# Пасхальная традиция

Николай Яковлевич Чуксин

Краткий фотоотчет о моей поездке на историческую родину, совпавшей со светлым Воскресением Христовым 2009 года

Чуксин Николай Яковлевич

Пасхальная традиция

Origin: http://samlib.ru/c/chuksin_n_j/saturday_2.shtml

Создан: 20/04/2009, изменен: 10/11/2009, 18k

Очерк: Мемуары

Series: @К 70-летию меня, любимого

Краткий фотоотчет о моей поездке на историческую родину, совпавшей со светлым Воскресением Христовым 2009 года

____________________________________________________________

### Пасхальная традиция

Душа нашего народа таинственна, самобытна и необъятна. В ней мирно уживаются язычество, Православие, исторический материализм, пролетарский интернационализм и здравый смысл, накопленный десятками поколений, переживших внешние бури, внутренние метания и очень непростые обстоятельства повседневности, которая никогда не была не то, чтобы щедрой, но даже снисходительной к нашему народу. Изливать свою душу, тем более, посторонним людям, наш народ не привык, прикрываясь маской самоуничижения: дескать, мы, серые, от Иванушки-Дурачка вышедши и пошедши. Величие народной души в полной мере проявляется только во времена испытаний, во времена войны, голода, смуты, просто продолжительного лихолетья, вроде разгула демократии и торжества ельциноидов и кучки абрамовичей, обманом получивших у нас доступ к рулю государственного управления под прикрытием высокопарных слов о демократии и свободе. Частичку народной души можно разглядеть и в мирное время, в особых, ритуальных случаях. Мне повезло участвовать в одном таком ритуале: поклонении усопшим на Пасху, ритуале, которой уходит корнями в глубокие времена начального язычества, которым, собственно, и является народное Православие, и в котором Троица представлена не столько Богом-Отцом, Богом-Сыном и Богом-Святым Духом, сколько Христом Спасителем, Пресвятой Богородицей и Николаем Чудотворцем, как когда-то Перуном, Велесом и Мокошью. Повезло потому, что Пасху 2009 года мы с женой встречали в Тамбовском селе Татаново, где с 1623 года жили мои предки, и на кладбище которого покоятся многие мои родственники, кроме тех, кого судьба разбросала по другим городам и селам России, дальнего и ближнего зарубежья. Как известно, общечеловеческие ценности от Атлантики до наших месторождений нефти и газа, внедренные нам под дымовой завесой свободы проплаченного слова и прав человека на вымирание, означали полную разруху в одних сферах и колоссальный рост в других. Разрушена промышленность. Разрушено сельское хозяйство. Разрушена мораль бывших строителей коммунизма, вынужденных перекантоваться из кандидатов наук в лотошников, киосочников, охранников и бандитов. Зато резко выросла проституция. Резко выросла нарокмания. Резко выросло число больных туберкулезом и СПИДом. Резко выросло число беспризорных детей и бездомных людей, бомжей, питающихся от помоек. Резко выросла смертность: если в самые благополучные семидесятые годы в Российской Федерации каждый год умирало умирало чуть больше одного миллиона человек, то с приходом демократии ежегодно уходит в мир иной чуть больше двух миллионов человек. Кладбища не вмещают всех желающих ни в Москве, ни в Лодейном Поле, ни в Краснодарском крае, ни в Костромской области. В городе Тамбове три огромных кладбища: Петропавловское, Воздвиженское и Полынковское. Это Полынковское кладбище, на котором похоронена основная масса тамбовских жертв Нового Холокоста. Не случайно здесь стоит храм святых Новомученников и Исповедников Российских, построенный в самый разгар разгула демократии и освященный в 1998 году. Полынковское кладбище находится на окраине города за ручьем Студенец, в Полынках недалеко от Татарского вала. Другие пригородные села: Стрельцы, Пушкари, Донское, Полковое - самим названием своим свидетельствуют о связи времен, о былой славе города как укрепления на отодвинувшейся границе с Полем. Это храм на Полынковском кладбище вблизи (фото с сайта www.sobory.ru) "Сам храм стоит на возвышенности и доминирует над пейзажем, как сторожевая башня, охраняющая человеческие души от злобных сил ада. Создается впечатление, что здесь край света, где проходит граница между миром живых и мертвых, а храм - та застава, через которую души усопших переходят из нашего мира в мир иной". http://sobory.ru/article/index.html?object=10327 На Полынковском кладбище похоронен мой племянник Женя, выросший в моей семьей и бывший по сути моим младшим братом. Он умер только что, в декабре 2008 года, в возрасте 46 лет. Примерно в этом возрасте умирает большинство тех, кто не вынес коренной ломки всего жизненного уклада, ломки нравственных устоев и человеческих ценностей. Причина его смерти не алкоголь, а "духовное неблагополучие, слом идентификации и наведение ложных идентификаций, отсутствие перспективы полноценной жизни...", как определял причины нашей демографической катастрофы профессор И.А.Гундаров. Духовное благополучие - это не ВВП, его просто так, по приказу свыше, не удвоить. Здесь, далеко от Москвы, особенно ощущается, что режим группировки Путина, основанный на пиаре, на выстраивании элиты не вокруг высокой и святой идеи, а вокруг закромов Родины, начинает терять опору в народе. Удачно проведенная с точки зрения политтехнологии операция "Преемник", стала началом конца безграничной веры и началом утраты огромного доверия, которые народ испытывал лично к Путину, видя в нем нашего всенародно избранного царя, государя-батюшку, отца родного. Меняется и отношение элиты, которую пугает резкое оскудение закромов Родины, вызванное кризисом и падением цен на нефть. Опять поднимает голову "пятая колонна" либеральной демократии американского разлива, придавленная на время огромным народным ожиданием реальных перемен к лучшему. Тем не менее, народ пока живет, выживает, а самые шустрые и оборотистые пытаются даже вести собственный бизнес, мало связанный с дележом сверхдоходов от экспорта нефти и газа: Но мы немного ушли в сторону от главной темы - пасхальной традиции. Если на Западе любимый праздник - Рождество, связанный с ожиданием богатых подарков, то у нас любимый праздник - Пасха, берущая начало от празднеств в Египте в связи с исходом оттуда богоизбранного народа. Пасха у нас означает весну и Святое Воскресение, возрождение к новой жизни - чистой, светлой, не обремененной грехом потреблятства, клятвоотступничества и всеобщей подлости. У нас Пасха - это куличи, крашение яиц, христосование с поцелуями ближних, которых мы на время возлюбим по главной заповеди Христовой, крестный ход в полночь вокруг церкви, колокольный звон и величание "Христос воскресе!" с искренней верой, что "Воистину воскресе!". Пасха у нас еще и дань памяти предкам, оставившим грешную землю для жизни вечной. Эту дань мы отдаем, по крайней мере, трижды: на Пасху, на Троицу и на Яблочный Спас, но Пасха среди них - день самый главный. За неделю до светлого праздника Пасхи, на Вербное Воскресенье, в день входа Иисуса Христа во Иерусалим, родственники посещают кладбища с будничной целью: прибрать могилки, поправить могильные холмики, провалившиеся за зиму, убрать отцветшие и увядшие живые цветы, выбросить поблекшие цветы искусственные, отсыпать края могилок чистым речным песком, который по этому случаю специально завозится самосвалами и высыпается огромными кучами перед кладбищем. На могилку ставят зацветшую вербу, память о тех пальмовых ветвях, которые народ с криками "Осанна!" бросал под ноги Иисусу Христу, вступающему в Иерусалим, вербу, ставшую символом нашей весны и надежды на новую жизнь. На Пасху же на могилках зажигают свечи "чтобы душа усопшего хоть немного согрелась", ставят куличи и крашенные яйца, заранее освященные в церкви, кладут конфеты и насыпают рис и пшено - всё это крайне необходимо предкам в их загробной жизни. Всё это язычество чистой воды. Именно поэтому официальная церковь не очень приветствует такое пасхальное народное движение, настаивая на общецерковном праздновании Радоницы, которая отмечается на девятый день после Пасхи. Смысл Радоницы - радость по поводу рождения близких в другую жизнь - жизнь вечную. Иисус Христос, "смертию смерть поправ", одержал над ней вечную победу, сделал разлуку с родными и близкими временной, о которой не стоит печаловаться. Но и выпивать на кладбищах на радостях церковь тоже не рекомендует. На Пасху народ приезжает на кладбища рано, очень рано, и так было всегда:: "По окончании литургии народ, расходясь из храма, тут же разговляется принесенными и освященными пасхами и яйцами и спешит не прежде домой, как посетив могилы своих родителей, братии и сродников. Трогательно видеть, как, придя на могилу своих усопших и дорогих сердцу родных, и стар и млад христосуются с ними, приветствуя и их словами: "Христос воскресе!" Иные при этом разбивают яйцо о могилу и тут же едят; другие совсем оставляют его на могиле. Как бы там ни было, но эта связь душ, живущих еще на земле, с душами мира загробного очень трогательна и имеет свой глубокий смысл живого сердечного общения и единения живых с умершими -- смысл веры в жизнь загробную и общее воскресение мертвых. Как знать, может быть, христосующийся теперь на могиле со своими сродниками не доживет до будущей Пасхи и успокоится тут же... Это приходит на мысль каждому христосующемуся на могиле, примиряет его с необходимостью смерти, ее неизбежностью и сильнее укрепляет в сознании уверенность в воскресении мертвых. Замечательно, что в этот день даже самая смерть перестает быть страшной для человека, исполненного чувством радости Воскресения Христова".(Е.Смирнов, "Пасха в деревне", http://ricolor.org/history/rt/pn/pasha/9/) "Прежде, чем разговляться самим, надо дать разговеться покойникам", - говорит моя сестра Люба. Вместе с ней мы едем на кладбище в Татаново. Весна в этом году поздняя и необычайно холодная: 16 апреля в Москве шел снег Полуичлось, что мы привезли этот холод в предпраздничный Тамбов, где еще в пятницу было тепло, а в субботу прошел ураган, с корнем вырывавший деревья, срывавший с крыш подгнившую жесть и валивший рекламные щиты. Утром в Светлое Воскресенье мела позёмка, выделяя белым цветом снежной крупы глубокие колеи, продавленные в асфальте фурами с импортными продуктами питания, которые везут из-за границы в Тамбовскую область - сердце российского черноземья, которое в других условиях способно было бы само прокормить всю эту заграницу. Несмотря на ранний час и отвратительную погоду, кладбище было полно народа, приехавшего сюда из города и даже из соседних областей: жизнь разбрасывает людей, но тяга к отеческим гробам несколько раз в году собирает их вместе там, где память о предках имеет вполне материальный облик. На этом кладбище похоронены мои родители, Чуксин Яков Ильич и Чуксина Мария Филипповна, в девичестве Незнанова: Здесь же могилы родителей моей мамы, Незнанова Филиппа Ильича и Незнановой Марины Викторовны: Филипп Ильич, светлый человек, добродушный, с мягким характером и тонким деревенским юмором, ушел из жизни, а дом, построенный им почти сто лет назад, еще стоит в селе Татаново, контрастируя с недавно построенными особняками деревенских новых русских: Здесь же похоронены родственники по линии мамы: ее сестра, моя тетя - тетя Настя, ее муж, дядя Сережа, и их сын, мой ровесник Коля. Дядя Сережа - необыкновенный человек. Тракторист, мастер на все руки и удивительный рассказчик: это он, посмотрев однажды кино продолжительностью полтора часа, ровно полтора часа рассказывал его содержание, не пропустив ни одного эпизода, ни одного места, достойного упоминания. Здесь же супруга еще одного моего дяди, дяди Андрея, кумира моего детства, только что вернувшегося тогда из армии, говоруна и самого завидного жениха в округе. Это он, дядя Андрей, впервые привез меня в Татаново из леса на своей полуторке, и я впервые увидел настоящее поле, настоящую ветряную мельницу, настоящий автобус и был на службе в настоящей церкви. Это был 1953 год, свадьба самого дяди Андрея с тетей Марусей, которая упокоилась теперь здесь, вот в этой земле села Татанова. Я был на свадьбе дяди Андрея и тети Маруси, а в прошлом июле любовался его бравыми внуками и красивыми внучками и держал на руках его очаровательных правнуков. На этой фотографии тетя Маруся еще при жизни, с дядей Андреем, в окружении своих детей, внуков и правнуков. Как быстро летит время! Еще один мой дядя по материнской линии, Николай Филиппович, похоронен на кладбище в Тамбове: он всю жизнь проработал в городе. Я говорил уже, что само Татаново, ранее мордовское село Тутон, впервые упомянуто в писцовой книге Ф.Чеботова за 1623 год. Там записаны первые пять семей русских поселенцев: Мещеряковы, Бородины, Ильины, Незнановы и Чуксины. Мой дед по отцовской линии, Чуксин Илья Ильич, говорят, был суровым человеком. Он участвовал в обороне Порт-Артура, и этот снимок сделан некоторое время спустя после его возвращения с сопок из далекой Маньчжурии: Деда Илью я не помню: он рано умер, а его супругу, мою бабку Чуксину Клавдию Александровну, помню очень хорошо. Таким был мой дед незадолго до своей смерти: Теперь о нем говорит лишь вот эта табличка на простом дубовом кресте: Его сыновья, братья моего отца, тоже прошедшие войну и вернувшиеся с нее израненными, но живыми, Николай Ильич и Андрей Ильич, похоронены неподалеку: Андрей Ильич - отец Виктора Андреевича, моего двоюродного брата, умельца, работяги, пчеловода, охотника, который и сейчас еще держит двух великолепных гончих собак. Еще один сын Ильи Ильича, моя дядя Георгий Ильич, единственный из моих родственников воевавший офицером и бывший потом в заключении в Гулаге, в Кудымкаре, похоронен на городском кладбище в Тамбове, где он всю жизнь после освобождения проработал на Тамбовском машиностроительном заводе. Тетя Нюра и тетя Лиза, мамины сестры, и ее брат, дядя Андрей, о котором мы уже говорили, слава Богу, пока живы, хотя и в очень преклонном возрасте. Уезжал я из Тамбова с очень смешанным чувством. С одной стороны, всеобщая разруха, убогость жизни и катастрофическое вымирание населения, которое особенно зрительно предстает на кладбищах, куда очень хотелось бы пригласить тех, кто в вопросе сверхсмертности, Нового Холокоста изображает Фому неверующего и изобретает самые изощренные уловки и отговорки, чтобы отрицать очевидное. С другой стороны, в эту поездку, как никогда раньше, я ощутил величие народной души, незыблемость ее глубочайших основ и ее способность вместить и переосмыслить многие идеологические системы, руководствуясь здравым смыслом разумного человека. Поэтому глаз с особенным удовольствием отмечал подвижки к лучшему: и распаханные поля, которые еще пару лет назад зарастали сорняками, и свежие зеленя озимых, уже пробивающиеся к жизни, и новые часовенки, появившиеся вдоль дороги М6 в моей родной Тамбовской области, и вот этот недавно отремонтированный величественный Боголюбский храм в Зимарово, на реке Становая Ряса, на самой границе двух близких мне областей: Тамбовской и Рязанской. Рождалась уверенность: мы выстоим.

Мы должны выстоять.

Такая у нас традиция. 17-20 апреля 2009 годаМосква - Тамбов - Татаново - Москва

____________________________________________________________

© Чуксин Николай Яковлевич. Пасхальная традиция

Origin: http://samlib.ru/c/chuksin_n_j/saturday_2.shtml

Создан: 20/04/2009, изменен: 10/11/2009, 18k

Очерк: Мемуары

Series: @К 70-летию меня, любимого