# Второй отрывок

второго отрывка Автор

ОБРЫВОК ПРОШЛОГО

Полотенечная чалма при падении развернулась. Редкие мокрые волосы прилипли к черепу, сразу бросились в глаза залысины на пергаментном лбу. Белая махровая ткань подчеркнула желтизну морщинистой кожи. Почему-то именно это, а не вид обнаженного старческого тела в луже крови шокировал приглашенную в роли понятой Таню. Она не привыкла к вот такой Лидии Георгиевне: без макияжа и тщательно уложенной прически.

- О, боже! - с ужасом прошептала Наследница.

Стоявший за ее спиной Юрочка сдавленно прочистил горло.

Реальность отодвинулась. Таня ощущала себя внутри постановочного кадра из слащавого детективного сериала. Просторная спальня с высоким потолком и уютным эркером, в котором притаились тонконогий антикварный столик, кресло в стиле какого-то там Луи. Шелковый халат среди "парчовых" подушек, разбросанных по кровати. Труп, распростертый у элегантного трюмо. Среди флакончиков духов и баночек с импортными кремами стояло фото в витой рамке. Оттуда на происходящее безмятежно взирала девушка в берете и белых носочках - Лидия Георгиевна Корецкая немыслимое количество лет тому назад. И уже тогда во вскинутом подбородке и чуть-чуть снисходительной улыбке сквозила аристократическая надменность, отличавшая ее в старости. Легко представилось, как гордо и неспешно шествовала эта дама из ванной в одном полотенце, накрученном на голову. Вряд ли какая-либо другая старушка могла себе такое позволить, даже если жила в одиночестве. Впрочем, слово "старушка" никак не подходило к почти девяностолетней обитательнице этой роскошной трехкомнатной квартиры. Конечно, теперь c началом своеобразного нового "нэпа" кое-кто обзавелся куда более крутыми апартаментами. Но масса народу по-прежнему ютилась в "хрущевках", да и коммуналки -увы!- никто не отменил.

- Серьги, похоже, с бриллиантами, - с удивлением отметил склонившийся над телом милиционер, - очевидно, убийство для него в первую очередь подразумевало ограбление.

- Бриллианты в два карата, - внезапно отозвалась Наследница.

В копилку сюрреалистических деталей происходящего добавилось объяснение ее статуса. Татьяна впервые узнала настоящие имя и фамилию этой девицы - Надежда Гречишина. Как звали ее предшественницу, так и осталось секретом. По словам соседей, эту роль ранее поочередно исполняли еще несколько девушек. Гречишина оказалась самой стойкой, продержавшись более двух лет. Прежде мало кому удавалось и несколько месяцев выдерживать капризную повелительницу даже при том, что, если верить слухам, после ее смерти, согласно завещанию, Наследнице в придачу к бриллиантовым сережкам вкупе с другой ювелиркой предстояло получить еще и нехилую денежку.

Судя по некоторому недоумению на лицах стражей порядка, они были весьма далеки от возвышенно аристократического мира Лидии Георгиевны. Ведь в обязанности Наследницы вовсе не включался чисто физический уход за престарелой дамой. Для готовки, покупок и уборки существовала приходящая домработница Саня. Гречишина же, как оказалось, была попросту девочкой на побегушках. А вот затеянным относительно недавно разбором папок с документами - семейного "архива" - занимался Юрочка, походивший скорее на киноактера, чем на канцелярскую крысу.

Некоторое представление об этом "архиве" Таня получила пару месяцев тому назад, когда отличавшаяся отменным здоровьем Саня внезапно попала в больницу с переломом ноги. Тогда тетя Света передала племяннице просьбу пожилой соседки убирать ее квартиру, покуда Саня не вернется. Татьяну немного задело, что Лидия Георгиевна не обратилась к ней лично. Словно бы она была приживалкой в семье состоятельной тетушки, которая имела право отдавать ей распоряжения. Но потом девушка с горечью отметила: она ведь действительно бедная родственница. Семья маминого брата приютила ее, если не из жалости, то явно из сочувствия. Впрочем, дядина жена, в отличие от надменной соседки, относилась к ней вполне доброжелательно и даже предупредила, что работать у Лидии Георгиевны непросто.

- Ты не обязана соглашаться, - сказала тетя Света. - Если тебе что-то нужно, мы всегда поможем.

Но Таня и так ощущала неловкость от того, что родня взяла ее к себе на период учебы в университете. Конечно, одежду, учебники и прочие личные вещи она покупала на собственную стипендию. Поэтому немного "лишних" денег ей бы точно не помешало. И девушка согласилась подработать уборщицей.

Эти семь недель показались ей сущим адом, хотя хозяйка обычно не повышала голоса, но хватало и недовольно приподнятой брови. Работы было выше головы. Пылесосить и вытирать пыль приходилось ежедневно. Мыть полы через день, а раз в неделю - разбирать несколько шкафов или основательно приводить в порядок кухню. Хорошо, что готовку взяла на себя Наследница, а покупки делал Юрочка, он же относил вещи в прачечную и химчистку.

Однажды очередь дошла до верхних полок в высоком книжном шкафу, занимавшем целую стену кабинета. Две крайние секции у окна обычно были заперты на ключ. Именно там содержался пресловутый семейный "архив" - аккуратные папки, которые хранили не только историю семьи, но и, возможно, ее постыдные тайны. Юрочка, тайком от хозяйки подбивавший клинья к Наследнице, как-то иронически высказался по поводу обнаруженных в нем данных о бывших мужьях, коих у Лидии Георгиевны тоже сменилось немало - троих. Таня услышала обрывок разговора случайно. Она как раз мыла пол в коридоре возле полуоткрытой двери в гостиную, где сидела любезная парочка.

- Мужья-то оказались очень полезными, - прихлебывая чай, вещал "секретарь-архивариус". - Первый служил в органах и под всевозможные "чистки", видимо, подгреб немало барахла, а то и брюликов. Когда взяли и его, она, похоже, отреклась. Во всяком случае, от лагерей как-то отбоярилась. Второй - окололитературный деятель - всунул ее в переводчики. Лидочка, хоть и трындит о гувернантке-француженке, а в бумажках я откопал, что курс языка в университете она учила уже вполне себе взрослой. Да и переводила больше со всяких-разных языков малых народов, то есть по подстрочникам. А вот третий супружник, тот действительно, вроде бы с дворянскими корнями. Ну, во время "оттепели" уже можно было себе позво...

Во входной двери повернулся ключ. Лидия Георгиевна вернулась с дневного концерта. Болтливый Юрочка осекся на полуслове. Гречишина поспешно выскочила в коридор, набросилась на Таню с ценными указаниями. Не обращая на них внимания, хозяйка в сопровождении давнего друга Петра Людвиговича зашла в гостиную. И оттуда донесся подобострастный тенорок двуличной канцелярской крысы.

И вот однажды Таня таки сподобилась вторгнуться в святая святых Корецкой. Разумеется, под самым бдительным надзором хозяйки. Более того, ей тогда дозволили открыть верхние дверцы секции, где, по случайно оброненному замечанию Юрочки, хранилась наиболее ценная и недоступная чужим рукам часть "архива". Стоя на стремянке, девушка поочередно вынимала папки, обозначенные лишь несколькими заглавными буквами, смахивала с них пыль, складывала на полочку раздвижной лестницы и протирала полки шкафа.

Резко прозвучал телефонный звонок. Лидия Георгиевна нахмурилась, махнула Тане рукой, приостанавливая действо, подошла к аппарату, стоявшему в другом конце комнаты. Сначала раздалось надменное "аллоу", затем дама оживленно и радостно заговорила по-французски. Понятное дело, откликнулась эмигрантская родня из самого Парижа.

Невольно заслушавшись звучанием иностранного языка, мечтавшая в детстве об инъязе Таня на мгновение утратила концентрацию, покачнулась, лестница накренилась, верхняя папка соскользнула вниз, звучно шлепнулась, старая тесемка оборвалась, часть бумаг веером рассыпалась по полу. Глаз зацепился за детский рисунок и несколько фотографий.

Лидия Георгиевна прервала разговор и впервые громко и зло наорала на уборщицу.

В разгар скандала они не сразу заметили Юрочку и Наследницу. Парочка с откровенным интересом созерцала представление. Глаза "архивариуса" блестели нездоровым любопытством, таращились на разбросанные листы.

- Мы сдали обе ваши шубы в ломбард, - Гречишина поторопилась предотвратить гневное восклицание раздувающей ноздри хозяйки. - Все в порядке. Их положили в холодильную камеру. Выкупать нужно будет...

-Знаю, - оборвала Корецкая. - Вам, милочка, вроде бы, нужно готовить обед. Список необходимых покупок для Юрия на обеденном столе. Приступайте, незачем терять время попусту.