# Краеугольный камень

Валентина Николаевна Душина

Краеугольный камень полная версия Валентина Николаевна Душина Казань

Свидетельство о публикации No119121210534

Настоящим свидетельствуем, что литературное произведение "Краеугольный камень. Живопись" было обнародовано на сервере Стихи.ру 12 декабря 2019 года. При этом было указано, что его автором является Валентина Душина.

Обнародование литературного произведения на сервере Стихи.ру в соответствии со статьей 1268 ГК РФ было осуществлено на основании Договора, который заключили Душина Валентина Николаевна и ООО "Стихи". Авторские права на произведение охраняются законом Российской Федерации.

Единый номер депонирования литературного произведения в реестре: 119121210534.


Генеральный директор

ООО "Стихи"


Д. В. Кравчук

Свидетельство о публикации действует в электронной форме, распечатывать его не требуется


Приложение: текст произведения в первоначальной редакции

Краеугольный камень.


В этот поселок затерянный на краю света, последний раз она приезжала в одна тысяча девятьсот девяносто восьмом году. Обычно сюда не возвращались.

День был сырым. Варя сидела на бревнах под брезентовым навесом, обратившись лицом к лесу.Ее окружало огороженное жердями вытоптанное пространство выгона для скота, дальше раскинулась,чавкающая водой, как губка, пустошь переходящая в топи. Морщилось рябью белое оконце маленького озерца,чьи берега сплошь поросли осокой.

Дождь штриховал даль тонкими линиями.Там, где лес подходил ближе к дому, лиловые сумерки растушевывали его очертания.

Низкие, разбухшие водой, черно-лиловые облака сплошной стеной шли на поселок. Ночная тьма сгущалась.Казалось, что ее можно было резать ножом, как хлеб.И это соединение небесного мрака и обступившей бездонной кромешности, порождало страх.-"Сила Господняя!"-Варя загляделась на вверх.

Пора было идти в избу. Жутковато было одной оставаться. Земля вбирала в себя дождевую влагу и все никак не могла напиться.С огорода все было прибрано.Дождь мог лить сколько хотел.


Вареньке хотелось остаться жить в этом поселке навсегда. Местность была живописная. Умом понимала, здесь в чести молодость, какая-то буйная и безудержная сила. Кураж.А этого ничего не было. Она сызнова привыкала к дому, хозяйству и земле на которой жили, рожали и умирали ее родные: мать, отец, бабушка, дедушка и многочисленная родня.Со временем поселок пришел в упадок. О брошенных целыми улицами домах,ходила дурная слава.Люди плели невесть что. И что пришлые цыгане, торгующие наркотиками там ворожат и знаются с нечистой силой.И что Ленька Голубок, мужик крепко пьющий, носил к ним продавать метал, а после этого повесился в своем сарайчике.

Сколько себя помнила Варенька, на этой земле жили щедрые, но не богатые люди.

Жили в надеждах, веселии и печали. По весне у каждой избы в палисаднике шелестело листочками на ветру белое облако черемухи источаая сладкий запах.

Семьи, как правило были многодетные, по пять детишек и поболее. Хозяйство у всех справное. Коров,овечек, коз, поросят, кур, а то и гусей держали, чтоб не голодать. Землю под огороды лошадьми распахивали, чтоб посадить картошку, свеклу, морковь.

Каждый двор жил своим маленьким хозяйством. Главное,это семья. Чтоб все в ней сыты, одеты и обуты были.

Куда это все подевалось? Тишина. Собака и та ни в чьем дворе не взлает. Весь уклад нарушен. Вот и едут поживиться приблуды, перекати поле. Не наученные не пахать, ни сеять.

А ведь какая голосистая жизнь была в поселке, начиналась с самого ранья, тут тебе и звонкие крики петухов, и громкое щелканье кнута пастуха, бабий гомон, ребячий плач, а где и мужской матерок вклинится в разноголосицу.


Над крышей дома клубился дым, желтым светом светились окошки.В тишине было слышно, как хлопнула дверь в сенях и сестра понесла пойло корове.Все это было привычно и наполняло душу теплом.


И в этой ранней осени, и в этих людях живущим среди болот, были кротость и смирение перед неизбежным... Варенька вглядывалась, чтоб не забыть.


Маруся, которую Варя называла сестрой, была близкой родней со стороны отца, старше Вареньки на десять лет.Всю жизнь прожила в поселке, вырастили с Николаем четверых детей, которые уехали в большие города. Двое сыновей-близнецов сразу после армии, остались там, где проходили воинскую службу, в белокаменной Москве.Под два метра ростом, пригожие на лицо, попали в Кремль, в службу почетного караула.Старшая и младшая дочери вылетели из гнезда по очереди,после десятилетки на учебу в Рязань.Вышли замуж за местных парней. Обжились, со временем купили квартиры. Дети Николая и Маруси наезжали в родные края, но редко.

В этот большой и светлый родительский дом Николай и Маруся переехали после смерти Варенькиных родителей, которым они охотно помогали и за которыми ухаживали в старости.

Старый дом Парфеновых стоял через две улицы. Он весь покосился, нижние венцы и полы сгнили, так как, совсем неожиданно в одну из ранних весен,резко поднялись грунтовые воды.Ремонтировать его не было смысла.Родители Вареньки любили Марусю и Колю, поэтому написали им дарственную на свой дом.Чтоб никаких притеснений от властей не было. Так, что для Вареньки это были родные люди, такие же близкие,как отец и мать.

Варя встала с нагретого места, чем-то горьким сдавило горло и она закусила губу, чтоб не расплакаться.


-Вот, как раз к чаю!-обрадовался Николай, когда она распахнула дверь.

-Мой руки и садись!- сказала Маруся.

-Вечерять будем.

Сели к столу.Горячим паром исходила рассыпчатая белая картошка.Духмяно пахла на широкой сковороде мясная жаренка.

-Ешь, Варенька на здоровье!- сказала Маруся. В этом году много картошки накопали.

Просушили и сложили крупную в подпол. Без всякой химии вырастили.

-Да, есть такое. Потихонечку, да помаленечку робим. Надейся на Бога. И все будет. В этом самом годе, сено стоговали без деда Тихона.- умер.Лежал у своих ворот на боку, когда подошли.-наливая себе полную рюмку, и бабам плеснув медовухи на донышко,промолвил Николай.

-Добрый человек был, не только о себе думал, ну и по суседски помочь завсегда старался.

...Ах, Тихон, святая душа!Царство тебе небесное.Великий труженик был. Пусть тебе матушка земля будет пухом. Вечная память.- проглотив содержимое, крякнул и утер кулаком рот.

-Собака его во дворе выть стала, да так громко.Люди прибежали. Он ведь живет на самом краю поселка, с той стороны, где раньше узкоколейка была. Давно шпалы разобрали.Все дома рядом пустые. Бесхозные на сегодняшний день. Дворы и огороды крапивой, осотом, лебедой в человеческий рост заросли. Окошки с выбитыми стеклами незряче глядят, кои крыши с дырами, а кои и совсем провалились; заборы все повалены. Хозяева на кладбище лежат.Эх, жизнь ядрена вошь! Чем дальше, тем шибче...

Стога, которые выводил дед Тихон, всегда были самые ровные в округе.Он был мужик серьезный и тихий, единственный сын набожных родителей.В самый первый день, как выгоняли стадо после зимы,обязательно обносили его иконой Егория Великомученика. Служили молебен, чтобы отогнать от стада всякие напасти: дикого зверя, падеж. А икону всегда выносили со двора Евлампия и Гликерии, четырнадцатилетний Тиша, как взял святой образ в руки, так и нес его из года в год, в этот день, до самой своей смерти.В детстве Варенька боялась вечером уснуть, чтоб не прозевать ранний, утренний час, когда мать будет выгонять корову.На лугу собирались все жители лесного поселения.Тихон Евлампиевич важный, с расчесанной на двое седой бородой крепко держал в руках дорогую святыню - древний список Георгия Победоносца на расписном полотенце.

Сквозь черноту времени проглядывался Георгий на вздыбленном белом коне, и гад, извивающийся в ногах коня, пронзенный неотразимым копьем избавителя.

Птицы поют на головой в синеве, дети, как воробьи в майской зеленой траве,прыгают,кувыркаются.Вся правда и соль жизни земной и небесной, все рогатое и мычащее стадо, и звери,и рыбы, и змеи, вместе с людьми празднуют праздник.

Зарево красного плаща святого Георгия на иконе подобно рассветным горячим лучам.

Еще и солнце не показалось, а уже вокруг сияние.

Для Вареньки таинство единения с Богом и природой запало в душу на всю жизнь.Только среди людей можно ощутить всю полноту и счастье жизни.

Ночью Вареньке снились рои золотых звезд на бархатном небе.Месяц висел высоко над березой. Облитые розовой глазурью скакали поперек улицы пряничные конники. И где-то совсем рядом, невидимый глазу, заливался песней соловушка.


Ты воспой, ты воспой в саду, соловейко,

Ты воспой, ты воспой в саду, соловейко.*


И словно не соловейка уже поет,а Павла гармошка выговаривает на все лады:


Ой, Варенька, Варенька,

Хорошая, бравенька.

Ой не ты ли, Варвара,

Меня высушила.

Ой не ты ли, Варвара,

Меня высушила

Без морозу, да и без ветру

Сердце вызнобила.**


Но чем пуще терзал Павел гармонь, тем дальше в своем сне удалялась Варенька, невесомо плывя средь цветущего лугового разнотравья.

Не нашел Павел, первый парень на деревне, травы приворотной, околдовать Вареньку.


Всю ночь шел дождь.Монотонно и тихо стучал по крыше. Глухо скрипела под ветром старая береза.

По городской привычке Варенька проснулась в начале восьмого часа. Прислушалась к себе. Ничего нигде не болело, ни косточка, ни суставчик.Голова ясная.

Села на кровати,нащупала ногами тапочки. Накинула на себя халат.В комнате тепло. Маруся, встала в шесть утра и протопила две печи.Сквозь ажурную тюль во все три окошка проникал мутный свет. На узких подоконниках теснились горшки с геранью. Ничего не изменилось. Шкаф стоял на своем месте в углу, круглый стол с веером стульев в центре,объемный, старой работы комод под божницей, черные лики старинных икон печалились под белыми, вышитыми полотенцами,переливалась лампада с горящий звездочкой на конце фитилька.

Варенька услышала, как стукнула дверь в сенцах и раздались тяжелые шаги.

Потоптавшись на постеленной перед дверью мешковине и обтерев об нее ноги в избу вошла бабка Агафья.

-"Здорово ночевали!"-поздоровалась она, размашисто перекрестившись на образа.

-"Лидка-доча прибегла,селедку скусную в магазин вчера завезли.

Поторопись,Маруся, а то разберут. Очередь она заняла на нас за Манькой Кильдиновой.А где сам-то,Николай Андреевич?

-Спаси Господи, бабонька! Ушел к Пименовым, подрядился сдавать на продажу веники и метлы Узнать сроки, когда агенты поедут собирать заготовленное по дворам.-ответила Маруся, торопливо повязывая на голову платок и вдевая руки в рукава фуфайки.


Светлело быстро. Варенька не стала чаевничать, оделась потеплее и пошла в столярку.

Сильно пахло смолистой стружкой.На стене перед верстаком на гвоздях висели разные плотницкие и прочие инструменты.На правой и левой стенах на деревянных, особо сделанных колках - амуниция для лошадей. Хомуты, седла,сбруя с медными бляхами и бубенцами, уздечки.

Смолоду, как поженились и отстроились родители после войны,держали в хозяйстве лошадей.Совсем маленькую Варю отец сажал в седло и аккуратно водил кобылу по кругу,следя чтоб она не упала.Тут же и прялка у окна стояла. Варя подошла и погладила ее рукой.Какой большой промежуток ее городской, как бы не настоящей жизни, между той юной и этой шестидесятилетней,пожилой женщиной.Столько беспросветных лет она рвала жилы в городе, чтоб вырастить и дать образование дочерям.Помочь им обрести твердую почву под ногами.

Все у нее получилась. Трудом отвоевала Варенька свое место в миру. Как радовались отец и мать, когда приехали к ней погостить в ее светлую,теплую, трехкомнатную квартиру. Все вместе на службу в Храм сходили, воды из рядом бьющего родника в банку набрали.А, уж разговоров до утра было.

Вареньку хвалили учителя.Вот и определили ее родители с детства к умственному труду, зная что надорвется ворочать сено и копать огороды.Само собой все только у ангелов на небесах делается. Зато Варины детки всю силу рода взяли, высокие, крепкие,белолицые красавицы со светлыми волосами.Издалека видать.


Время текло незаметно.На болотах наливалась соком клюква,что ни день, над избой пролетали журавли, их клики курлы, курлы, звучали прощальным плачем.

Деревня выцвела и потемнела.Маруся жаловалась на ревматизм, у Николая все никак не проходил грудной кашель.

Варенька, все чаще вспоминала своих взрослых детей и внуков.Соскучилась по ним.

Как ни крути, нужно было возвращаться в город, чтоб заработать деньги для праздности.Пенсии не хватало. Бывало, в юности, за полночь сидели на лавочке возле палисадника, шептались с подружками, мечтая уехать далеко, далеко. Городская жизнь и манила их, и пугала.

Теперь только в гости приезжать,врачи сказали тяжести не таскать, не волноваться, не утомляться. Вряд ли она дожила бы здесь до этих пор.Две операции перенесла.

Вспомнила Федора Маслакова, как он бегал пьяный с топором весь день по улицам, искал фельдшера чтоб зарубить.Жену у Федора тот залечил до смерти.Чуть не на коленях умолял его Федор дать направление на операцию в областную больницу. Не дал.Хорошо, что люди спрятали горе лекаря. Не дали свершиться греху.К такому горю да еще тюрьма.

В поселке умирали много, кто говорил планида такая, а скорее всего, не всегда вовремя обращались к врачу. Запускали заболевание.До города далеко по бездорожью добираться, с простым аппендицитом не всегда довозили людей живыми.

У Захара Антохина четвертая жена в дому, три первых умерли по разным причинам.У Левонтия кривого третья жена.У Федотова дяди Гены - третья.Дед Харламов умер-не довезли.Список покойников длинный. Как говаривала семидесятилетняя соседка Нина Рылова:-"Никуды, я отсель не поеду,у меня два сына здеся лежат. Одному 26 лет,другому 50".

В осенние ненастные вечера бывало, чуть ли не треть поселка собиралась в доме Вариных родителей, Онисима и Евдокии. Бабы с матерью в зале о божественном шепчутся, акафисты поют. По шитью, да по узорам советуются. А где и по семейным делам...у кого, что не ладно. Варя в боковой отгороженной комнате уроки делает.

Мужики в прихожей, она же и столовая, на лавках под божницей за столом сидят, разговоры разные ведут. О чем попало болтают,кто чекушку, а кто пол-литру с собой принесет.А главное - тут бригады срубы рубить, да березы в лесу валить собираются. А уж охотников на волков и лосей и за полночь не разгонишь..

Мужики сидят посмеиваются, клуб у тебя тут, Онисим, по антиресам.


На следующей неделе зарядили сплошные дожди. Небо заволокло свинцовыми тучами.

Резко похолодало.Варенька уезжала в пятницу. Машина подъехала к самой калитки.

Слава Богу, грязи не было. Поселок стоял на песке.

Маруся и Николай вышли проводить и все старались напоследок засунуть в ее дорожную сумку что-то еще из съестных припасов.


* Соловей-русская народная песня.

** Варенька-русская народная песня


(C) Copyright: Валентина Душина, 2019 Свидетельство о публикации No119121210534