Она очень чётко вписалась в образ Милы, став её неотъемлемой частью.

Потом подошёл Анри, его признало кольцо. Точнее сказать, это был массивный перстень. Анри с удовольствием рассматривал красивую вещь. Оправа была серебряной с витиеватым рисунком. Он видел работы друзей. Несмотря на разницу в вещах, они были частями целого. Каждая из вещей - вписывалась в суть владельца, словно изготавливалась только для одного хозяина. Анри пока не мог уловить в какой образ именно. Пока... Но сейчас он с видимой радостью надел кольцо на палец. Оно точно обтекло его, подстроившись под размер, и стало мутновато-розовым.

И, наконец, наступила очередь Миры, которая открывала и завершала обряд кольца. Было видно, что каждый из друзей, когда надевал амулет, чувствовал радость. И, похоже, каждый почувствовал, что теперь что-то может. Мира взяла свой амулет. Обыкновенную небольшую подвеску-камень на серебряной цепочке. Единственным необычным явлением его - была форма. Она напоминала небольшое яблоко с перепелиное яйцо. Мира пригляделась к подвеске. Ничего особенного. Он остался таким, каким и был - молочно-белым на серебряной цепочке. Мира одела его на шею и... потеряла сознание. Всё-таки Старик не был всесилен.

ЧАСТЬ ПЯТАЯ

ГЛАВА

Ищите самих себя, откажитесь от ваших лицемерных стремлений быть не самим собой.

"Зачаты в пороке и рождены во грехе", Днехи Герхард.

Мира бежала. Небо - светлое, чистое, яркое. Солнце - красивое, праздничное, тёплое, весёлое. Земля - строгая, добрая, щедрая. Ветер - сильный, смелый, буйный. Вода - мягкая, игривая, текучая. Огонь - вспыльчивый, романтический, грозный. Трава - шумная, острая, свежая. Вокруг тысячи красок, всё смешалось, перепуталось... Тысячи звуков наполняли это место и сливались в абсолютную тишину.

-- Она потеряла слишком много сил. Сон их восстанавливает.

-- Но она спит уже четвёртые сутки! Сколько же это может продолжаться?

-- Не знаю.

-- Мира, просыпайся...

Мира бежала. Сила и слабость, ложь и правда, зло и добро, страдания и радость, наслаждение и печаль, любовь и ненависть... Всё переплелось, всё кричало. Мира наслаждалась. Мягкость воды, жар огня, податливость земли, твёрдость камня, рокот грома, яркость молнии, свет и открытость солнца, темнота и загадочность ночи - всё это сейчас было с ней, и она была частью всего этого.

-- Она по-прежнему без сознания?

-- Да.

-- Сколько ещё?

-- ?

-- Но она проснётся?

-- ?

-- Почему ты молчишь?

-- Потому что я не знаю.

-- Что значит, ты не знаешь? Кто сюда нас отправил? Кто кричал, что нам необходима защита? И кому только нужны эти побрякушки, если она не проснётся?!

-- Не говори так. Она проснётся. Обязательно. Просто она потеряла слишком много сил. Ей нужно восстановиться.

-- Мира, просыпайся...

Мира бежала. Доброта и смелость друзей, ласковый взгляд мамы, строгость первой учительницы, обида после ссоры с подругой, первая и внезапная любовь, раздражение, радость, печаль, счастье. Снова ласковый взгляд. Злость - чистая и искренняя. Так умеют любить и ненавидеть. Отчаяние, первое и безнадёжное. Надежда - единственная и последняя. Вера - чистая, незамутнённая, но редкая... Наслаждение - мягкое, сладкое и дерзкое. Всё закружилось, вспыхнуло... Тысяча чувств и эмоций были сейчас с нею, и она была ними.

-- Она такая бледная...

-- Да. Сколько же она будет спать? Ну, не вечность же! Это она нас сюда притащила. Как мы без неё выберемся?!

-- Закрой рот! Она рисковала жизнью ради нас!

-- Чёрт! И к чему это привело. Она в беспамятстве уже почти неделю. И никаких намёков на пробуждение. Что делать?

-- Я не знаю... Старик нас обманул.

-- Мира, просыпайся...

Мира бежала. Свет. Яркий и беспощадный свет светит в глаза, вызывает слёзы. Ты чувствуешь себя слепым и маленьким, беззащитным. Что делать? И ты думаешь, свет такой яркий и жгучий. Хорошо бы сейчас ночь... Осторожно, желания иногда исполняются! Тьма... Таинственная и опасная, мягкая, как кошка. Прокралась, окутала, обволокла. Она не слепит глаза, не вызывает раздражения, но глушит тона, заслоняя и ограничивая свет. И ты по-прежнему ничего не видишь, чувствуя себя маленьким и беспомощным. Так, где же различия? Это ведь всего лишь составляющие одного целого... Где же истина? В чём разница?

-- Спит?

-- Да.

-- Что же делать? Может, ты знаешь какой-нибудь ритуал для пробуждения?

-- Ничего похожего на нашу ситуацию.

-- Что же делать?

-- Будем ждать.

-- Мира, просыпайся...

Мира шла... Наугад выбирая тропу. Хотя, троп здесь не было. Здесь было... ничто. Такое нельзя было объяснить, описать, рассказать и даже запомнить. Эмоции давно оставили её в покое. Она просто шла, не бежала и не стояла. Мысли были с ней, но спали. Она шла... Не чувствуя запаха, ничего перед собой не видя, не слыша. Она шла, куда вели её ноги. Шла, потому что её ждали, в неё верили, её любили, на неё надеялись. Надеялись? Кто? Мира вспоминала.

"Мира, Мира, где же ты? Почему так долго спишь? Я не могу до тебя докричаться...".

"Ну, просыпайся же, малая. Мы за тебя волнуемся...".

"Мирочка, просыпайся!".

"Просыпайся. Иначе... Иначе мы... Я не знаю, что делать".

Она шла, потому что её ждала мама. Милая, нежная, добрая и ласковая, всегда готовая выслушать и ободрить. Она провожала её, стоя у порога... Сколько же времени прошло? Сколько же они не виделись? Как она там? Вспоминает ли о ней? Или уже оставила надежду? Наверное, волнуется... Сейчас можно было признаться себе самой, что она никогда так за ней не скучала. Зато она помнила её глаза и ободряющую улыбку, и шла...

Она шла, потому что помнила о том, что у неё есть дела. О том, что она должна ещё много успеть, увидеть, додумать, услышать. А сколько ей ещё нужно узнать, рассказать! Она ведь ещё не жила по настоящему. Не жила и не любила. Эти незаконченные дела всегда возвращают нас в реальный мир. Но его-то сейчас видеть и не хотелось. Это ведь всегда ответственность. Мира просто шла...

Она шла, потому что на неё надеялись друзья. Они её тоже по-своему любили, защищали, оберегали, и даже учили. Ребята были её опорой. Порой даже единственной. Только и она, и они редко в этом себе признавались. И сейчас она даже слышала, как они её звали. Что они говорят? Мира на минуту зажмурила глаза... и остановилась, чтобы как следует прислушаться.

-- Мира, просыпайся! Слышишь? Сколько можно? Просыпайся!

Она открыла глаза. Над ней нависло и нестерпимо громко орало лицо Винара. Кроме того, похоже, оно умудрялось её ещё и встряхивать. Неподалёку находились остальные. Они хмуро смотрели перед собой.

"Какого хрена так орать? - как-то сразу устало подумала Мира. - Я же не глухая...".

-- Зачем так кричать? - тихо прошептала она.

-- Потому что она не слышит.

-- Кто не слышит?

-- Ты.

-- ?

-- Ой!

"Вот именно", - подумала Мира.

-- Эй, она проснулась! Эй... - её друг спешно звал остальных, размахивая руками.

"Никакого покоя...". Вскоре Мира увидала всех четверых. Улыбчивые и немного обеспокоенные лица. Они помогли ей сесть. Справились о самочувствии, сделали горячего напитка. Странно, она ведь спала? Но почему же она так устала, почему чувствует себя, словно выжатый лимон? Ничего не болело, не кружилось, не плыло перед глазами. И все же появилось какое-то новое ощущение, даже неловкость. Интересно...

**********************************

Ребята сидели у огня. Вечерело. Они делились впечатлениями от увиденного. Мира смотрела на возбуждённые лица и жесты рассказчиков и... думала. Она не могла понять, что же изменилось? И вроде всё, как всегда. А перемены были очевидными. Пока они были незаметны, но чувствовалось их явное присутствие.

-- Скажите, а что произошло в тот день, когда Старик привёл нас сюда за талисманами? И где он сам?

-- А ты не помнишь?

-- Как-то очень смутно и расплывчато.

-- Не скромничай. Ты тут такое творила... - Анри улыбнулся.

-- Можно подумать, - Мира ответила ему тем же и... ошалела. Она больше не говорила эти до боли надоевшие фразочки типа: "Мой господин", "О свет моих очей", "Храбрейший из храбрейших"? А это могло означать только одно... Она освобождена от Заклинания! Мира всегда думала, что если такое случится, она будет до потолка прыгать от радости и смеяться. Но она всегда отличалась неадекватной реакцией. Она удивилась самой себе и тому, что восприняла факт освобождения спокойно. Но не больше... Больше удивило лишь то, что она не спешила сообщать этот факт друзьям. - Ну, мой... господин, так вы расскажете, что случилось?

Она запнулась, но, кажется, никто ничего не заметил. Только теперь каждое слово даётся с трудом. Почему же она не спешит обрадовать друзей? Ребята начали свой рассказ.

Когда Старик сказал идти вперёд, все медленно с опаской начали движение, но, не сделав и двух шагов, наткнулись на невидимую преграду. А вот Мира пошла дальше. Старик объяснил им, что она избранный воин и будет разговаривать с Саганами. Поэтому ребятам пришлось только наблюдать. Старик по-быстрому рассказал суть ритуала и заклинания. Мира коротко кивнула и повернулась лицом к огню. Повторяя незнакомые формулы, она опустила руки в костёр. Ребята возмущались, кричались. Было видно, как обжигается кожа, запахло паленым мясом. Мира кривилась от боли, но держала руки в огне. Создавалось впечатление, что её кто-то насильно держит. Аслан не мог пробиться к ней мысленно. Физически тоже было не возможно (ребята пробовали). Тогда они начали сомневаться, так ли они правильно поступили, придя сюда. И уже собирались было выяснить отношения со Стариком... Но Мира резко выдернула руки из огня. В них она держала старенький и обшарпаный ключ. На просьбу старика она отдала ему его, а тот, что-то пробормотав, кинул снова в огонь. Мира встала в начерченный ранее круг, и начала читать какие-то слова. Странные и старинные. Круг начал светиться мягким белым светом. Ребята только молча переглянулись. Подул сильный ветер, пламя начало колебаться. Мира говорила сложные формулы. Каждый из ребят только удивлялся тому, как она могла их запомнить. Или она их знала раньше? А, может, ей их кто-то диктовал? Не зря же она их не слышит.

А дальше... Дальше началось что-то невероятное. Вокруг Миры вдруг разгорелся яркий огонь, который окутал её с ног до головы. Потрясающее зрелище! Ребята присмотрелись к подруге. Возле неё кто-то стоял. Но особу невозможно было рассмотреть. Оба молчали. Затем девушка начала читать другую формулу, и огонь, видоизменяясь, превратился в водяной вихрь! Видоизменился и странный надзиратель Миры. Подул сильный ветер, поднимая землю. Каждый раз возле девушки стояла фигура (или фигуры). Короче, кто-то находился. Но не это было странным (всякого навидались). Ни огонь, ни вода, ни даже ветер с песком не выходили за пределы начерченного круга. Создавалось впечатление, что всё действо происходило под куполом. Тем временем, Мира закончила читать заклинания, и ребята увидели у неё в руках яркие сферы. Потом она соединила их в одну, и положила её в костёр, а оттуда вытащила шкатулку. Когда она отдала её Старику, она была похожа на выжатый лимон. Мира посмотрела на свои руки, спросила, как они могли оказаться целыми, внимательно посмотрела на Старика, а потом потеряла сознание. По-видимому, она очень устала, потому как не могла держаться на ногах. Но без неё ритуал закончить было нельзя. Старик поделился с ней своей энергией, привёл в чувства. Потом ребята начали разбирать талисманы.

"Точно!", - словно хлопнула себя по лбу, Мира.

-- О... светлейшие, покажите же мне их! Я ведь так их толком и не рассмотрела.

С видимой гордостью, каждый показывал свой приобретённый амулет. Впрочем, каждый успел его надеть. А поскольку снимать их никто не спешил, значит, вещицы пришлись впору хозяевам.

-- Очень красивая фибула, - сказала Мира Аслану, рассматривая утончённую вещицу. - Отлично будет смотреться с любой одеждой и плащом. А твой перстень - это вообще нечто! Такая яркая работа. Очень классно смотрится... мой господин. Ух, ты! - это Мира увидела диадему Милы. - Просто даже не знаю, что сказать. Ты просто королева! Тебе очень идёт. Пантера. А этот браслет... Это ведь он? Это изображение того барса, что тебя спас? - спросила она у Винара, и он ответил ей кивком головы. - Серьёзно.

-- Ну. А ты покажи, что досталось тебе.

Мила вытащила из-под одежды свой медальон. Шар, напоминающий по форме яблоко, был молочно белого цвета. Но внутри он переливался разными цветами: возле воды - синим и зелёным, на солнце - жёлтым и красным.

-- Никогда не видел такого камня, - задумчиво проговорил Анри. Все молчали.

-- Странно, - задумчиво проговорила Мира. - Но ведь это всего лишь побрякушки. Ведь так?

-- Пока нет других версий, - ответил Анри.

-- Только интересно, почему они достались нам таким странным способом? - задал наболевший вопрос Винар.

-- Кто знает? Может, мы ещё не всё знаем, - медленно ответил Аслан. - Одно сейчас известно точно: нам нужно решить, что же делать дальше, - все немного задумались. Повисла тишина.

-- Слушайте, а что нам говорил Луллий? - у всех перед глазами возник знакомый образ. Ребята немного тоскливо вздохнули и переглянулись.

-- Что? - переспросил Анри у Винара.

-- Что, никто не помнит? Он сказал, что мы можем наняться на службу к местному королю Асцила... Асилару или Рамюэлю. Вот!

-- На кой они нам сдались? - не унимался гордый Анри.

-- Ну, в принципе, Луллий сказал, что им нужны мы.

-- А если им нужны мы, так пусть они нас и ищут! - метнул глазами молнию Анри.

-- Хватит, - прервал детский спор Аслан. - В любом случае надо дойти до ближайшей деревни, а там видно будет. По крайней мере на местную обстановку посмотрим. Так, кажется, советовал Старик?

-- А где он сам, о светлейший? - ребята переглянулись, как будто решая, говорить их подруге о чём-то, или нет.

-- Он ушел, - теперь была очередь Миры удивляться.

-- Куда?

-- Не знаем. На третий день твоего обморока он сказал, что больше не может ждать. Мы спросили, как это понимать. Он сказал, что всему своё время. В общем, затеялась маленькая ссора. Мы хотели знать, как привести в чувство тебя, но Старик сказал, что не знает, - Винар помолчал. - Он объяснил, что про такой результат ему ничего не известно. Ещё он сказал, что в пророчестве сказано про четверых, а о пятом речь не идёт, - видя заинтересованные глаза Миры, он пояснил. - Про само пророчество он не рассказал ничего. Только намекнул, что у нас ещё будет время с ним ознакомиться. Короче, он открыл портал и исчез. А мы остались ждать твоего пробуждения. Пока...

-- Пока у Винара не сдали нервы, и он не начал на тебя орать, - усмехнулся Анри.

-- А нормальные ж слова не понимает. Сколько вы тут сюсюкались: "Мирочка, просыпайся", - он перекривил ребят, скорчив уморительную гримасу. - Покричал немного, вот результат! - самодовольно закончил тот.

-- Так к чему мы пришли? - решила подытожить Мила, которая практически не участвовала в разговоре. Лишь изредка справляясь о самочувствии Миры.

-- Мы пришли к тому, что пора перекусить и ложиться спать. Завтра дойдём до ближайшего села, - Мира поморщилась. Лучше звучит "деревня", - а там решим.

Ещё немного поговорив, пошутив и поворчав перед сном, ребята заснули. Впервые Мира спала спокойно, не думая о том - станут ли ней манипулировать во сне. Хотя её и связывали на ночь, но впервые на неё спустилось чувство защищённости от себя самой. Ведь за всё время, начиная с обучения в Сикионе, он не находила себе места, терзала мыслями: "А если". Она стала напоминать привидение. И лишь после побега от сердца немного отлегло. Ведь очень плохо, когда не можешь доверять другому. А как насчёт самого себя?

ГЛАВА

"Женщина никогда не уступает ни разумным доводам, ни доказательствам; она уступает только чувству или силе". Дюма. Каким бы это не казалось странным, но на этой планете ребята вставали рано. Всегда. И это любители понежничать и поваляться в постели! Похоже, давала о себе знать тренировка в Сикионе.

По-быстрому умывшись и наведя марафет, ребята начали распаковывать сумки с едой и готовить завтрак. У котелка как всегда крутились девчонки и Анри. Нужно признать, что порой у него выходило даже лучше. Светало. Идти никуда не хотелось. Вокруг был удивительный пейзаж. Небольшая поляна, маленькое, словно лужа, озерцо, роса на траве. Над озером, не спеша и вальяжно, стелется белесый туман. Тишина... Невысокие пушистые деревья. Но невысокие, это тоже сказано относительно. В два-три человеческих роста. Просто по сравнению с деревьями, которые росли возле Сикионы, эти казались карликами. Ребята, не торопясь, завтракали. Впрочем, спешить им было некуда. Но уже в скором времени сумки были собраны, костёр потушен. Предстояло уходить.

-- Ну, компас ходячий, что скажешь? Куда нам идти? - с улыбкой спросил Винар. Анри молча указал направление. Но, не сделав и нескольких шагов, ребята услышали звериный рык. Позади них стоял уже знакомый им барс. Он спокойно глядел на ребят. Не прощаясь, не настораживая. Было в этом взгляде что-то такое, напоминающее о себе. Винар, удивляясь, с колотящимся сердцем вышел вперёд.

"Спасибо тебе, друг, за то, что спас меня".

"Не за что. Я призван тебе помогать во всём. Если будет нужда - позови меня мысленно. Я приду. До свидания, хозяин, и до скорого".

"Пока, барс".

Немая сцена. Винар стоял перед серебристым зверем, глядя ему в глаза. Это длилось минуты две. Ребята не подгоняли друга, удивлённые происшедшим. Наконец, барс повернулся и пошёл в совершенно противоположную сторону. Винар подошёл к своим. По его выражению лица невозможно было сказать, о чём он думает. Это мог бы сделать Аслан, но он этим не пользовался... без нужды.

-- Он пришёл сказать, что будет нам помогать.

-- А... - протянул Анри. - А больше ничего? Например, как выйти отсюда.

-- Ещё сказал, чтобы я его просто позвал в случае опасности, - продолжил Винар, не чувствуя сарказма и подвоха в вопросе.

-- Что, прямо так и сказал: "Зови, если чего. И я приду"? Ну, надо же... - Анри был зол, ехиден. Идти ему никуда не хотелось. Вокруг всё было очень опасно и загадочно. Да ещё и говорящие звери. Это был предел...

-- Отвали, компас! Ещё одно слово...

-- Девочки, не ссорьтесь, - как всегда, утихомирил Аслан.

-- А знаешь, то же самое мне сказала та пантера, которую я вызвала, чтобы помочь вам отбиться от всадников, - неожиданно тихо сказала Мила. Все тупо уставились на неё. Она немного смутилась.

-- Так... - снова завёлся Анри. - Почему же тогда никто не вызвал своих чудо животных, когда мы встретились с Керберром, с этими прелестными хрюшками? А?

-- Просто я не чувствовала необходимости. А во втором случае просто испугалась, - Анри, уже было хотел продолжить свою речь.

-- Анри, перестань. Чего ты к ним привязался? - не выдержала Мира. Аслан внимательно посмотрел на неё, затем окинул взглядом остальных, махнул рукой. Впереди была дорога.

-- Всё? Выяснили отношения? Хорошо, значит, пора идти.

Окидывая друг друга раздражительными взглядами, ребята пошли в путь. Совсем скоро они наткнулись на скальный проём. Он был узким и тёмным. Мира удивлялась, как друзья его только заметили, ведь он полностью скрывался за зелёной порослью. Ребята развеяли её вопросительные сомнения. Оказывается, пока она была без сознания, они полностью обшарили здешние места, но то, на что они наткнулись, их несколько обескуражило. Дело в том, что поляна, на которой происходило действо, была окружена со всех сторон скалами. То есть гора, в которую они входили, была лишь частью кольца, опоясывающего это место. Причём этот проём был единственным выходом. По крайней мере, больше ничего ребята обнаружить не смогли даже при помощи способностей Анри.

Не спеша, друзья стали пробираться. Проём оказался довольно узким, маленьким и мокрым. Со стен капала вода, было скользко. Очень скоро тоннель стал сужаться. Причём до такой степени, что ребятам пришлось не сладко, они уже шли почти боком. Мила и Мира чувствовали себя лучше. Их вес и телосложение не создавали подобных проблем.

-- П...ц, я уже весь перепачкался! - тихо ругался Анри.

-- Ничего, мой господин, некоторым поросятам это очень идёт.

-- Смейся, смейся, - проворчал Винар, ему тоже приходилось не сладко. Кроме узких стен, начал снижаться потолок, - будет и на нашей улице праздник. Придёт война, попросишь хлеба.

Монолог Винара внезапно был прерван криком Аслана и шумом падающих камней. Оказалось, путь ребятам перегородила огромная яма, в которую и угодил их друг. Он шёл первым, прислушиваясь к разговору друзей. Внезапно Аслан почувствовал какое-то движение слева от себя, инстинктивно отпрянув, он нажал на какой-то рычаг. Пол под ним разъехался, и он полетел в открывшийся проём. Его крик тоже был прерван шумом всплеска воды.

-- Аслан! - закричала Мила.

-- Эй, Аслан, ты как? - нагнувшись к дыре, прокричал Винар.

-- Нормально, - отплевавшись, ответил их друг. Он осмотрелся по сторонам. Было довольно темно, но очень скоро его глаза привыкли, и он почти стал различать предметы вокруг него. - Эй, тут озеро. Довольно глубокое.

-- Что там ещё видно? - спросил Анри

-- Спускайтесь, увидите. Тут дальше каменный грот и пещера.

-- Ну, что ж. Дальше прохода всё равно нет. Обратно возвращаться - смысла не имеет. Это единственный выход отсюда. Что скажешь, компас? - спросил у друга Винар.

-- Если бы Аслан не провалился в эту яму, нам бы всё равно пришлось возвратиться, там нет выхода.

-- А почему же ты молчал до сих пор? - удивилась Мила.

-- До сих пор я чувствовал направление. А сейчас оно изменилось. Не знаю, как это объяснить.

-- И не нужно. Значит, будем спускаться.

-- Я не полезу! - отойдя на два шага, твёрдо сказала Мира.

-- Давайю Что значит: "не полезу"?! - опешили ребята.

-- Там высоко, вода, а я не умею плавать, - дело в том, что Мира с детства боялась воды.

-- Перестань, у нас нет другого выхода.

-- Значит, прыгайте сами. Я не полезу! - резко ответила Мира.

"Вот заупрямилась. И как её уговорить?", - думал Винар. Анри начинал психовать, Мила уговаривала. Ребята давно договорились не приказывать, видя, как это угнетает их друга. Они уговаривали и приводили разумные объяснения, но это не помогало, Мира только качала головой и сильнее прижималась к противоположной от ямы стене. Внезапно для всех Винар предложил свой план.

-- Короче, ты, Мила, спускайся. А мы с Анри сейчас что-нибудь придумаем, - Мила кивнула, осторожно подошла к краю, недоверчиво покосилась, крикнула Аслану, чтобы отплыл, и прыгнула. Раздался всплеск. Анри, Мира и Винар услышали, что всё прошло нормально. Вода не холодная. Озеро не мелкое - метров пять. "Метров пять?", - у Миры только глаза округлились. Как раз необходимая глубина, чтобы на дно топориком...

"Ку-ку, - подошёл Винар к краю обрыва. - Мира боится прыгать".

"Слышал. Что делать будем?".

"Ты ещё в воде?".

"Да".

"Тогда вытащи её из воды, когда она прыгнет".

"Она же не хочет... Что ты надумал?".

"Сейчас увидишь".

-- Ну, что? Так... сейчас я спущу вещи. Мы с Асланом натянем верёвку, и ты спустишься. Анри, бери те мешки, а ты иди сюда, подержишь... Прыгай! - Мира без задних мыслей подошла к Винару. Она боялась воды, а не высоты, поэтому спокойно встала на самом краю. Тем удобнее это было для Винара. Он крикнул, и, видя, что Мира колеблется, решил в меру своих скромных возможностей ей помочь. Бац! Мира получила толчок в спину, и полетела вниз. Было не высоко, метра три-четыре в высоту. Поэтому она даже закричать и испугаться не успела. Всецело доверяя друзьям, она скорее удивилась и успела зажмуриться. По телу прошёл озноб. Вода была не очень холодной, но всё же разница чувствовалась. Мира опускалась на дно, даже не делая попыток пошевелиться. Воздуха почти не осталось, Мира поняла - надо что-то делать. Она начала судорожно дёргать руками и ногами, но не видела, куда плыть. Вокруг было мокро и темно. Мира запаниковала. Не видя выхода, она уже почти отчаялась, как вдруг внезапно кто-то схватил её за шиворот, и рванул в противоположную сторону. Аслан, наконец, увидел её, и выдернул наверх. Мира выхватила глоток свежего воздуха. Послышался шум - это ребята бросали вещи.

-- Ты как? - осведомился Аслан. - Нормально? Винар тебя не сильно ушиб?

"Убью! Свинья!", - разозлилась Мира.

-- Нет, мой... спаситель. Я же сама не хотела, - Мира просто кипела от злости, но ничего не говорила, решив про себя запомнить этот инцидент.

Вскоре вещи были спущены. Ребята с ног до головы были мокрыми. Винар попросил прощения, Мира сделала вид, что всё поняла, но злилась. Сейчас ей было сложно вдвойне. Нужно было прикидываться, что ничего не случилось, и играть задумчивую простушку. Ребята выкручивали вещи. Затем настал черёд осмотра пещеры.

Пещера была просторной, но тёмной. Сюда не добирался ни один лучик света. Но глаза ребят уже привыкли к темноте, поэтому стало возможным рассмотреть предметы, которые их окружали. Каменные стены и потолок, ничего особенного. На стенах, впрочем, висели факелы, что натолкнуло ребят на мысль об обитаемости пещеры. Факелы не зажигали давно. Значит, люди посещали это место очень длительное время назад. Посередине грота расположился небольшой водоём с тёмной, но не холодной водой, которую каждый из пятёрки друзей уже успел опробовать. Стены были местами обвиты молодым зелёным, но достаточно приспособившимся к местности, растением.

"Эх, фонарик бы сюда, - вяло подумал Анри. - Света не хватает явно".

-- Блин! Темно, как у негра в з...це! - это Винар наткнулся на каменный выступ.

-- Да тише ты! - Аслан хихикнул. - Мало ли, опять обвал начнётся.

-- Легко тебе говорить, - проворчал тот.

-- Эй, тут что-то есть, - позвала ребят Мила.

Этим "что-то" оказалась большая деревянная дверь. Она вся заросла мхом и молодыми побегами.

"Странно, откуда здесь растения? Вокруг ведь один камень", - задался вопросом Аслан.

-- Ничего не видно, - проворчал Аслан. - Ни тебе замка, ни засова. Сплошная она, что ли?

-- Давайте получше осмотримся. Может здесь и другой выход есть? - предложил Винар.

Ребята разошлись в разные стороны. Анри, не спеша, подошёл к водоёму. Сейчас он казался бездонным омутом. Заворачивал, затягивал... Анри оторвался от созерцания, и пошёл проверять дальше. Стены были гладкими. Лишь кое-где были каменные выступы неизвестного предназначения. Через каждых метра два-три к стене был прикреплён факел. Анри подошёл ближе к одному из них. Внимательно присмотрелся к нему.

"Огонь бы не помешал".

Он уже собрался отходить. Внезапно его позвал Винар, Анри слишком резко повернулся и, пошатнувшись, ухватился за факел. Перстень на его руке зажёгся алым пламенем. По стене поплыли блики. Анри, испугавшись, отдёрнул руку. В этот самый момент вспыхнул огонь. Анри аж подпрыгнул от неожиданности. К нему уже подошли ребята.

-- Что ты сделал?

-- У него, наверное, кремнии. Ты чего молчал?

-- Нет, у меня их нет.

-- А как же тогда ты зажёг огонь?

-- Я не знаю, не понял.

-- Тут помню, тут не помню, - перекривил друга Винар. - Давай, вспоминай, - настаивал он.

-- Ну, стоял тут, положил руку на факел, и...

-- И?

-- И он зажёгся.

-- Ага. Тогда, у меня идея - попробуй ещё, - подтолкнул его Аслан.

Анри подошёл к ещё одному факелу, и дотронулся до него рукой. Все затаили дыхание. И... Ничего не произошло. Гореть продолжал лишь первый факел.

-- Эй, чувак, может, ты забыл про волшебные слова?

-- Какие ещё слова?

-- Ну, не знаю. Трах тибидох, например.

-- Сам ты, трах тибидох! - огрызнулся Анри.

-- Не кипятись, мой господин. Просто вспомни, о чём ты думал?

"О чём я думал? Да ни о чём. Подумал, что огня маловато, что свет не помешал бы".

Внезапно перстень Анри стал наливаться алым мутноватым пламенем, как и в прошлый раз. Ребята переглянулись. Анри поспешил убрать руку от факела, и тот вспыхнул, как и первый. Анри глянул на ребят. Те ещё не отошли от первого зрелища. Он быстро подошёл к следующему факелу, положил руку, подумал... И все произошло снова, как и в предыдущий раз. Вскоре, горели все факелы. Света стало вдоволь.

-- Ну, ты даёшь! - с восхищением сказала Мила.

-- Да... Ты у нас прямо компас-фонарик! - с иронией проговорил Винар.

-- Ладно-ладно, разбираться потом будем, - поспешил успокоить ребят Аслан, видя, что Анри уже начинает закипать. - Надо выход найти.

-- Так пусть его Винар и ищет, раз такой умный.

-- Можно подумать, можно подумать. Тут всё очевидно, он за той дверью.

-- Какие мы умные!. - с сарказмом и злостью проворчал друг.

-- У тебя есть другие варианты?

-- Опять началось, - со стоном проговорила Мила.

-- Нет. Здесь только один выход.

-- Ну, так какого ты?

Они снова впились друг в друга взглядами. Аслан и девчонки, махнув на них руками, подошли к двери. Дверь была старой, но очень добротной. Не было ни одной ручки, или выступа. Создавалось впечатление, что за ней и вовсе нет никакого выхода.

-- Как же её открыть, если тут ни одной ручки? - спросила Мила.

-- Не знаю. Может тут есть какой-то рычаг? - друзья начали обшаривать каждый сантиметр двери. - Эй, хватит ругаться! - крикнул он огрызающимся друг на друга Винару и Анри. - Лучше помогите нам найти рычаг. - Вскоре уже все пятеро обшаривали двери, но безрезультатно.

-- Смотрите, - позвала остальных Мила. - Тут есть отверстие. Возможно, это и есть то, что мы ищем?

-- Это замок, - неожиданно высказал Анри свою мысль. - А ключ находится у одного из нас, - ребята переглянулись.

-- Ты о чём? - недоверчиво переспросил Винар. Он недопонимал друга.

-- О наших талисманах. Это ключи. И среди них есть один от этой двери.

-- Значит, это не твой, он слишком маленький для этой дырки.

-- Замка, - поправил друга Анри. - Впрочем, твой не больше.

-- Ну, хорошо, замка. Да, это не мой, и не Милкин, - так как у нас они влиты в метал. Не Миры, у неё вообще другая конструкция. Остаётся... - все посмотрели на Аслана.

-- Да, ладно вам, - смутился он.

-- Что "ладно"? Давай, пробуй, медвежатник, - нетерпеливо подтолкнул его Винар.

-- Ладно, ладно.

Аслан достал фибулу, посмотрел на неё и на "замок". Отверстие приблизительно совпадало с величиной камня. Немного помешкав, он приставил брошь к "замку", и вдавил его. Вокруг засиял мягкий зелёный свет. И... Дверь поехала в сторону! Анри угадал.

-- О... светлейший. Ты прав! - с восторгом посмотрела на друга Мира. Анри улыбнулся, ему было приятно.

Ребят ослепило светом, немного погодя, собрав вещи, они один за другим, последовали к выходу. Первым шёл Винар, за ним Анри, после них - девчонки, и как всегда, шествие замыкал Аслан. Они покидали пещеры...

ГЛАВА

"Лучше иметь одного друга многоценного, чем многих малоценных".

Акарсиес.

Небо встретило их ярко, смело и солнечно. Взору ребят предстала следующая картина. Они стояли в скальном проёме, который был похож на окошко в другой мир. С него открывался удивительный вид. Синее тучное небо замахнулось на весь горизонт и переливалось всеми цветами спектра от голубого до тёмно фиолетового. Вдали змейками располагались холмы и скалистая местность. Низкие карликовые деревья отсюда были вообще похожи на маленькие зелёные точки. Между этим всем ужом ползли река и дорога - две вечные спутницы.

-- Це щось надзвичайне, - задумчиво, не следя за речью, проговорила Мира. Ребята ответили ей молчанием.

-- Класс! - немного погодя ответил Винар. - Ну, что? Будем и дальше пялиться с этого окошка в Европу? Или, может, спустимся вниз, дойдём до ближайшей деревни, отдохнем, как следует?

-- Давайте, - ответил за всех Анри.

Ребята начали спускаться. Хоть спуск был и крутым, но всё обошлось благополучно. Ребята устали от тишины. Уже почти стоя на твёрдой земле, они решили вспомнить молодость, и заорали во всю глотку застольную "На поле танки грохотали". Мира только недовольно качала головой. Мало того, что ей не очень нравилась концовочка "весёлой и любимой" песенки, так, кроме этого, была ещё и вероятность обвала. Но самым большим испытанием для неё стало не это. Внезапно, в порыве, так сказать, общего веселья, Винар предложил:

-- Чего хмурые такие? Подпевайте! Давайте, Мира, Аслан, малая.

"Ууууу, паразит!", - про себя заголосила Мира. Она не была под действием Поводка, но ведь не спешила рассказать об этом ребятам и, поэтому, кипя, начала подпевать. Настроение у друзей поднялось. Всё-таки рты у Анри и Винара не закрывались всю дорогу. Хочешь не хочешь, а улыбаться приходилось. Аслан всю дорогу загадочно улыбался. Мила его поддерживала. Друзья шли уже достаточно длительное время. Местность разительно менялась.

Небо стало тёмно-синего цвета. Солнце уже не так ярко и жарко светило. Попадалось всё больше деревьев. Вскоре ребят встретил маленький лесок.

-- Ну, что. Остановимся тут? - Аслан выразительно посмотрел на Анри. Тот правильно его понял, и, закрыв на минутку глаза, ответил:

-- Пожалуй, что да. До ближайшей деревни полдня ходу. Если завтра утром выйдем, то к обеду будем там. А это самый ближайший лесок на нашем пути.

-- О'кей. Тут, так тут, - сделал умозаключение Винар. - Так, кто у нас шарит в математике? Ты, Анри? Бери лопату, будешь извлекать корни.

-- Не звезди! А то сейчас сам будешь хозяйничать за всех. Понял?!

-- Чего кипишуешь? Шутю я, понимаешь? Али у нас с чувством юмора напряжёнка?

-- Иди ты знаешь куда?

-- О мои господины, по-моему, туда сейчас отправитесь вы оба! Неужели нельзя спокойно разбить лагерь?

-- А чего я виноват, что у него чувства юмора нет?

-- Я тоже, о светлейший, чувства юмора не имею и шуток не понимаю с детства. У тебя, мой повелитель, кажется, рёбра немного побаливают. Могу помочь, а могу и добавить. Так как?! - закончила с вызовом Мира.

-- Спасибо, доктор Айболит. Вылечила. И не смей занимать моё место скотины и язвы, тебе не идёт. - Винар покривлялся и собрался было прекратить этот разговор, как вдруг его озарило. - Эй, а откуда ты знаешь, что у меня рёбра болят?

-- Чувствую, - Мира смутилась. Действительно, а откуда? Раньше, ведь, такого не было.

-- Какая ты у нас чувствительная, - прищурившись, проговорил Анри.

-- Ладно вам. Пошли что ли дрова собирать, - решил внести свою лепту Аслан.

Ребята разошлись по лесу. По-видимому, недавно была буря, так как веток вокруг валялось немеряно. Примерно так решила для себя Мира. Только очень скоро она поняла, что ошиблась. Сильно. То тут, то там... Всюду были трупы зверей. Не было видно ран, следов борьбы. Стайками лежали тушки птиц. Кучками лежали трупы животных, прямо семьями...

"Аслан!", - мысленно закричала Мира.

"Знаю, - тут же ответил он. - Мира, закрой глаза. Сейчас я брошу тебе нитку. Она приведёт тебя к нам. Тут нужна твоя помощь". Мира зажмурилась. Странное ощущение, ноги понесли её сами в нужном направлении. Она ни разу не открыла глаз, но не наткнулась ни на одну преграду. И все-таки не успела...

Мира вышла на поляну. Друзья уже её ждали. Они стояли полукругом возле оленя. Огромные ветвистые рога лежали на сухой, но зелёной траве. Голова была аккуратно уложена. Как будто животное собиралось лечь спать. Только оно не спало. И не двигалось. Олень был мёртв.

-- Господи, - Мира прикрыла рот ладошкой.

-- Ты бы не успела. Я пришёл на поляну первым, он уже почти не дышал, - решил сразу успокоить её Анри.

-- Что здесь произошло? - сквозь слёзы проговорила Мила.

-- Не знаю, - ответил Аслан сестре.

-- Но мы можем узнать, - твёрдо сказал Винар.

-- Каким образом, мой господин?

-- Я мог бы оживить его труп, - все немного поёжились, Винар продолжил, - но не стану этого делать. Мила вполне восприимчива к животным. Я могу оживить его последние воспоминания и эмоции. Он умер недавно. Она просто перескажет их. Всё.

-- Давай, - решил за неё Аслан, Анри его поддержал.

-- Я не хочу, - инстинктивно отпрянула Мила. Кому же понравится испытать на себе последние мысли животного перед смертью, а уж тем паче его ощущения?!

-- Пойми, нам нужно знать, что здесь произошло. Это волшба, не иначе. Другого выхода нет, - Мила надулась и молчала. Не очень-то ей нравилась эта безумная затея.

-- Мой повелитель, попробуй с кем-то другим, если Мила не хочет.

-- Я не уверен, что получится. Анри абсолютно не переживает по этому поводу. Аслану неприятно, но не более. Ты мне будешь нужна после. Больше никого не остаётся. Кроме того, она переживает. Мила, у тебя нет выбора. Надо.

Винар положил руку на голову животного, погладил его. Затем вытащил нож. Им он вокруг оленя начертил на земле один круг метра полтора в диаметре. И второй, поменьше, примыкавший к первому. Третий круг был с противоположной стороны от второго, абсолютно такого же размера. Дальше он вписал какие-то незнакомые для ребят символы, начертил знаки. Наступил черёд обряда. Посередине лежало бедное животное. Позади него стояла бледная Мила, впереди - хмурый Винар. Остальные стали свидетелями старого ритуала Тёмной магии. Винар пробормотал отрывистые слова, и разрезал себе руку. Кровь капала в большой круг. Мила со своей стороны проделывала тоже самое. Винар не прекращал бубнеть какие-то отдельные фразы и звуки.

Мила ничего не ощущала, но внезапно... Она посмотрела в глаза Винару, и замерла. На неё смотрел не её друг. Его глаза были глазами хищника. Чёрные, как омут, они завораживали и манили. Он вытянул перед собой руку, и она проделала то же самое. Большой круг наполнился тёмной дымкой, которая змейкой вилась по земле. Друзья переглянулись. Они чувствовали вокруг ритм особой силовой вибрации. Мила смотрела в два бездонных колодца. И вдруг!

Запах... Сладкий запах свежей травы. Вку-ус-но. Она уже было собралась ощутить её на вкус, как... Монотонное мычание. Что это? Ммммм... Она двинулась на звук. Медленно, с интересом. Ммммм... Пение не прекращалось. По пути ей попадались другие животные. Словно в оцепенении, они брели на зов. Но, не пройдя и нескольких шагов, падали обессиленные. Ммммм... Это мычание поселилось в голове, отбрасывало другие мысли. Мила качнула головой. Не помогает. Мотнула ещё раз. Ничего. Её словно что-то тянуло в сторону звука. Ноги начали дрожать. Она не хотела туда идти. Но это мычание... Мила бросилась бежать, ноги несли прочь, а силы, похоже, остались на том самом месте. Ммммм... Она мотнула головой, хрустнула ветка. Ноги дрожали, она уже не могла бежать. Поэтому шла. В голове шумело, по телу прошёл холодный озноб, хотелось спать. Она устало опустилась на колени. Ммммм... Мычание прекратилось, но силы покидали её. Спать. Холод, чувство одиночества... Хлоп!

Мила очнулась от боли. Она лежала в середине круга, голова кружилась, щека болела. Она получила свою порцию пощечины. Винар тоже держался за скулу. Кроме этого были ещё обеспокоенные и злые лица. Мила повертела головой, но так и ничего не поняла.

Мира подошла и нежно обняла её. Погладила по щеке, и отпустила. К ране на руке она приложила какоё-то растение. И, прижимая его к порезу, коротко попросила: "Смотри мне в глаза". Медальон Миры начал переливаться мягким желтоватым цветом. Руку начало пощипывать. Через минуту Мира с вымученной улыбкой забрала растение с руки, от раны осталось только небольшое покраснение. Подруга сказала, что через дня два-три даже следов не останется. Мила с удивлением отметила, что чувствует себя просто отлично. Даже усталость прошла. Осталось только удивление. Потом Мира подошла к Винару. Она злилась. Как только она повелась на его уговоры?! Знала, а повелась! Она положила руку ему на затылок, но тут же отдёрнула. Затем точно также убрала порез с его руки. Встала, не сказав ни слова, и ушла. Она кипела. Ребята недолго были на злощастном месте. Очень быстро собравшись, они ушли. До ближайшего леска было не очень далеко. И вскоре все пятеро расположились на небольшой, но уютной полянке. Ещё не стемнело. Ребята принесли брёвна, собрали веток. После увиденного есть не хотелось. Но пока ребята занимались лагерем, девчонки нашли огромный куст ягод, напоминающих малину, или ежевику. Только они были намного крупнее, размером примерно с орех. А еще они были нежного голубого цвета. И поэтому уже вскоре друзья уютно расположились на новом месте, аппетитно жуя ягоды. Всё-таки голод брал своё. Вот только настроения у них не было совсем.

"Да ладно тебе", - раздались привычные мысли Аслана.

"Он перестал себя контролировать!".

"С кем не бывает".

"С ним не должно быть! Он мог убить её! Он посадил её в шкуру оленя, он заставил её быть ним, он чуть не поменял сущности!". Мира ударила кулаком по дереву. Рука заболела, но тут же перестала. Ребята молча, но с недоумением переглянулись.

"Не кипятись, я думаю, у него были на то причины".

"Ты или недопонимаешь, или не хочешь понять! Причины... - проворчала она про себя. - Ладно, я подожду его объяснений".

*******************************

-- Значит, они получили талисманы.

-- Да, мой господин.

-- Один из них видел воинов.

-- Да.

-- И ничего не сделал?

-- Не смог.

-- Не-е-т. Не захотел. Или не понял, с кем столкнулся.

-- Не знаю, мой господин.

-- Расскажи, как было дело.

-- Воины начали пить, они уже почти заканчивали утолять голод, как из ниоткуда вышло двое. Один в облике оленя, другой вёл первого, и наблюдал. Именно он наткнулся на воинов и поднял ураган.

-- Вот, значит, как. Но это меняет дело. Ты знаешь, кто этот второй?

-- Думаю, Тёмный. Только осмелюсь перечить, это ещё ничего не меняет. По крайней мере, не многое.

-- Ты прав. Частично. Этот Тёмный очень силён. Очень. Он открыл временную клетку, привёл с собой ещё одного, вторгся в воспоминания и чувства животного, поднял бурю. И всё же не стал трогать воинов. Вот это-то меня и интересует.

-- Возможно, он не захотел их трогать, почувствовав, что они тоже Тёмные?

-- Нет, голубчик. Здесь что-то другое. Ведь Луллий привёл их к месту четырёх сил. Но, похоже, не объяснил, что именно они получат, и вынужден был уйти. А посему, скорее всего, они просто не знают, что за сокровища у них в руках. И скорее поэтому Тёмный не стал трогать наше войско.

-- Вы гений! Только ведь и мы точно не знаем, какой силой они владеют.

-- Как ни прискорбно это осознавать, но ты прав. Но! Зато мы знаем, что они стали опасны. А значит...

-- ... пришло время их убрать.

-- Убивать рановато. Мы ведь тоже не знаем точного действия их силы. Нужно нечто иное... Впрочем, я вижу, что у тебя есть какой-то план.

-- Да.

-- Тогда - действуй. И не забудь, что один из них находится под действием Поводка. Будешь докладывать обо всём!

-- Слушаюсь, мой господин. Да пребудет с нами Зло!

-- Оно с тобой. Ступай, дитя.

********************************

Винар был подавлен. Ребята на него злились, и правильно. Но это пустяки. Всё пустяк по сравнению с тем, с чем он столкнулся. Пока Мила жила недолгое время жизнью оленя, он пробирался к поляне. Ужом, зайцем, лисицей, снова зайцем. Даже мышью не побрезговал. Было неприятно. Каждый раз, когда животное умирало, он переживал это с ним. Он был их частью, ними самими. Только не это его беспокоило. Больше его тревожило увиденное. На поляне находилось четыре существа. По-другому их назвать было нельзя. Они были похожи на людей, только ничего человеческого в них и подавно не ощущалось. Его браслет загорелся синим свечением. Один из них повернул голову. Все фигуры были одеты в длинные тёмные балахоны, лиц за капюшоном Винар разглядеть не мог. Они его заметили. По телу прошла волна боли, силы начали его покидать. Сорвался ветер. Неведомая сила крушила всё вокруг, ломала ветки, рвала траву. Но подобраться, или даже сорвать капюшон, она не могла. Винару было очень плохо. Вдруг он вспомнил про Милу. Но сил на её освобождение у него не осталось. Он ускользал. Как вдруг его что-то с силой швырнуло прочь от поляны. Перед глазами предстала усатая морда барса с почти человеческими глазами, а позади отдалялся крик: "Скоро!".

Мира на него злилась. Она убрала боль и рану, но оставила огромный синяк. Да... Рука у Аслана тяжёлая. Винар вздохнул. Он чуть не погубил Милу.

-- Извини меня, - подошёл он к Миле. Она спокойно посмотрела на него.

-- Да я на тебя не злюсь. Я почти ничего не помню.

-- Зато остальные волком смотрят, - вздохнул друг.

-- Поговори с ними.

Винар помолчал. Затем вздохнул, собрался, и подошёл к ребятам. Все трое сидели у огня, и хмуро переговаривались.

-- Э... Привет, - он не знал с чего начать, зато чувствовал, как кипели Мира и Анри. Было странно, но Аслан, похоже, не злился на него. Или очень хорошо себя контролировал. Ребята продолжали молчать. - Послушайте, я пришел извиниться. Не знаю, как это всё вышло.

-- Не знаешь, как вышло? Очень хорошо. Мо-ло-дец! А ты знаешь, что Мила уже второй раз при смерти была. Второй, между прочим, по твоей вине!

-- Знаю, - виновато опустил голову Винар.

-- Знает он! Мира нам всё объяснила. Ты мог погубить её! - похоже, разгон продолжался. Анри продолжал кричать, Мира злилась, но молчала. Аслан только внимательно смотрел на него. Анри продолжал распыляться.

-- Хватит, - устало потёр лоб Аслан. - Он виноват лишь частично. Я прав?

-- Да, - опустил голову Винар.

-- Что ты увидел?

-- Не знаю.

-- Как это "не знаю"? - зло и недоверчиво покосился на друга Анри.

-- Обыкновенно. Я не помню.

-- Да, что ты начинаешь!

-- Я не помню! Ну, не помню и всё, - стоял на своём Винар.

-- Плохо, - ответил Аслан, продолжая внимательно смотреть на друга. - Значит, мы так и не узнали, что произошло, зато здорово рискнули вашими жизнями. Как челюсть, не болит? - Винар отрицательно покачал головой.

-- Слушай! - осенило Анри. - Ты можешь считать карту памяти, как когда-то сделали с Луллием?

-- Нет, - твёрдо ответил Аслан, едва Анри успел закончить свой вопрос.

-- Почему, мой повелитель? - спросила Мира.

-- Потому что это слишком серьёзно и опасно.

Возникла небольшая пауза. Винар молчал, уткнувшись взглядом в землю. Анри сидел, зло и сердито косясь на друзей. Мира как-то съежилась, и тоже молчала. Аслан сидел, как бы раздумывая над происшедшим. Внезапно раздался робкий голос Милы.

-- Винар, ты совсем ничего не помнишь? - он мотнул головой. - У меня остались частичные воспоминания. Но я не знаю, как это всё описать. В голове такой каламбур. Даже не знаю, с чего начать, - Мила обвела взглядом друзей. Внезапно Мира обратилась к подруге.

-- Ничего, госпожа, я помогу. Для начала расслабься и смотри на меня, - Мила сидела напротив Миры. Она посмотрела в глаза подруги. Мира встряхнула руками, поводила ними перед собой, как будто вытирая зеркало, или стекло, и открыто посмотрела на Милу. Посмотрела, и замерла.

-- Куэльё Санби Ргомах Прумина Саах. Мила, вспоминай. Ты в лесу...

-- Я в лесу... - послушно ответила подруга. Действительно, она снова в шкуре оленя. Она - это он. - Запах вкусной травы, какое-то мычание. Вокруг сплошная сумятица, гибнут другие. Снова мычание, но уже сильнее. Хочется спать. Кружится голова, подкашиваются ноги. На поляне находятся некто. Они очень, очень страшные, они чужие. Это они мычат. И из-за их мычания уходят силы. Быстрее, быстрее отсюда! Я бегу, но слабею. Я иду, но сил почти не осталось. А они всё мычат и мычат... Спать. Хочется спать... - Мира ввела подругу в транс. Мила сидела, широко раскрыв зелёные глаза. Она говорила медленно, подбирая слова, и, как будто вспоминая нечто очень серьёзное. То, что стало забываться. - Они уже не мычат. Я умира...

-- Мила, Сугаэнби Рэзэмах! Просыпайся, моя госпожа! - Видя, что Мила снова ускользает, Мира произнесла слова-ключи, и с силой хлопнула в ладоши. Подруга открыла огромные зелёные глаза и хлопнула длинными ресницами.

-- Ну, что? У меня получилось?

-- Угу, - промычал Анри. - Только это нам объясняет не многое. Но интересен другой факт. Мира, что это ты только что сделала, а? - Мира стушевалась.

-- Ничего, мой господин. Я... я ввела Милу в транс, - ребята переглянулись.

-- Очень интересно. А откуда ты этому научилась?

-- Ну, чисто теоретически я знала и раньше. А когда Мила сказала, что у неё в голове полный каламбур, я подумала, что достаточно лёгкого гипноза, и она всё вспомнит.

-- Интересно. А больше ничего?

-- Да вроде бы нет, мой повелитель. А что?

-- Да нет, ничего. Странно. Кто же это всё-таки был там, на поляне? - задал снова вопрос Анри, ребята промолчали.

-- Ладно. Утро вечера мудреней. Надо костёр разжечь. Никто не видел кресал? - все отрицательно покачали головами, и Аслан начал рыться в сумке.

-- А спичек тебе не надо? - буркнул Винар.

-- Ну, если у тебя есть, - не поддался на провокацию друг, - тогда мне и зажигалка сгодится.

Мира улыбнулась, вспомнив первые дни ребят без сигарет. Раньше они курили, как паровозы. Но, попав на Неогею, перестали. Местный табак оказался через чур крепким. Больше всех страдал Аслан. Тогда ему помог Луллий... Интересно, что с ним?

Мысли Миры прервали действия Анри. Его кольцо переливалось слабым свечением. Он спокойно смотрел на аккуратно сложенный хворост. Затем подошёл ближе, положил на него руку... И вспыхнул огонь! Аслан перестал рыться в вещах, и уставился на Анри.

-- Нет, ну, я тут ищу полчаса, а он балуется! - всплеснул он руками.

-- Как? Как это? Что ты сделал? - с удивлением спросила Мила.

-- Разжег огонь, - с присущей ему скромностью, заметил Анри с важным видом. Было заметно, что он чрезмерно горд собственными действиями. - Я подумал, что если там, в пещере, у меня получилось, то почему бы не попробовать сейчас.

-- Круто, - на свой лад похвалила его Мила.

-- Это ещё не всё, - решил окончательно добить друзей Анри. - Сунь руку. Не бойся, - сказал он Миле, и внезапно, засунув руку в костёр, достал горящую ветку. - Она не жжётся. Попробуй, - помахал он нею перед самым лицом Милы. Девушку обдало жаром.

-- Неееет, спасибо, - отодвинулась та.

-- Мира, возьми, попробуй! - Анри стал уговаривать вторую подругу. Отказаться Мира не могла по уже известным причинам, но и особого желания хвататься за горящие палки не было тоже. Мира колебалась. Внезапно на помощь ей пришло сразу двое друзей.

-- Не надо. Ты что с ума сошёл? Если самому рук не жалко, так хоть остальных пожалей, - ответил вместо Миры Винар.

-- Что, не больно? - спросил Аслан.

-- Хочешь? А ты попробуй! - смеясь, заявил Анри. Аслан с обесбашенной улыбкой прыгнул к другу.

-- Давай! - схватился за ветку и... Лицо его вытянулось и посерьёзнело. Интересная картинка. Два здоровых молодых человека держатся за горящую палку, и смотрят друг на друга.

-- Эээй! Вы чего? - спохватился Винар.

-- Не печёт! - с удивлением ответил ему Аслан. - Попробуй, - через пару минут все пятеро ощупывали ветку со всех сторон, и удивлялись происходящему. Жаром обдавало, но не пекло. Но стоило Анри отпустить ветку и отвлечься, и Винар обжёг руку.

-- Чёрт!

-- А ты шо думал? Батько мэд пье? Отож! Нечого руки совати, куди не треба!

-- Давай, мой господин, я посмотрю.

Ещё через пару минут Мира уняла боль, убрала ожог.

-- Может, ты заодно и синяк уберёшь? - решил спросить Винар, видя, что Мира уже не злится.

-- Тебе, мой господин, очень полезно походить с ним, - ответила подруга, уже работая.

-- А если девушки увидят? - стоял тот на своём.

-- Ты забыл? Шрамы и синяки украшают мужчину, - она уже почти закончила.

-- Но не на пол же лица! Спасибо, я тебя обожаю, - поблагодарил Винар подругу. Инцидент был замят. Начались обсуждения происходящего. Винар утверждал, что всё это из-за амулетов. Способности Анри к огню, Миры к гипнозу. Только задавался вопросом, почему у остальных ничего не проявилось. Анри почти с ним соглашался, что ему было не свойственно. Его интересовало дальнейшее развитие. Мила большей частью молчала, но вполне соглашалась с ребятами. Мира... Внезапно весь этот сыр-бор перебил Аслан.

-- Так. Это всё понятно. Что дальше? Так как и решили? Идём до ближайшей деревни оценивать обстановку? - ребята согласно кивнули. Девчонки промолчали. - Тогда всё. Я ложусь спать.

Вскоре все пятеро были готовы ко сну. Миру по привычке связали. Конечно, сейчас это уже сильно мешало и доставляло хлопоты. Верёвки были слишком тугие и больно натирали руки. Мира, кряхтя и охая, как старушка, повернулась на другую сторону, и... встретилась глазами с Асланом.

"Что? Жмут? Может ослабить?".

"Да нет, я привыкла. И, к тому же, так будет лучше".

"Ну, смотри. Моё дело предложить".

"Аслан...".

"Что?".

"Как ты думаешь, во что мы вляпались?".

"Не знаю, Мира. Поживём - увидим".

"Это я виновата. Дура!".

"Причём здесь?! На твоём месте мог оказаться любой. Ну, я имею в виду...".

"Я поняла. Ладно. Утро вечера мудреней. Что ж, дали буде... Спокойной ночи".

"Спокойной ночи".

Закончился ещё один день пребывания на планете под странным названием Неогея... новая земля. Странная планета, странные люди, странные обычаи, странные методы и обстоятельства. Интересно, от ребят хотя бы что-нибудь зависит? Они задумывались над этим вопросом, понимая, что раз уж они тут оказались, то это не просто так. На этой планете нельзя было себя спокойно чувствовать. На каждом шагу ребята сталкивались с неприятностями. Иногда они раздумывали: это им так невезёт, или же так просто нужно? В любом случае, всё происходящее настораживало. Судьба делала очередной виток, плетя их Путь. Но было совсем непонятно, чем это закончится для каждого из них. Пока они были вместе, но что, если им придётся расстаться? Такие вопросы друзья старались отгонять. Очень выручало умение приспосабливаться к любым условиям. Но постоянно не давала покоя одна мысль - как там родители? Друзья? Наверное, волнуются. Подняли на ноги всю милицию. Интересно было каждому узнать, как поступили Анрио и Рамон, узнав о пропаже друзей. Но эти мыли всё реже и реже посещали ребят. Впереди было много загадок. А это именно тот фактор, который любит эта пятёрка!

ГЛАВА

"Как плачевна судьба любящей женщины из-за того, что она не имеет возможности действовать подобно мужчин, и принуждена покорно ждать. Пойти первой на встречу возлюбленному - ошибка, которую редко прощают".

Бальзак.

Не отрекаются, любя.

Ведь жизнь кончается не завтра.

Я перестану ждать тебя,

А ты придёшь совсем внезапно...

Она просто молилась. Или не молилась. Она не знала, что ей делать. Скоро её сожгут, как ведьму. Невероятно! Её, юную баронессу! Она посмотрела по сторонам. Погода была просто чудесная, не подстать тому, что скоро должно было произойти. Её сожгут? Но за что? Она не колдунья, она простая девушка. С задатками даров Лессовиц, которыми наделила её бабушка. Но они так ничтожны! Она ведь просто гадает. И как они только догадались? И всё же за такое сжигать... За что? За то, что она в меру своих сил помогала людям узнать их будущее? Но оно ведь не меняется. За что её хотят сжечь? За то, что у неё волосы рыжего цвета? За то, что она молода и красива? За то, что нравится многим молодым рыцарям? За что?

-- Рамюэль, плохие новости.

-- Что?

-- Поймали Стасию.

-- Что?! Когда? Кто?

-- Два часа назад. Местный голова отдал распоряжение, чтобы её задержали. Она ехала, как обычно, на своём вороном жеребце, прогуливаясь по окрестностям. Заехала в деревню, где её и поджидала стража.

-- И?

-- Они обвиняют её в колдовстве.

-- Абсурд!

-- Но это так. Её казнят через два часа.

-- Что? Через два часа? Тётушка! Это снова её козни. Но... Я не успею!

Она не молилась, а плакала. Беззвучно, безмолвно, тихо. Слёзы капали из её зелёных глаз на красивую богатую одежду, текли по щекам. Её никто не спасёт. Ведь у неё нет принца или отважного рыцаря. Он отказался от неё. Её просто сожгут, как... Как никому не нужную вещь.

"Творец, за что? Что я такого сделала? Я ведь следовала твоим знакам. Я помогала людям. За что меня должны сжечь? Почему я?".

-- Скорее, мы должны успеть!

-- Но туда полдня езды.

-- Значит, мы должны успеть туда за два часа! - он вскочил на вороного жеребца. - Нужно взять ещё два на подмену. Скорее!

Она не плакала, она раскаивалась. Она просила прощения у всего вокруг. За всё. Даже за своё существование. Она вспоминала лица близких людей и... Рамюэля. Он не спасёт её. Он никогда не обращал на неё никакого внимания. Он не любил её. Арима, его сестра, её подруга. Где она сейчас? Наверное, она бы заступилась за неё. Только, скорее всего, они ничего не знают. А значит, её сожгут.

"Ничего, скоро это закончится", - говорила девушка сама себе.

-- Быстрее! Быстрее! - гнал коней Рамюэль. "Что же она тебе такого сделала, Аманда? Что я тебе сделал, что ты всех у меня забираешь? Стася, держись! Я успею, я обязательно успею".

Она не раскаивалась, она злилась.

"Почему я? Почему никто другой? Что же делать? Кричать? Умалять? Просить пощады? Нет, я не стану этого делать. Ублюдки! Всё село, вся деревня, весь город, вся страна, весь мир! Все придурки, безмозглые ослы и... пустышки". Она продолжала смотреть вокруг, и проклинать весь мир.

-- Рамюэль, коням нужно дать отдохнуть, - нагнал друга Нюрий.

-- Некогда, - отрезал тот. Он продолжал гнать лошадей. Кони были в мыле, белые хлопья пены летели с их губ. Но Рамюэль без пощады гнал их дальше. Он должен успеть. Должен! Стасия... Её милый образ тут же возник перед его глазами. Рыжая, слегка вьющаяся копна волос. Весёлые глаза, яркая улыбка. Он всегда боялся признаться другим и себе самому, что по уши влюблён в неё. Он воин, а они не должны любить. Но сейчас... Она в беде, и он должен её спасти. Во что бы то ни стало! Хотя бы потому, что тётушка решила иначе. И он спасёт!

Она не злилась, не ругалась, не молилась, не плакала... Люди в чёрном молча носили сухие ветки и бросали к её ногам. Пустые лица, пустые взгляды, и такие же пустые головы. Её сожгут. Даже если она признается во всех грехах, покается, и уйдёт в монастырь. Её сожгут. А значит она больше никогда не увидит яркого солнца, что так весело щекочет по лицу, тёплого ветра, который в скором времени будет раздувать огненное пламя. Она не увидит победного синего неба. Не увидит больше ничего. Её сожгут, как когда-то сожгли королеву Антуаннету.

"Быстрее, быстрее! Я должен успеть! Держись, Стасия". Рамюэль летел, молился и... чувствовал, что не успевает. Но продолжал гнать коней. Перед глазами то и дело вставали моменты их встреч, тайные от друзей, которые, конечно, всё знали. И их последнее свидание. Её признание, его отказ. Её зелёные глаза, полные слёз, его карие - полные уверенности и непоколебимости в своём решении. Какая же это всё-таки глупость!

Она не плакала, не злилась, не проклинала, не молилась, не просила пощады. Девушка, которая была привязана к столбу смерти, и в скором времени должна была быть сожжена, улыбалась! Победно, зазорно, ярко. Она была красива, молода и талантлива. Весь мир должен был быть у её ног. Её сожгут? Ну, и пусть! Тогда они лишатся её таланта, они потеряют больше, чем она. И... пожалеют. Возможно, даже Рамюэль, который не любит её. Её сожгут? Пускай. Значит, это судьба. Значит, в этом мире ей не место. Её сожгут у столба смерти? Ну что же, хотелось бы только одного... Чтобы Рамюэль хоть раз вспомнил о ней, о тех вечерах, которые они проводили вместе, о её улыбке, глазах, ласковых словах. Он не любит её? Ну, и пусть! Зато она любит его. И этого больше, чем достаточно.

"Я люблю тебя, слышишь? Я люблю тебя таким, какой ты есть. Немного задумчивым и ласковым, немного переборчивым и серьёзным. Я люблю тебя, когда ты весёлый, если выпьешь. Я люблю тебя, когда ты споришь. Я люблю, даже если ругаешься. Я люблю тебя, даже если ты меня не любишь", - беззвучно шептала Стасия.

"Стасия, малышка. Я еду, лечу, держись".

-- Он гонит, как сумасшедший. Мы не успеем.

-- Он любит её. Успеем. Должны успеть.

Она смеялась. Смеялась, вспоминая сладкие минуты, проведённые в его обществе, вспоминая его прямой взгляд и нежные руки. Она улыбалась, печально вспоминая их первую встречу. Бессонные ночи, проведённые в мыслях о нём. Долгожданное знакомство, первые минуты, когда он обратил на неё своё внимание. Первый горячий и терпковато-сладкий поцелуй. Неожиданную стеснительность, душную и романтическую ночь. Её сожгут? Да!

Упала первая лошадь, и в скором времени упала вторая. Рамюэль вскочил на вороного жеребца. Он должен успеть. Он и его друзья сменяли уже вторую лошадь. Время текло, ускользало, плыло от них. Они не успевали, и успевали одновременно.

"Держись, Стасия. Я скоро". Её зелёные глаза преследовали его. Она качала головой. Ведь он сам отказался от неё, когда она пришла первой к нему со своими чувствами. Воины не умеют любить, так его учили. И что теперь? Теперь и до неё добралась Аманда. И зачем он только закрывал глаза на её проделки?

Она не смеялась, не улыбалась. Она была готова. Готова к смерти, ведь она не зря прожила свои восемнадцать лет.

Старики качали головами.

-- За что? Она не колдунья. Она не может ней быть. Её знал весь двор с малого возраста. Это очевидная ошибка, - но никто и не спешил заступаться. Кому нужны проблемы? Даже из-за такой красивой девушки, как эта.

-- Ведь её сожгут на столбе смерти? А на нём сжигают только ведьм, значит она одна из них. Просто удачно маскировалась.

-- И всё же она так молода. Плачет. Жаль губить такую красоту.

-- Плачет. По делом ей, губила ведь невинные души!

-- Молится, значит не ведьма. Обычная девушка.

-- Это, наверное, ошибка.

-- Ух, как смотрит! Ещё сглазит. Тьфу, тьфу, проклятая колдунья.

-- Смотрите, смотрите! Она улыбается, смеётся! Жгите её, жгите!

Она слышала весь этот шепот, крики, видела все взгляды, чувствовала нарастающее напряжение и ненависть. "За что?". Разве они не знают её? Каждый человек в их посёлке, хоть раз, но видел её. Вот с этим малышом она когда-то играла. Но и он не переживает за неё, просто любопытствует. И всё. Она никому не нужна. Но и ей никто не нужен. Кроме... Рамюэля. Где же он? Почему его нет? Это ведь её единственная просьба и... последняя надежда.

"Стасия, я уже рядом".

"Творец, спаси меня! Или пусть он спасёт меня. Неужели я этого не заслуживаю? Молчишь? Тогда пускай он хоть изредка меня вспоминает". Она закрыла глаза. Приближались чернцы (так здесь называли людей, что поджигали костры, на которых сжигали ведьм, колдунов, убийц, иноверцев, клятвопреступников, и прочих). Они были одеты в длинные чёрные балахоны. Лица были полностью скрыты за капюшонами. Вот первый из них поднёс факел к веткам, и они ярко и весело вспыхнули. Дальше к нему присоединились и остальные. Костёр разжигался веселей и веселей, но пока ещё не дотягивался до девушки. Она уже знала, что будет молить о пощаде и плакать.

"Нееет! За что?".

Народ возбужденно смотрел на завораживающее зрелище. Никто не кричал, не лил слёз, не отворачивался. Все смотрели на бледное, но красивое лицо юной баронессы. Вот уже начала дымиться одежда. Огонь подбирался ближе и ближе...

"Нееет, Стасия! Аманда, я убью тебя! Стася!".

Девушка не кричала и не плакала. Никто не знал, что сейчас она чувствует, или думает. Она казалась неземной застывшей статуей, горящей в огне. Все взгляды были прикованы к ней. Люди решали: правильно ли они поступили, поэтому никто не видел и другого. Как молодой юноша рвался к столбу смерти. Его крепко держали друзья. Он прискакал к месту и моменту казни. Спрыгнул с коня, чтобы увидеть лицо любимой в языках пламени. Время вышло, он не успел. Он кричал, но его никто не слышал...

*************************

-- Смотрите, что там происходит? - приподнимаясь на носочки, спросила Мила.

-- Казнь, - коротко ответил Аслан.

-- Какой кошмар! - раскрыла и без того огромные глаза Мира.

-- Чья? - полюбопытствовал Винар. Впрочем, он смог бы и сам ответить на этот вопрос. Ребятам уже стало видно место казни, и основное действующее лицо...

-- Мы должны её спасти, - твёрдо заявила Мила.

-- А если она действительно ведьма? - решил уточнить рационалист Анри.

-- Значит, с этим мы будем разбираться позже. Но такой смерти я бы никому не пожелала, даже врагу! - отрезала Мира.

-- Да, - поддержала Мила подругу.

-- И что ты предлагаешь? - на удивление спокойно спросил Анри. - Какой у тебя есть план?

-- План есть у меня, - неожиданно ответил за Миру Аслан. - Если мы просто выйдем и снимем её оттуда, мы добьемся всеобщей паники, и она ведь всё равно останется в их глазах врагом. Ну, правильно я думаю?

-- Правильно, правильно. Только быстрее думать надо. Сейчас будут поджигать хворост, - волновался Винар.

-- Послушайте, - внезапно сказала Мила. - Ты, Анри, можешь успокоить огонь. А ты, Винар, можешь открыть, ну как его - проход или дверь прямо возле неё. Вы её просто заберёте оттуда.

-- Отличная идея, - кивнула головой Мира. Аслан тоже уважительно посмотрел на сестру. Родная кровь, что ни говори.

-- Только не раньше, чем загорится костёр. Просто удерживай жар, пока не скроется фигура, - предостерёг Аслан. - Вас не должны видеть.

-- Но и не позже, ты ведь тоже не всесилен, а девушка может сгореть, - возразила Мира. - Соберитесь. Чернцы идут. Всё-таки она на удивление спокойно себя ведёт.

-- Не скажи. У неё сейчас такая буря мыслей...

-- О чём? - полюбопытствовала Мира у Аслана.

-- Обо всём, - уклончиво ответил тот.

-- Пора, - услышали они от Анри и Винара, и ребята исчезли у входа в параллель.

-- Правильно ли мы делаем? - услышала Мира друга.

*****************************

Стасия видела горящие языки пламени. Она не молилась, не вспоминала Рамюэля, не пеняла на судьбу, не кричала, не плакала. На неё напал какой-то ступор. Она стояла... Стояла и думала. Стояла, думала и удивлялась: "Почему не больно?". Действительно. Огонь не делал ей больно. Напротив, с того самого момента, как костёр зажгли, на неё вдруг снизошло чувство блаженства. Казалось, он успокаивал. Только ничего не бывает вечным. Очень скоро он начал подбираться ближе. От душного дыма стало нечем дышать. Огонь искажал лица людей, превращая их в злобные, кричащие маски. В голове начало туманиться. Стасия не кричала. Зачем? Ей не от кого ждать помощи или снисхождения. Сознание потихоньку начало покидать её. Стало жарко, как в аду. Девушка увидела, как горит подол платья. Огонь добрался до ног. И только сейчас деревню пронзил дикий, тонкий, истошный девичий крик: "За что?".

Огонь уже окутал её фигуру, но не причинил вреда. Стасия крикнула, и замолкла. От удивления. Изниоткуда прямо возле неё возникло два высоких молодых человека. Серьёзные и красивые лица делали посетителей неземными существами. Девушка подумала, что её час настал, и за ней явились ангелы.

"Янголы? За мной?". Она потеряла сознание.

-- Анри, быстрее. Держи её! - крикнул Винар, и обрубил, до крови натёршие девушке руки, верёвки. Анри шепнул какие-то слова, подхватил девушку, и два друга скрылись в проходе.

По толпе прошёлся возглас: "Куда она подевалась? Её не видно! Она святая! Её Янголы забрали".

-- Куда она делась? Что они кричат? Какие Янголы? Нюрий, что случилось?

-- Я не знаю, Рамюэль. Но, похоже, Стасии там нет. Она исчезла.

-- Как исчезла? Куда?

-- Я не знаю. Люди кричат, что её там не видно, это значит, что ей каким-то образом удалось избежать огня.

-- Слава Творцу! - тихо прошептал Рамюэль. В его голове сейчас был целый океан мыслей. Он устало опустился на колени. "Её нет. Скорее всего, он никогда её больше не увидит. Как ей удалось избежать огня? Она ведьма? Или ей помогли? Но она будет жить. Без него. Он не успел".

ГЛАВА

Друг - это слово большое.

Друга нелегко найти.

Друг - это значит второе,

Второе сердце в груди.

Стасия медленно открыла глаза. Она услышала чьи-то разговоры. Разговоры? Чьи? Последнее, что помнила девушка, был костёр. Она медленно и немного с опаской открыла зелёные глаза. Её взгляд наткнулся на нескольких человек. Стасия лежала укутаная в плед недалеко от них. Сейчас на неё никто не обращал внимания, поэтому она спокойно смогла рассмотреть своих спасителей-незнакомцев. Возле огня сидело пять человек. Три молодых парня и две девушки. Странное дело, одеты они были как все местные жители, но чувствовалось в них что-то другое, совершенно отличное от всех людей, которых довелось ей встречать. Было достаточно темно, чтобы было невозможным рассмотреть лица с такого расстояния. Кроме того, Стасия вдруг почувствовала, как у неё ноет и печёт нога. Боль с каждой минутой усиливалась ещё и оттого, что вся левая сторона, на которой Стасия умудрилась пролежать, ужасно затекла, и теперь по телу расплывалось небольшое, но не очень приятное покалывание. Но она мужественно лежала, боясь пошевелиться. Её вдруг пронзила мысль.

"А что, если это снова чьи-то проделки? Снова Аманда? Что, если это всё подстроено? Но тогда, что им от меня надо? Возможно, они хотят, чтобы я выдала Рамюэля?! Но Слава Творцу я не знаю, где он!". Стасия попыталась лежать спокойно, однако боль не давала покоя. Боль заменила все мысли. Девушка незаметно попыталась размять затёкшие мышцы. Внезапно один из незнакомцев повернулся, и встретился с ней глазами. По телу Стасии медленно начал расплываться холодок. Она затравленно смотрела на него, как кролик на удава. Уловив взгляд собеседника, не спеша, начали поворачиваться и другие. Стасия была готова провалиться сквозь землю.

-- Кажется, она проснулась, - обратился к друзьям Винар. Все ребята поднялись и начали приближаться к девушке. Она смотрела на них затравленно, и медленно отодвигалась. - Не боись, не обидим, - успокоил он её. Ребята рывком подняли её на ноги. Она застонала. Голова немного пошла кругом, мир несколько раз качнулся. Стасия пошатнулась, и была вынуждена схватиться за одного из незнакомцев, им оказался всё тот же Винар.

-- Давайте её ближе к огню, - распорядилась одна из незнакомок. - Мила, налей ей напитка.

Та, которую звали Мила, налила что-то горячее в чашку и протянула её Стасии. Девушка с опаской взяла её, но пить не спешила. Перед ней на корточки опустилась первая незнакомка.

-- Как тебя зовут, моя Госпожа?

-- Стасия, - пробормотала спасённая.

-- О'кей. Тогда будем знакомиться, о светлейшая. Меня зовут Мира. Это мои друзья. Мила, её брат Аслан. Это Анри и Винар, - друзья медленно кивали головами, в знак знакомства.

"Странно, - подумала Стасия, - говорит, как рабыня, но ведёт себя совсем не так".

-- Почему тебя пытались сжечь? - спросил Винар.

-- Подожди, мой господин, не всё сразу, - успокоила друга Мира, видя, как широко раскрылись глаза Стасии. - Скажи, как ты себя чувствуешь, о смелейшая? - обратилась она к девушке.

-- Хорошо, - соврала та, ломая голову, кто же её спасители. Она продолжала изучать незнакомцев. Мира продолжала на неё внимательно смотреть.

-- Хорошо? Что же, значит, ожог на левой ноге убирать не надо? Он тебя не беспокоит? - с сарказмом спросила Мира. У Стасии ещё больше округлились глаза.

-- Откуда вы знаете?

-- А, значит, всё-таки что-то есть? Ну что? Показывай, будем лечить, - Стасия рвалась между желанием поскорее избавиться от боли, и нежеланием показывать ожог при молодых рыцарях. Все ждали её решения, как вдруг один из молодых людей внезапно предложил.

-- Анри, Винар, идемте, пройдёмся. Мила и Мира пока ней займутся, - сообразив, что это не просьба, ребята нехотя пошли за Асланом. Стасия с облегчением вздохнула.

-- Показывай, показывай, госпожа. Не знаю, как ты вообще это терпишь? - поторопила девушку Мира. Стасия подняла подол платья. Ожог был сильным. От колена до щиколотки нога была покрыта волдырями. Мила охнула, и подруги переглянулись. - И ты молчишь?

-- Отдача будет большой? - спросила Мила.

-- Скорее всего, да. Я не смогу полностью убрать боль. Нужно будет... регенерировать кожу.

"Регене... что? О чём они говорят? Кто они такие?", - ломала голову спасённая.

-- А ты сможешь что-то сделать? - продолжала Мила.

-- Даже не знаю. Я ещё такими ранами не занималась. По идее, мне тоже будет не сладко. Ладно, будем пробовать. Смотри, смелейшая, мне в глаза, будет немного больно.

Стасия посмотрела на незнакомку. Бледное личико, светлые волосы, собранные на затылке в хвост. Хрупкая фигура. Нежная улыбка, и огромные синие глаза. Вполне правильные черты лица. Её можно было назвать симпатичной. Такая девушка должна быть свободной. Было в ней что-то такое. Мира сидела перед девушкой на корточках.

-- Мила, мне потом будет плохо. Возможно, ей тоже. Не пугайся. Готова? - спросила она девушку, и, не дождавшись ответа, продолжила, - Начинаем.

Стасия посмотрела в синие глаза незнакомки, и... замерла. Два бездонных синих озера, два колодца, два больших драгоценных камня. По телу разлилось приятное тепло, Стасия расслабилась на волнах неги, и поддалась теплу. Мира шептала слова, наращивая и восстанавливая повреждённую кожу. В одном месте нога была повреждена до кости. Конечно, Стасия не смогла бы терпеть такую боль, если бы Мира частично её не убрала. До этого она её не спешила лечить. Сначала решила выяснить, кого они спасли. Сейчас же действие заклинания спадало, поэтому очень скоро Стасия должна была ощутить всю боль в полной мере. Стасии стало жарко. Она вдруг вспотела. Боль с каждой минутой усиливалась. Она открыла глаза, и... Незнакомка не дотрагивалась до её ноги. Она сидела возле неё, поджав ноги под себя, и что-то шептала. Её руки и медальон на её шее светились мягким белым светом. Но внезапно она подняла глаза на Стасию, и девушка вздрогнула. Глаза Миры были широко раскрыты и посветлели, лицо было бледным и влажным. Руки начали дрожать. Рану Стасии пронзили тысячи острых иголок. Боль была такая, как будто её ногу кто-то решил распилить, и делал это очень медленно. Сквозь агонию, девушка услыхала бормотание: "Сейчас, сейчас, потерпи, немного осталось". Внезапно боль исчезла. Стасия вся дрожала. Она облокотилась об бревно. Не лучше выглядела и Мира. Руки её тряслись, как у столетней старухи. Она была мокрой. Глаза были полны боли от происшедшего. Она тяжело дышала. На крик Милы прибежали ребята. Они подняли обеих девушек, бережно укутали каждую в тёплый плед. И очень скоро Стасия почувствовала себя очень хорошо. Странное дело, но с этими людьми она чувствовала себя защищённо и спокойно. Она вдруг поняла, что доверяет им. Абсолютно. Она посмотрела на Миру. А вот ей, кажется, лучше не стало. Она была похожа на кусок пластилина.

-- Мира, Мира, - постоянно звали её ребята, пытаясь привести в чувство. - Чёрт, ей совсем плохо.

-- Сделайте хоть что-нибудь! - волновалась Мила.

-- Сейчас, сейчас, - Винар присел возле подруги. Он достал из сумки какую-то настойку, отпил сам, и дал отпить Мире, взял её за руки, посмотрел в глаза, погладил по голове. Немного подождал. Мире становилось лучше. И уже через пару минут она обвела обеспокоенные лица ребят вполне осмысленным взглядом.

-- Что совсем плохо выгляжу, мои спасители? - и, увидев нахмуренные лица друзей, поспешила их успокоить. - Мне уже лучше. Правда. Просто у неё был очень сильный ожог. А отдача оказалась ещё сильнее. Дайте мне горячего. Спасибо.

Через небольшой промежуток времени Мира уже чувствовала себя вполне хорошо. Она посмотрела на Стасию и девушки обменялись улыбками. Теперь был черёд вопросов.

-- Стасия, почему тебя пытались... - начал было Анри, но замолк, увидев взгляды друзей.

-- Сжечь? - помогла ему девушка. Сейчас этот инцидент только удивлял. - Меня обвинили в ведьмачестве. Так что зря вы меня спасли. Если нас поймают, вас тоже сожгут, - она помолчала. - Только как вы это сделали? - вопрос она задала как бы сама себе. Но ребята не спешили отвечать даже на него. Видя, что таким образом, они не находят ответов, Аслан взял "допрос" в свои руки.

-- А что, были какие-то причины, чтобы обвинить тебя в этом?

-- Ну, - девушка немного помялась, - да. Я... Лессовица. Правда, очень слабенькая. Но умею хорошо гадать.

-- Серьёзно? - заинтересовался Винар. - А ну-ка погадай мне. Нам, - поправился он.

Стасия немного помешкала, но затем взяла в руки ветку, и начала водить листьями по земле. Она делала так минут пять, держа каждого из друзей за руку. На земле оставались небольшие разводы, ветки и листья складывались в особый узор. Это выглядело несколько странно. Ребята начали улыбаться и перемигиваться. Стасия это видела, но ничего не говорила, продолжая шаманить. Наконец, она перестала смотреть на землю, и подняла глаза на Анри.

-- Я могу говорить при всех? - спросила девушка, и, получив согласие, продолжила, - Анри. Вы единица. Лидер, господин в своём доме. Рациональны. Ваш цвет - алый, цвет отваги и энергии, - Анри расплылся довольной улыбке, но Стасия, не обратив на это никакого внимания, продолжала. - Цвет агрессии и ярости. Цвет крови, ночи и мести. Путь - вера, общение, брак, процветание, счастье, смерть, жизнь. Вы сильная личность. Терпению пришёл конец, решимость покончить с несправедливостью. Выбор сделан. Вам необходим самоконтроль. Мила. Ваша цифра - четыре. Вы продолжение. Вы - сама любовь, и трудности преодолеваете с помощью безграничной любви. Неверность. Счастье не в богатстве. Ваш цвет - цвет солнца, золота, общения. Ваш путь - поход против зла, защита усопших, благословение сил Земли, радость, смерть, жизнь. Нелегко идёте на контакт. Выбираетесь из любых условий. Вы - лидер, и не потерпите над собой начальства. Непокорны, упрямы. Мира. Ваша цифра - шесть. Магнетизм. Разделение. Ваш цвет - белый, созидающий. У вас есть огромный потенциал, которым вы обладаете. Чистота нравов, стыдливость, скромность, чистосердечие, невинность. Вы ответственны, но боитесь нового. Необходимо меняться, бросать вызов неизвестности. Счастье - не в богатстве. Путь - успех, оптимизм, помощники, скорбь, мир, чистота, смерть, жизнь, путешествие. Винар. Ваше число - семь. Вы интуитивны, и применяете интуицию для учения и служения. Ваш цвет - цвет неба. Самосовершенствование, богатство. Вы - само олицетворение разума и наивности, мудрости и мышления. Вам необходим самоконтроль. Вы бросили вызов судьбе, будьте осторожны. Меняйте тактику поведения. Трудно приспосабливаетесь. Без движения мыслей вы просто не существуете. У вас сильно развита тяга ко всему новому и необычному. Счастье не в богатстве. Вы - творческая личность. Ваш удел - покров ночи. Путь - мечтательность, предчувствие, сны, смерть, жизнь. Аслан. Ваша цифра - восемь. Ваш цвет - цвет вечной жизни, зелёный. Вы - организатор, и очень ответственны. Воля, целеустремлённая жизнь. Ваш удел - вечность, земля, гармония, здоровье, надежда, смерть, жизнь. Состояние сердца, эмоции. В состоянии понять чувства окружающих, и понять истинное значение их слов. Способны приспосабливать достаточно жёсткие условия представления о мире к реальной человеческой ситуации. Счастье не в богатстве. Терпеливы. Логическое мышление. Дисциплина, самоконтроль. Успех, оптимизм. Странно... - Стасия помолчала. - Вас пятерых что-то связывает. Свободолюбивы. Всегда в полёте и движении. Любознательны. Возможность делать несколько дел одновременно. Постоянное движение мыслей. Игра с судьбой и случаем. Совместные поиски к приключениям. У всех вас отсутствуют три числа: три, два, девять, вместе - снова восемь. Какой-то замкнутый круг. Вы очень необычны. Смерть, жизнь, - всё это время Стасия говорила, как бы в раздумии. Медленно, не спеша, тихо. Закончив, она словно встрепенулась, и подняла глаза на друзей.

-- Да... - только и сказал Винар. - Лессовица, говоришь? Ну-ну.

-- А почему все решили, что ты ведьма?

-- Не знаю, - тихо ответила Стасия. Аслан присмотрелся к ней.

"Знаешь, - подумал про себя Аслан. - Интересно, почему она скрывает?".

-- Я ехала на коне, рассматривая окрестности. На меня напали, обвинили в колдовстве и бросили в местную темницу. Через час ко мне пришёл местный голова, и сообщил, что меня сожгут.

-- Ну и дела, - протянул Анри. - По-моему, здесь слишком быстро всё решают.

-- Простите, а могу я о чём-то спросить вас? - она смущённо посмотрела на ребят.

-- Ну, - подтолкнул её Винар. - Спрашивай.

-- Почему вы спасли меня? Как? И кто вы?

-- Ну, не могли же мы пройти мимо, когда обижают такую красивую девушку, - стрельнул глазами Винар, Стасия покраснела. "Ну, сердцеед!", подумала Мира. Винар, тем временем, продолжал. - А ты разве не помнишь, как мы тебя спасли? - девушка отрицательно покачала головой. - Ты начала терять сознание. Мы немного затушили огонь, и вытащили тебя оттуда. Все подумали, что ты особенная.

-- И никто за вами не погнался?

-- Интересно, а кто бы рискнул?! - высокомерно, и с гордостью заметил Анри. Вопрос был замят.

-- Что ты собираешься делать дальше? - снова настал черёд задавать вопросы Стасии.

-- Не знаю. Наверное, мне нужно поскорее убраться отсюда. Я поеду в Сакемех. Там живут мои родственники, и друзья моего... - Стасия запнулась, но тут же продолжила, - друга. Я выеду рано утром.

-- Госпожа, возможно, тебе не стоило бы ехать одной, - начала Мира. Ей Стасия очень понравилась. Девушка наклонила голову.

-- Послушайте, вы верите в Путь?

-- Во что? - переспросил Анри.

-- В Путь, - объяснила Стасия. - Это та дорога и направление, по которому следуют избранные и... - она немного помолчала, как бы в раздумье, и внезапно закончила предложение, - Иные, - ребята переглянулись.

-- Почему ты так нас назвала? - спросил тихо Аслан.

-- Не знаю. Я сказала то, что пришло в голову, - девушка и впрямь не обратила внимания на свои слова. - Так вот, если вы следуете по своему Пути, а я следую по своему, и наши дороги пересеклись, значит, такое случится и во второй раз.

-- Ты так думаешь?

-- Это не я придумала. Просто так и будет. Поэтому, я не буду с вами прощаться. Единственное, что меня беспокоит, это обстоятельства, при которых мы встретимся. Но... - продолжала размышлять девушка. - Встреча может и не состояться.

-- Ты ведь только что утверждала обратное, - напомнил ей Винар.

-- Понимаете, есть такая вещь, как Нить Судьбы. Вы когда-нибудь слышали о таком? Это и есть тот Путь, по которому вы следуете. Она состоит из ваших эмоций, побуждений, желаний, мотивов. Всё это теснейшим образом переплетается, и образуется та самая Нить Судьбы, по которой вы следуете. Если же вы отдаёте предпочтение какой-то из составляющих, ваш Путь может видоизмениться.

-- Это значит, что ты отклонился от цели?

-- Ни в коем случае. Это значит, что ты изменил цель.

-- Послушай, а как же насчёт определений: "Человек сам строит свою судьбу", и "Всё предопределено"? - Стасия покачала головой.

-- Это для меня слишком сложный вопрос. Я не Творец, я не знаю всего. Но если вас интересует моё мнение, - ребята молчали, ожидая продолжения, - я скажу. Думаю, что определение "всё предопределено" касается того, что именно Творец следит за нашими поступками и действиями на Пути продвижения к цели, на который он нас поставил. Если мы видоизменяем её, и это нарушает один из законов равновесия, нас ждут препятствия. Но ведь мы самостоятельно движемся по нашему пути, сами выбираем цель. Думаю, именно эта ситуация определяет второе понятие - "Человек сам строит свою судьбу". Так и есть. Только Творец, как высшее, всё равно знает о будущем. Вот так., - девушка умолкла, не зная, какой реакции ожидать от ребят.

-- Ну и ну, - восхитился Винар. - И тебя хотели сжечь? Они идиоты! Ты же лучше библиотеки!

-- А что такое библиотека? - тут же смущённо спросила Стасия. Ребята переглянулись.

-- Это то место, где хранятся книги.

-- Сундук?

-- Нет, светлейшая, - улыбнулась и покачала головой Мира. - Это дом. Огромный дом. И в нём находится много-много книг. Люди приходят туда, чтобы почитать их, или взять на пару дней. Библиотека, это то место, где они хранятся.

-- А у кого же может быть так много книг, чтобы раздавать их другим? - изумилась девушка.

-- Эти книги принадлежат стране, народу. Вот, к примеру, я написал книгу, ты, он. Их переписали, и получилось по два экземпляра. Один остался у тебя, другой отдали в библиотеку. Это для того, чтобы о ней узнали. Ведь ты не будешь ходить и каждому предлагать почитать твою книгу. Правильно? - объяснял Аслан, девушка утвердительно кивнула, и он продолжил. - Но если ты написала книгу, а о ней никто не знает, то для чего было вложено столько труда? Ведь книги пишутся, чтобы сохранилась информация, и чтобы о ней узнали люди. А библиотека, как открытое для всех граждан заведение, хранит все эти записи. И любой человек может с ними ознакомиться.

-- Как здорово! - снова восхитилась Стасия. - А я о таком слышу впервые. Вы мудрецы? Визири? Вы, наверное, не здешние? Из какого вы государства? - вопросы сыпались сами собой. Ребята снова переглянулись.

-- Ты правильно заметила. Мы не здешние, и наша родина находится очень далеко отсюда. Мы не визири, не учённые и не мудрецы.

-- А почему вы приехали сюда?

-- Так уж сложились обстоятельства, - уклончиво ответил за всех Анри. Стасия поняла, что они что-то недоговаривают. Но право на тайну имел каждый.

-- Что ж, - подбил итог ихнему знакомству Аслан. - Будем ложиться спать? Возможно, за ночь ты передумаешь отправляться сама в дорогу. Они у вас здесь очень опасные.

-- Опасные, это слабо сказано. Куда ни плюнь - везде какие-то отморозки.

-- Да, - помолчав, ответила Стасия. - Что-то происходит. Настало время перемен, и я чувствую, они нам не сулят ничего хорошего. Наверное, грядёт исполнение Пророчества.

-- А что ты о нём знаешь? - сразу же заинтересовался Винар.

-- То же, что и все, - пожала плечами Стасия. - Только содержание, ничего больше.

-- Расскажи нам о нём. Мы о нём уже слышим не первый раз, но так и не знаем точного смысла, - попросили ребята. Стасия немного удивилась, но ответила.

-- Я знаю его только так, как нас учили. Когда же окончится тысяча лет, Вазельвул будет освобождён из темницы своей и выйдет обольщать народы, находящиеся на четырёх углах земли. И будет он собирать их на брань; число их как песок морский. И выйдут сподвижники его с ратями несметными к граду возлюбленному и стану Покоя, и окружат его несметным количеством своим, добиваясь освобождения Зла неземного, чтобы захватить весь мир. День и ночь будут отбиваться три светила от помощников Вазельвула: Асмодея - истребителя рода человеческого, Ваали - начальника легиона зла, Нахемы - царицы детей Тьмы и Самаэля, несущего яд всему живому. Лишь хитростью и предательством захватят они стан Светлых. Всё вокруг поглотят Три Страха. Тогда же наступит время Неогеи. На помощь миру будут вызваны её дети, её кровь и тело, её дух и разум. Наступит время борьбы Калифот и Манаса. Обманом попытаются склонить духи зла помощников света, и сделать их себе подобными, предательством будут связывать им руки. Но не простую помощь вызовет Неогея. Её перстами, мыслями, действиями будут Иные, владеющие несметными сокровищами и ключом к вратам миров, коим могут противостоять Вазельвулу. Равны они друг другу, как день и ночь. Не должны Четверо слушать речей лукавых, ибо они выше этого. Но ежели преступят Светлые воины всеобщий Закон, то грядёт век зла. Три раза ночное светило сменит ход, и раскроются врата миров, выпуская наружу зло неземное. Чаша равновесия пошатнётся, и наступит время выбора и Пути, ибо жизнь искупается жизнью.

Стасия немного удивилась реакции её новых друзей. Внимательно выслушав её рассказ, ни один из этой пятёрки не проронил ни слова. Молча был потушен огонь, и вскоре все спали, сославшись на решение всех вопросов по утру.

***************************

Ребята молча смотрели вслед их новой юной знакомой. Странное дело, она понравилась всем. От чего-то сжималось сердце при виде удаляющейся фигурки. Светало. Всё смелее щебетали птицы. Ласково и не навящево светило солнце. Всё бы ничего, но почему тогда на сердце странное ощущение грядущих перемен? Что изменилось с этой встречи? Весело помахав рукой в последний раз, Стасия скрылась из виду. Долго уговаривали её ребята не уходить. Бесполезно убеждали, что опасно на дорогах. Стасия стояла на своём. Лишь попросила проводить незаметно до одного из домов на окраине посёлка. Позже она рассказала, что у границы её будут поджидать с бумагами. И ещё раз ребята попытались переубедить её остаться. И снова мягкий отказ. Он поехала в сопровождении пожилой женщины. И теперь ребята видели только отдаляющийся силуэт. Но с каждой минутой у пятерых крепло убеждение, что эта встреча не будет последней.

ГЛАВА

"Лишь те то и друзья, не на словах - на деле, кто наши кандалы и на себя б надели". Хисрот. Ребята уже второй час брели по дороге. Голодные. Единственной едой им послужили вчерашние ягоды. Ни грибов, ни птиц, ни животных, ни людей! Они что здесь одни? Злые, уставшие, и с пустыми желудками ребята брели к деревеньке. Анри держал направление, но сразу предупредил, что идти далеко. Местность вокруг была унылая, смахивающая на песчаную степь. Не пустыня, но жарко. Странно здесь всё-таки располагалась растительность. Маленькие лески, живописные луга вперемешку с дикой местностью, песками. Но то, что нечем было поживиться, Анри расстроило ужасно. И теперь он шёл, медленно закипая. Всё-таки голодный желудок, вещь не очень-то и приятная. Впрочем, был фактор и повесомее - заканчивалась вода. А вот края и конца степи - не было видно...

-- Анри, далеко ещё? - устало спросил Винар. Ребятам приходилось не сладко. Они несли на себе весь груз. Кроме того, солнце было уже достаточно высоко, так что вокруг началось самое настоящее пекло.

-- Не знаю. Я расстояние сантиметром не меряю.

-- Жарко, - простонала Мила.

-- Да, моя госпожа. Кроме того, я так хочу пить, что скоро буду песок носом рыть, - ответила Мира.

Одежда девушек была тёмного серого цвета. Мила пошила её таким образом, чтобы было удобно передвигаться и легко идти. Вместо длинных и тяжёлых платьев, топ и юбка-брюки на запах. На этой планете народ одевался через чур оригинально. Так что любой фасон не вызвал бы подозрений. Ребятам было посложнее. Жилеты, рубашки, длинные, свободного покроя брюки из льняной ткани, пояса, сапоги. Но жарко было всем одинаково.

Все пятеро брели по бескрайнему горизонту. Чаще стали попадаться большие камни. Возле одного такого валуна, друзья и расположились на отдых.

-- Что замёрзли? Тут вам не Африка, - неудачно попытался пошутить Винар.

-- Смешно. Очень, - перекривила его Мила.

-- Вода закончилась, - сухо сообщил Аслан.

-- Плёхо, очень плёхо, - печально сделал умозаключение Винар.

-- Значит, о светлейшие, нужно её поискать.

-- Угу. Где? - снова завёлся Анри. - Ты вокруг погляди!

-- Не кричи. Всем жарко. Мира права. Посмотри, местность изменилась. Может где-то и есть озерцо, или речушка, - предположил Аслан.

-- Вот что, давайте поищем, - вставая, сказал Винар. Ребята разбрелись в разные стороны. - Если чего, громко кричите, - услышали вслед ребята.

-- Здесь есть вода, - сказала Мила через пять минут поиска. Мира скептически на неё глянула, и посмотрела по сторонам. Вокруг были камни, карликовые деревца, трава-сухоцвет, и песок, песок, песок...

-- Может и есть, умнейшая... Вопрос только: где?

-- Там, - Мила указала рукой в сторону небольшого камня. Девчонки подошли ближе. Камень, как камень. Порос мхом. И никакого намёка на воду. Мира ничего не говорила, только вопросительно глянула на подругу. - Странно. Я почему-то была уверенна, что здесь есть вода. Ты не чувствуешь? Даже запах.

Мира отрицательно покачала головой. И молчала. И впрямь странно, но она тоже чувствовала... Чувствовала, что что-то должно произойти. И ждала. Мила обошла камень. Присела, пошарила рукой в траве - ничего.

-- Но где же она? - хлопнула девушка в сердцах рукой по камню. И не поверила своим глазам. Из-под камня начала капать вода. Мила радостно и удивлённо повернулась к Мире. Её диадема светилась мягким желтоватым светом.

*****************************

-- Класс!

-- Уууу, наконец! - слышались возгласы ребят. Все наслаждались чистой родниковой водой. - Интересненькие подарочки мы приобрели, - задумчиво проговорил Аслан.

-- Мы чемпионы! Мы просто супер, - начал напевать Винар. - Прикиньте. Мила повелевает водой, Анри огнём, у нас есть свой супер лекарь! Дело за малым. Остались мы с тобой, Аслан, маленькие и беспомощные.

-- Да уж, беспомощные, о светлейшие. Не дай Бог каждому столкнуться с вами в тёмном переулке.

-- В Тёмном, - блеснули голубые, как лёд, глаза Винара. - В тёмном, это по мне.

-- Я в курсе, мой господин.

-- Хватит разводить демагогию. Пошли. Иначе ещё два дня до посёлка идти будем, - как всегда рационально мыслил Анри.

-- Милка, а Милк. Может, ты ещё и пожрать чего-нибудь найдёшь? Баранчика там жаренного или перепёлку на худой конец? - повеселел Винар. Мила улыбнулась.

Идти стало легче. Но есть хотелось по-прежнему, о чём явно свидетельствовало разглагольствование желудка. Ближе к вечеру ребята, наконец, добрели до посёлка. Эта деревенька была определённо лучше предыдущей. По крайней мере, здесь было несколько менее запущенных таверн. Но постояльцев было гораздо больше. Свободные места ребята нашли только в третьей. Зато каких! Уже через несколько минут был подан вкуснейший (ещё бы столько не питаться!) обед. А немного погодя друзья отправились принимать ванну. Конечно, полноценной её назвать было нельзя, но балия с тёплой водой после стольких скитаний - просто отличная ванна. Уж поверьте. С наслаждением вымывшись и выкупавшись, ребята собрались вместе. За столиками было полно народу, но для постояльцев здесь были отдельные места. Поэтому все пятеро сейчас, не спеша, пили. Кто что. Ребята терпковатое домашнее пиво, девушки горячий шоколад. Да, даже про такое здесь было известно. И поверьте, он был не чета тому, что продавали на их родной земле. Удивляло только одно. Посетители были угрюмые, молчаливые и с оружием. Все. А ещё из присутствующих женского пола, были только Мира, Мила, жена тавернщика, да ещё пару старушек. Поэтому с появлением в общем зале девушек не надолго повисла тишина. Но каждый, кто встречался взглядом с ребятами, сразу же терял всякий интерес к их спутницам. Ребята ещё раз устрашающе осмотрели посетителей, и принялись за пиво.

-- Наконец, покупались, вымылись. Хоть немного стали похожи на людей.

-- Ой, кто бы говорил, - всплеснула руками Мила.

Продолжения разговора не последовало. Ребята услышали колокольный набат, и крик.

-- Скорее! Хеты приближаются! - ребята с недоумением переглянулись. Мужчины схватились за оружие. Женщины и старики поспешно спрятались.

-- Блин, ну никакого покоя! - зло поставил Анри кухоль с пивом на стол. - Что это ещё за Хеты-шметы?

-- Ребятня, вам лучше спрятать девок, - услышали ребята какого-то темноволосого толстопузого мужичка. - Кем бы они вам не приходились, вы можете их потерять. Особенно таких красивых, - он осклабился. Мира сразу же задалась вопросом, по каким критериям он судил, если обе подруги были одеты во всё серое, замотаны в плащи, а на головы были наброшены капюшоны.

-- Что здесь происходит? - решил уточнить Винар.

-- Хеты приближаются, вы что глухие? - прикрикнул на ребят другой. Он был высоким и щуплым. На вид ему можно было дать за сорок. Оба мужичка были одеты в длинные подпоясанные рубахи, холщовые брюки и короткие грубой работы сапоги.

-- Да брось ты, Ниний. Не видишь, что они не тутешние? - кивнул в сторону друзей темноволосый. Народ настолько поспешно ретировался, что уже через пару минут в таверне остались только человек десять. Из них - пятеро наших друзей, круглощёкий хозяин таверны в длинном белом переднике и ещё четыре крепких мужика.

-- Что это за Хеты такие? - решил уточнить Анри. Всё же понять, что происходит по отдельным словам и фразам, было сложно. Ответа они не дождались. Двери распахнулись и в таверну вошли те самые Хеты. Это были с ног до головы вооружённые воины в масках. Их было шестеро. Все они были одеты в длинные жакеты-камзолы зелёного бутылочного цвета и короткие шаровары, заправленные в длинные ботфорты. Самым нелепым были только надетые на головы маски-шлемы, причудливо, но грубо изогнутые по всей голове. Картину всему довершал один небольшой рог на лбу.

"Ну и ну", - только и успели подумать наши друзья. Один из "рогачей" криво ухмыльнулся.

-- Глядите-ка, какой улов. А ведь просто пива решили выпить, - он похотливо окинул взглядом девушек, и начал приближаться к ним.

-- Ну и пей себе, раз решил, - услышали Мира и Мила Винара.

-- А ты что такое будешь? - презрительно произнёс главный "рогач", но приостановился.

-- На твоём месте я был бы повежливее, - на сей раз главного предостерёг Аслан, не спеша, подходя к другу.

-- А я бы на твоём месте засунул бы свою вежливость себе в з...цу!

-- Ну, это всегда можно устроить! - неожиданно заявил Анри, встав рядом с друзьями. Втроём они смотрелись весьма ярко. Намечалась небольшая разминка, о чём и сообщало мягкое похрустывание суставов. Шестеро против даже троих, это нормально. Остальные посетители просто наблюдали за действиями "ребятни". Друзья аккуратно взялись за оружие. "Рогачи" расхохотались. Один из них пронзительно свистнул, и в таверну ввалилось ещё человек восемь. Та-а-ак... Это было уже более весомо. Но отступать-то было некуда. Мира наблюдала, как у ребят в глазах разгорается боевой огонёк. Голубые глаза Винара полыхнули льдом. Над серыми глазами Анри постепенно сближались нахмуренные брови. И только желто-зелёные, как у сестры, глаза Аслана оставались спокойными. Но на губах у всех троих одновременно начала расплываться очень нехорошая улыбка... По-видимому "рогачи" не привыкли к обороне и отпору. Так как все они продолжали толпиться у входа. Впрочем, ребята тоже не спешили нападать. Воины начали окружать друзей. Один из "рогачей" близко подкрался к Миле и неожиданно ухватил её за руку. Девушка этого не ожидала, она нелепо дёрнулась, капюшон с её головы упал и по залу пронёсся вздох восхищения.

-- В чём дело? - раздражённо и немного высокомерно спросила Мила. Прямо актриса! Глаза блестят, осанка, что у царицы.

-- Гг-г-гос-по-жа, - запинаясь, проговорил "рогач", отдёргивая руку. - Вы д-дол-ж-жн-ны пр-рой-т-тти с нами.

-- Интересно, почему это? - осведомилась она.

-- Т-та-ка-кков п-при-к-каз принца Рамюэля и его тётушки. Все красивые девушки должны находиться при дворе.

-- Это очень мило, но я никуда не пойду, - твёрдо заявила Мила.

-- Вы пойдёте с нами, - как заведённый, повторял воин.

-- Нет, не пойдём, - ответила вместо подруги Мира.

-- Значит, мы вас отнесём, - наконец опомнился главный "рогач". Он протянул руку к лицу Милы, и со стоном осел на пол. Его ладонь была рассечена кортиком.

-- Ты что глухой? - не очень-то вежливо осведомилась Мира. Она тоже сбросила капюшон, и с удовольствием отметила, что реакция на неё была ничуть не хуже, чем на Милу. Она всё больше раздражалась. - Или вежливые ответы до вас не доходят? Вам твёрдо ответили, - ласково "разъясняла" Мира, - проваливайте отсюда! - она заметила, что друзья с удивлённой улыбкой и даже некоторой гордостью наблюдают за реакцией девушек.

-- Теперь вы уж точно получите сполна! - заявил один из "рогачей". И толпа враз бросилась на друзей. Один бросился к Миле и рванул её за руку, но тут же упал с дырой в горле. Второй подобрался к Мире сзади, но упал, получив мечом по коленям. Девушки сбросили изрядно мешавшие плащи и встали спина к спине. На ребят нападало сразу по двое, а то и трое воинов.

-- Сейчас я вам покажу приёмы Кетча (Кетч - профессиональная борьба, в которой разрешены любые приёмы), недоноски рогатые! - грозился Анри. Он яростно замахал топором, не пропуская ни одного удара. Только эти "рогачи" оказались не так уж просты, как казались. Один из них сделал Анри подсечку, и тот упал. Сразу двое воинов бросились связывать ему руки. Девчонок теснили к выходу. Мила яростно отбивалась и нападала. У Миры было меньше возможностей. Она могла только не позволять приблизиться и ранить. Нападать, времени не было.

-- Послушай, если свыше предначертано, что ты будешь рогоносцем, то, как ни старайся, а ты им будешь. Поверь, это судьба! - "разъяснял" сразу двоим "рогачам" Винар. Он умело отбивался, постоянно что-то бубня. Это раззадоривало его самого, и страшно выводило из себя оппонентов. Вот он увидел, как пытаются скрутить Анри, но делать ничего не спешил, рассудив, что друг справится и сам. Он продолжал отбиваться, уложив уже двоих. Ребята не убивали, а лишь выводили из строя. Так сказать, наносили увечия. Только тут уж не скажешь, что лучше...

Аслан молча отбил последнее нападение, и, наконец, смог оглядеться. Анри уже освободился от захвата, и успел уложить одного из соперников. Винар тоже расправился со своими нападающими. И, выгнав их с позором и улюлюканьем, с улыбкой наблюдал за происходящим боем друга. Он опёрся на стол, сложив руки на груди крест на крест. Аслан дал пробегающему мимо "рогачу" пинок, и подошёл к другу.

-- Может, тебе помочь? - осведомился Аслан.

-- Нет. Он мой! - прохрипел в ответ Анри.

-- Каковы шансы? - спросил Винар у Аслана, и тут же сам предположил, - я думаю, один к трём, - тем временем, Анри кружился в воинственном танце. В одной его руке был топор, в другой он держал где-то подобранный ханжар. Оба соперника потчевали друг друга изощрёнными нападениями, и так же искусно оборонялись. Казалось, люди не сражались, а отрабатывали технику.

"А он совсем неплох", - думал Анри, отбиваясь от искусных ударов. Ещё бы чуть-чуть и, возможно, воин победит.

-- Сейчас посмотрим, - улыбнулся Аслан. И вдруг встрепенулся. - Эй, а где Мира и Мила? - два друга переглянулись и, разом вскочив, выскочили во двор, не забыв окликнуть последнего. - Заканчивай, Анри! Девчонки пропали!

-- Вот черт! - нанёс неожиданно ошеломляющий удар Анри по голове сопернику. Тот пошатнулся. - Извини, дружок, больше не могу с тобой возиться, - бросил воину на ходу Анри. Из-под грубоватого шлема соперника потекла густая кровь. Он со стоном начал оседать на пол, но Анри не стал дожидаться победного конца. Он уже бежал за друзьями.

Нужно сказать, что успели они как раз вовремя. Миру медленно и добротно связывали. Она была без сознания. Увидев бегущих друзей, один из "рогачей" забросил её на лошадь. Во дворе оставалось всего три Хета, ещё один был ранен, и собирался уезжать. Остальные, по-видимому, уже успели это сделать. Ребята были достаточно вымучены, но это не помешало им с грозным видом и каменными лицами поудобнее перекинуть в руках оружие, и кинуться в бой. Но боя не последовало. Все трое из оставшихся "рогачей" вдруг прыгнули на лошадей, и дали дёру. А того раненного, который пытался бежать с Мирой внезапно догнал чей-то нож. Ребята обернулись. В дверях стоял те самые Ниний с другом, которые предупреждали их о Хетах.

-- Мы решили вам помочь, - объяснили они свои действия. - Вы так быстро и умело сражались...

-- Спасибо, помогли, - зло плюнул Анри. - Последнего свидетеля лишили.

-- Где Мила? - на повышенном тоне спросил Аслан. Ребята не знали. Им только оставалось пожать плечами. Они были злы. Настроение после удачного боя разом пропало. Они упустили более важную деталь, нежели бой. Они упустили момент похищения друга. Винар поплёлся развязывать Миру. Она всё ещё была без сознания.

-- Козлы! - услышали друзья ругательства друга. - Уроды, придурки, рогоносцы недоделанные. Доберусь - живого места не оставлю! - ребята приблизились ближе. Винар уже успел освободить Миру от пут, и держал её на руках. Голова и лицо Миры были залиты кровью. Невозможно было определить, чья она. Одежда местами была разорвана. На руке уже был отчётливо виден большой синяк.

-- Скоты! - заявил Анри. - Они, наверное, забрали Милку. Аслан молчал, медленно свирепея. - Но мы найдём её, слышишь? - Аслан молчал.

-- Ты можешь узнать, куда они поскакали? - спросил Винар. Анри отрицательно покачал головой.

-- А ты? - не остался в долгу друг, и получил аналогичный ответ. Ребята тоже замолчали. Они поняли, в какой они оказались ловушке: Мира ранена и без сознания, они вымотаны боем, Милу похитили и увезли в неизвестном направлении, а у них ни одной лошади. Все трое сейчас стояли, понуро опустив головы. Из этого состояния их вывело предложения Ниния.

-- Э... послушайте, чего уже там голову ломать. Сейчас всё равно ничего не сделаешь. А вам и вашей рабыне отдых нужен, а там уж на свежую голову что-нибудь, да решится. Тем более что за места уже уплачено. Поди, к утру и с лошадьми что-то решим, всё же вы прогнали Хеттов, хоть и не надолго, - Можно ли бы было найти сейчас другое решение? Возможно, что какой-то из вариантов ребята упустили. Но окончательно сбитые с толку, и к тому же изрядно уставшие, медленно и угрюмо, они приняли предложения Ниния, и пошли в дом. Трое парней и молодая девушка без сознания, которую нёс на руках один из них.

*****************************

-- Я видел, как они сражались. Это настоящие тигрицы! - со вкусом рассказывал Ниний своим собеседникам, смакуя каждую деталь. Возле него сидело три человека. Один из них темноволосый, который предупредил ребят. Его звали Арог. Кроме него было ещё двое. По-видимому, это были братья. По крайней мере, так решил для себя Винар, но, как выяснилось дальше, оказался не прав. Их называли Тин и Тэн. Все четверо сейчас обсуждали вчерашнюю схватку. Всё утро только об этом и были разговоры. - Я вам говорю, их бы не удалось схватить, если бы не подлость Хетов. Один из них незаметно подкрался сзади и ударил одну из рабынь по голове. Когда она потеряла сознание, её ещё несколько раз ударили ногами по рёбрам. А вторая, увидав, что первой грозит опасность, не убежала. Не-е-ет. Представьте себе, она бросилась ей на выручку! Только сделать девчонка ничего не успела, её словили сетью, забросили на лошадь. И увезли.

-- Странно. А почему эти трое за рабынь сражаться начали? - не мог понять Тэн.

-- За таких и я бы дрался. Они целого десятка обычных стоят.

-- А с той, что оглушили, что сталось-то? - не унимались братья, явно жалевшие, что пропустили такую схватку. Они прибыли час назад из города, и уже в четвёртый раз с нарастающим интересом слушали рассказ Ниния.

-- Без сознания она. Вся в синяках. Когда её несли, вся в крови была. Долго ей ещё лежать придётся.

-- А они красивые? - задал вопрос Тин. Ниний и Арог переглянулись.

-- Таких девушек мы ещё не встречали, - немного помедлив, ответил Арог. - Красавицами их назвать нельзя, - братья немного разочаровались. - Но, - продолжил он, - при их виде всё замирает. Глаз от них отвести не сможешь. Они похожи, но, сдаётся мне, что не сёстры. Быстрые, смелые. Палец в рот не клади. Только худенькие очень. Видно, хозяева их не очень-то и кормят, - закончил он своё описание. - Но шансов у вас нет. Видели бы вы, как дерутся те молодые люди, с которыми они прибыли. Скорее всего, это кто-то из Хиппов (Хиппы - Знатные люди, жрецы, судьи, всадники, рыцари. Обычно молодые люди, служившие при королевских дворах. Пользовались уважением в области воинского и научного мастерства. Имели право вмешиваться в любое дело). Втроём они разгромили всех Хетов, а их было около пятнадцати человек. И это всего-то за рабынь каких-то. А может и не рабынь, - Тин и Тэн переглянулись. В зал спускались непосредственные виновники вчерашнего "торжества". Вокруг все примолкли. Но друзья не обратили на это ровным счётом никакого внимания. Они спускались из комнаты Миры. Жена тавернщика оказалась неплохой женщиной. Она помогла ребятам обработать раны и переодеть их подругу. Мира всё ещё была без сознания. Люди поспешно начали ретироваться из таверны. А тех, кто не хотел уходить, хозяин "попросил" сам. Ребята присели за тут же освободившийся стол, хозяин принёс им пива. Настроение у всех троих было неважное. Ребята молчали. Они были злы, угрюмы и страшно переживали.

-- Что делать будем? - задал Винар немного погодя вопрос, ответа на который никто не знал. Ребята молчали.

-- Блин, мы даже не знаем, куда её увезли! - нервничал Анри.

-- Её увезли к принцу Рамюэлю, - услышали они внезапно знакомый голос. По лестнице спускалась Мира. Она была бледна, немного шаталась. А во всём остальном это была та самая Мира, которую ребята знали до этих пор. Кровь, в которой она была выпачкана, оказалась не её. И кроме огромного синяка на руке, впрочем, ребята больше не обнаружили никаких ран, или ушибов.

-- Зачем ты встала? Тебе лежать нужно, - скорее удивился Винар. Мира подошла ближе. Ребята тут же поставили для неё стул.

-- Ну, вы же хотели знать, что с Милой.

-- Говори, - не стал ждать Аслан. - Что у вас произошло?

-- Пока вы дрались в таверне, нас выпихивали на улицу. Подойти к нам не могли, ровным счётом, как и связать, или сделать ещё что-нибудь такого плана. При этом они всё время как заведённые твердили, что мы должны пойти с ними. А когда мы там оказались, Милке в лицо дунули какого-то снотворного порошка. Я не сразу сообразила, в чём дело. Она вдруг начала оседать на землю. Я было подумала, что её ранили. Хотела подбежать к ней, как один из этих придурков с рогами попытался усыпить и меня. Мне повезло, вперёд выскочил его так сказать товарищ. Он хотел, наверное, ударить меня, но я, кажется, его ранила. Немного порошка досталось и мне. Голова начала кружиться, поэтому я остановилась. Милу уже связывали сетью. По-видимому, они решили, что она для них через чур опасна. Я стала плохо соображать. И вдруг услышала голос того главного, который первый грозился нам в таверне. Он сказал, что госпожа будет довольна сегодняшним уловом. И что к завтрашнему дню мы уже будем в гареме. А ещё он сказал, что лучше проверенного метода ничего ещё не придумали. И я получила по голове. Всё. Больше я ничего не помню, - всё это время ребята слушали Миру. Они были настолько серьёзны и внимательны, что она под конец начала немного запинаться, и уже краснея, закончила свою речь. За всё время её ни разу не перебили. Такого ещё не случалось. Из этого можно было сделать выводы, что дела обстояли плохо.

-- В гарем, значит. Уроды! - возмущался Винар. - Надо срочно доставать лошадей, и выручать Милу.

-- Знаете, что я думаю? - внезапно тихо произнёс Анри. Ребята во все глаза уставились на него. - Думаю, они ошиблись. Ты ведь сказала, что они всё время талдычили вам, что вы должны пойти с ними. Это был приказ.

-- Тоже мне нашлись указатели, - фыркнул Винар.

-- Ты не понял, - тихо подняла на него глаза Мира. - Это был прямой приказ, приказ мне, человеку под Заклинанием. Приказ, чтобы я послушно пошла с ними. Это меня должны были выкрасть, а не Милу, - у Миры поникли плечи. Как только она не догадалась? Если бы она добровольно пошла, с Милой бы ничего не случилось.

-- А... - начал было Винар, - а Поводок? - Все тупо уставились на Миру. Все, кроме Аслана. Он тоже смотрел на неё, но его интересовала только её реакция. И, видя, что Мира молчит, он ответил за неё.

-- Вы так и не поняли? Поводка больше нет. Видно, его сняли ещё тогда.

-- Нормально! - всплеснул руками Винар. - И ты до сих пор нам ничего не сказала?

-- Да, уж. Могла бы хоть намекнуть! - поддержал друга Анри.

-- Я... я не знаю, почему не рассказала вам, - стушевалась Мира.

-- Это от других можешь утаивать, делать каменное лицо, или играть дурочку. А мы твои друзья! Если ты нас, конечно, ними считаешь! Этого могло не случиться, - резко ответил Анри. И тут Миру понесло...

-- А вы думаете, что так просто быть под Поводком? Вы думаете, что мне нравилось играть из себя дурочку, и делать то, что скажут? Вы думаете, что я специально, или радуюсь, что выкрали Милу? Я не обязана перед вами отчитываться! Да я бы сейчас всё отдала, чтоб на её месте оказаться!

-- Видно ты привыкла к своей роли рабыни, если от своих друзей утаиваешь такое, - тихо процедил Винар.

-- Тихо, тихо, - попытался успокоить друзей Аслан. Куда там!

-- Это не я, а вы привыкли к моей роли дурочки, раз даже не заметили перемен!

-- Но ты всё равно могла нам сказать! - ребята уже кричали друг на друга.

БАЦ! И по столу пошла огромная трещина. Друзья удивлённо уставились на друга. Аслан тоже с изумлением смотрел на собственные руки. Он хотел хлопнуть по столу, чтобы хоть как-то утихомирить друзей. И, наверное, не рассчитал.

-- Ни хрена себе, сказал я себе, - удивлённо проговорила Мира. - И вы обвиняете меня, что я что-то скрываю?

-- Аслан...

-- Я не знаю, как у меня это получилось.

-- Угу. Ещё что-нибудь кто-то хочет добавить? - всплеснул руками Анри.

-- Да, я. Хватит кричать друг на друга, - решил закончить этот разговор Аслан.

-- Что значит "хватит"? Она не сказала нам.

-- Причём здесь это? Значит, у неё на это были свои причины. И, кроме того, Винар тоже не рассказал, что видел там, на поляне, - теперь была очередь Винара чувствовать себя неловко. - И не говори, что ты ничего не помнишь! - опередил он друга. - Да и у нас есть свои секреты. Так что хватит. Давайте лучше подумаем, что с Милой решать будем?

-- А ты не можешь связаться с ней? Ну, при помощи своих возможностей?

-- Нет. Она, скорее всего, без сознания, и я не могу пока к ней пробиться. Как только она проснётся, и вспомнит про нас, тогда.

-- Понятно. Значит, она в гареме. Постойте! Если она в гареме, тогда, - округлил глаза Винар. - Она... ну... - мялся он, не зная, как сообщить свою мысль. Аслан не вмешивался. Точнее, он думал о своём.

-- Нет, - помогла Мира другу. - Она не станет ничьей наложницей, и ей не грозит опасность. По крайней мере, в ближайшую неделю. А точнее девять дней. До полнолуния.

-- С чего ты взяла? - уставились на Миру ребята.

-- Я кое-что слышала про эту госпожу. И могу составить общую картину нашего здесь с вами пребывания.

-- Говори, - коротко сказал Анри.

-- Я поговорила с женой тавернщика. Она кое-что мне рассказала. А кое-что я знала и сама. Мы находимся в посёлке под названием Саррида, это так званный пригород. Ближайший город носит название Кандия. Ним управляет принц и его регент - тётушка. Что касается принца. То зовут его Рамюэль. Что же вам рассказать? Короче, дальше расскажу вам сплетни Сикионы. Однажды его мать с отцом отправились на охоту, и не вернулись. И в руках маленького мальчика оказалось целое государство. В принципе, это громко сказано. Государство - это сам город, и ещё четырнадцать посёлков. Не очень-то большая территория, зато много хлопот. Конечно, если бы он был один, ему бы ни за что не справиться в таком юном возрасте. Но его регентом стала его тётушка: слегка полноватая, миловидная женщина. Сейчас ей тридцать, ему... - Мира задумалась. - Он где-то нашего с вами возраста. Насколько я поняла, всем заправляет она. У Рамюэля есть сестра, тоже наша ровесница. Понятное дело, прав на трон она не имеет. Разве что при удачном замужестве. Так что уже второй год объявлен конкурс на её руку, - Мира увидела удивление в глазах ребят, и пояснила. - В этом королевстве, или как там её, стране, богатые девушки (или их родители) объявляют конкурс на лучшего жениха. Как на аукционе. Все, как положено: выставляются требования, размер капитала и прочее. Теперь понятно? - ребята кивнули, недоумевая, чем же богатые девушки отличаются от обычных рабынь, и Мира продолжила. - На чём это я? А! По некоторым причинам, о которых мне не известно, Рамюэль разругался со своей тётушкой, и решил освободиться от её опеки. Только она оказалась не так проста. Трон отдавать она не хочет. Что у них там случилось, я тоже не знаю. Но Рамюэль больше не является правителем Кандии, он в изгнании, сколотил небольшую группу и пытается доставить ей как можно больше хлопот. Его поддерживает принц соседнего королевства. Так что в свободное от нападений время, он прячется у него. Всё как в обычной стране, но есть одна особенность. Уже как два года действует новый приказ - все мало-мальски симпатичные девушки, должны находиться при дворе. Если это чья-то жена, сестра, дочь, её всё равно забирают, но выплачивают Н-ную сумму. И всё бы ничего, но и тут есть одна маленькая загвоздочка - ни одна из девушек, которую забрали во дворец, не вернулась домой после полнолуния. Они как будто испаряются. Содержат их в королевском дворе, гареме - так я его назвала. - Мира помолчала. - Думаю, Милу увезли именно туда. Поэтому у нас есть девять дней, чтобы добраться до города, склепать маломальский план и освободить её. Вопросы? - по-деловому осведомилась Мира.

-- Один. Для чего им девушки? - спросил Анри. - Ну, по крайней мере, столько?

-- Может, они для этого Рамюэля тоже жену ищут? - предположил Винар.

-- Таким путём? Возможно, но маловероятно, - покачал головой Аслан.

-- Нам нужны лошади, - твёрдо сказала Мира. - Жаль, но до машин здесь ещё не дошли, а времени делать что-либо похожее на неё, нет, - ребята согласились. - Одна загвоздка, - не обращая ни на что внимания, продолжила Мира, - нам их не за что приобрести.

-- Это не проблема, - сказал Анри. - Это всё решается, - из своей седельной сумки он достал небольшой слиток золота. Он был немного грязноватый, с кусочками камней, не ровный. Но это был слиток золота! Слиток золота, примерно с ладонь в величину! И весил он никак не меньше килограмма! Ребята, потеряв дар речи, переглянулись.

-- Откуда ты его взял? - спросил Винар.

-- От верблюда. Шёл, упал, встал - лежит, - и, видя немой вопрос в глазах Винара и Миры, пояснил. - Нашли мы его с Асланом, когда воду искали.

-- Ни черта себе, находочки, - не унимался обрадованный и удивлённый друг. - Ну, теперь-то мы точно лошадей купим!

-- Купим, купим, - мрачно проговорил Аслан, окидывая взглядом таверну в поисках хозяина. - Только за сломанный стол заплатим, и купим. Эй, уважаемый, процветания вашему дому и делу, подойдите к нам, разговор есть, - обратился Аслан к хозяину, который всё это время не спускал глаз с друзей, но ни разу и словом не обмолвился. Только взгляды. Ни одного замечания, даже когда стол сломали. Хозяин медленно подошёл к ребятам. Это был высокий темноволосый мужчина. Цвет волос угадывался только по нижней части его некогда прекрасной шевелюры. У него был истинно орлиный нос и голубые глаза. Он был слегка полноват, как все тавернщики.

-- И вам день добрый, и мир вашим делам, - ответил он на приветствие Аслана. - Какое у господ может быть ко мне дело?

-- Мы бы хотели возместить вам причинённый нами ущерб. - Аслан показал на треснувший стол. Странное дело. Стол был вырублен грубовато, из сухого дерева. На вид он казался прочным и толстым. Но... Аслан оказался прочнее.

-- Что вы, я не возьму с вас денег. Вы столько для нас сделали! - ребята переглянулись.

-- Простите?

-- Вы, верно, не тутешние? Я слышал, что украли одну из ваших рабынь.

-- Украли нашего друга, - поправил его Винар.

-- Одного из ваших друзей, - исправился хозяин. - Сожалею. Но вы прогнали Хетов! Это и плохо, и хорошо одновременно. Плохо, потому что они обязательно вернутся, и не одни, с подмогой. Хорошо потому, что им здесь некого будет забирать. Всех жён, рабынь, служанок и дочерей мы надёжно спрятали.

-- Но чем же мы вам тогда помогли? - спросил Анри. - Ведь, если они вернутся, может быть хуже.

-- И непременно будет, - почти радостно заявил хозяин. - Но вы единственные, кто дал им отпор. А это очень хорошо. К тому же, ваша... э... ваш друг нам очень помог...ла, - все уставились на Миру. Она сделала ребятам небольшой знак, мол, всё потом.

-- Хорошо, уважаемый. Но у нас к вам будет небольшая просьба, или вопрос. Где у вас можно купить лошадей? Нам нужны четыре хорошие лошади, а не дохлые клячи.

-- Думаю, с этим вопросом вы немного опоздали, лошадей здесь поблизости нет совсем. Только у Тина и Тэна. Но они уже собрались уезжать.

-- Где они? - жёстко спросил Аслан.

-- Да, во дворе, небось. Где ж им ещё быть? - договорить хозяин не успел, так как четвёрка сорвалась с места и помчалась во двор. Выбежав из ворот, ребята увидели двух молодых людей, они уже сидели на лошадях, и прощались с уже знакомым ребятам Нинием.

-- Эй, подождите! - начали по очереди кричать ребята. На эту картину стоило посмотреть. Едва увидев, что прославляемая на всю деревню четвёрка во всю прыть бежит к ним, два брата подняли на дыбы коней, и дали дёру. Ещё один привязанный жеребец еле поспевал за двумя нагруженными лошадьми. Только пыль столбом было видать, - Ниний пожал плечами. Он был знаком с "братьями", и знал их. Такое поведение его ничуть не удивило. Не теряя ни минуты, он пошёл обратно в таверну. Ребята же остались стоять во дворе, громко обсуждая происходящее.

-- Чёрт! Сволочи! Чего это они? - ругался Винар.

-- П...ц, купили коней, - ругался Анри.

-- Не говори, - расстроилась Мира. Только Аслан ничего не говорил, не возмущался. Не переживал, а пристально смотрел на запылённую дорогу. Туда, куда ускакало два молодых человека. Туда, откуда они прискакали.

И действительно, через пять минут вдали показалось два силуэта на лошадях. Ещё через некоторое время они приблизились к ребятам, и они смогли увидеть, что это те самые два молодых человека, которые пытались от них убежать. Они казались удивлёнными и подавленными. Когда они подъехали ещё ближе, стало видно, что они просто боятся. Но чего?

-- Не очень-то это вежливо поворачиваться спиной к людям, которые хотят задать вам вопрос, - строго обратился к ним Аслан. Ребята переглянулись. Тин и Тэн сидели молча. Это были два молодых человека лет двадцати пяти. Оба темноволосые, небольшого роста, с не очень ладной фигурой.

-- Что это всё значит? - обратился один из них к друзьям.

-- Что именно? - вопросом на вопрос ответил Аслан.

-- Мы ехали по прямой дороге, а приехали сюда обратно, - всё ещё удивлённо проговорил второй. - Вы что Чародеи?

-- В каком-то смысле да. И у нас к вам небольшой вопрос: не продадите ли вы нам своих лошадей? Всех, - спросил Аслан. И, чтобы не возникало вопросов, показал слиток золота. Глаза у обоих "братьев" округлились и заблестели.

-- Если господа так настаивают, мы непротив. Тем более при таких веских аргументах, - они поспешно слезли с лошадей, трясущимися руками забрали слиток, и опрометью бросились в таверну, где их, скорее всего, уже поджидал Ниний.

Ребята тоже поспешили собрать вещи. У хозяина таверны они купили немного еды. До того как отдать Тину и Тэну золото, Анри каким-то образом умудрился оставить кусок слитка. По крайней мере, друзья не будут голодать. Очень скоро будет темнеть, но на это никто не обращал внимания. Пускай им придется намокнуть, мёрзнуть и скакать всю ночь, они не станут мешкать. Нужно было выручать Милу. И сев на лошадей (Мира ехала вместе с Винаром), друзья двинулись в путь.

ЧАСТЬ ШЕСТАЯ

ГЛАВА

-- Время первого воина пришло... Очень скоро он начнёт сеять страх и ужас, боль и отчаяние.

-- Мой господин, всё же я склоняюсь к мысли, что это опасно.

-- Не опаснее, чем ужинать. Она ничего не подозревает.

-- Она?

-- Ты знаешь, кто такая Нахема?

-- Вы вызвали Нахему?! Но она же...

-- Правильно, мой мальчик. Она вампир, а вернее их царица. Она станет собирать для меня силу и войско.

-- А если она не захочет подчиниться?

-- Она не знает, какой силой обладает. Я выращивал и лелеял в этой девушке суть Нахемы с самого детства. Пока ещё идёт борьба. Но я знаю, что вскоре мой Воин будет со мной. Пора собирать войско. Его поведёт Асмодей. Думаю, пришло время Первого Страха. Я займусь этим, а ты держи меня в курсе того, что происходит. На этот раз ОНА не помешает мне.

-- Слушаюсь, мой господин. Да пребудет с нами Зло.

-- Оно с тобой. Ступай.

ГЛАВА

Когда сквозь муть осенних слёз

Оскалится мороз,

Когда ясна ночная студь,

В глуши опасен путь.

Пьяный хохот и ругань слышалась отовсюду. Воняло конским потом и перегаром. Мила открыла глаза и обнаружила себя связанной. На её лицо была накинута тонкая и прозрачная ткань. Смеркало. Крепко связанные руки затекли. Мила попыталась пошевелиться. Не тут-то было. Онемевшие конечности просто отказывались слушать свою хозяйку. Кроме того, кто-то позаботился о том, чтобы никто не увидел её лица. Мила выругалась про себя и попыталась приподняться во второй раз. Получилось. Она повернула голову и посмотрела по сторонам. Девушка лежала связанная на дне грязной клетки. Небольшой, но добротной. К тому же было довольно холодно. Вокруг валялись клочки соломы явно не первой свежести. Клетка стояла неподалёку от костра. Возле него грелось человек пятнадцать. Огонь весело перемигивался с ними, и играл яркими бликами.

"Анри бы сюда. Он бы им задал жару", - подумала Мила. И тут же задалась вопросом, как она здесь очутилась. Последнее, что она помнила, это была драка в таверне. Её и Миру выманили на улицу...

"Стоп! А где же Мира, Аслан и остальные? Меня, что украли?!", - Мила аж приподнялась от этой мысли. Возле костра не надолго примолкли.

-- Эй, кажется, наша птичка проснулась, - радостно заржал один из бандитов. Его поддержал такой же нестройный хор пьяных голосов. Мила насторожилась и насупилась, но молчала. Происходящее ей очень не нравилось.

-- Чего молчишь? Язык проглотила? - не очень-то вежливо обратился к ней второй.

-- Может ей помочь его достать? - маслянисто и слащаво обратился первый. Его снова поддержали ржанием. Мила молчала. Ей не хотелось говорить с этими уродами. Тем временем, люди от костра подтягивались к клетке. Очень скоро вокруг стояло около десяти человек. Мила сидела посередине клетки, но это её не радовало. Её "обитель" была размером метр на полтора. Так что при большом желании до неё можно было дотянуться. Собственно говоря, бандиты не стали терять времени даром. Через пару минут поступило предложение поглядеть на мордашку птички, и к решётке стали тянуться грязные руки. Мила инстинктивно дёрнулась. Но это только больше раззадорило изрядно выпивших мужиков. Миле не было страшно. Бояться здесь было некого. Если бы ей открыли клетку, они бы очень скоро пожалели даже о своём существовании. В Сикионе учили, как нужно давать уроки общения подобным типам. Девушку передёргивало от омерзения. Слащавые похотливые взгляды, грязные, веками не мытые конечности, беззубые рты, перегар. Всё это было настолько весомым букетом, что Мила зашипела.

-- Отвалите от меня!

-- О! А она умеет говорить. Но язычок-то мы тебе сейчас укоротим, - пообещал один из бандитов с беззубым чёрным ртом.

-- Гляди, чтоб сам без языка не остался!

-- Да что же эта шлюшка о себе возомнила?! - зло подался вперёд ещё один бандит, и резко ухватился за ткань, которая скрывала лицо Милы. Паранжа слетела, и на бандитов посмотрело... удивительное создание. Большие настороженные зелёные глаза, светлые волосы, мягко переливающиеся разным оттенком, аккуратное круглое личико.. Возникла небольшая пауза.

-- Чтоб меня! Кто ты? - изумлённо прошептал один из бандитов.

-- Это Чаровница, - убедительно проговорил толстый бандит с лысиной.

-- Да какая она Чаровница. От нас бы сейчас и мокрого места не осталось. Это Эльфка.

-- Идиот! Это не Эльфка, у них совсем другой тип. Это точно не Эльфка.

-- Янгола, - тихо прошептал худой с неопрятными и длинными, как сосульки волосами, бандит. Вокруг возникла тишина.

-- Не может быть, ты Янгола?! - изумились бандиты.

-- Что здесь происходит? - раздался тугой и натянутый бас. Люди расступились, и Мила увидела человека. Это был мужчина приблизительно сорока лет. Он был одет в зелёный камзол и короткие шаровары, заправленные в мягкие коричневые сапоги. Этот наряд чем-то напоминал военный времён Великой Отечественной войны в её собственном мире. Мужчина повторил свой вопрос.

-- Ничего, господин Эльсбрунг, - начал кто-то оправдываться.

-- Что значит "ничего"? Кто это? Янгола? - выпискнул бандит с волосами-сосульками.

-- А вам-то какое дело? - грубо и высокомерно ответил Эльсбрунг. - Вам было заплачено.

-- Но... но, если это Янгола, мы хотим больше! - сообразив, что можно больше заработать, писклявого поддержали остальные.

-- Это не Янгола, - отрезал Эльсбрунг. - Это обыкновенная девушка. Если бы это была Янгола, не было бы вас.

-- Но она не такая, как остальные, - перебил его кто-то.

-- Это Иношорстная, - закончил Эльсбрунг, - вокруг снова повисла тишина, - так что, подняли свои толстые задницы, и разошлись. Накрой лицо, - приказал он Миле, одним движением разрезая веревки на руках, - если не хочешь ночных гостей раньше времени. Теперь ещё, - обратился он к остальным, - если кто-то к ней приблизится, будет иметь дело со мной, и лично с госпожой Амандой, - уже совсем вкрадчиво закончил Эльсбрунг. И Мила заметила, как некоторых передёрнуло, а остальные сделали какой-то жест, наподобии того, как перекрестились. - Не бойся, сегодня тебя никто не побеспокоит, а завтра мы уже будем в Кандии, - на этом он повернулся и зашагал прочь. Мила попыталась поудобнее лечь. Несмотря на предостережение Эльсбрунга, спать она побоялась. Только совсем скоро усталость всё равно взяла своё. И по истечении некоторого времени Мила уже отдыхала. Либо у этого Эльсбрунга был авторитет, либо люди действительно боялись некую Аманду. Но ночью никто не решился подойти к Миле.

На Неогею спустились сумерки. Они обволокли и окутали всё вокруг. Приспали бандитов возле костра, притупили обострённые чувства охраны. Люди спали, охрана угрюмо боролась со сном. Ночь мягко захватывала всё вокруг. Поэтому никто не видел другого. Как блеснули чьи-то пары глаз, словно отблеск лезвия, неподалёку от лагеря людей.

**************************

Утро началось с криков.

-- Вставайте, нечего валяться. Уже почти приехали, - Мила открыла глаза. Возле решётки стоял Эльсбрунг и кричал на людей. Оказывается, караван уже давно был в пути. Основной силой здесь выступали жилистые сухощавые животные наподобие мулов. Они были немного пониже и поменьше, но со своей ролью справлялись вполне прилично. Их погоняла стража и погонщики. Всё те же бандиты, с которыми Мила имела честь познакомиться накануне. Кроме того, Мила заметила, что она была не одна. Впереди её клетки были и другие. Всего их было около двадцати. Это всё что она успела рассмотреть, потому как Эльсбрунг вдруг решил накинуть на её обитель большую красную накидку. На вопросы Милы: "Что всё это значит?", "Куда меня везут?", "Кто вы такие?", "Где мы?", и тому подобные, отвечалось односложно - молчанием.

Вокруг менялась местность. Утро давно вступило в свои права. Погода отнюдь не была солнечной. Небо заволокло тучами, над водой тоже стелилась белесая дымка. Было жарко и влажно до такой степени, что ткань начала намокать. Дышать тоже было сложно. Вскоре показался и сам город. Кандия, так его называли. Странное место. Мила немного раздвинула красную ткань-накидку, чтобы осмотреться. Угрюмые и недоверчивые взгляды. Меланхоличные и флегматичные лица. Сложно было определить настроение здешнего населения с первого раза. Люди шли, словно сомнамбулы. Лишь методичное постукивание и поскрипывание немного выводило их из оцепенения. Город тоже представлял собой громкое название по меркам Земли.

Небольшие, по максимуму трёхэтажные домики, вытесанные из камня. Вымощенные из такого же камня улочки, закрученные лабиринтом. Вот показалось несколько таверн. Их характерной особенностью были деревянные вывески с названием на искусно вырезанной табличке в форме поросёнка. Кроме них Мила заметила и пару лавок с разными товарами. Всё это было сооружено несколько стихийно. Процессия с пленниками двигалась медленно и вытянуто, словно змея, которой некуда спешить. Деревьев было мало. Всё вокруг было вымощено камнем, замазано глиной и песком. Мила ничего особенного не заметила. Она ломала голову, зачем её сюда привезли.

Вскоре караван приблизился к главной площади. Здесь было на что посмотреть. Большая, просто огромная, площадь перед дворцом, вымощенная уже знакомым камнем. Длинные аккуратно выстриженные кустики по бокам (чуть поодаль, с другой стороны замка, Мила заметила небольшой лесок), и... дворец. Пожалуй, он был здесь самым выдающимся архитектурным сооружением. Длинные шпили-башни подпирали небосвод. Мила даже затруднялась определить высоту стен. Каменный небоскрёб внушал невольное уважение. Массивные ворота были окованы тяжёлыми железными листами. У входа стояла охрана. Стражники тут же вытянулись при виде каравана. Послышалось скрипение засовов, и двери распахнулись перед прибывшими.

В нос ударил странный запах. Но Мила почти не обратила на него внимания. Замок! Вот, что её поразило. Это был замок в замке! Едва распахнулись ворота, Мила увидела, что стены были всего лишь забором, а внутри него располагалось несколько высоких домов, а также домов поменьше. Всего их было около шести. Кроме них были и другие сооружения. А также красивый зелёный сад. И запах. Странный. От мыслей о нём Милу снова отвлекли. Оказывается, процессия прибыла на конечную остановку. Послышалась команда Эльсбрунга о прибытии, и телеги с невольниками остановились. К клетке Милы подошли. Это был Эльсбрунг. Он отодвинул ткань, скрывающую девушку, почтительно поклонился, и дунул в сторону Милы каким-то порошком. Лицо Эльсбрунга - это было последнее, что Мила запомнила перед тем, как сознание оставило её...

******************************

-- Анри, далеко нам ещё? - тихо спросила Мира. Из-за общего настроя, она вообще предпочитала помалкивать. Ребята ехали весь вечер без остановок. Только теперь, когда совсем стемнело, решили остановиться на ночлег. Сейчас четверо друзей сидели у огня. Настроение было мрачным.

-- Думаю, если будем ехать в таком же темпе, то через дня три будем около города.

-- Так долго? - удивился Винар. Но больше ничего не сказал. И так всё было понятно. Через девять дней Мила попадёт в гарем, или куда-то ещё. Оттуда ещё никто не возвращался. А у ребят осталось не так уж много времени. Они ехали весь день. Все четверо сейчас с трудом сидели. И то благодаря Мире, которую, правда, пришлось уговаривать около часа (и то чуть ли не силком). Она тщательно экономила силы, мотивируя свои отказы обычно: "Это небольшая жертва, на которую мы пошли сознательно. Потерпите". Ребятам прежде не выпадало шанса так долго кататься верхом по ухабам да рытвинам. Так что мышцы за сегодняшний день потрудились на славу. И если бы сама Мира не испытывала такие же неудобства, возможно, ребятам бы предстояло терпеть и дальше. Кроме того, лошади начали уже спотыкаться и тяжело дышать. Всё же с породистыми было бы легче. Но что имеем, то имеем.

-- Быстрее не получится, - угрюмо отпарировал Анри.

-- А надо? - неожиданно спросила Мира.

-- Что значит "надо"? А ты сама как думаешь? - скорее удивился, чем разозлился Анри, но повысил тон.

-- Понимаете, тут такое дело... - Мира помолчала. - Я могу заставить скакать лошадей без остановок.

-- Так чего же ты молчала до сих пор?! - немного возмутился Винар. - Кстати, каким образом?

-- Таким, - с этими словами Мира вынула из холщовой сумочки какую-то травку, и пояснила. - Эта трава придаст коням сил в пятикратном размере. Они смогут проскакать без остановок от трёх до пяти дней, в зависимости от скорости и расстояния. Только беда в одном... - Мира набрала побольше воздуха, помолчала, и снова продолжила, - после этого они вряд ли в живых останутся. Как бы, эти три-пять дней, они будут идти на собственных силах, так сказать, на внутреннем резерве. Но их не так уж много, судя по состоянию животных. Короче, по истечении этих нескольких дней мы останемся без лошадей, - она посмотрела на реакцию парней. Они сидели понурые и молчали, размышляя каждый о своём. - Что скажете? - всё же решилась спросить Мира. - Аслан?

-- Я не знаю, - со вздохом ответил друг. Каждое слово и действие давалось ему с трудом. Друзья его понимали. В опасности находится близкий и родной ему человек. На всё про всё уже меньше, чем девять дней, и от его решения зависит многое. - В любом случае нам нужно дойти до города. А там решим. Всё равно обстановки не знаем.

-- Да. Только времени осталось всего ничего. Вы принимаете мой вариант?

-- Похоже, нам ничего не остаётся. За день-два сократим расстояние. Значит там у нас останется около пяти дней. Можно будет что-то решить.

-- Да что там решать? - воинственно заявил Анри. - Сориентируемся на месте, да и выкрадем Милу. И дело с концами!

-- Ага, и всё этим рогатым придуркам с рук спустим? Силой Милу заберём. Мы же не маги-недоучки!

-- П...дой, а не силой заберёшь! - раздраженно махнул рукой Анри. - Ты хоть представляешь, сколько там человек? Да с тебя быстрее шкуру спустят, чем ты гавкнуть успеешь.

-- Можно подумать!

-- Ребятки, думай, не думай, а охраны там немеряно. Так просто туда ворваться абсолютно невозможно. Хотя я, Винар, и приняла бы твой план с удовольствием.

-- Короче. Мира, корми лошадей этой своей травой. Завтра доедем до города, а там будет видно. Всё. Спать.

Аслан переживал. Он до сих пор не мог настроить контакт с сестрой. Или она ещё не пришла в себя, или её чем-то опаивали. Второй раз на этой земле их заставляли расстаться. Второй раз он не знал, где она, и какая опасность ей грозит. Да, она могла постоять за себя. Но это тоже спорный вопрос. Один на один, возможно. Но почему-то Аслан сомневался, что у неё будет только один соперник.

Эта планета заставляла задумываться над такими вещами, над которыми размышлять не хотелось и вовсе. Эта планета была напичкана опасностями. И всё же ребята втягивались в игру. Они ходили по лезвию, играли с огнём. Но самое страшное было не в этом. Им это нравилось! Вопреки всему: переживаниям, потерям. Эта игра была опасной, и поэтому такой желанной и сладкой. Вопрос был только в том, чем это закончится для каждого из них. Будут ли они вместе и дальше, или им придётся расстаться? Будут ли они дальше выходить сухими из воды, или всё же кому-то однажды не удастся?

ГЛАВА

"Судьба нас будто берегла:

Ни беспокойства, ни сомненья.

А горе ждёт из-за угла..." Грибоедов.

Мила открыла глаза. Состояние было туманное. Всё вокруг немного размывалось и плыло. Она попыталась приподняться. Но тело было настолько ватным, что практически отказывалось слушать свою хозяйку. Только Мила не привыкла отступать. Она немного полежала, борясь с общей дремотой и негой. Собравшись, она попробовала ещё. На этот раз получилось. Ноги ступили и ощутили твёрдую поверхность. Мир несколько раз качнулся, голова пошла кругом. Мила подумала, что ей дали какой-то наркотик. Состояние было полудремотным и от того терпковато-сладким.

"Чем меня опоили? Где я? Где все? Аслан! Аслан, где ты?". Мила ещё несколько раз мысленно попробовала настроить контакт, как её учили. Безрезультатно. Всё слишком быстро становилось безразличным, расплывалось на общем фоне. Девушка заметила, что на ней была другая одежда. Значит, её кто-то переодел. Она была одета в короткое полупрозрачное платье нежного кремового цвета. Ткань до боли напоминала шифон. Если бы всё не расплывалось и не качалось перед глазами, возможно, она бы заметила и оценила замысловатый покрой. Ткань обволакивала, окручивала, ложилась точно по фигуре, на которую Мила пожаловаться не могла. Она, шатаясь, вышла из комнаты, и пошла по длинному коридору. Стены смазывались, звук размывался.

"ИДИ...".

Послышалось тихое мелодичное пение. Оно зачаровывало, манило. Мила шла, как заведённая, мысли пропали, их как будто скрутило в тугой узел. Нега плавно разливалась вокруг, заполняла каждую клеточку её сознания.

"ИДИ СЮДА...".

Было так хорошо. Так хорошо, что хотелось продолжения. Мила шла, потому что её звали. Лишь поэтому она не видела, как на пение шли другие девушки. Словно зачарованные, с мягкими улыбками на губах, одетые в прозрачные и лёгкие ткани, они, словно нимфы, шли на тихий мелодичный звон и шёпот.

"ИДИ...".

Мила вошла в комнату. Её взору предстала немного размывчатая картина. Посредине располагался большой водоём с прозрачной голубой водой. Вокруг были разбросаны ткани, подушки, шелка и мех. Всё это тонуло в прянновато-тёрпком специфическом запахе. Комната обволакивалась мягким дымом. Мила, как во сне, повернула голову. В комнату заходили другие. Девушки улыбались, их лица были счастливыми, но безучастными. Они как на подбор были темноволосыми и темноглазыми. В одинаковых одеждах каждая из них походила на собственное зеркальное отображение. Девушки мягко покачивались и кружились под мелодию. Она захватывала и уносила остатки сознания, кружила и сливалась. Хотелось быть частью её, и чтобы она была твоей частью. Такое ощущение Мила испытывала впервые. Всё вокруг мелькало и расплывалось. Вокруг Милы начали танцевать другие девушки. Гибкие и тонкие тела, полные и аппетитные фигуры, всё казалось единым целым. Одежды и тела мелькали. Мила ничего вокруг не различала, лишь... Да! Одни глаза. Её. Огромные, миндалевидные, полные тоски и огня. Такое сочетание уносило за собой. А вокруг кружились тела. Разливался мягкий приглушённый смех. Но Мила видела одни глаза. Такие манящие, такие изумительные, что она невольно захотела встретиться с ними взглядом ещё раз. Вот! Среди гибких и молодых девичьих тел выделилось одно. Мила в своей жизни никогда не видела подобной красоты. Девушке, которая мягко плыла к ней, едва можно было дать двадцать. Чёрные, как крыло ворона, волосы мягко спадали с плеч, вились змеями вокруг тонкой талии и бёдер. Мила невольно залюбовалась, словно выточенной, стройной фигурой. Незнакомка на минуту скрылась из вида, и мягко вынырнула из-за спины. Провела рукой по шее, погладила волосы. Мила тонула от её прикосновений. В голове мелькали звуки и краски, образы и ощущения. Это нельзя передать словами. Ноги подкашивались. Хотелось летать. Девушки, мягко покачиваясь и играя, начали раздеваться. На пол полетели прозрачные и тонкие одежды. Музыка окутывала и манила. Волосы расплылись по плечам, прикрывая фигуры. Полуобнажённые девушки прыгали в бассейн, счастливо улыбались. По голубой воде пошли круги. Милу кто-то мягко обнял. Она вдруг почувствовала на шее мягкий поцелуй. Такой нежный и томный. Такой новый. Девушки мягко резвились в воде. Они обнимали и целовали друг друга, музыка связывала их в единое. Они казались такими счастливыми. Мила тоже невольно сделала шаг к водоёму. Туда, где были большие миндалевидные глаза. Туда, где они обещали радость.

-- Кто ты? - послышался шёпот слева. Мила повернула голову. Но никого не увидела рядом. Всё сливалось. Кто сидел на мехах, кто плавал в бассейне. Всё смешалось. - Кто ты? - услышала она снова шёпот на ухо.

-- Мила, - также тихо ответила девушка.

-- Мила, - шёпотом отозвалось с другой стороны. Мила ощутила прикосновение чьих-то губ с другой стороны.

-- Ты королева, Мила. Ты будешь королевой.

-- Я буду королевой, - послушно отозвалась Мила.

-- Мила, иди. Иди ко мне, и слушай.

-- Я слушаю.

-- Мила, ты будешь королевой. Совсем немного осталось.

-- Сколько? - шёпотом отвечала Мила, слыша мягкие и нежные вопросы. Невольно поддаваясь мягкому и мелодичному зову. Она тонула, не пытаясь спастись.

-- Немножко, потерпи. Потерпишь?

-- Да.

-- Всего шесть дней, и ты будешь королевой, весь мир будет у твоих ног. Ты слышишь?

-- Да.

-- Кто ты?

-- Я королева, и весь мир будет у моих ног.

-- Да! Ты королева, - Мила растворялась в томном голосе, он уносил, заставлял делать, а не думать. Незнакомка, с которой Мила разговаривала, ласково гладила её по плечам, распрямляла волосы. Мила тонула в омуте её глаз. Незнакомка взяла её за руку, и мир качнулся. Она потянула Милу к бассейну, шепча ей какие-то слова. Мила уже слабо различала их смысл. Она услышала, как ей помогают раздеться. Услышала, как чьи-то маленькие и нежные руки расстёгивают одежду, гладят плечи, руки, опускаются ниже. Мила шумно вздохнула. Кто-то мягко покусывал ей шею. Руки подтолкнули её к бассейну. Она ничего не соображала, и поэтому не видела лица незнакомки. Мила уже ничего не понимала. В голове всё вспыхнуло и загорелось. Но едва Мила коснулась воды, по комнате резануло светом. Вода мягко обволокла фигуру Милы, принимая её в свои объятья. Девушки метнулись к бортикам водоёма. Мила стояла посередине держа в ладонях воду. Нега спадала, она вдруг очень отчётливо стала различать предметы вокруг. В голове ещё немного шумело. Мила подняла глаза на незнакомку. Она стояла напротив неё, резко спрятав руки за спину, и казалась чуть-чуть удивлённой. Такими же удивлёнными казались и остальные.

-- Кто ты? - снова спросила она.

-- Я королева, - на автомате ответила Мила. Незнакомка странно улыбнулась. Мила немного нахмурилась. До неё только сейчас начал доходить смысл сказанных нею слов. Но кроме этого её немного беспокоил внешний вид девушки, стоящей перед ней. Да и остальных тоже. Что-то было не так. Но что? Красота незнакомки? Нет. Мила не могла разобраться. Пелена потихоньку спадала, Мила вышла из бассейна на противоположную сторону, и посмотрела на неё.

-- Что я здесь делаю? Кто ты? Что это всё значит? - Мила осознала происходящее, и надо сказать, оно ей абсолютно не понравилось.

-- Мила, ты королева, - прошептала та ей в ответ. После этих слов незнакомка достала руку из-за спины и дунула ей в лицо какую-то пыль. Всё вокруг вспыхнуло, и Мила упала в темноту.

*****************************

-- Странно, я чувствую силу. Она определённо ней обладает.

-- Вряд ли, моя госпожа. Ели бы она действительно ней обладала в полной мере, она не дала бы накинуть на себя Зов. Она не дала бы себя поймать. Хотя, мне рассказывали, что она хорошо оборонялась. Скорее всего, её где-то обучали. Поэтому ты, моя повелительница, чувствуешь задатки силы. Но не её саму.

-- Возможно. Хотя я определенно чувствую, что она не слаба. Но, конечно, она не сможет сопротивляться мне и моему сонному порошку. И всё же я считаю это удачей. Её кровь будоражит меня. Она внесёт большую часть в Чашу.

-- С этим я согласна, - почтительно склонила голову темноволосая девушка. - Меня беспокоит только одно.

-- Что же? - вопросительно сверкнула глазами госпожа.

-- Она была не одна.

-- Что ты имеешь в виду?

-- Когда стража на неё наткнулась, она с тремя воинами и ещё одной девушкой были в одной из местных таверн.

-- Там была ещё одна?

-- Да, моя госпожа, - снова склонила голову девушка. - Стража упустила их.

-- Упустили? - девушка широко раскрыла глаза, и с силой сжала кулаки. - Эльсбрунг! - На крик госпожи замка вбежал главный советник и управляющий стражей. - Ты упустил их? - Эльсбрунг невольно отпрянул и побледнел, сразу смекнув, в чём дело. Это была ещё та картина. Высокий, крепкий, по-видимому, немало повидавший мужчина. И хрупкая, черноволосая девушка. Рядом, как ни в чём не бывало, стояла темноволосая служанка, пытавшаяся скрыть довольную улыбку.

-- Не гневайся, моя госпожа. Мы словили Иношорстную. Те другие охраняли именно её. К тому же, вторая была не лучшим выбором. Худосочная, и абсолютно не пригодная. В ней ничего такого не было, как мне рассказывали. Зато эти трое воинов уложили почти всю нашу охрану, - тихо закончил Эльсбрунг.

-- Эльсбрунг, - тихо просвистела девушка, метая глазами молнии. - Ты меня разочаровуешь. Ты хочешь сказать, что не справляешься со своими обязанностями? Что значит "уложили почти всю охрану"? Когда команда не справляется, нужно казнить командира, - видя, что Эльсбрунга немного передёрнуло, девушка с видимым моральным удовлетворением закончила. - Найди и накажи виновных. Если ты их не найдёшь, я найду их сама. Но будь уверен, я далеко идти не стану. И второе, - уже прошипела она, сжимая маленькие руки в кулаки, - сейчас же, немедленно пошли людей в посёлок. Мне нужны эти трое, и их худосочная барышня. Немедленно! Живыми, или мёртвыми! ВЫПОЛНЯЙ!

-- Да, моя госпожа, - Эльсбрунг поспешно поклонился, и вышел из тронного зала.

-- И всё же что-то здесь не так, - успокоившись, тихо прошептала темноволосая красавица служанке. - Только вот, что именно?

ГЛАВА

Дружба - великое дело...

Дружить - это тоже страдать.

Дружба - это искусство,

Если его понимать... Подходил к концу третий день пребывания Милы в гареме. Шёл ливень. Из-за водной стены практически не было видно дороги. Ребята были очень злы, мокры и вымучены. Они почти не отдыхали и не ели. Их кони преодолели трёхдневное расстояние за девятнадцать часов. На них было больно смотреть. В мыле и пене, спотыкаясь и подкашиваясь, они добрели до самого ближнего к Кандии посёлка. Он располагался таким образом, что было видно замковые стены. Коней они отдали хозяину таверны, в которой остановились. Это был маленький кругленький отвратительный типчик. Ребята настолько привыкли к радушному приёму открытых хозяев таверн, что этот их вначале и вовсе обескуражил. Но особо выбирать не приходилось. И поэтому, закутав с ног до головы Миру в плащ (как уже упоминалось, к девушкам здесь было особое отношение), они сняли комнату в этой таверне. Надо сказать, "теплее" приёма у них ещё не было.

-- Добрый вечер, хозяин. Мир тебе и твоему делу, - обратился один из друзей к нему.

-- Ну, чего вам?

-- Мы бы хотели стать вашими постояльцами, если бы вы великодушно согласились принять усталых путников у себя.

-- Мест нет, - коротко и неприятно ответил хозяин, повернулся и собрался уходить. И тут Анри не выдержал.

-- Эй ты, драгоценный! Повернись лицом, когда с тобой люди разговаривают, - хозяин не ожидал такого поворота. Он настороженно повернулся к ребятам и уставился на них. - Тебе прибыль нужна, или нет? Что это за обращение?

-- Комната на четверых стоит сто рынкарей, - по-прежнему насуплено ответил он.

-- Послушай, милок. Мы не местные, а поэтому просто предложили бы тебе... - с этими словами Винар вытащил небольшой осколок золота. Конечно, он был немногим меньше, чем предыдущий. Но хозяин-то этого не знал. Ребята наблюдали привычный эффект. Только тавернщик оказался тоже не так прост.

-- Этого, несомненно, будет мало, уважаемые, - ребята переглянулись. Один-один, но золота-то больше у них не было.

-- В таком случае, мы можем рассчитаться с вами нашими лошадьми.

-- Этими тремя клячами, которые едва дышат? Не смешите меня.

-- Ну что ж, мы поищем себе другой ночлег! - резко и зло развернулся Анри, и собрался было уходить. Никогда он не позволял себе говорить с людьми в таком тоне. Только сейчас он слишком устал, а тут ещё эта крыса. Видя, что большего он с ребят выжать не может, хозяин пошёл на попятную.

-- Подождите, что ж это вы так. Я же сказал, что этого мало, но мы что-нибудь придумаем для таких уважаемых господ, как вы, - презрительно хмыкнул он. Мира сжала кулаки, но сдерживала себя. Вот на втором этаже есть маленькая, но очень уютная комнатка на четверых. В ней останавливаются знатные вельможи, - поведал хозяин со странной еле заметной улыбкой. - Вы можете разместиться там до конца этой недели. А через час вы можете спуститься в общий зал на ужин.

-- Ну и порядочки, - шепнул Винар Мире, которая скрипела зубами от того, как с ними обращаются.

Ребята рассчитались с хозяином и поднялись наверх. Их комнатка находилась под самой крышей. Надо сказать, до конца здешней недели оставалось три дня, не считая этого. Прилично же они расплатились. Анри открыл дверь, и в лицо ребятам тхнуло запахом плесени и сырости. Комната была захламлена, на стенах висела паутина. Вокруг валялись какие-то тряпки и деревянные колоды. Единственная роскошь в этой комнатушке - камин. И то, он был в таком состоянии, что невольно вызывал подозрения о своей работоспособности.

-- Вот это да, - протянул Винар.

-- П...ц! - не выдержал Аслан.

-- Капец. Вот урод! Я представляю, какой нас ужин ждёт в общем зале, если это люкс на четверых, - ругалась Мира. Несмотря на то, что ребята могли приспособиться к любым условиям, спали на земле под открытым небом, но там и то чище было. Продолжая ругаться, Мира попыталась разгрести мусор. - Вот что, пока ещё не стемнело, прогуляйтесь по окрестностям, посмотрите настроение здешнего населения, понаблюдайте за замковыми архитектурными сооружениями. В конце концов, узнайте что-нибудь. А я пока здесь приберусь, - увидев возмущение в глазах ребят (понятное дело, они еле на ногах держатся. Им нужен тёплый ужин и горячая ванна), Мира решила пояснить. - У вас есть ещё один вариант - спать среди этого хлама, - и, чтобы ребята не согласились с последним (сейчас они были готовы даже на это), Мира добила их вескими аргументами, - но лучше убить сразу двух зайцев. Мне же выходить нельзя, значит, я убираю, вы разведываете обстановку. Ну, что вы смотрите? У нас мало времени. Решайте!

-- Пошли, - коротко и устало сказал Аслан. Ребята нехотя послушались друга. Им нужно было выручать Милу. Лишь этот пункт заставлял их идти дальше.

-- Всё. У вас есть час. Я буду вас ждать здесь.

-- Двери никому не открывай, - буркнул ей Винар. И ребята вышли из комнаты. Мира вздохнула, и принялась за уборку.

**********************************

Мила открыла глаза. В голове шумело, мир разлетался на куски. Она лежала на кровати в комнате. Кровать была большой и мягкой, вся в подушках и шелках. В ней вполне можно было утонуть. Но от этого становилось только хуже. Тело ломило, хотелось спать. Мила привыкла спать на твёрдом, а не на куче шёлкового хлама. Комната представляла собой ещё более интересное сооружение. Она была средних округлых размеров. Именно, что округлых, потому что углы стен были как-то сглажены, а само помещение представляло собой небольшой овал. Посредине стояла та самая кровать, на которой почивала девушка, впереди него находилось старинное резное трюмо. Кроме того, было ещё пару сундуков, кресло и красивая резная лавочка. Единственное окно открывалось наружу. Прямо напротив был камин. Самым главным украшением здесь служили ковры. Они были развешаны всюду: на стенах, лежали на полу, на лавочке, в общем, везде, где только можно и нельзя было представить. Из-за их разноцветной аляпистости начиналось сумбурное чувство головной боли, которая постепенно завоёвывала себе место по всему телу.

Мила с трудом выбралась из кровати. Где же она всё-таки? Что происходит? Где Аслан? Ребята? Вопросы были, но ответов пока Мила не находила. Жутко хотелось пить. Жажда досаждала, мешала думать. Мила побрела к выходу. Открыла двери. Никого. Девушка шла медленно, держась за стены, чтобы мир не качался в её глазах. Странно. Коридор был длинным, пустым, молчаливым и мрачным. А вокруг - никого. На стенах висят какие-то картины, на которых расплывается изображение. Мила схватилась за голову. Что это? Пустоту разрезал чей-то крик. Мила поспешила, насколько ей позволяло самочувствие.

Возле одной из дверей она столкнулась с симпатичной светловолосой девушкой. От удивления обе отпрыгнули в разные стороны.

-- Здоровья и долголетия, - поклонилась та.

-- И тебе долгих лет, - борясь с головной болью и удивлением, ответила Мила. - Я слышала чей-то крик.

-- Это кричала моя тётушка. Она больна. По-видимому, с ней снова случился приступ, но пока он не утихнет, к ней нельзя.

-- Как это? - удивилась Мила. - А если ей помочь нужно?

-- Она сама не разрешает.

-- А что с ней? Чем она больна?

-- Никто не знает. У неё начинаются припадки, она становится злой и раздражительной. Но никого к себе не пускает. Простите, я так и не представилась, меня зовут Арима. Я одна из прямых наследниц этого государства.

-- Меня зовут Мила. Извини за вопрос, но что это за государство? Где я нахожусь?

-- А ты не знаешь? - с удивлением спросила Арима. - Ты не здешняя?

-- Нет. Меня выкрали.

-- А, вот в чём дело! Ты находишься во дворце Кандии. Но тебе здесь не будет плохо. По государству вышел указ, о том, чтобы все девушки и молодые женщины находились при дворе. Это делается для их же безопасности. Дело в том, что Кандии грозит опасность. Нам угрожают войной с соседних государств. Они угрожают уничтожить всех женщин, чтобы наше королевство не имело потомства. Вот тётушка и решила обезопасить Кандию таким образом. Всем женщинам даётся кров, еда, приют. Тут хорошие условия. Они все в безопасности.

-- Но для чего было делать это таким образом? Зачем силой? - всё расплывалось, растекалось. Мила с трудом улавливала смысл слов Аримы. В горле всё пересохло, кружилась голова. Снова раздался крик, который потом перешёл в протяжный вой. Арима, или не обращала на это внимания, или удачно делала вид, что не обращает, поэтому Мила тоже решила лишний раз не паниковать.

-- Силой? Это, верно, стражники переусердствовали. Если вы покажете, мы обязательно их накажем.

-- Не надо никого наказывать. Я просто хочу уйти.

-- Нет. Это опасно. Особенно такой красивой девушке, как вы. Я думаю, это абсолютно исключено.

-- Но мне нужно! Я должна увидеть своих друзей, - последнюю фразу Мила почти пробормотала.

Снова крик. От запаха всё вокруг кружилось и растекалось. "Господи, как раскалывается голова!". Он словно разрезал барабанные перепонки. Мила почти ускользала. Арима пыталась ей что-то втолковать, затем обеспокоено что-то спрашивала, но девушка её уже не слушала.

-- Эй, кто-нибудь! Стража! - услышала Мила Ариму сквозь завесу пелены. Ноги подогнулись. Мила потеряла сознание. А в голове раскатисто и звучно кто-то кричал...

******************************

"Ты наша".

-- НЕТ!

"У тебя нет выбора. Ты призвана служить ЕМУ".

-- Нет, я не стану этого делать! - ответила девушка кому-то.

-- Да! Он мой господин! - блеснули её глаза.

"Ты наша".

Красивая темноволосая девушка схватилась за голову и с силой сжала её руками. Она разрывалась. Её тошнило. Голова шла кругом от шёпота. Или ей это всё кажется? Она металась по комнате, не находя себе места. Всё расплывалось, становилось серым. Ей вдруг стало очень холодно. Темноволосая красавица метнулась к зеркалу. Так и есть. Тёмные круги под глазами, воспалённый взгляд. На неё смотрела не она, а тень. Тело ломило.

"Наша", - звучало в голове всё сильнее.

"Ваша", - скривилось в ухмылке изображение в зеркале.

-- НЕТ! - вслух закричала девушка, - Нет, слышите, оставьте меня! Я не ваша, не сдамся! Что вам нужно?

-- Перестань. Это так хорошо. Тебе будет хорошо, - сказала тень.

"Творец, смилуйся" - взмолилась красавица. Она не понимала, что происходит. Её вдруг скрутило болью. Стало сложно дышать. Тошнота подкатила к горлу.

-- Нет! НЕТ. А! - девушка упала, боль застилала всё сознание. Её выгнуло дугой. Настойка. Она вдруг вспомнила про настойку странного врача. Девушка посмотрела на сосуд. Жидкости в нём осталось только на один глоток.

Когда с ней впервые за долгое время случился приступ, а это было два года назад, она собрала круг врачей. Никто не знал, что с ней. Все либо пожимали плечами, либо говорили умные фразы. Но вот реальной помощи от них было ждать бесполезно. Девушка совсем уж было отчаялась, но в один из вечеров коллоквиума к ней пригласили ещё одного доктора.

Он был невысокого роста, маленький, темноволосый, с хитроватым взглядом и чёрной бородкой. Врач лукаво посмотрел на свою пациентку, и сказал, что вылечить её не в силах, но помочь может. Чтобы она не отчаивалась, её время ещё не пришло. Тогда он дал ей три настойки. Белую, зелёную и красную. Белую сказал выпить на протяжении месяца, и как ни странно, приступы прекратились. Но не навсегда. Врач предупреждал об этом, и потом посоветовал пить зелёную. Он много говорил про какую-то отдачу, обещал. По его словам, красную настойку пациентка должна была пить, если уж совсем будет худо.

Ровно через год приступы повторились снова. Тогда она последовала совету странного врача, и приступила к зелёной. Эффект ей совсем не понравился. Она стала плохо спать, сильно поправилась, после принятия капель внутри всё жгло огнём. Едва, почувствовав, что приступы прекратились, девушка перестала принимать настойку, так и не закончив курс до конца. И спустя год всё повторилось опять. Лишь темноволосая красавица допила зелёную настойку, она почувствовала себя отлично. Кроме того, она просто на глазах стала молодеть. Из тридцатилетней женщины она превратилась в двадцатилетнюю красавицу. Девушка и думать забыла про последнюю настойку. Всё было просто отлично. Только приступы не прекратились. Более того, через какой-то промежуток времени они участились. Боли были просто адские. Красавица большую часть дня была готова лезть на стены. Она стала раздражительной и злой, постоянно хотелось спать. Её выводил из себя малейший пустяк. Она перестала любить свет. Он резал глаза, усиливал плохое самочувствие. Её всё раздражало. Девушка тряслась от лихорадки, теряла сознание. Лишь к вечеру всё утихало. Со всем этим можно было бороться, только вместе с болью к ней пришло ещё два несчастья - она стала всё забывать и постоянно слышала чей-то шёпот.

Однажды этот шёпот перешёл в настойчивое и навязчивое бормотание, а боль стала столь явной, что красавица готова была выть. Лекари лишь разводили руками. Красавица выгнала их всех до единого из города. Она уже не могла заснуть. У неё началась самая настоящая истерия. Она каталась по полу, кусала руки, но помочь себе не могла. Боль связывала, скручивала в тугой узел, мешала жить и дышать. Именно тогда красавица вспомнила последнюю настойку - красную.

Девушка нашла большую пыльную шкатулку, вынула драгоценное содержимое, в очередной раз скривилась от боли, и, открыв сосуд, сделала глоток. Жидкость оказалась необычной и ни на что не похожей. Вязкая, липкая, она медленно растекалась внутри. Боль не прошла, девушка просто забыла о ней, забыла обо всём, и всех... до первой луны. А точнее полнолуния...

За пять дней до него, всё начиналось снова. И каждый раз ей казалось, что сильнее. Но настойка всё убирала. Всё, кроме навязчивого шёпота, который просто сводил с ума.

"Ты наша, - слышалось со всех сторон. - Ты наша, - кричали стены. - Ты наша. НАША".

-- Не ваша, ЕГО! - ухмыльнулась красавица, показав длинные белоснежные зубы.

Сейчас она посмотрела на себя в зеркало, сделала последний глоток из сосуда. По телу разливалась нега. Боль мягко уходила, голова немного туманилась, по телу пробежал лёгкий озноб. БОЛЬ! Вспыхнула. Тело пронзили тысячи острых шпаг. В голове всё вспыхнуло, дыхание на миг остановилось.

-- НЕТ! - закричала темноволосая красавица, и потеряла сознание.

ГЛАВА

Чтобы оскорбить человека - много ума не надо, но разве велика честь быть

победителем глупца?

Ребята вышли из таверны недовольными. Этому способствовало слишком много причин. Первое, они так и не отдохнули. Второе, было не известно, что с Милой. Третье, это место никому из них не нравилось. И, наконец, четвёртое, была просто плохая погода. Дождь лить не прекращал, а им предстояло ознакамливаться со здешней обстановкой. На подвиги сегодня не тянуло, а посему ребята просто решили пройтись по здешним злачным местам.

Надо признать, первое впечатление было отталкивающим. Всё вокруг было пропитано недовольством и злобой. Недоверчивые взгляды, ехидные ухмылки. Каждый так и норовил нарваться на драку. Похоже, местное население не очень любит незнакомцев. Ребята изрядно продрогли и решили заскочить в ближайшую таверну. Как ни говори, а там всегда можно ознакомиться с новостями.

Не успели они и пива выпить, как в таверну буквально ввалилось несколько человек. Их плащи были запыленными, сапоги испачканы в болоте. Ребята сделали вывод, что они тоже приезжие. Местные покосились, но не продолжили попыток к знакомству. А компания стала размещаться как раз позади друзей.

Как только приезжие сняли плащи, ребята поняли, что первое впечатление бывает ошибочным, так как с виду незнакомцы на зажиточных людей не походили. Но, как говорят, по дорожной одежде не судят. Все четверо, а их вошло именно столько, были с ног до головы в мехах, дорогой одежде и драгоценных камнях. Они заказали пива и стали обсуждать... А вот тут началось самое интересное.

-- Ну что, как вам здешние места? - задал вопрос первый из четвёрки.

-- Немного мрачно, холодно и хмуро, а так ничего, - сказал низенький темноволосый юноша.

-- Это всё не важно. Завтра утром получим дорожные пропуска в замок, а там останется дело за малым: пройти отборочные конкурсы. Даже, если они трудные, то принцесса в наших руках, - сказал высокий молодой человек с серьёзными глазами и слегка вьющимися волосами, стянутыми на затылке в хвост.

-- Ага, а там уже и порядки свои заведёшь. Но это в том случае, если она такая красивая, как говорят, - добавил последний участник разговора. Его слегка хитроватое лицо напоминало мордочку лисёнка.

-- Говорят, что красивая, - сказал коротышка, как его про себя окрестили ребята.

-- Ага, а ещё говорят, что её тётушка выглядит моложе её самой.

-- Так может дело в тётушке, а не в ней.

-- Ладно. Когда ты должен забрать пропуска?

-- Как только проверят соответствие наших доходов. Думаю, что завтра. Проблем возникнуть не должно.

-- Я тоже на это надеюсь. И всё же здесь порядочки!

-- Интересно, стоит ли этого принцесса?

-- Этот вопрос интересует не только тебя.

-- А может, она себе цену набивает?

-- Но надо признать, цена-то немалая. Некоторые расплачиваются жизнью. А принцесса с тётушкой всё окружают себя стражей. Так что без этой самой бумажки в замок ходу нет.

-- Ладно, не будем о грустном. Это было до того, как здесь появились мы. Теперь всё будет по-другому.

"Надо же, какие мы самоуверенные", - подумал про себя Винар. Тем временем, час, выделенный для ребят Мирой, плавно истекал. Да и разговор четвёрки начал сводиться к их (как показалось ребятам) мнимому могуществу. Вскоре друзьям надоело слушать выхваливание незнакомцев. Тем паче, что оснований кричать об этом на всю таверну они не видели. Поэтому они собрались, и пошли обратно. Мира небось уже справилась с уборкой и ждала их.

Итак, ребята узнали, что без какого-то особого пропуска в замок не попадёшь. Кроме того, замок и принцесса хорошо охранялись. Жаль, что насчёт девушек разговора не было. Зачем же их всё-таки собирают в замке? Куда они пропадают после этого? Друзья обсуждали эти вопросы по дороге. Когда они зашли в комнатушку, то не поверили своим глазам. Вокруг всё как будто изменилось, и даже посветлело. Мира постаралась на славу.

Ребята сообщили ей об этом. Мира улыбнулась. Похвала, особенно заслуженная - вещь очень приятная. Дальше друзья уселись возле камина, который зажёг Анри, и спокойно пересказали подруге услышанное. Только вот к какому-либо выводу они прийти не могли.

*****************************

-- Послушайте, может кто-нибудь принесёт мне поесть? Я же не могу выйти и постоянно сидеть закутанная, как мумия. По крайней мере, это будет выглядеть странно! - оправдывалась Мира перед ребятами. До ужина ещё оставалось время. Но не так много, как хотелось бы. Опаздывать здесь было не принято. Во всяком случае, после такого гостеприимства рисковать ужином (хотя бы для ребят) не стоило.

-- Придётся тебе сидеть голодной, - наигранно развёл руками Винар. - Не будем же мы всем рисковать из-за какой-то еды.

-- Но я хочу кушать, - точно также подыграла ему Мира, просительно водя перед собой ножкой.

-- А шо поробиш. Ты думала, что в сказку попала? Не-е-е, ты в жизнь вляпалась.

-- Ага, и, похоже, что по самые уши, - насупившись, незлобно пробормотала подруга. - Ладно, идите. Буду вас ждать тут, - конечно, ребята что-нибудь придумают. В этом она ни на миг не сомневалась. Но сидеть ещё два часа голодной, как перспектива, её совсем не устраивала. Однако выхода не было.

-- Ну почему же, - неожиданно сказал Аслан, который до сих пор сидел молча. - Выход есть всегда.

-- Ты о чём? - не поняли друзья.

-- Я о том, что вам пора спускаться. Сейчас что-нибудь придумаю для Миры, и мы придем следом.

-- Как это "спустимся"? Что ты имеешь в виду?

-- Увидите. Только не прыгайте до потолка и не удивляйтесь. Короче, ведите себя обыденно, - Аслан что-то надумал, это было очевидным. Винару было очень интересно, он собрался было задать пару вопросов, но друг потянул его за собой.

-- Ладно, пошли. Не задерживайтесь.

Едва за ребятами закрылась дверь, Мира немного смущённо посмотрела на Аслана. Тот сидел в кресле у полуразвалившегося камина, и внимательно смотрел на неё.

-- Что? Что ты надумал? Если будешь бить, только не по лицу, - пошутила и улыбнулась Мира.

-- Я для тебя кандидатуру выбираю. Не мешай.

-- Какую кандидатуру? - не поняла Мира.

-- Обыкновенную. Человека, который бы приближенно подходил к твоему росту, цвету волос, фигуре.

-- Зачем тебе? Что ты собираешься делать?

-- Хочу набросить на тебя Паранжу.

-- Вот это да! Ты умеешь? Я об этом только читала, - совершенно искренне приятно изумилась Мира. Аслан улыбнулся.

-- Ну, особенно обширной практики я не проходил. Но теории немного обучался. Подойди ближе. Присядь, - Мира присела у ног Аслана.

-- О, я у твоих ног, - пробормотала она, подмигивая другу, но он на это никак не отреагировал, относясь со всей серьёзностью к делу.

-- Приготовься. Сейчас наброшу на тебя заклинание. Ты будешь чувствовать себя как обычно. Но окружающие не будут видеть в тебе девушки. Они будут реагировать на тебя, как на парня. Закрой глаза...

Мира, улыбаясь, закрыла глаза. Всё-таки это было необычно, немного нелепо (она парень?!) и ужасно интересно! Аслан сосредоточился, взял лицо Миры в свои руки. Она немного неловко себя почувствовала. Он закрыл глаза. Мира тоже сидела с закрытыми глазами. Поэтому никто из них не видел, как загорелась фибула, приколотая к одежде Аслана. А ей в тон ответил амулет, висевший на шее Миры.

Аслан вспоминал друзей и знакомых, лица и повадки, тон и тембр голоса, структуры и фигуры. Наконец, подыскав нужный образ, он открыл глаза.

-- Всё, можешь открывать глаза, - Мира открыла. Ей на минуту показалось, что это был розыгрыш. Что сейчас в комнату ворвутся ребята с криками, что это всё шутка. Но по уставшему, серьёзному, и всё-таки довольному лицу друга она поняла, что на шутку это не смахивает.

-- Ну и? На кого я похожа?

-- На всех почуть-чуть. Я так и не смог определиться с конкретным человеком, и поэтому вывел свой образ. Это вышло немного спонтанно. Конечно, это всё туфта. Любой маломальский разбирающийся человек в колдовстве, заметит подмену. У нас мало времени. Но будем надеяться, что здесь таких нет. И всё же постарайся поесть побыстрее.

Получив инструктаж, Мира кивнула, и друзья вышли из комнаты.

*****************************

Винар и Анри томились в ожидании. Стол был накрыт, но есть они не спешили. Посетителей было много. Все - мужчины средних лет.

"Странно, ни одной девушки, ни одной женщины, три бабки на всё село. Да и те так выглядят..." - вспоминал и задавался вопросами Винар. Анри скучно ковырял ложкой в тарелке с каким-то абсолютно подозрительным супом. На них никто не обращал внимания. Зато друзья просто застыли в том положении, в каком сидели, когда увидали Аслана и... какого-то светловолосого щупловатого юношу.

Когда те подошли поближе, ребята всё ещё не пришли в себя.

-- А... Мира? - полувопросительно, полуутвердительно сказал Анри. Парень кивнул головой.

-- Ну и ну, - только и смог выдавить из себя Винар. Все застыли в неловком молчании. Всё же это походило на розыгрыш.

-- Ну, что? Так и будем пялиться на меня, или всё-таки поужинаем? - немного раздражённо спросил парень.

-- Садись и ешь, - коротко и ясно предложил Винар. Мира пришла к выводу, что в облике девушки, её воспринимают лучше. Но выбирать не приходилось. Голод брал своё. Поэтому она выбрала единственное правильное решение - принялась за еду. Как Аслан ни старался разрядить обстановку, разговор всё равно не клеился.

-- А вам не кажется, что нас могут неправильно понять. Ну, что мы слегка не той ориентации, - усмехнулся Винар. - Всё-таки четыре мужика в номере, это интересно.

-- Ой, мужики, - совсем по-женски отмахнулся светловолосый парень, и тут же продолжил, - можно подумать.

-- Ну, мы-то хоть куда ни шло. А вот по твоим повадкам сейчас такого совсем не скажешь, - имитируя печаль, развёл руками друг. Остальные продолжали методично жевать, следя за дружеской перебранкой.

-- А такой я тебе совсем не нравлюсь, дорогой? - строя глазки, улыбнулся светловолосый парнишка.

-- Ты уж извини, я не по этой части. Вот снимешь этот маскарад, поговорим, - пообещал Винар.

Мира не успела ответить. В таверну ввалилась городская стража. Шесть воинов (хотя воинами назвать их язык не поворачивался) в зелёной форме, шумно смеясь и переговариваясь, проследовали к хозяину. Мире стало немного неприятно и обидно, после того, как тот расплылся перед ними в широченной подобострастной улыбке. Хотя, немного присмотревшись, она поняла, что эта улыбка скорее была вынужденной, нежели вежливой. Интересно, чем же местное население так запугали? Стража заказала пива, и принялась громко обсуждать завтрашний отбор.

-- Думаете, много завтра будет претендентов?

-- Этих мохнокрылых петухов? Как обычно. Придёт много, а никому не повезёт.

-- Послушайте, тут у меня одна халтурка подоспела, - один из стражей воровато огляделся. Убедившись, что за ними никто не следит и внимания на них не обращают (откуда же ему знать, что за ними не смотрели, их внимательно слушали), он достал два бумажных свитка.

-- Что это?

-- А это и есть те самые бумаги, которые выдают каждому претенденту на руку красавицы Аримы, как пропуск! - торжественно сообщил тот. Глаза у его собутыльников загорелись.

-- Да ну?

-- Точно вам говорю. Меня попросили передать их двум Иношорстным вельможам.

-- И ты будешь помогать им? - покосился на него один из товарищей.

-- А почему бы и нет, если платят хорошо - весело воскликнул другой. Компания дружно заржала.

-- За это надо выпить. Хозяин, пива и чего-то покрепче! - закричал усатый страж.

Ребята продолжали трапезничать. Они были достаточно голодны, но кусок в горло не лез. Мира в облике светлого щупловатого парнишки невесело ковырялась деревянной ложкой в тарелке. Её мысли были о Миле.

"Как она сейчас? Что с ней? Как её вызволить? Говорят, замок хорошо охраняется. Да и глаза всем отвести не удастся. Остаётся только ждать". Она задумчиво уставилась в одну точку. Раз за разом, поднося похлёбку ко рту, она не чувствовала вкуса. Из этого ступора её вывело чьё-то злобное замечание.

-- Эй, ты! Чего надо? Чего зенки вытаращил? Жить надоело?

Мира осмысленно посмотрела на говорившего. Оказывается, раздумывая, она не заметила, как уставилась в одну точку. Этой самой точкой оказался один из стражников, который сейчас злобно и вызывающе смотрел на неё. Стало немного неприятно. Она даже не слушала его. И без того на душе гадко, так ещё и он. Но хорохориться не стоило, поэтому она просто отвела глаза в сторону. Но на изрядно выпившего стражника это не произвело впечатления.

-- То-то же. Нечего пялиться, куда не следует! - это уже было варняканье пьяного человека.

-- Да что ты хочешь от этого сопляка?! - поддержал товарища ещё один стражник.

Мира начинала медленно закипать. Она успокаивала себя лишь тем, что на пьяных и больных внимание тратить не стоит. Но эти самые "больные" никак не хотели успокаиваться. Мира устойчиво не поддавалась на провокацию, продолжая отмораживаться. Час от часу не легче. Внезапно кто-то её легонько дёрнул за рукав.

-- Они тебе надоели? Хочешь, мы им рты закроем? - спокойно предложил Винар, который всё это время тихонько наблюдал за происходящим.

-- Да нет. Зачем на больных время тратить? - сказала она в сердцах. По-видимому, это прозвучало немного громко, так как за соседним столом (где сидели стражники) на это отреагировали весьма агрессивно.

-- Что ты там прочирикал, сопляк?

-- Послушайте, оставьте е...го в покое, - немного устало произнёс Анри. Ему не очень нравилось, что на них стали наезжать. Причём не из-за чего. До того, как стражник обратился к Мире, Анри, раздумывая, просто забыл об их присутствии.

-- А ты кто ему? Брат, отец, наставник, дедушка? Или это твоя девочка? - после этих слов стражники заржали (если бы они знали, что наполовину правы). - Чего вмешиваешься? - обратился усатый. Его глаза были мутными, лицо раскраснелось. Мира заметила, что Анри его тон совсем не понравился. Он уже было раскрыл рот, чтобы пояснить, как подобает себя вести, как...

-- Не надо, Анри. Ребята, я лучше пойду. Что с них возьмёшь? Допивайте пиво, и поднимайтесь. Только не слушайте их. Ладно? - получив в знак согласия кивок, Мира отодвинула табурет, и пошла по направлению к лестнице. Но дойти до него она не успела. Внезапно перед ней возникло тело одного из изрядно пьяных воинов. От него несло перегаром.

-- Куда это ты собрался, гадёныш? Отвечай, когда тебе старшие говорят! - Мира посмотрела вокруг. Злобные взгляды, нахальные лица. Похоже, за неё никто заступаться и не думает. Напротив, всем только интересно, чем это закончится.

Сердце сильно стукнуло, и остановилось.

"Что происходит? Что это?". Оно замерло. Страха не было тоже. Зато по телу начало разливаться чувство уверенности в собственных силах. Это было немного странное ощущение. Притом, что предпринимать она пока ничего не собиралась.

А вот со стороны всё выглядело совсем иначе. Молодой светловолосый парнишка стоял перед подвыпившим стражником, молча глядя ему в глаза. Стражник немного протрезвел от этого взгляда. Спокойные серые глаза заставляли задуматься.

-- Пропусти, - твёрдо сказал парнишка воину и сделал шаг в сторону лестницы. Пройти мимо, не задев стражника, было абсолютно невозможно. Поэтому Мира, протискиваясь, нехотя задела его плечом. Это подействовало на того абсолютно непонятно.

-- Ах ты, маленькая дрянь! - замахнулся на неё стражник. Он непременно бы нанёс ощутимый удар, если бы его не перехватила чья-то рука. Слегка обалдевший стражник развернулся. На него спокойно смотрел Аслан. Слишком спокойно. Мира знала этот взгляд. Стражник совершенно не догадывался, что именно это спокойствие не принесёт ему ничего хорошего. Аслан медленно покачал головой, всё сильнее и сильнее сжимая руку задире.

-- Пропусти его.

-- Да, кто ты такой, чтобы указывать мне, главному стражнику дворцовых ворот!

-- Ничего. При таком поведении на твоё место скоро будут подыскивать новую кандидатуру, - раздался немного язвительный голос Винара. Ребята уже подходили к Аслану. Мира чувствовала нарастающее напряжение. Похоже, миром разойтись не удастся.

-- Оставь в покое, иначе останешься без руки, - "убеждал" Аслан. Стражник уже медленно корчился у его ног.

"Блин! У всех, как у людей, а у нас, как обычно!", - раздражённо подумал Анри.

"Тебе лучше подняться наверх", - услышала Мира мысленный голос Аслана. Но не сдвинулась с места. Что должно было произойти. На неё напал какой-то столбняк. Это было очень странное ощущение. Звуки и очертания стали немного смазываться, расплываться. Мира закрыла глаза. Она не видела начавшейся драки и перекошенных от злобы лиц, позже не смогла бы рассказать, из-за чего всё началось, не могла заметить, как ребят окружили подоспевшие воины. И, наконец, она не смогла бы объяснить природу невесть откуда взявшихся силы и ощущений.

Винар, Анри и Аслан неожиданно застыли. По телу начал расплываться холодок. Вокруг всё менялось. Ребята почувствовали чужую силу, но выявить первоисточник не было времени. Лица людей в одно мгновение стали перекошенными от злобы масками, они начали набрасываться друг на друга.

Мира стояла с закрытыми глазами, вокруг дрались люди. Как ни странно, её никто не задевал. Вот сзади на Аслана набросилось сразу двое воинов, но он струсил их, как медведь шавок. На Винара тоже налетело несколько. Причём действовали они довольно умело, так как тот отбивался молча. Анри с каждой минутой разогревался всё сильнее. Он устал, и поэтому был очень зол. Настолько зол, что внезапно одежда на одном из воинов в миг вспыхнула. Это было ещё более странно, но никто не обратил на это никакого внимания, люди были взбешены. Глаза просто вылезали из орбит. Ребята начали понимать, что дело пахнет жареным. Потому как двое стражников, которые ещё недавно пили вместе, внезапно сцепились между собой.

Мира стояла с закрытыми глазами. Что-то происходило. Но что? Она прислушивалась к себе, но поняла, что дело совсем не в ней. И тогда она посмотрела на окружающих внутренним зрением, как когда-то её учила Калерия (учитель Сикионы). То, что она увидела, её повергло в ужас.

В каждую (обычно зеленоватую) ауру эмоций людей впивался красный луч. Такой же она увидела и у Анри. Ауры Винара и Аслана были разноцветными, что свидетельствовало о крайнем недоразумении. Это была инородная сила, чья-то чужая воля. Это был фактор, вызывающий в людях всё плохое и негативное. За считанные секунды поднималась буря эмоций, направленных под чьё-то злое начало. А вместе с эмоциями вытягивалась и жизненная сила...

Амулет Миры засверкал. По камню пошли блики. Мира мысленно потянулась к красным лучам, собирая их в один. С каждым собранным лучом, в таверне успокаивалась и драка. Девушке не удавалось выдернуть красный луч так, чтобы не задеть структуру эмоций. Мира мысленно крепко зажала в руке пучок красных игл... и открыла глаза.

Она стояла в центре таверны, с силой сжав кулаки. Вокруг неё полукругом выстроились люди. Некоторые со стоном оседали на землю, кто-то схватился за сердце. Ребята стояли, недоумевая. Амулет Миры переливался, сверкая бликами. Мира ещё раз сосредоточилась и... послала иглы обратно к хозяину.

От потраченной силы и энергии у неё немного помутнело в глазах. Она пошатнулась. Всё ничего. Все люди рассаживались по местам, как будто ничего и не произошло. Все, кроме ребят, Миры и... стражников. Похоже, на них происходящее никак не отразилось.

-- Мы вас арестуем! Тебя - первого, - грозно, как ему показалось, проговорил один из стражи, указывая на Аслана.

-- Да вы чё! Я просто начинаю трястись от страха! - зло и раздражённо ответил Винар. Ему это нахальство тоже стало порядком надоедать.

-- Послушайте, оставьте нас в покое. И мы вас не тронем, - устало и сдержнно предложил Аслан. Он единственный оставался спокойным.

-- Что? Да мы вас сейчас... - "пообещал" усатый. Похоже, хмель с него ещё не сошёл. Да и дурости не поубавилось, потому как он, и его дружки кинулись с оружием на ребят. Тем ничего не оставалось, как ответить. Только дело было в том, что они их настолько разозлили, что, разоружив их в считанные секунды двумя-тремя выпадами, друзья с улюлюканьем выгнали так и не протрезвевших наглецов. Причём усатому Винар умудрился отвесить изрядный пинок.

-- П...ц, никакого покоя. Поели. Пошли наверх, - махнул рукой Анри. Вечер был основательно испорчен.

Ребята начали подниматься. Настроение у всех было ниже нуля. Едва ребята зашли в комнату, Мира рассказала про ауры людей и свои ощущения. Но прийти к какому-либо выводу ребята так и не смогли. Они были уставшие, злые и расстроенные.

-- Ладно, давайте ложиться спать. Завтра пойдём на этот грёбаный конкурс, освободим Милу и подальше с этого дурдома "Солнышко"! - сделал умозаключение Винар.

-- Мне вот интересно, как ты собираешься на него пойти и пройти? Ты решил наколдовать пропуск? - рявкнул разозлённый Анри. В принципе, это было возможно. Но! Как всегда, существовало своё "но". Наколдовать, то есть создать иллюзию, было можно только в том случае, если колдующий знал вещь. Знал её приметы и то, как она выглядит. Как выглядел пропуск, ребята точно не знали.

-- Почему наколдовать? А это что? - с этими словами Винар вытянул из-за пазухи два слегка помятых свитка. Оказалось, он сумел утянуть их у одного из стражников во время перепалки. Он единственный внимательно, так сказать от нечего делать, прислушивался к разговору наглецов.

-- Ну, красавец. Ты просто умничка! - похвалила его Мира после того, как Аслан снял Паранжу. Но их всего два.

-- Значит, пойдут двое. А двое останутся тут. На тебя можно снова одеть Паранжу, - разъяснил Анри.

-- Да. Хотя, тебе так значительно лучше. Впрочем, если к тебе в образе парня цепляются, что бы было, если бы ты была без Паранжи?

Мира вяло улыбнулась комплименту. Она немного переживала, чтобы не появились ещё какие-нибудь стражники. Но очень устала, чтобы предпринимать какие-либо действия. Ребята были тоже не в лучшем состоянии. Осмотрев бумаги со всех сторон, и, пробормотав друг другу пожелания спокойной ночи, они провалились в сон.

****************************

Горели свечи. Их мягкий зловещий свет заполнял комнату. Едва слышный запах чего-то витал вокруг алтаря. Тёрпкий аромат заставлял делать, а не думать. Алтарь покрывала белая ткань, на которой лежала обнажённая рыжеволосая девушка. Она была без сознания. Над ней стояла другая, очень красивая. В руке она держала изогнутый нож.

-- Суаэтби кромах. Мой господин, прими эту жертву от нас в знак нашей верности тебе, - с этими словами она с силой вонзила нож в девушку по самую рукоятку. Раздался дикий крик, и рыжеволосая замолкла навсегда. Кровь вязко стекала на алтарь, а с него прямо в чаши, которые стояли у его подножия. Их было шесть.

Красивая девушка с ножом казалась сейчас вестником смерти. Она сделала два шага назад и встала прямо посередине начерченной на полу пентаграммы. Вокруг в равном порядке выстроились её помощницы в красных балахонах. Все они чего-то ждали.

Раздался звук колокола. Если днём он напоминал о небесной силе, то в полночь его звон созывал демонов. Девушка повернулась лицом на восток и рукой в воздухе начертила правильный крест с равными сторонами, окружённый кругом, вызывая видение горящего символа с излучением красного цвета.

-- Кольпризниана Аффина Альта нестера фуаро менут. Я вызываю тебя, хозяин. Ты, - махнула она рукой в сторону умершей, - будешь пищей для моего господина!

С этими словами она снова начертила в воздухе символ перекрещенного круга. Некоторые ведьмы, склонные к алхимии, утверждали, что это сокращённая версия алхимического креста розы. Однако в данном случае это был символ смерти, подобный черепу и костям на флаге у пиратов. Именно этот символ часто использовался в некромантии.

Сила бушевала вокруг. Она куполом накрыла город, впивалась в сознание людей, заставляя совершать их негодные поступки. Сила Зла сливалась с эмоциями, образуя помутнение разума и забирая крохи сознания. В эту ночь многие не встали со своих постелей.

-- Дух. Ты можешь теперь приблизиться к воротам Запада, чтобы мой господин увидел нашу веру в него. Баральд! Бероальд! Балбин! Габ! Габор! Агаба! Восстань, я заклинаю тебя и повелеваю тобой во имя Повелителя! - на теле рыжеволосой медленно исчезали следы порезов. Раны затягивались на глазах...

По залу пронёсся чей-то всхлип... Это было похоже на чей-то шёпот. В лицо красавице с изогнутым ритуальным ножом повеяло невесть откуда взявшимся ветром. От него погасла часть свечей.

-- Именем тайн бездны! Пламенем общины! Силой запада! Молчанием ночи! Я заклинаю тебя, стань слугой Господина! Предстань предо мной!

Тело мертвой девушки выгнулось дугой. Её веки резко открылись, но вместо глаз была белая пустота. Она немного неуклюже встала с ритуального стола.

-- Аллай фортиссион, фортиссио аллинссен Роа! - произнесла девушка, взяв чашу с кровью. Поднеся её сначала ко лбу, она сделала большой глоток, смочила палец и нарисовала на лбу рыжеволосой витиеватый знак. Помощницы проделали тоже самое. Рыжеволосая преклонила перед ней колени, и взяла чашу с её рук, чтобы закончить ритуал...

В эту самую минуту в обоих был нанесён удар ошеломляющей силы. Всё, что было направлено в разные уголки округи, вернулось к своему хозяину. Между девушками прошло напряжение. Оба тела пронзили молнии. Вспыхнуло небо, комнату озарило светом и обеих отнесло в противоположные стороны.

-- НЕТ! ХОЗЯИН!

Красавица с натугой оторвала голову от пола. Вокруг были разбросаны свечи, предметы и люди. Всё вокруг расплывалось. Тела двух помощниц были местами просто обуглены, ещё одна получила тяжёлый ожог, последняя была просто без сознания. А тело мёртвой рыжеволосой девушки было исполосовано и окровавлено. Голова шла кругом, в горле стоял ком. Красавица потеряла сознание.

*****************************

Аманда открыла красивые глаза.

"Что произошло?".

-- Госпожа, - услышала она шёпот верной служанки.

Боль ушла. Но голова была пустой. Ощущений не было совсем. Только болели мышцы. Госпожа с трудом подняла голову, чтобы осмотреться вокруг.

Было достаточно темно. Она лежала на твёрдом и холодном каменном полу. Вокруг стояли расплавленные и потушенные свечи. Напротив был каменный алтарь. Аманда услышала запах чего-то. До боли знакомого и приятного. Это был не аромат, но он кружил голову, манил.

"Как приятно пахнет. Что это?".

Она встала с пола и подошла ближе к алтарю. С каждым шагом запах слышался всё отчётливей. Рот Аманды наполнился слюной. Так хотелось попробовать... Но, когда она подошла ближе, то...

-- Нет! Творец, за что? Снова? Я не хочу!

Алтарь был залит кровью. Внизу лежало исполосованное тело молодой и красивой рыжеволосой девушки.

Аманда упала на колени и схватилась за голову руками. Что её вело? Что ей нравилось? Что она хотела попробовать?

ЧУЖОЙ КРОВИ?

Аманда рыдала.

-- НЕ ХОЧУ!

-- Не надо, госпожа, - шептала ей темноволосая служанка, опустившись перед ней на колени и бережно прижав к себе. - Не надо кричать, не надо бояться. Тихо.

Госпожа билась в истерике. Её вопль снова наполнил стены замка. Они привыкли, впитывая его с детства. С того самого момента, как на свет появилась маленькая и красивая девочка с небольшой патологией. Маленькими, острыми, белыми зубками. Все придворные колдуны говорили о плохом предзнаменовании. Когда мать увидела ребёнка, она повесилась. Отец покончил с собой через три года, когда увидел, как его трёхлетняя дочь, оторвав голубю голову, пьёт его кровь.

Аманда осталась жить с тётей и дядей. Они показывали её разным лекарям в строжайшей секретности, пытались вылечить. Один лекарь посоветовал ограничивать её в желаниях, следить за тем, чтобы она не брала и капли крови в рот. Даже если порежет палец. И с этих самых пор за девочкой был усиленный контроль, который смотрел за ней и днём, и ночью. Это помогло. Помогло вплоть до двадцати восьми лет. Пока на охоте Аманда не поранила ножом руку, и не смочила рану собственной слюной. Именно в этот день погибли и тётя, и дядя. Их разодрал какой-то голодный монстр. Его искали, но так и не нашли...

Аманда впала в депрессию, у неё начались припадки. Но государство нуждалось в правителе, а принц Рамюэль был ещё мал. Так Аманда стала регентом Кандии. Приступы не прекращались. В строжайшей секретности был созван коллоквиум врачей. Началось обсуждение. Никто не знал, как помочь. Пока не поднялся темноволосый маленький мужичок с островатой чёрной бородкой и хитрыми глазами. Он дал ей три настойки. Это снова помогло. Но с этой самой минуты Аманда не помнила, что делала, где была, и кого видела. В их замке стали происходить странные вещи. Стали исчезать люди. В округе то и дело находили истерзанных девушек. В государстве стали поговаривать о ведьмах.

Аманда узнала, что издала указ о привселюдном сожжении девушек, которых обвиняли в Тёмной магии. Но она этого не помнила! Она совершенно не помнила, как подписывала бумагу! Отменить приказ можно было только по истечении семи месяцев. Да ещё и Рамюэль. Как-то вечером он ввалился к ней в комнату, обвинив её в Тёмном колдовстве и убийстве одной из служанок. Её, собственную тётушку! Она спросила, не болен ли он. С этого самого момента он старался подловить её на какой-то мелочи, упрекнуть по малейшему поводу, а ещё немного погодя даже организовал покушение. Аманда очень расстроилась. Она искренне любила племянника и племянницу, но была вынуждена отослать Рамюэля. Ариме её решение, конечно, не понравилось, но она привыкла к хорошим условиям, поэтому осталась в замке. Аманде всё чаще становилось плохо. Шёпот донимал до колик в голове. Она ходила подавленная и угрюмая.

Одним прекрасным утром прискакал гонец с приграничья и сообщил, что объявлен военный режим. Глава соседнего государства хочет заключить какой-то договор, в противном случае, он пойдёт войной. Аманда отдала соответствующие распоряжения. Но утром она узнала, что помимо всех приказов отдала ещё один - собрать всех девушек в городских стенах, дабы обеспечить их безопасность. Этого она тоже не помнила. Творилось что-то и вовсе непонятное. Убитых и растерзанных становилось всё больше.

Однажды Аманда очнулась в одной из дворцовых комнат. У её ног лежало тело ещё совсем маленькой девочки, а в руках был большой изогнутый нож. Тогда она поняла, почему пропадают люди.

И вот снова...

*****************************

Утром ребят разбудили крики и беготня по лестнице. К ним в комнату ворвалось несколько стражников. Только их тоже ждал сюрприз.

Анри снился пышный обед. Он сидел за длиннющим столом и рассматривал блюда. А чего там только не было! И жареные перепёлки, и рыба всевозможных видов, овощи на выбор. Посередине стола на огромном серебряном блюде лежал жареный кабанчик. Анри почему-то был уверен, что он нафарширован. Дальше шли блинчики с икрой. Солонина. По краям стола он с радостью отметил любимый крабовый салат. Но задумываться, что он здесь делает, времени не было. Пора было кушать. Анри взял большую деревянную ложку, и уже было поднёс ко рту, как внезапно двери в зал распахнулись, и он увидел входящих полуобнажённых девушек. Анри обомлел. Они продолжали с улыбками вносить яства. Красивая пышнотелая чертовка, подмигивая, поднесла ему водки. Нет, это не сон, это мечта!

Анри с удовольствием закусил солёным огурчиком, и, наблюдая за начавшимися развлечениями, принялся за трапезу.

Внезапно его что-то дёрнуло. Анри встал из-за стола, и подошёл к окну.

По пыльной дороге спешили вооружённые всадники.

"Два, три... восемь", - насчитал Анри, и понял, что это по его душу и пора что-то предпринимать. Он направился к выходу, но девушки с умаляющими взглядами заслонили ему дорогу и никак не хотели выпускать. Анри вправо, они тоже. Анри влево, они туда же. Королева снов не хотела отпускать его из своего царства. Наконец, ему удалось выскочить из комнаты. И едва он открыл дверь...

-- Винар, Аслан, Мира! Скорее, за нами погоня! Сейчас они будут здесь! - открыв глаза, прокричал Анри. Он вскочил и начал спешно одеваться. Что бы сделали вы, если бы ваш друг вскочил спросоня и начал кричать, что за вами погоня? Мира бы, например, сказала, что он ненормальный, повернулась на другой бок и спокойно легла бы спать дальше. Но так было до того, как они попали в Сикиону.

-- Сколько их? - уже одеваясь, спросил Аслан.

-- Восемь.

-- Вчерашние стражники? - осведомилась Мира. Анри согласно кивнул. Меньше чем за сорок пять секунд ребята оделись и собрали вещи.

К ним в комнату ворвалось несколько воинов. Только их тоже ждал сюрприз. Уже готовые к бою три молодых человека, и... девушка. Не знаю, что больше удивило стражников: присутствие Миры в здешней таверне, или то, что их уже ждали. Но они, словно вросли в землю.

-- Винар, - еле слышно прошептала Мира, - нам не нужна драка. Открывай дорогу к Тропам.

-- Зачем? Сейчас мы их немного проучим.

-- Вы двое, - тем временем, не обратив внимания на перешёптывания, сказал стражник и ужасным немытым пальцем указал в сторону Аслана и Миры. - Вы пойдёте с нами.

-- Никуда они не...

"Мира, я пойду с ними, а вы бегите".

"Что? Зачем?".

"Это мой шанс попасть во дворец".

"Конечно! Мы самые смелые! Нам сестру выручать надо. А мне, Анри и Винару, значит, всё равно? Нам, значит, наплевать, что с подругой?! Я никуда не пойду! Если и хочешь попасть в лапы стражникам, то мы пойдём все вместе. Я смогу обмануть их бдительность, а ты - обезоружить. А ребята зайдут по пропускам. НУ?!".

"Хорошо, - нехотя согласился Аслан, зная упрямство Миры. Если решила, сделает себе хуже, но пойдёт до конца. Да и времени на размышление уже не оставалось. Впрочем, возможно, ему удастся уговорить Миру не идти с ним, - но там может быть опасно".

"Да, ты что! А до этого мы, что в игрушки играли? - продолжала возмущаться Мира. - Ребятам скажи". Аслан мысленно передал ребятам их решение. Они особо не распылялись (кроме того, что Анри назвал их идиотами, а Винар и того похлеще), коротко согласившись: "Давайте!".

-- Мы никуда не пойдём, - начала играть Мира, чтобы их молчание не выглядело подозрительным. - По какому праву вы вламываетесь к нам? - Ей уже не было страшно. Был план. Осталось дело за малым, воплотить его в жизнь.

-- Что касается вас, госпожа, то вы должны находиться в замке для вашей же безопасности.

"Надо же, какие заботливые!".

-- А вы вчера устроили пьяную драку, и мы должны задержать вас до выяснения обстоятельств, - указал один из воинов на Аслана.

-- Я ничего не устраивал.

-- Пройдёмте с нами. Если вы не виновны, вас отпустят.

-- Ну что же, пройдёмте. Мы скоро придем, - бросил он на ходу друзьям. Стражники странно переглянулись. Мира и Аслан, не спеша, вышли под конвоем. Их усадили в непонятного образца не то карету, не то телегу, и двинулись в путь. По дороге ребята молчали. Всё было понятно без слов. Скоро они попадут в замок.

****************************

Снова боль. Такая привычная и такая ужасная. Словно разрывается кожа, и лопаются внутренности. Говорят, можно привыкнуть ко всему. Девушка подняла замутнённые глаза к небу. Она уже давно перестала спрашивать у него, за что с ней так. Оно всегда оставалось безмолвным. Ужасно болело горло и голова. Её бросило в жар. Одежда прилипла к телу.

БОЛЬ. Как тысячи мелких, но ужасно острых иголок, впилась в тело, сознание, душу. Девушка упала на пол. В любом положении её тело, словно разрывалось на части. Стало сложно дышать. Девушка жадно хватала воздух ртом, натужно дышала.

"За что? Когда же это прекратится?". Её всю будто скрутило в тугой узел. Девушка выгнулась дугой, закатила глаза. У неё опять начался припадок. Тело судорожно билось и корчилось от боли. За занавеской тихо, безмолвно и спокойно за агонией госпожи наблюдала служанка.

"Помогите. Помогите, кто-нибудь!".

"Что бы ты сделала ради того, чтобы избавить себя от страданий?", - возник в её голове вопрос.

"Всё!". Боль не позволяла задумываться над другими вариантами. Она сводила с ума, разгрызала изнутри.

"А если бы это считалось плохим? Если бы нужно было сделать кому-то больно. Если бы нужно было кого-то убить. Ты смогла бы пойти на это?".

Девушка боролась. Боролась с болью и мыслями. Казалось, что она распадается на куски, части, крохи. Каждое движение, вздох, мысль состояли из боли. Она стала неотъемлемой частью её жизни. Девушку ещё раз выгнуло, она закричала. Её ногти царапали каменный пол, до крови разрывая кожу, тело корчилось на земле.

"Всё равно! Я сделаю всё, чтобы это прекратить. ВСЁ! Хоть самому Вазельвулу служить пойду!".

"ПРОСЫПАЙСЯ!", - раздалось снова.

Ни одна мысль в мире не остаётся без внимания. Будьте осторожны в своих желаниях. Однажды они могут обернуться против вас. За каждую мысль вы заплатите действием, а каждое действие имеет противодействие. Только не всегда оно нас устраивает.

-- Госпожа, вам плохо? Выпейте вот это. Скорее, вам станет легче, - подбежала служанка. Она буквально влила Аманде в рот какую-то коричневую жижу.

Тело выгнулось дугой, и... боль прошла. Совершенно внезапно всё прекратилось. Девушка даже не сразу это поняла. Она оттолкнула служанку и, шатаясь, подошла к зеркалу. Тёмные круги под глазами, лоб покрыли бисеринки пота. Но она была собрана и спокойна. Она знала, что выбор сделан, и пути обратно не будет.

"Просыпайся".

Она улыбнулась своему отражению. На столе стояла пустая чаша. Девушка набрала туда воды, поставила перед зеркалом, зажгла две свечи. И села.

Блики свечей делали процедуру немного мрачноватой. Но страшно не было. Страшно, это если боишся за чью-то жизнь, дом, деньги. Страшно, это когда отнимают. Темноволосая девушка, которая смотрела на своё отражение в зеркале, боялась, что ей вернут. Вернут боль и страдания, что снова придется переживать припадки и мучения. Чтобы этого не случилось, она была готова на всё!

"Просыпайся".

Девушка взяла большой изогнутый нож из коллекции оружия, что украшало стену, и надрезала руку. Кровь медленно стекала в чашу с водой, окрашивая её в алый цвет. Подождав немного, девушка взяла чашу в руки, и тщательно выговаривая буквы и слова, прочитала определённую молитву наоборот. Кто-то ей нашептал про такой способ. А затем залпом выпила воду с собственной кровью.

Чаша выпала из рук красавицы, и разбилась. Сознание девушки помутнилось, она опустила голову и схватила её руками. А, когда подняла...

"Просыпайся...".

-- Госпожа, - упала перед ней на колени темноволосая служанка. - Госпожа, повелевайте!

В зеркале была та же темноволосая красавица. Та, и не та одновременно. Сейчас все её чувства до предела обострились. Глаза потемнели, зрачки приобрели овальную форму. Над ней, распростёрши крылья, была тень. Тень энергии, мощи, славы и... боли. Она повернула голову, что-то почуяв. Сила. Большая и знакомая. Вражеская. Это она знала вполне определённо. Только теперь она ещё и увеличилась. Красавица зашипела, как дикая кошка. Девушка разбиралась и вспоминала, не говоря ни слова. Внезапно она дёрнула шнурок. Дверь распахнулась, и вошёл дворецкий. Госпожа приказала позвать Эльсбрунга.

-- Какие новости? - без приветствия обратилась она к военачальнику. Позади неё стояла верная служанка.

-- Никаких, моя госпожа. Мы не нашли их. Они успели улизнуть. Кроме того, на востоке неподалёку в леске обнаружен какой-то отряд. Что прикажете? Отправить туда солдат?

-- Эльсбрунг, они рядом. Они не могли бросить свою спутницу, если так её защищали, - словно и не слышала других новостей. - Где-то поблизости её кровники (так здесь называли родственников), молодой человек и девушка, - Эльсбрунг удивлённо поднял брови, а красавица, не обращая на это ровным счётом никакого внимания, продолжала. - Их нужно найти. Немедленно. Задержите их под любым предлогом. Они не должны увидеть стен замка. Если я снова узнаю про провал... Это будет последним твоим заданием. Они не нужны мне живыми. Выполняй!

-- Да, моя госпожа! - поклонился великан и вышел. Снова перемены. А когда-то он знал свою госпожу совсем другой...

ГЛАВА

Скорость нужна, а поспешность вредна. Суворов.

Миру и Аслана везли во дворец. Их рассадили, так что открыто переговариваться они не могли. Впрочем, в этом они как раз и не нуждались.

"Замри и слушай", - прошептал кто-то в сознании Аслана.

"Кто ты?", - удивился он.

"Я - Тьма. Замри и будь неумолим! Замри и всё!".

"Странно это всё. Зря ты выбрал такой способ. Чувствует моя душа - что-то здесь не чисто", - поразмыслила за двоих Мира, но Аслан никак не прореагировал на её размышления. Он сидел с закрытыми глазами, прислонившись к стенке кареты. Мира насупилась. Спит, что ли? Уверен, что это безопасно? Тоже странно. Или он знает что-то, чего не знает она?

"Чего ты хочешь?".

"Замри и будь моим! Сделку. Я хочу заключить сделку", - шептала Тьма. Нельзя было сказать, что она говорила, ведь у Тьмы нет голоса, она не умеет говорить, чувствовать, думать. Или всё-таки?

"Я не заключаю сделок. И никому не служу, если не вижу для этого веских оснований. А у меня их нет".

"Будь моим, а для других - замри! Для совести замри! У вас нет выбора. Твой друг будет моим. Уже мой. Вы всего лишь пешки в этой игре. И даже не знаете, как она закончится", - настаивала она на своём.

"Тем интереснее. Впрочем, это наша игра, и она закончится так, как закончим её мы. А что мне можешь предложить ты? Власть? Я не нуждаюсь в ней. Вечную жизнь? Это скорее наказание, чем дар", - продолжал упорствовать Аслан.

"Интересно, единственный ли это вариант? Смог ли бы кто-то найти другие пути? Наверняка. Только мы выбрали этот. А чего от него ждать? Ведь мы едем в логово к врагу. Да не просто в логово, в самый его, так сказать эпицентр. В тюрьму. Мы просто идиоты! Это нереально! А если не удастся оттуда выбраться? Как же Мила?".

"Замри, не горячась, и не скорбя. Право выбора. Замри и будь моим! Я могу вам предложить право выбора".

"В обмен на что? На чужие страдания и слёзы? Боль и обиду? Что хорошего ты можешь предложить? Ты - повелительница сумерков. О каком праве выбора ты говоришь? Я не пойду на сделку с тобой".

"Ты не понимаешь. Пытаешься укрыться в собственном мирке. Да, я повелительница страхов и слёз. И если захочу, ты не выберешься из моего мира. Он гораздо больше, нежели ты можешь себе представить. Но это не значит зло. Я свободна от предрассудков, вы - нет. Станьте моими, не мешайте судьбе".

"Нет. Мы пришли спасти этот мир, а не топить его в хаосе! - перебил её Аслан. - Ни я, ни мои друзья не будем твоими". Если бы Тьма умела говорить и злиться, если бы могла кричать и огорчаться... Казалось, всё вокруг пронзил тяжёлый вздох. Глубокий, с огромной частью разочарования, оттого, что ребёнок не понимает, казалось бы, самых простых вещей.

"Тьма не значит зло. Когда-нибудь вы поймёте это. Вы даже не можете отличить реальную угрозу от мнимой. Вы, обладающие силой! Если кто-то из вас позовёт меня, если попросит о помощи, если захочет воспользоваться моей силой... лишь позовите. Я приду. А сейчас я покажу тебе. Смотри. Замри! Ты будь моим, а я твоя... Я буду миром для тебя!".

От мыслей Миру отвлёк амулет. Он мягко раскачивался в такт сердца. В глубине камня, похожего на маленькое хрустальное яблоко, разгорался зелёный огонёк. Карета ехала по лесу. Вокруг мелькали деревья. Стражники ехали молча, но то и дело обращали внимание на друзей. И Мира не решилась слишком открыто рассматривать амулет. Кто его знает, что им в голову взбредёт. Она украдкой взглянула ещё раз. Огонёк внутри камня стал ярче. Казалось, он жил своей жизнью. Мира всмотрелась в глубь камня...

-- Мира! - отвлёк её крик Аслана. Он повёл рукой в сторону, как будто отворяя завесу. - Ниманог Лагунра иэс Бет Аум! - вокруг всё смазалось, голову сжало. Странно, всё вокруг стемнело. С криком рассыпались птицы в разные стороны. Над Мирой с мечём завис стражник. Сердце стукнуло, остановилось. Стук, стук, снова тишина. Мира явно услышала своё дыхание. Оно тоже было, словно на затянутой киноплёнке. Стук, стук, тишина. Голова, словно в тисках. Мира вяло повернула её в сторону Аслана. Он не торопясь, поднялся, и уже шёл к ней. Не быстро, но и не медленно. Скорее упорно. Друг выглядел настоящим великаном: спокойным, уверенным в своих силах. Казалось, что сейчас он смог бы перевернуть мир. От него исходила внутренняя мощь, она обволакивала его мягким тёмным светом. Сейчас за его плечами была бездна. Или это ей так казалось? Стук, стук, тишина...

-- Что... ты... сделал? - голос раскачивался эхом, - Аслан внимательно смотрел на неё, как будто увидел впервые. Но всё же решился на ответ.

-- Потерпи, Мира. Ещё немного. Главное, разговаривай и не спи. Потерпишь? Постарайся. Я тебе потом всё объясню, - Мира согласно кивнула головой. Вышло настолько затянуто, как будто она медленно поклонилась. Аслан немного отошёл от подруги, и стал лицом к стражникам. И только тут она заметила, что сделал Аслан...

Мира не знала, как сейчас выглядела она, но стражники выглядели весьма нелицеприятно. Вытянутые бледные лица с синюшным оттенком, круги под глазами. Удлинённые руки с когтями. Стук, стук, тишина... Кто-то говорил, его рот так и остался приоткрытым. Мира отметила длину острых клыков. Клыков? Миру шатнуло в сторону. Это были вампиры! Их везли самые настоящие вампиры! Стук, стук, тишина...

-- Мира, не спи, - раздалось бормотание друга.

-- Не сплю, - услышала она собственный голос. Глаза просто слипались. Было такое впечатление, что она разгрузила тонну кирпичей. Усталость всё больше завоёвывала тело.

"Но как Аслан догадался?". Мира всмотрелась дальше. Стражники. Их тела были скованы. Они не могли двинуться с места, словно их склеивала незримая паутина. Их опутывали... травы. Растительность тянулась к каждому из них, высасывая их силу. Вампиры темнели и... рассыпались.

-- Мира, не спи. Просыпайся, - Миру качнуло ещё раз. Глаза болели, сердце снова замедлило ритм. Стук...

-- Я не сплю, - глаза просто закрывались. Так хотелось спать, словно она провела без отдыха двое суток. Аслан подошёл к какому-то дереву (Мире на миг показалось, что он был не один), что-то шепнул, дотронулся рукой. Что было дальше, девушка увидеть не успела. Амулет вспыхнул, и она уснула, а вслед ей вторил голос...

*****************************

Мила открыла глаза. Она снова обнаружила себя в мягкой постели. Голова гудела, ноги не слушались. Она мягко пошевелилась, и увидела светловолосую девушку возле окна. Та читала книгу. Услышав, что Мила проснулась, она подошла к ней.

-- Как ты себя чувствуешь? - задала девушка вопрос. Мила хотела ответить, но во рту всё пересохло.

-- Плохо. Можно воды?

-- Да, да, конечно, - спохватилась Арима. А это была именно она. - Чаяна! - подозвала она темноволосую служанку. - На вот, выпей, - она поднесла Миле какой-то напиток. Та сделала глоток и чуть не поперхнулась. Всё ничего, но запах. От него Милу выворачивало на изнанку. К горлу покатил ком. Мила с трудом сделала глоток, и с изнеможенным видом упала на подушки. Её лицо было бледным, глаза воспалёнными.

-- Что это? - внутри всё жгло огнём.

-- Эту настойку моя тётушка приготовила специально для тебя. Она неплохо разбирается в медицине. Тебе не подходит наш климат. Когда мы разговаривали, тебе стало плохо, ты потеряла сознание. Мы волновались. Я Арима, ты помнишь? - Мила согласно кивнула головой. - Моя тётушка принимает тебя, как дорогую гостью. Она даже заходила несколько раз проведать тебя, - Арима говорила мягко и твёрдо одновременно. Но Миле было не до этого. Странное ощущение. Как будто к каждому суставу плотно привязали нитку. Голова стала тяжёлой, но пить расхотелось.

-- Спасибо, - пробормотала Мила. Хотя благодарить пока было не за что. Стало жарко, лоб заблестел от пота.

-- Да ты горишь? - удивилась Арима. - Что же это с тобой творится? Мне нужно идти. Через несколько часов придут претенденты на мою руку. Было бы любопытно взглянуть на них. Я позову лекаря. А после зайду. С тобой пока останется Чаяна. Отдыхай.

С этими словами Арима вышла из комнаты. Мила стиснула зубы. Голова. Она просто раскалывалась на части. Перед глазами расплывался образ служанки. Мила не видела взгляда, которым одарила её Чаяна. Она не знала чувств соперницы. Диадема сжимала виски. Мила не видела, что её украшение горело янтарным цветом, переливаясь, словно волны. Борясь с жаром, она уснула. А возле кровати её сон сторожил враг.

*************************

Винар и Анри осторожно подходили к воротам. Они только что посетили лавку с товарами, где приобрели массу любопытнейших вещиц. Денег было мало, поэтому воспользовались старым, как мир, тёмным приёмом: Винар отвёл глаза хозяину, а Анри, не спеша, собрал вещи и вышел. Ему это совсем не нравилось. Но другого выхода у них не было. Анри всё-таки не решился бы на это, не увидя он, как толстый хозяин лупит мальчишку, который собирался съесть грязное и уже слегка подгнившее яблоко, закатившееся под витрину. Хозяин бы его не заметил. А парнишка, судя по внешнему виду и голодным глазам, уже сутки ничего не ел. Хозяин увидел, как он достал яблоко, и с явным удовольствием съездил его по лицу, разбив мальчишке нос. Яблоко он отобрал, и выбросил. Анри и Винар нахмурились, подходя к витрине. Молча переглянулись, и принялись за дело...

Напоследок, чтобы получить хотя бы маленькое моральное удовольствие, они взяли ещё пять яблок и сунули их в руки плачущему мальчишке.

-- Не реви, - сказал Анри, подходя к ребёнку. - Держи, - сунул он ему яблоки. Тот вытер слёзы и часто заморгал. Ребята побрели дальше.

Уже подходя к замковой пропускной, они немного задержались перед окованными металлом воротами. Ворота были массивными, оббитые железными листами и шипами. Изнутри, как выяснилось позже, их закрывал длинный и тяжёлый засов.

-- Ваши пропуска, господа, - тягуче и скучающе произнёс стражник. Ребята молча показали ему бумаги. - Сэдрик, проведи вельмож в покои.

Ребята побрели вслед за Седриком - рыжим и ужасно лопоухим парнишкой лет одиннадцати.

-- А вы пришли свататься к Принцессе Ариме? - с ходу взял быка за рога Сэдрик. Друзья снова переглянулись.

-- Может быть, а что? - вопросом на вопрос ответил Винар. Он и Анри переглянулись.

-- Ничего, - пожал плечами мальчишка. - Приходят многие, уходит не каждый, - ответ вышел через чур взрослым. - Испытания слишком сложные.

-- А что за испытания?

-- Не знаю. Каждый раз что-то новое. Последний раз молодой человек в знак своей любви к Принцессе выпил яд.

-- Зачем?!

-- Чтобы доказать свою любовь к Принцессе, - терпеливо повторил мальчик.

-- А что же Арима?

"Интересненькие здесь порядочки. Это какая же должна быть голодуха, чтобы из-за какой-то принцессы так...", - Винар был удивлён.

-- Не знаю. Меня туда не пустили. Я ещё маленький. Брат рассказывал. Вот вырасту, - мечтательно заломил он руки, - обязательно возьму Принцессу Ариму в жёны, - ребята с усмешкой переглянулись.

-- А когда же ты собираешься на ней жениться?

-- Через два года мне будет пятнадцать. Уже будет можно.

-- А что же ты думаешь, что она за три года замуж не выйдет? - предположил Анри. Мальчик пожал плечом.

-- Какая разница. Если выйдет, я убью жениха, - судя по всему, у кого-то будет опасный конкурент.

-- Она что, такая красивая?

-- О, она и Госпожа Аманда самые красивые во всём мире! - ребята аж остановились от таких слов.

-- Аманда?

-- Госпожа Аманда представляет нашего принца Рамюэля, пока он в отъезде. Нам объявили войну, поэтому он был вынужден защищать границы.

"Вот даже как! Если всё так патриотично, то почему же тогда столько беспорядков внутри страны?", - задался вопросом Анри.

-- Скажи, а ты не знаешь, почему всех девушек собирают в замке? Куда их потом определяют? - после этих слов мальчишка как-то сник, и насупился.

-- Для их же безопасности, - повторил он явно втолкованную фразу. Затем немного помолчал, и тихо добавил. - Мою сестру тоже забрали. Я больше её не видел.

-- А сколько ей было?

-- Восемь лет.

Разговор перестал клеиться. Мальчик замкнулся и молчал. На вопросы, либо не отвечал, либо отвечал, но односложно и коротко. Винара и Анри провели в замковые покои. Ничего удивительного здесь они не увидели. Замок в замке их не удивил. Подумаешь, у них и не такое строят. Обвешанные коврами стены, тоже. Мало ли, какие здесь обычаи. Удивляло лишь отсутствие девушек. По идее, их должно здесь быть, просто, как воды в море. А Винару и Анри попадались только другие претенденты на руку принцессы, да стража. В огромном количестве.

Ребята задавались вопросами: "Что с Мирой и Асланом? Где они? Где Мила? Как её найти и спасти?". Вопросы, как всегда, были, но с ответами было глухо. Чуть позже подошёл не то дворецкий, не то стражник, и объявил, что в большом дворцовом зале через три часа состоится знакомство, сбор участников и объяснение испытаний. Три часа срок не малый. Анри и Винар решили его использовать максимально, то есть хорошенько выспаться. Они были на месте. Аслан и Мира вскоре присоединятся к ним. Осталась самая малость - узнать, где держат Милу. Пока они витали в облаках неизвестности. Их Путь был неопределён. Оставалось только ждать.

ГЛАВА

Дорога в жизнь, это мой дом...

-- Мира, не спи. Просыпайся...

"Кто это? Мама? Что уже утро? Снова нужно вставать?".

-- Просыпайся...

"Ну, ещё пять минут. Совсем чуть-чуть...".

-- Мира...

Когда Мира открыла глаза, то обнаружила, что лежит заботливо укрытая возле костра. Аслан молча и немного угрюмо помешивал что-то в странного вида деревянной плошке и, не прекращая, бормотал своё "просыпайся". Он почувствовал, что она очнулась, вяло улыбнулся и подошёл. И всё же как-то странно. Он вёл себя странно, как будто с малознакомым человеком. Или он что-то скрывает?

-- Как ты? - задал он вопрос, приподнимая Миру. Девушка с удивлением отметила, что чувствует себя, как выжатый лимон, несмотря на то, что только проснулась.

-- Относительно. По мне трактор ездил? Что произошло?

-- Ничего особенного. Ты хоть помнишь, как он выглядит? - наконец улыбнулся друг. Ласково и тепло. - Отдыхай пока.

"Твой друг будет моим. Он уже мой", - голос хозяйки ночи не выходил из ума.

"Кого она имела в виду?".

-- Что значит "отдыхай"?! Что ты называешь "ничего особенного"?! Что произошло? Кто были эти стражники? Как ты...

-- Вампиры, - вот так, коротко и односложно, как будто это объясняет всё происходящее. Мира почувствовала, что понемногу злится. Она ощущала себя совершенно разбитой... дурой. Они не добрались к замку. Напротив, оказались непонятно где. Кроме того, их чуть не прикончили невесть откуда взявшиеся вампиры, а для Аслана не произошло "ничего особенного".

-- Ты что меня за идиотку держишь? Я понимаю, что вампиры! Откуда они взялись? Что ты сделал?! - сорвалась Мира на крик, её трясло. Стало холодно. Она только сейчас, будто очнулась от сна. Вроде бы только поняла, что за ними по пятам следуют опасности. Аслан спокойно смотрел на неё. Мира пыталась вырваться, он крепко её держал.

-- Тихо, тихо. Это отдача моей магии, - он укутал её, как маленького ребёнка. - Я всё объясню. Ты потеряла слишком много сил, - Аслан аккуратно и спокойно уселся рядом, взял её за руку, словно играя, и принялся за рассказ. - Я не знаю, почему решил подслушать мысли охраны. Раньше, сколько я ни пробовал узнать мысли других людей кроме вас, у меня ничего не получалось так четко, а в этот раз...

Аслан закрыл глаза. Их делегация следовала по лесу. Он, как наяву, услышал слова своего учителя Паркуллалиса: "Сосредоточься. Нет сильнее магии, чем магия слов. В каждом звуке ты услышишь волшебство и силу. Они окружают тебя. Сосредоточься. Вот она вся вокруг тебя. Тебе только нужно собрать. Сосредоточься. Ты слышишь, как говорят травы? Они говорят, что поделятся с тобой своими секретами. Ты слышишь, как воркуют деревья, они говорят, что помогут тебе. Сосредоточься, позови их...".

Аслан молчал, он отбросил все мысли и тревоги, и позвал. Это захлестнуло! Вокруг кипела жизнь и сила! Такое Аслан испытывал впервые. Его понесло. Каждая трава делилась с ним секретами, деревья нашёптывали, цветы улыбались.

Он рассказывал коротко, но не упускал деталей. Мира только хлопала в ответ глазами, пока не перебивая друга. Аслан не договорил всего несколько мелочей. Самую малость.

Аслан посмотрел вокруг, и словно провалился. С ним пожелала говорить сама Хозяйка Ночи.

Несмотря на то, что он не пошёл с ней на сделку, она открыла ему дверь во второй слой реальности. Она показала настоящий облик охраны и помогла прочитать их мысли. То, что он увидел, его поразило.

Впереди были спины молчаливых стражников. Деревья отворачивались, травы сохли. Потому что рядом с ними ехали не люди. Конечно, остальное Аслан сделал сам. Да и оставалось-то не многое после того, как Тьма поднесла застрявших во временной клетке вампиров, словно на блюдечке.

И, как на яву, он услышал отголоски мыслей. Все они сводились к тому, что Аслан и Мира не должны жить. Аслан мысленно потянулся к силе, что гуляла вокруг. И она послушалась! Лишь Аслан почувствовал, что один из охранничков-вампиров что-то предпримет, их толкнуло на второй уровень реальности.

-- Ты не говорил, что можешь такое. Второй уровень!

-- А я до этого момента и не мог. Мне кто-то помог. Меня этому никто никогда не учил. Я не занимался Тёмной магией.

Миру невольно передёрнуло, едва она вспомнила про Вавилу. Она обучалась Тёмной магии, правда больше самостоятельно, чем с учителем. Так как всё внимание Вавилы уходило лишь на то, чтобы причинить Мире как можно больше неудобств, унизить её достоинство и заставить страдать. Но она о таком даже и не мечтала. Аслан продолжал.

-- Когда я увидел их через второй слой, я успел направить внешнюю силу зелёной магии на наших охранничков. Это ерунда, что только осина может убить вампира, если кол вбить в сердце. На самом деле, его губит любая растительность. Просто осина сама по себе очень мощный источник энергии. Для этих тварей она служит адсорбентом, забирая их силу. Остальные растения немногим послабее. А свет для вампиров только замедляющий фактор. Поэтому они и застряли между границами времени, не разобравшись, в чём дело. А я направил энергию всех растений против них. Вот, собственно, и всё, - закончил свою речь Аслан. Он до конца так и не осознал, почему не решился рассказать Мире всю правду. - Как ты?

-- Всё, что ты рассказал, я знала, или догадывалась. Меня поразил их внешний вид. Ты видел их лица? Эти клыки и когти. Но на обычном слое реальности, они люди. Без какой-либо патологии.

-- Они обычные вампиры. Что ты хотела увидеть? Как вытягиваются их клыки, как они превращаются в летучую мышь?! Это для них слишком сложно на нашем уровне. Да, впрочем, и не нужно. Души в них нет, а внешний вид, это всего лишь оболочка. Высшие тянут энергию через астрал. Они могут такое. Низшие пользуются более примитивным способом. Есть ещё совсем слабенькие вампиры, так сказать, на начальном уровне. Это те, кто портит настроение, вызывает вспышки эмоций. Все люди в той, или иной степени предрасположены к этому.

-- Я хотела ещё спросить. Мой амулет почувствовал твою силу раньше меня.

-- Знаю. Я немного удивился. Ты очень долго продержалась.

-- Что значит "продержалась"? Что, не должна была? Все равно я себя чувствую, как плавленый сырок.

-- Почему-то мне кажется, что ты не должна была этого наблюдать. Я втянул их, тебя и себя на второй уровень реальности. Они застряли во временной клетке, между границами. А ты выбралась из неё. Сама. Я увидел, что ты держишься, и решил сначала разобраться с ними. А когда закончил, ты уснула.

-- Да уж. Снова я пропустила всё самое интересное. Аж надоело. Чуть что, сразу в обморок, - уже с улыбкой возмущалась Мира.

"Если бы ты знала, как выглядела", - размышляя, подумал Аслан.

-- Это значит, что твой организм распределяет твои внутренние резервы пропорционально возможностям и обстановке. Кстати, обморок и сон - разные вещи. Просто обычная реальность забирает намного меньше сил, чем другие слои.

-- Ну-ну, профессор. Это ты мне будешь рассказывать?

-- Извини.

-- Да, ладно. Аслан, мы так и не попали во дворец.

-- Да. Я попытался вызвать Винара или Анри. Безрезультатно, - Мира молчала. Молчал и Аслан. Силой прорываться что ли?

-- Почему же у тебя не получается связаться с ними?

-- Понимаешь, я как бы сосредоточиться не могу. Всё время что-то отвлекает. Такое впечатление, что кто-то отражает каждую попытку, словно зеркало.

-- Отвлекает, говоришь? - Мира призадумалась. Посмотрела на небо. Через часа два расцветает дурман. - С этим я могу тебе помочь. Направить твои усилия, не больше. Попробуешь?

-- Попробую.

В такое время нет нужды сомневаться. Необходимо использовать каждый шанс. Если не получится и на этот раз... Всё глупо! Мила в замке. Мира за неё не переставала думать, ни на миг. Ребята тоже там. Мира и Аслан чуть не поплатились жизнями, попав в лапы стражникам-вампирам. Вокруг одни супермены, а узнать, что творится вокруг, не могут! Аслан помешивал содержимое в необычного вида плошке. Она была крепко накрепко сплетена из веток, которые просто скрутились в нужного вида форму.

"Потерпи, малышка. Потерпи, скоро мы заберём тебя оттуда".

Мира резала нужные травы. Она всё ещё чувствовала слабость. Но это потом. Что же это творится? Зачем они оказались здесь? Каждая потеря и расставание чему-то должны нас научить. Но чему? Этого она не знала.

**************************

Винар и Анри прилегли каждый в своих покоях. Странное место. Здесь очень чётко чувствовалось недосыпание, недоедание и усталость. Мысли были только об отдыхе. Возможно, всё дело в тяжёлом воздухе. Здесь что не проветривались помещения? Ребята со смаком плюхнулись на мягкие кровати. Анри немного передёрнуло. До чего же они напоминали кровати в Сикионе! Винару было все равно. Обоим необходимо было отдохнуть. Анри в своих покоях, Винару в своих. Ребята медленно стали погружаться в сон.

Винар огляделся.

"Что это? Где это я?".

-- Где ты ещё быть можешь? Во сне, конечно, - Винар резко обернулся на знакомый голос. Позади него стоял Анри, и спокойно осматривал обстановку с видом всезнайки.

-- А ты что здесь делаешь?

-- Стою.

-- Я вижу, что стоишь. Спрашиваю: "Что ты здесь делаешь? И что здесь делаю я?!".

-- Не ори, пломбы вылетят. Кто-то нас вызвал.

-- Куда? - не понял друг.

-- Сюда, - перекривил его непонятливость Анри, и продолжил, - а вот и виновник.

-- Привет, - сказал, уже подходя, Аслан, и протянул руку для рукопожатия.

-- Привет. Как? Что случилось? - ответили на приветствие ребята. Странно. Здесь тоже были ощущения.

-- Ничего не случилось. Мы немного не доехали до замка. Тут одна маленькая проблемка...

Аслан коротко пересказал происшедшую ситуацию, но, как и при разговоре с Мирой, утаил пару "мелочей". Если во сне можно удивляться, это был именно этот случай.

-- Откуда там взялись вампиры?! - задал вопрос Винар. Аслан пожал плечами.

-- Не знаю. Знаю только, что наш первоначальный план провалился, и вам нужно поскорее что-то решать, пока мы будем искать другой путь. Кроме того, будьте предельно осторожны. Узнайте часы смен стражи, расположение комнат, и прочую ерунду. Осталось слишком мало времени. Связаться напрямую мне не удаётся. Замок и прилегающая к нему территория окружены сильным полем, наподобие магнитного. Так что будем держать связь через сон. Постарайтесь узнать, что с Милой. Увидимся. А сейчас отдыхайте.

Аслан открыл глаза. Уже стемнело. Голова была на удивление чистой, а сознание ясным. Мира постаралась на славу. Сама она тихо сидела у огня, поджав ноги. Аслан пошевелился, и она подняла на него свои большие глаза.

-- Ну что? Получилось? - тихо спросила она.

-- Да. Я их видел. Они уже в замке. Позже я попробую ещё раз. Они должны узнать, что с Милой.

-- Нет, - покачала головой Мира. - Ещё раз не получится. У меня нет одного ингредиента. Кроме того, даже если бы он и был, должно пройти не менее сорока шести часов. Это опасное зелье. Я поищу траву. Всё равно уже поздно. Попробуешь завтра вечером. Давай сегодня немного отдохнём, а то у меня голова, как дом советов.

ГЛАВА

"Всякая хитрость ничтожна по сравнению с хитростью женщины".

Анатоль Франс.

Лес всегда нравился Мире. Она считала его своим другом. Сейчас девушка шла по тропинке, мимоходом собирая лесные травы. Она тихонечко улизнула от Аслана, пока тот спал. Сейчас, когда Мила с ребятами находились в замке, а они в лесу, Аслан ни на минуту не спускал глаз с Миры. Она понимала, он волнуется, переживает. Но, как любой из уже известной вам пятёрки, была против опеки над собой. Ведь она могла сама за себя постоять! К сожалению, так думала только она. А своеобразный прессинг-контроль продолжался.

Но, то ли Аслан сегодня устал больше, чем обычно, то ли немного недооценил Миру, то ли ещё не закончилось действие сонной настойки... Так, или иначе, Мира ушла за травами. Без них она не сможет помочь Аслану сосредоточиться. Конечно, как только он проснулся, подруга моментально получила мысленный втык. Но это было потом. Мира клятвенно пообещала вернуться через пятнадцать минут. Но часов-то у неё не было. Она улыбнулась.

Мира вспоминала, как впервые заблудилась в лесу. Тогда она, Аслан и ещё одна девочка отстали от группы. Мира улыбнулась, вспоминая их реакции. Девочка начала голосить что-то типа: "Что нам теперь делать? Нас съедят волки!". Аслан, как старший, пытался убедить обоих, что всё будет в порядке, а Мира смеялась. Тогда у неё началась самая настоящая эйфория. Да... С реакцией ей повезло. Она всегда переживала после, а не в момент опасности. Сколько ещё таких случаев было, не сосчитать. Но Мира никогда не отчаивалась, зная, что лес её в обиду не даст. У неё всегда было плохо с ориентированием и памятью на детали, но зато было всё в порядке с ощущениями и чувствами. Она всегда находила дорогу обратно.

Вот и сейчас Мира шла по тропе, не запоминая местности. Зачем? Если она заблудится, Аслан, конечно, покричит, но протянет ей Нить Дороги. Хорошо всё-таки, что у них появились такие таланты. Только вот плохо, что они, в смысле ребята, сюда вообще попали. Или не плохо, ведь она об этом мечтала всю свою сознательную жизнь. Две вещи были очевидны: первое, это Мира втянула их в эту игру, и второе, никто не знал, чем она закончится.

И снова потянуло на размышления.

"Милочка, солнышко, держись. Мы что-нибудь придумаем. Мы обязательно вытащим тебя оттуда". Этими мыслями она больше пыталась убедить себя, нежели послать их Миле. Отчего-то на душе в последнее время перестало быть спокойно. Все размышления сводились к пребыванию Милы в замке. Это могло означать одно... Мила была в опасности.

Мира сорвала очередную редкую лекарственную траву. Ей определённо сегодня везло. Но в основном на ингредиенты настоек любовных снадобий. Конечно, она нашла траву и для снадобья Аслана. Погода была хорошая, но настроения не было. Сегодня был пятый день, как украли Милу. Аслану и Мире никак не удавалось незаметно пробраться во дворец. Это было странно! Мира могла вводить в транс, Аслан удачно отводил глаза. Но! Со стражниками ничего не выходило. Конечно, попадались люди, которые имели сильное поле сопротивления магическим штучкам и навязыванию. Но не вся же стража. Хотя, учитывая, что их везли не люди... Только не может же в замке жить одна нечисть. Этот вариант исключался полностью.

Мила была в опасности. Мира в этом убеждалась всё больше и больше. И то, что с ней, по словам ребят, было всё нормально, радовало, но не настолько, как бы хотелось (ребятам не удавалось толком с ней поговорить). Аслан до сих пор не мог настроить с ней мысленного контакта. А это могло означать несколько вещей: либо Мила про него ни на йоту не думала. Либо её чем-то опаивали, либо замок был защищён от телепатии. И второй, и третий варианты были более вероятны, чем первый. Хоть Аслан на этом и настаивал, но всё же Мира сомневалась насчёт последнего. Телепатический колпак здесь редко, но использовали. Только силы и энергии на него требовались просто колоссальные. Конечно, они могли использоваться и здесь. Едва приближаясь к городу, друзья почувствовали настроение здешней обстановки. Вокруг кипела энергия. Только зачем её использовать таким образом, если для этого нет оснований? Поэтому Мира больше склонялась к тому, что Мила находилась под действием чего-то.

Мира резко остановилась и огляделась по сторонам. Что-то оторвало её от размышлений. Вокруг было всё типично, спокойно и даже умиротворённо. Прямо перед носом девушки пролетела брюхоплывка. Так здесь называли особый род лесных куропаток, которые, плавая, выпячивали брюшко. Кроме того, оно было у них яркого синего цвета. Мира нахмурилась.

-- В чём дело? - спросила девушка в слух. Конечно, ответом ей была тишина. - Почему ты меня отвлёк? - это общение "с умным человеком" (Есть такая шутка. Жена что-то шепчет себе под нос. Муж спрашивает: с кем ты разговариваешь? Она: а мне приятно поговорить с умным человеком) выглядело бы дико для нашего мира, но не для Неогеи. Здесь все вопросы привыкли задавать вслух. Точно так же здесь привыкли получать на них ответы. Мира закрыла глаза. - Покажи мне. Покажи мне то, что должно. Веди, - она продолжала шептать лесу, а затем резко открыла глаза, и пошла куда-то вглубь.

Через пять минут её взору открылась следующая картина. Тропинка, на которую она вышла, совсем внезапно разветвилась ещё на восемь. Все они расходились на большое расстояние. Мира всего секунду постояла в нерешительности, а затем, выбрав одну из них, пошла. Типичная местность для леса: карликовые кустики, высокая трава, напоминавшая крапиву, только намного опаснее. Зуд после неё проходил около недели-двух. А также деревья: маленькие и большие, тонкие, и такие, которые даже втроём было сложно обхватить. Что же она должна была увидеть? Почему её позвали? Мира шла. Она чувствовала привкус опасности. По груди разливалось тепло. Мира опустила голову, немного скосив глаза, и увидела, как её амулет меняет цвет, пульсируя, то ярким жёлтым, то синим цветом. Сердце Миры неожиданно дало о себе знать.

"Что такое? Что должно произойти?", - задавалась вопросом девушка. Сейчас талисман напоминал фонарик, только с подогревом. Мира немного удивилась, но останавливаться не стала. Стал слышен треск ламающихся веток, чьи-то крики, топанье копыт, ржание лошади. Ещё через минуту она вынырнула на маленькую полянку...

*******************************

Анри и Винар стояли в тронном зале вместе с остальными претендентами на руку Аримы. Её самой ещё не было. Рыцари томились в ожидании. Всем не терпелось взглянуть на пресловутую красавицу. Вокруг был слышен гул мужских голосов, пестрело убранство. Странно и мрачно был украшен тронный зал. Горели свечи в их незыблемой загадочности. Пол был застелен красными коврами, расшитыми золотом, стены тоже были украшены золотыми и красными лентами.

-- Сколько можно? - возмущался какой-то худенький остробородый юноша.

-- Где принцесса? - кричал уже изрядно подвыпивший толстый старик. Винар подивился: "Что он тут делает? Неужто на испытания приковылял?". А вокруг разгорались страсти. Зал бушевал.

-- Принцесса! Принцесса! Арима! Принцесса!

Среди вопивших претендентов лишь пятеро стояли спокойно, и даже в некоторой степени гордо. Симпатичный высокий молодой человек в длинном бежевом жакете и такими же светлыми аккуратно остриженными короткими волосами. Ребята с интересом посмотрели на него. До чего же он напоминал Анрио. Его рука спокойно сжимала красивую витую рукоять шпаги. Вторым был невысокий молодой человек с такой же короткой стрижкой. Он был одет в серую, расшитую серебряными и чёрными нитями тунику. К его спине был приторочен меч. Третьим претендентом был высокий брюнет с голубыми, как сталь, глазами. К его бедру плотно прилегал неотъемлемый спутник - его меч. Он был одет в рубаху, выгодно подчёркивающую его ладную фигуру, и жилет. Это был Винар. Ещё одним спокойным соглядатаем был светлый всё также коротко остриженный Анри. При нём, как всегда, был его топор. Он, как и друг, был одет в рубаху и жилет, искусно и красиво вышитые. Последним был мужчина средних лет. Здоровенный, как медведь. Всё его убранство скрывал длинный синий плащ.

Все пятеро скучно взирали на буйство зала. Винара и Анри ничего не волновало и не терзало кроме плана освобождения Милы. Им не удалось перемолвиться с ней ни словом. Похоже, здесь её не оставляли ни на минуту одну. Да и встреча их состоялась случайно. Просто ребята ошиблись этажом и комнатой, и соответственно, вышли в красивый сад. Первое, на что наткнулся их взгляд, были две нимфы. Прямо перед ними сидели две девушки - одна светловолосая и удивительно утончённая, второй была Мила - спокойная, но очень бледная. Друзья обрадовались, но не успели сказать ни слова. Оказалось, помимо девушек, сад был напичкан стражей. Их просто вытолкали: вежливо и быстро. Теперь ребята стояли в зале и спокойно ждали развязки. По крайней мере, с Милой было всё в порядке. Она была жива и здорова. Какими мотивами руководствовались остальные трое - было неизвестно.

Гул притих. Заиграли трубы. Придворный объявил выход принцессы Аримы. Вошла темноволосая фрейлина, держа на парчовой подушке какой-то свиток. Она была довольно симпатична. Пышные формы удачно подчёркивал наряд. Фрейлина опустилась на маленький стул возле тронов, и застыла в ожидании.

После неё в зал вошло юное создание со скромной улыбкой на губах. Пышная синяя юбка выгодно подчёркивала тонкую стройную талию. Светлые волосы цвета спелой пшеницы были аккуратно уложены. Это была Арима. Все примолкли. Красавица продефилировала к трону и, с гордой осанкой опустившись на него, замерла.

-- Смотри, это же та самая девушка, которая была с Милой. Она принцесса? - Анри кивнул. - А она определённо ничего, - шепнул Винар другу.

-- Пожалуй, что ты прав. Надо ней заняться на досуге, - хмыкнул в ответ Анри.

-- Арима! Арима! - продолжали буйствовать в зале.

-- У тебя ещё будет такая возможность. Слушай, а у них тут голодняк. Сейчас кого хочешь в шмотки одень, оторвут с руками и ногами.

-- Ага. Но она всё же хороша, - переговаривались ребята. Арима старалась не смотреть в зал. Претенденты выкрикивали комплименты в её адрес. Но это до тех пор, пока не объявили выход её тётушки Аманды. Зал замолк. Так было всегда. К трону подходила ОНА...

Длинное строгое платье делало её фигуру точёной. Красивые чёрные, как воронье крыло, волосы, змеями обвивали тончайшую талию. Её глаза манили и затягивали, как омут. Она казалась моложе своей племянницы Аримы. Зал молчал. Винар посмотрел в её глаза, и понял, что пропал. Пропал навсегда и надолго. Это был настоящий ангел. Ангел его мечты.

-- Вот это да, - тихо вырвалось у Анри при виде Аманды. Винар молчал. Он не мог определиться с тем, что происходило в его душе. Сердце билось и замирало. Всё стало безразличным и будничным. Винар видел только её глаза - большие, тёмные, как два бездонных колодца. Аманда была печальна. Все вокруг тоже притихли, глядя на двух красавиц. Они смотрелись, как солнце и луна: обе до безумия притягательные, но такие же далёкие. Госпожа подошла к своей служанке и взяла свиток с подушки. Развернула его. Вокруг раздавался шепот. Но Аманда подняла руку, и все примолкли. Когда она заговорила, каждый из присутствующих был готов пойти на всё, о чём бы она ни попросила.

Аманда поприветствовала претендентов на руку её племянницы Аримы. Она выглядела немного подавленной, и всё же была безумно красивой. Винар наблюдал за каждым её жестом. Он был околдован. Аманда рассказывала про испытания и отборочные туры. Она рассказывала коротко и лаконично. Никто в зале даже не шелохнулся, услышав странные и опасные конкурсы. Голос сводил с ума. Казалось, даже время замедлило ход.

Ребята тоже внимали её голосу, ловили каждый жест. Никто не знал, что их ждёт дальше. Но в эту самую минуту они забыли про Милу и её освобождение. Они забыли, кто они, и с какой миссией на этой планете. Им было безразлично, что подумают Мира и Аслан. Сейчас была только ОНА. Вопрос был только в том, что будет дальше.

ГЛАВА

Не в шумной беседе друзья познаются,

Друзья познаются в беде:

Если вдруг горе настигнет, и слёзы польются,

Друг тот, кто поможет тебе...

"Вазельвулово отродье! Что им от меня нужно? Где Нюрий, Килан, где остальные?". Рамюэль пытался удержаться на коне. Его жеребец ржал, лягался копытами, высоко прыгал. Рамюэлю сейчас приходилось не сладко. Утихомирить Сэза было нелегко.

Сэз был молодым красивым породистым жеребцом, цвета вороньего крыла. Он мчал, как молния, был опасен, как тысяча водных змеев, но всегда слушал своего хозяина. И тут в него словно бес вселился! Рамюэль решил прокатиться по окраине леса (периодически он и его люди проезжались по территории, чтобы, так сказать, Аманда не расслаблялась). Всё ничего, но неожиданно Сэз прижал уши, громко заржал и понёс Рамюэля в глушь. Как только тот не пытался утихомирить коня, звал, гладил его, бил, ничего не выходило. Оставалось только пытаться удержаться в седле. Сэз мчал, Рамюэль ругался. Но это только до тех пор, пока принц не увидал... волков. Да. Это были самые настоящие белолапые волки. Но откуда они здесь?

Рамюэля осенило: "Так вот чего Сэз испугался!". Он мысленно похвалил коня, если бы белолапы догнали их, вряд ли Рамюэль и Сэз остались живы. Но радоваться всё же было рановато. Сэз ржал, рвал копытами землю, но крутился волчком на месте, не делая попыток ускакать с поляны.

-- Ну же, Сэз, давай! Давай, дружок, - Рамюэль схватился за меч. Странное дело, белолапы как будто чего-то ждали. Они пугали коня и самого Рамюэля, но не нападали. Сэз крутился на месте юлой, а белолапы окружали. Внезапно один из них высоко подпрыгнул с расчётом вцепиться человеку в горло. Сэз метнулся в сторону, и волк промахнулся, лишь сильно оцарапав Рамюэлю плечо. Подпрыгнул другой белолап. Этому повезло ещё меньше, принц успел отреагировать и нанести смертельный удар. Волки действовали, как слаженная команда, но вместе не нападали. Едва один касался земли, прыгал другой. Действовали они молниеносно. Очень скоро Рамюэль понял, что ему несдобровать. Сэз продолжал лягаться и ржать, принц отбиваться. Только волков не уменьшалось. Бой был не равный. Рана продолжала кровоточить. Ни связать мало-мальски слабенькое заклинание, ни остановить кровь, ни отпугнуть волков Рамюэлю не удавалось. Он получил второй глубокий порез, но волку повезло ещё меньше. Гора трупов около принца росла, но количество животных не уменьшалось. Очень скоро начала кружиться голова. Силы вытекали из принца, как масло из опрокинутого сосуда. Голова его закружилась, сознание затуманилось, и Рамюэль обронил меч.

*****************************

-- Нападай, окружай... - тихо шептала красавица над водой. - Укуси, загрызи, унеси... Волчий оскал, чтобы искал, чтобы нашёл, чтоб ты ушёл... Прокляну, заклеймлю... Сырой землёй, тёмной водой, вечным дымом след незримый... Нападай, окружай, кусай, загрызай...

Она отчётливо слышала ржание лошади, топот копыт, чувствовала панику человека. Она смотрела глазами волков. Сейчас она была их частью, она была ними. За спиной тенью застыла служанка.

Вокруг было тихо и мрачно. Лес молчал. Вот один из братьев оцарапал человека.

Кровь... Её запах будоражил, сводил с ума. Такой до боли знакомый и терпковато-сладкий. Хотелось попробовать. Совсем немного. Кровь - это энергия жизни.

Девушка посмотрела в шар. Волки ждали. Ждали её приказа. Они были голодны и злы, но не смели ослушаться ту, которая вернула их из небытия. Впереди кровь потомка того, кто заставил их уснуть вечным сном. Они хотели его крови. Он для них был чем-то вроде надкушенного бутерброда, который вытянули изо рта. Волки скалились, переминались с лапы на лапу, но ждали.

-- Землёй засыпаю, ночью ослепляю, скручу, опутаю, оковами тебя запутаю. Злой род, слабый народ. Волчий вред, в могиле след. Веду в землю, веду в воду, там, где нет совсем народу. Волки путь тебе проложат. Но никто спасти не сможет!

Девушка продолжала шептать над чашей с водой. Конь на поляне крутился юлой, но не двигался с места. Юноша нервничал. Она почти слышала его учащённое сердцебиение. Девушка махнула рукой, и первый из волков бросился на добычу. Но промахнулся. Девушка махнула ещё раз, и ещё одна неудача. Она улыбнулась, показав маленькие точёные зубки. Рыцарь боялся, девушка чувствовала это, и играла с ним, как сытый кот с запуганной мышью.

-- Крики ворон, мёртвого стон. Ты не стоишь, в земле ты лежишь. Глаза закрываю, тебя отвлекаю. Спи, засыпай. Ты не жив, баю-бай... - продолжала шептать в шар красивая темноволосая девушка. От возбуждения её и без того красивые глаза лихорадочно блестели, на щеках появился румянец. А вот о молодом человеке в шаре, этого нельзя было сказать. Он пошатнулся и выронил меч из рук. Это всё решило. Волки собрались атаковать, но внезапно застыли...

На поляну вышел ещё кто-то. Красавица насторожилась и присмотрелась к незнакомцу. Вернее, к незнакомке, так как это была именно девушка. Необычайная и красивая. Она боялась, но её сердце стучало в несколько ином ритме. Увидев волков, она обеспокоилась и удивилась, но не ушла. Что-то в ней было. Что-то, чего черноволосая уловить не могла. Особой силой та не обладала. Но почему же она не уходит? Время растянулось. Обе стороны застыли. Волки были голодны, а их еду пытались забрать. Глаза загорелись жёлтым блеском, с клыков капала слюна. Темноволосая красавица всмотрелась в шар. Пора было действовать. Она отдала приказ. Один из волков прыгнул и... всё вспыхнуло! По глазам темноволосой девушки резануло светом, она почувствовала, как взорвалась чья-то сила, закричала, зажмурилась. Из закрытых обожжённых век полились слёзы. К ней подбежала служанка. Кто-то помешал. Не удалось...

*********************************

Мира вышла на поляну, её взору предстала следующая картина. На вороном жеребце, который без устали кружился на месте, был молодой человек без сознания. В тот самый момент, когда один из волков хотел прыгнуть ему на спину, на поляну пожаловала Мира, и этим самым отвлекла внимание странных зверей. А странными они были только по нашим земным меркам. Здесь же привыкли к подобного рода животным.

"Господи, что делать? Убегать, оставаться?".

Хищный оскал волчьих клыков отливал уже окровавленной белизной. Острым, изогнутым когтям этих тварей позавидовал бы любой хищник. "Убегать? Оставаться?". Шерсть у них была жёсткой и короткой, тёмного асфальтного цвета. Но самым интересным были белые кончики левых лап. Действительно странно, но именно левые лапы животных были словно окунуты в краску. При виде Миры животные насторожились.

"Убегать? Оставаться?", - колотилось сердце Миры. Ноги как будто вросли в землю.

Она пришла забрать их добычу?

По правде говоря, Мира не знала, зачем явилась сюда. Но очень скоро решила: эта встреча не спроста. И, несмотря на собственный страх, с пустыми руками она теперь уходить не собиралась. Волки оскалились, но Мира, в очередной раз, удивившись сама себе, даже не двинулась с места. То, что произошло дальше, описанию просто не подлежит, но я попробую в двух словах пересказать.

Бывали ли у вас такие дни, в которые вы были особенно чувствительны? Тогда каждый шорох листка, шёпот ветра, скрип веток вы чувствовали особенно ярко. Вы замечали маленькие детали, на которые раньше не обращали ни малейшего внимания. Именно в такие дни на вас опускается чувство уверенности в собственных силах. Именно тогда вы чувствуете маленькое превосходство над другими, и пытаетесь принять правильные решения. В такие дни не получается играть в маленького ребёнка, потому что эти чувства - удел взрослых.

Сейчас Мира не могла понять, что происходит. Сердце стучало, ватный ком подкатил к горлу. Она рассеяла своё внимание по сторонам. Она видела каждый листочек, слышала, как качается трава, чувствовала дуновение ветерка. Волки оскалились, но Мира почти не обратила на это никакого внимания. Она чувствовала что-то. Что-то, чего ещё не могла осознать. Её ничего не волновало. Сейчас она на шаг приблизилась к истине.

Амулет на шее Миры завибрировал, наполняясь синим свечением. Но она не обратила на это никакого внимания. Волки медленно начали пятиться. Если описать их чувства, им было хуже всего. От человека, который вышел на поляну, шла сила, которая отгоняла. Но уйти они не могли, потому что с другой стороны на них тоже напирала сила в виде приказа. Мира вздрогнула. Сердце стукнуло ещё один раз и замерло, по телу побежал озноб. Волки ощетинились, зарычали. И повинуясь приказу вожака, нападая, прыгнули в сторону Миры, забыв о Рамюэле. Синий камень на шее Иной пронзило ярким жёлтым светом. Девушка дёрнулась. Голову сжало, по глазам резануло болью. Мира невольно зажмурилась и инстинктивно закрылась руками. Послышался какой-то шум, поскуливание, шипение. Немного погодя она открыла глаза. Из-за яркого света по щекам текли слёзы. Волков не было. Не было вообще! Мира повертела головой. Глаза застилала пелена, в голове шумело. Мира тупо смотрела по сторонам. Может, ей это всё просто привиделось? Возможно. Только сердце до сих пор утверждало обратное. Но не просто же так здесь оказался молодой человек без сознания! Мира подобрала его меч. Ничего не соображая, она подошла ближе к оторопелому коню. Тот дико заржал и попятился.

-- Ну что ты, глупыш. Я тебя есть не собираюсь. Пойдём, пойдём со мной... - Мира взяла коня под уздцы, и повела прочь от странной поляны.

Скоро должно было вечереть. Мира на удивление просто находила приметы обратной дороги. Молодой человек не пришел в себя, зато его конь послушно шёл за своей спасительницей. Мира ни о чём не думала. Она была обескуражена происходящим. Её амулет был молочного белого цвета. Она крепко сжимала его в руке. Единственным вопросом, который её волновал, был: "Что произошло?".

*****************************

Винар прогуливался по саду. Замок за сутки он изучил досконально, лишь один раз вызвав на себя подозрения стражников. Но это его не волновало. Очень скоро им объявят первый этап испытаний. Его беспокоило что-то другое. Ещё утром было отличное настроение. Что же изменилось? Он потёр камень на браслете (это уже стало привычкой), не заметив, как тот вспыхнул в ответ. "Может, поговорить с Анри?" - задался мыслью Винар. И тут же её отмёл. Его сейчас больше волнуют друзья.

"Как там Аслан? Мира?". Винар присел около искусно выложенного пруда. Там даже рыбки плавали, до боли напоминавшие отечественных карасей. Он вспомнил их расставание. Вспомнил крепкое рукопожатие Аслана и прощальные объятия Миры, её любимое: "Будьте осторожны". Сердце сжалось.

"Да что же это я? Баба! Сопли распустил!". Винар с размаху ударил ногой камень. Тот отлетел в сторону, попав проходящему мимо солдату прямо в место пониже спины... Винару определенно везло на такие инциденты.

Мила находилась в отведённых ей покоях. В голове был уже привычный для неё туман. Мутное небо, которое ещё с утра заволокло серыми тучами, только способствовало этому пьянящему состоянию. Сквозь пелену звуков, шорохов, внезапно обострившихся чувств, Мила пыталась разобраться в создавшемся положении. Громко вскрикнула птица. В это самое время Милу повело влево.

"Что такое?". Виски сжало. Мила помотала головой в разные стороны, не помогло. Она что-то почувствовала. Но что? Кто-то был в опасности. Кто? Аслан? Винар, Анри? Мира!

Амулет выбирал... Хозяйка была в беде, а он пока не мог определиться с защитой.

-- Эй, дубастук, ты чего?! - сжав кулаки, обратился к Винару солдат.

-- Извини, я не хотел.

-- Не хотел он, видите ли! Я тебе сейчас покажу, как нападать на прохожих п...!

-- Я же сказал, что не хотел. Извини.

-- Мене твоё извинение не надо. Я тебя сейчас научу, как просить прощения! - с этими словами солдат набросился с кулаками на Винара.

-- Буду рад... - Винар действительно был рад. Руки уже давно чесались, а тут такой случай. К тому же этот инцидент отвлёк его от угрюмых мыслей. Амулет Винара тот час же погас.

Мила ходила сама не своя. Это какое-то сумасшествие. Вы когда-нибудь пытались соображать в подвыпившем состоянии? А Мила пыталась. Одна разница была в том, что в выпившем состоянии чувства и эмоции притупляются, а в голове либо ясность, либо туман, но ноги, как правило, ходить отказываются. Мила тоже передвигалась с трудом, в голове был туман, хотя она и не пила ничего кроме этого странного напитка, который ей приносила Арима. Но она чувствовала малейший шорох, дуновение ветра, запах, надо сказать, постоянно преследовавший её. Это всё отвлекало, мешало сосредоточиться.

"Что случилось?". Мила пыталась собраться. Она ясно чувствовала знакомый привкус опасности.

И тут она, словно наяву, увидела поляну. Зелень, много зелени. Какой-то молодой человек без сознания. Конь рвёт копытами землю. Крики птиц. Мира стоит, словно в нерешительности, перед... волками. Откуда там волки? Вокруг расплывается что-то серое, злое, тёмное. Мира боится, но не уходит. Её сердце стучит. Волки скалят зубы, рвут острыми когтями землю, и... прыгают.

"Господи, Мира, НЕТ!". Мила вскрикнула, и инстинктивно послала Мире свою силу. Вспышка! Голову сжало. Из-за испуга она послала её столько, что поляна вспыхнула светом. Но он был губителен только для волков. Они попросту сгорели, растворились в нём. Мила пошатнулась. Что бы это всё значило? Она чувствовала, что опасность миновала. Может, ей это всё показалось? Голова шла кругом, во рту был металлический привкус, руки дрожали. Мила присела на красивой резной лавочке. Состояние ухудшилось. Все пять дней она ходила как в тумане. А сейчас ко всему этому прибавилась ещё и головная боль. Скоро к ней зайдёт Арима. Они успели неплохо познакомиться за эти несколько дней. Ей просто был необходим отдых. Ноги подкашивались, руки дрожали как у столетней старухи. Мила прилегла на кровать и тут же уснула.

ГЛАВА

"Искушать судьбу - могучее наслаждение. Какое упоение в один миг пережить месяцы и годы, целую жизнь, полную тревог и надежды".

Анатоль Франс "Красная лилия".

Поток мыслей Аслана прервал шорох веток, он обернулся. Из-за деревьев показалась знакомая фигурка. То, что Мира держала коня, удивило. Больше удивило лишь, что на коне тоже кто-то был. Когда Мира приблизилась ближе, Аслан смог разглядеть, что это был молодой человек без сознания.

-- Чего смотришь? Помог бы лучше, - с ходу наехала Мира на друга, чтобы не получить за опоздание. Лучшая защита - это нападение. Аслан поспешил к ней. Вдвоём они стащили юношу с коня. Мира тут же соорудила ему ложе. Пока она занималась раненым, Аслан привязал и накормил животное. Мира тщательно осматривала раны и следы от укусов. Она обработала их настойкой, которая нашлась у неё в запасе. Молодой человек всё также был в обмороке.

-- Кто это? - наконец, задал Аслан, мучивший его всё это время, вопрос.

-- Не знаю, - не отрываясь от осмотра ран, в тон ему ответила Мира.

-- Как это "не знаю"?! - удивился Аслан. - Откуда ты его взяла?

-- Шла - упала, встала - лежит. Как тебе сказать... Я прогуливалась по лесу, что-то почувствовала, пошла дальше. Не могу точно сказать, меня что-то вело.

-- Вело? - переспросил Аслан.

-- Да. Это... это было похоже на... - Миру вдруг осенило. - Аслан! Это было похоже на Нить!

-- Какую Нить? - не понял хода мыслей Аслан.

-- Помнишь инцидент с оленем? - ещё бы Аслан не помнил. Трупы животных ещё долго стояли у него перед глазами. Ребята так и не смогли толком выяснить, что там произошло. Аслан коротко кивнул головой. Он, наконец, понял, о какой Нити шла речь. Когда ребята обнаружили оленя, он кинул Мире Дорожную нить. Мира продолжила. - Тогда ты кинул мне...

-- Помню, помню. Дорожную нить.

-- Да. Так вот тут была похожая ситуация. Я пошла и очень скоро вышла на небольшую поляну. Там был этот молодой человек без сознания, окружённый стаей волков.

-- Волков? Ты шутишь!

-- Я что похожа на клоуна?

-- Откуда здесь волки?

-- Откуда я знаю? Прибежали, наверное. Ты дашь мне закончить?

-- Да, да. Извини.

-- Так вот. На чём это я? А! Короче, я привела его коня вместе с ним сюда.

-- А с волками, что?

-- Я не знаю.

-- То есть?

-- Послушай, я не могу это объяснить, но они исчезли, - это становилось похожим на бред. Аслан молча смотрел на Миру, ожидая логического завершения рассказа. Но его-то как раз и не было.

-- Давай по порядку. Ты вышла на поляну. Там был он, - Аслан указал на молодого человека, - и волки. Что дальше? В подробностях, пожалуйста.

-- Это что допрос? - игриво подняла бровь Мира, но тут же продолжила. - Послушай, я вышла на поляну. Мне было страшно. Эти волки... Они были совсем не маленькими. Кроме того, эти когти, зубы. Кстати, многих этот мальчик, - она тоже показала на Рамюэля рукой, - убил. Но их там было о-о-чень много. Мой амулет заиграл разными цветами, вспыхнул, я зажмурилась. А когда открыла глаза, они попросту исчезли.

-- Понятно. А теперь подробнее про амулет.

-- Амулет... - Мира задумалась. - Ты знаешь, я почему-то об этом не подумала. Когда я шла, почувствовала тепло. Амулет переливался мягкими цветами: синеватым, и жёлтым. Когда вышла на поляну, ничего не изменилось. Но потом, когда один из волков попытался прыгнуть на меня, амулет вдруг вспыхнул ярко жёлтым светом, я закрыла глаза. А потом от волков и следа не осталось. Что ты думаешь по этому поводу?

-- Не знаю. Волки среди бела дня, да ещё и в таком количестве...

-- Да уж. Я их никогда не видела вживую. Только в мультиках, да ещё в передачах "В Мире животных", но эти были какими-то странными.

-- В каком смысле?

-- Кроме того, что они были размером с маленького ослика? Нет, возможно, мне, конечно, показалось. У страха глаза велики. Но кроме огромного размера, какого-то совсем тёмного, почти чёрного цвета и чрезвычайно острых клыков у них была белая лапа. И у всех только левая.

-- Левая белая лапа?! Не может быть!

-- Почему это не может? Ты думаешь, я выдумываю? - насупилась Мира.

-- Нет, нет, - успокоил подругу Аслан. - Я читал про этих волков. Это белолапы. Так их называли в простонародье.

-- Ну и... Расскажи мне про них, - попросила Мира.

-- Они очень опасны.

-- Как и любые хищники.

-- Нет, - покачал головой Аслан. - Опаснее. Они нападают стаей. Действуют командно и слаженно, наподобие пираний. Они обгладывают жертву до костей. Но про них уже ничего не слышно около тысячи лет! К тому же, откуда их могло взяться столько так быстро?

-- Ого! Это серьёзно.

-- Ага. Так что в следующий раз подумай хорошенько, прежде чем лезть к ним.

-- Надеюсь, следующего раза не будет. И всё же я не могу до конца осознать, что там произошло. Всё как будто в тумане.

-- Я тоже, но что-то подсказывает мне, что это были не последние волки на нашем пути. А что с этим парнем? - Аслан посмотрел на спокойное лицо молодого человека.

-- Его довольно сильно задели. У него три серьёзных раны. Но я могу постараться убрать их. Кроме того, ушибы и мелкие царапины. Он потерял много крови и поэтому так долго без сознания.

-- Странно, что они на него напали. Мира, не спеши убирать его раны, - тихо попросил Аслан.

-- Почему? - серьёзно, но с интересом посмотрела Мира на друга.

-- Пока мы не выясним, кто он, я думаю, не стоит показывать ему наши возможности.

-- Хорошо. Как скажешь. Но раз уж я на него попала, то раны обработаю, хочешь ты этого, или нет. Я не могу бросить его просто так. Он сильно ранен. По крайней мере, я могу пролечить его народными средствами.

-- Хорошо. Я же не говорю, чтобы ты совсем не оказывала ему помощи. А как ты думаешь, кто он?

-- Понятия не имею, - пожала плечами Мира. - Единственное, что я могу про него сказать, это то, что у него хороший конь и одежда. А это может означать, что он не из бедных. Кстати, раз уж ты решил повременить с нашими талантами, придумай какую-нибудь версию про нас. А то ещё спросит.

Мира, Аслан и молодой незнакомец без сознания были у костра. Вечерело. Друзья тихо переговаривались. Аслан высказал Мире свои соображения по поводу того, что вокруг замка всё же существовало какое-то поле, так как он не мог настроить контакт с Милой. С друзьями тоже было сложно. Ожидание хуже самой смерти. Друзья волновались. Смогут ли их друзья освободить Милу? Как они там? Не грозит ли им самим опасность? И самый главный вопрос: что дальше? Ответов на них не знал никто...

ГЛАВА

Уметь слушать - это ещё один лишний шанс понравиться мужчине, ибо такое внимание льстит его самолюбию. Винар прогуливался по замку. Он раздумывал над тем, почему всё вокруг украшено только тремя цветами: чёрным, золотым и красным. Это придавало окружающим предметам величие и пустоту одновременно. Грусть, тоска и уныние. Странное сочетание для тех, кто собирается выдать Принцессу замуж.

Винар резко обернулся на звук. Позади него стояли...

-- Моё почтение хозяйке замка, - почтительно, но не раболепски поприветствовал Винар Аманду.

-- О, я тут только гостья, однако, мне всё равно приятно. И вам моё почтение, отважный рыцарь. Чаяна, будь добра, оставь нас, - сказала она служанке и кивнула Винару в ответ. Служанка метнула в Винара молнии и вышла. Большие, зеркальные глаза манили и затягивали, как омут. Они завораживали. Винар понял, что стоять и пялиться глупо. Нужно продолжать разговор.

-- У вас очень красивый замок.

"Конечно, учитывая, что кое-кто проявляет к нему просто неподдельный интерес".

-- Это приданное моей племянницы. Но если она выберет себе жениха, здесь будут совсем другие порядки, - Винар сразу вспомнил разговор четвёрки незнакомцев в таверне.

"А она не глупая, понимает".

"Странно. Кто же он такой? Что же со мной творится?!".

-- Не думаю, что новые порядки смогут перечить воле такой красивой повелительницы чужих сердец, - Аманда улыбнулась.

-- Благодарю. Но всё же маловероятно, что эту самую красивую повелительницу будут слушать беспрекословно.

-- Поверьте мне, по другому никто не сможет, - отвесил Винар очередной комплимент. Девушка стрельнула глазами. Но всё равно Винару казалось, что её что-то угнетает. Что-то в её поведении было неестественно, но что именно?

"Конечно! Интересно, он догадывается? Однако его взгляд обжигает, как лёд". Она улыбнулась

"Красивая. Печальная. Странно. Не слабая ведь. Что-то в ней есть".

-- Позвольте спросить, - решился Винар, - что печалит такую красивую девушку? Почему её глаза мне кажутся такими грустными?

"О, Творец, зачем он так?", - застучало сердце Аманды. Она вдруг почувствовала, что ещё минутка, и она поддастся течению своих чувств. Её вдруг немного шатнуло, голову сжало...

Всё резко изменилось. Винару почудилось, как промелькнула какая-то тень. Но, очарованный Амандой, он не заметил, как полыхнул единственный глаз барса на его руке. Все эмоции регента отступили на второй план. И на Винара посмотрела совсем другая Аманда. Внешне ничего не изменилось, всё осталось прежним, но внутренне... Её вдруг накрыло чужой силой и мыслями: трезвыми, холодными. Симпатия спряталась за спину холодному расчёту. Винар уловил движение перемен.

-- Мне грустно, потому что вы пришли за рукой моей племянницы, а можете уйти ни с чем.

-- Прошу вас, не стоит грустить напрасно. Я всегда беру то, что хочу. Я не уйду отсюда без того, за чем пришёл, - "Странно, что-то изменилось. Её что-то беспокоит и тревожит".

"О, даже так? Это определенно мне нравится. И всё же у меня смутное чувство, что он что-то скрывает. Надо заняться ним поплотнее".

-- Право, самоуверенность - хорошее качество, но оно не приведёт ни к чему хорошему. Думаю, что стоя, мы быстро устанем. Пройдёмте в сад, там мы сможем продолжить наш разговор.

Винар вежливо пропустил даму вперёд.

Ему сразу вспомнились шутки Анри: "Девушку нужно пропускать вперёд, чтобы оценить её сзади. А ещё, если вдруг собака злая повстречается, ступеньки не будет, бандиты, или кирпич на голову. Винар, с девушками нужно быть предельно галантным". Но то, что произошло дальше, удивило даже его. Аманда сделала шаг, "нечаянно" зацепилась подолом платья за каменный выступ, и поскользнулась. Реакция Винара оказалась на пять с плюсом. Он сильно, стильно и бережно подхватил красавицу на руки. Их глаза встретились. Её руки обхватили его за шею, дыхание участилось.

"Она такая". Винар смотрел в глаза здешней повелительнице. Сейчас она не казалась такой уверенной. Ресницы мягко хлопали, глаза были большими и удивлёнными. По щекам медленно начал расплываться румянец.

"Сильный. Красивый. Поддался".

-- Спасибо, - почти прошептала она. - Я такая неуклюжая.

-- Вовсе нет. Неуклюжими были те, кто строил замок. Для такой утончённой девушки это слишком грубая работа, - он бережно поставил её на пол, но Аманда не убрала рук с его плечей. Они так и продолжали стоять, нежно обняв друг друга. Она за шею, он за талию.

-- Прости, - прошептала она, как-то сразу переходя на "ты", и убирая руки. Винар почувствовал, как ему чего-то не хватает. - Ты пришёл свататься к моей племяннице. Я буду рада, если ты победишь. Тогда у неё появится сильный защитник, - она спрятала глаза.

-- Кто тебе сказал, что я пришёл за ней?

-- А за кем же? - взгляд обжигал томительной надеждой.

-- Я пришёл. Этого уже достаточно. Если ты захочешь, я не буду принимать участия в конкурсах, - Винар внимательно смотрел на реакцию Аманды. Но она ничего не успела ответить. В сад буквально прибежал Эльсбрунг. Он запыхался, одежда на нём была в дорожной пыли.

-- Моя повелительница...

-- Что, Эльсбрунг? Тебя не учили, что вламываться некрасиво?

-- Простите, или убейте. К вам со срочным посланием главный садовод Кандии. Кажется, у него плохие известия.

-- Час от часу не легче. Идите, Эльсбрунг. Я сейчас его приму в большом зале, - Эльсбрунг покосился на Винара, но вышел, не сказав ни слова, лишь поклонился. Аманда подняла на Винара свои большие бездонные, как пропасть глаза. - Прости, я вынуждена прервать с тобой разговор.

-- А когда мы сможем его продолжить? - лёгкий румянец покрыл щёки Аманды после заданного Винаром вопроса.

-- Думаю, что после захода солнца мы можем встретиться в этом саду. Я покажу тебе, как расцветают чёрные лилии. А теперь прости, мне надо идти.

Винар наблюдал за хрупкой и стройной фигуркой, которая поспешно удалялась из сада. Она казалась маленькой и беззащитной. Беззащитной и одинокой, печальной и ласковой. Она была его мечтой. Он только сейчас это понял. Его мечтой, и Тёмным Ангелом.

"Что за странное сравнение?", - отдёрнул он себя сам, огляделся вокруг. И пошёл обратно к замку. Пора проведать Анри. И определить их дальнейшие действия.

*****************************

Гаэно вышел из дома. Светало. Он смачно потянулся, и...

"Грань меня побери! Что это?", - опешил он от неожиданности. И замер в неудобной позе.

Гаэно был обыкновенным фермером и садоводом. Он был коренастым мужчиной среднего роста с необычными светло карими, почти жёлтыми глазами. Своё дело он знал неплохо по собственным меркам, и отлично по меркам окружающих. Именно поэтому его назначили главным садоводом Кандии. Работёнка не пыльная. Раз в сезон он проезжал земли и смотрел на урожай, изменения, следил за развитием новых сортов. Изредка принимал селекционеров. Время нового объезда ещё не настало. Но сегодня ему пришлось изменить расписание.

Гаэно во все глаза смотрел на свой урожай, и ничего не мог понять. Что случилось?

Весь его сад и палисадник был чернее тьмы! За одну всего ночь листья на цветах скрутились в маленькие чёрные трубочки, и высохли. Трава по цвету сравнялась с землёй. Гаэно подошёл и погладил рукой землю.

"Ничего не могу понять. Влажная, рассыпчатая, удобрённая. А с цветами тогда что?".

Он медленно прошёлся по саду. Его любимые нежно-розовые фиоксы сейчас по цвету напоминали наши баклажаны. Высокие и всегда ярко-пёстрые патаньи превратились в чёрные и скрюченные сучки. Из листьев были только палочки. Но ведь холода ещё не наступили.

Гаэно очень расстроился. Он даже про завтрак забыл. На этот сезон у него были большие планы. Он медленно перебирал засохшие лепестки, не оставляя без внимания ни один цветок и кустик. Бесполезно. Засохший цветок можно было оживить. Но чтобы из такого состояния... Такой повальный мор растений Гаэно видел впервые.

Его сад по праву считался самым красивым в городе и посёлке. Он очень любил ухаживать за ним. Очень скоро к нему должны были приехать из Лумены, Сахемеха и других городов за новыми видами цветов. А что теперь?

"Может, это новая болезнь? Но как он сюда добрался? Дождя же не было. Что могло за одну ночь уничтожить все растения без остатка?", - задавался он вопросами. От мыслей его отвлекли крики.

У ворот топтались три соседа. Они размахивали руками, чтобы привлечь его внимание и яростно спорили.

-- Гаэно, Гаэно, сосед! - Гаэно поспешил к воротам.

-- День добрый, - немного задумчиво сказал он, всё ещё раздумывая над причинами гибели растений.

-- Какой он добрый? Погибли все цветы!

-- Я знаю, - тихо ответил Гаэно, пропуская вперёд соседей.

-- Гаэно, твой сад. Что происходит?

-- Я не знаю. Похоже, оживлять их бесполезно. Возможно, это какая-то болезнь.

-- Маловероятно, - покачал головой седовласый, но всё ещё крепкий мужичок. - За одну ночь? Такого ещё не случалось.

-- Возможно, дело в почве? - задал вопрос второй.

-- Исключено. Состав почвы за ночь измениться не может.

-- Дождь, ветер? - совсем по-деловому осведомился третий сосед. Это был высокий и худой мужчина средних лет с немного всклокоченными в разные стороны волосами.

-- Особых изменений погоды в ближайшие сутки не наблюдалось, - всё также рассеянно проговорил Гаэно. Он всё ещё слабо осознавал происшедшее.

-- Странно то, что с деревьями, овощами и кустарниками всё в порядке. Всюду погибли только цветы. Была бы здесь моя дочь Миранда... Она так любила цветы, - в воздухе повисла тишина.

-- Вот что я думаю, - тихо проговорил Гаэно, у которого внезапно созрело решение, - я сегодня же поеду в Кандию на приём к госпоже Аманде. Это что-то злое. Она должна знать о том, что произошло.

***************************

Анри стоял на огромном балконе и наблюдал за тренировкой солдат. Наблюдал скучно и вяло, так сказать, от нечего делать. Солдаты выполняли то, чему их научили. Ни одного лишнего жеста, совершенствующего упражнение, ни одного отклонения от нормы.

Анри и сам любил точность и порядок. Но в военном деле, а именно в деле самообороны (в других аспектах это ещё было возможным), это было неприемлемо. Её правила были просты, как день. Обороняться нужно так, чтобы нанести наибольший вред (а попросту вывести из строя) сопернику, и при этом понести наименьшие утраты для себя. При этом не только приветствовались, а были просто необходимы любые уловки и маневры.

То, что он видел на поле тренировки солдат, называлось обучением, а не подготовкой к бою. Он продолжал внимательно наблюдать, не забывая осматривать посты часовых. Замок был просто напичкан охраной. Анри запоминал детали. Впрочем, это не помешало ему услышать мягкие и вкрадчивые шаги. Словно кралась кошка. Он обернулся. У входа стояла Аманда.

-- День добрый, ваше высочество, - поприветствовал её Анри. Он отметил, что сегодня хозяйка замка особенно хороша. Она была в строгом платье.

-- И вам доброго дня. Наблюдаете за тренировкой солдат? - Анри кивнул в ответ. "Так-так, ещё один соглядатай. Что же интересно им нужно?", - задавалась вопросами Аманда. - И что же скажет благородный рыцарь? - Анри задумался.

-- Довольно... слаженно, - наконец подобрал он слова. - Но на поле боя они неизменно потерпят крах.

-- Это почему же? - с потуплённым и невинным видом спросила Аманда. "Ничего, пока можешь давать советы, учить. Пока...". Анри принялся объяснять ошибки. Аманда слушала его внимательно, не перебивая, лишь изредка уточняла некоторые детали. Она с интересом изучала Анри. Ему на миг показалось, что не такая уж она и обычная.

-- О, сколько вы мне нового рассказали! Я обязательно приму меры. Простите, а где же выпускают таких великих полководцев? - она весело улыбнулась.

"Опля-ля! Застала в врасплох".

"Ну-ну, расскажи-ка мне ещё одну новую сказку, отважный рыцарь. Советы даёшь дельные, но сильнее моей армии никого не найдёшь! Впрочем, тебе это знать не обязательно".

-- Я из далёкой страны Мурмундии.

-- О, она, наверное, действительно далёкая, я про неё не слышала.

"Учитывая, что земельные основы я знаю в совершенстве".

-- Зато до нас дошли слухи про двух прекрасных повелительниц.

-- Вы правы, моя племянница действительно хороша.

-- О, она всего лишь отблеск вашей красоты.

-- Благодарю за комплимент. Я право от них стала отвыкать.

-- А не стоило. Такая красивая девушка должна купаться в комплиментах, а не отвыкать от них.

"Где-то я уже это слышала".

Анри не кривил душой. Аманда была действительно чертовски хороша. Внезапно она подмигнула ему, улыбнулась, строя глазки, и даже "нечаянно" задела бедром.

-- В таком случае мы сможем ещё обсудить эту тему чуть позднее. Я приглашаю вас в полночь вечером в сад. Там мы сможем подробнее порассуждать на тему красоты. Но, если вы будете заняты... - игриво подняла бровь Аманда. - Ведь завтра начнутся испытания.

-- Я просто не в праве отказать повелительнице, - ответил ей взаимностью Анри. - Я обязательно приду.

Аманда попрощалась и исчезла так же тихо, как и вошла. Анри продолжил созерцание тренировок, но его мысли сейчас текли совсем в другом направлении. Настроение значительно улучшилось. Теперь он ждал вечера.

******************************

Мила была бледна. Её шатало. Ей никогда не было так плохо. Бросало то в жар, то в холод. Тело жгло и крутило. Вставать с постели не хотелось совсем. Но пришлось.

За несколько дней она неплохо познакомилась с принцессой Аримой, у которой был просто недостаток общения. Каждый день она заходила с настойкой для Милы, чтобы поговорить. Она была симпатичной, толковой, довольно начитаной девушкой. И вроде бы даже волновалась о её здоровье. Сегодня она вытащила её в сад.

Когда Мила туда вошла, она изумлённо осмотрела окружающие её растения.

Ничего более удивляющего она не видела давно. Ни одного зелёного куста. Все цветы, кустарники и деревца преобладали оттенками красного, пурпурного, тёмно-синего и фиолетового. Каждое растение было в отдельности удивительным, но вместе они составляли немного мрачную и странную картину. Зато сознание немного прояснилось. Запах цветов перебивал другой, постоянно преследовавший Милу. Голова очень скоро перестала болеть, но тело продолжало быть ватным. Её шатало.

Мила посмотрела на своё отражение в пруде. Синяки под глазами, сухость во рту. Пить хотелось постоянно. Она зачерпнула ладошкой воду, и уже было, поднесла её ко рту, как...

-- Уже ждёшь? - Мила обернулась, держа воду в руке. Её диадема слабо переливалась лимонным оттенком. К пруду подходила Арима. За ней следовала уже знакомая Миле служанка Чаяна. Нет. Мила ничего не имела против Аримы с явным дефицитом общения и внимания. Но не при таком плохом самочувствии. Поэтому она просто махнула головой в знак согласия. - Ой, ты что?! Эту воду пить нельзя! Чаяна, принеси нам чего-нибудь выпить, - "предложила" Арима служанке. Та, поклонившись, удалилась. - Не нравится она мне, - шёпотом поведала принцесса Миле. - Странная какая-то. Вроде бы всё исполняет, но все равно не так. Не пей, подожди, - снова осекла она Милу, видя, что та украдкой набирает воду в ладошку. Мила спокойно, без каких либо эмоций или мыслей, вылила воду обратно в пруд. Голова снова давала о себе знать, предметы расплывались, клонило на сон, а впереди было общение с Аримой.

По правде говоря, она вышла в сад не ради неё и чистого воздуха. Здесь два дня назад она увидела Анри и Винара, которые наткнулись на подругу совершенно случайно (судя по удивлённому и обрадованному выражению лиц). Но стражники, постоянно охраняющие Принцессу и каждую (как поведали Миле) девушку в замке, очень оперативно их вытолкали. Это огорчило, но не особо. Ведь, раз ребята нашли её, то обязательно придумают способ, как забрать. Жаль, конечно, ей бы больше хотелось увидеть брата.

Вот и сегодня она пришла в сад с надеждой, что ей удастся с ними поговорить. В голове был туман. Предстояло слушать вечное нытьё принцессы Аримы.

***************************

Первым делом, едва открыв глаза, Мира обратила внимание на амулет. Он светился бледным лимонным светом.

"Что бы это значило?", - задалась вопросом Мира. Но ответить на него не успела. Послышалось тихое шипение. Молодой человек, которого спасла Мира, очнулся.

-- Кто вы? - "Ни тебе здрасьте, ни до свидания". - Что я здесь делаю? Где... - он обеспокоено огляделся.

-- Не волнуйся, ты в безопасности. Меня зовут Мира, а это Аслан, - указала она на уже проснувшегося друга. - Я нашла тебя без сознания в лесу.

-- А где волки? - упрямо допытывался спасённый.

-- Какие ещё волки? - удачно изобразила удивление Мира.

-- На меня в лесу напали волки. Их было очень много. Мой конь, испугавшись, понёс меня в глубь леса.

-- Я не видела больше никого в лесу, кроме тебя и коня. Да и откуда им взяться?

-- Но они там были! Я их видел! - дёрнулся доказывать молодой человек, и снова зашипел от боли. Рана, полученная от укуса, начала кровоточить.

"Интересно, почему он не спрашивает, как я нашла его в лесу. Лес совсем не маленький, поэтому коэффициент вероятности, что я на него попаду, просто крохотный. И всё же...", - размышляла Мира про себя, пока спасённый объяснял свою встречу с волками.

-- Хорошо, хорошо. Успокойся. Мы поняли, там были волки. Тебе нельзя волноваться. Мы тебе верим, - попыталась успокоить она парня.

-- Мне нужно найти своих.

-- Обязательно, но сейчас тебе нужно полежать, пока я поменяю повязки. Твои раны пока беспокоить не стоит.

Мира встала. Молодой человек удивился. В споре он совсем не заметил, что эта девушка совсем не походит на тех, что жили в этом государстве. Худенькая, стройная фигурка, светлые волосы, как у его сестры (только он знал, что та их подкрашивала). Красивая. Слегка округлое личико. И глаза... большие, светлые, открытые и немного грустные. Вторым был рослый молодой человек, который пока не встревал в разговор. Девушка ним немного помыкала, говоря ему выполнить ту или иную работу. Он выполнял. Но скорее дружески, нежели как-то по другому. Рамюэль предположил, что он не из слабых и трусливых. Такие могли бы пригодиться в его отряде. Мира уже помешивала травы в плошке. Она готовила мазь. Несмотря на то, что Аслан строго на строго приказал не использовать собственные силы, она всё же решила, что пару капель должны немного усилить действие лекарства.

Мира повернулась спиной к спасённому и накрыла ладошкой плошку. Амулет на её шее зажёгся светом. Впрочем, он и так не переставал гореть последние несколько дней. Мира чувствовала, что это не спроста. Но это были лишь догадки. Так что поднимать из-за него настоящую панику, было бы глупо.

На процедуру ушло всего несколько секунд. Мира закончила и повернулась к молодому человеку, держа в руках снадобье.

-- Кто ты? - удивлённо произнёс спасённый. Он вдруг почувствовал силу. Это длилось всего несколько секунд. Парень повернул голову, чтобы найти источник. А ним оказалась его хрупкая спасительница. Мира замерла. Аслан напрягся. "Я же говорил!", - получила мысленный втык Мира. Она сразу внутренне сжалась, готовясь к дальнейшему развитию ситуации. Аслан лихорадочно перебирал версии. - Кто вы такие? - повторил свой вопрос спасённый. Аслан вздохнул. Предстояло врать.

-- Мира - Лессовица. А я...

-- Дока? - сам того не осознавая, подсказал молодой человек. Аслан с облегчением кивнул.

Сердце молодого человека сжалось. Он тоже знал одну из потомков Лессовиц. "Странная компания. И всё же...".

-- Не совсем, но у вас меня бы называли именно так. Мы прибыли издалека. И здесь находимся из-за... - он запнулся, подбирая термин.

-- ... друга, - подсказала Мира. Друзья по ходу сочиняли сказку, сплетая правду с вымыслом. - Наш друг находится в опасности.

-- А где он? - Мира вопросительно переглянулась с Асланом.

-- Это девушка. Она находится в замке Кандии.

Слово "замок" резануло по не затянувшейся ране. Перед молодым человеком пробегали знакомые лица.

-- Тогда она действительно в опасности.

-- Ты что-то знаешь? - уже совсем по-деловому обратился к нему Аслан. Мира подошла ближе для перевязки. Молодой человек тонко чувствовал волшбу, так что пользоваться силой ей расхотелось.

-- Я какое-то время жил там. Сейчас там происходят очень странные вещи. Местный регент сошла с ума. Она убивает людей. Мне тоже нужно забрать оттуда одну... девушку. Но пока я не знаю, как сделать это. Замок со всех сторон напичкан охраной, а я там непрошеный гость. Думаю, что это она натравила на меня волков.

-- Что же, значит нужно объединить усилия, - сделала вывод Мира, перевязывая раны. - Так почему же на тебя напали бе... волки? - она чуть было не сказала "белолапы".

Молодой человек слегка задумался и начал рассказ того, что с ним произошло. Он объезжал со своим отрядом здешние места. Настроение у всех было отличное. Молодой человек красовался на своём коне Сэзе, который по праву считался самым лучшим. Вдруг он понёс его куда-то вглубь леса. Его друзья или не поняли, в чём дело, или не смогли догнать Сэза. Через некоторое время он вынес его на поляну, и стал крутиться на месте волчком. Парень не понимал, почему у него такое странное поведение. Понял лишь тогда, когда увидел, что их окружают волки. Не просто волки... белолапы! Откуда им было здесь взяться, да ещё и в таком количестве, он не знал. Они напали на него, и даже ранили. Сил оставалось всё меньше. Рамюэль мысленно звал друзей, врагов, кого угодно.

"Так, вот в чём дело! - осенило Аслана. - Он неосознанно бросил Нить любому человеку. А её нашла Мира. Тут всё просто. Ему повезло, что она не оказалась обыкновенной".

-- А потом я потерял сознание, - закончил рассказ парень.

-- Понятно, и тебя нашла Мира.

Мира прислушалась. Где-то кричали птицы, вскакивая с насиженных мест и разлетаясь в разные стороны. Почему? Ведь их не так просто согнать, если только, если только... Додумать свою догадку она не успела. Со всех сторон на них посыпались люди с оружием.

Мира, Аслан и раненый молодой человек были окружены с ног до головы вооружёнными людьми. Мира тихо потянулась к перевязи с ножами. Нескольких она успеет нейтрализовать. Аслан уже держал в руке своё оружие. Между людьми прошло напряжение. Спокойные, сосредоточенные лица вооружённых людей внушали, если не страх, то невольную оторопелость.

-- Рамюэль! - послышался крик. К спасённому Мирой молодому человеку бросился один из воинов.

-- Нюрий, как я рад вас видеть!

-- Куда ты пропал? Мы прочесали весь лес вдоль и в поперек, когда Сэз взбесился.

-- Ладно. Об этом потом. Опустите оружие! - скомандовал он, и воины подчинились. - "Даже так?", задались вопросом друзья. По-видимому, их спасённый был не так прост. - Слушайте, это Мира и Аслан. Лессовица и Дока. Они меня спасли. У них проблемы. В замке находится их друг. Девушка, - по толпе прошло волнение. Люди были озлоблены на здешнее правительство. Это было очевидно. - Поэтому они будут с нами. Возражений нет?

Возражений не нашлось. Кроме того, друзья узнали массу интересного. Оказалось, что спасённый Мирой молодой человек, никто иной, как принц Рамюэль. В замке находится его красавица сестра - Арима. Государством управляет регент - тётушка Аманда, в которую вселились злые духи. Она убивает девушек и потихоньку разваливает государство, не давая наследникам самостоятельно править. От такого обилия информации кружилась голова.

Остальное время Мира и Аслан знакомились с небольшим отрядом в человек шестьдесят. Они планировали добраться до замка одни, но судьба распорядилась иначе.

***************************

Время Первого Страха пришло. Вокруг умирала красота. Луга, поля, земля, сады постепенно превращались в пепел. Яркие краски природы заменялись будничной серостью с каждой минутой. И никто ничего не мог сделать. Потому что причины этого были неизвестны.

Гаэно задумчиво вышел из замка. Госпожа Аманда его приняла. Приняла, но лучше бы не делала этого. Он осмотрелся вокруг.

Высохшие кусты растений напоминали сухоцвет. Даже небо сегодня было тяжёлым и серым. Хмурые свинцовые кучевые тучи сгущались над городом.

-- Засохли цветы? Вы осмелились беспокоить меня по этому поводу? Вы из-за цветов оторвали меня от важных государственных дел? Нет! Здесь королевство безумцев! Я пытаюсь добиться расположения ближайших государств, пытаюсь заключить с ними перемирие, чтобы обезопасить граждан, а меня отвлекают из-за каких-то цветов! Послушайте, как вас там... Гаэно. Ведь, это вы самый главный садовод Кандии, не так ли? Так почему же вы беспокоите меня по этому поводу? Цветы не зубы, вырастут новые. Впрочем, пройдёмте в мой сад, - через пару минут она указала на свои чёрные лилии.

Вот, видите, с моими цветами всё в порядке. Какие из этого можно сделать выводы? Устойчивая порода? Ерунда! Умелые руки, вот что я вам скажу! Вместо того чтобы отвлекать меня от действительно, - она подчеркнула это слово, - важных дел, нужно было найти решение. А теперь... Мне только остаётся сделать вывод, что вы не в состоянии справиться с возложенной на вас задачей. Я снимаю с вас обязанность главного садовода Кандии. Отныне вы свободны. Стража, проводите господина к выходу.

Да... Если будут ещё возникать вопросы, проблемы, не стесняйтесь, обращайтесь. Мы всё решим, а заодно подумаем над целесообразностью существования вашей головы на плечах, если она разучилась думать. Проводите! - Гаэно перебирал в голове каждое слово правительницы. Что случилось с этим миром? Неужели все ослепли и не видят очевидного? Гибнет красота!

-- Люди, - закричал в отчаянии Гаэно, воздев руки к небу, - неужели вы не видите, наш мир умирает! Гибнет красота! - какой-то прохожий отшатнулся от него, как от безумного. - Вы не понимаете, это ведь только начало, - подбежал Гаэно к другому.

-- Отвали! - с раздражением и злобой отпихнул тот садовода.

-- Гибнет красота, - продолжал настаивать на своём цветовод. Он подбежал ещё к кому-то. Люди от него отворачивались, как от чумного. Никто не хотел слушать бывшего главного садовода Кандии. Гаэно бегал и кричал, рвал на себе волосы, поднимал умаляющие, полные слёз, глаза к небу. Отчаяние завладело ним целиком. На его призыв никто не реагировал. Гаэно схватился за голову и бросился домой.

-- Слышали, Гаэно сошёл с ума, - в этот же вечер пронеслось по окрестностям.

-- Да, жалко старика. Не перенёс гибели цветов. Он жил растениями.

Гаэно заперся у себя в домике. Не было слышно его обычного насвистывания в саду. Никто не поливал цветы, не пытался вывести новые, никому неизвестные сорта растений, чтобы поразить весь мир. Потому что Гаэно больше не было. Гаэно, главный садовод Кандии, досрочно уволенный со службы, покончил с собой...

Гибла красота.

ГЛАВА

Размытые контуры скал -

день туманный и мглистый с рассвета.

Он пришёл к нам, спустился, настал,

но солнце оставил где-то.

Он похож на коня, что во мгле

возвращается с поля сраженья,

Оставив лежать седока на земле

без движенья...

Винар услышал шаги и нахмурился. Что за тяжёлые шаги? Либо его ангел спешила, либо...

-- А ты что здесь делаешь? - удивлённо задал вопрос Анри.

-- Гуляю. А ты? - ответил Винар.

-- Тоже. Я должен здесь встретиться с одной девушкой.

-- Я тоже, но не знал, что образ моей любимой столь переменчив в лунном свете. - Анри не обратил внимания на язвительные замечания друга.

-- Слушай. Надо как-то входить в положение друг друга. Может, ты встретишься и погуляешь со своей девушкой в другом месте? - предложил Анри.

-- А то, как же! - прямо обрадовался Винар. - Конечно, в другом месте, но в другое время. Я не могу изменить наши планы. Так что лучше ты погуляй со своей девушкой в другом месте, а подожду свою здесь. Впрочем, свидание с тобой при лунном свете вполне заманчивая перспектива.

-- И что же? Если вместо своей девушки ты рад видеть меня... То, возможно, я подумаю над взаимностью.

-- Иди-ка ты! Ещё хоть слово о ней, и ты пожалеешь! - Винар помрачнел.

-- Да, ты что? Ух, ты какой. Уже боюсь и испаряюсь.

-- Отвали, - настроение Винара улетучилось.

-- А где ты с ней познакомился? Кто она?

-- Здесь, и это не твоё дело.

-- А я со своей на башенном балконе, когда посты вычислял, - расплылся в улыбке Анри.

-- Ну, ты прям тарзан! Один с ней на балконе. И как, справился? Хотя, у тарзана были вполне милые подружки, волосатые, с хвостами. Обезьянки называются. Слушай, а может действительно уйти, а то у меня сердечко слабое, могу не вынести неземной красоты твоей избранницы, - продолжал издеваться Винар. Анри медленно, но уверенно закипал. Крышу начинало подрывать с неимоверной силой.

-- Слышишь ты, некрофил хренов! Выраженьица подбирай!

-- Во-первых, не некрофил, а некромант! - немного обиделся Винар.

-- Не один хрен! Небось, твоя мумия не краше моей будет. Впрочем, тут ещё поспорить можно. Бинты - полезная штука.

-- Я с зоофилами не спорю, - тихо и вроде бы даже смиренно развёл руками друг. Это стало последней каплей. Анри сжал руки в кулаки и немного втянул голову. Винар понял, что немного перегнул палку.

"У-у-у-упс! Немного переборщил. Хотя, с кем не бывает".

-- Да ты! Долбанный хандебобер, некрофил-неудачник. Тёмный он, видите ли. Да таких Тёмных на каждом углу пачками. П... ты недоделанный.

-- Ладно, ладно, не кипятись, а то уже морда красная така-а-а, а глаза, как у бешеной селёдки. Не расстраивайся так, а то в этом мире про памперсы ещё не известно, - Анри уже начинал подпрыгивать, его так и подмывало, если не повоспитывать друга, так хоть за горло подержаться. Чуть-чуть, - Полюбезничали, и хватит, а то я чувствую, что просто так это не закончится.

-- Конечно, не закончится. Сейчас я покажу тебе, удод винтокрылый, козлина мохнорылая. Будем ровнять тебя по красоте с твоей любимой, членисторогий мозгоизвилистый долбун! - он отвернулся.

"Ого, ну и лексикончик! Ладно, позволим ребёнку выговориться, а то и впрямь: где столько памперсов набрать?". Тем временем, Анри усиленно делал вид, что в саду кроме него никого нет, пытаясь немного поостыть. Это ему всегда удавалось. Наконец, взяв себя в руки, но уже с окончательно испорченным настроением, он повернулся к насупленному другу (понятное дело, после такого обилия эпитетов).

-- Что слышно от Аслана? - хмуро и недовольно спросил Анри. Винар отрицательно покачал головой. Его и самого это немного беспокоило. - Что с Милой?

-- Не знаю. Думаю, надо с ней встретиться. И чем скорее, тем лучше.

-- Думаю, её нужно отсюда забрать. И чем быстрее, тем безопаснее!

-- Вопрос лишь в том: "КАК"? - задумался Винар.

-- Хороший вопрос, дельный, для такой тугой башки! - всё ещё нарывался Анри. Но вкус подразнить друга у Винара прошёл, он промолчал.

Оба одновременно задумались над тем, как бы подействовать через Аманду. Хорошие мысли приходят в светлые головы одновременно. Но вслух никто так и не решился сказать. Ребята нервно прогуливались и ждали.

-- Кажется, твоя девушка не спешит, - ехидно заметил Анри.

-- Да, и твоя не торопится, - тем же ответил ему друг. - Моя может и не прийти. У неё слишком много дел.

-- Уж не с принцессой ты мутишь? - не унимался Анри.

-- Бери выше, - отпарировал Винар, чтобы хоть как-то утереть нос другу.

-- Что значит "выше"? - немного не сориентировался Анри. Холодной змейкой зашевелилась догадка. - Ты встречаешься с...

-- Да. Представь себе, с Амандой, - закончил за друга Винар.

Повисла нелёгкая пауза. Было не понятно, то ли друг удивлён, то ли...

Вот вам и мумии с обезьянами. Анри не ожидал такого поворота событий. А что же тогда здесь делает он? Друг молчал, осознавая услышанное. Было непонятно, кто вышел победителем, а кому просто не повезло.

"Ну, вот теперь всё понятно, отважные рыцари. Теперь всё встало на свои места, и играть мы будем совсем по другим правилам", - подумала Чаяна, тихо удаляясь из сада.

**************************

Мила чувствовала, как внутри разрывались внутренности. Всё тело жгло огнём. Казалось, кто-то влил горячую смолу. Горло опухло. По телу пошли красные пятна. Мила горела. Её волосы разметались по подушке, глаза были красными и воспалёнными. Кожа стала жёлтого нездорового цвета. По телу разливалась привычная слабость и усталость. Всё плыло и кружилось. На подушку медленно стекала слеза.

"Аслан, Мира, ребята, Аслан! Заберите меня отсюда". От этих мыслей становилось только хуже. Апатия завоёвывала себе место. Мила попыталась подняться с тошнотворно мягкой кровати. Получилось, но стало только хуже. К горлу подкатил ком. Её мутило и выворачивало наизнанку. Она обессилено рухнула обратно.

-- Вам плохо, госпожа?

Это была вездесущая Чаяна. Мила уже успела убедиться в правильности сомнений Аримы. Эта служанка была не так проста, как хотела казаться. Впрочем, Мила себя плохо чувствовала, ей могло показаться. А дело было вот в чём.

Мила выпила настойку. Стало немного легче. Она начала проваливаться в мягкие объятия сна. По телу разливалось тепло, боль отступила и Мила наслаждалась этим моментом. Наверное, она должна была уснуть, но почему-то ей не спалось. Она просто лежала с закрытыми глазами. Внезапно ей почудился скрип двери. Мила разлепила, словно склеенные веки, и увидела, как входит служанка. В её руках был графин с настойкой (ей упорно не хотели давать воды). Мила закрыла глаза. Чаяну закрепили за Милой, чтобы она присматривала за её самочувствием, лишь поэтому она могла беспрепятственно входить в её покои. Она тихо прошелестела платьем, проходя по комнате, поставила графин с водой, и подошла к Миле. Убедившись, что она спит, Чаяна медленно протянула руку к диадеме девушки. Мила этого не видела, но почувствовала. Это украшение стало частью её самой, и снимала она её в весьма редких случаях. По-видимому, служанка позарилась на изумительно-тонкую работу. Она протянула руку и начала медленно стаскивать украшение с головы спящей Милы.

Мила резко открыла глаза, камень на диадеме засиял ярким жёлтым светом. Чаяна шарахнулась от неё, словно от прокажённой. Мила внимательно смотрела на неё. На её вопрос: "Что вам нужно?", служанка пробормотала, что подумала, будто голове будет легче без украшения. Мила "уверила" её, что всё в порядке и беспокоиться не стоит.

С этого самого момента, Мила замечала всё больше странностей со стороны служанки. Хотя, возможно, что она говорила правду, и Мила к ней слишком придирается.

-- Да, - прошептала Мила. - У меня всё болит и очень хочется пить. А где принцесса Арима?

-- О, ей пришлось ненадолго уехать по государственным делам, - не моргнув глазом, ответила Чаяна. Мила не смогла задумываться, какие у её утончённой подруги могут быть "государственные дела", учитывая то, что всем заправляет её тётушка и сейчас полно претендентов на её руку.

-- Я хочу пить, - простонала Мила.

-- Конечно, госпожа, я принесла вашу настойку.

-- Я хочу воды.

-- Прошу вас, выпейте лекарство, - поднесла настойку Чаяна.

-- Нет, я не хочу.. Принесите воды.

-- Вам же будет легче, пейте!

-- Не хочу, - вяло отвернула голову Мила.

-- Что же вы не заботитесь о своём здоровье! - сквозь зубы с раздражением пробормотала Чаяна, поворачивая силой голову Милы. - Пейте! - она силком влила питьё в рот Милы. Мила сделала глоток отвратительной коричневой жидкости, и закашлялась. - Вот, так лучше. Госпожа Аманда очень беспокоится о вашем самочувствии. А теперь спите, - она встала, поправила одеяло Милы.

-- Мира, Аслан... Аслан! - в бреду бормотала девушка. Лоб покрылся испариной, её пожирал жар. - Винар, Анри... Арима... Аслан.

"Вот значит как. Думаю, госпоже будет интересно это узнать". Чаяна вышла, тихо прикрыв за собой дверь.

Мила закрыла глаза. Ей почудились крики за окном. Какой-то праздник? Тошнота не прекращалось, тело ломило. Сейчас девушку мало что волновало. Перед глазами всё плыло. Она мягко проваливалась в сон.

*****************************

"Отпусти меня!".

"Ты моя. Ты теперь не принадлежишь себе".

"Отпусти", - снова прокричала Аманда тени. Она ухватилась руками за красивую решётку. Внутри неё шла борьба. И, похоже, что она проигрывала. Аманда прижалась лбом к резным ставням. Внизу тренировались рыцари. Отсюда они казались маленькими игрушками.

"Смотри на них. Ты можешь повелевать ними. Ты сильная!".

"Я не хочу власти, я хочу покоя и любви".

"Глупости. Любви? Ты про этих двух маленьких петухов, которым я назначила свидание в саду? Ни один из них не достоин меня".

"Я не говорю о тебе. Оставь меня в покое. Он мне нравится. Он не маленький, он сильный!".

"Сильный? Знаю, о ком ты говоришь. Возможно. Я чувствую, что он не так прост. Но он не будет с тобой".

"Отпусти меня, - снова сопротивлялась Аманда. - Я не хочу!".

"Это не имеет значения. Твоё мнение меня не интересует".

"Не хочу!".

"Не хочешь? Что ж, видно, ты забыла, от чего я тебя избавила, и поэтому я дам тебе возможность вспомнить". У Аманды перехватило дыхание. Тело свело судорогой. Сердце забилось в бешеном ритме. Кровь закипала.

-- Аааааа! - закричала, задыхаясь Аманда. Тело казалось одним большим узлом, который пытались разорвать на отдельные нитки, голова разлеталась на мелкие осколки. Боль снова затмила все мысли в сознании. Дыхание Аманды словно перекрыли. Она стала судорожно дышать. Задыхалась. Тело синело и билось в конвульсиях.

-- Тётушка? - раздался настороженный голос. В дверях показалась перепуганная Арима. - Тётушка, вам плохо? - она побежала к ней, пытаясь решить, чем она может ей помочь. Аманда не могла не то что слово сказать, а даже мысленно помощи попросить. Видя, что дела обстоят совсем плохо, принцесса выбежала в коридор. Пусто. Сбежала вниз. Никого. Все были заняты подготовкой к церемонии. - О, Творец, кто-нибудь! Помогите!

-- Госпожа? Что-то случилось? Я могу помочь? - вынырнул из темноты один из претендентов на её руку. Арима узнала этого молодого рыцаря. Он был темноволосым с голубыми серьёзными глазами. Молодой человек появился несколько неожиданно, что Арима немного растерялась.

-- Там... там тёт... Аманде плохо.

-- Показывай, где она, - он решительно подтолкнул Принцессу. Она поспешила в комнату Аманды, где та корчилась от боли.

"Ааааа! Отпусти!".

"Вспомнила?".

Винар почти влетел в комнату, Арима еле успевала за ним. Он бережно подхватил уже почти бездыханную Аманду на руки, и уложил на кровать. Потрогал лоб: сухой, горячий. Глаза расширенны, тело сводят судороги. Сердце Винара колотилось от переживания.

"Эх, Миру бы сюда. Ну, ничего...". Он зашептал элементарное заклинание первой помощи для выяснения диагноза, как...

"Вспомнила?".

"Да".

Боль отступила так же внезапно, как и началась. Аманда шумно вздохнула, и вполне осмысленно посмотрела на своего спасителя. Винар даже немного растерялся.

-- Спасибо, - прошептала она.

-- Вы уже лучше себя чувствуете? - не понимая, в чём дело, спросил он. Ведь он не успел предпринять никаких действий, только хотел выяснить диагноз.

-- Только благодаря вам.

-- Тётушка, - прошептала всё ещё бледная Арима.

-- Не волнуйся, девочка, со мной всё в порядке. Принеси мне воды, - попросила она племянницу, и та стрелой вылетела за водой. - Спасибо. Это со мной случается. Второй раз ты оказываешься рядом, когда мне плохо.

-- Я ничего не делал. Но главное, что тебе уже лучше. Я... - Аманда прикрыла ладошкой губы Винара. Затем, как бы немного подумала, и внезапно привлекла его к себе и поцеловала. Жарко и нежно.

-- Ничего не говори, - прошептала она, отрываясь от Винара. - Через четверть часа церемония, я должна буду объявить всем одинаковые условия и прошу тебя участвовать. Ты помог мне. Я этого не забуду, - в дверях с водой появилась Арима. Аманда, всё ещё бледная, но безумно красивая, приняла деловой и немного вежливо отстранённый вид. - Спасибо вам ещё раз, высокочтимый рыцарь. Я немного перепугала племянницу. Прошу вас, дайте нам возможность поговорить. - Винар согласился, поцеловал руку Аманды, кивнул Ариме, и вышел.

Он был сбит с толку. Аманда была такой... необыкновенной. Сильной, как положено правительнице, слабой, как любая женщина, удивительной, как всякое создание. Винар медленно шёл навстречу испытаниям.

***************************

Раздались звуки горнов и труб. Зазвучали приветственные крики болельщиков и людей. Анри обратил внимание, что большей частью это были мужчины и старики, бабушек было ещё меньше, женщины были редкостью, а девушек не было видно и в помине. Пришёл час испытаний.

Яркие красные, чёрные и золотые ленты, которые украшали поле, развевались. Ветер сегодня дул особенно сильно, играя с волосами участников. Юноши, молодые люди и мужчины собрались сегодня на поле состязаний, определить победителей в ловкости и силе.

Снова зазвучали трубы. На поле выходили девушки...

Все и всё вокруг замерло. Выходили нимфы... Все, как одна, темноволосые и кареглазые. Девушки были в белых одеждах, которые мягко ложились по фигуре, делая тела лёгкими и прозрачными. В их руках были чёрные лилии. Процессия была мрачной и вместе с тем завораживающей. Послышались крики людей. Девушки улыбались, приветственно качали головами. Они выстроились полукругом под ложем принцессы и её тётушки-регента, покачиваясь под звуки мелодичной музыки, которую сами и напевали. Раздались звуки литавр. С противоположных концов балкона грациозно выплыли ОНИ.

Тридцать один претендент стоял перед двумя ангелами: тётушкой и племянницей. Невозможно было определить, кто моложе и красивее. Обе повелительницы сердец возвышались над участниками, как нечто недостижимое. Винар и Анри молча стояли рядом, дожидаясь, начала событий.

-- Добро пожаловать, рыцари! - поприветствовала от имени племянницы и себя Аманда. - Мы собрались здесь, выяснить, кто достоин получить руку принцессы Аримы. А это значит, что впереди вас ждут испытания. Я уверена, что вижу перед собой мужественных и сильных мужчин, которые не пострашатся пройти их. Права ли я, отважные рыцари? - чуть заметно ухмыльнулась красавица.

"Ничтожные ослы, они уверены в собственных силах. Что ж, значит придётся доказать им обратное. Избавим их от лишней заносчивости, а заодно и головы. К чему она пустышке? Что касается Аримы... Что ж, это будет весёлой игрой", - прошелестела тень.

-- Дааааа! - раздались крики воинов. Кто стоял спокойно, кто заносчиво разглядывал соперников, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. Анри и Винар, не кричали со всеми. Это было лишним. Перед ними не было соперников. Им здесь не было равных.

-- Первым испытанием мы... - договорить Аманда не успела. Она вдруг запнулась, глядя куда-то вдаль. Её серьёзное и красивое лицо напряглось в попытке что-то рассмотреть. Участники испытаний один за другим, оборачивались, чтобы проследить взгляд Аманды.

На горизонте показались странные чёрные точки. Они приближались слаженно, но какими-то рывками. Направление точки держали на поле испытаний. Мал-помалу, стало видно, что по небу летят птицы. Ещё через некоторое время стало возможным разглядеть их цвет, а через пару минут, когда птицы стали видны совсем отчётливо, Анри прошибла догадка.

-- Скорее отсюда!

-- Что? - не сразу понял Винар, который усиленно пытался осознать, что происходит.

-- Быстрее, баран. Это Груки!

-- Ты сдурел, откуда им здесь взяться? - удивился друг. Он и в мыслях не имел такой версии.

-- Давай! - схватил Анри друга, и потащил под навес. Винар пытался вывернуться, чтобы получше рассмотреть птиц. Слабовато он верил в догадку Анри про Груков.

Грук - крупная Чёрная птица, с клювом, как у ворона. Когти и перья у неё, как сталь и наполнены ядом. При опасности или в схватке она сбрасывает перья на жертву, и та умирает долгой мучительной смертью. Родом эта птица с города под названием Грукинэн. Именно там, по древним преданиям, эту породу птиц вывел Асмодей - ангел-истребитель. По древним сказаниям Второй Воин Вазельвула - врага всего сущего. Только, насколько Винар знал Древнюю историю преданий, сказаний и легенд Неогеи, Груки уже перестали существовать и в помине.

Анри упорно, практически, как шкодливого котёнка, тащил его под навес, ругаясь себе под нос. Винар решил не упираться. Это был прекрасный повод снова наладить отношения с другом, так как после разговора в саду, они несколько подпортились. Услышав, что Винару свидание назначила Аманда, Анри больше не сказал ни слова, и вышел. Прошло два дня, а общение друзей было подчёркнуто деловым и отстранённым. Но, поле состязаний есть поле, и друзья снова рядом.

Птицы приближались. Это было зловещее зрелище и ненастный час. Люди были не в силах оторваться от диковины, а некоторые, похоже, и вовсе не верили глазам. И лишь некоторые последовали примеру ребят. Приближались Груки.

Они были огромного, почти с лошадь, размера. Размах крыльев, подходил по ширине к крыльям небольшого дельтаплана. Острые, словно отточенные, клюв и когти, победно сверкали. Птицы летели небольшой стаей прямо на людей.

Видно, лишь в момент опасности у человека открываются внутренние резервы организма, и тогда он преодолевает предел своих возможностей, устанавливая новые рекорды. Люди, словно очнулись ото сна, и практически со скоростью звука бежали к навесам, закрывая головы руками. Груки резко спикировали над ними. И на испуганный народ полетели перья-стрелы.

Люди падали на землю, и тут же затихали. Длинные и острые перья разили, словно копья. Они с лёгкостью пробивали незащищённые места. Началась сумятица и хаос. Крики девушек, вой раненных, звуки птиц, запах смерти и страха.

Птицы исчезли также быстро и неожиданно, как и появились. Люди помогали подняться раненым, поднимали убитых. Винар и Анри тоже помогали остальным. Всех вроде бы объединило общее дело, на миг перечеркнув мысли о соперничестве. Внезапно откуда-то сверху раздался вопль. Рыцари, все как один, подняли головы вверх.

-- НЕТ, АРИМА!

Там, возле тронов, на коленях стояла Аманда, в отчаянии обхватив голову руками. У её ног беззвучно распростёрлось тело юной принцессы.

"Она умрёт", - зловеще и радостно прошелестела тень.

******************************

Мира задумчиво помешивала содержимое в котелке. Её амулет сиял ярче обычного. Девушку это беспокоило. Ей почему-то казалось, что такого быть не должно. Она методично мешала варево, задумываясь над вопросами будущего. В отряде Рамюэля к ним относились хорошо и даже свояцки-дружественно. Аслана сразу стали уважать, что было совсем немудрено с его-то ярко выраженными чертами лидера. Рамюэль стал очень часто обращаться к нему за советом. У принца был друг Нюрий - вполне толковый и весёлый молодой человек. После него Мира и Аслан стали вторыми приближенными к принцу людьми и советниками.

Мире нравилось быть в обществе задумчивого, серьёзного и немного печального молодого человека. Его воины почти спокойно отнеслись к обществу симпатичной девушки, конечно благодаря приказу своего предводителя. И хотя донимали Миру томными взглядами, приказа ослушаться не смели. Впрочем, шёпот о красоте Мире, её саму интересовал и приятно радовал только первые пять часов. Как уже было известно, с девушками здесь были проблемы. Впрочем, она просто стала для них сестричкой-медсестричкой, хоть и со странностями. Эдакая себе скорая помощь.

Мира вела себя на удивление тише воды, ниже травы, зная: малейший повод, и начнётся раскол. После своеобразной рекламной кампании, проведённой Асланом (он просто дал понять окружающим, что с Мирой себя следует вести спокойно, без намёков и притязаний. Шаг в сторону расценивается, как попытка), без веских причин её не беспокоили.

Но что же тогда не давало покоя ей самой? Мира присела, скучно рассматривая окрестности. Отряд занимался своими делами: кто латал одежду, кто тренировался, кто готовил. Небо было затянуто серыми тучами. У Миры ещё с утра было сумбурное чувство головной боли. Но, помня о даровании Рамюэля (кроме того, вокруг всё было просто пропитано Всеобщим Законом Равновесия), она не пыталась её убрать, решив: "поболит, и перестанет".

Мира рассматривала маленький синий цветочек. Нежные лепестки по форме напоминали маленькие сердечки, впрочем, он так и назывался - сердечник. Его использовали в лекарственной магии.

-- Ёпонский городовой! - внезапно вскочила Мира и принялась судорожно помешивать варево в котле. Успокоив бурлящую жидкость, она добавила в него несколько ингредиентов, и присела обратно.

Мира посмотрела в сторону, где недавно наблюдала за сердечником. Но, поискав глазами, она не нашла его. Это было странно, ведь цветок был не такой уж и крохотный, величиной с грецкий орех. Она принялась внимательнее осматривать растения. Чего-то не хватало. Но чего именно?

"Господи, когда же это всё прекратится? Когда же, наконец, будет спокойно, без опасностей?", - задала она себе привычный вопрос. Впрочем, тут же задумалась, а хочет ли она спокойствия? Спокойствия она хотела до того, когда попала на Неогею? Спокойствия ей хотелось, когда она была под Поводком? Нет. Напротив, как ни странно, ей это всё нравилось. Она получала поистине упоительное наслаждение от каждого приключения и каждого дня. Всё это так. За исключением одного "но". С ней были её друзья. И что бы она ни делала, как бы не ворчала, грубила, возмущалась, дороже них сейчас не было никого. А вокруг кипели опасности.

Иногда она задумывалась: совершила бы она ради них какое-нибудь безрассудство? Да. А они ради неё? Нет. На безрассудство был готов разве что Винар, да и то до обучения в Сикионе. Поистине, круче школы не найдёшь. Вот где настоящая школа закалки, выдержки и жизни. Сейчас никто бы не пошёл на безрассудство. Наоборот, ребята бы сделали всё возможное и не возможное, чтобы решить ситуацию. Выиграть, а не проиграть!

Так, почему же Мила до сих пор в самом логове замка? Почему же не получается её забрать? Какие силы мешают друзьям?

"Глупо. Всё глупо. В замок попасть пытались. На охранников чары не действуют. Внутри столько воинов, как будто в военном городке масштаба маленькой страны. Пробовали попасть через стражников: те оказались вампирами. Винар и Анри в замке. С ними может связаться только Аслан, да и то при помощи моего зелья. Да... мобильная связь здесь не помешала бы.

Но, как же вытащить Милу? Как она там? Что с ней?".

Она подняла глаза в небо. Солнца не было видно, напротив, сгущались тучи. Скоро должны были вернуться Аслан, принц и Нюрий с патрулирования окрестностей. Мира варила для Аслана настойку, которая помогала ему сосредоточиться и направить свои мысли в сторону ребят. Она вынула цветы Циаклены.

"Маловато. Придётся поискать ещё, пока не стемнело". Мира немного пошевелила хворост в огне, рассредоточив его, и тем самым, сделав огонь потише (зелью ещё предстояло готовиться). И пошла в сторону леса. За ней наблюдали. Это было очевидно, это ощущалось. Но девушка старалась не обращать на взгляды никакого внимания. Оно сейчас было направлено совсем на другое.

Мира медленно скрывалась из виду, обходя колючие и цепкие кустарники, чтобы не задеть и не сломать ветки. Скоро наступит вечер. Нужно было спешить. Лесная тишина умиротворяла. Девушка уже сорвала с дерева Элли ароматную шишку. Раньше она удивлялась её необычному запаху цитруса. Сейчас же не обратила на это совсем никакого внимания. Она немного нагнула голову, чтобы не удариться о ветку, но вдруг получила удар, не заметив другую ветку, справа от себя. Немного потерев ушибленное место, она зашагала дальше. Такое её не огорчало. Пройдя ещё небольшое расстояние, она внезапно споткнулась об невесть откуда взявшийся корень. Мира нахмурилась. "В чём дело?". Лес привлекал её внимание. Но зачем?

"Покажи мне. Покажи, что должно", - мысленно позвала она духов леса. Вокруг зашелестела трава, стал слышен шёпот деревьев. Тишина тоже имела голос.

"Это что ещё за новости?", - неприятно удивилась она, присматриваясь. Вокруг не было ни одного цветка. НИ ОДНОГО! Мира внимательно осматривала лес. Она заметила засохшие и безвозвратно погибшие растения. Загнутые в трубочки, почерневшие лепестки, ужасно её огорчили. Голые и почерневшие стебли торчали, ужасая своим состоянием. Мира очень любила цветы. Странным было и то, что погибли только цветы. Но повсюду!

Девушка посмотрела на лес. Он казался другим. Не хватало всего одного компонента... Всего одного, но этого было достаточно, чтобы лес казался опустевшим и отрешённым. Мира побродила ещё какое-то время, ища правдоподобный ответ

"Возможно, почве чего-то не хватает? Ерунда. Может, не сезон? Для абсолютно всех цветов? Ты хоть сама в это веришь? Вирус? И опять же таки: на все цветы?", - но прийти к какому-либо выводу самостоятельно не смогла.

"Одна новость хуже другой. Надо же, погибли все цветы. А у меня осталось так мало запасов. Что же происходит вокруг?". Мира угрюмо зашагала к лагерю. Она возвращалась хмурой и злой. Вернувшийся Аслан помахал ей рукой, она без улыбки ответила ему тем же.

-- Привет, что случилось?

Мира рассказала ему о своих открытиях и загадках.

-- Было бы из-за чего волноваться, - удивился, стоявший рядом Нюрий. Рамюэль молчал.

-- Ты права. Это всё очень странно, - наконец произнёс принц, пока Аслан выдвигал версии. - Действительно, почему погибли только цветы? Кстати, пока ты не сказала, я не обращал на это внимания, а теперь заметил. А что, если это снова козни Аманды?

-- Тогда я ей не завидую, - почти шепотом сказала Мира. В ней тихо поднималось негодование. - По-моему, она слишком много на себя берёт.

"Сначала Мила, потом цветы... Аманда, третьего не будет!".

-- Ей все равно. Она не любит цветов и растений. Она уже давно ничего и никого кроме себя не любит.

******************************

-- Значит, они знакомы? - сверкнула глазами госпожа. Служанка согласно промолчала. Она уже успела сообщить госпоже о том, что подслушала в саду. - Значит, они что-то скрывают. Они пришли не за рукой Аримы. Им нужно нечто иное, - она, словно очнулась от своих слов. - Что же им нужно? Что? - ломала голову повелительница.

-- Не знаю, моя госпожа. Но они всё время что-то высматривают, вынюхивают. Их видят, то на башне, то в саду.

-- Это я знаю, Чаяна, и без тебя. Меня интересует, кого они ищут?

"Я сказала "кого"? - поразмыслила тень. - Вот оно. Это же просто!".

-- Всё просто, - прошептала красавица. - Всё очень просто.

-- Госпожа, а что с Принцессой Аримой?

-- "Принцессой?", - насмешливо сверкнула глазами хозяйка. И сама себе ответила. - Ну, да. Пока принцессой, но это мы скоро поправим. Ничего. Из этого мира ей никто не сможет помочь.

"Ты не посмеешь. Не трогай её!", - кричала Аманда. Тень поменялась с ней местами. Аманда сжалась в маленький комочек, спряталась в самых дальних уголках своего же сознания. Она перестала быть его хозяйкой, её власть уменьшалась, а тень росла.

-- Никто и никогда не смеет перечить моей воле. Только я сущая хозяйка. Ариме никто не сможет помочь, впрочем, так и не коронованную Принцессу очень скоро забудут, - тень позволила себе улыбнуться. - Иди сюда, Чаяна.

Свечи мягко переливались и отблескивали на обнажённых телах. Шелка перемешались в движениях. Мягкий приглушённый свет делал атмосферу таинственной и пьянящей. Тень распростёрла свои крылья...

ГЛАВА

И вздрогнуло сердце от боли,

И светлые слёзы печали

Упали на чаши растений,

Где белые птицы кричали... Н. Заболоцкий.

"Что происходит?".

Голова Милы шла кругом, ноги были в уже привычном ватном состоянии. Она немного отупленно посмотрела по сторонам. Мила находилась в помещении. Здесь было сыро и немного душно. Она пошатнулась, но удержалась на ногах.

Запах. В большом зале горели свечи. Свечей было много, но они не умиротворяли. Мягкие зловещие тени расползались вокруг.

Запах... Снова этот знакомый запах. Странный, тёрпкий, сладкий до тошноты. Милу от него воротило. Состояние и без того было отвратительным, а это зловоние его только ухудшало. Мила попыталась в силу своих возможностей сосредоточиться. Она ещё раз огляделась по сторонам. Вокруг неё стояли девушки. Все они были одеты в красные одежды различных оттенков. От светлого до ярко пурпурного. Они находились на небольшом возвышении. Выше и немного позади них стояла всё та же темноволосая незнакомка. Сегодня она была особенно хороша. Красный цвет ей необычайно шёл. А драгоценности подчёркивали и без того горящие глаза. Остальные присутствующие внимали её словам. Чуть ниже девушек в красном стояли и другие люди, но уже в белых балахонах. Все лица были прикрыты капюшонами. Но каждый из находящихся в зале, внимал словам темноволосой красавицы.

-- Либо вы поклоняетесь старым слабым божкам и боитесь принять новых, либо принимаете новую азартнейшую игру. Игру в Хаос! Ночь ревнива к своим секретам и сторожит их многими способами, но тот, кому удастся овладеть ними, будет вознаграждён сполна. Только наш Господин способен дать власть и силу. Только он может позаботиться о своих детях с лихвой. Дети Ночи и Тьмы, я ваша повелительница, спрашиваю вас: готовы ли вы?

-- ДА!

-- Дети Тьмы и Хаоса. Мы вкусили непознанное. Нам ведома вечность. Мы стали величественнее и могущественней. Всё это благодаря нашему Господину. Только он сможет осуществить наши желания. Готовы ли вы наполнить Чашу для него?

-- ДА!

-- Я говорю вам. Влейте эликсир жизни для нашего Господина. Наполните Чашу. Стучите в барабаны, пойте и радуйтесь, ибо скоро придёт час его. Очень скоро он будет могущественней самого Творца! Скоро Господин будет с нами, и на эту грязную землю опустится вечный свет!

-- ДА!

Застучали барабаны. Ритм заполнял сознание. Голова наполнялась туманом от криков, запаха и питья, которым до церемонии напоили Милу. Она с трудом стояла. Стояла, словно кукла. Сил хватало лишь на то, чтобы не закрывать глаза. Девушка даже пошевелиться не могла. Мысли возникали, но тут же угасали под действием отупения. Всё ставало безразличным, серым, размытым. Мила услышала чей-то пронзительный крик. Ещё, и ещё. Стук барабанов, крик, смех, запах. Девушек по очереди чем-то поили. Краем глаза Мила увидала блеск оружия. Оно вспыхнуло, и погасло. Стук, крик, запах. Запах, крик, боль. Вот. Скоро наступит и очередь Милы. Запах, смерть... ДА! Мила качнулась, но не смогла сделать и шагу. К ней медленно и по-кошачьи подходила черноволосая красавица. В руках у неё была пиала из чёрного гладкого полированного камня.

-- Кто ты? - спросила темноволосая у Милы.

-- Я - королева.

-- Да, - прошептала темноволосая. - Ты наша королева. Ты наполнишь Чашу для нашего Господина. Ты будешь его силой. Пей, - с этими словами она протянула Миле пиалу.

Мила посмотрела в лицо черноволосой красавице. Огромные пленительные глаза глядели лукаво, открыто и гордо. Девушка смотрела в глаза Миле - большие, красивые, чистые и сильные. Не стало слышно стука барабанов, криков агонии и запаха смерти, исчезли яркие краски вокруг, смазалось само помещение. Темноволосая втягивала Милу в другую параллель. Параллель тьмы. Время замедлило свой ход. Звуки распались на отдельные ноты. Запах приобрёл тысячу разных оттенков. Мила спокойно принимала правила игры. Она не боялась. Она шла за ней. На губах у темноволосой медленно расплывалась улыбка. Странно она выглядела здесь. Над маленькой точёной фигуркой словно выросла тень. Только она была выше неё самой, и как плащ, укутывала девушку. Но эта тень до боли напоминала нечто знакомое, как будто Мила уже раньше встречала её. Она вдруг почувствовала, как окружающее её пространство стало вязким, приобрело несоизмеримую разжиженную плотность. Между девушками прошло напряжение. Стали отчётливо видны их ауры и сила, что окутывала обоих. Вокруг витали её потоки. Темноволосая протянула пиалу Миле. Пространство вокруг задрожало, заколебалось. Если бы его сейчас сравнить с водой, можно было с уверенностью утверждать, что от обеих девушек пошли круги, как по водной глади. Это расходилась сила. Мила качнулась от напора темноволосой. Её затягивало в омут.

-- Пей, - услышала она шелест, хотя губы девушки не разомкнулись. - Пей, пей, пей... - раздалось эхо отовсюду. Со стороны можно было сказать, что Мила колебалась. Но это на том уровне реальности. Там, где она сейчас находилась, шла истинная борьба. Вокруг резвилась сила. Люди смеялись, кричали, стучали, выли, кусали друг друга. Творилось что-то невообразимое. Мила и темноволосая стояли друг напротив друга, глядя в глаза. Напор сил темноволосой красавицы был очень силён. Тень распростерла руки-крылья в разные стороны. Мила взяла пиалу в руки. Темноволосая расплылась в гадкой улыбке.

-- Пей! - но тут же осеклась. Янтарным цветом загорелся камень на диадеме Милы. Вокруг начала расплываться её сила. Темноволосая удивилась. У её оппонентки оказался огромный резерв. Её кто-то подпитывал. Кто? Сейчас обе девушки держали пиалу в руках. Красная жидкость в ней начала бурлить. Вокруг начался самый настоящий шквал. Две противоположные силы боролись за первенство. На этом уровне реальности всё выглядело примерно так: две очень красивые, но необычайно бледные девушки держали в руках пиалу, в которой кипела жидкость. От них волнами расходилась сила. Там, где она соприкасалась, колебалось пространство. Но на первом (обычном) уровне ординарности творилось нечто совершенно дикое и невообразимое: девушки в красном и люди в чёрных балахонах смотрели друг на друга бешенными и абсолютно голодными взглядами. Их зрачки вытянулись, лица раскраснелись. Кто катался по полу, кто выл, кто в кровь раздирал кожу собеседника, кто срывал с себя одежду. Кровь медленно растекалась вокруг, обрызгивала стены...

Мила чувствовала, что начинает ускользать. Её возможности и силы были не безграничны, слабость давала о себе знать. Она больше не могла сопротивляться чарам темноволосой красавицы. Её сила затягивала, словно водоворот. Мила покачнулась, черноволосая не сбавляла темп напора. Наконец, Мила качнулась ещё раз, руки её ослабли и отпустили чашу, глаза закрылись, ноги подогнулись сами собой. Она потеряла сознание.

Рывок! Темноволосая выпрыгнула на первый уровень реальности. На полу лежали разодранные в кровь и клочья люди. Кто-то был без сознания, кто-то дико смеялся. Люди тяжело дышали. Темноволосая ужасно устала, всё же это забирает слишком много сил, но победно улыбалась. У её ног лежала, потерявшая сознание Мила. Темноволосая выкрикнула: "Слава Господину Хаоса и Света!", и сделала глоток из пиалы.

Пространство заполнил крик. Хотя, не крик, а вой. Вой злобы и отчаяния, удивления и разочарования. Темноволосая не обнаружила в пиале жидкости. Вместо крови жертв, наполняющей чашу, в ней была обыкновенная вода.

******************************

Друзья сидели у огня, который разжёг Анри. Ещё в тот же день, как на людей напали Груки, они уехали из замка. Сейчас они сидели молча, перебирая в памяти происшедшее.

-- Арима! - причитала рыдающая Аманда. Так прошли первые пять минут, - Арима была без сознания, бледная. Сейчас она находилась в состоянии, сродни коме, или летаргическому сну. Она практически не дышала и совсем не двигалась. Аманда рыдала у изголовья племянницы. Но всё же как-то неестественно. Анри присмотрелся. Из глаз тётушки текли слёзы, но сами глаза оставались на удивление спокойными и холодными. - Кто найдёт противоядие и принесёт сюда в течение трёх дней, станет мужем Аримы, - сказала Аманда через десять минут. А ещё через пятнадцать она уже отдавала распоряжения слугам, рассказывала дорогу и описывала местность. Девять из тридцати одного воина решились на поездку. Среди этих девяти были и наши друзья.

"Бедная Аманда, - думал Винар, - как она переживает...".

-- Странно всё же, - проговорил Анри. - Откуда взялись Груки? Почему они атаковали? И почему так быстро исчезли?

-- Не знаю, - медленно и задумчиво пробормотал друг.

-- Ох, не нравится мне всё это.

-- А кому нравится? - удивился Винар. - Теперь вот противоядие достать надо. А на всё про всё три дня. Эх, с Мирой бы поговорить. Это она у нас местный доктор.

-- Вряд ли она что-то знает о таком лечении.

-- Мы о нём знаем ещё меньше.

-- Ага. Да и то, что рассказала сама Аманда. Странно она себя как-то вела. Вроде бы плакала, а глаза спокойными были.

-- Послушай, я не хочу такого слышать. Она очень любит Ариму, и не могла принести ей вред. То, что она тебе не нравится, совсем не означает, что она плохая, - твёрдо проговорил Винар. Анри ничего не ответил. Наверное, впервые в жизни он не пытался отбить девушку у друга, впервые не соперничал с ним, впервые промолчал. Он так и не сказал, что тогда в сад, в котором он встретил друга, его пригласила Аманда. Он промолчал, потому что его что-то беспокоило. Но пока он не выяснил деталей, переубеждать друга не имело сенса.

-- Ты Тёмный, тебе виднее, хотя вы вечно своих выгораживаете. В любом случае, с Мирой и Асланом мы связаться не можем. Если бы я хоть приблизительно знал, как выглядят эти травы, я бы смог установить направление. А так, блин, ищи ветра в поле!

" Тёмный... Ветра в поле", - до боли знакомое сравнение эхом отозвалось где-то в глубинах сознания Винара. Он решил ничего не объяснять и не доказывать другу, понимая, что это его мнение. А переубедить Анри было о-о-очень сложно.

-- В любом случае, у нас есть три дня. Мы где-то около Малродских равнин.

-- Точнее не дойдя трёх километров, - поправил Винара Анри. Тот, как ни в чём не бывало, продолжил.

-- Завтра пройдёмся туда, к ущёлью.

-- Говорят, там опасно.

-- По-моему, здесь безопасных мест не существует, - отрезал Винар. И стал готовиться ко сну.

Он и не подозревал, что Аманда провела их. Его раздражало, что всё сложилось совсем не так, как он планировал. Он был нахмурен, молчалив, собран и зол. На всё и всех в этом мире. В этот вечер, ему бы хотелось побыть с Амандой вдвоём. Его не интересовала Арима. Нет. Она была привлекательна и молода. Возможно, если бы он не был знаком с её тётушкой. Но судьба распорядилась по-другому.

Образ Аманды не покидал его ни днём, ни ночью. Это, как лихорадка, не оставляет тебя. Всё видится в розовом цвете. Враги и друзья меняются местами. Винар, засыпая, думал о ней.

Анри тоже думал об Аманде, но в несколько ином ракурсе. Она его очень беспокоила.

*******************************

"Ку-ку", - послышался мысленный голос Аслана.

"Привет", - поздоровался Анри.

"Привет, что нового?", - сразу же приступил к делу Аслан.

"Ничего. У нас сплошные проблемы", - беспокоился Анри.

"Привет. Наконец-то. Почему так долго молчал?", - вклинился Винар.

"Привет. Не удавалось с вами связаться. Раньше Мира делала настойку, а теперь все цветы в королевстве погибли", - голос Аслана казался печальным.

"Как это погибли?".

"Все до единого. И только цветы. Даже не знаю, как у меня получилось. Вы мне лучше скажите, как Мила? Вы уже знаете, где она?".

"Не совсем", - послышался уклончивый ответ друзей.

"Что значит, не совсем? Чем вы там занимаетесь, если до сих пор ничего не узнали?".

"Не кричи. Мы знаем, что с Милой пока всё в порядке. Знаем, что она познакомилась с Принцессой Кандии. Её зовут Арима. Думаю, мы сможем наладить с ней контакт, и через неё забрать Милу. В замке столько охраны, что без них даже дыхнуть сложно. Кроме того, он обнесён очень мощным силовым полем. Поэтому любое колдовство, или волшебство, становится не более чем иллюзией. Так что прийдётся немного потерпеть. Кроме того, девять дней уже прошло. Значит, опасность миновала", - попытался разъяснить ситуацию Анри.

"Ладно. Пробуйте через как её там, Ариму", - подсказал Аслан.

"Тут тоже небольшая проблемка", - нехотя сказал Винар.

"Какая ещё?".

"Арима отравлена". Устало произнёс Анри.

"Как отравлена? Кем? За что? Она мертва?".

"Пока нет. Но у неё мало шансов. Вчера должны были состояться состязания. Нам должны были объявить конкурсы и испытания. Внезапно появились птицы. Груки. Слышал о таких?".

"Ты чё?! Груков давно вычеркнули из местной истории. Они пропали после заточения и гибели своего создателя Асмодея". Аслан был предельно удивлён.

"Тем не менее, - снова послышалось замечание Винара, - они там были. Из-за их яда было много жертв. Одной из них стала принцесса Арима. Сейчас она в состоянии летаргической комы. У нас только три дня, чтобы достать лекарства".

"Противоядие, - поправил друга Анри. - Но мы не знаем, как оно выглядит, где находится. У нас только приблизительные координаты - ущелье Малродских равнин".

"Слушай. Ты связался с нами. Можешь устроить встречу с Мирой? Может хоть она знает что-нибудь". Винар попытался выдвинуть рациональную идею.

"Послушай, я же не Господь Бог!".

"А было бы не плохо. Можешь, или нет?".

"Не знаю. Если она ещё не спит...". Аслан задумался.

Мира каталась на качелях. Это было самое любимое занятие маленькой девочки. Внутри неё всё замирало, когда она поднималась вверх, и с таким же ликованием опускалась вниз. Она казалась себе самой королевой сказочной страны. Вокруг плыли розовые облака, похожие на животных. Мира раскачивалась всё сильнее, и сильнее. Ветер развивал её светлые волосы, дул в лицо. Было так хорошо...

"Мира...".

"Опять мама. Не пойду. Ещё чуть-чуть. Совсем немного. Так хорошо".

"Мира".

"Что ей надо? Почему всегда пытается меня оторвать?".

"Мира!".

Миру вдруг выдернуло из объятий сказочного сна. Это было так, словно открылась дверь, и её просто за шкирки втащили туда. Это разозлило и разочаровало одновременно. Пути обратно не было. Здесь не было ветра. Пейзажик тоже так себе. Какой-то лужок, травка да небо. Средняк. Мира нахохлилась. Чьи это проделки? Кто первый под раздачу?

"Мира, привет".

"Привет, - расплылась в улыбке Мира. Эти голоса она узнала бы из тысячи. Плохое настроение развеяло, словно дым. Мира во сне обняла друзей. Она действительно за ними соскучилась. - Я за вами соскучилась".

"Мы за тобой тоже. Но сейчас у нас к тебе дело", - услышала она голос Анри.

"Вот так всегда, что бы вы без меня делали?", - пошутила она. Никто не стал переубеждать её в обратном. Миру сходу озадачили.

"Что ты знаешь про Груков?".

"О! Зачем это вам?", - вместо ответа задала она вопрос.

"Милу мы можем вытащить только с помощью принцессы Аримы, а она находится при смерти от яда Груков, которые на неё напали. Ну?", - выпалил скороговоркой Винар. Все ждали её ответа. Мира задумалась, а вернее удивилась. Что она знает про Груков? Только то, что читала, и то, что рассказывала ей Калерия.

"Послушайте, это глупо. Груки не опасны".

"Что?!", - в один голос выпалили трое друзей. Они владели совершенно противоположной информацией.

"Грук - большая чёрная птица, имеющая сходство с нашим вороном, но значительно массивнее. Перья, когти и клюв содержат укрепительные вещества, которые делают костную ткань подобной стали. Птица использует это преимущество, как оборону. Кроме того, перья Груков содержат вещество под названием Игнация. Вернее, этим самым растением питается птица. Единственным "но" здесь есть то, что сама Игнация содержит большой процент алкалоидов, а попросту стрихнина".

"А ты говоришь безобидно", - пробурчал Винар. Остальные с интересом слушали небольшую лекцию Миры. Не часто им выпадала такая возможность. Странно. Говорила она вещи, о которых ребята не слышали. Но делала это всегда так, чтобы не чувствовалось преимущества знаний. Ей совсем не нравилось умничать. Мира просто выдавала нужную информацию.

"Но, - продолжила подруга, - сам стрихнин у птицы в больших количествах не задерживается. Его в перьях ровно столько, чтобы обезопасить себя и обезоружить врага. Понимаете? Через час, максимум два, жертва очухается. Да. Последствия будут. Но не такие, не до смерти...".

"Послушай. Мы видели, насколько эти птицы не опасны. Они напали на людей. Некоторых перья проткнули насквозь. Это ты называешь "не опасны"?", - вспыхнул Анри.

"Что вам от меня надо? Вы спросили, что я знаю. Я сказала. Может вы перепутали? Грук крупная птица, но не лошадь же!".

"Как раз, как лошадь. Их было немного. Птиц восемь-десять. Но этого было достаточно, чтобы из тридцати воинов пятерых не стало вообще, ещё трое были без сознания, как и принцесса. А мы уехали за противоядием".

"Нелепо. Я не слышала о таких мутациях. С лошадь? Нет, ну легенды я, конечно, проходила...".

"Значит, легенда ожила", - задумчиво пробормотал Аслан.

"Вот ещё что. Если вы о гомеопатии, впрочем, здесь другого способа лечения не существует, то одним растением вы не обойдётесь. Нет. Здесь всё же что-то не то! - не могла успокоиться Мира. - Опишите мне её состояние".

"Было такое впечатление, что Арима при сознании, но при этом, она не могла пошевелиться. А потом она и вовсе впала в прострацию".

"Вот что, ей не поможет Игнация. Симптомы схожи, но... Эх, мне бы увидеть её. Ну, да ладно. Будем действовать наугад. Нам ведь больше ничего не остаётся? - то ли спросила, то ли предположила Мира. Ребята, соглашаясь, промолчали. Девушка продолжила. - Прежде всего, необходим Дигиталис и Гринделия. Только, где их взять? Я даже и приблизительно не знаю. Это уникальные растения. Пожалуй, некоторые из единственных, которые растут на холоде и при полной темноте. Но, здесь же не северный полюс и не вечная ночь, - Она подробно описала растения друзьям".

"Зато, знаем мы, - успокоил её Анри. - Это ущелье Малродских равнин". Название Мире ни о чём не сказало, поэтому она даже не обратила на это ни малейшего внимания.

"Послушайте, а как там Мила? Вы говорили с ней?".

"Нет", - покачал головой Винар. У Миры в момент поменялось настроение, свирепея, она задала всего несколько вопросов.

"Почему? Что с ней? Где она?". Ребята поняли, что от неё они дождутся совершенно другой реакции, нежели от Аслана. И не потому, что кто-то из них больше или меньше любил Милу. Просто каждый по-своему.

"Мы её видели несколько дней назад. Послушай, девять дней прошло, значит, опасность миновала. Последний раз мы видели её в саду. Она была бледной и немного замученой, но спокойно общалась с Принцессой. При ней была её диадема. Мира, с ней всё в порядке".

"Хотелось бы верить, - пробурчала подруга. - Но мне всё равно не спокойно. Ребята, её надо скорее оттуда забирать. Вы слышали?".

"Заберём. Обязательно заберём. Три дня на всё про всё, а потом заберём", - заверил друзей Винар.

"Какие три дня? - не поняла Мира. - У вас нет трёх дней, ребятки. Исходя из симптомов, отрава разъест тело через тридцать - тридцать два часа. Даже эти растения ей не помогут до конца. Они только остановят процесс!". Повисла пауза. Опять другая информация. И чему верить? Ведь Аманда тоже знает лекарское дело. Насколько знали ребята, её обучали в школе Ленорманн.

"Тридцать часов? Это даже не полтора суток. Мы можем не успеть".

"А вот здесь, - вдруг тихо и внятно сказал Аслан, - вы должны сделать невозможное. Я свяжусь с вами через тридцать часов".

"Ребята, - тихо пробормотала Мира. - Постарайтесь. У вас всё получится. Будьте осторожны и возвращайтесь...".

Винар и Анри медленно открыли глаза. Времени спать у них уже не было. Мягко клекотала ночная птица Ууф. Друзья молча начали собираться. Предстоял ночной поход. Настроение было мрачным. Найди то, не знаю толком что. Что-то во всём этом не клеилось. Слишком разными были источники информации.

Милу до сих пор не забрали, зато ищут лекарства для совершенно другой девушки.

А перед глазами всё равно она...

ГЛАВА

Человек хуже зверя, когда он зверь. Тагор. Р.

Аманда стояла у изголовья племянницы.

"Что ж, никто не успеет тебя спасти. Три дня не продержался ещё никто, - она улыбнулась. - А по приезду этих девятерых глупцов... Впрочем, по какому приезду? Малродские равнины - смерть живому существу, и очень хорошо, что об этом знают не многие. Кроме того, найти нужное противоядие... Нет, это не в их силах". Она презрительно ухмыльнулась.

Бледная Арима была без сознания. Тело покрылось пятнами, лицо опухло. Отрава разъедала её изнутри. Принцесса лежала на огромной мягкой кровати. На её фоне хрупкая фигурка принцессы казалась маленькой и прозрачной. Аманда стояла над ней, как ангел смерти, который всего лишь ждёт своего часа.

-- Арима, - Аманда резко обернулась на голос. В дверях стояла... Мила. Надо признать, с трудом. Она держалась за дверной косяк и выглядела удивлённой. Перед глазами всё плыло, мир казался каруселью. Девушка тяжело дышала. Её кожа стала жёлтой, глаза впали, она похудела и была измученной, как после тяжёлой болезни. - Где Арима? Что с ней?

-- Она немного приболела, - мягко и вкрадчиво проговорила Аманда. - А вы уже успели подружиться? Очень хорошо. Арима себя плохо чувствует, может, зайдёшь в другой раз? - Аманда заслоняла Принцессу. Но даже после мягкого "предложения" темноволосой красавицы уйти, Мила продолжала стоять. Повисла пауза. Милу что-то беспокоило. Что именно, она ещё не осознала, поэтому и пришла. Она, пошатываясь, направилась к кровати новообретённой подруги. Аманда с небольшим интересом, и нарастающим с каждой минутой беспокойством, наблюдала за ней.

"И это "немного приболела"? Господи!". Мила повернулась лицом к Аманде. Сейчас они стояли по разные стороны кровати. Как светлый и тёмный ангелы, ожидающие на свой час. Диадема Милы мягко стала наполняться светом. Аманда просто сжала одну руку в кулак. Она создавала поле вокруг Аримы, но Мила все равно сумела приблизиться к кровати.

"Ох, и сильна! Я чувствую её силу, она просто переполняет всё вокруг! Да! Вот оно! - внезапно осенило тень. Если бы она могла, то хлопнула бы себя по лбу за несообразительность. - Вот за кем пришли эти двое! Но я тебя так просто не отдам. Теперь ты моя. Ты не будешь одной из нас. Ты станешь оружием моего Господина".

Мила протянула руку, чтобы дотронуться до лба девушки. Она ужаснулась бледному с синевой, распухшему лицу Аримы.

-- Не трогай её, - внезапно прошипела темноволосая красавица. - Ей уже ничего и никто не поможет.

-- Что тебе от нас надо?

-- От вас? Совсем немного, девочка. Самую малость. Вашу силу.

Вокруг прогнулась реальность. Это было так, как будто смотришь на окружающие предметы через линзу. Мила зашаталась, камень вспыхнул. Аманда зашипела, но натиска не сбавила. Мила была очень слаба. Всё вокруг ей уже казалось неживым. Голову будто взяли в тиски. Она смотрела на темноволосую красавицу (Мила так и не знала, что перед ней была регент города). Впрочем, особой красотой незнакомка сейчас не блистала. Мила уже видела её настоящий облик. Странно. И даже сейчас ей казалось, что перед ней как бы двое.

"Отпусти их!", - сделала слабую попытку Аманда.

"Замолчи! Или пожалеешь".

Тень затолкала Аманду глубоко внутрь её же самой. Она черпала силу и росла. Тень решила охомутать девушку. Она прошептала заклинание, и Мила вдруг почувствовала, как внутри неё все сжимается калеными тисками. Её бросило в жар.

"Когда ты будешь в опасности, когда не будешь видеть выхода, позови. Мы не оставим нашу сестру", - всплыли в сознании слова. И Мила позвала.

Говорят, что сущности человека и животного, их разум и души, могут слиться воедино. Говорят, они могут быть одним целым. Человек может приручить животное, может выдрессировать его, может заставить подчиниться. Но ничто из этого не сравнится с искренней преданностью животного, ставшего твоей половиной. Когда животное становится тебе настоящим другом, братом, твоей маленькой частичкой, оно отдаёт себя на служение тебе.

Мне известна история, когда молодой парень в тайге спас раненую волчицу. Он выходил, вылечил её, и отпустил. Звери в неволе не живут, если рождаются на свободе. Прошло время. Парень попал на фронт. Шла война. Повсюду взрывались снаряды. Отряд этого молодого человека попал в засаду, а сам он подорвался на мине. Его оглушило. Друзья были мертвы. Кто застрелен, кто раздавлен. Помощи было ждать неоткуда. Парень, словно в бреду, видел, как приближается враг. Но сделать ничего не мог. Он закрыл глаза, отдав себя на воле судьбе. И она пришла... Над раненым парнем стояла волчица. Та самая, которую парень давным-давно спас в тайге. Она вытащила его за куртку из окружённого места. Она спасла ему жизнь, как когда-то он спас её.

Нельзя обижать наших меньших братьев. Ведь никогда не знаешь, насколько благосклонной будет к тебе судьба. Возможно, одним из твоих шансов на спасение станет именно это маленькое существо.

Перед Амандой возникла пантера. Она была соткана из дыма, но такого непроглядного, как будто сама тьма была хозяйкой этого животного. Мила позвала её на помощь.

Пантера оскалилась, и подготовилась к прыжку. Сжавшись в комок, она вдруг выпрямилась как пружина, и прыгнула, метя в лицо Аманде. Но та внезапно выпрямила руку, и пантеру с силой откинуло назад. Надо знать, что разозлившись, кошки никогда не оставляют обидчика просто так. Пантера, с поистине кошачьей грацией и достоинством развернулась, и бросилась в атаку снова...

-- О, а ты не так проста, как кажешься, - Аманда снова отбила атаку дикой кошки. Ей это очень не нравилось. Каждый отпор отнимал силы. И немалые. Тени вдруг надоело играть. - Всё. Поиграли, и хватит! Саагуна крарен, саагунра латен. Кронма су Атхатен. Ты не животное теперь, я превращаю тебя в тень! - Мила улыбнулась. Она еле держалась на ногах. И даже при всём желании не смогла бы вызвать и материализовать животное. Зато она смогла вызвать тень образа, которым теперь и управляла. Аманда растерялась: она только что потратила силы на то, чтобы превратить тень в тень...

Мила тоже теряла силы, которых у неё было значительно меньше, чем у Аманды. Её диадема победно сверкала, но состояние ухудшалось с каждой секундой. Нужно было поскорее заканчивать атаку. Мила собрала оставшиеся малочисленные силы, которые уже держались только на её чувстве воли. У неё оставался только один удар. Только один...

Удар! Мила без сознания лежала на полу. Всё было нанесено одновременно. Пространство сверкнуло от взорвавшейся силы. Мила направила свою на Аманду. Но пантера, зависнув в прыжке, так и не достигла своей цели. Тень обуздала её силу, смешав со своей. И никто из них не заметил... Чаяны, которая подкралась сзади и ударила Милу по голове, помогая любимой хозяйке. Аманда тяжело дышала. Лоб покрылся испариной. Пожалуй, сейчас она уже не выглядела так хорошо, как обычно. Она позвонила в колокольчик, позвав охрану.

-- Унесите бедняжку к себе в покои. Она так расстроилась из-за болезни принцессы.

Стража вопросов не задавала. На то она была и стража. Аманда и Чаяна тоже покинули покои принцесы. Тень не была повержена, но ей необходимо было восстановить силы.

-- Чаяна, подготовь всё к церемонии. Когда взойдёт месяц, мы принесём её силу в жертву Господину. У неё много энергии, и она очень опасна. Я должна отдохнуть...

-- Да, моя госпожа.

****************************

Рамюэль сидел возле огня. Он был мрачен. Странный сон он увидел.

Он и Арима гуляли на большом поле. Повсюду росли цветы. Странные, чёрные. Брат и сестра стояли, как бы не решаясь на какие-то действия. Внезапно Арима сорвала цветок и тут же бросила. Она смотрела на брата виноватыми просящими глазами. На её руке медленно расплывалось кровавое пятно. Ещё минута, и она уже вся в крови. Рамюэль пытается подбежать к ней, чтобы помочь, но ничего не выходит. Арима всё время оказывается дальше и дальше. Рамюэль крикнул сестре и... проснулся. Весь мокрый.

Сон как рукой сняло, но на душе осталось смутное чувство беспокойства. Сны - это наше чувство предвидения. Ними не стоит пренебрегать. Сейчас принц сидел у огня. Он немного вздрогнул, когда на его плечо легла чья-то рука. Принц обернулся.

-- Привет. Ты почему не спишь? - спросила, подходя к нему Мира. Она и Аслан проснулись после разговора с ребятами. Всё-таки ему удалось связаться с ними.

-- Привет. Да так, сон плохой приснился. Привет, - поздоровался он с Асланом, который подошёл. Ему тоже не спалось. Он переживал из-за Милы.

-- Привет.

-- Что за сон? - решила полюбопытствовать Мира. Рамюэль молчал. Он или не знал, как сообщить, и сообщать ли вообще. Или не решался, собираясь с мыслями. Наконец, он пересказал суть друзьям, утаив всего одну деталь.

-- ... я зову, а она всё удаляется. Я крикнул, и проснулся.

-- Рамюэль. Это не просто так. Что-то произошло, - аккуратно начала Мира. Перед тем, как подойти к Рамюэлю, она успела перемолвиться несколькими словами с Асланом. - Послушай, у меня... нас, - поправилась она, - к тебе есть разговор. Я знаю, что ты наследный принц Кандии. А также, что у тебя немного натянутые отношения с Амандой (обо всём этом он сообщил им сам). Кроме того, ты утверждаешь, что твоя тётушка опасна. В замке находиться моя подруга и сестра Аслана. Рамюэль, она познакомилась с твоей сестрой. Её ведь зовут Арима? - Рамюэль кивнул. Он внешне спокойно воспринимал факты, но внутри всё леденело с каждым словом Миры. - Мне кажется, их нужно оттуда забирать. Они в опасности. Рамюэль, твоя сестра...

-- Что? - твёрдым, слишком твёрдым голосом спросил принц.

-- Она в очень тяжёлом состоянии. Она отравлена.

-- Что?! - Рамюэль вскочил.

-- Успокойся, сядь, - не сказал, практически силой усадил принца обратно Аслан. - Выслушай, а потом будем искать выход. Моя сестра тоже там.

-- Говори...

-- Рамюэль. Ты же в курсе, что тётушка объявила конкурс на руку принцессы.

-- Конечно. Так положено. Ей уже исполнилось восемнадцать. Но Аманда сама не допускает к её руке ни одного претендента. Сплошные травмы, несчастные случаи, опасности.

-- Значит то, что я сообщу, тебя не очень удивит. Ты знаешь, кто такие Груки? - Рамюэль отрицательно покачал головой. Мира рассказала ему то, что знала сама, но в несколько сокращённой форме. - Так вот, эти птицы напали на рыцарей во время того, как должны были быть объявлены конкурсы. Многие погибли, многих Груки ранили. Рамюэль, Арима тоже ранена Груками, - Мира даже запинаться от волнения начала. Рамюэль сидел чернее тучи.

-- Она умрёт?

-- Ты что?! Я даже думать тебе о таком запрещаю! - разозлилась Мира и повысила тон. Это немного вывело из ступора принца. Он вполне осмысленно посмотрел вокруг.

-- Сейчас наши друзья ищут противоядие. Они сделают всё возможное и невозможное. Через сутки, а точнее, к завтрашнему вечеру, они должны доставить противоядие от Малродского ущелья в замок, - сообщил Аслан.

-- Малродского ущелья? Тогда они покойники! Оттуда ещё никто живым не возвращался.

Аслан и Мира настороженно посмотрели друг на друга...

***************************

-- Винар, держись ближе к краю! - громко прошептал Анри. Сам он старался не смотреть вниз. Помня приключение в пещере, перед тем, как они получили свои талисманы, Анри старался говорить очень тихо. Всё-таки люди учатся лишь на собственных ошибках.

-- Чёрт, сам знаю! - огрызнулся друг. Сейчас обоим было очень тяжело. Друзья спускались в Малродское ущелье.

Древние предания гласили, что ущелье создали демоны. И вправду, выглядело оно совершенно странным, немного не вписываясь в местность. Представьте себе: равнина, большая, обширная. Не видно птиц, не слышно зверей. Но всё выглядит вполне мирно, и даже вполне обыденно. Какой-то лужок, небольшой холмик, пару деревьев. Вы, не спеша, прогуливаетесь, пока... Пока вашему взору не предстаёт ущелье. Растянувшись, словно длинная змея, оно открывается совершенно внезапно перед вашим взором. Холодное, глубокое, оно словно подглядывает за вами, проверяя, решитесь ли вы на дальнейшие действия. И тогда вы смотрите пути обхода. Возможно, какой-то мостик, или бревно? Бесполезно. Ничего. Не обойти - слишком далеко, не перепрыгнуть - слишком широко. Остаётся два пути: или поворачивай обратно, или спускайся.

Немногие, но смельчаки находились. Кто просто хотел поиграть в героя, кто хотел что-то доказать себе и миру, кто спускался на спор. Да, спускались многие. Но не вернулся никто.

Малродское ущелье назвали гиблым. Люди давно покинули эти места. Гигантская трещина требовала ещё больше жертв, с каждым разом, заглатывая безумцев. Она манила и звала, сводила с ума. По ночам оттуда, из глубокой и бездонной темноты, слышались вой, шёпот, крики. Это звали неупокоенные жертвы собственного тщеславия.

Винар и Анри осторожно спускались. Обрыв и вправду был странным. Земля раздвинулась, но стенки ущелья были словно из отполированного камня. Поначалу ещё попадались устойчивые выступы, на которые вполне надёжно могли опереться наши друзья, потом их ставало всё меньше и меньше. Они спускались молча и напряжённо, лишь изредка подгоняя и остерегая друг друга.

Метр, второй, пятнадцатый... Насколько же глубокое это ущелье? Ноги предательски дрожали, мышцы начинали уставать, но друзья, упорно стиснув зубы, продолжали спускаться вниз. Не верьте тому, кто говорит, что спускаться легче. Ребята тоже так думали...

Очень скоро друзья поняли, почему отсюда ещё никто не возвращался. Гладкие стены, с каждым метром всё меньше выступов и опор, пронизывающая до костей мерзлота. Стенки стали липкими и скользкими. И ни единой площадки для отдыха.

Они уже достаточно глубоко спустились, но это была лишь половина пути. Холодный ветер облизывал лицо и руки. Лёд тоже может обжечь.

-- Больше не могу, - сквозь зубы пробурчал Анри. - Где эти чёртовы растения?! - действительно, вокруг даже не было ни единого пучка травы. Так что о растениях речь вообще не шла. Света становилось всё меньше. Это было царство ночи. Оно душило, ослепляло.

-- Держись. Думаю, надо спуститься ниже. Чёрт, скользко! - Винар ухватился за выступ, а тот, по-видимому, оказался в тине, или ещё какой беде. Рука заскользила. Винар, чертыхаясь, начал терять равновесие... Он со всего размаху всадил нож в стену. Только это его задержало от падения. Он выровнялся. Сердце бешено стучало, разрывая грудь.

-- Винар, если мы спустимся ещё ниже, мы не сможем подняться, - Анри, как всегда, был прав. Пока ребята спускались, они взмокли. Перед тем как начать спуск, они основательно подготовились: одели тёплую и удобную одежду (такую, чтобы не мешала), взяли пресную воду и немного еды, крепкую длинную верёвку и ножи. Куда же без них? Кроме этого, было и их оружие: любимый союзник Анри - его топор, и верный друг Винара - его меч. Этого уже было достаточно, чтобы через десять метров спуска ребята начали сомневаться: "Для чего они набрали столько всего?". Тела взмокли и были напряжены, кожа на руках - разодрана в кровь, одежда местами уже напоминала лохмотья. Оружие с каждым метром всё настойчивее тянуло вниз. А о еде и воде мыслей вообще не было. Голова кружилась, воздуха на двоих не хватало. Ущелье радушно принимало гостей.

-- Я уже не смогу. Так что вообще не вижу сенса подниматься. Мы пришли за противоядием, и я не уйду без него, - прорычал Винар сквозь зубы. Анри был мысленно согласен с другом, но руки затекли настолько, что не позволяли обдумывать другие варианты. С каждым метром, спуск становился всё опаснее. Стены, кроме того, что были почти гладкими, стали ещё и очень скользкими. Сердце начало свой бешеный танец.

-- Надо передохнуть, - выдавил Анри сквозь зубы. - Ты видишь хоть какую-то площадку?

Винар поудобнее и покрепче ухватился, и огляделся вокруг. Было темно. Ничего не было видно уже дальше вытянутой руки. Но если сейчас сказать другу, что спасения нет, скорее всего, остаток пути пройдёт для обоих скоростным лифтом. - Там, внизу, метров через семь есть небольшой выступ. Спускаемся, - подал он пример Анри, не дожидаясь, когда тот решит проверить правдивость слов. Говорят, ложь губительна...

Анри, ругаясь сквозь зубы, последовал примеру Винара. Это было добровольное сумасшествие. На руках коркой запеклась кровь, кожа начала покрываться инеем. Холодный воздух обжигал, хватая за горло. Анри, проклиная всё на свете, спускался вслед за другом. Что-то задело его по лицу, он решил, что это осыпалась земля, и не обратил должного внимания. Просто помотал головой.

-- Где? - наконец, спустившись ещё ниже, выдавил из себя Анри.

-- Потерял. Ничего не видно, хоть глаза повыкалывай, - пробормотал друг. Стоило Винару сказать, что не хватает света, Анри, проклиная собственную тупость, сказал всего два слова...

Если ты заблудился, если тебе темно и холодно, если вера утрачена... Вспомни про надежду и никогда не отчаивайся. Только она может согреть в трудную минуту. Она станет для тебя путеводителем и светом. А свет сейчас нужен был, как никогда...

Винар на минуту ослеп. Яркая вспышка разогнала темноту. Он, наконец, открыл глаза... и встретился с глазами Анри. Друзья оглядели друг друга. Оцарапанные, измученные, в лохмотьях и с пеной у рта. Но всё ещё вместе, всё ещё живы, и всё ещё без противоядия... Они медленно обвели взглядом окружающее их пространство.

-- П...ц, что это? - вокруг были лишь стены. Созданный Анри световой шар освещал довольно большое расстояние. Но то, что увидели друзья...

Стены были живыми! Они вздрагивали, волнуясь с каждой минутой всё больше. Из стен вырастали щупальца! Большие, длинные, гладкие, скользкие... Они, как черви, извивались повсюду. Друзей наполнило чувство омерзения. Но очень быстро это чувство заменилось чувством тревоги. Черви, смутно напоминающие тонких пиявок, вылезали ото всюду. Ноги друзей начали скользить. Один из червей оказался прямо в руке Анри. Ещё один забрался в рукав Винару, тот попытался его вытрусить. Это было глупо, потому как в следующую минуту он зацепил Анри, и оба друга с криком полетели вниз...

******************************

-- Чем же они опасны? - спросила Мира.

-- Просто оттуда никто ещё не вернулся. Ни живым, ни мёртвым.

-- Значит, - твёрдо сказала Мира, - Анри и Винар будут первыми.

-- Ты знаешь, хотелось бы надеяться, - неожиданно сказал принц.

Светало. Вот из шатра вылез дежурный повар, и удивлённо уставился на принца и Миру, которым почему-то не спалось, но, решив, что раз господин не спит, значит, имеет на то свои причины. А странностям Лессовицы в отряде уже перестали дивиться.

-- Тебе надо отдохнуть, - тихо сказала Мира.

-- Мне уже некогда, а вот тебе нужно, - Мире очень не хотелось оставлять принца одного. Слишком уж ей не нравилось его настроение. Но она просто валилась с ног. Мира колебалась. Однако решение, а вернее выход, нашёлся сам собой. Из палатки, потягиваясь, вышел Нюрий. А следом за ним и Аслан, который ушёл отдыхать тремя часами раньше. Мира, пробормотав что-то на подобие: "вахту сдал, вахту принял", побрела спать.

-- Привет. Не спится? - поздоровался Нюрий. Рамюэль сухо кивнул. - Я тоже не выспался. Всегда не хватает часа-другого.

-- Аслан, Нюрий. Нужно готовить ребят. Через пару часов мы выступаем.

-- Куда? - не понял друг. Зато Аслан отлично понял, к чему клонит принц. Он решил атаковать замок.

-- Это безумство. Так мы ничего не добъёмся.

-- Аслан, там моя сестра.

-- И моя тоже, - нахмурился Аслан.

-- Значит, ты должен поддержать меня. Ариме грозит опасность.

-- Рамю (так позволялось называть принца друзьям и близким людям. Мира и Аслан тоже заслужили такую привилегию), неужели ты думаешь, что, принимая столь поспешное и необоснованное решение, ты освободишь её?! Ты ведь прекрасно знаешь, что замок буквально напичкан охраной. У вас ведь была не одна попытка.

-- Знаю, - опустил голову Рамюэль. - Но и ты понимаешь, я не могу просто так сидеть без дела, зная, что умирает моя сестра!

-- Послушай меня, послушай! Сейчас наши друзья ищут противоядие для твоей сестры...

-- Из Малдродских равнин ещё никто не возвращался!

-- Они вернутся, поверь мне! Подожди до вечера. Всего лишь до того, как стемнеет. А потом мы вместе пойдём туда. Но соваться туда среди бела дня, это безумие! Лучше потратить это время на подготовку.

-- Возможно, ты прав. Аслан, я подожду до вечера. Я подожду твоих друзей, но только до тех пор, пока не стемнеет, - тихо, но решительно проговорил принц и побрёл отдавать утренние приказы.

"Анри, Винар, постарайтесь". Сердце Аслана и так не находило себе места.

*******************************

-- Здравствуйте, Воины.

-- Кто ты? - вместо приветствия, задал вопрос Анри. Едва ребята открыли глаза, с ними пожелали говорить.

-- Я хозяйка этих мест и рада гостям. Не каждый добирался сюда...

-- Значит, всё-таки кто-то доходил? - перебил незнакомку Винар.

-- живым... - закончила предложение незнакомка. Ребята встали. Винар прищуривался, в надежде увидеть, кто с ними разговаривает, но вокруг была только темнота. - Зачем пожаловали?

-- А что? - решил не открывать карты Анри.

-- А то, что я могу вам дать то, за чем вы пришли. Вам ведь нужно противоядие от яда Груков?

-- Откуда вам это известно? - настороженно и удивлённо одновременно спросил Анри, перейдя на более вежливую форму общения.

-- Дитя, мне многое известно, - "Дитя?! - вспыхнул Анри, но сдержался. - Когда я в последний раз ребёнком был? Кто же этот аноним?". Незнакомка, словно прочитав мысли, продолжила. - Да, Неогея позвала на защиту вас - детей, владеющих истинным сокровищем.

-- А что вам нужно от нас? Почему вы хотите нам помочь? Кто вы?

-- Я? - казалось, незнакомка на минуту растерялась. - Я хозяйка ночи. Я Тьма.

-- Что же вам от нас нужно, госпожа Тьма? - Винар вдруг стал предельно осторожен.

-- Я же сказала, я могу вам помочь. У вас слишком мало времени. Скоро стемнеет.

-- Отлично, хочешь помочь? Помогай! - просто ответил Анри. Ему начала надоедать охота в кошки-мышки. "Скоро стемнеет? Да вокруг и так ничегошеньки не видно!". Анри напряжённо думал, что хозяйке здешних мест могло от них понадобиться. В силу искренних побуждений без вознаграждения он не верил давно.

-- И помогу, - спокойно ответила хозяйка ночи. - Ваш друг служит мне, хоть ещё и не осознал этого. Но всё равно будет моим. Только не мешайте. Впрочем, вы и не сможете, - Винар просто опешил от этих слов. Кто это служит тьме? Он - нет! И никогда не будет! - И ещё одно "но", - произнесла Тьма. "Начинается", подумал Анри. - Света больше не надо. Мои дети этого не любят. Пойдёте прямо. Ваша сила вам укажет дорогу. Никуда не сворачивайте. Ничего не бойтесь, и в конце пути обретёте то, за чем пришли. Тьма совсем не значит зло...

Анри первым открыл глаза. И судорожно схватился за бок, видимо сломал ребро при падении. Дышать было тяжело. Он со стоном закашлялся, и попытался сесть. Голова кружилась, во рту была кровь. Он чувствовал на зубах её специфический привкус.

-- Винар, - позвал он друга, но ответа слышно не было. - Винар, ты где? Винар!

-- П...ц! - услышал Анри друга. Тот судорожно кашлял. - Что? Где? Мы упали?

-- Да, - почти простонал Анри. Больно было до слёз.

-- Что случилось? - спросил друг.

-- Я, кажется, ребро сломал. Дышать сложно.

-- Погоди, дай посмотрю, - Анри почувствовал, как друг аккуратно осматривает ушибленное место. Послышался треск рвущейся ткани. - Сейчас, сейчас. Надо туго перевязать, - Анри зашипел. Казалось, даже само прикосновение ткани вызывало адские ощущения. - Терпи, - наставительно сказал Винар, туго перебинтовывая грудь. - Радуйся, что ещё зубы целы, да сам жив. Что делать будем? Тут просто кромешная тьма.

"Тьма...", - отозвалось в голове Анри.

"Тьма...", - всплыло в памяти у Винара.

Это был сон? Всё это померещилось друзьям? Да. Такое возможно при падении. Галлюцинации.

-- Скоро будет темнеть. Надо торопиться, - повторил Анри чьи-то слова. Он попытался встать, зашипел от боли, и без сил рухнул обратно. В голове всё перемешалось. Его начало мутить.

-- Тут и так темно, как у негра в... - Винару тоже было не сладко. От боли просто отняло дар речи. Он судорожно задышал. Не смотря на то, что вокруг было темно, в глазах потемнело ещё больше. Он, скрипя зубами, поднялся. - Ну, куда мой компас путь укажет? - решил он посмеяться над другом. Только вот Анри было совсем не до смеха. Он сидел, совершенно опешив от собственной слабости. Он не знал, куда нужно идти.

-- Я не знаю... - тихо, как во сне, проговорил он.

-- Как это? - растерялся друг.

-- Я не чувствую направления. Словно, здесь миллион выходов, но все они ведут в разные стороны, - он помолчал. - Послушай, ведь мы в ущелье. Так?

-- Ну? - не понял Винар, к чему клонит друг.

-- А раз так, значит, есть только две дороги. Или одна сплошная, на середине которой мы стоим. Нужно только выбрать, в какую сторону идти.

-- Прямо, чего здесь выбирать?

-- Куда "прямо"? Ни черта же не видно! Надо облазить всю землю, чтобы понять, где это твоё "прямо". Ай! - он снова зашипел от боли, и сразу притих. Казалось, вся левая сторона опухла, а полосы, которыми Винар её перевязал, туго врезались в кожу. Винар, шатаясь, встал, и наугад побрёл вперёд. Но вскоре чуть ли не лбом упёрся в липкую стену, покрытую слизью. Нащупывая руками опору, он продолжил свой путь... - Эй, Винар, ты где? - начал беспокоиться Анри. В темноте он чувствовал себя маленьким и беспомощным. Он ещё не осознал, был ли разговор с Тьмой галлюцинацией, вызванной падением, но зажигать свет не спешил, помня её предостережения. Тем временем, Винар упорно искал выход, а точнее направление. Глаза привыкли к свету, и постепенно он начал различать очертания. Он успешно обошёл большой валун, но тут же наткнулся на второй. Темнота играла с ним, разбивая его уверенность.

-- Здесь. Такое впечатление, что мы в круглой комнате. Тут есть две стороны, и обе - тупик, - возвращаясь, ответил друг. Он присел возле Анри. Повисла тишина.

Где-то по стенам текла вода, где-то пробегали насекомые. Тишина тоже имеет свой голос... Ребята молчали. Было холодно. Анри больше беспокоили сломанные рёбра. У него начался жар, так что голова варила с трудом. Он впал в прострацию. Винар размышлял над путями выхода. В отличие от Анри, он не сомневался, что разговаривал с Тьмой, и только пытался припомнить её слова.

"Пойдёте прямо. Ваша сила вам укажет дорогу. Никуда не сворачивайте. Ничего не бойтесь, и в конце пути обретёте то, за чем пришли. Тьма совсем не значит зло...".

"Что значит "сила укажет дорогу"?", - терялся он в догадках. Голова нестерпимо болела. В ущелье было душно, сыро и холодно. Странное сочетание. Явно не хватало кислорода. Ни шёпота ветра, ни свиста бури, ни грома урагана. Воздух был спёртым, он просто душил, несмотря на то, что было очень холодно. Спины ребят взмокли. Руки и ноги просто обмерзали. Хотелось спать. Винар мужественно боролся со сном, время от времени, теребя друга. Он насильно напоил его, и обрызгал водой, чтобы хоть как-то облегчить жар. Но Анри всё больше ускользал, всё меньше соображая.

"Хоть бы какой-то ветерок".

Винар закрыл глаза, безвольно опустив руки.

Барс ожил. Единственный, синий камень на браслете полыхнул ярким светом, наполняя стены голубоватым свечением. Винар вдруг почувствовал лёгкое прикосновение сквознячка. Мягкий, словно кошачья лапка, он нежно погладил его, прося следовать за ним. Винар открыл глаза. По-прежнему ничего не было видно, но он уже в этом и не нуждался. Побеждает не тот, кто выигрывает, а тот, кто никогда не сдаётся.

Теперь он знал, где выход.

-- Анри, вставай. Вставай, мамонт! Нам надо идти. Я знаю, где выход. - Друг уже почти ничего не соображал. Из-за нехватки кислорода, он напоминал мокрую губку, покрытую инеем. Винар сосредоточился, закрыл глаза, и позвал...

В лицо ребятам подул свежий ветер. Запах морского бриза наполнил ущелье, освежая каждый уголок. Через минуту Винар привёл друга в сознание. И, поддерживая его, повёл в нужном направлении. Они шли, спотыкаясь. Анри уже достаточно очнулся. Боль отрезвляет. Но говорить, задавать вопросы, делать замечания, не хотелось. Единственное, что он понял, это то, что они идут в нужном направлении.

Прошло минут двадцать. Бесконечная темнота, узкий коридор и ни одного поворота. Вернее, они были, но через чур какие-то вытянутые и практически не заметные. Друзья, поддерживая друг друга, шли вперёд. Их вела сила.

С каждым метром ветер дул всё сильнее. Свежий и резкий, немного прохладный, он сопровождал своего господина и его друга, показывая путь. Винар ощутил, что уже какое-то время земля стала на удивление мягкой и податливой. Он остановил друга и нагнулся, чтобы попробовать, что у них под ногами...

-- Вот это да! И растения появились. Мы уже пол часа по ним топчемся, - сказал Винар другу, нагибаясь за ними. - Анри!

-- Что? - пробурчал друг в ответ. Бок саднило, каждый шаг давался с трудом. Хотелось не идти, а где-нибудь прилечь. И так, чтобы не беспокоили.

-- Мы нашли их! Этот мох - это Дигиталис. А там... Наконец-то! Это Гринделия.

-- Хорошо, - вымучено согласился друг. - Осталось только найти выход.

На это потребовалось ещё полчаса. Винар нарвал полную пазуху растений, и продолжил путь. Анри только воспользовался короткой передышкой. Через четверть часа после отдыха и лёгкой перекуски, ребят захватило лёгкое волнение. Это означало, что выход совсем близко. Друзья приободрились и зашагали быстрее. И действительно. Вскоре стало светлее. Даже ветерок стал сильнее и настойчивее. Ребята увидели свет, и пошли на него. А выйдя...

А, выйдя, оказались на очень знакомых окрестностях. Они были с тыльной стороны замка Кандии. Оказалось, что тоннель с расщелины вёл прямо сюда.

Дело близилось к вечеру, хотя солнце, как красное яблоко, ещё висело на горизонте. Анри и Винар расположились в маленькой, но достаточно удобной рощице. Анри с трудом доковылял до большого дерева, прилёг возле него, и тут же отключился. Винар не стал беспокоить друга. Отдых тому был просто необходим. Кроме того, предстояло заняться более полезными делами. Например, приготовить настойку для принцессы, а также обезболивающее для друга.

Винар начал медленно разводить огонь. Ему это удавалось немного хуже, чем Анри. Он весь озяб. Там, в ущелье, он порвал свою рубашку на бинты для друга, и теперь сидел, закутываясь в дорожную куртку. Все бока и руки были в запекшейся крови, на голове он отчётливо ощущал огромную шишку. Винар вытряхнул из-за пазухи растения, и начал их перебирать. И из-за этого они чуть не лишились жизней?

Голубоватый мох отливал серебристым свечением, словно был покрыт фосфором. Это был Дигиталис. На нём располагались маленькие белые цветочки с красной сердцевинкой. Они совершенно не пахли и были довольно невзрачными. Это были цветки Гринделии. Эти два растения могли остановить и нейтрализовать процесс сильнейшего отравления. Но, если бы они ему не были так необходимы, он бы даже и не взглянул в их сторону. Часто невзрачная вещь может стать для вас просто настоящей находкой.

Винар вздохнул, и начал колдовать над посудой. Ведь, в чём-то же настойку надо было приготовить. И чем быстрее, тем эффективнее. Он был мрачен, но пытался развеять плохие мысли и настроение. Ничего, очень скоро он встретится с Амандой.

ГЛАВА

Воин Света умеет узнавать безмолвие, предшествующее решающей битве. Пауло Коэльо.

Мира не находила покоя. Она ходила по кругу уже второй час, не находя себе места. Что-то происходило. Она присела возле огня.

"Нет, ты себя обманываешь. Ничего такого быть не может. Ты разговаривала с ребятами. С Милой, по их словам, тоже всё в порядке. Девятый день прошёл, значит, опасность миновала. Значит, всё это сказки. Значит... Но почему же тогда я никак не успокоюсь?!".

Проплывали облака, похожие на розовые клочки ваты. Небо было багровым. Видимо, завтра будет ветер. Мира чутко вслушалась в тишину, ощущая, что где-то что-то произойдёт. Она знала: если не слышно зверей и птиц в лесу, значит, опасность близка. Девушка решительно встала.

Амулет в тон настроению переливался разными цветами. Мира наклонила голову, чтобы как следует его рассмотреть. Кап, кап, кап...

"Что это? Откуда?". Мира удивлённо смотрела на камень, заляпанный кровью. Её кровью... Девушка, не веря собственным глазам, и, не понимая, в чём дело, поднесла руку к лицу. Рука была в крови.

"Чёрт! Да, что же это?". Она схватила первую тряпку, которая попалась под руку (кажется, это была какая-то вещь), и приложила к носу. Известный и общепринятый метод: запрокинула голову. Хотя так делать было нельзя.

"Мира!". Девушка резко обернулась.

-- Мира! Что с тобой? - глаза Аслана округлились. Позади него стояли такие же удивлённые и немного испуганные воины.

-- Ничего особенного. Давление.

-- Тебе надо прилечь.

-- Надо приложить что-то холодное, - послышался ещё чей-то совет. Аслан помог подняться подруге, и повёл её в сторону шатра.

-- Аслан, нужно срочно забирать Милу из замка!

-- Что случилось? - нахмурился друг. По правде говоря, ему и самому было нелегко. Его одолевали тяжёлые мысли и сомнения. Но со своими можно было бороться. А если это становится массовым? - Ты что-то узнала?

-- Честно говоря, ничего. Но её нужно забрать из замка сегодня же.

-- Успокойся. Я постараюсь связаться с ребятами.

-- Аслан, ты меня не понял. Это нужно сделать сегодня, завтра будет поздно! Я чувствую, ей грозит опасность.

-- Хорошо, - больше Аслан не ответил ничего. Слова были не нужны.

****************************

"Анри".

"Господи, как надоело! Дадут мне выспаться, или нет?".

"На том свете отдохнёшь, - услышал он знакомый, немного нервный смешок. - С вами всё в порядке? Достали растения?".

Вдумайтесь в порядок постановки вопроса. Сначала справился о здоровье, а лишь затем перешел к делам. В этом был весь его друг. В этом и состояла разница между ангелом и демоном, плохой и хорошей стороной. Плохой твердит тебе на ухо: "Я тебе помогу". И светлый говорит: "Я тебе помогаю". Главное ощутить разницу.

"Да, только чуть башки не лишились". Он коротко пересказал происшедшее с ними. Лишь не упомянул разговора с Тьмой, так как всё же пришёл к выводу, что это были галлюцинации.

"Главное, что всё уже позади. Анри, вам нужно спешить. Что-то происходит. Времени больше не осталось. Нужно срочно забирать Милу и Принцессу из замка".

"И Принцессу? Зачем? Ведь это только доставит лишних хлопот".

"Потом всё объясню. А сейчас слушай. У нас действительно мало времени. Главное, забрать девушек. Мы уже знаем, что замок и его территорию окружает мощное силовое поле. Я думаю, его нужно, если не нейтрализовать, то, по крайней мере, попытаться ослабить. Мы с Рамюэлем отвлечём охрану. А вы с Винаром в общей суматохе уведите девушек. Мы будем вас ждать у Восточных ворот. Держись, Мира тебя подлатает. Главное, не забудь время и место. Скоро увидимся!".

Анри слабо улыбнулся и открыл глаза.

*****************************

Уже совсем стемнело. Винар не собирался таиться. Он и Анри спокойно, но быстро шли по замковым коридорам. Всё-таки обезболивающее друга действовало. Стража внимательно и насторожено следила за ними. Поворот, другой, третий. Время ускользало, уплывало. Казалось, что они так и не сдвинулись с места.

Знакомая дверь. Это покои принцесы Аримы. Снова стража. Перегородила вход. Но кого это волнует? Анри схватил свой топор, замахнулся...

Через минуту вход преграждали только четыре трупа. Ни Анри, ни Винар не обратили на это никакого внимания. Это были не люди. От людей в них осталась только телесная оболочка. Послышались голоса. Друзья переглянулись. Снова стража. Видимо, услышали звуки драки. У вампиров обострённый слух.

-- Винар, скорее. Времени не осталось. Иди к Принцессе. Я разберусь с этими собаками.

Времени действительно не осталось. Винар распахнул двери, и направился к Ариме. Душный смрад стоял в её покоях, будто комнату не проветривали годами. Винар приблизился к кровати.

-- Принцесса Арима, - позвал он больную. Ему никто не ответил. Винар уже было испугался, что опоздал, но заставил себя подойти ближе. Его взору предстало нечто...

То, что сейчас напоминала бывшая красавица, скорее было похоже на баклажан. Лицо пошло синими пятнами и раздулось, отекло. Глаза впали. Принцесса почти не дышала. Её одолевал жар. Он просто пожирал её изнутри. Винар, переборов себя, приподнял голову Аримы, и просто силком влил настойку в рот. Принцесса была жива.

Распахнулась дверь. Винар приготовился к отпору, но на пороге была... Аманда. Волосы разметались, щёки горели румянцем. Тёмное платье выгодно подчёркивало белизну кожи. Она была прекрасна, как всегда.

"Опоздала!".

-- Ты принёс противоядие? - подходя, то ли спросила, то ли сказала она. Винар кивнул. - Я знала, я совсем не сомневалась в тебе. Спасибо, - Аманда обняла его. Он немного растерялся.

"А что б тебя! Как же ты оттуда выбрался? И, зачем я только указала им правильное место?".

-- Меня вдохновляла встреча с тобой. Кроме того, я просто обязан был помочь твоей племяннице, - Винар не лукавил.

-- Теперь она поправится. Только благодаря тебе. Давай выпьем за это, - она налила вина из графина и вплотную подошла к нему.

-- Подожди, там мой друг. Он был у дверей. Где он? Ты не видела, когда заходила?

Перед глазами Аманды пробежала недавняя картина боя. Светловолосый молодой человек яростно размахивал топором. У его ног уже лежало три воина, ещё столько же пытались нейтрализовать противника. Аманде было некогда разбираться. И поэтому она просто направила туда ещё десяток. Ведь он всего лишь человек...

-- Светленький такой? Видела. Он там один был. Странно, охрана куда-то подевалась. Я попросила его позвать Эльсбрунга. Это мой главнокомандующий. За выздоровление моей племянницы! - Аманда торжественно подняла бокал. Винар колебался.

"Ну, уж нет. Этого я не допущу. Пей дорогой, до дна пей...".

-- За выздоровление, - в конце концов, вина на всех хватит. Анри может выпить с ними и второй бокал. Винар осушил свой до дна.

-- Спасибо тебе. Наверное, ты захочешь отдохнуть? Тогда можешь вернуться в свои покои... - Винар не успел ответить.

-- Госпожа! - это ввалился Эльсбрунг. - Там, там... - он запыхался, его дорогой костюм был порван. В руках старинная шпага. Винар непонимающе оценил его. Он что, только что с турнира? Такое оружие не годилось для схваток и патрулирования замка. В голове начало шуметь...

-- Что Эльсбрунг? Кто там? - строго обратилась к нему Аманда.

-- Там... На нас напали!

-- Кто?

-- Рамюэль и его соратники!

"Опять этот несносный мальчишка! Яблоня от яблони. Ничего. Очень скоро ты и твоя уродливая сестрёнка присоединитесь к родственникам". Она поглядывала на Винара.

-- Быстрее, соорудите оборону. Укрепить посты. Пошли к нему на поле самых лучших! Действуй, Эльсбрунг, не стой! - он кивнул и выбежал. Аманда развернулась к Винару. - Не переживай. Замок надёжен. Они ничего не смогут сделать. Мне нужно идти. Увидимся позже.

Крепко поцеловав его, она вышла. Винар остался стоять в растерянности. Перед глазами всё расплывалось. Он не знал, как поступить дальше. Ведь сейчас он должен был предать ту, которая была ему дорога, потому что об этом просили друзья...

"Что же делать?". Ответ пришёл незамедлительно. Замок вздрогнул. Со стен полетела штукатурка, кое-где попадала посуда. Это было самое настоящее землетрясение!

****************************

Чаяна шла по сырому и тёмному коридору. Она была зла и раздражена. За ней по пятам следовала процессия слуг и служанок. Их лица были каменными и бледными, горели лишь глаза. На плечах они несли носилки с девушкой. Её красивое лицо было спокойным, но бледным и немного отдавало желтизной. Глаза впали, руки безвольно повисли. Хотя это мог быть отблеск свечей. Она была без сознания. В красивых красных одеждах. Единственное украшение, которое так никто и не смог снять, переливалось от бликов огня.

Часом раньше Чаяна пробовала снять украшение с головы девушки, пока та была усыплена снотворным порошком госпожи. Но, едва коснувшись диадемы, получила сильнейший ожог.

Сейчас служанка с ненавистью вглядывалась в лицо... Милы.

"А что, если она захочет сделать её своей помощницей?! - внезапно осенила девушку догадка. - Нет, я этого не допущу! Сколько я служу ей верой и правдой. Это я. Я должна быть на её месте! Это мне обещали вечную молодость, красоту и жизнь. Это я буду орудием Господина!".

Комната, в которую они направлялись, горела мрачным свечением. Это был своеобразный сад. Всего с одним видом растений. Повсюду росли... чёрные лилии. Их тёмные лепестки качались от лёгкого сквозняка. Сладкий, немного приторный и пьянящий аромат наполнил сознание Чаяны, немного затуманив его. Госпожа распорядилась всё подготовить должным образом. Значит, доверяет. Для Чаяны это было не впервые. Она знала каждое слово, каждый жест и процедуру.

Служанка наклонилась над девушкой. Украшение притягивало её взгляд, словно магнит. Заныла обожжённая рука, это немного подпортило настроение.

"Кто она такая, что госпожа возится с ней, а не со своей верной подопечной? Эта глупая и слабая девчонка сопротивляется силе моей хозяйки. Она не понимает, эта беспомощная овечка, какое это счастье быть оружием Господина", - Чаяна мечтательно улыбнулась собственным мыслям. Она направлялась в самую нижнюю комнату замка. Туда, где проводятся все церемонии. Туда, где все стены были пропитаны сладким ароматом, который сводил обитателей замка с ума, едва открывалась дверь. Он пьянил и застилал сознание, сводил с ума, и заставлял течь слюну. Чаяна сглотнула, предвкушая встречу с комнатой. Аромат заставлял её тело дрожать. Она с каждой минутой убыстряла шаг. Процессия проделала то же самое, не отставая ни на шаг. Глаза служанки горели алчным огнём. Её манил запах...

Внезапно послышался звон оружия и крики. Процессия настороженно приостановилась. Из-за угла буквально вылетел стражник, и упал прямо к ногам Чаяны. Его горло было перерезано. На пол медленно и вязко стекала кровь. Из-за того же угла вышел светловолосый молодой человек. В его руках был топор. Он остановился, углядев в диковинке то, что искал. Люди смотрели друг на друга.

Минутную паузу разорвал шум падающих камней и факелов, которые были закреплены на стенках. Некоторые из процессии попадали, не удержав равновесия. Но землетрясение, а это было именно оно, послужило внегласным сигналом к атаке. Некоторые воины бросились на светловолосого рыцаря. Тот с лёгкостью отбил их детские атаки. Казалось, топор был продолжением его руки и ничего не весил. Это был Анри.

-- Отпустите девушку! - грозно прорычал он. Рёбра болели нестерпимо. Левую руку жгло огнём. Но сейчас было не до этого. Сейчас нельзя было давать слабинку. От этого зависели жизни: его и... Милы. Да, он узнал её. По горящей диадеме на голове.

-- А, так тебе нужна она... - почти прошептала девушка. Анри узнал и её, это была фрейлина Аманды. Она возглавляла процессию. На него посыпались атаки. Люди, которые куда-то несли Милу, будто взбесились. Просто с пеной у рта, они кидались на Анри. Он неприятно удивился, когда один из стражи, будучи опасно раненым, не обращая внимания на боль, мёртвой хваткой вцепился в топор Анри, отвлекая и задерживая того. Анри оттолкнул его, продолжая отбиваться.

Чаяна медленно улыбнулась беспомощности своей соперницы, и замахнулась ритуальным ножом, но не успела нанести удар. Её оглушил вовремя прорвавшийся Анри. Кольцо Иного полыхнуло огнём. Послышались крики. В воздухе висел запах палёного мяса. На полу лежали обгорелые трупы.

-- Анри! - послышался знакомый голос. Анри бережно подхватил Милу, забросил на плечо, и поспешил к другу.

Винар тоже держал на руках... нечто. Анри понял, что это была Принцесса. Но то, что она сейчас напоминала, повергло его в ужас. Он изумлённо посмотрел на друга.

-- Это действие яда. Нам нужно спешить. Замок может рухнуть, - Анри, не говоря ни слова, скрипя зубами от боли, поспешил за другом.

Почти у самого выхода дорогу им перегородили стражники. Но сил и времени на разбирательство не было. Анри сосредоточился и попытался послать огненный шар. Это у него получалось лучше всего. Только вот шаровая молния вышла совсем уж маленькой. Его сил оказалось слишком мало. Он был на пределе.

Винар, повинуясь какому-то внезапному чувству, взял друга за руку. Стражники замерли. Обоих воинов окутал ореол. В следующую минуту, когда Анри послал ещё один шар, сорвался самый настоящий огненный вихрь. Ветер может потушить огонь, а может и расжечь. Силы стихий слились в огненный смерч. И уже через пару секунд путь был свободен.

Анри и Винар, держа на руках девушек, распахнули ворота...

******************************

Люди Рамюэля постепенно подходили к замку. Уже достаточно стемнело, но стража каким-то образом всё же учуяла неладное. Поднялась паника. И без того небольшую группку людей пришлось разделить. Замок был не маленьким. Выходов было три. Значит, чтобы освободить один, нужно было отвлекать охрану двух других, причём так, чтобы подтянуть и стражу с третьего. Простая арифметика. Осталось только воплотить задуманное в жизнь.

И всё-таки глупо пытаться с половиной сотни людей захватить замок. Аслан это понял, едва они начали атаку. На каждого человека из их отряда припадало как минимум по три стражника. Это был немалый перевес, учитывая, что против людей была Нелюдь. Да, Нелюдь, хоть и низшая. Лица стражников постепенно бледнели и вытягивались, зрачки сужались. Глаза наполняла белая пустота. Мерзкое и страшное зрелище. Едва ранив соперника, на него набрасывались и начинали кусать! Это было ужасно! Бешеные лица в крови, зубы, будто иглы. Словно, на людей напало безумство. Это была не мясорубка. Нет. Это было настоящее пожиралово! Люди ели людей. А точнее, пили их кровь. Воины Рамюэля растерялись. У кого-то началась паника.

Рамюэль рубил быстро и горячо, навёрстывая упущенное. В принципе, оружием он владеть умел, но, едва увидел, как дерётся его друг, понял, что с техникой Аслана ему не сравниться. Задаться вопросом, откуда Дока, а попросту лекарь (именно за него до сих пор выдавал себя Аслан), научился так владеть оружием, из-за боя в голову не пришло. Принц был зол, как тысяча чертей. За стенами медленно умирала его сестра, а какая-то кучка каннибалов пыталась его остановить. Хотя по началу он тоже немного растерялся. Возле него, то появлялся, то исчезал Нюрий. Рамюэль медленно пробирался вперёд, не замечая, что его людей остаётся всё меньше...

Аслан дрался на равных со всеми, стараясь прикрывать спины новообретённых друзей. Его оружие сверкало, словно молния. Каждый удар уносил чью-то жизнь. Наверное, впервые он не жалел своего противника, отдаваясь полностью схватке. За ними был эффект неожиданности, и всё же Аслан понимал, что идти на поводу у Рамюэля, было глупо. Вокруг со стонами оседали раненые. Их уносили к Мире, которая тут же занималась перевязкой. Видимо, сегодня ей выпала роль местной медсестры.

Кровь, крики, ругань, стон воинов - вот, что такое сражение, а совсем не патриотизм и геройство. Нет, конечно, без этого не обходилось. Но какой ценой?! Кружилась голова, измученные лица раненых были отовсюду. А Мира была одна.

"Аслан, надо что-то делать! Я больше не могу, они же всех убъют! Господи, это уже восемнадцатый! - взмолилась она, когда увидела ещё одного. - Аслан, нужно уходить! Послушай же, это безумие!". Она мысленно звала друга. Аслан её слышал. Слышал, несмотря на то, что сам был ранен, несмотря на то, что отбивался уже за троих, несмотря на то, что вокруг рекой лилась кровь (впрочем, просто так течь ей не давали, почитая за лакомое кушанье), и людей становилось всё меньше. Он слышал её. Но, что мог ответить?

"Кастонай Лапиоастеррио Аманнто...", - твердил он про себя заклинание. Он собирал силу.

-- Рамюэль, - прохрипел он принцу. - Что делать? Надо отступать, или пытаться прорваться дальше. Так мы ничего не добьёмся. Половина людей уже выведены из строя! - Аслан разрывался. Мощный удар какому-то лысоватому воину в шлеме, ещё один. Всё равно они проигрывали, это было слишком очевидно. Злость. Чистая, искренняя, немного бесшабашная захватила Аслана.

-- Я не уйду без сестры! - раздражённо прокричал принц. И прав, и не прав. Он отвечал за людей. Ведь они верили ему, верили в него. В него - лидера, а не в него безумца. Но перед глазами Рамюэля была Арима.

"Я тоже. Кастонай Чандрам Амманто. Ом вам, ом лам...", - твердил про себя Аслан, как заведённый. Постепенно вокруг него освобождалось поле. Это была его сила. Люди перестали обращать на него внимание. Энергия отводила глаза. Он стоял посреди сражения, опустив голову к Земле. Всё просто. Она говорила с ним...

В ушах Аслана раздался звон и шёпот. Казалось, вокруг пробуждалась каждая веточка, каждая травинка. Аслан звал, и они откликались...

Мира резко подняла голову. Её руки были в крови, возле неё стонал раненый. Но её отвлекло не это. Амулет Миры сверкал ярким зелёным светом. Вокруг играла чья-то сила, знакомая и новая одновременно. Кто-то колдовал, собирая мощный резерв. Что-то происходило, что-то до боли знакомое...

Фибула Аслана, которая была приколота к тыльной стороне рубахи, засверкала. Кровь бурлила, требуя выхода адреналину. Он поднял меч. Закричал, и с силой всадил в землю.

-- КофтраРум! - и уже совсем прошептал. - Очнись, дух земли. Теперь ты моё оружие.

И Земля проснулась. От меча Аслана по ней пошли волны, как по водной глади. Заворчав, заворочавшись, как тысячелетняя старушка, земля очнулась. Замок зашатался. Местами пошли глубокие трещины. Люди бросились врассыпную, но стражники не обратили на это никакого внимания. Они продолжали разить мечами.

Аслан сосредоточился. И земля стала... зыбучим песком, местами заглатывая Нелюдь.

-- К восточным воротам! - закричал Рамюэль своим людям. Он не успел проследить, откуда им пришла помощь, но зато сообразил, что пренебрегать ней не стоит. Остатки бросились к воротам. - Лошадей. Быстро! - не успокаивался Рамюэль. - Нюрий, увозите раненых! Остальные - за мной! Аслан, не стой камнем. Мы уходим.

Аслан про себя лишь улыбнулся. Рамюэль не понял, кто затейник суматохи. Это хорошо. Его сила действовала во всю. Можно было не беспокоиться. Единственное, что он сделал, это унял землетрясение. Да, именно так. Он вызвал настоящее землетрясение, сделав его эпицентром замок. Люди уже опомнились, и следовали второй части плана. Он опрометью бросился к воротам. Но едва несколько человек приблизилось к ним, ворота распахнулись, дохнув дымом. Люди вскинули оружие и настроились на атаку. Это не понадобилось. На пороге стояли... Анри и Винар. Целые и невредимые. На плечах они держали какие-то свёртки.

-- Спокойно! Это свои. Всё нормально? - закричал Аслан скороговоркой. Получив утвердительный ответ, вскомандовал. - Рамюэль, сворачиваемся. Арима у нас. По коням.

Повторять не понадобилось. Люди были вымучены схваткой, удивлены происшедшему. Вся округа перед замком была засеяна телами своих и стражников-Нелюдей. Раненых Нюрий и Мира уже давно забрали с поля боя в условленное место. Мире было немного не по себе оставаться одной среди пострадавших, но она понимала, что сейчас ей здесь самое место. А друзьям она только бы мешала.

Анри и Винар держали не свёртки, как на первый взгляд показалось Аслану, это были Арима и Мила без сознания. Наконец, все были в сборе. Люди уходили подальше от злополучного замка.

"Чтоб вы сгорели! Снова опоздала. Ну, ничего одного друга я у вас всё же заберу...".

ГЛАВА

"Жалеть врага - преступление. Жалеть товарища - ошибка; жалость оскорбительна для человека. Помочь товарищу в беде - дело другое, это закон; но без слюнявой жалости, безо всякой этой поповской бузы насчёт ближнего, которого нужно возлюбить".

Юрий Слепухин. "Киммерийское лето".

Последние пять часов для Миры стали настоящим адом. Она металась от больного к больному. Когда-то в детстве она мечтала быть врачом, помогать людям. Сейчас ей в полной мере предоставилась такая возможность.

Мира выпила ещё немного настойки, которую приготовила накануне специально для себя. Она придавала ей сил, своеобразно тонизируя организм. Девушка прекрасно знала, чем это обернётся для неё самой. Но это будет потом.

-- Привет, солнышко. Ну, как ты? - наконец, подошла Мира к Анри. До этого она просто отослала его с просьбой подождать своей очереди, первым делом осмотрев раны Винара. Зная, что Анри любит прибедняться, когда болеет, она всё же верила ему. Верила, что болит сломанное ребро и раненая рука. Но некоторым воинам из отряда было ещё хуже. Кто-то остался без конечности, у кого-то выкололи глаз. Это было ужасно, это было дико. Это был самый настоящий хаос! Мира не боялась крови, и всё же ей стало плохо, когда она увидела распоротый мечом живот. Тогда её отпихнули Аслан и Винар, они сами занялись такими серьёзными ранами. Подруга была всего лишь их ассистенткой. - Давай, посмотрю, - Мира приложила руку к боку Анри. Закрыла глаза. Она отчётливо чувствовала трещину в ребре. Рёбра Анри были туго перебинтованы. Бинты за наставлением Миры намочили и смазали мылом. Так что теперь они напоминали гипс.

-- Болит! - дёрнулся Анри, когда Мира прижала руку к боку.

-- Знаю, терпи, - твёрдо произнесла подруга. Ей никогда не нравилось, когда мужики начинали давать слабинку. Она с помощью магии, конечно, вправила ребро. Большего сейчас подруга сделать не могла. Слишком уж много было раненых, слишком уж много сил она потратила. - Вот так лучше. На вот, выпей. Через минут пятнадцать всё перестанет болеть, - Анри нахмурился. Он думал, что подруга уделит ему больше времени. Мира, улыбнувшись про себя (уж очень явными были мысли друга), провела рукой по порезу, сращивая ткань. Анри, как всегда, удивился. Мира выглядела измученой и уставшей. Она встала. - Отдыхать некогда. Через пятнадцать минут действие настойки усилится, поможешь Аслану. Всё. Я пошла.

Стоны раненых. В воздухе просто витал запах боли. Он не кружил голову. Нет. Она и без того шла кругом. Мы не боги, мы не всесильны. Но должны стремиться к этому. Мира на минуту остановилась.

-- Мира, - услышала она знакомый голос. Ей и без того было понятно. Мила, Арима... Просто настала их очередь. Мира зашла в шатёр.

"Господи! Что же она с ними сделала?". На обеих девушках не было лица. Мила была вся какая-то жёлтая, бледная. Арима и без того хуже. Ребята сказали, что после свареной настойки Винара, Арима уже выглядит намного лучше.

"Как же она выглядела до этого?", - поразилась Мира, ведь Принцесса не напоминала человека. Но с ней было всё понятно. Процесс отравления остановлен. Осталось только вывести яд из организма. За Мирой молча и хмуро наблюдал Рамюэль, Нюрий и ещё несколько воинов. Силу Лессовиц они знали понаслышке, но верили в неё мало. Миру это не интересовало. В отличие от них, она свои возможности знала.

-- Значит, так... - спокойно и тихо произнесла Мира. - Процесс отравления остановлен. Нужно вывести остатки яда из организма, а затем просто восстанавливать иммунитет, - сказала, а потом подумала: "Поняли ли они хоть часть из того, что она сказала?". - Короче, помочь ей можно, - казалось, с плеч Рамюэля упал камень. Он выдохнул. Мира про себя собралась, и продолжила. - Но у меня слишком мало сил, я очень устала. Говорю всё, как есть. Первое, Милу унести в другой шатёр. Здесь никого, кроме меня и тех, кого я оставлю, быть не должно. Мне нужно человек пять. Те, кто чувствует себя менее уставшим, чем остальные, и, конечно, не ранен. Я только с их согласия и доброй воли, возьму часть силы для принцесы Аримы. Тебя, Рамю, это не касается.

-- Почему? - искренне удивился принц. Мира понимала его. Любой, кто имеет брата или сестру, понял бы.

-- С тобой будет отдельная процедура. Всё. У вас пять минут для решения, пока я всё подготовлю.

Через пять минут перед Мирой возникло шесть молчаливых воинов. Среди них был и Нюрий, с которым Мира очень быстро нашла общий язык. Мира уже помешивала необходимую настойку, жгла травы. Воины с недоверием и интересом за ней поглядывали. А Мира внутренне себя настраивала. Она попросила закрыть шестерых воинов глаза. Рамюэля она поставила у ног сестры (до этого она прошла с ним целый обряд, разъяснив "правила"), а сама стала у изголовья. Стала, и замерла. Прошло пять минут. Один за другим, воины тихонечко начали приоткрывать глаза. У всех на лице было написано недоумение, ещё через пять минут на них можно было прочитать недоверие, ещё через пять - сарказм. Веры не было. Мира знала, что так и будет. Но первые пять минут дали ей форы. Это были обыкновенные люди, не обученые магии. Они пока ничего и не могли почувствовать. Зато почувствовал Рамюэль...

"Девочка, тебя любят. Ты очень красивая. Ты нам нужна. Слышишь, Господи, я должна ей помочь. Но, как? Ты должна поправиться...".

Мира закрыла глаза. Она знала, что нужно сделать, но не представляла, как. Она действовала, как и в большинстве случаев, интуитивно. Вокруг был шум, были слышны стоны пострадавших, крики Аслана и Винара. Мира отбросила всё это на задний план. Сейчас это мешало. Девушка взяла немножко своей силы, взяла немного силы Рамюэля, и послала к Ариме. Этого, несомненно, было мало. И тогда она потянулась к силе шестерых воинов... Она, как губка, начала впитывать зеленоватую (в таком виде она её представляла. Зелёный - цвет жизни) энергию жизненной силы людей. Они ничего не могли почувствовать. Это отразится потом, намного позже.

"Арима, поправляйся. Поднимайся. Яда в твоём организме быть не должно".

Мира тянула силу сразу от всех. Она чувствовала себя просто отлично, сосредоточившись на одном: аккумулировать как можно больше энергии. Рамюэль побледнел. Он вдруг понял и почувствовал силу этой Лессовицы. Он понял опасность. И понял, почему она сказала "я только с их согласия и доброй воли возьму часть силы для принцесы Аримы". Без наказания... Сейчас она могла без последствий для себя взять всю жизненную силу его, и его людей. Он ошибался только в одном: последствия были бы в любом случае.

"Арима, вставай!".

Мира держала в руках столько силы, что могла бы устроить землетрясение не хуже Аслана (она догадалась, что это была его работа). Люди продолжали глупо переглядываться. Рамюэль, холодея, не обращал на них никакого внимания. Девушка продолжала стоять с закрытыми глазами, держа руки на голове Аримы.

Там, на улице, отдавая приказы, ребята вдруг почувствовали, что нужны. Аслан подошёл к шатру, и отодвинул его полог. Мира вдруг резко отдёрнула себя.

"Хватит, Арима, просыпайся! Очнись!". Амулет вспыхнул. Это был просто свет, без оттенка, невероятно яркий. Мира послала всю собранную ей энергию Ариме, и это подействовало, как электрошок. Арима внезапно шумно вдохнула и выдохнула. Она резко открыла глаза. Мира присела. Воины ничего не могли понять. Рамюэль кинулся к Ариме, у которой началась очень сильная рвота. Яд находил выход из организма. Этот беспредел продолжался около минут десяти.

У Миры дрожали коленки. Но не от недостатка, а от избытка силы. Сама того нехотя, она подпитала себя. Девушка присела около костра, с улыбкой (странно, но ей было приятно) слушая переговаривания солдат. Они пришли к общему выводу - она ведунья! Просто, выйдя из шатра, они внезапно почувствовали себя так, словно из них выжали всё возможное, и невозможное, а напоследок ещё и выкрутили, как следует.

"Мила!", - внезапно осенило Миру. Она резко встала, повернулась и... встретилась лицом к лицу с Асланом. Он тихо подошёл к ней. Мира посмотрела ему в глаза, и поняла... дела плохи. На лице его друга была только тень.

-- Пойдём, - сказала она ему. Он молча подчинился. Вдвоём они зашли в шатёр, где была Мила. Она всё также была без сознания. Мира присела возле подруги. Она тихо прошептала заклинание для выяснения диагноза. Это не помогло. Тогда Мира осмотрела подругу, как обыкновенный лекарь. Снова глухо. Она тихо погладила Милу по волосам.

-- Я уже всё испробовал. Я не знаю, что с ней.

-- Я тоже.

-- Мира, ты знаешь. Ты уже вытаскивала её раньше! Подумай, пожалуйста, - Мира удивлённо посмотрела на друга. Он не шутил (какие тут могли быть шутки?), не нервничал, не верил и даже не надеялся. Он констатировал факт. Мира от удивления замолчала, округлив глаза. Только что ей сообщили, что она, оказывается, может сделать невозможное. Мира ещё раз взглянула на подругу.

Перед глазами возникла улыбающаяся Мила. Красивая, яркая, как всегда. Совсем не измученая, как сейчас. Мира задалась вопросом: "Что делать?". Медленно проплывали обрывки фраз, слышался смех. Так было тогда. Но разве так не будет дальше? Мира задумчиво просидела минуты три, перебирая в памяти прошлое..

-- Аслан, её могут спасти цветы, - сказала она внезапно. И сама опешила от своих слов. Какие цветы? Причём они здесь? Чем, в конце концов, они могут помочь? С чего это она взяла? Аслан молча смотрел в пол. Мире на миг показалось, что она сказала самую большую глупость в своей жизни. Что друг больше никогда не подойдёт к ней. Что все надежды в один миг рухнули. Мира разочаровалась сама в себе. Но... Что она увидела! Это было неповторимо. У ног Аслана из пола, именно с того места, куда он смотрел, медленно расцветала ромашка. Ромашка! Живая, настоящая полевая ромашка. Миру наполнило чувство ликования. От такого переполнения эмоций, казалось, она взорвётся. Её амулет ярко засветился. На спокойном лице Милы, вспыхнув, ему ответила диадема. Аслан продолжал растить цветок. От его фибулы исходило слегка зеленоватое свечение. Стихии слушали своих хозяев.

"Милка, Мила, Милочка, вставай! Ты должна на это посмотреть!". Мира взяла подругу за руку. И погладила ромашку.

Мила открыла глаза. Изображение расплывалось. Славный сон она увидела. Брат... и Мира с... ромашкой. Мила улыбнулась, и закрыла глаза. Сердце Аслана на миг замерло.

-- Мила, ну просыпайся же! - словно обиженый ребёнок, надулась Мира. - Хватит спать, соня. Самое интересное пропустишь! - Мила продолжала лежать без сознания. Аслан посмотрел на Миру, словно на выжившую из себя. Внутри него всё опустилось. Мира действительно вела себя, как капризный ребёнок, который хочет что-то получить. Что-то и вовсе невозможное. Но Мира вдруг улыбнулась. Тепло-тепло... - Мила, - сказала Мира голосом взрослого, - про-сы-пай-ся, - она мягко провела рукой по её волосам. Истина в нас самих. Нужно только принять всё, как есть.

Мила открыла глаза. Сон оказался явью. Перед ней сидел её брат и Мира. А в её руках была настоящая полевая ромашка.

-- Привет, малыш, - ласково сказала Мира. - Наконец-то. Мы уже волноваться начали.

Аслан радостно обнял сестру. Мира улыбнулась. Наконец, они все вместе. Пережитый кошмар позади. Ей так нравилось, когда её друзья радовались.

-- Госпожа Мира! Госпожа, - послышались крики у входа.

-- Перестань! Ему уже никто не поможет, - услышала она одёргивание кого-то другого.

Мира переглянулась с Асланом и Милой, и вышла наружу. У входа стояли... все, кто мог. Мира с удивлением осмотрела окружающих. К её ногам упал какой-то мужчина. Он был достаточно крепок, хорошо сложён. На вид ему можно было дать лет сорок. Но в его волосах была уже заметна седина. Это был воин из отряда Рамюэля.

-- Поднимитесь немедленно! - изумлённо скомандовала Мира. - Этого ещё не хватало, - она непонятно из-за чего, разозлилась.

-- Госпожа, помогите.

-- Что случилось? - спросила Мира. На лице мужчины можно было прочитать, что угодно. Ужас, панику, тревогу, боль, любовь.

-- Умирает мой сын, - "Господи", похолодела Мира. - Помогите, спасите его! Прошу вас. Он слишком молод. Он должен жить!

-- Я же не Творец (так в этом мире называли Господа), - тихо ответила Мира. Ей почему-то показалось, что дело обстоит очень серьёзно.

-- Прошу вас, - умалял человек.

-- Оставь госпожу. Ты не видишь, она устала. Крепись. Ему уже никто не поможет, - уверенно сказал какой-то безразличный пухленький воин. Мире почему-то страшно захотелось убедить его в обратном. Кто, в конце концов, он такой, чтобы решать, кто может помочь, а кто нет?!

-- Идёмте, - сама не понимая, что делает, сказала она воину. Вместе они пошли к месту, где лежал его сын.

Едва Мира подошла к палатке, где был раненый, она поняла, что пухленький воин был прав. Этот юноша уже не принадлежал себе. Он хрипел. Из его груди вырывался шипящий свист. От самого подбородка, через горло и грудь к пояснице тянулась одна сплошная рана. Лёгкие были порваны, трахея задета. Человек умирал... Единственное, что для него можно было сделать, это облегчить его страдания.

"Для чего рождается человек? Для того чтобы в один день вот так умереть? От ран, нанесённых каким-то животным? Возможно, он заслужил их. Ни одна болезнь, простуда, ранка, наказание не падают на голову человека незаслуженно. Возможно, ты прав, наказывая его. Но не так, Господи! Не так!".

-- Выйдите все! - коротко приказала она. Мира сказала это, не оборачиваясь, но таким тоном, что её послушались все, без остатка. Вышли даже друзья. Мира осталась один на один с умирающим. Иная хмуро посмотрела на юношу, исходящего агонией.

"Ну что ж, Творец. На всё воля твоя. Я не смогу сделать больше, чем ты мне позволишь. Но ХОЧУ! Он должен жить. ДОЛЖЕН! Только не так, Господи...".

Секунды тянулись, как минуты. Минуты, как часы. Возле палатки стояли люди. Они тихо переговаривались между собой. Неподалёку можно было рассмотреть Рамюэля с всё ещё бледной и опухшей Аримой, Нюрия, ещё поодаль Милу, Аслана, Винара и Анри. Они не вмешивались. Не находил себе покоя и отец, который осмелился беспокоить Миру.

Внезапно полы шатра распахнулась, и в воздухе повисла тишина. На пороге показалась Мира. Её лицо было белым, как мел. Она так и застыла в дверях, прямо глядя в глаза отцу. Молча.

Медленно, одна за другой, опускались головы боевых товарищей. Мира молчала.

-- Нет, нет... Только не это. НЕТ! - тихо бледнея, прошептал отец. Затем сорвался на крик. Но не плакал. Это не достойно настоящего мужчины.

-- Он будет жить, - тихо, с трудом и сквозь зубы, сказала Мира. - Я выменяла его жизнь... - в воздухе снова повисла тишина. Тишина изумления.

А дальше Мира просто повалилась, как палено. В шатре всё также без движений лежал молодой человек. От горла, почти до бедра, тянулся большой свежий шрам.

Каждый имеет право на другую смерть...  296

____________________________________________________________

© Булгакова Ирина Васильевна. Книга 1. Дети Неогеи

Origin: http://samlib.ru/b/bulgakowa_irina_wasilxewna/inie-hraniteliklycha.shtml

Создан: 08/09/2008, изменен: 17/02/2009, 834k

Рассказ: История