# Бесконечное приближение проза

Валентина Николаевна Душина

Бесконечное приближение сборник серия Серебро Слов подписано в печать 11/05/2021 Валентина Николаевна Душина -проза.

Валентина Николаевна Душина Набережные Челны, Татарстан В настоящее время проживает в Казани Бедные люди Игуменья иначе как милостью божьей брак Аполлинарии с Лукой Федулычем не называла. Вот уж на диво подобралась славная пара. Поленька открыла мужу всю свою душу, поверяя помыслы ижелания, уповая наего мудрое ипрозорливое усмотрение. Чему Лука Федулыч был несказанно рад. Холод одиночества, бессилия, когда она чувствовала себя людям чужой, отступил. Она купалась в тепле и роскоши семейной жизни и, к стыду своему, совсем не думала о монастыре и мо- нахинях. С раннего утра попив чай и проводив Луку Федулыча в лавку, она начинала думать о том, каким бы вкусным блю- дом его попотчевать по возвращении. Лука Федулыч надарил жёнушке столько платьев и шалей, что многие висели в шкафу, ещё ни разу ей не надёванные. Поленька вязала ему из тонкой шерсти жилет по французской выкройке. Работа близилась к завершению.

Поленьке необязательно было своими трудами добывать средства к существованию, знала, что здесь, под кровом родно- го дома, в крепких объятиях мужа, ей ничего не угрожает. Имея столь блистательные способности, молодая женщина считала своим долгом приносить пользу.

Весь распорядок учебного года и каникулы были связаны с церковными праздниками (смысл каждого праздника Полень- ка подробно объясняла детям на занятиях).

В программу обучения входили такие предметы: Закон Божий (краткий катехизис) и священная история; чтение по книгам гражданской и церковной печати; письмо; первые четыре действия арифметики; церковное пение.

Занятия начинались в девять и продолжались до двенадцати часов пополудни.

Кухарка приносила щи или суп, а также чай и пирожки. Дети обедали, одевались и шли с Поленькой на прогулку.

Погуляв час, все возвращались, и уроки продолжались до че- тырёх часов.

Детей забирали, и Поленька, поднимаясь по лестнице к себе наверх, замирала от счастья, как человек влюблённый и совсем мало ещё поживший, и не химера счастья, а самое что ни на есть настоящее наполняло её душу трепетом и восторгом, заставляя быстрее бежать по венам кровь.

Всякий заботится сам о себе, и только Господь радеет обо всех, думает Поленька. Настолько тихо, спокойно и созерцатель- но внутренне жилось ей, что слова молитвы сами сходили с уст.

Луч вечернего солнца подсвечивает пушок на щеке Поленьки, завиток волос, мочка маленького уха прозрачно розовеет на свету. Совсем недавно Поленька начала писать дневник, вот и се- годня после занятий молодая женщина сидит в мягком кресле у окна, придвинув к себе небольшой ломберный столик. На пер- вый взгляд кажется: совсем просто проникнуть в окружающий мир через слово, связав воедино детали окружающего быта, предчувствий, снов... вот уже вечерняя тень ложится на лист, мысль, обретая осязаемую плоть, становится всё ярче и точнее. Картины жизни, как холсты, написанные твёрдой рукой худож- ника, встают с неоспоримостью факта. На свежем, спокойном и красивом лице Поленьки ничего не прочесть, нужно подойти совсем близко, чтоб увидеть в её глазах пылающий огонь вдох- новения. На днях приезжала матушка, и Поленька записывает слово в слово расследование запутанного дела об убиенной Гла- фире, которое настоятельница обсуждала с Лукой Федулычем в воскресенье за обедом. Поленька представляет юную девуш- ку в расцвете лет, лежащую в мокрой траве на пустыре за огра- дой монастыря. Брошенный рядом окурок. Нет ничего страш- нее внезапной смерти. Краткое мгновение жизни, вырванное

из настоящего, так же будет вычеркнуто из записных книжек, визиток и прочего газетного хлама.

Живя в монастыре, Поленька просыпалась до свету и, дёрнув фрамугу маленькой форточки, вдыхала холодный, сырой воздух сулицы. Далее-там, замонастырскими стенами,-вэто время стоял плотный белый туман. И хоть бы один звук ботала или ко- локольчика нарушил мёртвую тишину...


Рассказ игуменьи


Крест зависти, злобы, ненависти и людской глупости и жадности был спутник всей моей долгой жизни. Не каждый способен жить праведно, в простоте сердца идти путём, указанным Промыслом Божиим, не обращая внимания на хуление и наветы.

За сорок дней до случившейся трагедии было мне видение: старец, облачённый в монашескую мантию, её ещё называют палием, имеет сорок складок по числу дней поста Господня; вот- вот, думаю, стрясётся какая-либо беда, ведь, по русской посло- вице, "затишье перед бурей бывает".

Сижу я, думаю, что Господь Своими непостижимыми судьба- ми Промышления о нас даёт мне это время для нравственного подготовления к предстоящим мне дням, исполненным многих скорбей. Так оно и вышло... предчувствие не обмануло меня.

Я уже упоминала, что вновь поступившую девочку поручила заботам и надзору старицы Анатолии, а также монахини Варсо- нофии. Перед этим я имела долгий разговор с матерью Глафиры. Материальное положение семьи было катастрофическое.

Поправить его могло только удачное замужество дочери, ко- торой шёл пятнадцатый год. Высокая, с вполне сформировав- шейся грудью, Глафира выглядела старше своего возраста. Русая коса, большие серые глаза и то, что она происходила из хороше- го рода, давало надежду на устройство её судьбы.

Ольга Медынцева начала вывозить дочь в свет. На наряды и обувь юной красавицы было потрачено гораздо больше денег, чем могла позволить себе вдова.


Мать и дочь уже посетили несколько вечеров и домашних спектаклей, но Глафире не хватало образования, чтобы заинтересовать серьёзного жениха. Девушке мешали скованность и сму- щение, неумение вести себя в обществе, но, несмотря на это, мать не переменила свои мысли и намерения. Она возлагала большие надежды на Святки, когда начнутся всякого рода увеселения.

В дом зачастила портниха, которая и посоветовала во время примерки и совещаний о платьях нанять дочери учителя, чтоб образовать её общими сведениями о всевозможных науках.

Учитель оказался на удивление молод и красив. Глафира, которая жила до этого в полном затворе и совершенно не знала жизни, потянулась к молодому человеку всей своей одинокой душой. Она ещё не столкнулась с супружеской жизнью лицом к лицу, о любви девица черпала сведения из старых романов, которые нашла в сундуке. Глаша воображала в лице мужа прекрасного любовника и благодетеля, готового потакать всем её капризам и желаниям, вовсе не понимая условий для супружеской жизни.

Ослеплённой любовью прелестнице казалось, что их чувства взаимны, она готовилась со своим избранником вступить на порог жизни самостоятельной, светской, свободной.

Не видя серьёзного основания для любви дочери к учителю, Ольга Медынцева сочла это за мечту экзальтированного воображения, увлечение юности и тому подобное и, разумеется, нашла нужным всеми силами противостоять ему в надежде рано или поздно разбить эти мечты.

- Мамочка дорогая,-плакала Глафира,- не гневайтесь на меня; но я не могу не чувствовать, что не в состоянии буду жить без него, бывать в свете, я люблю Петра Евгеньевича, не хочу вас оскорбить своим признанием...- Ольга М., поражённая такой неожиданной новостью, совсем смешалась, однако, овладев собой, строго произнесла:

- Ну, мы это ещё увидим, а пока, если ты не хочешь раньше времени меня уложить в гроб, не повторяй мне никогда этих слов.

- Я томлюсь,как птичка в клетке,и Бог один видит,как болит моё сердце.- Глаша задыхалась от давивших её слёз.

- Перестань, неговори больше ничего,-возразила мать.- Бог с тобой, поживи в монастыре, но крепко помни, о чём я тебе говорила, и обдумай всё хорошенько. Юноша этот не- богат. Ни содержать тебя, ни защитить он не сможет. Да и ты никакого мастерства незнаешь. Вам неначто станет жить,- Ольга М. столь нежно и ласково посмотрела на свою дочь, что та смутилась. Уходя, на прощанье Ольга Медынцева обняла и поцеловала её. С тем домой и поехала, оставив дочь на моё попечение.

Знала бы она, какой скорби и отчаяния станет это дело и хватит ли сил её выдержать внезапно обрушившееся горе...

Мать надеялась, что часы уединения и молитвы подкрепят упадавший дух и надежду на милосердие Божие, а вместе и со- общат дочери решимость не поддаваться никаким соблазнам. Но вышло всё по-другому. Опасаясь, что любимый её забудет, Глафира придумала следующий оборот своей жизни, для чего, впрочем, требовалась и маленькая хитрость, к которой она и прибегла, примерив на себя облик полной смиренницы, затво- рилась ото всех в выделенной ей келье. Её не неволили, на службы девушка ходила по желанию.

Мысль о Петре Евгеньевиче и воспоминание всего невозвратно прошедшего, дорогого сердцу, не давала Глаше покоя, часами она рыдала, уткнувшись лицом в подушку. Душевная боль вызы- вала ужасные страдания, облегчения не приходило.

Пётр Евгеньевич не давал о себе почему-то знать, а сама девушка написать ему не могла, таким образом, связь между ними прервалась.

В один из таких периодов тоски, вечером, Глафира закрыла глаза и мгновенно погрузилась в глубокий сон. Через десять минут Глаша проснулась с ответом на свою мысль: "Ты хочешь видеть любимого? Так беги к нему".

Девушка села на своей койке и мало-помалу начала сознавать действительность, в голове, как гвоздь, засел вопрос: где взять монашескую рясу и чёрный платок, чтоб выйти за ворота?

Её ум вернулся к обыденной земной жизни. Глафира потихоньку встала, оделась, умылась и, вышед осторожно, пошла в сторону кельи привратницы Параскевы. Подойдя, по заведённому обычаю Глаша сотворила молитву Иисусову, ответа не последовало; думая, что монахиня не слышит, девушка приотворила дверь чуть-чуть и повторила молитву уже довольно громко; ответа опять не получила.

В комнате никого не было. Глаша направилась к прикроватной тумбочке и, выдвинув ящик, обнаружила запасные ключи, она взяла ключ с деревянной биркой, на которой было написано слово "калитка", и стремглав выскочила вон. На пути к себе ей никто не встретился.

На следующий день Глафира встала к утрене, в 4 часа утра девица была уже на ногах; потихоньку сторожась и оглядываясь, вышла через калитку за пределы монастыря, надеясь незаметно вернуться к поздней Литургии.

Но кто-то, похоже, сторожил выход из калитки. Глафира получила прямой удар ножом в сердце.

Подозрение пало на Скобеева Петра Евгеньевича, бывшего учителя потерпевшей.

Но подкрепить подозрения уликами и свидетелями не удалось.

Выяснилось лишь то, что за три дня до происшествия он выехал за границу с дамой полусвета Бланк Ириной Ефимовной.

Дело приостановлено до выяснения новых обстоятельств преступления.

Поленька дописала последнее слово и закрыла дневник.

Продолжение следует...


Записка на проскомидию


Господь воцарися, в лепоту облечеся.

Пс. 92:1

Сущность православия в пути к Богу отдельных людей, стре- мящихся к нравственному абсолюту, "ибо высшая русская мысль есть всепримирение идей" (Достоевский). Образ Спа- са-запечатлённая молитва народа. Откровение, вместившее не только русский пейзаж, но и мировой человеческий муравей- ник.

Принятие настоящего даётся современному человеку с тру- дом. Страшно раствориться в сиюминутном, мёртвом и чуждом душе. Потерять самость, идентификацию с Создателем.

Поэтому так тянет человека к безмолвию природы, подалее от людского суда.

Потребность ощутить в самом себе святой дух... как возмож- ность сотворчества с Богом, умного делания.

Бывает, уходят к лжепастырям. А как ещё назвать отца Р.*...- человека, в своё время служившего в милиции, а потом совер- шившего убийство и13 лет отсидевшего втюрьме? Как он, несмотря насмертный грех, стал одним изсамых известных и влиятельных священников России?

Отец Р. имитатор подвигов древних христиан. Ничем не обо- снованная тяга примерить на себя венец божественной славы превращает его в опасного безумца. Жажда власти - вот вечный двигатель! Одна из его монахинь благословляла входящих в хра- мовые ворота такими словами:

- Дай Бох вам такую болезнь, как рак, да спасёт он вашу душу от греха!

Однако, когда Бог забирает старейшину РПЦ, плач и стон до- ходят до неба.

* Романов был извержен из сана (в который рукоположен вопреки цер- ковным канонам, будучи отсидевшим срок убийцей) ещё в июле 2020-го. Не подчинившийся церковному суду и продолживший свою раскольническую деятельность мятежный экс-схиигумен отлучён от Церкви.


Люди забывают, что старейшины, а не бессмертные пребыва- ли средь них.

Такова сила всеобщего оглупления, в конце концов переста- ёшь видеть вершину мудрости и этический идеал в сказителях древних волшебных сказок, скотоводах-кочевниках Синайской пустыни, проживающих свою жизнь в заоблачной роскоши и не- бывалом комфорте.

Что такое так называемый мир церковный и околоцерков- ный? Кто только в нём не подвизается Христа ради.

Тех, кто скажет: "Здравствуй, моя душа!" - и распахнёт брат- ские объятья, единицы. Большинство состоит из людей лице- мерных и лживых, мошенников всех мастей, любящих сладко пить и есть, алкающих получить от жизни все мыслимые и не- мыслимые блага, используя связи, прикрываясь божественной чистотой Спасителя. Зрелище это гадкое и для психики тяжёлое.

Фома

Не успел Фома затянуть Лазаря, стоя у храмовых ворот: "Подайте, православные, Христа ради!" - как проходящая ба- бёнка протянула ему 500 рублей.

- Помяни сына моего, Евгения! - тихо промолвила.

- Помолись и о моём счастье! - и проходящий сунул в его чёрную, заскорузлую руку и свою лепту, 100 рублей.

Нынче вся его работа в этой жизни заключается в несении креста нищего. Этот сгорбленный старик в потёртой одежде не- обычайно умён.

Неукротимость духа и особые боевые заслуги нынче не в че- сти. Старики плохо вписываются в демократию, одно их суще- ствование на земле мешает развитию рынка.

Это Фома понимал хорошо, потому и держался за православ- ную веру, впитанную с молоком матери, намертво, как за по- следнюю в своей жизни высоту.

Про свои заслуги не распространялся. Вся жизнь коту под хвост. Мочи нет - доживай, одинокий старик, никого не тревожь понапрасну, у таких, как ты, своё горе, а господам министрам не до тебя.

Фома постоял ещё минут пятнадцать на морозе и поспешил на службу. Грешен был, обижался на настоятеля и святых отцов, сытых, молодых, дорого одетых... Ругали порой и гнали его в шею за то, что кто-никто, проходя мимо, копеечку подаст болящему.

Но, как ни теснили его попы, как ни тыкали золотыми креста- ми Фоме прямо в лицо, спеша наложить епитимию и грозя чуть ли не отлучением от церкви, за спиной каждого из них видел он кривляющегося чёрта.

Ох, чесались руки у служащих дьячков сдать пришлого в ми- лицию, ни капли стыда не имели. Да только Фома всегда трезв был, вроде как и не за что его забирать в каталажку. И ушёл бы старый куда глаза глядят, да только совестно ему перед Божьей Матерью.

Всем живущим на земле она мать, а он как бы смалодушни- чал, если б отступил от порога её дома, убоявшись долгогривых. Да и грехов никаких за собой Фома не чувствовал. Просил мило- стыню, чтоб с голоду не умереть.

Подослали милиционера документы проверить. Когда бравый вояка, посмотрев паспорт, развернул наградной лист, лежащий в нём... то молча козырнул Фоме и отошёл. Больше не тревожили. Опасались то ли связей его прошлых, то ли огласки.

Много чего Фома ведал и знал о жалобах страстотерпцев, но снять благочинного так и не удалось, несмотря на письма по- местному митрополиту и в Московскую епархию за подписью страждущих священников, прихожан, меценатов.

Фома вспомнил строки обращения.

"Владыко!

Простите, что мы, прихожане, беспокоим вас таким образом,

но молчать мы больше не можем. Благочинный ведёт безрассуд- ный образ жизни, и об этом прекрасно известно всем, его по- ведение заслуживает самых строгих мер. Мы вынуждены были обращаться в самые высокие инстанции, чтобы наконец-то пре- кратить его соблазнительное для многих поведение".


"Соблазнительное поведение" благочинного, не имеющего богословского образования, заключалось в его привычке к аморальному образу жизни, идущей вразрез с привычными представлениями о священнослужителях, также батюшка питал большую слабость к спиртным напиткам и не считал зазорным посещать увеселительные заведения.

Чего греха таить, настоятель любит погулять на широкую ногу и хорошенько выпить. Он и Фому как-то пригласил в свой "трактир". Для своих забав пастырь человеческих душ превратил подвал административного здания храма в цветущий оазис, где проводит славные застолья перед камином за широкими устав- ленными яствами столами.

Несмотря на то, что приход бедствовал и не развивался, сам святой отец отнюдь не страдал от недоедания и не берёг каждую копейку.

Поездки за границу влетали в немалую сумму денег. Увлекался он, как и многие другие богатые и власть имущие люди, коллек- ционированием картин и редких монет, дочь училась в Европе.

Не тот батюшка был человек, чтоб беседы душевные с ним вести. Не пошёл Фома. Дороги у них разные, у каждого своя.

Продажа водопроводной воды вместо крещенской, право- славное такси, разъезжающее по городу, подписные листы на по- стройку нового храма, продажа кустарного золота и серебра, де- шёвых бумажных икон по завышенным ценам, пожертвования...

Да что перечислять. Храм Рождества Христова, построенный из старого чёрного сруба, сгорел, так был неугоден Богу. Вот как это было.

В один из жарких летних дней во время грозы в огромное деревянное сооружение ударила молния. Верхнюю часть храма мгновенно охватил огонь. Не прошло и получаса, как деревянная часть храма, обрушившись, выгорела полностью.

Всё пошло прахом.

Что же вменялось в вину настоятелю - благочинному по краю протоиерею (также являющемуся настоятелем шести храмов)?


Малое. Лишь то, что не распорядился поставить на здании громоотвод.

В строящуюся церковь были вложены немалые средства част- ных пожертвователей, городских предприятий - спонсоров.

Пастыри и овцы

Миропомазание. Батюшка быстро мажет лоб кисточкой и суёт руку для целования, отворачиваясь (боится заболеть). Прихожане целуют поручи. Кладут деньги. Смотрит, кто сколько жертвует.

Служба закончилась. Служащая: батюшка, вам там арбуз оставили. Батюшка манит техработника: "Отнеси вмашину". Большой арбуз выносится. Батюшка на весь храм громко ста- рушкам-свечницам: "...знаю я вас, съедите арбуз! За вами глаз и глаз нужен".

В связи с коронавирусом к нему никто не подходит, кроме меня.

Божьи одуванчики: "Да вы что, батюшка, как можно". Батюшка так торопится, что почти бежит из церкви.

На улице его встречает молодая прихожанка, самодовольная

и богатая. Ей лет тридцать, не больше. Открытая блузка, укороченная юбка. Батюшка лебезит.

Моё общение с ним не окончено. Я сажусь на лавку, снимаю с головы платочек, открываю сумочку, включаю телефон.

Курицу, несущую золотые яйца, упустить никак нельзя, батюшка идёт с ней к машине. Я выхожу неприметно, батюшка, стоя удорогой машины, ищет меня, глазеет нацентральный вход, где же я. Но я уже далеко, на другой стороне проспекта.

У меня непередаваемое ощущение меркантильности, себялюбия и порочности от столкновения со слугой Бога...

Чем старше становишься, тем больше понимаешь, что твоя роль-стороннего наблюдателя, и только. Каждому воздастся по его помыслам, желаниям и делам.


"А был в начале служения приличный человек",- думаю я.

Приличным по земным меркам, не упивался до положения риз, не убивал физически... разве что словом подталкивал мятущихся бросить всё нажитое: работу, родных, друзей и подруг... сменить круг общения на монастырское послушание.

Я не пытаюсь преодолеть полученную когда-то "прививку" рационального мышления и критического научного способа мышления, полученную при советском строе.

Квартиру продать, пожертвовав деньги на Храм, и с чистой совестью и облегчённым карманом смирять взыскующий чело- веческий ум и дух подалее от городских благ и цивилизации - именно такие советы, раздаваемые исповедниками всем прихо- жанам вокруг, как под гребёнку, я слышала не раз на исповеди в разных церквях и храмах.

- Батюшка, мне приятно, что вы отмечаете мои таланты и возможности, но я мирянин, который вносит в церковный котёл свою десятину. Я мать, которая ставит на ноги несовер- шеннолетних детей. К вышеперечисленному могу только доба- вить, что, невзирая на падающие тяготы, в гуще жизни среди мо- его народа я чувствую себя как рыба в воде.

Далее следует растерянность и долгое молчание наставника. Оболванивание не удалось. Вздыхая, священник кладёт на мою голову епитрахиль и произносит разрешительную молитву.

Кто-то скажет, что религия и наука дополняют друг дру- га, поскольку каждая удовлетворяет важнейшие потребности человека, соединяющего всебе два начала: духовное ипри- родное.

Но всё-таки стоит добавить: спеши делать добро из-за любви к ближнему по Евангелию, ибо "Мы ходим верою, а не видением" - стих, приведённый Кураевым* по поводу сошествия с небес благодатного огня.

* А. Кураев - российский религиозный и общественный деятель, богослов, приговорённый к лишению сана на заседании московского городского епар- хиального суда 29 декабря 2020 года.


Рождение демона


Бог есть Пресвятая Троица, пребывающая в единой Сущности. Тайна этого единства человеку недоступна, Троица непре- станно пребывает в состоянии любви каждой Ипостаси друг к другу. Всякая характеристика относительно Бога понимается как абсолютная, человек, испытывая Любовь, в разной степени приближается к познанию главной Тайны.

Только эта высокая Любовь с обывательской точки зрения для всех подряд недоступна и непонятна, потому что она жертвен- ная. Быть хорошим отцом и мужем - это долг, а не добродетель; то же касается и жены. Современный человек - это потребитель. Который с непостижимой быстротой превращается в биологи- ческого робота, которому не свойственна живая отзывчивость, огонь, горящий в каждом человеке, его не согревает, он всегда холоден и расчётлив.

Участие во внешнем поглощает душу настолько, что в ней во- царяется демон празднолюбия и жестокости.

Только возрождение лучших моральных качеств может спа- сти народ.

И начать нужно с осознания личного преступления - подлости в отношении к своему ближнему.


Пастыри и овцы


История с арбузом имела продолжение. В четверг я поехала на дачу и в магазине садового общества встретила свою черно- глазую приятельницу Любашу. Она помоложе меня будет. Лов- кая, аужхитрющая! Рядом сбатюшкой живёт, похозяйству помогает, когда зовут. Ну, как водится, отоварившись и выйдя на свежий воздух, поговорили о том о сём...

И тут Любаша похвасталась:

- Вчера батюшка приезжал с гостями, звонил перед этим мне, чтоб на стол постные блюда приготовила. Я испекла пироги с грибами и капустой. Два вида каш сварила, гречневую со сложным гарниром из баклажанов и помидоров и рисовую с изюмом и кедровыми орешками. В конце трапезы после чаепития батюш- ка приказал разрезать и принести арбуз. И ты представляешь, откусил кусок, а он не сахарный оказался! Батюшка так расстро- ился, вот, говорит, люди - и выбрать как порядочные не смогли, похвостикубы посмотрели, постукали ягоду... аещёбы луч- ше - сказали продавцу, что, мол, в церковь, батюшке покупают. Без души за такое дело берутся. Выкинуть приказал арбуз, а всё остальное, что наготовила, очень собравшимся понравилось.

- Выкинула? - спросила я Любашку.

- Да нет. На соседней лавке детвора на улице сидела. Им от- несла. Съели за милую душу.

Я посмотрела на Любашку и спросила её:

- Горошку не хочешь?-И мы стали с ней хохотать как сумасшедшие и даже упали на стоящую перед правлением лавку.

А дело с горошком было так.

В начале лета после больницы священник приехал на дачу и, так как его печи были не протоплены, зашёл к Любе. Любаша в это время кормила своих двух внучек, старшей из которых было восемь лет, а младшей шесть. Девчонки почти доели, и Любаша усадила за стол в красный угол батюшку подкрепиться. Батюшка начал с салата, и ему показалось, что зелёного горошка маловато,- и он попросил открыть новую банку.

Любаша открыла, батюшка стал есть горошек большой ложкой из банки. Девочке помладше тоже захотелось горошка, и она попросила батюшку дать ей немного в тарелочку. Поп зачерпнул ложку с горкой и съел, а ложку облизал со всех сторон. И второй раз он проделал то же самое. А в третий раз набрал чуть-чуть горошка и протянул ложку малышке. И видит, что та не реагирует.

- Что, брезгуешь батюшкой? - спросил он ребёнка.

- Да нет, что-то расхотелось...-ответила девочка, вспомнив с ужасом язык священника, которым тот облизывал ложку. И столько в ней было растерянности и смущения, что взрослый человек мог так поступить, что Любаше её стало жалко.

Но, конечно, все промолчали.

Любаша побежала в батюшкин дом растапливать печи и включать обогреватели, а батюшка ещё долго объяснял, прихлёбывая чай, что тот, кто имеет веру в Бога, и от туберкулёзного не заразится. Сам батюшка состоял на учёте в туберкулёзном диспансере.

- А если человек чёрной чумой болен?-спросила старшая. Она уже ходила в школу и знала поболее младшей.

- И чумой тоже не заболеет. На всё воля Божья,-строго сказал священник.

Потом он очень долго объяснял сёстрам, что волосы нужно прятать под платок и носить длинные юбки... так как они христианки.

За хлопоты батюшка, вынимая из машины большие сумки, выбрал и дал Любаше самый невзрачный и маленький пакетик.

Когда Любаша его дома начала разбирать, кроме хлеба, печенья и пачки чая... на самом дне лежала маленькая баночка красной икры.

- Ура! Батюшка не заметил, сейчас будем кушать икру! - закричала Любаша.

А внучки захлопали владоши. Икру любили все, но только очень редко её пробовали. Было в этом пакете ещё большое письмо без конверта, адресованное батюшке с прось- бой помолиться (четыре имени в списке), а дальше вся личная жизнь одинокой женщины в мельчайших подробностях описана.

- А ведь проверял батюшка, перед тем как мне дать. Заметил бы баночку - ни за что бы не дал,- сокрушённо сказала Любаша.- Бог попустил.

Письмо Любаша не отдала. Батюшка за всех молится, ответствовала мне она, а письма и записки он не читает, для этого, говорит, есть исповедь для прихожан.

Личность человека во всём многообразии её граней никому в церкви не интересна.


Важно, чтоб поступки, мысли, чувства и желания христианина соответствовали пожеланиям окормляющего священника. Идеалистам и романтикам в высшем составе РПЦ места нет.

Я испытываю смущение в таких ситуациях, как в истории с горошком. Мне становится стыдно за святого отца, на сердце тяжесть от недостойного поведения взрослого и трагикомичную неловкость момента.

Батюшка в очередной раз играет в святого. Он не так глуп, как можно было бы подумать. В советских школах учили на ять пра- вилам поведения в обществе.

(Не грызть ногти. Не облизывать ложки и тарелки.)

Он стремился удивить и поразить воображение детей столь необычным поведением.

Из двух определений - юродивый или блаженный - я останавливаюсь на третьем: шут гороховый. Ибо столь недалёк и приземлён сей человек, подвизающийся на ниве пастыря.


Смысл частного и общего существования Крест


На лицевой стороне креста канонические надписи на старославянском - свидетельство Страданий Христовых. Под нижней косой перекладиной восьмиконечного креста-распя- тия - символическое изображение головы Адама и надписи: "М.Л.Р.Б."-"место лобное распят бысть", "Г.Г."-"гора Голго- фа", буквы "К" и "Т" означают "копие воина и трость с губкой". Над средней перекладиной "IС", "ХС", под ней "НИКА"-"Побе- дитель"; около "СНЪ БЖIЙ"-"Сын Божий", "I.Н.Ц.И"-"Иисус Назорей Царь Иудейский"; выше "ЦРЬ СЛВЫ"-"Царь Славы", "Г.А." - "глава Адамова".

Что прорастает вовне, а что внутри меня? Веровать надо до боли, до исступления. Всё, что во мне дышало со младенчества,- всё это вернулось.


Спасибо Богородице, что безверие не убило. В самом убогом изатёртом человеке-душа! А значит, и откровение слова, что продирает всё твоё нутро.

Чтобы быть счастливым, нужно жить с собой в согласии. Среди чудовищной реальности не замараться, сохранить творческое и человеческое начало.

В России народный обычай разговаривать с умершими родителями и родственниками так, как будто они живые и находятся рядом в пределах вытянутой руки. При этом неважно, где мы в этот момент времени - в кресле боинга, летящего над облаками в Америку, или на нарах в пересылочной тюрьме родного отечества.

Спрашивайте. И вы непременно получите ответ.


"Он мёртвый!"-рассмеётся иностранец ипокрутит пальцем у виска.

А вы даже не посчитаете нужным ответить, ибо древние духовные практики обращения к родовому сознанию и сегодня работают безупречно.

В загробной жизни после каторжной работы на земле праведники обретают силу, беспамятные-память, неверующие-Бога, слепые прозревают. Такая у бывших советских выходцев карма. Там все здоровые. Ходят своими ногами.

Всевышний не любит костылей и подпорок. Человек возвращается к тому облику, которым при создании наделил его Всевышний.

Каноны, акафисты христианства, сутры буддизма... все тексты провозглашают величие и тайну небесного мира.

Не познав себя, как мы можем познать вселенную?

Только прямодушный и исполненный благодати несёт в дар чистое, нетленное сердце, как подношение Творцу.

Я не могу быть закостенелым материалистом, потому что, хоть родилась на то время в совершенно безбожном государстве, идущем чётким строем к коммунизму, на моём пути уже заранее были оставлены и обозначены вехи взросления души.


Пастыри и овцы


Вера-то у нас хорошая. А вот попы... Впрочем, сами знаете...

Все истории, происходящие с ними, намного круче связанных с бандитами, с чудесами... отмыванием денег. Как они активно венчают и крестят убийц в тюрьмах! Среди которых педофилы, каннибалы...

"Господи помилуй! Сохрани нас, Боже, твоей благодатью. Милости у тебя, блага просим, подай Боже!" - страшно? То-то же!

Один особо добрый и мудрый человек, работающий при храме, мне сказал: "Для того чтоб понять, что отцы, занимаясь словоблудием, и за свои же слова ни за что и никогда не ответят, не нужно быть ясновидящей. Таких простаков, как вы, у настоя- теля - что у дурня фантиков.

Матушка, ни ваша яркая и талантливейшая индивидуальность, как и, несомненно, ваши оригинальные мысли, поданные в прекрасной стилистической форме, не обогатят этот рассадник дураков и фанатиков. Все ваши благие намерения напрасны и вредны.

Ибо тут, прекрасная женщина, служат и поклоняются не Богу, а золоту".


Фортель*


У меня отличное настроение. В глазах блеск, на губах дрожит мимолётная улыбка. Иду к Любушке. На удивление снежный декабрь. От холода розовеют щёки.

Воздух пахнет арбузной и ёлочной свежестью. Несмотря на пост, в сердце ликует радость. Небо притягивает взор свой прозрачностью.

Я даже кружусь на пустой дороге в вальсе.

- Опять зима...

На крылечке Любушкиной дачи обметаю веником замшевые

сапожки от снега и открываю дверь в дом. Любушка меня встре-

* Фортель - ловкая проделка, обман.

чает одетая в чёрный костюм и чёрный платочек. Вязаное красное платьице на мне выглядит вызывающе ярко.

Хорошо, что мы знаем друг друга сто лет. Я достаю бутылку настоящего шампанского, открываю и лью в подставленные высокие фужеры. Закусываем шоколадом.

- Откуда такая обновка? - спрашивает подруга.

- Дочь связала! - победно отвечаю я.

В этом платье только глядеть до головокружения в глаза тореадора, поднявшего после боя в приветствии руки... И кричать вместе со всей толпой:

- Вива!

Любашка постится, а я нет, но мы с ней, несмотря на различия, танцуем танго. Я представляю себя Коломбиной в маске и ещё бог весть кем... смуглой сицилианкой и голубоглазой немецкой фрау.

- Тум-бала, тум-бала, тум-балалайка...-мы веселимся напропалую.

- Падам, падам, падам...- запыхались. Сто лет не танцевала. Веселье прерывает звонок на сотовый телефон.

- Сейчас принесу!-отвечает по телефону Любушка кому-то. - Я быстро,только батюшке вареники с картошкой и пирожки с горохом отнесу.

Люба накидывает куртку с капюшоном и убегает, я смотрю

в окно на сидящих на ветках тёрна воробышков и слушаю Джо Дассена.

Если б не было тебя,

Скажи, ради кого бы я жил?

Ради случайных женщин, Засыпающих в моих объятиях, Которых я бы никогда не полюбил...

Прибегает Любаша. Мы садимся пить чай. Откусив и прожевав пирожок, я удивляюсь:

- Любаша, они у тебя с каким маслом, неужели с постным?

- Со сливочным. Батюшка сказал, что я могу класть всё, что следует, для вкуса блюд, лишь бы только он не знал.

Всех, кто отказывается помочь батюшке,- хоть редко, но бывают и такие люди,- он клеймит плохими словами: бес во плоти, безбожник, Каин...

Перечить ему себе дороже.

С возрастом батюшка становится всё более нетерпимым к инакомыслящим, более гордым, эгоистичным и равнодушным. Я помню, как старательно он подражал Серафиму Саровскому в начале своего служения. Ласковым обращением, участием...

Из дневника автора Батюшка

Когда только батюшка начинал своё служение, то верил и старушкам, к которым по ночам покойники приходили, и молодушкам, которых нечистый искушал, и всех-то он вразумлял и на путь истинный православный наставлял. Большое рвение имел к этому делу.

Придём мы, бывало, к нему, стоим у порожка, удивляемся. А батюшка окно на кухне открыл, зерно пшеничное на пол бросил, и голуби его клюют.

Но не очень долго это длилось, окно пластиковое поставил, занавесочки задёрнул и голубей больше не прикармливал. Всё больше молился.

Теперь от былого обхождения и следа не осталось.

В его характере всегда преобладал не ум, а крестьянское лукавство.

Извлечь выгоду из всего и сейчас.

Для земного много, а для небесного мало.

Как-то я собралась поехать в глухую глубинку - снять комнату и писать картины.


Спросила, стоит ли мне взять основное из продовольствия с собой в сумке.

На что батюшка мне ответил:

- Ну придумала. Там всё купишь.

Как человек практичный, я задумалась над его советом. Изза сложившихся обстоятельств мне не довелось исполнить мою задумку. Как же я удивилась рассказу дочери о поездке с батюшкой на его родину.


Рассказ Марии


Выехали мы ранним утром. За рулём сидела страстная поклонница и воцерковлённая прихожанка батюшки, Лариса. Машина была набита до отказа мешками с чаем, всевозможными крупами, печеньем, конфетами, консервами и прочими припасами.

Свечи, елей, миро, ладан... чего только батюшка не вёз.

Маше досталось крохотное место, потому что батюшке надо было вытянуть ноги и он откинул своё кресло до предела назад. Всю поездку их сопровождали православные псалмы и акафисты, льющиеся из магнитофона.

Под конец поездки дочери стало так плохо, что она едва не теряла сознание.

Стояла летняя пора, и жара была страшная. Машина раскалилась от солнца.

По дороге батюшка выбежал за пирожком, и его чуть не сбила встречная машина.

Хотя батюшка говорит, что такая смерть только у безбожников бывает.

Когда Машенька вернулась, у неё долгое время болел позвоночник. Что называется, батюшка сэкономил.

Любушка стала замешивать опару, я попрощалась с ней и вышла на улицу.

Меня окликнул священник, он с чем-то возился во дворе. Его гости мылись в бане.


Дорожка к бане была освещена, и перед самой баней горел яркий фонарь.

Было холодно. Время клонилось к позднему вечеру.

- Что волосы не убираешь? - спросил он, выходя ко мне из калитки.- Распущенные волосы от слова "распущенная",- и он не больно дёрнул длинную прядь.

Я наклонила голову под благословение. Батюшка пригласил зайти во двор посмотреть деревянную скамейку (намного изящней и лучше тех, что в парках стоят) и уличный иконостас, сам сделал. Немного поговорили, я о детях рассказала, спросила об общих знакомых. Батюшка внезапно расчувствовался.

- Подожди,- сказал он. Зашёл в дом и вынес мне большую коробку дорогих конфет.

Поцеловал в макушку и сказал:

- Иди с Богом! Мои приезжие сейчас выйдут, помылись. Ужинать будем.

Я шла и думала, как в одном человеке уживается всё это... несовместимое, с какой стороны ни погляди.

Или все люди в своём нутре юродивые? За три рубля бьётся насмерть, чтоб выторговать. Старую ветошь не выбросит. Не то что керосиновую лампу, гвоздь ржавый в укладку спрячет. Как с такими идти в Царство Божие?

Христианская вера и мздоимство - вещи несовместимые; двойные нормы и мораль - вещи несовместимые; когда чин зат- мевает Бога и выступает так, что Бог при нём, а не он при Боге,- это кощунство.

Мне не хотелось вспоминать историю с квартирой, которую оставила батюшке со всем нажитым и доставшимся по наследству добром. О купленной мной на свои деньги даче, которую он столь рьяно старался отобрать, не брезгуя наветами и обманом.

Увидела себя и его в церкви, где, ссылаясь на слабое здоровье, просил пустить пожить его на свежем воздухе в доме у леса, стоя под иконами, давал обет, что не имеет умысла отобрать. И, как всегда, солгал.


Из дневника автора


Праведницы


Встречались в моей жизни женщины, которых батюшка называл праведницами.

Приехала я с мужем в Брянскую область, в лесной посёлок с небольшим количеством жителей, где основная масса народа исповедует православие и поклоняется Христу. Так как церк- ви в посёлке не было, верующие собирались на общую службу в одном из больших домов, принадлежавшем радушным и до- брым хозяевам, это были родители моего мужа.

В толпе особенно выделялась одна женщина в чёрном платочке и тёмном одеянии, кто бы о чём её ни спросил, она отвечала не поднимая глаз.

Особой красотой она не отличалась, жила одна, без детей, большой загруженности похозяйству неимела. Лет ей было около сорока, а может, и чуть больше.

И так она всех очаровала, что мои новые многочисленные родственники приводили её образ жизни друг другу в пример. Не прошло и года, как она переметнулась к баптистам. Все только развели руками.

Следующую праведницу я услышала в городе. Пришла я с дочерьми в гости к батюшке, напоил он нас чаем, а потом усадил на диван в зале и включил магнитофон, присовокупив: вот как люди каются, я даже записал для вразумления неразумных.

Лента зашуршала, и бодрый звонкий голос начал рассказывать о видениях и снах хозяйки. И всё получалось так, что, куда бы она ни шла, все её изнасиловать пытались, да Господь не попустил, потому что шла она по доброй воле и к бандитам, и на непотребные собрания сектантов.

Что искала она там, в этих жутких местах, из рассказа было непонятно. Но вот перед посещением злачных мест всегда ей было видение.

И так она безыскусно врала, что и по воздуху летала, и бес её искушал и приходил к ней по ночам домой, что батюшка ей полностью поверил.

Слушать было неудобно и уйти было нельзя. Сказали "Слава Богу", когда эта галиматья кончилась, и пошли домой.

Чуть позднее довелось мне увидеть эту молодую женщину у себя в квартире.

Поговорить за чашкой чая.

Батюшка послал с тайной миссией: всё высмотреть и доложить ему. Он и план составил, направив её ко мне с моим старшим братом. Зная, что его-то я точно впущу.

Высокая, статная, она одна воспитывала сынишку. Красивая. Но вот с логикой явные проблемы, как с адаптацией к реальной жизни. Сына она ни в садик не водила, ни в школу отдавать не хотела. Думала, что хватит и воскресной школы при храме для полноценной жизни в обществе. Такая грустная житейская история.

История третьей праведницы самая трагичная. Жила-была Надя, муж у неё повесился, воспитывала она троих деток, двое постарше, а третий, младенец, лежал в колыбели. Молилась и плакала, ходила к батюшке на исповедь, и всё он жизнь её приводил всем остальным прихожанам в пример, а мне на особицу в разговоре... не к месту. И смиренная, и работящая, и в доме её полно людей всегда, Надежда шитьём подрабатывала.

И шла бы жизнь этой доброй женщины как по маслу, да только у младенца обнаружили больное сердце. Это Наденька ребёнка вытравить вначале по-тихому хотела, да не смогла до конца. Вот и начала она потом на протяжении всей своей жизни по больни- цам с малышом ходить, в Казань к врачам возить.

На склоне лет обнаружили у Нади рак, так люди говорят, а дети выросли.

Правда, не всё у них гладко в жизни получилось. Три дочери Бог Наде дал.


Пастыри и овцы


Народу много, но в церкви прохладно. Сижу среди городских самоуверенных матрон, девиц неопределённого возраста, деревенских тётенек, доживающих последние дни бабушек на низенькой скамеечке у стеночки, жду своей очереди на исповедь. Собираюсь завтра с утра причаститься. Наш исповедник ещё не вышел из алтаря правого бокового придела.

В левом приделе исповедь уже вовсю идёт.

Кумушки сидят, открыто обсуждая священника, который прошёл от входа в центральный алтарь.

Крашеная блондинка с рысьими бегающими по сторонам глазками произносит:

- Ах, сегодня отец Ф. будет службу вести, радость-то какая! Вот уж кто истинно божий человек.

- Святой! Как есть святой!-вторит вторая прихожанка, сухая, как жердь.

- Может, кому известно, есть ли у него жена...- шепелявит девица с длинными лошадиными зубами.

- Так он вдовец. Жена-то его давно померла,-произносит, шамкая, старушка.

- Да, да! Давно умерла! - уверяет блондинка.

- Сын у него есть. Священник молодой, волосы на голове собраны резинкой в хвостик. Вон тот, что исповедует! - дама тычет пальцем в пространство перед собой.

Меня шокирует, что меня заживо похоронили, но сиротам больше подают.

"Это я-то умерла?-мне хочется встать исказать:-Я живая! Как видите, дорогие сёстры во Христе",- но я молчу. Худенький, низкорослый священник с хвостиком явно относится к монголоидной расе, о чём неоспоримо свидетельствуют чёрные раскосые глаза и жёлтый цвет кожи. Что общего у него с дородным высоким иереем с голубыми глазами на круглом белом лице, для меня загадка. Ещё чего, открыться только не хватало.

То-то радости у дур будет. У этих фанатично верующих баб большое желание родить от священника чадо. Приобщиться к благодати путём личного контакта.

Каковы они, современные пастыри и прихожане?

Батюшки со стрижеными бородами и выщипанными бровями, пожилые женщины в брюках и без платков, с открытыми декольте. Несмотря на то, что к святыням прикасаются, благоговения у людей нет от слова совсем.

Сколько их перед моими глазами прошло. Надя, Мария, София... несть числа желающим.

Что такое попадья? Прожив с человеком много лет, станет ли разумеющий класть персты в язвы? Его мать до последнего своего смертного часа называла меня дочкой.

Платье дорогое на свадьбу нашей дочери купил. Много хорошего меж нами было. Из одной чашки ели, из одной кружки пили. Как медаль носил на шее, как-никак венчанная жена.

Святые средь ангелов на небесах пребывают. На земле их нет.

Иерея, смертного человека, в идола превратили и молятся на него, как на Бога.

Можно процитировать святых отцов, например, святителя Игнатия (Брянчанинова): "Если же руководитель начинает искать послушания себе, а не Богу,- недостоин он быть руководителем ближнего. Он не слуга Божий, а слуга дьявола. Его орудие есть сеть. "Не делайтесь рабами человеков",- завещает Апостол".

Святитель Феофан (Говоров) говорит так: "Всякий духовный наставник должен приводить души к Нему (Христу), а не к себе... Наставник пусть, подобно великому и смиренному Крестителю, стоит в стороне, признаёт себя за ничто, радуется своему умалению пред учениками, которое служит признаком их духовного преуспеяния... Охранитесь от пристрастия к наставникам. Многие не остереглись и впали вместе с наставниками в сеть диаволу... Пристрастие делает любимого человека кумиром: от приносимых этому кумиру жертв с гневом отвращается Бог... И теряется напрасно жизнь, погибают добрые дела. И ты,наставник, охранись от начинания греховного! Незамени для души, к тебе прибегшей, собою Бога. Последуй примеру святого Предтечи!"

Ибо сказано: Бог не в брёвнах, а в рёбрах.

Пояснение.

В Библии написано: вы храм Духа Святого. В освящённого

Словом Божиим человека вселяется внутрь Дух Святой. Ранее Господь был в храме святая святых. После жертвы и воскресения Христа человек избран храмом Бога. Поэтому поклоняемся Богу в духе и истине.

"Помни последняя твоя - и вовек не согрешишь" (Сир. 7:39),- говорит Слово Божие.

Память смертная-это ограничение допустимости (лакмусо- вая бумажка) поведения человека, проверка его разума и души.

У Серафима Саровского в сенях стоял дубовый гроб, изготовленный самим преподобным... Он останавливался около него и молился, готовясь к часу смертному. Из этого можно заключить, что даже изобилие благодати Божией не позволяло "рас- слабляться".

А ведь это мгновение-мгновение умирания-так важно для нас, что ни с чем его больше и не сравнишь. Это момент истины, когда суммируется всё, что собирал в себе человек, "ибо где сокровище ваше, там будет и сердце ваше". (Мф. 6:21).

Смерть - это венец жизни, завершение земных мытарств, воз- вращение блудного сына к своему небесному отцу.

Найдутсяли сегодня духовные пастыри, способные отдать свою жизнь за Христа, исцелить гниющие раны общества? Или они способны только клеймить несчастных, доведённых до скотской жизни...

Катится колесо памяти, ведомое детской рукой, через молдавские холмы и долины, полыхающие алыми маками, мимо голубой реки и зелёного плёса, мимо садов, виноградников и чередующихся зелёных полей.

- Прости меня, Филюшка!

- Я тебя уже давно простил,-доносится с ветром глуховатый голос.

Чувствую вину за окружающую его пустоту, нестабильность политики государства, заставляющую приспосабливаться, лгать и юлить, чтобы выжить.

Так жить - это всё равно что лежать под механическим прессом. Пресс опускается, вот-вот раздавит и сплющит тело до месива. Только высокий дух может противостоять власти силы.

Дети выросли, поднимаются внуки, отождествлять себя с той юной и нежной восемнадцатилетней девушкой, которую любимый вёз впереди себя через весь город на велосипеде, непросто. Что же заставляет меня ворошить пласты времени и вытаскивать на поверхность мою героическую любовь, полную самопожертвования и желания построить совместное счастье, лучи которой освещают мою жизнь до сих пор? Лето, которое никогда не закончится. Яркие подробности всплывают сами, как расходящие- ся круги на воде от брошенного в воду камня. Соприкосновение рук, первый поцелуй-ради чего эта правда? Абсурдное стремление вытащить из небытия и вспомнить всю свою прошлую жизнь до мелочей.

Перебираю же я время от времени старые фотографии. Вот здесь я стою в свадебном платье с венком на голове, окутанная белой фатой, расписываюсь в книге регистрации браков, а на этой муж несёт меня на руках...

Откуда бы и через какое время он ни возвращался, входя в дом, он подхватывал меня на руки и кружил в центре зала. Из распахнутой двери балкона в комнату врывался весенний или летний ветер, трепал занавески, и солнечные зайчики метались по стенам и потолку. Моё сердце то жаворонком в небеса поднималось, то вниз камнем падало.

Как он обрадовался и потянулся во время службы, увидев меня с внуком (первенцем) на руках, стоящую перед алтарём. Не удержался и погладил, проходя, нас по голове.

А вскоре - крещение и птичий лепет херувимчика:

- Боженька!-и крохотная ручка,желающая ухватить уже седую бороду, наперсный крест на широкой груди и золотое облачение.

Трудно выходить из мира родной души, ставшего твоим. И только выдохнутое из груди - Бох - свидетельствует о том, что вся наша жизнь метание... вечный поиск ускользающей истины и нескончаемое покаяние.


Мой друг Леви


Вокруг меня цветёт махровым цветом бездарность, вздёргивается как флаг космическая глупость и бесполая несостоятельность...

Из письма к Леви Мутерперель.


С Леви я познакомилась осенью, в то время я зависала в странном сообществе. По пути в это общество я постоянно попадала под запорожец старушки Аси Запор.

Леви написал мне письмо. Я ответила. Он неписал мне о звёздах. Он пишет о том, что его окружает.

Трудно жить в стране победившего непотизма из-за проблем, связанных с безопасностью,- многие бояться жить и растить детей в условиях арабо-израильского конфликта.

Не сумев привыкнуть к климату и освоить язык, бегут в Канаду и другие страны, забывая о том, что там их никто не ждёт. Хочешь чего-то добиться - приложи усилие.

Я вспомнила поэта-графомана из литературной тусовки. Он работал по ночам сторожем и охранником в одном лице и обдирал наследие умерших русских поэтов-классиков, как липку. Уж он-то точно не был последователем двенадцати колен Израилевых... Жить так, как жили древние израильтяне, поэт-одиночка явно не хотел. Даже женщина приходила на время и ничего ему не стоила. На скудном материале неполноценной любви поэт Ш. сочинял поэмы.

Леви мне советует повнимательней отнестись к живописи. Сам он прекрасно разбирается в искусстве, имея достаточно средств для путешествий, довольно часто открывает двери лучших музеев, чтоб полюбоваться подлинниками, а не копиями картин.

Леви обратил моё внимание на Джеймса Тиссо (англ. James Tissot, собственное имя Жак-Жозеф Тиссо, 15 октября 1836- 8 августа 1902) - французский художник, работал в Англии.

Родился в Нанте. Учился в парижской Школе изящных искусств, а также у Энгра и Фландрена.

В первый раз выставился в Салоне в возрасте 23 лет. В 1861 г. выставил "Встречу Фауста и Маргариты", которая была приоб- ретена государством для Люксембургской галереи.

Леви собирается жить долго, как библейский Мафусаил, а именно 969 лет.

Я рада, так как не люблю терять друзей, а уж тем более оплакивать.

Иногда человек быстро вырастает из коротких штанишек добропорядочного ханжества. Я ещё напишу о литературном сообществе, уход из рядов которого, обеими руками за, одо- брил Леви.

Леви следит за тем, что я читаю. По его совету я читаю один из многочисленных романов Нормана Мейлера.

Свобода - это деньги и желание жить. Вот и живи без оглядки! Мне остаётся только согласиться с ним.

Каждый думающий индивидуум стоит перед выбором: довольствоваться настоящим или идти вперёд и иметь будущее.

Я смотрю на себя в зеркало и понимаю, что двадцать пять лет жизни провела в тюрьме. На память приходит случай: как-то, выйдя с работы из торгового центра, я попала под ливень. Вскочив на близлежащее крыльцо задника магазина, я смотре- ла на дождь, вдыхая свежий весенний воздух.

Со стороны прилегающих домов нарисовался мужчина, который любезно попросил разрешения постоять рядом. Чёртик из табакерки меня не очень обрадовал. Многочасовая работа менеджера по продажам забирает много сил, психологический портрет и материальный достаток людей я безошибочно определяю навскидку. Это мои деньги, за много лет работы я ни разу не ошиблась. Чем бы я ни занималась, я погружаюсь в работу полностью, быть профессионалом-это значит уважать себя. Дождь лил как из ведра. На мне был дорогой кожаный плащ, но не было зонта, вынужденное соседство.

Я привыкла, что ко мне обращаются женщины и мужчины, но всегда принимаю это внимание настороженно, ибо современные люди непредсказуемы, а иногда психически больны. Как правило, навязчивое внимание говорит о том, что вашей доверчивостью хотят воспользоваться.

Моё личное пространство - полтора метра - нарушено не было, ещё достаточно светло, послушаю, что мне будет втюхивать дядечка.

Дядя оказался такой говорун, что моему удивлению не было предела. Никакие высшие литературные курсы этого не дают. Мало того, что выглядел он замечательно: сухощавый, худой... без следов усталости и в приличной одежде.

Мы оказались ровесники. Я веду здоровый образ жизни, поинтересовалась: как ему удалось так хорошо сохраниться? Мужчина выделялся из толпы.

Оказалось, сидел в тюрьме за убийство соседа. Через короткое время я знала, где он живёт, был показан дом напротив, балкон, последовало приглашение в гости. Я отказалась. Сказал, что был на рыбалке, наловил рыбы, поджарил котлеты и идёт в гости... вновь последовало приглашение. Я опять отказалась. Вся его жизнь была перед моими глазами, рассказанная чудесным русским языком.

Как только дождь немного затих, я сошла с крыльца, собеседник попросил разрешения проводить. Я отказала. Какое-то время мы шли рядом, я почувствовала облегчение, расставшись.

Моё владение русским языком помогало людям приобрести лучшее при выборе товара, учитывая состояние их кошелька. А этот человек был опасен. Он мог перевернуть мир, ибо высок был дар его слова.

Нечто похожее я встретила в Турции ранним утром на берегу Средиземного моря-такое же хорошее владение русским языком, но слабее, без вживания в образ... не было такой пластичности соединения человека и слова. Но это уже совсем другая история.


Пьета


Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят

(Мф. 5 : 8).


Вчера забыла в магазине журналы. Сегодня забыла в том же магазине корм для кота. О чём я думаю? Конечно, о живописи.

Наверное, вы подумали, что я помешанная на религии, каких много в современном обществе. Слабая и невежественная жен- щина, душа которой нуждается в подпорке.

Сегодня, набросав на холсте три домика, стог и рыбачью лод- ку у реки (обилие белизны-белил), поймала себя на мысли, что вся моя жизнь - "Пьета" Микеланджело.

"Как так?"-спросите вы, мои мысленные собеседники. Дело в том, что всё, что написано на белом холсте, растворено в про- странстве. Я не очертила линию реки, не наметила туманную ли- нию горизонта. Всё это ещё в будущем.

Так же, как река подо льдом, моя жизнь к старости замедляет свой ход. Оставляя всё нажитое на берегу, устремляясь к исто- кам - возможно, в Израиль или Палестину, по пути шествия Христа.

"Оплакивание Христа" - первая и наиболее выдающаяся пьета, созданная Микеланджело Буонарроти. (Когда япишу эти строки, я вижу живого скульптора во плоти. Это не тот спо- койный Буонарроти, изображённый на картинах в более зре- лом возрасте. Это двадцатичетырёхлетний мужчина, полный силы и гнева, исступлённый в своём пристрастии к творчеству. Я вздрагиваю от испуга. Такая в нём чувствуется мощь.)

Лучше, чем написано в Википедии, сказать трудно.

"Ватиканская "Пьета" - одно изпроизведений, вкоторых историки искусства видят водораздел между кватроченто и Высоким Возрождением. Итальянский мастер переосмыслил в духе высокого гуманизма традиционное для северной готики скульптурное изображение безжизненного Христа на руках ма- тери. Мадонна представлена им как совсем юная и прекрасная женщина, которая скорбит об утрате самого близкого ей человека.

Несмотря на сложность соединения в одном изваянии двух столь крупных фигур, композиция "Пьеты" безупречна. Фи- гуры трактованы как единое целое, их соединение поражает слитностью. Вместе с тем скульптор тонко противопоставляет мужское и женское, живое и мёртвое, нагое и прикрытое, чем вносит в композицию элемент напряжения. "Пьета" послужила образцом для последующих трактовок этого иконографиче- ского сюжета.

Ряд исследователей придерживается предположения, вы- сказанного известным искусствоведом Димитрио Мартинелли, что в композиции противопоставляется также горизонтальное вертикальному, образуя образ креста. Однако в январе 2017 г. группа историков искусства Возрождения во главе с Джованни Кисселино, изучив архивы Ватикана, полностью опровергла это утверждение. Более того, учёные обнаружили косвенные сви- детельства того, что одна иззадумок скульптора-отражение в композиции канонического треугольника (Бог-Отец, Бог-Сын и Бог-Святой Дух), что крайне нетипично для католической культуры.

Крупные, ломающиеся складки одеяния Мадонны не только намеренно усиливают драматический излом лежащего на её коленях тела, но и служат своеобразным пьедесталом для всей пирамидальной композиции. В этих изощрённых складках уга- дывается скрытая мощь, как духовная, так и физическая, кон- трастирующая с мягкими чертами лица Богоматери. По степе- ни законченности и проработки деталей "Пьета" превосходит почти все прочие скульптурные произведения Микеланджело".

Чтобы осознать величие и трагизм человеческой жизни, до- статочно взглянуть на "Пьету" Буонарроти. В вас не останется ни малейшего сомнения в собственной значимости. Перед ва- шими глазами будут проходить апостолы и святые. И каждого из них вы будете узнавать по разрезу и цвету глаз, волосам, гу- бам, очертаниям носа. Как и было написано в апокрифах.

Бог и человек находятся по разные стороны бытия, Бог - это Творец, ачеловек-всего лишь тварь, ограниченная рамками пространства и времени. Но, с другой стороны, христианство настаивает, что та пропасть, которая действительно суще- ствует между Творцом и тварью,- преодолима и что человек может реально участвовать в божественном бытии Святой Троицы, оставаясь при этом личностью и не растворяясь все- цело вовсепоглощающих пучинах Божества. Говоря иными словами, вхристианстве человек призван, оставаясь самим собой и не теряя своей личностной уникальности, соединиться со своим Творцом и стать богом по благодати.

Именно для достижения этой цели две тысячи лет назад в наш мир пришёл Христос.

Чем быстрее движется прогресс, тем ближе и явственнее преломление хлеба Христом и моё личное присутствие на тайной вечере.


Причастие


Июньский вечер тих и по-летнему жарок. Ветер доносит тон- кий аромат алых роз, расцветших на церковном дворе. Вздрог- нул и загудел колокол. Прихожане поспешили в Храм на всенощ- ную. Войдя, я встала средь других людей на исповедь.

Отец Иоанн молод и аскетически худ. У него тёмные вьющи- еся волосы, собранные на затылке в хвост. В выражении лица много доброты и смирения.

Вся моя неловкость рядом с ним пропадает. Легко рассказать ему то, что я чувствую и чем живу. Немного времени погодя свя- щенник читает над моей головой разрешительную молитву.

В этом городе я живу давно. Он провинциален и неинтересен, а вот сам Храм прекрасен, он старинной постройки*.

Первый раз я вступила на его порог в начале марта одна тыся- ча девятьсот семьдесят восьмого года, на тот момент мне было восемнадцать лет. Массивные кованые двери бокового приде- ла были растворены, холодный ветер стучал правой створкой, то открывая, то закрывая её вновь и вновь.

Одета я была в лёгкое пальто, шитое явно не для северных широт, где зимой морозы стоят за пятьдесят градусов. Я мёрзла, перепрыгивая с камешка на камешек, как воробышек.

Потемневшее от времени, открытое всем ветрам здание, ког- да-то в нём хранили зерно и удобрения, а потом бросили за не- надобностью. Голые стены без росписи, вместо полов-земля, на месте алтаря груда разрушенного кирпича.

Трагические последствия перемен в умах.

Но исреди этого великого разора мой дух обновляется и влечётся ко Христу на Кресте. К тому сверхвременному смыс-

* Трехпрестольная Вознесенская церковь начала строиться в 1872 году. В 1882 был освящен левый придел во имя Великомученика Дмитрия Со- лунского, в1885 году-правый придел вчесть Воздвижения Креста Господ- ня, а в 1889 - главный престол в честь Вознесения Господня. Основную часть средств на постройку нового храма выделил Дмитрий Иванович Стахеев (1840-1918) - представитель знаменитой елабужской купеческой династии, из- вестный в конце XIX века писатель.


лу человеческого существования, ибо всё вокруг, живое и нежи- вое, на него указывало тогда, как и сейчас. Горят и отражаются в иконах языки сотни свечей. Сверкают золотые ризы и оклады.

Жизнь в Набережных Челнах для простого обывателя тяжела своей непредсказуемостью. Официальной работы нет, из это- го все вытекающие обстоятельства. Приводящие, как правило, к унынию и падению души в полное отчаяние.

То, как молится православный народ,- это редкое чудо.

- Миром Господу помолимся!-провозглашает дьякон. Всю меня как пожаром охватывает радость, я ощущаю счастье со- причастности к великому таинству вечной жизни.

Любовь заполняет меня всю. У больших и маленьких я вижу в глазах ту же веру, что и у меня. Веру и стремление к чистой, справедливой и нравственной жизни. В которой не будет фаль- ши и безразличия, всё будет по совести. Появится достаток, же- лание жить и работать, молодые будут рожать детей, старики нянчиться и любить без памяти внуков.

Невозможно годами жить и томиться без надежды на переме- ны в стране к лучшему.

Всё образуется, думаю я, и Бог даст каждому, кто просит, сил и здоровья. И Россия выздоровеет. Во всех церквях служат о её здравии молебны. Люди получат наконец достойные пенсии ипособия, работающие-зарплату. Будут невыживать, ажить, радуясь каждому мгновению. Личное счастье гражданина и до- стойная жизнь будут не просто слова, а главная забота нашего государства. Чтобы никто больше из этих людей не испытывал стыд и унижение от бесправности своего положения.

Нужно стоять равным среди обыкновенных людей. Разделять ипонимать тужизнь, которой они живут. Немыслимый ком- форт и сытость родят предателей Родины, совершающих сдел- ки с иноземной тьмой. Деньги, хранящиеся в офшорах на счетах заморских банков, создают иллюзию свободы исобственной значимости, заражая безумием и потерей веры их владельцев. Сребролюбие, как паук, ткёт свою паутину, проверяя каждого из живущих на прочность. Современный мир состоит из люд- ских слабостей и нечистоплотных комбинаций политиков. Люди оторваны от реального пульса жизни и пребывают на задвор- ках имперских дворцов. Хотелось обрести равновесие. Не надо громкоголосых побед, но и поражения русскому духу пусть не будет... 90-е годы - разверзлась пропасть, хватит, будет уже. Перешагнули. Навидались великолепий с экранов телевизоров.

Рядом со мной стоит мальчик с горбом, Андрюша.

Его хрустальный голосок возносится к куполу. По моим ще- кам текут слёзы. Сердце сжимается от жалости. Господи, дай Андрюше счастливую жизнь, призри с небес на его земные тяготы.

Господи, спаси и сохрани всех православных христиан!

Этих лёгких и сухих, как осенние листья, бабушек-свечниц. Эту полную мамашу с её тремя непослушными детьми, крепко держащимися за её широкую цветастую юбку; этого хромого старика, подпевающего певчим невпопад хриплым голосом, эту наивную девчушку... Всех, всех сохрани припавших к твоим сто- пам, чтоб в их душах никогда не погас свет.

Всенощная отошла. Иду, стараясь не расплескать в душе благодать.