# Нынче я справляю поминки 2009 г

Валентина Николаевна Душина

Нынче я справляю поминки

Валентина Душина

Казань

Нынче я справляю поминки,

Умер мой невеселый стих.

У тебя в глазах ни слезинки,

Не утонешь в них.

У тебя глаза с поволокой,

Голос мягок и тих.

До чего же мне одиноко,

В этих днях лихих.

До чего же мне одиноко,

Не связать слова.

На болоте шумит осока,

Ветер листья несет высоко,

Крутит, вертит судьбы

жернова.


Молитва осеняет тихий дом,

А я читаю, как какой то Дон ...,

Был в Розамунду юную влюблен.

Дом наполняют запахи и звуки,

И вот в разрез иль вопреки науки,

Я вижу двое входят в коридор.

Снимает шляпу расторопный Дон...,

Двенадцать раз поют часы дин-дон.

Как жаль, что не послали телеграмму!

Цветок левкоя украшает трон,

Садитесь я прошу волнуясь даму,

И дама опускает детский взор.

Что говорю? В окно кивает ясень,

Мой диалог отрывист и неясен.

Я даже заикаюсь, вдруг, слегка.

В ее глазах сплошная безнадежность,

Ее же спутник все твердит, что ложно,

Написано писателем о главном.

Да, слог местами, может быть и плавный,

Так бойко и бесславно ни о чем,

Все повествует (текст из однодневок),

Приправленный остротами и дымом,

Написанный скорее нелюдимом,

(На время повредившимся умом...).

Что им ответить? Успокоить как?

Они пришли, я в этом вижу знак,

Бесспорности любви и вечной дружбы,

Они вдвоем и в этот век недужный.

И Бог над ними два простер крыла,

Я убираю книгу со стола.

Взаимности любви и вечной дружбы...

Как хорошо их встретить в век недужный.


Мне не страшно бродить

средь больных и незрячих,

Средь горящих домов

и ошметков свинячих.

Я привыкла давно ко всему!

Я ловлю на багор

пескарей златоперых,

И с водой отрясаю суму.

Загасили народом

торфяник и порох,

Испытует Господь

страстотерпцев убогих,

Испытует тельцом и свинцом.

Ангел бродит со мною

по далям лесистым,

И на зов откликается

ласковым свистом.

И бежит, поправляя сандали,

Где нас ждут

во гробех и печали.


И, я уже давно не оптимист,

Не птенчик юный, век не знавший горя.

Который спрятал в книгу дивный лист,

Осенний, алый, что слетел не споря.

Ни с ветром, ни с судьбой и лёг к ногам,

И стал надгробьем погребённым дням.


Как порою сердце плачет,

Жизнь былую хороня.

Ангел взор свой ясный прячет,

Отвернется от меня.

Вдосталь веры и надежды,

Силы, крепости в руках.

Белоснежные одежды,

И венок из трав в лугах.

Что ж так страшно и тревожно,

Сердце гаснет в нищите?

Все, что было, невозможно,

В стариковской маете.


(C) Copyright: Валентина Душина, 2009

Свидетельство о публикации No109072700705