# Путевые знаки

Алексей Чабин

Чабин АлексейПутевые знакиOrigin: http://samlib.ru/c/chabin_a/signe_de_piste_1.shtmlСоздан: 24/02/2017, изменен: 25/02/2017, 7kОчерк: Литобзор============================================================      В начале 1937 года французское издательство Альзасия Пари запустило один из самых успешных и долгоживущих литературных проектов 20-го века: коллекцию подростковой литературы "Синь де Пист" (Signe de Piste), "Путевые знаки". Так скауты называют систему специальных символов, с помощью которых отмечают на картах и самодельных планах свои "секретные" для непосвященных указания по организации маршрута. Этот "секретный" язык играет и сейчас заметную роль в самоидентификации скаутов - во времена же, когда едва ли не каждый элемент скаутского поведения и облика нес смысловую нагрузку, его значение было почти сакральным. Несмотря на свою открытую связь со скаутингом, коллекция с самого начала была больше, чем скаутской библиотекой. Первым директором коллекции стал комиссар "Скаутов Франции" Морис де Лансье, человек, работавший вместе с основателями движения и стоявший у его истоков. Но под этим именем его знали главным образом коллеги, да его юные подопечные из 14-го округа Парижа. Для остальных он был Жак Мишель, автор "Приключений короля Торла", "Дела кашалота" и других популярных среди подростков историй. В книжном деле он давно уже был не новичок: с 1930 по 1936 год Жак Мишель вел скаутскую коллекцию "Лагерный костер" (Feu de Сamp) в издательстве Ж. де Жигор, потом возглавлял общенациональное обозрение "Скаут" (два выпуска в месяц!). Как редактор, Жак Мишель наверняка прекрасно понимал, насколько важен удачный выбор первых, затравочных авторов новой коллекции.  Номер 1 особого беспокойства не вызывал: Жорж Сербело-Саланьяк был хорошо знаком Жаку Мишелю по скаутскому обозрению и по работе в международном секретариате "Скаутов Франции". Его очевидный литературный талант проявил себя давно и ярко: Жорж начал работать в "Франс-суар" еще в 1925 году, потом были "Фигаро", "Ля Франс Католик"... Его "старинная" индейская сага в духе Гайаваты, "Под знаком черепахи", конечно, вызовет интерес.  Номер 2, Ги де Ларигоди - тоже надежный автор, живая легенда для французских подростков... Созданный им Юг, неунывающий мальчишка-бродяга доисторических времен, давно стал всеобщим любимцем, "Канюк Раа" уже до дыр зачитан юными поклонниками дикой природы... А его репортажи из автомобильных путешествий, из странствий по южным морям... "Тигр и его пантера", без сомнения, тоже не залежатся.  Но особый, личный интерес у Жака Мишеля к номеру 3, начинающему автору Иву де Вердильяку, решившему спрятаться под именем Серж Дален... У этого новичка есть стиль! Он умеет писать плотно!.. А как он стеснялся, признавшись, что идея романа родилась под влиянием его, Жака Мишеля, короля Торла. Долго же он, однако, работал... А сколько потом еще пришлось помогать ему с подготовкой премьеры... "Золотой браслет" - не слишком ли камерное название для подростковой приключенческой драмы с вендеттой, подземельями, замками, самопожертвованиями и мучительными жизненными выборами? Как неожиданно сыграет время... Жорж Сербело-Саланьяк надолго сохранит связь с "Путевыми знаками", издаст (уже после войны) в этой коллекции еще несколько книг... но все большее место в его творчестве станут занимать жития святых, культурологические исследования древнего мира... Он даже получит звание академика - но слава разминется с ним, и до самой пенсии Сербело-Саланьяк будет работать редактором одного из бесчисленных парижских издательств. Болезненный и тщедушный на вид, Ги де Ларигоди после первой публикации в "Путевых знаках" успеет совершить головокружительный автопробег Париж-Сайгон, расскажет о новых приключениях Юга, издаст несколько ярких репортажей из дальних странствий - и сложит голову в бестолковых боях на бельгийской границе в мае 1940. Одна из лучших его скаутских книг, "Остров посреди большого пруда", при его жизни успеет выйти лишь частями в журнальном варианте. Память о нем будут хранить долго, но это будет больше слава "духовного наставника" французских скаутов. А вот третий... Серж Дален станет одним из тех, кто сделает эту коллекцию явлением. Сногсшибательный успех "Золотого браслета" в феврале 1937-го года запустит легендарный цикл "Принц Эрик", без упоминания которого никакой обзор детской и подростковой литературы Европы не будет сегодня полным. Динамичный напряженный сюжет, лапидарные, в несколько штрихов описания, мощная нравственная интрига - все это для скаутов межвоенной поры было в новинку, все это сохраняет притягательность и сегодня. Шестизначные тиражи, переиздания и переводы, аудиоиздание, комиксовые переложения, инсценизация для детских театров и даже сценарий пока не снятого фильма - такой перечень говорит больше, чем любые выступления высоколобых критиков!  Уже в 1939-м году в "Путевых знаках" выходит долгожданное продолжение приключений Эрика - на этот раз читателей погружают в настоящие дворцовые интриги крошечного скандинавского княжества, в которых найдется место и коварным министрам-заговорщикам, и нешуточным опасностям, и старым друзьям принца по Франции, и новым друзьям среди его новых подданых. А еще в 1938-м к команде присоединится новый дебютант, Жан-Луи Фонсин, в долитературной жизни Пьер Ламуре. Его "Банда Аяков" пробьет еще одну, действительно колоссальную брешь в корпусе нравоучительной подростковой литературы. Пройдут годы, и Жан-Луи Фонсина назовут предвестником молодежных выступлений 1968-го года. Эта книга привнесет в "Путевые знаки" новый, совершенно неожиданный для скаутского движения привкус - колючий привкус протеста и мятежа. К тому же, из "Банды Аяков" со временем вырастет еще один цикл ярких скаутских приключений, уже не на просторах Европы, а во французской глубинке - "Затерянный край".  ...И был в этой команде еще один человек, настоящий талисман коллекции; человек, заслуживший репутацию Гюстава Доре 20-го века; человек, чье творчество, наравне с текстами Сержа Далена и Жан-Луи Фонсина, стало настоящей визитной карточкой "Путевых знаков"; это - иллюстратор Пьер Жубер. Он стоял у самых истоков коллекции, был с нею в ее звездные часы, не оставлял и в трудные для книгоиздательства 90-е годы. Четыре из пяти первых книжек получили свой облик от него. Герои П. Жубера должны были всегда оставаться современниками читателя. Шли годы, менялись стили - менялись и оформления книг. К одному только "Золотому браслету" иллюстрации переделывались не менее трех раз! Свыше 15000 работ за 77 лет творчества! И это - параллельно с ежемесячной подготовкой графики для регулярных выпусков "Скаута". Параллельно с рутинной скаутской полиграфией и другими графическими заказами. Но о нем разговор пойдет уже в другой раз.